Текст книги "Красавец и чудовище (СИ)"
Автор книги: Ana_Smile_69
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
Я надеюсь, дедушка, что ты не сильно скучаешь без меня. Мы попали в такое положение случайно, и ничьей вины здесь нет.
Более того, я должен рассказать тебе кое-что. Хозяин этого замка – далёкий родственник короля, и он не виноват в том, что с ним случилось. Я не знаю всех подробностей, однако понял, что несколько лет назад с ним произошло несчастье. Злая ведьма, колдунья, наложила на него грозное проклятье, и пострадал не только он. Как ты успел заметить, все слуги превратились в предметы, а сад завял. Так что не стоит думать, что Принц – тиран. Я почти ничего не знаю, но точно уверен, что у него были какие-то причины запереть тебя. Прости, что говорю так.
На этом всё. Я должен спешить. У меня ещё столько дел!
Не скучай, дедушка.
Ответь как сможешь.
Твой,
Юра.
Юрий снова перечитал письмо. Ему всё казалось, что чего-то не хватает, недостаёт, однако всё, что он хотел сказать, уже было написано. Поэтому юноша, убрав перо и закрыв чернильницу, аккуратно сложил лист, заранее промокнув его. Если появятся ещё какие-то новости, он всегда сможет написать дедушке ещё одно письмо. А пока что пусть тот не волнуется. У Юрия всё в порядке.
Итак, юноша поднялся со своего стула и направился к выходу. За ним потащился его тёплый шерстяной плед.
– Вы можете показать мне, где у вас голубятня? – попросил Юрий. – Я хочу отправить дедушке письмо.
***
Башня, в которой располагалась небольшая голубятня, была в другой части замка, и Юрий посчитал, что ему выпала хорошая возможность получше ознакомиться с дворцом.
Держа в руке подсвечника Виктора, юноша шел по широким и высоким холлам замка, изучая висевшие на стенах портреты. Многие из них были порваны, поцарапаны или испачканы. Причём настолько сильно, что невозможно было разглядеть, кто на них изображён. Наверняка, на одном из них был сам король, однако возможности узнать этого у Юрия так и не появилось.
Несмотря на то, что юношу согревало тепло, исходящее от горящих свечей Виктора, его знобило от холода. Был ли причиной завывающий в щелях ветер или же страх, не отпускавший его, он понять не мог. Юрию было тепло, когда он сидел возле камина в своей комнате с чашкой чая в руках, однако сейчас, когда он вышел из комнаты, чтобы отправить письмо и одновременно как-то отвлечься от дурных мыслей и постараться забыть о том, что недавно его чуть не съели, его то и дело пробирало от холода.
Виктор и Юри старались развлечь их гостя. Сами они глубоко в душе надеялись, что с его помощью проклятье удастся снять, но не только из-за этого они к нему привязались. Несмотря на всю его холодность и грубость, он казался им беззащитным и слабым, и в нём точно была хоть частичка добра. Сама судьба послала его сюда, к ним.
– Так вы расскажете мне что-то о вашей прежней жизни или нет? – настойчиво просил Юрий, неспешно проходя по коридорам замка.
– Ну, историй у нас много, – задумался Виктор. – Но самые смешные связаны со свиной котлетой.
– С кем? – недоуменно воскликнул Юрий, нахмурив лоб.
– Ох, да это я так Юри называю, – вздохнул Виктор, оборачиваясь и взглядом выискивая ходячие часы. Заколдованный слуга не имел возможности так спокойно передвигаться в руках Юрия, так что он всюду следовал за ними. На лестницах перепрыгивал через ступени, часто бегал и падал. – Знаешь, Юри, думаю, проклятие пошло тебе на пользу. Когда мы снова станем людьми – а я надеюсь, что так и будет – ты точно похудеешь.
– Хватит надо мной издеваться, Виктор, – недовольно буркнул Юри.
В ответ Виктор по-доброму засмеялся.
– Будет тебе, Юри, – нежно сказал он, протягивая звуки в имени. – Я же по-доброму.
Юри не ответил ничего, только метнул на своего друга обиженный взгляд из-под стрелок на циферблате.
– Кстати, у нас что же, два Юрия во дворце? – вдруг воскликнул Виктор. – Нет, так дело не пойдёт. Я же совсем запутаюсь! Знаете что, давайте сделаем так.
