Текст книги "Воспоминания Мерлина, или Привет, Хогвартс! (СИ)"
Автор книги: . 4ert13
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 35 страниц)
– Мерлин, ты в своем уме? – Гарри сейчас сильно напоминал свою сову – глазами.
– Мальчику мозги при падении отшибло… – посочувствовала Дафна.
– Не надо – Гермиона сжала мою руку. Я же лишь усмехнулся и вскочил, поправляя одежду.
– Ну, пока остальные отдыхают – почему нет? – Директор тоже был слегка в недоумении.
Поклон, отсчет, поехали! Прыжок–перекат с оглушающим, связка обезоруживающего и чар помех, пока все, что было направленно от директора летит мимо. Но вот он «спускает собак» – четыре трансфигурированные псины летят на меня, и я вынужден на них отвлечься. Все, свет меркнет. Очухиваюсь, сценарий повторяется. Когда я встал в пятый раз, после особенно хорошего отталкивающего в стену, раздались приглушенные вздохи облегчения.
– Еще.
– Мерлин, хватит!
– Потрясающая стойкость…
– Баран упертый!
– Мерлин, прости, но я не понимаю, чего ты добиваешься – Дамблдор внес вою лепту.
– Я пробую варианты.
– Хорошо. Готов? Раз. Два, Три!
На этот раз я обдал профессора мощной струей воды, которую тот обратил в легкий душ – ну, подумаешь окатили из ведра. Это же не как из брандспойта, когда потоком воды сдуть должно. Но вот мгновенная заморозка свое грязное дело сделала! Старик покрылся коркой льда, как и пространство вокруг него. Призвать предметы в комнате, благо мячи не трансфигурировали обратно, и отправить в него. Я едва успел – Дамблдор отломал рукав руки с палочкой и в мгновение ока просушил себя и одежду, даже щит поднял – лишь три мяча успели проскочить под него, но и их хватило, что бы он оступился. Импровизированный каток сработал, и директор шлепнулся на спину. Правда, что бы тут же показать, что не я один такой умный – чары помех, обезоруживающее и веревки пошли почти мгновенно пока он еще падал. Чары помех зацепили меня за ногу в воздухе, потянув ее тем самым и позволив попасть остальным заклинаниям. К счастью, палочку я удержал, упав на нее. Срезать веревку, щит, кинуть в профессора шкафом, который обратился в кучу плюшевых игрушек, и получить снова – лишение маневренности меня фактически обезоруживало. Потому что это было мое единственное преимущество перед этим умудренным опытом старым магом с огромной магической мощью. Он ответил тем же, чем ударил я – сделал из меня ледяную скульптуру. Сил сломать толстый лед физически не хватило – у него он вышел в несколько раз толще мой «скорлупы». Вспышка гнева, и она разлетается от «выброса силы» – тут такое случается у подростков, но в отличие от них у нас это просто базовое заклинание. И я получаю оглушающее в голову. Зашибись…
– Эй. Как ты? – Хм, ну очнулся то я хоть приятно. На коленях у Гермионы головой, растянувшись телом на полу. Девушка ладонями обхватила мою голову с двух сторон и сейчас тихонько подливала мне энергию, выводя меня из «ямы», в которую я угодил за полчаса серии схваток с использованием далеко не базовых заклинаний и чар.
– Я в норме.
– Еще бы он в ней не был – ухмыляется Рон, кивком показывая на Гермиону и намекая на мое расположение.
– Рональд Уизли, еще раз ты… – Гермиона набрала полную грудь воздуха и приготовилась отчитать его по полной программе, но ее бесцеремонно прервали…
– Стоп. Хватит. Мерлин, браво! Ты действовал очень хорошо, и если бы я не зацепил тебя чарами помех, еще неизвестно что бы вышло. – Альбус Дамблдор предпочел на меня смотреть через свои очки–половинки.
– Бросьте, профессор. – Я махнул рукой. – Если бы как раз таки вы не устали, ничего бы не вышло.
