Текст книги "Ты не знал?…"

Автор книги: Зора Слоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

– Ладно, иди и найди сестру Лейн. Она в курсе. Я подойду чуть позже.

– Сестру Лейн? Кто это?

– Мы с ней когда-то работали вместе.

Сиб вздохнула и хромая направилась к двери.

Подойдя к столу дежурной сестры, она неуверенно попросила:

– Позовите, пожалуйста, сестру Лейн.

Сиб почему-то ожидала услышать, что такой тут никогда не было. Однако сестра кивнула и вручила девушке формуляр для заполнения. Сиб еще не управилась с листком, когда появилась женщина в белом халате – хорошенькая блондинка лет тридцати.

– Ты знакомая Иниаса? – спросила она.

– Вроде того, – потупилась Сиб. – Я его… приемная дочка.

– Ясно, – с улыбкой сказала сестра Лейн. – Пойдем со мной.

Сиб выдали больничный халат, и к тому времени, как появился врач, она уже успела переодеться. Врач бегло осмотрел колено, затем велел усадить пациентку в кресло-каталку и отвезти в рентгеновский кабинет.

Когда ее снова привезли в приемный покой, она увидела, что Иниас и сестра Лейн мило болтают. Было ясно, что они старые добрые друзья. Но какого рода дружба их связывает? Сиб неожиданно для себя самой расстроилась…

Когда появился врач со снимками, Иниас тотчас подошел к нему, и они что-то быстро обсудили. Потом Иниас, нахмурившись, взглянул на Сиб.

– Почему ты не сказала, что у тебя застарелая травма?

– Ты не спрашивал.

– Какое назначите лечение? – спросил Иниас у врача.

– Откачать жидкость и наложить повязку, – не слишком уверенно произнес тот.

Иниас одобрительно кивнул.

– А как насчет того, чтобы оставить ее здесь? Надо бы проделать кое-какие анализы – у нее как минимум анемия, за это я ручаюсь.

– Кажется, свободных коек у нас нет. Но я могу проверить.

– Я ни за что тут не останусь! – воскликнула Сиб.

– Это мы еще посмотрим, – ледяным тоном заявил Иниас Блэр. – Кстати, при каких обстоятельствах и когда ты впервые травмировала ногу?

– Год назад свалилась с лестницы, – угрюмо ответила Сиб.

– Да у тебя это, похоже, в привычку входит! – усмехнулся он. – И кто же тебя преследовал в этот раз?

– Никто! Ты отстанешь наконец?

– Ладно, договорились. Но учти: если не хочешь остаться хромой на всю жизнью – береги ногу!

– И все-таки из больницы я уйду! – упрямилась Сиб.

– Но это же неразумно. Как ты будешь с таким коленом шататься по улицам и просить подаяния?

– Я не прошу подаяния! – воскликнула Сиб. – Я зарабатываю на жизнь игрой на флейте, забыл?

– Пусть так, но все равно больная нога ограничит свободу передвижения. По-моему, даже ты способна понять.

Это уже было прямым оскорблением, и Сиб не выдержала:

– Считаешь меня дурой, да?

– Нет, не считаю. Ты явно неглупая, просто слишком молодая… – Конец фразы Иниас произнес задумчиво, словно только что окончательно это понял.

Он смотрел на нее с таким участием, что Сиб проглотила грубость, готовую сорваться с языка. Она прекрасно знала, что молода, и не считала это недостатком. Ей и хотелось быть юной, беззаботной, полной радужных надежд. Только сил на это уже не было…

– Тебе ведь еще не исполнилось восемнадцати, правда? – спросил Иниас, глядя на ее бледное лицо с глубокими тенями вокруг глаз.

И Сиб не отважилась солгать.

– Скоро исполнится…

Иниас сокрушенно покачал головой, но ничего не сказал и вышел, когда появилась операционная сестра с инструментами. Увидев толстенную дренажную иглу, Сиб едва не лишилась чувств. Но, на счастье, ей сделали обезболивающий укол, и на протяжении всей процедуры она практически ничего не ощущала.

