Текст книги "Красавец и чудовище (СИ)"

Автор книги: Ana_Smile_69

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

И сегодня, пока мы сидели там, наши лица были настолько близко и я настолько отчётливо видел губы Виктора, что не смог преодолеть своё внутреннее желание и прикоснулся к ним своими.

Я ожидал, что Виктор набросится на меня, ударит или накричит – и я боялся этого – однако ничего не произошло. Он всего лишь улыбнулся и подмигнул мне, после чего вышел.

И сейчас я сижу здесь, в тишине и одиночестве, вспоминая этот сладостный момент.»

Юрий пролистал следующие страницы – больше записей не было.

3 мая 1732 года. На следующий день, вероятно, и произошёл тот несчастный случай. Проклятье, насланное злой ведьмой. Юри наверняка постарался спрятать свою тетрадь, чтобы никто не нашёл её, а ведь где лучше всего было её спрятать? В библиотеке. Ведь если хочешь спрятать дерево, то направишься прямиком в лес.*

Юрий так ошарашенно и смотрел на чистые листы бумаги и на последнюю запись и понимал, что он стал свидетелем свершившейся истории. Буквально на его глазах Юри Кацуки влюбился, мучился от незнания, взаимно ли его чувство или нет, а после – впервые поцеловал человека, которого любил. И тот даже не дал однозначного ответа. Виктор, как всегда, был загадочным. Другого от него ждать и не приходилось.

Однако что же теперь делать? Ведь если проклятие не снять, пострадает не только и Отабек, но и Юри проведёт всю жизнь в мучениях, не понимая, что хотел ему сказать Виктор в ответ. И Юрий понимал: он – единственный, кто способен снять заклятие. Только он совсем не знал как. Да, он начинал испытывать что-то к Отабеку, но была ли это чистая любовь? Юноша вообще сомневался, возможно ли любить такого, как он? Такого самовлюблённого и горделивого принца, которому практически нет дела до окружающих его людей? Тем не менее Юрий бы никогда не подверг его такому опасному риску.

Юноша запустил руки в волосы и взлохматил их. Мысли никак не лезли в его голову. Он запутался, он переживал, он чувствовал, что решение где-то рядом, но одновременно убегает от него…

Юрий, листая книги, провёл вечер в одиночестве, пытаясь понять, что в них написано. Спустя пару часов, когда на небе появлялись первые звёзды, он уже чувствовал себя уставшим и выдохшимся, а потому проспал – прямо до следующего утра.

***

Ритмичный стук в дверь разбудил юношу, и ему пришлось раскрыть глаза, хоть и сделал он это с большой неохотой. «Опять слуги», – подумал юноша и проворчал тихое «войдите».

Дверь с лёгким скрипом отворилась. Юрий тут же услышал тяжёлые шаги и вздохнул. Разумеется, он узнал, кто идёт к нему.

– Доброе утро, – услышал он знакомый низкий голос, который, казалось, слышал всю ночь в своих смутных и смазанных снах.

– Недоброе, – пробурчал Юрий и укрылся одеялом с головой. Юноша тут же почувствовал, как под ним прогибается перина. – Зачем ты пришел?

– Я хотел извиниться, – тихим голосом ответил Отабек и тяжело вздохнул.

– Смешная шутка.

Юрию становилось жарко под тяжёлым одеялом, однако он не собирался высовываться из-под него. Пусть принц для начала объяснится. Иначе он даже не достоин того, чтобы носить свой статус.

– Юрий, я понимаю, ты злишься, но…

«Неужели он и вправду осознал, как он повёл себя вчера?» – удивился юноша, однако так и не вылез из-под одеяла. Пусть Отабек сначала договорит.

– Но ты мне действительно дорог. Ты мой друг, единственный друг, единственный, кому я доверяю.

– Не ври, у тебя полный дворец слуг, – пробубнил Юрий.

Отабек тяжело вздохнул.

– Я знаю их всех с самого рождения, однако не могу с полной уверенностью сказать, что доверяю им. Скорее, я вообще не хочу делиться с ними тем, что я чувствую.

– Не знал, что ты умеешь чувствовать, – хмыкнул Юрий. Он говорил это неосознанно, слова буквально сами сыпались из него. Юноша был в глубокой обиде на принца и на его слова, которыми тот причинил ему боль.

