Текст книги "Закрытая книга (СИ)"
Автор книги: Anakris
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
Ламбо был бледным, а еще слишком тихим. Не смотря на то, что Кея его и не знала толком, но они пересекались, пару раз она играла с ним в школе, несколько раз провожала до дома, когда он, конечно же «не потерялся! Ламбо-сан просто искал сокровища!» и помогала с некоторыми предметами из подготовительных курсов. Не обо всем ведь спросишь у Наны.
Флейта легко выскочила из чехла, и пальцы привычно легли на неё.
«Шутка» Иоганна Баха начала звучать легко и привычно, за ней последовала более спокойное соло флейты из оперы «Орфей и Эвридика», затем вольное исполнение «Тамбурина» Франсуа Госсека, также вольно прозвучало Равель Болеро и лишь потом традиционная японская этника под сольную флейту. Впрочем, завершать свое посещение столь спокойно она не собиралась, недавно она закончила изучение одной индийской партии для флейты, пусть там должны были быть еще струнные и ударные, но как же красиво звучало чистое соло!
Уйдя с головой в мир магии звуков, она как-то забыла о тонких стенах больницы, о том, что где-то здесь может лежать Ямамото, а за ней иногда присматривает Мукуро то ли с целью понять, то ли просто со скуки. Хотя, этот иллюзионист был очень проницательным. А еще здесь может бродить Рехей, прийти на осмотр, пока никого нет. Вонгольских медиков ведь рядом не наблюдается.
Закончив играть, девушка аккуратно убрала флейту, поправила капельницу, потрепала ребенка по волосам и вышла из палаты.
И, действительно, в коридоре, упершись в стену, стоял Рехей, непривычно задумчивый и вдохновленный, сжимая в руках гитарный футляр. У самой палаты сидел Ямамото и, кажется, он не верил своим глазам и ушам. Хибари Кея умеет играть на флейте и как играть! Лучше он пока что не слышал. И рядом был Мукуро. Негласная просьба сыграть что-нибудь на старой, видавшей многое и когда-то оставленной у Рехея, гитаре была встречена легкой улыбкой.
Девушка аккуратно уселась на места для посетителей и заиграла. Захотелось чего-то светлого и лиричного, например 6 симфонию Моцарта в вольном переложении на гитару. Играть долго она не собиралась, поспать ей тоже хотелось, а потому закончить она решила самостоятельным переводом одной шутливой песенки с русского на японский «Вот так». А потом, легонько усмехнувшись и спрятав гитару в чехол, она ушла. Прекрасно понимая, мосты понимания налаживаются. А еще отчего-то хочется петь и сделать какую-нибудь глупость. В таком состоянии она обычно шла подраться, но сейчас это было бы не логично, впрочем, она отыграется завтра…
***
– Это было волшебно. – Тихо прошептал Ямамото, – но почему она пришла?
– Не знаю. Может, захотела навестить Ламбо-куна, может, ей просто захотелось сыграть в той палате. Это Ке-чан.
– Понятно. Ладно, я пошел досыпать.
– Угу. И, Ямамото, она мне как вторая сестра, узнаю, что обидел…
– Понял.
***
Бой Тумана был зрелищным и вот тут действительно начинаешь понимать, что Рокудо – гений. Победить аркобалено сможет не каждый, тем более что она чувствовала всей своей сущностью, этот бой – серьезен. В одном она была согласна с Мукуро. Разведка у Варии так себе. Впрочем, не стоит также откидывать вариант с тем, что на самом деле все наоборот. И тогда всё получается слишком трагично.
Наблюдать за Савадой во время боя было занимательно. Он действительно сопереживал каждому. Был добр, наивен, по сути, не глуп, просто думал не о том и раньше не имел мотивации к развитию. Пожалуй, не стоит ронять репутацию этого ребенка из-за чистой прихоти и поддерживать из-за выполнения чужих приказов. В конце концов, разве она не свободная личность?
