Текст книги "Завоевание Константинополя"
Автор книги: Жоффруа де Виллардуэн
Жанры:
История
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
[ВСТРЕЧА ИМПЕРАТОРА АНРИ С МАРКИЗОМ БОНИФАЦИЕМ МОНФЕРРАТСКИМ. ГИБЕЛЬ ПОСЛЕДНЕГО (4 сентября 1207 г.)]
495
В это самое время Бонифаций, маркиз Монферратский, находившийся в Серрах, которые он укрепил, совершал конные вылазки вплоть до Месинополя. И вся земля отдалась под его власть. Тогда он назначил своих гонцов и послал их к императору Анри, и просил его встретиться с ним, чтобы переговорить на реке, что протекает под Капсалой{837}. Ведь у них не было прежде возможности переговорить, пока земля не была завоевана, ибо столько было между ними врагов, что одна сторона не могла подойти к другой. И когда император и его совет прослышали, что Бонифаций Монферратский в Месинополе, они очень обрадовались. И император в ответ послал к нему своих гонцов передать, чтобы он встретился с ним для переговоров в день, который он ему назначил.
496
Так император выехал оттуда: а в Андринополе он оставил Конона Бетюнского с сотней рыцарей, чтобы охранять землю. И они прибыли туда в назначенный день, на очень красивую равнину близ города Капсала. И император подъехал с одной стороны, а маркиз – с другой, и они встретились с великой радостью. Это было и неудивительно: ведь они долгое время не виделись. И маркиз спросил, как поживает его дочь, императрица Агнеса; и ему сказали, что она тяжела дитятею; и он был этому весьма рад и весел. Тогда-то маркиз стал вассалом Анри и стал держать от него свою землю, точно так же, как он был вассалом его брата императора Бодуэна{838}. Тогда же маркиз Бонифаций пожаловал Жоффруа де Виллардуэну, маршалу Романии и Шампани, город Месинополь со всеми зависимыми от него владениями, либо Серры – то, что ему полюбилось бы более всего{839}; и он стал его вассалом, оставаясь также вассалом императора Константинопольского.
497
Так оставались они два дня на этой равнине, пребывая в великой радости, и сказали, что поелику Бог даровал им возможность соединиться, они еще смогут быть опасны своим врагам. И они потолковали об этом и условились, что в конце октября месяца прибудут со всей своей ратью на равнину близ города Андринополя, чтобы воевать против короля Блакии. Весьма радостные и весьма довольные, они расстались. Маркиз поехал в Месинополь, а император Анри – в Константинополь.
498
Когда маркиз был в Месинополе, то не прошло и более пяти дней, как он совершил конный набег по совету греков, жителей страны, на Месинопольские холмы, отъехав на расстояние дня пути с лишним. И когда он уже находился в этой стране и собирался покидать ее, то тамошние бугры{840} собрались вместе; и они увидели, что у маркиза мало людей. И они сошлись со всех сторон и напали на его арьергард. И когда маркиз услышал крики, он совсем без доспехов вскочил на коня, с копьем в руке. И когда он примчался туда, где схватились врукопашную с его арьергардом, он кинулся на них и отогнал их назад на довольно большое расстояние.
499
Там маркиз Бонифаций был смертельно ранен в грудь, ниже плеча; и он стал истекать кровью. И когда его люди это увидели, они впали в смятение, растерялись и начали худо себя вести. А те, которые были рядом с маркизом, поддержали его. И он потерял много крови и стал терять сознание. И когда его люди увидели, что ему уже не окажешь никакой помощи, они поддались страху и стали покидать его. Так потерпели они поражение из-за этого злоключения. И те, кто с ним остался, а их было мало, погибли. А маркизу Бонифацию Монферратскому отрубили голову{841}. И жители страны отослали голову Иоаннису, и он испытал от этого самую большую радость из всех, которые когда-либо получал.
500
Увы! Сколь печальная была эта утрата для императора Анри и для всех латинян земли Романии – лишиться такого человека, одного из лучших баронов, одного из самых щедрых, одного из лучших рыцарей на свете – из-за злоключения. И произошло это несчастье в год от воплощения Иисуса Христа 1207.