Юрий уже закатил глаза в предвкушении последующих слов подсвечника. Пока они изучали некоторые комнаты, тот ему уже порядком поднадоел.
– Ты, Юрий, отныне будешь Юрио.
– Даже не собираюсь, – покачал головой Юрий.
– Но почему? Это же такое славное прозвище! – и Виктор прислонил свои «руки» к «щекам» в умилении.
– Это не моё имя, и откликаться на него я не буду.
– Ой, посмотрите-ка, кто обиделся.
Тем временем все трое уже проходили по верхним этажам одного из крыла замка. За окнами, добрая часть которых была занавешена плотными шторами, было пасмурно, солнце и не думало выходить из-за плотных туч. Замёрзшую землю уже покрыл тонкий слой снега, вероятно, на территории дворца было какое-то озеро, которое точно уже покоилось под плёнкой льда. Как же хорошо сейчас было бы прокатиться на коньках! Юрий снова подловил себя на этой мысли. Все эти года он с дедушкой в старых коньках выходил к реке и вместе со многими жителями деревни катался, исполняя прыжки и повороты на льду. Как же ему это нравилось! Он подумал, что ему обязательно стоит предложить Отабеку прокатиться вместе с ним хоть разок.
И вновь он вспомнил о том, что с Принцем сегодня что-то не так. Вероятно, точно стоит его навестить.
– Ладно, расскажите мне хоть что-нибудь из вашей жизни, – решил отвлечься Юрий. – Я уже несколько дней в этом дворце, а о вас ничего не знаю. Это несправедливо.
Оба призадумались. Судя по их голосам, они были молодыми, несколькими годами старше самого Юрия, и наверняка на их глазах в замке так часто происходило что-то интересное. Первым подал голос Юри.
– Ну… – скромно начал он, не зная, куда устремить свой взор и постоянно отводя глаза. – Один раз Виктор спас меня.
Юрий выгнул бровь. Да, они явно любили подшучивать друг над другом и как-то издеваться, но всё же они живут под одной крышей и служат одному и тому же человеку, тогда как можно не помочь?
– Это был праздник по случаю дня рождения матери Принца. У нас собралось много гостей, и меня попросили перенести с кухни в обеденный зал самое главное блюдо, украшение стола. Я не знаю, почему меня, ведь я всегда был такой неловкий, и все это знали. Тем не менее я взял этот поднос. Он оказался на редкость тяжёлым, и я думал, что вот-вот уроню, не донеся даже до коридора. Я прошёл часть пути, но так и не дошёл до зала. Уже в холле я чувствовал, как сильно трясутся руки и как поднос просто слетает с них. Крышка открывается, стоит звон, и в этот миг буквально подлетает Виктор и помогает всё это схватить. Я не знаю, что бы было, если бы он мне не помог, – Юри смущённо отвёл взгляд. – Спасибо, Виктор.
Юрий был удивлён. Со стороны Виктора это было благородно. Но кто знает, в чём причина его помощи? Возможно, он просто не хотел, чтобы из-за блюда устроили скандал. А может, ему просто стало жаль Юри. В любом случае его помощь была незаменима в тот момент. Он действительно буквально спас Юри.
– Да, я помню тот день, – ответил подсвечник. – Ты тогда был полный, а всё из-за котлет, – по-доброму улыбнулся Виктор. – Не терпится увидеть тебя похудевшим. Интересно, насколько сильно ты изменился? Хотя ты и так был очень миленькой маленькой котлеткой, – у Виктора от восхищения даже глаза заблестели.
Юрий всё время шёл вперёд и сейчас заметил приоткрытую дверь. Она вроде бы ничем не отличалась от остальных дверей в замке, но тем не менее… чем-то она привлекала.
– А вы родились в замке или приехали сюда? – спросил Юрий. Он уже был нацелен на то, чтобы зайти в эту комнату, тем более что при приближении он замечал какое-то странное лиловое свечение.
– Я родился, – подал голос Юри. – Моя мама была здесь служанкой. А вот Виктора. – он тяжело вздохнул, – подарили.
– Подарили? – выгнул бровь Юрий.
– Ну да, какой-то дальний родственник преподнёс хозяевам его как подарок, слугу. Лет десять назад.