Последняя мысль промелькнула, словно ярко-красный флаг. Хибари Кея шокировано распахнула глаза и быстро нырнула в подсознание. Такие мысли ей были не свойственны, такие поступки были не типичны, такое поведение не прогнозировалось. Вот только подсознание было странным. Вроде и осталось прежним, а с другой стороны оно – посветлело. Вместо градаций серого, кроме небольшого уголочка в центре, у неё теперь была желтая, даже можно сказать солнечная, половина, а рядом с ней, такая же по размерам, цвета индиго. Это было ново и необычно, зато показательно.
Причины были ясны. Солнце – от Дино и Ромарио – ненадолго вернуло ей способность испытывать эмоции и чуть-чуть восстановило личность, добавило некоторую экспрессивность. А Туман – от Мукуро и Хроме – сгладил острые углы при переходе от старого типа мышления к новому. Поразительно.
Ксо, это ненадолго, поскольку не её Пламя, но месяца на три хватит. За это время можно сделать многое и главное, развить свое Облако до должного уровня. Тогда остальные просто притянутся от других Хранителей. Что же, это будет интересно, вспомнить, что ощущала Хэл во время боя.
Её бой был другим. Победить робота было делом трех движений, из которых два ушло на шаги. И это было немного разочаровывающее. Она смотрела на другие битвы, ожидала от своего противника того же, тренировалась. А он пшик, и сдулся. Даже обидно немного.
Повертев кольцо в руках, задумалась.
– И что теперь делать?
– То есть?
– Я собрала кольцо. Дальше что?
– Ничего. Вы победили.
– Скучно.
Подкинув кольцо на ладони, развернулась к «своим травоядным» и пошла к ним.
– Мальчики, как я рада вас видеть! Вы не представляете, сколько великолепной, не оплачиваемой работы вас ждет…
– Джудайме был прав.
– Ты о чем, Гокудера-кун? – Спокойно уточнила девушка с едва слышными нотками сарказма. – В чем был прав Савада?
– Мы вообще-то больные, Ке-чан!
– А что вы тут забыли?
– Тебя надо ЭКСТРЕМАЛЬНО поддержать, помочь справиться с душевными ранами.
– Как это мило. – Легкая, дежурная улыбка привычно легла на лицо, в ответ на слова Рехея. – Но жилой квартал сам себя не построит, Гокудера-кун. Ты – главный разрушитель, пойманный с поличным. А значит, будешь строить, что бы знал каким трудом, потом и матом была воздвигнута эта школа. Чтобы не уничтожал в следующий… – Закончить фразу она не успела, интуиция взвыла белугой и, совершая резкий разворот на сто восемьдесят градусов, девушка замечает, что Моска вышел из-под контроля. И это было паршиво. Настолько ужасно, облажаться на таком простом пункте! Впрочем, изучение его чертежей не прошло даром. Где центр управления она знала, а еще знала, как его выключить.
Раз. Она попадает в поле зрения устройства.
Два. Крупный прыжок рядом с ним, она единственная цель.
Три. Увернуться от его удара, она опасная цель.
Четыре. Вмешался Савада и отвлек Моску на себя.
Пять. Вращательным движением кинуть тонфа. Прямое попадание в центр управления.
Шесть. Гола Моска падает и оттуда вываливается управляющий.
Последнего не ожидал никто. Девятый Вонгола. Тимотео Скайрини.*
– Савада. А ты уверен что Девятый вменяем?
– Хибари-сан, вы не поверите, но я задаюсь тем же вопросом…
Пожалуй, Савада не такое уж и “травоядное”…
Комментарий к Простить,
“Хочешь победить, убеди врага в правильности его действий”* – другой перевод: “Тактика победителя – убедить врага в том, что он делает всё правильно” – Законопослушный гражданин (Клайд)
Тимотео Скайрини.* – В каноне ни у Тимотео, ни у Занзаса нет фамилии, по крайней мере мы её не видели. Фанонная, более распространенная, у Занзаса – Скайрини, предположительно, при усыновлении, Ноно дал ребенку свою фамилию. Потому у нас Девятый тоже Скайрини.
https://vk.com/anakris7?w=wall-110186387_192 – здесь аудио версии оригинала, Кея исполняла только партию флейт.
========== Похоронить. ==========
– Для начала мы соберем кольца всех Хранителей.
– После всего через что мы прошли для их получения вы хотите так просто их забрать!