– Хм, а кто еще это заметил? Дафна? Молодец, внимательно значит следишь. – Дамблдор улыбнулся, но затем печально вздохнул. – Действительно, тело уже подводит меня. Я обладаю впечатляющей силой, большим, расширенным за годы жизни запасом сил, но восстанавливаю их очень долго. И если бы вы все были такими упертыми, как Мерлин – вы смогли бы меня сегодня одолеть. Да не с первого раза, да мы используем отнюдь не все возможные заклинания, но тем не менее. Я думаю на сегодня все.
Пока все расходились, я продолжал лежать. Ведь лежать было чертовски приятно и хорошо… Разве что ее ладони я перехватил своими, что бы Гермиона не тратилась – я то за ночь полностью приду в норму, а она может не заметить и сейчас «перелить» больше, чем сама сможет быстро восполнить. И тогда уже она а не я будет изнеможенной. А так – идти могу, колдовать тоже, уставший – да черт с ним. Вот и хлопнула дверь Выручай–комнаты за кивнувшим Гарри.
– Знал бы ты, как ты меня напугал, когда разлетелся лед. Я уж подумала у тебя очередной выброс – еще такое лицо в гневе было…
– Не переживай – я улыбнулся. – Во–первых, ты сейчас все еще излучаешь ту тревогу, а во–вторых, все было под контролем. Я думаю, что стабилизировался на данный момент, да и себя я контролирую как никогда раньше.
– Да что ты? – Гермиона рассмеялась и хитро прищурилась – А ну, держись!
– Ой не могу, хватит, хватит. Больно же смеяться отбитым телом! – действительно, щекотка не задалась – сразу же заныли ребра и мышцы пресса. Моих сил хватило лишь на то, что бы уронить ее рядом и стукнуть подушкой. Хах, если бы только ее это когда то останавливало. Тем не менее просьба ее остановила. Мы пролежали пару минут просто смотря в потолок, затем она перевернулась и устроилась поудобней, подперев голову локтем.
– Мерлин, о чем ты думаешь?
– О том, что потолок зеркальный. А мы не плохо смотримся.
– Дуралей – девушка захихикала.
– А серьезно?
– А серьезно – спать хочу…
Глава 47 «День Рождения Гермионы»
Я кропотливо делал свое дело. В нашей спальне, в которой все не менялось аж с создания школы переставил стол к окну, но все равно приходилось подсвечивать магически – парой любимых Гермиониных огоньков, помещенных в лампу и в фокусированный светильник сложной формы, который подсвечивал мне под увеличительное стекло. Под стеклом лежала часть внушительного вида доспеха, на котором я сначала чуть срезал слой внешнего покрытия, потом залил форму получившейся руны магической краской – желто–оранжевой, читая пару нехитрых формул, и дал высохнуть. Монотонная неторопливая работа успокаивала меня – эта неделя выдалась просто сумасшедшей. Для начала, Дамблдор обиделся и начал нас всех гонять максимально жестко. Потом еще ОД… Стоило нам отойти от простейших заклинаний, которые все кое–как смогли сделать, как началось. Почти все из присутствующих не смогли сотворить заклинания среднего уровня, которые прошли пару лет назад. Зато все спецы же, могут рассказать другим, как и что надо делать, вставить свои пять копеек. Только массовые расстрелы «Силенцио» от нас помогли ребятам заткнуться и начать работать и делать так, как им говорят. Да немного обидно, когда в тебя сразу кидают сильным заклинанием и не дают договорить, но они пришли на занятия, а не на базар. Так что это дало свои плоды: говорил только Гарри, мы помогали с проведением, все было более–менее не плохо, даже Невилл смог освоить эти заклинания. Вдобавок, Рон вчера чуть не угробил мои инструменты, задев их. Хорошо хоть он не заметил, что поймал я их в воздухе отнюдь не при помощи палочки, а взмахом руки. И это он уже перестал интересоваться, что же это я делаю и в своем ли я уме, как было первую неделю моей работы… * * *
Некоторое время назад….
– Мерлин, что это?
– М?
– Что тут делает стол и что ты делаешь? А это что? – Рон указал на происходящее рукой с учебником зельеварения.
– Не поверишь, работаю. А это означает, что не надо говорить под руку!
– А над чем?