– И вы сразу подружились?
Юрий одновременно старался отвлечь их разговорами, но всё равно уверенно шёл вперед. Он поставил Виктора рядом с какой-то статуей и сделал вид, что рассматривает её, однако вовсю косился на комнату. И пока подсвечник и часы рассказывали ему историю, которую он даже не слушал, Юрий прошёл к двери. Перед его взором оказалась просторная, широкая комната. Она не отличалась от других огромным слоем пыли и старого тряпья, накинутого на все предметы мебели, находившихся здесь, однако в центре, на пьедестале, в стеклянном футляре стоял необыкновенной красоты цветок, и его окружали опавшие лепестки лилового цвета.
Рядом же, возле окна, стоял мужчина. Его тёмная фигура выделялась при тусклом свете, льющемуся в комнату.
Отабек.
И хоть принц был повёрнут к окну, он всё равно заметил, что в комнате появился кто-то ещё.
– Юрий! – юноша тотчас же услышал взволнованные голоса Виктора и Юри. – Юрий, нет! Вам нельзя сюда заходить!!!
Слуги мигом объявились на пороге. Отабек развернулся, и Юрий почувствовал себя ужасно неловко. Как же он мог забыть, что оказался в западном крыле замка – запретной зоне.
========== Глава 11 ==========
Юрий, сжимая в кулаке письмо, испуганными глазами смотрел прямо перед собой, на Отабека, хоть и старался не подавать виду, что боится его реакции. Юноша выискивал какие-то эмоции на лице принца: злость, гнев, отчаяние – но ни одну из них он так и не заметил. Казалось, Отабек застыл.
Юрий, прикладывая огромные усилия на то, чтобы не смотреть на источник лилового цвета в комнате – цветок в стеклянном футляре, постепенно разворачивался, намекая на то, что собирается уходить. Виктор и Юри тоже удалялись, но низкий и спокойный голос принца их прервал.
– Виктор, Юри, уходите, – чуть слышно произнёс он из другого конца комнаты, – ты, Юрий, останься.
Все трое сразу же исполнили его приказ. Слуги быстро засеменили к выходу, даже не остались за дверью, чтобы подслушать, как они делали всегда. Юрий же развернулся обратно, словно виновато пряча глаза, опуская взгляд вниз.
– Проходи, – проговорил Отабек.
Юноша, скромно поднимая глаза, чтобы осмотреть всю комнату хотя бы в целом, шёл медленно, неспешно. Он успел заметить и красивую лепнину на высоком потолке, оригинальные и замысловатые узоры на рамах картин, каменные статуи, располагавшиеся в разных углах комнаты. Казалось, здесь расположены самые древние и самые ценные предметы; Юрий бы не удивился, если бы увидел здесь залежи золота и драгоценностей.
Он был в западном крыле. Ещё в первый день пребывания в замке Отабек слишком грозно сказал ему никогда сюда не заходить. Видимо, на то действительно есть причины.
Принц стоял, заложив руки за спиной и угрюмо смотря в окно. Падали крохотные снежинки, покрывая землю и оставаясь на подоконниках. Наступала зима. Даже в самом замке становилось холоднее. Как хорошо, что здесь есть камины!..
– Почему ты не выгнал меня? – решил напрямую спросить Юрий, а не теряться в сомнениях, предугадывая, что же произойдёт дальше.
– Потому что ты бы и без моего ведома сюда зашёл, – Отабек снова не показал никаких эмоций. – Даже учитывая то, что это самая защищённая часть замка; это его сердце.
Юрий остановился возле цветка в футляре. Он издавал переливающийся и мягкий лиловый свет; наверное, больше в мире не было таких цветков. Роза, с большими и острыми шипами, будто висела в воздухе, а под ней лежали опавшие лепестки, уже пожухлые и тусклые. Их, казалось, были сотни. Однако и остались ещё те, что излучали свет, но их осталось совсем немного.
Вдруг, прямо на глазах у Юрия, один опал. Теряя свой свет, он становился безжизненным, медленно опускался вниз, к другим лепесткам. Юноша от неожиданности вздрогнул, а Отабек стоял молча. Закрыв глаза, он опустил голову, а чёрные длинные локоны закрывали его лицо. Он был необыкновенно грустным сегодня.