– Без проблем.
– Хибари!
– Ты в себе не уверен? Это в принципе правильно, но, друг мой, толку от этой безделушки ноль, чисто руки занимает. Если хочешь, могу отдать кастет? – Тихо и со странной улыбкой произнесла девушка.
– Благодарю. Но не стоит, мне с бинтами привычнее. – Открестился от подобного оружия Рехей.
– Как скажешь.
Кастет как-то быстро исчез в кармане.
Становиться в круг так похоже на спортсменов, но почему бы и нет, благо её избавили от необходимости подходить к ним. Как только крик Рехея стих, она демонстративно прочистила уши и направилась к своему участку. Противника у неё не было, а значит, можно расслабиться.
Вот только инъекция яда, немного напрягала.
– Ксо, сильный, симатта, паралитик. – Лежать на земле было больно, нервы обострились до предела, как-то сразу стало ясно дело если не отвратительно, то близко к этому. Мозги сразу заработали на полную, Пламя деликатно оттеснило яд в одну часть организма, пришлось пожертвовать рукой с браслетом. И одновременно с этим стало ясно, антидот в браслете, выработать самостоятельно невозможно с вероятностью в девяносто процентов, для его получения надо воткнуть кольцо. Кольцо на вершине столба. Туда надо залезть. Как это сделать, если мышцы сводит судорогой? Забыв об этом.
Наш мозг управляет всеми процессами в организме, он координирует действия, вырабатывает эндорфины и прочее. Но он делает это не по своему желанию, а по велению души. Душа имеет три оболочки в трех спектрах. Внутренняя, внешняя и средняя, один из спектров отвечает за взаимосвязь с окружающим миром, второй – с информационным полем планеты, а третий – за координирование. Если убедить все три оболочки в том, что яда нет, то может получиться. Но у такого метода есть свои минусы. Первый, этот метод не удалит яд из организма, он просто начнет его игнорировать, а значит, у неё будет около трех минут, чтобы достичь цели. Второй, игнорирование яда позволит ему распространиться по всему телу с поразительной быстротой, велика вероятность того, что она просто отправится к праотцам.
Из этого следует, а оно ей надо? Или проще дождаться Саваду? За спасение своей жизни, она ему ничего не будет должна, сам втянул. В то же время, гордость не позволяет даже не попытаться.
А потому, будь что будет.
Хибари крепко сжала зубы. Не стонать. Подтянула к себе руки и медленно начала ставить их как опору для тела. За боем Небес никто не видел её усилий, не видел, что зрачок полностью поглотил радужку, что Пламя объяло волосы, что пот лился с неё градом и уже пропитал рубашку. Девушка тяжело и загнанно дышала, пытаясь просто сесть, словно это причиняет ей немало боли. Простое движение.
Сила самовнушения жестокая вещь, это как кусок арматуры в зеркало. С одной стороны ты его держишь, с другой он тебя убивает. Если неправильно его использовать или заглушить голос тела умереть будет очень просто. Особенно в её ситуации.
Напитать тонфа своим пламенем, привлечь сюда еще и их проекции из подсознания и бросить в основание столба, чтобы пошатнуть конструкцию и уронить кольцо. Ему ведь много не надо. Главное не потерять.
Вот и всё, кольцо в браслете, антидот получен. Теперь можно и подраться.
– Ты, так называемый гений? – Точный бросок маленького осколка и вот кольцо летит к Гокудере. Надеюсь, он не идиот и пойдет к Ламбо.
Бой был увлекательным, но энергозатратным. С другой стороны, бои другими не бывают.
Стоит помочь остальным. До Ямамото ближе всего.
Раны были отвратительными, их было много и малой тяжести, плюс недавнее отравление и полный самоконтроль. Надо будет больше тренироваться.
В любом случае центр всех событий – площадка перед школой, стоит идти туда.
А там было весело. И даже очень. Подмороженный Занзас, потрепанная Вария и гораздо более слабые Вонгольцы. М-да. С ними бы тоже стоило потренироваться.
А вот слова о подкреплении были нехорошими. Это значит, что придется драться со свежим «мясом», а это прямой путь в больницу на неделю. Не хочу. А значит, стоит чуть лучше рассчитывать свои действия.