– Над домашним заданием по рунам! Отстань на пять минут, а…
Следующим же вечером…
– Это не домашнее задание по Рунам! – торжествующе заявил Рон, показываясь в нашей спальне.
– Да ты что?!
– Ага. Парни с Когтеврана даже не слышали о такой работе. Так что колись, что ты делаешь?
– Презент я делаю, Рон. А вот ты опять смерть кличешь – НЕ ЛЕЗЬ ПОД РУКУ! И положи на место скальпель, пока себе не отрезал уши или что похуже.
– Не хочешь, не отвечай. Если что, мы ушли на тренировку. Такое ощущение, что Анджелина хочет нашей смерти – там дождь моросит, а ей летать охота…
* * *
– Мерлин, так все же, чем ты был таким занят все эти вечера? Уж прости, что отвлекаю тебя от книги, но, по крайней мере, не от работы.
– Действительно. Ладно, так и быть. Я рунами обрабатываю один костюмчик. В целях эксперимента. У меня тут есть пара идей, вот я ими и пользуюсь, – я помахал книжкой, которая когда–то была рабочей тетрадкой отца. Они тогда с Хаммером, главным оружейником Магов Белой башни, с доспехами мудрили, ну и я почерпнул пару идей и ритуалов.
Я захлопнул книгу и достал черный эластичный доспех, держа за плечи.
– А, что–то похожее было на Дафне. А из чего он?
– Боже мой, из чешуи с жопы дракона. Плюс десять к урону, – закатить глаза получилось весьма театрально, и Невилл вовремя зашел с Гарри – отсмеялись все вместе.
– Мерлин, позволь полюбопытствовать, а давно ли ты водишь знакомство с пятыми точками драконов? – Гарри усмехнулся и гулко положив сумку на пол, плюхнулся на кровать, разваливаясь прямо на покрывале.
– Да вот доводилось-с. Совместно-с знакомства водили-с, – я развел руками, а очередной приступ смеха заставил стекла в комнате трястись.
– А ваши девушки в курсе ваших знакомств? – теперь нас подколол Рон.
– Рон, ты не поверишь, но вся школа год как в курсе. А кому подарок–то, Мерль?
– Меньше знаешь, крепче спишь. Да и мне спокойней будет – не разболтаете.
* * *
Вдовесок, еще и сама Гермиона стала периодически срываться. Уж не знаю, были это проблемы по женской части или просто нагрузка с учебой и всеми нашими тренировками так сказывалась, но вот впервые она так сорвалась…..
– Мерлин, ты хочешь меня бросить?!
Мы всего лишь шли по коридору после ужина, когда она вдруг выпалила эту фразу, резко затормозив.
– Э-э, что, прости?
– Говорю, встречаться со мной не хочешь, да? А ну брысь отсюда! – шугнула она проходившего мимо первокурсника.
– А… почему ты так решила?
– Ты избегаешь меня, куда–то деваешься по вечерам на несколько часов, и вообще оборзел!
– Нормально, а… Гермиона, ты часом не заболела? Я уже сказал, что пока что делаю по вечерам секрет, но скоро ты все узнаешь. НО Я РАБОТАЮ, а не шляюсь где–то. С чего бы я тебя избегаю? Мы сутки напролет вместе! Оборзел… ну, допустим. А в чем именно?
– Даже сейчас как в театре себя ведешь. Ух! – я увернулся от ее размашистого удара рукой и развернул ее спиной к себе, плавно перехватил и перенаправил руку. Гермиона взвизгнула и подпрыгнула как ужаленная, но я перехватил ее, обняв сзади чуть ниже груди и сцепив руки в замок. Вырваться из медвежьих объятий, с руками, сведенными за спиной, Гермиона не смогла и постепенно успокоилась.
– Все? Срыв прошел?
– Да. Пусти меня.
– Не-е, никуда я тебя не пущу. Я же тебя избегаю, значит, а тут такая приятная близость образовалась…
– Руки пусти, больно же, – красная как рак, она дождалась ослабления захвата и потерла ушибленное место.