Приложения
«Завоевание Константинополя» Жоффруа де Виллардуэна и историческая мысль средневековья
БИОГРАФИЧЕСКИЕ СВЕДЕНИЯ О ЖОФФРУА ДЕ ВИЛЛАРДУЭНЕ
Биография Жоффруа де Виллардуэна сохранилась в довольно полном виде. Точнее говоря, она может быть более или менее обстоятельно реконструирована на базе всевозможных, большей частью отрывочных, но для отдельных этапов и компактных известий о нем. В различных источниках содержатся, по крайней мере, важнейшие сведения, которые, будучи дополнены фактами, с одной стороны, упоминаемыми самим хронистом в его записках, с другой – устанавливаемыми на основании различных документов косвенным образом (это относится, например, к некоторым хронологическим датам его curriculum vitae), позволяют детально наметить главные вехи жизненной стези автора «Завоевания Константинополя». Мы ограничимся здесь лишь самым сжатым биографическим очерком[1]1
См. подробнее: Longnon J. Recherches sur la vie de Geoffroy de Villehardouin. P., 1939. (Bibliotheque de l’Ecole des Hautes Etudes. Sceinces historiques et philologiques; № 276); Idem. Les compagnons de Villehardouin. Recherches sur les croises de la quatrteme croisade. Geneve, 1978. P. 26—32; Idem. Geoffroy de Villehardouin: Un chevalier a la Croisade. P., 1981.
[Закрыть].
Территория, непосредственно примыкавшая к замку Виллардуэн, на границе между сухой, скалистой, известняковой и сырой, дождливой частью Шампани, в XII в. была подвассальна графам Бриенна. Первый сеньор этой местности, именовавшийся по названию замка, был некто Вилэн де Виллардуэн. Судя по датам выданной им дарственной грамоты и другого акта – от 1170 г., где о нем говорится как об уже усопшем, он скончался между 1145 и 1170 г. Известно также, что у него было восемь детей, из которых шестеро – мужского пола. Одним из них и являлся Жоффруа де Виллардуэн.
Помимо фамильного замка и его окрестностей, он владел рядом поместий в Шампани, в частности сеньорией Вилли, в трех лье к югу от г. Труа: как владелец этого поместья, Жоффруа считался прямым вассалом графов Шампани. В результате своего второго брака он стал, кроме того, сеньором Лезинна (в графстве Тоннэр) и потому соседом Гийома де Шанлита, впоследствии участника Четвертого крестового похода.
Младший сын в знатном семействе средней руки, связанном с графами де Бриенн, фамилией, занимавшей высокое положение на феодальной лестнице, Жоффруа де Виллардуэн родился около 1150 г. или чуть ранее[2]2
Точная дата его рождения неизвестна. Все хронологические выкладки, базирующиеся на сведениях о времени жизни других членов семьи, приводят к весьма приблизительным результатам. См.: Geoffroy de Villehardouin. La Conquete de Constantinople/Ed. E. Faral. P., 1938. T. 1. Introduction. P. V—VI (здесь и далее цитируется по этому изданию).
[Закрыть]. В 1172 г. он удостоился звания рыцаря: Жоффруа был тогда и вассалом графа Шампани в шателении Труа. Вероятно, к этому времени он уже состоял в браке. Находясь на службе графа Шампанского, рыцарь Жоффруа де Виллардуэн мало-помалу благодаря своим способностям и в соответствии с «заслугами» продвигался вверх по иерархическим ступеням графского двора. В 1185 г., в регентство графини Марии, правившей при малолетнем графе Анри II, Жоффруа де Виллардуэн занял должность и получил титул маршала Шампани, сменив в этом звании Эрара д’Ольней. Сохранилась грамота от 1185 г., в которой он обозначен титулом Godfridus marescallus. Таким образом, будущий хронист вошел в состав совета графини-регентши. Обязанности маршала сочетали в себе функции главного конюшего (ему надлежало следить за содержанием и пополнением графских коней, за доставкой им фуража) и коменданта крепостей; во время военных действий маршал командовал рыцарями, выступавшими в авангарде.
По рождению, связям (собственным и своих сородичей) – налаживанию этих связей способствовало должностное положение маршала[3]3
В иерархии придворных чинов графства Шампани «маршал» считался находящимся значительно ниже «сенешаля» и «коннетабля» – высших должностных титулов. Официальные акты относят «маршала» к разряду «служащих» (servientes) графа, в то время как «сенешаль» и «коннетабль» зачисляются в категорию «сеньоров». По меткому замечанию французского историка М. Бюра, «понадобились превратности Четвертого крестового похода», чтобы возвысить маршальский ранг, «ранее оценивавшийся как посредственный», до того уровня, который он приобрел благодаря участию в походе Жоффруа де Виллардуэна. См.: Bur М. La formation du comte de Champagne, v. 950 – v. 1150: These. Lille, 1974. P. 433.