Однако Ланчия нас выручил и даже более того, пожалуй, свобода от Мукуро только пошла ему на пользу. Будучи его марионеткой, он не слишком впечатлял.
А вот фраза про роль дала подтверждение версии со «слепым поводком», стоит собрать побольше информации.
А сейчас можно и свалить в удобный дом с аптечкой полной медикаментов, вкусной едой с множеством витаминов и тишиной.
Её раны после Конфликта не были внушительными, простая усталость, синяки, множество порезов, истощение и последствия отравления. От этого не было какого-либо лекарства. Просто надо было отдохнуть. Когда Кея узнала об этом, ей стало немного не по себе. Раньше она бы заперлась в доме и рисовала бы, а может, тренировалась или готовила, обязательно в тишине и одиночестве. Сейчас же ей не хотелось этого.
Два дня Кея честно вела животный образ жизни: спала, ела и иногда умывалась. Этот период она практически не помнила, мозги отключились, оставив все на автопилот. А вот на третий день, обнаружив себя в ванной, девушка была немного удивлена. Она стояла перед зеркалом и смотрела в отражение, там была не она, точнее она, но другая. Пропали некоторые привычные шрамы, а оставшиеся стали практически не заметными, глаза были какими-то веселыми, а на губах было некоторое подобие улыбки… Это было удивительно.
В прострации дойдя до собственной комнаты и обнаружив у себя желание сходить куда-нибудь, просто погулять, она приняла его к исполнению и смирилась. В конце концов, пока шёл Конфликт Колец все её силы были сконцентрированы на нем, да и пламя Облака еще не успело тогда адаптироваться, вот и не было заметно. Теперь же её ждут два-три месяца полные удивления и неожиданных решений. Хорошо, что через месяц каникулы. Школьники будут не так сильно шокированы. А пока…
Улица встретила её тишиной, Фуккацуми медленно шла вдоль дороги и не могла понять, где были её глаза, почему она раньше не замечала этого синего неба, такого волшебного и притягательного, какие яркие дома в Намимори, как мило поет Хиберд… Оглядываясь по сторонам, словно видит всё это в первый раз, Хибари пошла в парк.
Что надо сделать для того чтобы тебя не узнали простые обыватели? Сменить имидж. Это Хибари Кея знала четко. Благодаря этому прогулка удалась, её никто не узнавал, и она спокойно прошлась по парку, заглянула в храмы, легко прогулялась по магазинам, а потом, уже у дверей собственного дома, тихо улыбнулась свету из окон.
Как же это приятно, знать что ты кому-то нужен. Дома её ждали Кен, Чикуса и Хроме, они спокойно сидели в гостиной и занимались своими делами. Её они не заметили, а она тихо положила покупки для них в ближайшее кресло и пошла готовить еду.
Готовка это особый процесс, снимающий стресс, усталость, придающий уверенность и возвращающий трезвый ум. Где, как не здесь, сочетались холодный расчет и интуиция? Где, как не здесь, можно было из ничего получить нечто съедобное? Процесс приготовления пищи для кого-то означал то, что ей доверяют, полностью без оглядки. Готовя для других, она давала понять, что не желает им зла.
Отведя себе на восстановлению целых пять дней, из которых два выпадали на выходные, оставшееся время девушка посвятила разбору Конфликта Колец. Первая версия состояла в том, что всё было спланировано для демонстрации мафиозному миру её оябуна. Вторая версия утверждала, что ничего спланировано не было и их выигрыш чистой воды везение, ну или результат тренировок. Третья версия была наиболее правдоподной, Занзас на полном серьезе начал Конфликт Колец, а все, что было после – попытки сделать хорошую мину при плохой игре. В это вписывались слухи, некоторые факты и личное впечатление. Конечно, были еще сотни версий, начиная от вполне безобидной, это была иллюзия Мукуро, заканчивая трагичной, Вария – инопланетяне, они прибыли захватить мир и только они могли их остановить.
В любом случае, пока что их не трогают, а значит можно заняться тренировками.