– Значит, мне по голове не больно, а себе по попе таки болезненно? – я усмехнулся. Гермиона же пришла в себя. Ну, мне так показалось. Она поникла и развернулась, уткнувшись головой мне в плечо.
– Прости меня. Я не должна была срываться на тебе. Эти тренировки с ОД, на которых никто не хочет немножко подумать, девчонки с их сплетнями и подколками в спальне, Кормак с парой идиотов, домашнее задание и ты еще куда–то пропадаешь по вечерам и стал закрываться мысленно…
– Тихо, – пока я гладил ее по голове и спине, успокаивая, помимо «Оглохни» вокруг нас поставил еще и заклинание для отвода глаз.
– Так ты простишь меня?
– Это ты прости. Я придумаю, что подвинуть, чтобы мы чаще могли быть вместе просто так, а не только в вечной учебе да тренировках. Про защиту разума – я действительно не хотел, чтобы ты до окончания моей работы о ней узнала. Потерпи еще немного, и я сам все расскажу и покажу. А еще я тренируюсь с этой самой защитой, да. Ну нужно это мне для одной довольно желанной вещи. Опять же, если все пойдет по плану, ты скоро сама все узнаешь. А что там с девчонками? Ты же вроде отучилась обращать на все это судачество внимание.
– Да внимание–то я не обращаю, – вздохнула Гермиона, задумавшись и кинув несколько образов, – но слышать–то слышу.
Я просмотрел их и усмехнулся. Лаванда вовсю описывала похождения одной дамы с Когтеврана по чуланам с метлами и как это круто, попутно красуясь бюстом, а также доматываясь до Гермионы как когда–то Рон до меня – про наши отношения. Ну и заканчивалось все троллингом и насмешками, мол год вместе, а не того, значит, не любит. Гермиона в обиде не оставалась и так отшивала Блондинку, что та затыкалась примерно на неделю. Потом отходила, сначала шушукаясь и обсуждая все с остальными, а потом опять делала заход. Я вынырнул из слепка воспоминаний и посмотрел на нее. Кстати, а это что такое?
– Герми, а давно кто–то смерти твоей желает?
– Что?!
– Говорю, давно так себя хреново чувствуешь?
– Ну дней десять…
– Ну неудивительно, – я провел рукой несколько раз над головой Гермионы, снимая проклятье. Кто–то очень серьезно пожелал ей сдохнуть, причем несколько раз и от всей души. Кто–то не самый слабый – будь это слабый человек, Гермиона даже чихать бы не начала. Все же немного, но против таких меток и проклятий влияет внешняя ментальная защита, а у Герми она неплоха. Вот почему обычно спокойная и рассудительная, она так сорвалась и напридумывала невесть что. Десять дней… прошлое занятие ОД? Но кто? Гермиона, поняв, что я с нее снимаю, ойкнула и нервно сглотнула, крепче в меня вцепившись.
– Ну как, полегче?
– Спасибо. Ох, так бы и стояла в твоих объятьях вечность, – Гермиона это почти промурлыкала. А эмоциональный окрас и чувства, переданные через нашу связь… Ух! А какие у нее губы…
– Минус десять баллов с Гриффиндора! – нас оттолкнуло заклинанием друг от друга, да так, что я с трудом скомпенсировал это, наклонившись вперед и выставив щит. Долорес Амбридж собственной персоной, в костюмчике любимого цвета.
– Да что вы себе позволяете! – Гермиона возмутилась на весь коридор.
– Это вы что себе позволяете? Нарушение декрета номер тридцать один, милочка. А еще и староста, фи. Еще минус десять баллов с Гриффиндора! И за колдовство в коридоре, еще минус пять.
«Вот заноза в заднице!» – Гермиона в сердцах высказалась мысленно.
«Оставь в покое свою задницу, она и без заноз у тебя классная» – я усмехнулся, смутив Гермиону и заставив ее немного зардеться. Зато вспомнив о наложенном на нее проклятье, в голову пришла отличная мысль.