– Юрий, я действительно ценю тебя и твою поддержку. Я благодарен тебе за то, что ты остался рядом со мной. Что ты не бросил меня, несмотря на мою уродливую внешность. Что смог узнать меня таким, какой я есть, хоть я кажусь таким холодным. Юрий, прости меня.

Юноша не вылезал из-под одеяла. Не вылезал, он был погружён в свои собственные мысли. Слова Отабека каким-то образом действовали на него. Они заставляли его задуматься над чем-то, поменять своё мнение.

– Юрий, я… – всё громче говорил принц. – Я люблю тебя, Юрий.

Юноша, не веря своим ушам, скинул плотное и тяжёлое одеяло.

– Ты… что?

Отабек не поднимал головы. Он смотрел в пол, а длинные чёрные локоны закрывали его глаза. Тем не менее Юрию отчётливо казалось, что по щекам принца катятся слёзы.

– Ты любишь меня?.. – растерянно повторил юноша, не зная, что ему отвечать на это. Неужели принц поистине испытывал к нему такое глубокое и сильное чувство?

– Да, я люблю тебя. С тех самых пор, как ты здесь появился…

Отабек кинул на Юрия взгляд, в котором читались сожаление, печаль, грусть… и надежда. Непоколебимая, твёрдая надежда.

Юноша не знал, как стоит себя вести. Ведь такое ему говорят впервые в жизни. Тем более при таких странных обстоятельствах. Неужто и правда Отабек любит его? Любит сильно, самоотверженно?

– Я не могу ответить тебе что-то, прости меня, – произнёс Юрий и сглотнул слюну. Всё для него казалось таким странным, таким непривычным. – Я не покину тебя. Куда уж я денусь.

Пока юноша говорил это, перед его глазами проносились добрые улыбки слуг, чай от семьи чайников и чашек, история Виктора и Юри, Хироко… Он привязался к этому замку, к его обитателям, даже заинтересовался проклятием, наложенным на замок. Похоже, его никогда не удастся снять… Если только Юрий не успеет полюбить Отабека в ответ. Так же самозабвенно, сильно, рьяно.

Вот только сможет ли он?

Юноша скинул с себя одеяло и, приблизившись к Отабеку, заключил его в крепкие и нежные объятия, какие бывают, когда кого-то утешают. Принц с облегчением выдохнул.

– Что же… – прошептал тот. – Может, пора перекусить?

Комментарий к Глава 16

*Лучше всего спрятать дерево в лесу – цитата из сериала “Шерлок”, 1х02

========== Глава 17 ==========

В обеденном зале горели свечи. Шторы закрывали окна, сквозь них не просачивались солнечные лучи, к тому времени выступившие из-за тяжёлых свинцовых туч, а потому источником света здесь были расставленные по углам комнаты канделябры (удивительно, но Виктора среди них не было). Юрий не ожидал увидеть такую красоту: ещё недавно пыльный и заброшенный всеми зал уже блистал от чистоты, а тёплое свечение падало на лепнину на высоком потолке и изорванные портреты на стенах. Царила жуткая атмосфера, но юноше нравилось. Он обожал эту загадочность, поселившуюся в замке.

– Проходи, не стесняйся, – услышал он низкий бархатный голос.

Юрий и не заметил, как стоит в дверях, с открытым от удивления ртом рассматривая представшую перед ним комнату. По центру стоял длинный стол с тысячами блюд на нём, в которых Юрий узнал и жареную птицу, и свежие фрукты, и нежные десерты.

– Откуда у тебя столько еды? – изумился юноша. – Ты же даже за пределы замка не выходишь, а все слуги заколдованы!

– Секрет, Юрий, – хитро улыбнулся Отабек. – Прошу к столу, – принц сделал жест рукой, приглашая юношу присесть.

Принц сегодня выглядел совершенно по-другому. Он снял свою тяжёлую шаль и надел тёмно-синий костюм, оттенявший цвет его глаз. Волосы он убрал назад, аккуратно причесавшись, и, несмотря на свои шрамы, выглядел обворожительно.