Хибари Кея сидела в своем кабинете и разбирала документы, всё тело немного ныло, а на душе царила приятная, пусть и непривычная, нега. Бухгалтерские сметы, отчеты патрульных, вся эта рутина вызывала улыбку. Отчетливое желание обнять весь мир, останавливалось холодным разумом. Бумаги были разобраны, и Кея уже собиралась на выход, как вдруг к ней залетел самолетик. Простой, из тетрадного листа.
– М? Что это?
Раскрыв его, она увидела стихотворение.
Человеку нужен человек,
чтобы пить с ним горьковатый кофе,
оставаться рядом на ночлег,
и интересоваться о здоровье.
чтобы улыбаться просто так,
чтоб на сердце стало потеплее,
чтобы волноваться, там сквозняк,
одевай-ка тапочки скорее.
человеку нужен человек,
позвонить, послушать его голос:
«а у нас сегодня выпал снег.
как ты без меня там? Беспокоюсь!»
чтобы был приятель, друг, сосед,
и еще сопящая под боком,
без которой счастья в жизни нет,
без которой очень одиноко.
Стихотворение было красивым. Имя отправителя указано не было, но почерк сообщал, что это парень, с дисбалансом между чувствами и разумом и многое другое. Кандидатур оставалось не так уж и много, а с учетом того, что сделать подобный «подарок» можно либо в ответ, либо с целью наладить отношения… Ямамото Такеши.
И что этому парню надо?
Вариантов было два. Первый – ответ на её письмо, второй – симпатия. «И что дальше?» крутится в голове.
Будь Хибари чуть менее эмоциональной, она бы просто проигнорировала, но сейчас… Почему бы не спросить у него вечером? Тем более давно хотелось зайти в Таке-суши…
Суши-бар был практически заполнен, оставалось место лишь за стойкой, да столик в углу. Ямамото метался по залу, разносил заказы, протирал столы и помогал отцу. В помещении царила атмосфера тепла и уюта, и место за стойкой казалось достаточно привлекательным, тем более, что интуиция молчала.
– Здравствуйте, мне порцию унаги-суши и какие-нибудь роллы на ваш выбор.
– Конечно! – Заказ принял Тсуеши-сан, сверкая фирменной улыбкой.
Наблюдая за работой мастера, Кея восхищалась чужой точностью и элегантностью. Заказ был готов через десять минут, всё это время она спокойно потягивала зеленый чай и более детально осматривала заведение. Деревянные панели, удобные стулья, легкие, но крепкие столы, профессиональный наемник в душе дал этому месту отметку пять с плюсом. Хороший обзор из любого места и множество вещей для обороны.
– Ваш заказ. Приятного аппетита! – Суши, равно как и роллы, выглядели восхитительно, потому на Такеши было отведено не так уж и много внимания, ну не уйдет же он за те полчаса, что она будет смаковать пищу?
– Спасибо! – Палочки с треском разделились, прозвучало тихое «Приятного аппетита» и лишь тогда Ямамото что-то заподозрил.
Девушка, сидящая за стойкой, в легком синем сарафане невольно притягивала взгляд. Вроде бы в ней не было ничего особенного, но какая-то загадка заставляла обращать на неё внимание. Может дело было в прическе, подозрительно похожей на ту что делала Хибари-сан, может во внешней бледности, да вся она, за исключением платья была похожа на их ГДК! А потом, уже отдав заказ и собираясь уходить, Такеши услышал очень знакомый голос. Эти тихие интонации, с которыми так часто его отчитывали за нарушения в младшей школе, Хибари Кея сидела за стойкой в их с отцом суши-баре и спокойно ела. Вопрос о причинах её присутствия очень сильно беспокоил парня. Конечно, можно было предположить, что всё дело в простом желании перекусить, но как-то не верилось, особенно в свете его послания.
– Было очень вкусно, когда мы можем поговорить? – Спокойно обратилась к подошедшему Ямамото Кея. Хорошее настроение и масса впечатлений никак не отразились ни на её тоне, ни на её выражении лица. Пусть и безудержно хотелось улыбнуться, потянуться, прогнуться в спине и легко вскочить на ноги, демонстрируя гибкость. Делать это было опрометчиво, и холодный ум жестоко контролировал все действия.