– Всего доброго, профессор, не смеем вас больше задерживать, – я изобразил издевательский поклон, а заодно кинул в нее почти незаметную метку страха. Боевое заклинание «Страх» – темное проклятье. Заставляет противника бросить все его дела и заставляет бежать со всех ног от отправителя. Противодействовать могут только личности с сильной ментальной защитой собственной, или обложенные кучей защитных заклинаний – баффов. Но вот малая его доза, расфокусированная, должна была дать постоянное чувство тревоги и необъяснимого страха… Неделя у профессора будет интересной!
Генеральный инспектор Хогвартса чуть отшатнулась от меня, испуганно сверкнув глазками. Потом помотала головой и отправилась прочь по коридору.
– И что это было, сударь? Вы прокляли профессора? – Гермиона медленными большими шагами приблизилась ко мне.
– Ах, ну бросьте, право, леди. Немного помучается, но ведь не помрет. К тому же, заслужила сия гарпия, не так ли? – мы обменялись репликами в шуточной форме, сделав серьезные лица. Тем временем Гермиона снова прильнула ко мне, и, подтянувшись к моему уху, шепотом томно спросила: – А почему раньше–то так не сделал, а?
– Идиот-с, простите-с, – я развел руками. – Пошли, а то гостиная пополнится версиями Лаванды, где же мы это вдвоем ходим после ужина.
Чуть позже вечером Гермиона устало поднялась по ступенькам в женские спальни и проскользнула внутрь. Она привычно положила палочку на свою тумбочку, задернула окно и стала потихоньку готовиться ко сну. Достала зубную щетку и пасту, шампунь, скинула мантию и галстук, туфли, оставшись в брюках и рубашке да тапочках. Тут в спальню вломилась сидевшая в гостиной пять минут назад Лаванда. Гермиона спиной почуяла, что сейчас будет и закатила глаза. Прав был Мерлин…
– Ой, Гермиона, ты не поверишь, Джессика вчера такое вытворяла с парнем… – Лаванда взялась за очередную жертву. Парвати, отойдя ото сна, с интересом уставилась на происходящее. – Впрочем, что это я. Вы же с Мерлином тоже не просто так где–то пропадали полчаса после ужина. Только не говори, что вы без сумок отправились в библиотеку, как же…
Мысленно воззвав ко всем богам, которых смогла вспомнить, Гермиона взяла свои вещи и прошествовала к выходу, задержавшись около Лаванды. Она сделала вид, что хочет шепнуть ей на ушко, и та триумфально расцвела. Но вместо этого ее голос прозвучал довольно громко и немного устало:
– Лаванда, завидуй молча.
Лаванда отмерла лишь когда Гермиона вышла, прикрыв дверь.
– Это значит да?
– Это значит, что тебе пора перестать ее доставать, независимо от «да» или «нет», – буркнула Парвати, переворачиваясь к стенке. Браун на мгновение задумалась об этом, но потом тут же отмахнулась от этой мысли. * * *
Время, тем не менее, в этой суматохе пробегало неимоверно быстро. Казалось бы, каждый день длинный, насыщенный событиями – ан нет, все равно они сливаются в бесконечную череду. Секунды в минуты, минуты в часы, часы в дни и дни в недели. Спустя три недели с нашего приезда наступил Гермионин день рождения, который мы отметили достаточно скромно: все с утра поздравили девушку, кроме меня. Что вызвало заинтересованные и непонимающие взгляды друзей, и огонек в глазах девушки, вкупе с мощнейшим мысленным штормом, который можно было охарактеризовать как «что же за сюрприз ты мне готовишь?!». Я еле–еле убедил ее дождаться вечера.
– Пойдем?
Гермиона кивнула и приняла предложенную руку, положив начало нашему небольшому путешествию по замку. Я специально вел нас не по кратчайшей дороге, и она была очень удивлена, когда я остановился около Выручай – Комнаты.
– Что, ты решил не отказывать сегодня нам в тренировке?
– Конечно, – я усмехнулся и открыл комнату.
– М-м, это конечно здорово: наш тренировочный зал, все как обычно, но в чем подвох? – Гермиона была в смятении и немного раздосадована.
– С днем рождения, Гермиона! – я сунул руку в разлом и достал крупную упаковку. Лицо Герми озарилось улыбкой, она приняла подарок и стала разворачивать.