– Кто такая эта девочка? – услышала через приоткрытую дверь Сиб вопрос, заданный кому-то в коридоре.

– Да никто, просто бродяжка, – ответил этот «кто-то» голосом Иниаса Блэра. – Я ее на улице подобрал.

Послышался мелодичный женский смех. Вспыхнув до корней волос, Сиб схватила джинсы и принялась торопливо их натягивать.

– Что ты делаешь? – рявкнул вошедший Иниас.

– Сматываюсь отсюда!

– А ну-ка сядь!

Иниас силой усадил Сиб обратно на кушетку. Ему явно было плевать, что девушка полуодета. Он сам помог ей натянуть джинсы, словно малому ребенку.

– Ты неимоверно худа – кости так и торчат. – Сухо заметил он.

– А как, по-твоему, должна выглядеть бродяжка, подобранная на улице? – огрызнулась Сиб.

Иниас нахмурился.

– Ну вот что, ты уйдешь отсюда только при одном условии.

Сиб очень хотелось послать его куда подальше. Но она понимала, что, если поднимет шум, тотчас сбегутся медсестры, и тогда уж ей не удрать.

– Чего тебе еще? – прошипела девушка.

– Итак, ты отказываешься оставаться в больнице, хотя явно не в силах сама о себе позаботиться. В таком случае ты или едешь со мной в Хоик, или отправляешься домой!

– Что-о? – широко раскрыла глаза девушка. – Ты все еще собираешься на мне жениться?

Иниас покачал головой.

– Нет, это была дурацкая идея. Но ты вполне можешь пожить у меня пару недель, пока не окрепнешь.

Опять благотворительность? Ну уж нет! Сиб была сыта ею по горло. Ладно, главное выбраться из больницы. А там она что-нибудь придумает.

– Я еду домой! – решительно заявила Сиб.

– Отлично! – с явным облегчением воскликнул Иниас, помогая ей подняться с кушетки.

Ничего удивительного, что он обрадовался. На кой черт она сдалась чужому человеку, если родной матери не нужна!

Сиб вспомнила свой последний визит домой – руки Эндрю на своем теле, жадные влажные губы на своих губах… Он пытался стащить с нее одежду, а она извивалась в его руках, силясь вырваться, но ему все равно удалось задрать ей юбку. Когда он забормотал слова любви, к горлу девушки подкатил комок.

Позабыв обо всем на свете, Эндрю не слышал, как открылась дверь, не видел лица своей жены, застывшей на пороге. Он не остановился, покуда не раздался отчаянный крик:

– Как ты можешь?!

Сибилла наконец высвободилась и рванулась к матери, чтобы припасть к ее груди… И только когда Беатрис Лоусон повторила: «Как ты можешь?» – поняла: мать обращается к ней! В сердце ее словно вонзили нож, и страшная рана кровоточила до сих пор.

Нет, она убежала тогда из дому не для того, чтобы возвращаться! И теперь не намерена этого делать. Пусть Иниас Блэр подбросит ее до ближайшей станции метро, а дальше уж она сама о себе позаботится!

Тем временем он, присев на корточки, зашнуровывал ей башмаки. Сиб внезапно почувствовала угрызения совести. Но они исчезли без следа, как только Иниас произнес:

– Умница. Думаю, это самое мудрое решение.

Ей хотелось зарыдать, забиться в истерике. Но ведь этот человек в самом деле ни о чем не подозревал!

Как и никто во всем мире…

5

– Я не еду домой! – в третий раз повторила Сиб. – Ты что, не слышишь?

– Кажется, десять минут назад ты говорила прямо противоположное, – невозмутимо произнес Иниас.

– Так ведь то было десять минут назад!

Девушка попыталась открыть дверцу, но Иниас предусмотрительно защелкнул замки. Однако терпение его было на исходе.

– Стало быть, провела меня? Ты и не собиралась домой, верно?

– Да!

– Что ж, тогда – в Хоик.

– Ни за что на свете!

Сиб рванула дверцу изо всех сил, и та каким-то чудом открылась. В результате девушка едва не вывалилась прямо на проезжую часть.