Такеши перебирал в уме множество причин и еще с сотню отговорок, а девушка просто положила голову на руку и наблюдала.
– Моя смена заканчивается через полчаса, подождете, Хибари-сан?
Девушка кивнула и заказала себе еще один чайник чая, доставая из сумки тетрадь и принимаясь в ней что-то писать.
Время пролетело незаметно. Хибари что-то строчила в тетради, Ямамото обслуживал клиентов, а потом убирал за ними помещение.
– Травоядное, закончил?
– Да. Что вы хотели, Хибари-сан?
– Во-первых, Кея-семпай, а не Хибари-сан, травоядное. Во-вторых, если тебе, вдруг, понадобится противник для сражения на близкой дистанции или с огнестрельным, обращайся, буду рада помочь. Удачи! – Девушка встает и решительно направляется к выходу.
Ямамото немного обескуражено смотрит на то место, где она раньше была, переводит взгляд на саму девушку, уже дошедшую до двери и резко вскакивает за ней следом. Тсуеши, выглянувший из кухни, понятливо улыбается.
На улице уже темно, звезды скрыли облака, и лишь фонари дарят обманчивое ощущение света. Фуккацуми в душе весело смеется и хочет танцевать от радости, но жестокий самоконтроль не дает уронить привычную маску равнодушия. Да и вообще, несмотря на то, что к ней, по сути, вернулась возможность ощущать эмоции, было не комфортно. Холодный ум иногда пасовал перед нелогичностью желаний, но единственное что радовало, это ненадолго. Самый пик это первые две недели, край три, а потом эмоции уменьшатся, и всё станет как прежде, пусть от этого и тошнит.
– Хибари-сан! – Громкий крик со спины был неожиданен. – В смысле, Кея-семпай! – Тем более что Такеши, зачем-то бежал за ней.
– Что такое?
– Вы хотите меня тренировать?
– Нет. Я не сильна в фехтовании и любом другом искусстве обращения с мечом.
– Тогда…
– Я же сказала, если захочешь проверить свой способ боя против не-мечника, обращайся, – отстранёно, но, все же, позволяя капельки раздражения и усталости проскользнуть в голос, а потом обреченно добавляя – травоядное.
– Спасибо, Хи – быстрый взгляд и Такеши давится своими словами, быстро исправляясь, – Кея-семпай! Когда вам будет удобно?
– На каникулах.
– Хорошо, спасибо!
Последний день учебы, потом месяц каникул и второй семестр. Как бы провести эти каникулы? Может в поход? Или лучше на экскурсию куда-нибудь? Мысли спокойно крутятся в голове, мелькает сотня вариантов того как максимально комфортно и умно провести эти каникулы, но прерываются появлением Савады.
– Хи.Хи.Хибари-сан, пожалуйста, я же ничего не сделал… – Ощутимо трясясь, пролепетал Тсунаеши, смотря на холеную ручку, что схватила пиджак его кофты.
– Отпусти Десятого, отмороженная! – Нервничая, произнес Хаято, он прекрасно понимал, что против этой девушки способен на малое.
– Кея. – Отпуская чужую кофту и говоря, словно в сторону.
– Ч.Что?
– Можешь звать меня Кея-семпай. – Как ребенку объяснила девушка и, легонько кивая при последних словах, явно обращаясь к Тсунаеши.
А потом разворачивается и уходит, оставляя за собой шлейф полного непонимания ситуации.
– Гокудера-кун, ты что-нибудь понял?
– Нет. Но может, спросим Сасагаву? Они вроде друзья…
– Давай…
Солнце они нашли в клубном зале. Тот боксировал вокруг груши и наносил по ней удары. Заметив зрителей, Рехей остановился и спрыгнул с ринга, выслушав чужой сумбурный рассказ, он немного постоял, почесал голову, потер переносицу и лишь потом ответил:
– Это экстремально не мои секреты, но одно могу сказать, раз она разрешила звать её по имени, то она признала вас «своими травоядными».
– Это как?
– Если случится что-то, с чем вы не сможете разобраться, вопросы возникнут или просто появятся проблемы, то вы можете на неё рассчитывать.