– Спасибо, а почему не в гостиной, конспирант? Бог мой… Мерлин, что это? – Гермиона изумленно рассматривала черный костюм.
– А как ты думаешь?
– Ну, это похоже на дуэльный костюм Дафны, но этот сделан из немного другого материала, плюс я вижу тут руны… защитные? Что это?
– Как на счет примерить и узнать? – я указал рукой на появившуюся ширму, а сам плюхнулся на подушки.
Гермиона же подхватила вещи и скрылась за ширмой. Спустя пару минут она появилась. Выглядела она эффектно, хоть и мрачновато. Доспех Дафны был из более грубой шкуры, эта же была высший сорт. Из–за этого костюм был насыщенного черного цвета, чешуйки блестели на свету. Плотно сидящий доспех закрывал ее тело от горла до верхней части бедер, покрывая ягодицы, открытыми остались лишь кисти рук. Брюки были из такого же материала, довольно широкие, как раз чтобы свободно двигаться, заправленные в женские сапоги. Руны можно было разглядеть с трудом – темно–оранжевый цвет вещества, которым они были нанесены, был едва заметен.
– Тебе идет… – я не успел закончить фразу, как Гермиона набросилась на меня и вознаградила объятьями и поцелуем.
– Класс! Как ты так подгадал с размером? И, наверное, это стоило кучу денег… зачем? Я бы и просто цветам обрадовалась и вниманию, ты же знаешь…
– Ну ты же хотела боевой костюм, наподобие моего, а я хочу, чтобы ты была в безопасности. Вот, собственно. Сама по себе драконья кожа отражает многие заклинания, плюс нанесенные мной руны и заклинания должны тоже помочь…
– Так вот что ты за работу делал все это время! Но сам? Как? Хотя, ты говорил, что это Гномий язык, так? И что ты сюда нанес?…
Я попал на допрос с пристрастием аж на целый час. Любознательность Гермионы – это, конечно, хорошо, но эта попытка меня свести с ума вопросами была довольно неплохой. В конце концов она еще и протестировала некоторые свойства костюма, заставив руны вспыхнуть и осветиться при действии наложенных чар. Из хороших новостей – я был зацелован и обнят, а также по нашей связи был чуть ли не утоплен в теплоте, радости и счастье.
Ей мой подарок пришелся по душе…
Я заставил ее повторить наложение иллюзий и придирчиво осмотрел результат их наложения на доспех – ему был придан вид обычной школьной формы. Лишь хозяйка знала, что же именно скрывалось под этим обличьем.
Когда мы вышли, приближалось время ужина. А после, когда мы всей компанией направлялись в башню, я поманил Гермиону за собой.
– Ребят, вы идите, мы отлучимся…
– Ага, в библиотеку… – подмигнул Гарри, и они удалились. Я же повел ее к Астрономической башне. Я предполагал, что вернемся мы поздно, так что одолжил у Гарри с его позволения мантию–невидимку, естественно, заранее.
– Что, это еще не все?
– О да. У нас по плану еще небольшое приключение. Ты со мной?
– Конечно.
На вершине башни гулял сильный ветер, взметая полы наших мантий. Вокруг царила ночь, и лишь свет полумесяца да звезд тускло освещал окрестности. Из окон замка кое–где виднелся свет от факелов, но и только.
– Красота… – Гермиона улыбнулась и поежилась, обнимая себя руками, – только холодно.
– Я знаю отличный способ согреться, – Я подошел к ней со спины, чуть задержавшись на трансфигурацию своей мантии в теплый, почти зимний плащ. Руки обвили Гермиону вокруг талии, пряча под него, ее волосы щекотали нос.
Я не знаю, что будет. Я не знаю, как именно строить отношения. Я не знаю многого. Но я точно знаю, что если тебе есть с кем разделить красоту ночного неба под шелест далекой листвы в лесу и завывания ветра в пролетах и окнах замка вместе с бутылочкой Бордо, то тебе очень повезло.
*Ну, тут уж кому что – кому сплетни собирать, кому учиться, а кому нацизмом страдать, обещая холокост всем грязнокровкам.