[Закрыть] – Жоффруа де Виллардуэн был близок ко многим видным феодальным домам Шампани и соседних областей – Вильморам, Лезиннам, Шаппам, Монбарам и др. Граф Анри II достиг совершеннолетия в 1187 г.: отныне Жоффруа де Виллардуэн титуловался «маршалом графа Анри». Вслед за своим сюзереном он отправился в 1190 г. в крестовый поход (Третий), участвовал в осаде Акры. Несомненно, участие в крестовом походе, проходившем в сложной международной обстановке[4]4
См.: Заборов М. А. Крестоносцы на Востоке. М., 1980. С. 183—190.
[Закрыть], обогатило политический опыт «маршала графа Анри», расширило его общий кругозор, познакомило с восточным миром. 24 ноября 1190 г., в день бракосочетания «героя» Третьего крестового похода маркиза Конрада Монферратского, выехав из лагеря вместе с другими рыцарями, Жоффруа. де Виллардуэн подвергся неожиданному нападению отряда мусульман и попал в плен. На родину он вернулся лишь в 1194 г.
С этого времени маршал Шампани снова заседает в советах графини Марии, вторично взявшей в свои руки бразды правления, поскольку Анри II остался в Палестине (он был в 1192—1197 гг. правителем Иерусалимского королевства), а затем, после его кончины, ввиду малолетства наследника и преемника Тибо III. По долгу службы, но, возможно, и вследствие того доверия, которое окружающим внушали его личные качества, Жоффруа де Виллардуэн оказывается прикосновенным ко множеству административных дел светских и церковных владетелей. В 1194 г. его имя встречается в акте графа Готье III де Бриенна рядом с именем Жоффруа де Жуанвилля – оба выступают свидетелями со стороны графа. В 1195 г. маршал Шампани по просьбе графини-регентши берет на себя посредничество в тяжбе между аббатством Понтиньи и рыцарем Ангобараном де Сиерон. В 1198 г. к его посредничеству прибегают монахи обители Монтьерамей. В том же году он избирается посредником наряду с архиепископом Сансским в тяжбе графства Шампанского с капитулом собора в Труа. В апреле 1198 г. Тибо III принес вассальную присягу (оммаж) королю Филиппу II Августу, и Жоффруа де Виллардуэн выступает одним из гарантов верности молодого графа наряду с десятью другими видными баронами Шампани, причем в грамоте, содержавшей текст присяги (в грамоте, которой, подписав ее, они подтвердили обязательства своего сеньора от его имени), маршал Шампани назван третьим, сразу же после коннетабля и кравчего[5]5
Longnon A. Documents sur le comte de Champagne. P., 1901. T. 1. P. 470. Тибо III – первый из числа отличавшихся до конца XII в. большой независимостью графов Шампани и Бри, кто открыто признал себя королевским вассалом, объявив, что держит от Филиппа II землю, которой до этого владели его брат Анри II и их отец Анри Щедрый. См.: Bur М. Op. cit. Р. 403.
[Закрыть]. 1 июля 1199 г. Тибо III, соблюдая соответствующую церемонию, совершает юридический акт, определявший его молодой супруге Бланке Наваррской ее долю имущества на случай, если она переживет мужа, – при торжественном оформлении дарственной грамоты Жоффруа де Виллардуэн присутствует среди наиболее именитых лиц, рядом с теми же Готье III де Бриенном и Жоффруа де Жуанвиллем.
Разнообразные административные, судебные, политические дела и церемониал, сопровождавший урегулирование отношений между светскими и церковными феодалами, между знатью и королем и т. д., создавали условия, в которых Жоффруа де Виллардуэн, так или иначе втянутый в эти дела, встречался со многими сеньорами Франции, Бургундии, Шампани, графства Перш и других земель – имена их сеньоров часто попадаются на страницах его хроники: он непосредственно знал всех этих титулованных лиц еще до Четвертого крестового похода. Вероятно, Жоффруа де Виллардуэн был очевидцем и знаменитого рыцарского турнира, состоявшегося 28 ноября 1199 г. в замке Экри (современный Асфельд – в Арденнах), где граф Тибо III принял крестоносный обет (вместе с графом Луи Блуаским). Здесь и сам маршал Шампани, как явствует из его записок, тоже «взял крест»[6]6
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. 5.