– Это роза, – почти шёпотом проговорил он, – отсчитывающая время. Как только последний лепесток упадёт, снять проклятие будет невозможно. А их, – он горько усмехнулся, – осталось так мало…
Юрий не мог оторвать взгляд от этого цветка. Он казался таким манящим, чарующим, а проливавшийся свет был таким нежным, светлым. Юноше хотелось коснуться его, почувствовать одновременно шершавую и гладкую поверхность лепестков, понюхать его. Наверное, запах не менее прекрасен, чем исходящий свет. Даже и подумать нельзя было, что этот цветок как-то связан с проклятием.
– Опережая твои дальнейшие вопросы, скажу, что эта роза – причина, по которой твой дедушка остался у меня в плену.
Юрий ошарашено перевёл взгляд на принца.
– Что ты имеешь в виду? – напрягся он. Возможно, это его шанс узнать о случившемся побольше! Не зря он зашёл в эту комнату.
– Он хотел выкрасть его.
Юрий снова посмотрел на цветок. Нет, его дедушка не мог сделать такого… Он в жизни ничего не крал, да он был самым порядочным человеком во всей деревне!
– Ты врёшь, – резко ответил юноша. – Дедуля бы никогда…
– Дослушай сперва, – прервал его Отабек, и этого хватило Юрию, чтобы всё понять. – Этот цветок слишком прелестен. На него можно любоваться часами. Каждый, кто его видит, непременно хочет потрогать его. Даже ты.
– Но как ты… – недоумевал Юрий, ведь Отабек всё время смотрел в окно или на пол, но никак не на юношу.
– Потому что ты слишком долго возле него стоишь, – пояснил принц. – Так вот, твой дедушка… Я запер его в башне. Я был слишком зол в тот день. Какой-то незнакомец, проходимец, обычный человек захотел выкрасть цветок, способный меня спасти! – здесь его голос стал намного громче, но одновременно и грознее. – Эта часть замка самая защищённая, однако, пока я нахожусь в ней, она уязвима. Твой дедушка оказался здесь в правильное для него время.
– Тогда почему меня не стал держать в темнице? – тут же спохватился Юрий. Нельзя упускать драгоценный шанс всё выведать!
– Я не знаю, – отмахнулся Отабек. – Просто захотел. Тем более ты поступил храбро, пожертвовал своей жизнью ради дедушки. И ты не был повинен в стремлении выкрасть цветок.
Юрий поджал губы. Он не знал, что можно на это ответить. Он слишком любил своего дедушку и не мог его винить, даже если это в какой-то степени было несправедливо.
– Ты можешь рассказать мне про проклятие? – с надеждой в голосе попросил Юрий.
В ответ он услышал только молчание и тяжёлое дыхание. От него на стекле оставались небольшие следы в виде полукругов.
– Мне было пятнадцать лет, – лишь выдохнув, начал Отабек. Он не возражал и не говорил Юрию, что это не его дело – просто начал рассказ. – Мои родители выехали к родственникам, на очень долгое время. Меня не взяли. Больше я их не видел. Они погибли при очень странных обстоятельствах. Я подозревал, что это болезнь, которая в те времена как раз похитила жизни многих жителей в деревне и в городе. Правда, я боялся одного, но мой страх оказался пустым, в этом я удостоверился пару дней назад.
– Какой страх? – поинтересовался Юрий, кидая на Отабека любопытствующий взгляд.
В ответ принц снова вздохнул. Было видно, что рассказывать ему об этом тяжело.
– Я не знаю, почему доверяю тебе, Юрий, – промолвил он. – Однако я словно чувствую, что должен.
– Ты можешь ничего не говорить, если не готов, – Юрий перевёл взгляд в окно. За стеклом кружились и падали на землю небольшие хрупкие снежинки, оседая на подоконниках снаружи и на мёрзлую землю.
– Когда я, – Отабек сглотнул слюну, – когда я приехал спасать тебя из дома людоеда, то увидел на стенах висящие головы людей. Да, охотники вешают рога, а он повесил человеческие головы. Я старался вглядеться в их лица в короткое время, и ты даже не представляешь, насколько мне было страшно увидеть там лица моих… моих…
Юрий, не говоря ни слово, повернулся к принцу и положил свои руки на его плечи.