Юрий чувствовал себя богатой чинной дамой, оказавшейся на званном ужине в соседнем поместье. Он снова был в неизменной жёлтой рубашке, которая оказалась ему как раз к лицу, а его светлые локоны уложили слуги. Отабек пообещал, что этот ужин покажется ему незабываемым, так как он хочет отблагодарить своего гостя за то, что тот остался, спас ему жизнь и увидел, какой он внутри, не смотрел через призму проклятия. Юрий даже не представлял, насколько принц был благодарен ему за всё это.

Они сели по разные концы стола за стулья с высокими спинками, напоминавшие юноше самые настоящие троны. Интересно, Отабек каждый день принимал пищу именно так? С пафосом, пышно, роскошно? Или же предпочитал есть у себя в комнате, как он обычно это делал в последнее время?

В дальнем углу заиграла музыка. Так тихо и плавно, что Юрий поначалу её не услышал, однако она становилась всё громче.

– Кто играет? – удивился он.

– Слуги, разумеется. Те, кого проклятье сделало музыкальными инструментами. Раньше они были замечательным квартетом… – мечтательно вздохнул Отабек и сделал глоток бордового напитка, находившегося в его высоком бокале. – Знаешь, Юрий, я предлагаю тост.

– Тост? – глаза юноши, и без того большие, округлились. – Это. это что, вино?

– Ну да, – ответил Отабек, словно распитие вина было для него привычным. – Да не бойся ты. Это всего лишь виноград. Сомневаюсь, что его и вином-то назвать можно.

– Ну ладно, – недоверчиво сожмурив глаза, произнёс Юрий и потянулся к своему бокалу, после чего поднял его.

– Я предлагаю осушить эти бокалы за тебя, – торжественно произнёс принц. – Потому что после твоего появления в замке ужасные вороны превратились в прекрасных белых голубей, живущих сейчас в одной из башен.

– Серьёзно? – не поверил Юрий.

– Совершенно, – с полной уверенностью в голосе ответил Отабек. – Я боялся даже заходить на ту башню, потому что эти вороны кричали и так громко гаркали, что мне казалось, я в каком-то ночном кошмаре, – фыркнул он.

– Удивительно, – покачал головой Юрий. – Получается, проклятье начало спадать после того как я оказался в этом месте?

– Ровно в тот день, – подтвердил Отабек.

Они осушили бокалы.

– Так может, – предположил Юрий, – подождать, и оно само спадёт?

– Очень смешно, – Отабек сжал губы в тонкую полоску.

Музыка продолжала играть, а Юрий слегка привстал, чтобы наложить себе еды. Вдруг из темноты появилась пара официантов и сама положила гостю блюдо подобием рук. Это были горбатые и низкие мужчины, которых проклятие, по всему видимому, решило не превращать в предметы, а изуродовать и покалечить их тела. Юрий сразу же убрал свои руки, положив их на колени, и дождался, пока ему положат жаркое.

– Благодарю, – тихо произнёс он, но слуги уже снова вернулись в темноту. Юноша немного опешил от такого, но всё же принялся за свою еду.

На первый вкус она показалась ему божественной. Такое мягкое, свежее мясо, покрытое коркой свежего молочного сыра, буквально заставило его перенестись из этого страшного замка на просторы далёких полей, ощутить этот запах гор и цветов, уйти в свои мысли и не вернуться. Юноша и не заметил, как закрыл глаза от удовольствия…

– Нравится? – ухмыльнулся Отабек.

– Ещё как, – выдохнул Юрий. – Это великолепно… Слуги готовят безупречно. Вот в чём плюс жизни во дворце – здесь вкусная еда, и её много! – он улыбнулся.

Он накладывал и накладывал себе еды, всё больше и больше, пока не перепробовал всё, что хотел, по одной ложке, после чего вальяжно и совсем не по-королевски развалился в своём стуле, укладывая руки на живот.

– Я прямо как мой дедушка, – он устремил свой взор куда-то вверх, окунувшись в воспоминания. – Когда в деревне ярмарка, он ест всё до отвала…

Отабек улыбнулся уголками губ и аккуратно положил в рот кусок мяса. Проглотив его, он с надеждой в голосе предложил Юрию:

– Ты не хочешь потанцевать?

– Было бы здорово немного пошевелиться после такого ужина, – ухмыльнулся юноша в ответ.