[Закрыть].
Дальнейшее возвышение Жоффруа де Виллардуэна прямо сопряжено с подготовкой и развертыванием нового крестоносного предприятия, о чем он постоянно говорит в своей хронике. Личная скромность и даже самоуничижение, с которыми диктовал свой труд Робер де Клари (он лишь единожды называет в нем собственное имя)[7]7
Ср.: Робер де Клари. Завоевание Константинополя/Пер., ст. и коммент. М. А. Заборова. М., 1986. Гл. СХХ.
[Закрыть], отнюдь не были присущи его высокопоставленному собрату-мемуаристу из Шампани. Повествуя о событиях похода, Жоффруа де Виллардуэн сплошь да рядом оттеняет свое участие в них, отмечает собственный вклад в решение тех или иных дипломатических трудностей, рисует свою роль в боевых действиях крестоносцев и т. д. Поэтому факты его биографии, относящиеся к 1201—1207 гг., могут быть установлены более или менее подробно.
Жоффруа де Виллардуэн действительно играл выдающуюся роль в крестовом походе и позже, при утверждении крестоносцев на византийских землях. По удачному выражению его новейшего биографа, он был своего рода «начальником штаба» крестоносного воинства, а впоследствии стал его историком[8]8
Longnon J. Les compagnons de Villehardouin... P. 27.
[Закрыть]. Из предводителей крестоносцев, не принадлежавших к числу титулованных, именитых особ, разве что только один Конон Бетюнский, рыцарь-поэт, прославившийся своим дипломатическим красноречием, выполнял столь же ответственные функций, как и маршал Шампани. Оба они были, согласно определению того же биографа, душой крестового похода, а вернее сказать, его мозгом. В конце 1200 г. Жоффруа де Виллардуэн получает полномочия (сообща с Милоном ле Бребаном) от своего графа Тибо III для ведения переговоров с Венецией на предмет соглашения о перевозке крестоносцев «за море» (Конону Бетюнскому и Алану Макеро аналогичное поручение дал граф Бодуэн IX Фландрский). Не кто иной, как Жоффруа де Виллардуэн, держал весной 1201 г. речь перед «венецианским народом» в храме св. Марка, дабы склонить граждан морской республики к сооружению и затем предоставлению флота крестоносцам (в речи были сформулированы их намерения и пожелания). Вместе со своим партнером по посольству, Милоном ле Бребаном, он подписал договорную грамоту с Венецией именем графа Тибо III. Когда последний накануне крестового похода неожиданно умер (24 мая 1201 г.) и встал вопрос о его замене на посту командующего войском, то опять-таки Жоффруа де Виллардуэн, теперь уже вместе с титулованными баронами – Матье де Монморанси, Симоном де Монфором и Жоффруа де Жуанвиллем – занялся поисками новой кандидатуры: он пытался добиться согласия герцога Эда Бургундского стать предводителем войска (вместо только что скончавшегося Тибо III). Чуть позднее, после отказа Эда, а затем и Тибо Бар-Ле-Дюк принять наследие Тибо III в совете французских сеньоров он же назвал имя ломбардского маркиза Бонифация Монферратского как наиболее подходящего для этого дела сеньора. Возможно, что Жоффруа де Виллардуэн предварительно уже вел с ним какие-то переговоры, возвращаясь из Венеции (в апреле—июне 1201 г.)[9]9
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. 12, 27, 41; Longnon J. Recherches sur la vie... P. 68—69, 71—73.
[Закрыть]. Как бы то ни было, идея, выдвинутая маршалом Шампани, встретила поддержку баронов в Суассоне.
Между тем «внутренние» дела шли своей чередой: когда вдова Тибо III, Графиня Бланка Наваррская, в мае 1201 г. принесла оммаж королю, взявшему ее под свое высокое покровительство, Жоффруа де Виллардуэн назначается в Сансе в коллегию десяти знатных сеньоров, которой поручается подобрать супруга наследнице графини (если предстоящему родиться у нее ребенку суждено оказаться девочкой)[10]10
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 70—71.