– Я понял тебя. Ты можешь не продолжать, я не настаиваю. Но лучше выговориться, чем держать всё в себе.
Отабек повернулся к нему и прикрыл глаза.
– Спасибо, Юрий, – проговорил он низким, бархатным голосом. Затем аккуратно, вовсе не грубо снял со своих плеч руки юноши и взял в свои. Юрий чувствовал исходящий от них холод и инстинктивно сжал их покрепче. Он ничем не руководствовался в тот момент – просто делал то, что подсказывало ему чувство. Он будто хотел согреть эти ладони. Ведь Отабек так давно не испытывал тепло родного человека.
Но принц сам вырвался и сложил руки за спиной, затем отвернулся и снова угрюмо посмотрел в окно. Наверное, эти снежинки радовали его глаз.
– На следующий день после проклятия ко мне в замок явилась странная женщина, старуха. Мне было не до чего, сам понимаешь. Я не хотел принимать кого-то у себя. Потому и прогнал её. А она, видимо, посчитала, что я такой грубый и невоспитанный… Наслала это проклятие. И пострадал не только я, а ещё и мои слуги…
Юрий тяжело вздохнул, но вторую часть он уже слышал от Хироко, поэтому, когда принц рассказывал её, мысли юноши были заняты кое-чем другим.
– Послушай, а как ты понял, что они погибли? Как ты понял, что твои родители…
– Они должны были поехать через город к местному порту. Я оставался на попечение Хироко, мне тогда было пятнадцать лет. Я мог бы справиться с делами и сам, но родители посчитали нужным, чтобы она приглядела за мной. Я боялся, что дорога через лес окажется слишком трудной для них. Невозможно просто так через него пройти. Здесь таится слишком много опасностей. Мои подозрения оказались небеспричинны. Через несколько дней после того, как мама и папа уехали, я услышал от Хироко страшную весть… Ей передал кто-то в письме. Я был уже в сознательном возрасте, но она отказывалась говорить мне причину их… гибели, – Отабеку каждый раз давалось это слово с трудом, – и до сих пор отказывается говорить. Для неё я ещё маленький, всегда буду таким. Но я надеюсь как-то вытянуть из неё правду. Ей кажется, мне так легче пережить трагедию, но нет. Совершенно нет.
– Это, наверное, так… страшно, – ответил Юрий.
– Страшно – это оказаться одному, совершенно не представляя, что поджидает тебя дальше. Страшно – это осознавать, что ты ничего не можешь сделать, что ты не в силах вернуть что-то или кого-то назад, Юрий. Опустошение – вот что страшно.
Юноша был полностью с ним согласен. Нет, стоять на большой высоте, оказаться запертым в чулане или даже заблудиться в лесу не казалось ему настолько страшной ситуацией, как потерять родных. В конце концов, он и сам это пережил.
Юрий снова попытался положить руки на плечи Отабека, но тот сам неожиданно и резко обнял его, плотно прижав к себе. У юноши спёрло дыхание, но он тоже обнял принца. Он доставал ему носом лишь до груди, в которую и уткнулся.
– Спасибо, что выслушал меня, – прошептал Отабек. – Как же давно мне хотелось выговориться. Ты даже не представляешь, как же мне хочется, чтобы всё это было обыкновенным кошмаром. Я хочу просто проснуться, а передо мной – родители, живые, целые. И никакого проклятия.
– Послушай, но ты ведь можешь обмануть это проклятие! – в голову Юрию пришла отличная идея. – Почему ты позволяешь ему остановить тебя? Ведь старуха специально наслала его на тебя, чтобы ты страдал! Мучился! Ты вполне можешь жить обычной жизнью, Отабек! – Юрий попытался выдавить из себя улыбку, чтобы принц тоже как-то повеселел. Юноша нехотя вырвался из его объятий и посмотрел на него. – Ты все эти годы провёл в полной печали и одиночестве. У тебя никого не было, но посмотри: прошло столько времени… Прости, прости, что говорю такое, но ты никак не повлияешь на то, что творится вокруг. Я знаю, я понимаю твою трагедию, поверь, я пережил то же самое. С тобой случилось то, чего даже врагу не пожелаешь… Всё это сломило тебя. Твоя грусть… исходит изнутри. Ты не можешь её контролировать, но посмотри, посмотри! – Юрий махнул рукой на окно. -Солнце встаёт и заходит каждый день. Облака, они такие беззаботные, бегут по небу, сменяясь тучами. Мир живёт, природа живёт. Начни и ты жить, Отабек. Сколько лет прошло с трагедии?