– Только попробуй еще раз! – Рука Иниаса властно легла на ее худенькое плечо. – Брошу прямо на дороге – без вещей и собаки!

– Блефуешь. – Однако, глядя в его серьезное лицо, Сиб не была в этом уверена. – Послушай, чего ты привязался? Ведь я тебе никто.

Иниас даже не пытался этого оспорить.

– Просто я упрям от рождения. Итак, решай: домой или в Хоик?

– Ни то, ни другое! – уперлась Сиб.

Тут Иниас окончательно потерял терпение, остановил машину и, схватив ее рюкзак, принялся в нем рыться.

– Что ты делаешь? – ахнула Сиб.

Он уже завладел конвертом с документами, достал удостоверение личности. И тут глаза его полезли на лоб.

– Твой отец – врач?

– Был врачом. Он умер.

– А мать – манекенщица?

– Была, покуда у нее крыша не поехала!

– Какого же черта ты корчишь из себя невесть что?!

– А ты попробуй пожить на улице! – огрызнулась девушка. – Ты когда-нибудь общался с бездомными?

– Но ты-то не бездомная! – Иниас прочел вслух адрес и спросил: – Твои родители все еще живут там?

Сиб молчала как рыба.

– Что ж, людям свойственно время от времени переезжать с места на место… И все же для начала мы поедем по указанному адресу, – сказал Иниас.

Бросив конверт с документами ей на колени, он вновь завел машину.

Похоже, Иниас знал, куда ехать, потому что ни разу не сверился с картой. Сиб молчала около часа, потом не выдержала:

– Зря тратишь время! Мой отец давно умер, а мать снова вышла замуж. Мы переехали.

– Интересно, что причинило тебе больше боли: переезд или появление отчима? – спросил Иниас.

– Мы переехали во дворец! Мой отчим – принц крови!

– Пусть так. Скажи только, как добраться до его дворца.

Сиб не ответила, и Иниас тяжело вздохнул.

– Тогда придется пойти кружным путем.

– Это еще что значит?

– А вот что: поедем туда, где ты жила прежде, и там наведем справки.

– Но тебя сочтут сумасшедшим!

Сиб и самой уже начинало казаться, что ее спутник спятил. Однако ответил он в высшей степени разумно:

– Я скажу новым хозяевам дома, что ты страдаешь амнезией и что мне ничего неизвестно, кроме твоего прежнего адреса.

На губах Иниаса заиграла довольная ухмылка. Он был уверен, что уложил ее на обе лопатки.

А разве это не так? – подумала Сиб. Беда была в том, что хотя они действительно переехали, но жили неподалеку от старого дома.

– Итак, ты сама скажешь, куда ехать, или предпочтешь, чтобы я провернул вариант с потерей памяти?

Сиб больше не колебалась. Если он начнет расспрашивать соседей, ей не успеть засветло добраться до станции. Дома она все равно не останется – пусть Иниас Блэр хоть лопнет! И она ткнула пальцем в карту.

– Мы живем здесь.

– Вот так-то лучше… Как думаешь, дома тебе будут рады?

– Уж точно не достанут фамильное серебро, накрывая на стол, – сухо сказала девушка.

Казалось, Иниас ничуть не удивился.

– А когда ты в последний раз была дома?

– На Пасху…

– Может, все-таки расскажешь, почему сбежала? – равнодушно спросил он.

– Нет, – односложно ответила Сиб. Впрочем, Иниас и не горел желанием это знать. Он подобрал девчонку, чтобы с ее помощью решить собственные проблемы, и вовсе не собирался улаживать ее семейные дела.

– Ладно, говори, куда ехать.

Сиб давала объяснения спокойно и понятно, глядя в окно, на знакомые с детства места. Вот их старый дом – там они жили с отцом, там же он принимал больных… А когда мать вышла за Эндрю, они перебрались в один из самых роскошных особняков в пригороде.

Когда проезжали мимо школы, где она когда-то училась, Сиб побледнела, а когда поравнялись с кладбищем, где покоился прах ее отца, едва не разрыдалась.

Иниас с интересом наблюдал за ней.

Но вот и Лаки насторожился. Уловив знакомые запахи, пес весь напрягся и издал странный звук – нечто среднее между рычанием и воем.