[Закрыть]. Еще во время переговоров с венецианцами о фрахте кораблей было условлено, что крестоносцы погрузятся на предоставленные им в Венеции суда в июне 1202 г. Чтобы обеспечить себя средствами в дорогу – это соображение было, во всяком случае, не менее существенным, чем благочестивые мотивы,– Жоффруа де Виллардуэн произвел некоторые имущественные распоряжения в пользу церковных учреждений. В 1201 г. он уступил на определенных условиях церкви св. Этьена в Труа свою долю десятины с селений Жассэн и Сент-Ютэн, а в 1202 г., перед самым отправлением в Венецию, передал аббатству Кэнси свои владения в Пюи де Шасерей. Сохранилась грамота, уточняющая намерения дарителя: он говорит о себе как о человеке, собирающемся встать на «стезю Иерусалимскую» (iter Jerosolymitanum arripiens)[11]11
Ibid. P. 74.
[Закрыть]. В другой грамоте, выданной труаской церкви св. Лупа и датируемой апрелем 1202 г. (по-видимому, она была изготовлена во второй половине месяца, после Пасхи, пришедшейся тогда на 14 апреля), Жоффруа де Виллардуэн называет себя «я, некогда маршал Шампани» (marescallus quondam Campanie), – свидетельство того, что он уже сложил с себя обязанности должностного лица в графстве. Дата дарственной аббатству Кэнси, изготовленной в Лезинне (акт в Труа составлен был, вероятно, ранее нее) и включавшей согласие жены и детей дарителя, позволяет считать, что Жоффруа де Виллардуэн в конце апреля или в начале мая 1202 г. там, в Лезинне, расстался со своим семейством[12]12
Ср.: Longnon J. Les compagnons de Villehardouin... P. 27, note 159.
[Закрыть]. Лезинн стал для бывшего маршала Шампани последним селением в родной земле на пути к Венеции.
Едва прибывшему в город на лагунах (в июне 1202 г.) Жоффруа де Виллардуэну пришлось вместе с графом Гюгом де Сен-Полем поспешить в Павию, где находился тогда со своим отрядом граф Луи Блуаский, колебавшийся насчет того, следует ли идти в Венецию или лучше двинуться на Восток другим маршрутом. Жоффруа де Виллардуэн сумел положить конец его колебаниям: он уговорил графа направиться к условленному месту сбора крестоносцев[13]13
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 52—53.
[Закрыть]. В начале октября того же года, в канун отплытия флота из Венеции, Жоффруа де Виллардуэн скрепил своей свидетельской подписью заемное письмо графа Бодуэна Фландрского, вошедшего в долги к четырем знатным венецианцам[14]14
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 76—77.
[Закрыть].
Во время крестового похода Жоффруа де Виллардуэн – о чем он сам и сообщает[15]15
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 120.
[Закрыть] – присутствовал на всех советах графов и других именитых крестоносцев, участвуя вместе с ними в принятии важнейших решений. Его постоянная забота заключалась особенно в том, чтобы не допустить распыления рыцарской рати. Во время ее пребывания в захваченном крестоносцами 24 октября 1202 г. далматинском городе Задаре Жоффруа де Виллардуэн был среди тех весьма немногих предводителей, которые в начале 1203 г. вошли в сговор с византийским царевичем Алексеем об оказании помощи его отцу и ему в восстановлении на константинопольском престоле[16]16
Об этом упомянул, в частности, граф Гюг де Сен-Поль в своем письме от 1203 г. к герцогу Анри Лувенскому, рассказывая о событиях крестового похода, происшедших после прибытия царевича на о. Корфу и до его провозглашения императором. См.: Martin Е., Durand V. Veterum scriptorum et monumentorum historicorum, dogmaticorum, moralium amplissma collectio. P., 1724. T. 1. Col. 784.
[Закрыть]. На Корфу, где значительная часть крестоносцев обнаружила намерение отделиться от основных сил, чтобы избежать войны с Византией, на что рыцарей подталкивали их главные предводители вкупе с венецианским дожем Энрико Дандоло, и где бароны-главари вынуждены были униженно, со слезами умолять ратников, готовых уйти прочь, остаться с ними, Жоффруа де Виллардуэн находился, по-видимому, хотя сам он в данном случае не называет своего имени, в числе баронов, павших на колени перед теми, кто выказал недовольство новым поворотом событий[17]17
К ним принадлежали и лица, близкие к Жоффруа де Виллардуэну, такие, как Ожье де Сен-Шерон, Гюи де Шапп и его племянник Кларембо де Шапп. См.: Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 114.