– Четыре с половиной, – принц тяжело вздохнул.
– Срок немалый… Ведь вся твоя молодость оказалась загубленной… Послушай, послушай меня. Я знаю, что я такой самоуверенный и иногда бываю грубым, но я буду с тобой. Я остаюсь в замке, я никогда не сбегу отсюда. Я постараюсь… стать для тебя семьёй.
Юрий и сам не знал, откуда в нём проснулись такие чувства. Он говорил всё это инстинктивно, а теперь жалел о том, что всё это произнёс вслух. Ведь он не знает, как сложится дальнейшая судьба.
– Ты говоришь так, потому что тебе меня жаль.
– Я не знаю, почему я так говорю, – хмыкнул Юрий. – Причина, наверное, та же самая, по которой ты спас меня из лап людоеда.
– Нет, – резко выпалил Отабек, – я спас тебя, потому что я…
На этом моменте он поднёс ко рту кулак и прикусил его зубами, чтобы молчать и не говорить больше ни слова.
– Потому что что? – спохватился Юрий.
– Не важно, – огрызнулся Отабек.
– Ладно… – растерялся юноша. – Знаешь что, тебе нужно как-то отвлечься. Отвлечься на что-то весёлое…
– Что, например? – хмыкнул принц.
– У тебя есть… коньки?
========== Глава 12 ==========
Комментарий к Глава 12
Sting – Shape of my heart
Юрий, как только вышел на улицу, почувствовал дуновение свежего, морозного воздуха. Он стоял в длинном тёплом пальто, так любезно предоставленном ему Хироко, любуясь на заснеженные деревья и кусты. Отабек вышел с ним. Юрию показалось, что принц до появления юноши в замке вообще очень редко выходил на улицу и, наверное, даже не желал этого.
– Сегодня прохладно, – только и произнёс Отабек.
Юрию ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Да, неумолимо приблизилась зима.
– Где здесь замерзшее озеро?
Отабек кивнул на угол дворца – вероятно, оно находилось прямо за ним. Двое юношей медленно двинулись туда. Стояла тихая погода, лишь изредка холодный воздух обдувал их оголённую кожу на лице. Под ногами скрипел хрупкий снег, и на нём оставались свежие следы от сапог.
– Ты и правда так редко катался на коньках? – поинтересовался Юрий, вспоминая их с Отабеком разговор, произошедший во время похода в голубятню.
– Последний раз – лет шесть назад, – ответил принц. – Когда мои родители ещё были…
– Я понял, – оборвал Отабека Юрий, пожалев его. О такой трагедии сложно говорить даже спустя столько времени. – Я хожу… ходил со своим дедушкой каждый год на местное озеро в деревне, мы катались вместе с нашими соседями. Было весело. Он меня всему и обучил.
– Это здорово, когда рядом есть кто-то, – промолвил Отабек. – Хороший у тебя дедушка, наверное. Можешь даже как-нибудь его пригласить.
От такого у Юрия загорелись глаза, а губы сами собой расползлись в улыбке.
– П-правда? – с надеждой спросил он, всё ещё не веря в эти слова.
– Я не против, – Отабек пожал плечами. – Вот только есть одно но: лес опасен, а добираться до этого места довольно трудно. Я даже не представляю, как вы оба смогли найти сюда дорогу.
Видимо, принц изменил своё мнение о дедушке Юрия. Хоть он и пытался выкрасть розу, это не означало того, что он подлый или злой человек. Наоборот, он, возможно, честный и доброжелательный пожилой мужчина, которому так одиноко без его любимого внука.
Этим утром они вместе отнесли письмо в голубятню. Она находилась в башне рядом с той, в которой покоилась красивейшая роза. Красивые статные птицы с белым оперением сидели на своих жёрдочках в ожидании какого-нибудь задания от их хозяина. Наверное, лишь их и не тронуло проклятие. Они были настолько прекрасны, что невозможно было оторвать от них глаз.