Тут же услышав их, музыкальные инструменты начали исполнять безумно красивую симфонию, под которую хотелось лишь кружиться в долгом танце. Отабек поднялся со стула и подал руку Юрию; тот взял её и последовал за принцем. Они остановились в самом центре зала, где места было предостаточно, и стали двигаться в такт музыке. Юрия ничуть не смущало то, что ведущую позицию занимал Отабек, а сам юноша напоминал себе девушку. Он часто читал о самых разных танцах в книгах и потому знал, что сейчас они исполняют самый настоящий вальс.

Множественные свечи, стоявшие в разных углах комнаты, сливались в один свет. Юрий не замечал, как он кружится и как счастливая улыбка повисла на его лице. Он чувствовал себя таким счастливым, что не следил за временем. Этот момент длился для него бесконечно, но одновременно так быстро.

Он не особенно умел танцевать, однако, даже иногда наступая на ноги, он двигался, не сдавался. На душе у него было настолько тепло, что он даже удивился, что такое может быть. В жизни он всегда оставался чем-то недовольным, но сейчас… Сейчас он просто-напросто был счастлив, кружась в танце с Отабеком, с человеком, который любит его и в которого влюблён он.

– Послушай, Отабек, – вдруг решительно произнёс Юрий. – Тогда, на льду, ты поцеловал меня.

– Да, поцеловал, – улыбнулся принц, похоже, с радостью вспоминая тот момент. – А что?

– Это было так неожиданно, – прошептал юноша.

– Тебе понравилось?

Юрий пожал плечами. Он невольно опустил взгляд, будто пытался убежать от этого вопроса, однако деться ему было некуда: он сам начал разговор.

– Я могу поспорить, что ты хочешь повторить, – произнёс Отабек и нежно прикоснулся своими губами к губам Юрия. Они слились в нежном поцелуе, и от этого у юноши закружилась голова. Он почувствовал, как может упасть без чувств прямо сейчас, забыться. Поцелуй казался ему одновременно таким лёгким и воздушным, но одновременно таким страстным и долгожданным, что он испытывал смешанные эмоции. Наконец-то исполнилось то, о чём он так долго думал и мечтал. И всё показалось ему таким быстрым, несмотря на то, что они простояли так, пока музыка не кончилась. Однако всё приятное когда-либо заканчивается.

Отабек и Юрий услышали тяжёлый и громкий стук. Не понимая, что произошло, они вдвоём помчались в холл, ко входу. Слуги уже собрались и сейчас все вместе стояли рядом с ними, благородно заслоняя принца и юношу собой. По-видимому, кто-то стучал тяжёлым бревном по дверям замка.

– Они заперты, – произнёс Отабек, – но им всё равно недолго осталось. Пойдём, – он схватил Юрия за руку. – Оставайтесь на месте, пока я не прибегу обратно! – крикнул он слугам. – Я лишь спрячу Юрия в укромном месте.

========== Глава 18 ==========

– Нет! – во весь голос кричал Юрий, пока Отабек силой тащил его по каменной лестнице наверх. – Куда ты меня ведёшь? Я что, трус какой-то?! Я хочу защитить тебя, Отабек!

– Ты останешься в самом защищённом месте замка, пока мы будем обороняться. Уж кто-кто, а ты точно не должен пострадать. Кем бы они ни были, они явно пришли за мной.

Принц был намного сильнее хрупкого Юрия, а потому ему удалось запереть юношу в том самом зале, в котором хранилась Роза, способная снять проклятье. Юрий, громко постучав по двери и затем, поняв, что его попытки проломить себе выход тщетны, скатился по стене на пол и провёл по лицу руками.

– Чёрт! – громко выругался он. Отабек, возможно, прямо сейчас ранен или страдает от боли, а он сидит здесь и ничего не может сделать!

Юрий, набрав побольше воздуха в лёгкие, истошно крикнул: «Отабек!», однако, разумеется, ни единого звука не было слышно за пределами этой комнаты.

***

Слуги спрятались в тени, ожидая, что сквозь двери сейчас ворвётся толпа людей, желающих погубить их Принца. Они сами прогнали его в обеденный зал, заняв оборонительные позиции. У них всех были свои преимущества, ведь они из-за проклятия превратились в предметы мебели и посуды.