[Закрыть].
После высадки войска в Скутари – здесь были сформированы семь боевых отрядов крестоносцев (построенные в основном по земляческому принципу) – Жоффруа де Виллардуэн занял второе место в командовании пятым отрядом, куда входили рыцари из Шампани (командиром назначили Матье де Монморанси)[18]18
Ibid. § 151.
[Закрыть]. Повествуя о штурме Константинополя 17 июля 1203 г., Гюг де Сен-Поль называет в своем письме Жоффруа де Виллардуэна наряду с Матье де Монморанси и Ожье де Сен-Шероном в качестве командиров тех отрядов, которым поручили охрану лагеря, где расположилось войско[19]19
Recueil des historiens des Gaules et de la France. Т. XVIII. P. 519. Ср.: Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 170
[Закрыть]. На следующий день, 18 июля, когда узурпатор Алексей III бежал из Константинополя, а Исаак II Ангел был восстановлен на престоле, Жоффруа де Виллардуэна снова уполномочили выступить с дипломатической миссией, на этот раз уже при дворе восстановленного в своих правах автократора: вместе с Матье де Монморанси и двумя венецианцами ему предстояло добиться от василевса подтверждения условий договора, заключенного в Задаре с его сыном, царевичем Алексеем; речь к Исааку II опять-таки держал именно Жоффруа де Виллардуэн[20]20
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 184—189.
[Закрыть]. Спустя несколько месяцев, скорее всего в конце ноября 1203 г., его вновь направили во Влахернский дворец (вместе с Кононом Бетюнским, Милоном ле Бребаном и тремя венецианцами), чтобы заставить молодого Алексея IV, который после своей коронации и после того, как он сумел обеспечить власть империи в провинциях, явно отступился от крестоносцев, выполнить принятые им на себя финансовые и прочие обязательства. На сей раз, правда, оратором, обратившимся к Алексею IV с увещеванием, выдержанном в твердом тоне, выступил Конон Бетюнский[21]21
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 211—216 (ср.: Робер де Клари. Указ. соч. Гл. LIX).
[Закрыть].
После завоевания Константинополя крестоносцами 13—15 апреля 1204 г. и избрания Бодуэна Фландрского в мае того же года государем Латинской империи, когда захватчики предприняли рейды во Фракию и Македонию, на Жоффруа де Виллардуэна возложили обязанность охранять Константинополь в отсутствие главного войска: для этой же цели в городе оставили Конона Бетюнского, Милона ле Бребана и Манассье де Лиля[22]22
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 268.
[Закрыть]. Как раз в то время вспыхнула распря между императором Бодуэном Фландрским и маркизом Бонифацием Монферратским из-за обладания городом Салоники. Жоффруа де Виллардуэну поручают миссию миротворца. Вместе с Манассье де Лилем и двумя уполномоченными дожа, Марко Санудо и Равано далле Карчери, он отправляется к Адрианополю, осажденному отрядами маркиза Монферратского, и, проявив непреклонность в переговорах с Бонифацием, добивается согласия последнего на то, чтобы передать решение его конфликта с императором латинским дожу Венеции и графу Блуаскому, а равно и ему самому, Жоффруа де Виллардуэну, и Конону Бетюнскому[23]23
Ibid. § 283—287.
[Закрыть]. Византийский писатель Никита Хониат в главе VII своей «Истории», рассказывая о взятии Константинополя и называя в числе предводителей крестоносцев некоего «Жофре», т. е. Жоффруа де Виллардуэна, отмечает, что он «пользовался в войске латинян большим авторитетом».
Такой авторитет ему приходилось завоевывать шаг за шагом – он располагал им вовсе не с самого начала крестового похода, когда и не занимал-то особенно высокого положения среди крестоносцев: мы видели, что к моменту их высадки в Галате в июле 1203 г. он состоял в пятом боевом отряде, которым командовал Матье де Монморанси, и был там лишь вторым лицом после командира.