– Сворачивай налево, – обреченно сказала Сиб. – Осталось не больше мили…

Они ехали теперь по зеленому тихому пригороду, все дома тут были обнесены высокими каменными оградами.

– Останови здесь, – глухо сказала девушка. – Приехали.

Теперь она как никогда отчетливо понимала, почему сбежала. Что, собственно, изменилось за эти месяцы? Как ее угораздило снова оказаться здесь?

Иниас искоса взглянул на девушку. Она просто волнуется перед встречей с родными или боится? Полно, чего бояться такой лихой девчонке.

– Что с тобой?

Сиб затрясла головой. Она уже несколько раз пыталась рассказать правду, и никто ей не верил. Нечего пытаться делать это снова.

– Я не хочу, – выдавила она наконец. – Отвези меня назад, в Лондон. Умоляю тебя!

– Но мы уже приехали… По крайней мере, зайди – пусть увидят, что ты жива-здорова.

– Послушай, это напрасная трата времени. Меня никто здесь не ждет, никто не любит!

Не исключено, подумал Иниас. С такой оторвой наверняка нелегко существовать под одной крышей.

– А ты подумала, что будешь делать с больной ногой в Лондоне?

– Чего еще от тебя ждать, – понурилась Сиб.

– Это как понимать?

– Все вы одинаковы, все ваше поколение. Иниас молча проглотил обиду, изумившись тому, насколько она его задела.

– Наверное, ты права, – кивнул он.

– Только… только ты не иди со мной. Простимся здесь.

– Хорошо.

Иниас отнюдь не стремился присутствовать при семейной сцене. Однако на дом взглянул, и брови его изумленно поползли вверх. Особняк выглядел весьма внушительно, ко входу вела мраморная лестница.

Сиб с облегчением вздохнула: машина матери стояла у входа, а вот автомобиля Эндрю видно не было.

– Спасибо, что подбросил. Ну, я пошла. Подхватив рюкзачок, она захромала к дому вслед за бешено лающим Лаки. Для пожилой собаки он проявил удивительную резвость: намного опередив хозяйку, он принялся носиться взад-вперед по лужайке, словно щенок.

Сиб поставила рюкзак возле лестницы, оглянулась и помахала Иниасу на прощание.

Он помахал в ответ и уже собирался захлопнуть дверцу, как заметил на пороге дома высокую блондинку. Женщина с тревогой посмотрела на его машину и лишь потом взглянула на Сиб.

Сначала Иниасу показалась, будто она не узнает дочь. Красивое лицо женщины исказилось от ужаса. Впрочем, возможно, дело тут было в диком наряде девушки: мода на драные джинсы, короткую стрижку и тяжелые башмаки еще явно не дошла до фешенебельного пригорода…

Зато Сиб не сомневалась, что мать узнала ее в первое же мгновение, и считала секунды: быстро ли Беатрис придет в себя и изобразит восторг и умиление?

– Сибилла, дорогая моя! – воскликнула она, раскрывая дочери объятия.

– Привет, мам, – пробормотала Сиб, мирясь с неизбежным.

– Слава Богу, ты цела! Я так переживала!

– Да ну? – хмыкнула дочь, не желая больше притворяться.

Мать явно ломала комедию перед единственным зрителем – Иниасом Блэром, который вышел из машины и лениво облокотился о капот, наблюдая за происходящим.

– Разумеется! Ведь ты же моя любимая дочурка! – Глаза матери на мгновение вспыхнули, и Сиб без труда поняла, какого рода чувства обуревают Беатрис в этот миг. – Пойдем в дом, дорогая… и друга пригласи войти, – прибавила мать, глядя на Иниаса.

Сиб тоже посмотрела на него – и тотчас горько пожалела. Иниас воспринял это как приглашение и направился к ним широким шагом.

– Это Иниас Блэр, мама, – безжизненным голосом произнесла девушка.

– Рад с вами познакомиться. – Иниас протянул руку, и Беатрис пожала ее с обворожительной улыбкой.