Двери скоро выломали. Сорвавшись с петель, они с треском упали на пол. Орава людей прорвалась, держа перед собой толстое бревно с выпирающими ветками. Видимо, им они и прорывали себе вход. Увидев перед собой лишь шкафы, диваны и посуду, толпа опешила; они тут же начали перешёптываться и пожимать плечами. Их предводитель, высокий черноволосый мужчина, прошёл вперёд и громко крикнул: «Где ты, чудовище?! Выходи, если ты не трус. Мы сможем сразиться с тобой по-честному!»

Как только люди прошли чуть вперёд, слуги начали атаковать. Вилки и ножи, выскакивая из буфетов, кололи в ноги и зад, отчего пришедшие испуганно вскрикивали и разбегались. Началась суматоха. Никто и понять не мог, что здесь есть живые – и разумные – предметы. Начался гул, многие ругались и чертыхались, пока посуда всё ещё прыгала на них, наскакивала и больно колола.

– Что здесь происходит? – крикнул предводитель в пустоту, но никто ему не ответил. – Вы что, даже справиться с этим не можете? – он укоризненно посмотрел на толпу. – Как вы собирались бороться с чудищем?!

Люди тут же, пытаясь как-то сгруппироваться, палками отбивали от себя вилки и ножи, расходясь по залу и собираясь в круг.

– Оставайтесь здесь, – махнул рукой главный мужчина, – а я побреду искать чудовище.

После его ухода начался полный переполох. Шкафы и комоды хлопали своими дверцами и ящиками, пугая народ и загоняя его в углы. Пёс Маккачин, обернувшийся в пуф, громко лаял и рычал; он подбежал к одному из врагов и, вцепившись зубами в штанину, грыз и жевал её, пока та не разорвалась по кускам. Виктор присоединялся к нему; он, забравшись на него, воспламенял людям одежду, и те с криками от испуга уносились прочь, хватаясь за штаны и рубашки.

Семья чашек стояла на статуях и верхних полках, и пока под ними кто-то пробегал, они пускали на них струи обжигающего кипятка. Ковры ловко запутывали бегающих и специально валили их с ног, после чего заворачивали, и те оставались лежать неподвижно, хоть и пытались выпутаться из цепкой ловушки.

Повсюду стоял шум, люди ругались и кричали, однако слуги продолжали задерживать их, пока Отабек надёжно спрятан. Осталось лишь найти их предводителя, но они были уверены в том, что Юрия тому не найти, а потому продолжали запугивать толпу.

***

Отабек же не сидел просто так запертый в обеденном зале. Он знал почти все потайные ходы этого замка, а потому смог найти запасную лестницу, спрятанную в каменных стенах дворца. Взяв со стола первый попавшийся канделябр, он побежал наверх, к Юрию, проверить, всё ли у него хорошо, перепрыгивая через две и три ступени за раз. Ему не хватало воздуха, но он бежал так быстро, как мог, а потому через несколько мгновений оказался на верхнем этаже.

– Так вот ты где!

Принц обернулся. Прямо перед ним стоял высокий темноволосый мужчина, ростом с него, и в руках он держал лук, а за спиной у него виднелись стрелы.

– Кто ты такой, чёрт побери?! – изумился Отабек.

– Я – Жан-Жак Леруа, и я пришёл, чтобы убить тебя! – пришелец высоко задрал голову и упёр руки в бока.

– И что? – поднял бровь Отабек. – А зачем ты тогда столько людей с собой привёл?

– Они помогут мне в этом! – гордо произнёс Леруа.

– А ты сам настолько слаб, что убить человека не в силах?

Казалось, триумфу Жан-Жака пришёл конец. Он стоял, опешив, и смотрел прямо перед собой. Чудовище совсем его не боялось, как он на самом деле полагал.

Юрий в это время сидел в комнате, а прямо за стеной стояли принц и Жан-Жак. Он слышал их голоса, их разговор, стучал по двери и истошно кричал.

– Леруа! Тебя здесь не ждали! Уйди, пока я тебя не прикончил собственными руками!

Поняв, что дверь ему не поддастся, он в последний раз пнул её и от злости взвыл. Его волосы больше не были уложены в красивую причёску – они были взъерошены и взлохмачены, а рубашка со штанами и вовсе помялись и в некоторых местах испачкались. Единственный выход из этой комнаты был через окно, но, помимо небольшого выступа и покатой крыши башни, там не по чему было идти.