Отабек аккуратно прикрепил послание к лапке одного из голубей и отпустил его из дворца. Наверняка, голубь уже успешно справился с поставленной задачей и летел назад, во дворец. А пока что сам принц и его гость вместе были у замёрзшего и заледенелого озера на заднем дворе замка.
Они опустились на небольшую лавочку, стоящую под заснеженной ивой, и принялись надевать коньки. Юрий словно почувствовал себя на своём месте, как будто бы очутился там, где ему предназначено быть. Он обожал кататься и всегда считал, что это его призвание.
Отабек же, с виду такой грозный и угрюмый, как только встал со скамьи, едва не упал. Он слишком долго не стоял на коньках и поэтому никак не мог привыкнуть к ним. Ему пришлось схватиться за лавку, чтобы удержать равновесие.
Юрий, откинув назад волосы, увидел, что принц не очень уверенно чувствует себя в такой обуви, поэтому подал ему руку и, кивнув на озеро, просто спросил: «Пойдём?»
Они вместе, аккуратно ступая по занесённой снегом земле, прошли к замёрзшему водоёму, и Отабек аккуратно, по очереди выставляя ноги, встал.
– Я действительно забыл, как это делается. Даже с родителями мы слишком мало катались.
– А воспитателей у тебя не было? – поинтересовался Юрий, делая первые шаги на льду.
– Мама и папа посчитали, что они мне ни к чему – сами обучали меня. Я рос без помощи слуг, одевался и ел сам, меня растили как обыкновенного человека.
«И правильно», – подумал Юрий, помогая принцу удержать равновесие.
Юноша взял его за две руки и осторожно притянул к себе. На льду показались первые следы от коньков.
– Вот так, видишь? – произнёс Юрий. – Это несложно. Тебе просто нужно медленно проходить дальше.
Отабек сам попробовал проехаться, и на его лице даже проскользнула улыбка, когда у него получилось продвинуться на небольшое расстояние.
– Ну вот, ничего страшного, – Юрий тоже попытался улыбнуться. – Попробуй дальше.
Юноша отъехал на небольшое расстояние, и у Отабека всё же, хоть и очень неуверенно, вышло продвинуться чуть дальше. Юрий шагал прямо за ним, иногда вращаясь и прокатываясь даже на одной ноге.
– Я всё ещё не уверен, хорошая ли это идея, – усомнился принц, – озеро ведь только недавно замёрзло. Мы тут не потонем?
– Будет тебе, оно не такое уж глубокое или широкое, – Юрий окинул взглядом водоём. – Я уверен, тут безопасно.
Юноша протянул руки принцу, намекая на совместное катание, и тот, не возражая, взял их в свои. По сравнению со своей грубой, шершавой кожей ладони юноши показались ему мягкими и нежными, хоть и были немного изувечены каждодневным занятием хозяйством. Аккуратно ступая по тонкому льду, они вдвоём катались в своё удовольствие, и Отабек, к своему удивлению, почувствовал себя намного лучше. Он будто бы снова ощутил, что такое жизнь, снова увидел мир в ярких красках. Хоть он и боялся за каждое своё движение, ему было… весело. Ему действительно нравилось кататься, особенно с Юрием, который был просто мастером в этом деле. Наконец-то он ощутил, что рядом с ним кто-то есть, помимо бесконечных слуг, кто-то, кто так дорог и близок ему, несмотря на недавнее знакомство. Улыбка Юрия, скромная и, скорее, скупая, казалась ему очаровательной, а зелёные глаза, прикрытые светлыми прядями волос, будто излучали свет, озаряющий всё вокруг: и мрачный обветшалый замок, и погнутые старостью и проклятием деревья, и даже все трагедии, когда-то пережитые Отабеком.
– Ты так здорово катаешься, – принц потупил взгляд, когда они остановились.
– Ну, мне нравится это делать, – Юрий пожал плечами. – Тем более я занимаюсь этим каждую зиму.
Юноша почувствовал, как на его волосы падают крохотные снежинки. Тучи на небе сгущались, и начинал покрапывать снег. Медленно и тихо падая с неба, он снова покрывал землю и лёд на озере.