Сасагава, как и всегда, пришел внезапно и громко. Его приветствие оглушало непривычных и разгоняло тишину кабинета за считанные секунды. Вот только следующая фраза была произнесена очень тихо:
– И зачем?
– Савада интересный. – Словно саморазумеющиеся ответила Хибари, внимательно смотря на старого друга.
– Не пожалеешь? – Рехей понимал свою подругу и названную сестру, Тсунаеши действительно цеплял своим контрастом и потенциалом, а Хибари была типичной цундере.
– Только если он меня разочарует. – Тепло улыбнулась девушка и покрутила в руках ручку.
– Понимаю. – Кивнул парень и ненадолго замолчал, не привычно внимательно смотря на Кею. – Ты какая-то странная. Экстремально светишься весь месяц.
– Пройдет через полтора.
– Не хочу. – Упрямо мотнул головой Рехей, а потом подошел к девушке и взял её руки в свои, интуитивно пытаясь напитать её своим светом.
– Почему? – С интересом смотря на действия Хранителя Солнца спросила Кея, чувствуя как потухающее пламя Каваллоне сменяется на жар Сасагавы.
– Ты живая сейчас.
Он медленно убрал руки, потрепал по голове опешившую от этой фразы девушку и быстро вышел из кабинета, не замечая одинокой слезы, что так и не скатилась по щеке.
А спустя неделю она попала в больницу. В этот раз, как и в сотни других, она могла отлежаться дома, но Хроме так испугалась вида крови – хотя, казалось бы, с чего – и того, как привычно вытаскивал осколки стекла из тела Кусакабе, что заставила идти в больницу и пролежать там хотя бы день. Зачем, было не совсем понятно, но если ей так будет спокойнее.
Фуккацуми сама не заметила, как за этот период дети из Кокуе стали ей ближе. Она заботилась о них, помогала им, вытаскивала из неприятностей, тренировала и, в общем, полностью реализовывала свою потребность в младших родственниках.
Тишину одноместной палаты прервал тихий шорох двери.
– Кея-семпай? – Сравнимо с шелестом листвы на ветру произнес Савада заглядывая в комнату.
– Травоядное. – Кивнула девушка, сейчас не хотелось реагировать на него хоть как-то, слишком тепло было.
– Д-д-да.
– Почему ты здесь? – Поинтересовалась у, так и не отошедшего от двери и теребящего пакет, шатена девушка.
– Вы же мой друг. – Без заиканий, твердо и так наивно.
Внимательный взгляд стальных глаз вдруг впился в него словно метательный кинжал, вся девушка вдруг стала оружием, безукоризненно точным, холодным и смертельным. Отчего-то Тсуна вспомнил тот старый разговор с Рехем.
– С чего ты взял? – Холодно, от этого голоса кожа покрывается мурашками и хочется сбежать отсюда. «Действительно, и зачем пришел?» мелькает в голове Тсунаеши, а звук шуршащего пакета напоминает: «Отдать передачи от Такеши, мамы и Киоко.»
– Я-я чувствую.
Хибари прикрывает глаза, шатен ставит пакет на тумбочку и быстро выбегает.
– Ты меняешься, травоядное.
Тихий шепот разносится по палате и девушка засыпает, убаюканная ударной порцией пламени Неба, что от испуга сотворил Савада.
Комментарий к Похоронить.
без которой очень одиноко.* – “Человеку нужен человек” авт. Марина Бойкова.
========== Взгляд в сторону. В другом мире. ==========
В эту комнату редко кто заходит. Здесь пусто и тихо.
Раньше в ней жила Хэллан Родери, а сейчас сюда заселили её дочь. Хельга знала о матери только с чужих слов и воспоминаний, в Балауре не осталось её личных вещей, а здесь целая комната. Девушка терялась в ней, почему-то казалось, что хозяйка вот-вот вернется. Брошенное платье на кровати, рядом перчатки и шляпа, на столе разлиты чернила и лежит стопка чистой бумаги, к пятну присохла тряпочка, а у входа стоит меч. Даже с виду он поразительно тяжелый.
Тронуть его она не решается.