Тем временем Леруа приближался к Отабеку, держа наготове лук.

– Ты действительно вот так просто убьёшь меня? – пытался тянуть время Отабек. – Это же так скучно, ну же. Тебе же обязательно нужны зрители, иначе кто поверит твоей заслуге?

Жан-Жак призадумался. Слова принца как-то странно подействовали на него, но в следующий же миг он понял, что тот лишь пытается оказаться в выгодную для себя ситуации.

– Ну уж нет, – ухмыльнулся он, – я вынесу им твой труп, и тогда они точно поверят мне.

– Ты настолько двуличен, что убьёшь безоружного? И зачем тебе это нужно? – всё спрашивал Отабек, стараясь выиграть время.

– Юрий у тебя в плену. Ты мучишь его и издеваешься над ним. Я пришёл спасти его и погубить тебя, – уверенно произнёс Жан-Жак.

– Ничего он не в плену. Откуда ты вообще об этом узнал?

– Его старику пришло письмо. Таких красивых голубей мы даже в стране своей не видели, ясное дело, они из этого замка прилетели, королевские ведь, – хмыкнул Леруа, доставая из-за спины стрелу и направляя её на принца. – Ты явно заставил его написать такое хорошее письмо, ведь ты описан в нём таким благородным, достойным уважения, как же иначе, – поморщился Жан-Жак. – Что же, теперь придётся поплатиться за то, что украл Юрия.

Отабек хотел засмеяться от того, как же нелепа была речь Леруа в этот момент. Принц с улыбкой на губах попятился назад, оглядываясь по сторонам и выискивая хоть какое-то оружие, однако на глаза попались лишь пара статуй да портреты.

Вскоре он оказался прижатым к холодному стеклу. Изорванные шторы колыхались из-за небольшого сквозняка, поступавшего через щели в окнах.

– Скажи свои последние слова, – угрожал Жан-Жак, не давай принцу прохода. – Скажи, где ты прячешь Юрия.

– Ты никогда его не найдёшь, – Отабек прищурил глаза и резким движением – так, что Леруа и заметить ничего не успел, с силой дёрнул портьеру и накинул её на Жан-Жака. Мужчина тут же упал на пол, кряхтя и размахивая руками, пытаясь выпутаться. Его стрелы, похоже, с треском сломались пополам, а он вконец запутался, потому что кричал и паниковал. Отабек, поняв, что выиграл время, подбежал к двери комнаты, в которой он прятал Юрия, и прошептал, прислонившись руками и лицом к деревянному покрытию:

– Я спасу нас обоих Юрий, слышишь?

– Отабек! – Юрий стучал руками по двери. – Вытащи меня отсюда!

– Я люблю тебя, Юрий. Я не дам им меня победить.

Принц резко развернулся и побежал навстречу Леруа. Рядом стояла небольшая статуя, Отабек схватил её и стал в позу самообороны. К тому времени, как Жан-Жак вырвался через дыру в портьере и встал на ноги, принц был готов пульнуть статую прямо в него.

– Ну что, голубки, попрощались уже? Ох, как жаль, что Юрий не увидит твою смерть! – ехидно улыбнулся. – Ну же, давай сразимся. Я как погляжу, у тебя оружие появилось.

Они заняли свои позиции: Отабек был готов кинуть каменную тяжёлую статую в Леруа, а тот – пустить одну из уцелевших стрел в принца. Они медленно передвигались по кругу, пока Отабек снова не оказался у окна. Тогда Жан-Жак выстрелил, и принц успел пригнуться, после чего стрела пробила стекло в окне, и осколки посыпались на пол.

Принц не рассчитал силы и, потеряв равновесие, завалился на окно, попутно разбивая его тяжёлой каменной статуей и падая на покатую крышу. Он оказался на жутком морозе, к тому же завывал холодный ветер, и ему пришлось приложить силы, чтобы не свалиться с купола.

– О, схватка становится ещё интереснее! – прокричал Леруа, выходя к принцу. – Ну же, вставай.