Отабек, посмотрев наверх, поймал руками некоторые снежинки, которые тотчас же растаяли в его ладонях. Все эти годы он наблюдал за природой лишь из окна. Первый снег, летние освежающие дожди, осенние листопады и журчащие ручьи – всё это проходило мимо него, не касалось его. Он жил в своём мире, изолированный ото всех, не желающий слышать никаких новостей или общаться с кем-то. И сейчас он наконец-таки смог почувствовать себя живым.
– Прокатимся? – предложил принц, протягивая руку Юрию, и тот ответил согласием.
Они, взявшись за руки, оттолкнулись и, кружась и вращаясь, словно бы танцевали на льду. Юрий поймал себя на мысли, что ему нравится вот так вот кататься с Отабеком, он будто ощущал с ним какую-то связь. Он не знал, друзья ли они или нет, но ему было с ним. хорошо. Уютно. Не так, как с дедушкой. Это чувство было сильнее. Оно сопровождалось каким-то непоколебимым желанием остаться здесь навсегда.
Отабек, решив повторить за юношей, резко крутанулся на льду и понял, что падает. Он, цепляясь руками за воздух, пытался удержать равновесие, однако так с грохотом и опустился на лёд, таща за собой Юрия. Вместе они лежали на поверхности замёрзшего озера, и у обоих это вызвало улыбку на лице.
– Я знал, что мы когда-нибудь да упадём, – усмехнулся Отабек.
– Тебе простительно, ты долго не катался.
Они, лёжа на холодном льду, смотрели друг на друга. Отабек, так давно не видевший что-то красивое, любовался прямыми светлыми локонами Юрия и боролся с огромным желанием прикоснуться к ним. Его взгляд перешёл на острый нос и изумрудные глаза, словно излучавшие какой-то свет, а затем – он сам не заметил как – на потрескавшиеся розовые губы, так привлёкшие его внимание.
Юрий же, тяжело дыша после долгого катания, переводил взгляд с Отабека на природу и думал. Думал о том, какой принц на самом деле. Беззащитный, уязвимый, нуждающийся в заботе, хоть с виду и казался холодным и неприступным, как дворец, в котором жил. Быть может, он хороший человек, вот только проклятие испортило его и загубило все юношеские годы. Всю свою молодость он провёл в заточении, не выходя на улицу и даже не желая общаться со своей прислугой. Разве это жизнь?..
– Знаешь, Отабек… – начал Юрий, слегка откашлявшись, чтобы его голос звучал чётче, – я никогда не благодарил тебя за то, что ты спас мне жизнь…
Отабек, приподняв руку, аккуратно, легонько дотронулся до светлых локонов и погладил их. Незаметно даже для самого себя он приподнялся на локте и, нависая над Юрием, нежно прикоснулся к его губам своими. Настолько осторожно, будто боялся разбить хрусталь, каким ему казался юноша. Словно ток ударил его по венам, в которых всё быстрее текла кровь. Он ощутил прилив какого-то нового, неизведанного чувства, и от этого на его лице снова появилась улыбка. Только теперь, как Отабек ни старался, убрать или скрыть он её не мог.
– А я никогда не благодарил тебя за то, что ты остался со мной, несмотря на то, какой я.
Юрий же, ошарашено моргая, смотрел прямо в эти карие глаза принца, слегка прикрытые свисающими чёрными локонами, и понимал, что что-то в нём изменилось. Его сердце билось быстрее, становилось жарче, даже несмотря на то, что он лежал на холодном льду, а с неба падали хлопья снега.
– Ота… Отабек… – только и мог произнести он.
Принц ничего не ответил, а просто уселся рядом. Его волосы покрывали снежинки, а пальто и вовсе было укутано ими.
– Знаешь, Юрий, – призадумался принц, – скоро время обеда. Я думаю, нам стоит перекусить.
– Д-да, – заикаясь, промолвил Юрий в ответ. – Хорошее предложение. Что ж… – у него сам собой вышел короткий смешок, больше напоминающий истеричный. Он попросту не до конца понимал, что с ним только что произошло. – Может быть, наперегонки? Кто быстрее достигнет земли? – его голос дрожал, он сам не осознавал, что говорил это, однако стоило разрядить обстановку. Он так делал всегда, когда случались размолвки или редкие небольшие ссоры с дедушкой.