Как бы то ни было, но уже при разделе территории бывшей Византии осенью 1204 г., во время выделения фьефов рыцарям, Жоффруа де Виллардуэн добился такого доверия в верхах, что его избрали в число 12 крестоносцев, на которых, вкупе с 12 венецианцами, возложили эту деликатную миссию[24]24
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 88.
[Закрыть]. Лично для себя он получил тогда фьеф близ устья р. Марицы в районе Макри, Траянополя и Виры[25]25
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 232. Автор упоминает здесь о том, что он послал своего племянника Ансо де Курселя утвердить его собственную, Жоффруа де Виллардуэна, власть в новоприобретенных владениях.
[Закрыть]. В конце же 1204 г., в период «организационного» становления Латинской империи, когда были учреждены и распределены не только фьефы, но и новые титулы и звания, Жоффруа де Виллардуэн удостоился титула и соответственно на него была возложена служба, которую он исполнял еще на родине,– маршала: отныне он станет гордо именовать себя «маршал Романии и Шампани»[26]26
Впервые он называет себя таким образом в § 325 хроники, рассказывая о высадке своего племянника-тезки в Модоне (осенью 1204 г.). В подписанных им официальных актах Жоффруа де Виллардуэн (хронист) также говорит о собственной особе в третьем лице: Romanie et Campanie marescallus. См.: Longnon J. Recherches sur la vie... P. 89.
[Закрыть]. С той поры Жоффруа де Виллардуэн – один из главных сановников императорского двора наряду с Кононом Бетюнским, Милоном ле Бребаном, Манассье де Лилем и Макэром де Сент-Менеу: его имя, как и имена этих лиц, часто встречается в актах императора Бодуэна от февраля 1205 г., составленных во Влахернском дворце: маршал фигурирует в них в качестве свидетеля[27]27
В пяти из этих актов он выступает свидетелем, только как «маршал Шампани». См.: De Oorkonden des Graven van Vlaanderen (1191-aanvarg 1206) / Ed. W. Prevenier. II. Vitgave. Bruxelles, 1964. № 280-284.
[Закрыть].
После кончины Матье де Монморанси Жоффруа де Виллардуэн становится командиром боевого подразделения крестоносцев из Шампани. В марте 1205 г. в связи с восстанием греков, призвавших на помощь болгарского царя Калояна («Иоанниса»), император Бодуэн решил предпринять поход против мятежного Адрианополя. Туда был направлен небольшой воинский контингент: во главе него поставили Жоффруа де Виллардуэна и Манассье де Лиля. В Чурло они освободили запертых там рыцарей, предводительствуемых Гийомом де Бланвелем, и, пройдя Аркадиополь и Булгарофигон, достигли Никицы, в девяти лье от Адрианополя, где остались ожидать подхода императора[28]28
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 343—344.
[Закрыть]. Его отряд присоединился к отряду Жоффруа де Виллардуэна 28 марта, и на следующий день рыцари приступили к осаде города. Греков поддержали подоспевшие болгары во главе с Калояном. После этого Жоффруа де Виллардуэну и Манассье де Лилю была поручена охрана лагеря крестоносцев со стороны Адрианополя[29]29
Ibid. § 354, 356.
[Закрыть]. Именно здесь под вечер 14 апреля 1205 г. – в этот день крестоносцы были наголову разбиты болгарским войском, причем сам император Бодуэн попал к ним в плен (в битве пали около 300 рыцарей), – Жоффруа де Виллардуэн сумел остановить панику и собрать бежавших с поля сражения. Сообща с дожем он решил под покровом ночи отойти к Родосто (на берегу Пропонтиды). Дандоло возглавил авангард, маршал же замыкал ряды отступавших, прикрывая их отход. Таким образом, благодаря решительности действий, хладнокровию и энергии Жоффруа де Виллардуэна, по крайней мере такую картину нарисует он сам в своей хронике, остатки разгромленного войска были спасены[30]30
Ibid. § 362—366.
[Закрыть]. Жоффруа де Виллардуэн сумел привести их в Родосто, где к нему присоединился отряд Анри д’Эно, брата императора Бодуэна. Вместе с ним «маршал Романии и Шампани» возвратился в Константинополь и в ближайшие месяцы оказывал ему поддержку в делах управления Латинской империей (Анри д’Эно временно стал регентом). В октябре 1205 г. регент утвердил распределение фьефов, произведенное ранее, в том числе и «долю» своего маршала, который скрепил акт об утверждении своей печатью: она поставлена здесь рядом с печатями Анри д’Эно и венецианского подеста Марино Дзено[31]31
Ibid. § 384—387.