Сиб сразу поняла, что мать моментально прониклась к Иниасу симпатией. Ну еще бы! Высокий, красивый мужчина с безупречными манерами. К тому же почти ее ровесник…

– Иниас довез меня сюда из Лондона, – объяснила Сиб.

– Как это мило с вашей стороны! – воскликнула Беатрис. – Не хотите ли чаю?

– Он торопится, – поспешно сказала девушка.

Однако Иниас невозмутимо заявил:

– Не настолько, чтобы отказаться от столь любезного приглашения.

– Вот и прекрасно.

Мать, похоже, была искренне рада. Впрочем, Сиб этому не удивилась. Беатрис просто не хотела оставаться наедине с дочерью.

Когда мать вошла в дом, Сиб дернула Иниаса за рукав.

– Послушай, только ради Бога не лезь в это дело!

Тот согласно кивнул. Но все же его разбирало любопытство – с какой стати девочка предпочла жизнь на улице всей этой роскоши?

– Твоя мать ждет, – напомнил он и подхватил ее пожитки.

Беатрис провела их в гостиную и только тут заметила, что дочь хромает.

– Ты снова повредила ногу? Как это случилось?

– Не помню… – Сиб явно не желала обсуждать с матерью свои дела. – А где Лорен? – спросила она, оглядевшись.

– У нее сегодня выходной.

– Жаль… Я хотела с нею повидаться.

Лорен приходила помогать матери по хозяйству каждый день, и выходной у нее был один-единственный. Беатрис тотчас поняла намек.

– Разве ты не останешься? – попыталась она изобразить разочарование.

Но Сиб было не обмануть. На лице матери явственно читалось облегчение!

– А что я тут забыла? – намеренно грубо бросила девушка.

– О-о-о… – Беатрис пребывала в смятении. – Дорогая, но ты же приехала домой!

И вдруг с языка Сиб само собой сорвалось:

– Видишь ли, Иниас сделал мне предложение. Зовет переехать в его шотландский замок. Правда, романтично?

Это был недостойный поступок, но Сиб просто не могла отказать себе в удовольствии, насладиться растерянностью матери. Иниас изумленно вздернул бровь, однако опровергать ее слова не спешил.

– Это… это правда? – обрела наконец мать дар речи. – Вы хотите жениться на моей дочери?

– Да, мы с нею все уже обсудили, – склонил голову Иниас.

Сиб оторопело уставилась на него. Он что, с ума сошел? Ведь сейчас ему было самое время сбыть ее с рук…

– Ах, не знаю даже, что и сказать, – пролепетала мать.

– Может, поздравить меня? – насмешливо прищурилась Сиб.

– Да, но… – В душе Беатрис явно шла борьба – нелегко было поверить в то, что столь респектабельный мужчина страстно влюбился в ее дочь-сорванца. – Простите, мистер Блэр, мне нужно некоторое время, чтобы прийти в себя, – слабым голосом проговорила она. – И, кроме того, я ведь ничего о вас не знаю.

– Он врач, – торопливо сказала Сиб. – Ведь это автоматически ставит его вне подозрений, а, мам? Он никоим образом не садист, не эротоман, не псих.

Беатрис прекрасно поняла, на что намекает дочь. Она принялась нервно теребить золотой кулон с изумрудом, украшавший ее стройную шею.

– Прости, я… я должна позвонить Эндрю. Ты же знаешь, одна я не могу ничего решить.

Сиб скорчила рожу вслед уходящей матери. Что с нее взять? Красивое растение, бабочка с нежными крылышками, не более того.

– Ну и что все это значит? – невозмутимо поинтересовался Иниас, когда они остались одни.

– Не спрашивай. Давай поскорее делать ноги, покуда не подошла тяжелая артиллерия. Я пойду за Лаки.

– По-моему, ты зря суетишься, – по-прежнему спокойно произнес Иниас.

– Господи, ты же ничего не знаешь!

– Ты права. Я не знаю, что у вас тут стряслось, понятия не имею, что она тебе сделала. Но она твоя мать! А ты ведешь себя с нею просто по-хамски.