Отабек цеплялся за покатый склон и старался не упасть, и вскоре он оказался на небольшом выступе, где было место лишь для Отабека и Жан-Жака. Ветер раздувал полы их одежды, волосы падали на лицо, но в глазах у обоих читались гнев и ярость. Принцу было тяжело. Мало того, что он выронил свою статую, которая разбилась на несколько частей при падении, так и чувствовал он себя слабым, беззащитным, будто все его силы в одночасье покинули его. Он тяжело дышал.

– Сдаёшься? – ехидно ухмыльнулся Леруа.

– Никогда, – угрюмо произнёс Отабек.

Юрий, сидевший в комнате, краем глаза уловил какое-то движение за окном, а потому быстро подбежал поближе и, прислонившись лицом к стеклу, в упор смотрел на склон крыши. Отабек и Жан-Жак стояли напротив друг друга, между ними завязалась драка, а юноша сидел здесь, запертый в одиночестве, не способный хоть как-то помочь принцу.

Юрий огляделся. Вокруг стояла куча каменных статуй и изваяний, и первая, что попалась ему, изображала покорёженного и неестественного кентавра. Он поморщился, взяв его в руки, и подумал, что совсем не разбирается в искусстве, однако это не остановило его. Он замахнулся и резко ударил ею по стеклу, отчего то разбилось на осколки. Он ликовал, ведь ещё чуть-чуть – и можно выбраться из этого замка, поспешить на помощь Отабеку. Он продолжал ломать стекло, даже не замечая, что творится почти рядом с ним.

Жан-Жак, поняв, что стрелы и лук ему сейчас не очень помогут, в схватке с Отабеком достал из кармана кинжал, вытащил его из ножен и замахнулся на принца. Юрий ничего и заметить не успел, только лишь услышал крик боли. Он в испуге поднял глаза и увидел, как Отабек, хватаясь за бок, постепенно соскальзывает с крыши. Юноша инстинктивно выкрикнул его имя и протянул руку. Окно было почти выбито, Юрий хотел пробраться по крыше к принцу и спасти его, однако он не мог. Нужно было рассчитать силы, прыжок, а времени для этого не было. Ему больно было видеть соскальзывающего Отабека. Тут же, выскакивая из окна и держа в руках статую, Юрий кое-как схватил руку Отабека, падающего с крыши, и попытался затащить его обратно в комнату.

– Давай же, помогай ему, – напомнил о себе Жан-Жак. – Один он настолько слаб, что не может справиться со мной, – фыркнул он. – А ещё и принц. Самое настоящее чудовище!

Юрий поднял Отабека и помог ему забраться в комнату, хотя бы уложить его возле окна. Затем юноша вышел на крышу и, расправив плечи, громко выкрикнул:

– Единственное чудовище здесь – это ты, Леруа! Убирайся отсюда. И забери всех своих глупых людей! Вас никто не звал.

– Мы пришли убить монстра, держащего тебя в плену. Мы пришли освободить тебя, а ты ещё и недоволен.

– Ты ужасный человек. Я никогда не предам Отабека. Я его друг. А ты, наверное, даже не знаешь, что такое дружба.

– Отабек мог и сам защититься, – хмыкнул Леруа. – Он даже побороться за себя не может.

– Ты и понятия не имеешь, через что ему пришлось пройти, – Юрий исподлобья посмотрел на Жан-Жака. Его светлые локоны развевались на ветру, в зелёных глазах горел огонь. Юноша был настолько зол, что его эмоции нельзя было передать словами. Он просто-напросто хотел убить этого противного Леруа.

И тогда произошло нечто. Крыша заходила ходуном, она изгибалась и переливалась волнами. Леруа не мог удержаться и падал, одновременно ругаясь и крича: «Что за чертовщина?», и в следующий же миг он вместе со своими стрелами и луком полетел вниз, прямо к присыпанной снегом земле.

Замок дрожал и трясся, словно его двигали какие-то неведомые силы. Юрий сам пытался удержать равновесие, залезая обратно, в комнату к Отабеку, и он слышал крики, доносившиеся снизу. Народ высыпал из дворца, ругаясь и чертыхаясь, пока все не оказались за пределами ворот. В замке остались слуги да Юрий с Отабеком. Юноша, как только землетрясение успокоилось, подскочил к принцу и склонился над ним.

– Отабек! – он взял его лицо в свои руки. – Ты слышишь меня? Всё в порядке?