Видимо мать что-то писала перед тем как уйти. И это действительно так. На столе, на пожелтевшем от времени пергаменте, резким и витиеватым почерком выведено: “Чего бы это ни стоило – никогда не поздно, или, в моем случае – никогда не рано, – стать тем, кем ты хочешь стать. Временных рамок нет, можешь начать, когда угодно. Можешь измениться или остаться прежним – правил не существует. И из плохого можно сделать что-то хорошее. Надеюсь, у тебя все будет хорошо. Надеюсь, ты увидишь то, что удивит тебя, почувствуешь то, что никогда раньше не чувствовала, познакомишься с людьми с другим мировоззрением. Надеюсь, ты проживешь жизнь, которой сможешь гордиться.”
– Хельга?
В комнату заглядывает массивный зеленокожий мужчина. Определить его возраст трудно, а взгляд полон нерастраченной отцовской любви. Ему больно смотреть на эту комнату и вспоминать об ушедшей дочери.
– У мамы был красивый почерк, – тихо замечает девушка, вновь оглядывая комнату и подмечая тысячу неприметных мелочей.
– Да, он отражал её характер, – усмехается её дед и заходит внутрь. Его дочь умела прятать свои сокровища, надо бы передать их её наследнице.
========== Взгляд в сторону. То, что будет. ==========
Каждый миг…
Италия давила, засасывала, перемалывала и уничтожала. Она подгоняла всех под одну планку, задавая простое правило: «Ты, или тебя». Для каждого.
«Травоядное, с чего ты взял, что я буду подчиняться тебе?»
Но она, то самое исключение, подтверждающие правило. Она и её люди по странному стечению обстоятельств, единственные кого не волнует это правило.
«Объяснись»
Способная одним взглядом заткнуть любого человека, сумасшедшая социопатка с адреналиновой наркоманией. Эта девушка больше животное, хищник, или стихийное бедствие, чем человек. Она до сих пор не простила ему поводка, и того что он его оборвал.
«Вот значит как, Савада…»
Почему-то в её устах тогда была лишь горечь, презрение и яд. Много-много яда. До этого момента он понимал и даже наблюдал, но ни разу она не позволяла себе такого обращения. И это неприятно кольнуло.
Её помощник смотрел на него как на труп и, как шептала интуиция, только прямой указ еще школьных лет не давал её людям его убить.
«Чего ты хочешь?»
Прямой взгляд стальных глаз выворачивал душу наизнанку, пламя концентрировалось вокруг них.
– Не переноси мой образ на него.
Каждое твое действие…
– Я не буду просить тебя рассказать мне о том, почему ты до сих пор здесь, я не стану умолять тебя просветить меня насчет плана Тсуны, но, пожалуйста, ответь мне, мы выживем?
– С чего ты взял, что я развею твои сомнения? Я не Синигами* и не Судьба, чтоб знать ответ.
– С самого начала ты была чуть впереди и если будешь уверенна, то я буду спокоен.
– Это – молодая женщина замолчала и пристально посмотрела на собеседника – низко.
– Может быть, а знаешь, чем ты меня зацепила, тогда, еще в школе? – Молодой мужчина спокойно встал спиной к окну и, чуть наклонив голову, внимательно посмотрел на собеседницу. – Контрастом. Холодная, царственная и величественная в школе, нейтральная вне её и такая теплая с близкими. Знала бы ты, как я ненавидел его… – Он отвернулся и начал рассматривать дверь. – Но, несмотря на все это, я всё еще считаю, что твоя уверенность – это, практически, гарантия.
– Хорошо. Мы выживем.
– Спасибо.
Один из Хранителей уже давно ушел, а она все еще стояла у окна. В самой глубине её глаз плескалась горечь, а тихий шепот плавно вплелся в шелест листьев за окном.
– Ты так и не увидел во мне слабость.
Каждое твое слово…
– Ты знаешь, мне больно смотреть на тебя, так паршиво осознавать, что ты в этом дерьме с детства. А еще хуже знать, что только благодаря тебе мы дожили до сегодняшнего дня.
– Не мели ерунды.
Тихо отвечает девушка на реплику своего друга, спокойно пробираясь по потайному коридору.