– Ах, вот оно что! – накинулась на него Сиб. – Только взглянул на мою мамочку – и уже на ее стороне! Думаешь, небось, как могло это прелестное создание произвести на свет подобное чудовище? Если бы ты только знал…

– Тогда расскажи мне обо всем. Чего проще?

– А ты мне поверишь?

Иниас замялся – и это стало его роковой ошибкой.

– Так я и думала! – фыркнула девушка, вставая. – А ну-ка, пропусти меня!

Но Иниас крепко схватил ее за плечи, дожидаясь, пока она успокоится.

– Отвези нас с Лаки в Лондон, – уже просительно прошептала Сиб. – Ну, хочешь на колени встану?

– Тебе все равно не будет покоя, пока ты не уладишь все здесь.

– Не будет покоя?! – взвилась Сиб. – Ах ты, психоаналитик поганый! Да я тут столько всего нахлебалась, что до конца жизни хватит! Лаки! – закричала она.

Но пес не отозвался. Иниас вышел вслед за девушкой в сад и услышал, что из конуры раздается утробное рычание. Он заметил, как сгорбилась Сиб, и ему стало жаль девочку. Друг предал ее!

– Сибилла! – раздалось с террасы.

Без труда различив истеричные нотки в голосе Беатрис, Иниас шепнул Сиб:

– Останься на часок, потом я тебя подвезу. Девушка еле заметно вздрогнула. Ведь ей в самом деле некуда было ехать! Неужели придется до конца жизни играть в метро на флейте? Но остаться здесь она тоже не могла.

– Хорошо, – с тоской вздохнула она.

– Итак, продолжаем играть в жениха и невесту?

– Если ты не против… – Сиб во что бы то ни стало хотела произвести впечатление на мать. – Хотя мы с тобой, конечно, довольно странная парочка.

– Значит, придется играть убедительнее, – сказал Иниас и неожиданно притянул девушку к себе.

– Что ты делаешь? – испугалась она.

– Изображаю влюбленного. – Иниас кивнул в сторону дома: Беатрис наблюдала за ними, стоя в дверях. – Я мог бы поцеловать тебя…

– Да ты что?! – округлила глаза ошарашенная Сиб.

– Конечно, если ты не возражаешь.

Сиб сама не знала, хочет ли этого, однако протестовать было поздно. Губы его скользнули по ее губам – легко и нежно. У нее вдруг перехватило дыхание, бешено застучало сердце, и она непроизвольно разомкнула губы. Совсем чуть-чуть, но поцелуй сразу сделался более страстным.

Потрясенная своими ощущениями, Сиб в ужасе отпрянула. И Иниас заметил, как она переменилась в лице.

– Только не падай в обморок оттого, что ответила на мой поцелуй.

– Я не отвечала на поцелуй!

– Да ну? – хмыкнул Иниас, все еще не выпуская ее из объятий. – Что же тогда будет, когда ответишь?

Взгляд его был устремлен на мягкие, пухлые губы, словно он хотел снова ее поцеловать, и Сиб почему-то перестала вырываться.

– Чай готов! – позвала их Беатрис Лоусон.

– Да, мама, – отозвалась Сиб, не сводя глаз с Иниаса.

– Да, мама, – передразнил он девушку. – Немного же надо, чтобы ты стала паинькой… Надеюсь, мы были достаточно убедительны.

Он удовлетворенно улыбнулся. И у Сиб возникло ощущение, что ее только что использовали… Глупости! Разве не она только что использовала Иниаса?

– Думаю, издалека все это выглядело вполне естественно. Не то что вблизи, – пожала она плечами.

Иниас улыбнулся еще шире: ее бравада не могла его обмануть. Уж кто-кто, а он знал, насколько был естествен.

– Может, стоит повторить? – предложил он, вновь привлекая девушку к себе.

Сиб вдруг отчаянно захотелось зажмуриться и прильнуть к его губам снова. Вернуть странные ощущения, которые она испытала минуту назад в его объятиях…

Но мать вновь позвала их – и момент был упущен. Иниас разжал руки, тихо рассмеявшись. Услышав этот смех, Сиб похолодела. Впрочем, что же тут удивительного? Ведь для него это просто игра.