– Кажется, не только предметы мебели стали живыми, а ещё и сам замок, – улыбнулся он, глядя прямо в глаза Юрию.

– Да, да, ответь мне, как ты? Тебя пырнули ножом!

Юрий тут же снял с принца пиджак и приподнял рубашку. Из его бока сочилась кровь, она уже застыла густым пятном на полу.

– Ты потерял слишком много, – запаниковал Юрий и, сняв с принца пиджак, крепко привязал его к ране, надеясь остановить кровотечение. – У тебя есть какие-то лекарства в замке или бинты, хоть что-нибудь? – с надеждой в голосе спрашивал юноша, но Отабек не мог ничего ответить. Он смотрел куда-то ввысь, в пустоту. Казалось, силы покидают его.

– Проклятие лишило меня былой мощи. Я ничего не смог сделать, чтобы защитить… нас.

– Не переживай. Чёрт побери, я должен что-то сделать! – крикнул Юрий и поднял взгляд. Тут же ему на глаза попался футляр с розой. Цветок увядал, и последние лепестки легли тонким слоем вокруг него. Однако последний из них всё ещё оставался на стебле, именно он издавал мягкий красновато-лиловый цвет, расходившийся по всей комнате. Юрий, как бешеный, подскочил и понёсся к стеклянному футляру. Он с силой выдернул его и случайно откинул назад, разбив, после чего сорвал последний лепесток. «Он поможет, если Отабек будет находиться в смертельной опасности»… – вспомнил он свой довод. Тут же он помчался обратно, присел возле принца и прислонил волшебный лепесток к открытой и незаживающей ране.

– Отабек, прошу, не покидай меня… – шептал Юрий. – Я люблю тебя. Я люблю тебя!..

По его щеке покатилась предательская одинокая слеза. Она дошла до его губ, и он почувствовал солоноватый привкус. Он плакал, рыдал навзрыд, он понимал, что Отабек умирает на его руках, и виноват здесь лишь он, только он, никто другой.

Лепесток остался на ране. Юрий, вытирая слёзы рукавами рубашки, склонился над принцем, потеряв хоть какую-то надежду на то, что он выживет. Он не верил в то, что проклятье может быть снято, он вообще перестал во что-то верить. Уже он мечтал о том, как отомстит всей деревне за смерть Отабека. А в душе надеялся, что этот Леруа мучился перед тем как умереть, свалившись с крыши одной из башен.

– Я люблю тебя… – третий раз повторил Юрий, положив руки на грудь принцу, и его слеза упала на открытую рану.

Комната озарилась ярким лиловым цветом. Юрию пришлось прикрыть глаза, потому что свет ослеплял его. На миг он перестал плакать. Свет был настолько ярким, что озарял не только комнату, но и улицу, а снег медленно приобретал розоватый оттенок.

Отабек повис в воздухе. Он буквально витал на расстоянии пары дюймов от пола, и его рана, длинная, уродливая, медленно затягивалась. Кровь больше не текла. Юрий залюбовался этим зрелищем и не заметил, как принц преображается у него на глазах. Его шрамы, исполосовавшие всё тело, уменьшались и вовсе пропадали, а волосы, спутанные и длинные, вернулись к прежней длине. Глаза принца были закрыты, его дыхание было медленным и спокойным, грудь размеренно поднималась и опускалась, и свечение понемногу затухало. Отабек был словно окружён каким-то магическим сиянием, тёплым, тусклым, после чего плавно он опустился на пол.

– Ота… – прошептал Юрий. – Отабек? Ты жив?

Тот резко открыл глаза и сделал большой глоток воздуха.

– Юрий?

Юноша не мог поверить во всё произошедшее. Перед ним сидел Отабек, тот, которого он знал, но только всё в его внешности изменилось. Его волосы были уложены в аккуратную причёску, тёмно-карие глаза так и сияли от счастья. Смуглая кожа не была испорчена шрамами и порезами, он выглядел умопомрачительно, как выглядел бы все эти годы, если бы проклятие не затронуло его.

– Это правда ты? – Юрий не мог остановить катящиеся по щекам слёзы.

– Это я.

Юноша прикоснулся своей ладонью к лицу принца. Он чувствовал, что Отабек вернулся, а проклятие… проклятие наконец снялось.