[Закрыть].
В начале лета 1206 г. Жоффруа де Виллардуэн сопровождал Анри д’Эно в его походе, предпринятом в целях снятия болгарской осады с Дидимотики. Вместе с Макэром де Сент-Менеу он возглавлял авангардный отряд рыцарей[32]32
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 91—92.
[Закрыть]. Крестоносцам удалось тогда отбросить болгар, предводительствуемых Калояном, вплоть до их собственных земель. Не довольствуясь преследованием противника, маршал двинулся в июле 1206 г. на выручку оказавшегося в чрезвычайно опасном положении рыцарского отряда Ренье Тритского, который в течение 13 месяцев был заперт в крепости Стенемак, вблизи Филиппополя. Жоффруа де Виллардуэн в этом предприятии командовал небольшим авангардным отрядом, смело прошедшим по Родопским горам[33]33
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 430.
[Закрыть].
Наряду с военными Жоффруа де Виллардуэн выполнял и поручения дипломатического характера. Так, в январе 1207 г. ставший еще в августе 1206 г. императором Анри д’Эно направил его вместе с Милоном ле Бребаном в портовый город Энос, чтобы доставить оттуда свою невесту, дочь Бонифация Монферратского. Императорские послы торжественно приветствовали ее от имени жениха и, оказывая всяческие почести, привезли в Константинополь[34]34
Ibid. § 457.
[Закрыть]. Не успев вернуться в столицу, Жоффруа де Виллардуэн был облечен императором полномочиями вместе с венецианским подеста Марино Дзено уточнить границы владений (как в городе, так и вне города), уступленных патриарху Градо[35]35
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 93—94.
[Закрыть]. Видимо, в это же время, действуя именем императора сообща с Милоном ле Бребаном и вместе с двумя венецианскими уполномоченными, выступавшими от имени подеста, маршал занимался уточнением границ владений крестоносцев и Венеции в Галлиполи[36]36
Ibid. P. 94; 201—202, № 83. Грамота не датирована. Вероятно, она была составлена между 20 августа 1206 г. (день коронации Анри д’Эно) и мартом 1209 г. (с этого времени Марино Дзено уже перестал быть подеста). Ср.: Longnon J. Les compagnons de Villehardouin... P. 30, note 184.
[Закрыть].
Вскоре, однако, реальная ситуация вновь потребовала от Жоффруа де Виллардуэна переключиться на военные дела. 31 марта 1207 г. ему пришлось неожиданно отправиться морем вместе с императором (причем удалось собрать лишь немного рыцарей) на выручку Макэра де Сент-Менеу, осажденного в Кивоте (близ Никомидии) силами никейского деспота (правителя) Феодора Ласкаря[37]37
Geoffroy de Villehardouin. Op. cit. § 465—471.
[Закрыть]; через несколько недель – новая тревога и новая морская экспедиция, на этот раз в помощь Пьеру де Брашэ и Пейану Орлеанскому, подвергшимся нападению в Кизике[38]38
Ibid. § 477—479.
[Закрыть].
В последний раз хронист упоминает самого себя в своем повествовании, сообщая о встрече императора Анри д’Эно и Салоникского короля Бонифация Монферратского в Кипселе в августе 1207 г. Здесь новоявленный король, несомненно, в знак признательности маршалу за все то, что он сделал для поддержания добрых отношений между ним и латинским императором, предоставил ему в качестве фьефа Мосинополь, по соседству с фьефами, которыми Жоффруа де Виллардуэн владел в Макри и Траянополе[39]39
Ibid. § 496.
[Закрыть]. Спустя несколько дней, 4 сентября 1207 г., в схватке с болгарами попавший в устроенную ему засаду, Бонифаций Монферратский был смертельно ранен: известием об этом событии завершается хроника Жоффруа де Виллардуэна[40]40
Ibid. § 498—500.
[Закрыть].
Высказывалось предположение, что, быть может, именно смерть последнего из предводителей Четвертого крестового похода и побудила автора мысленно перенестись в прошлое и записать свои воспоминания, предназначавшиеся для родных, друзей, для двора в Шампани и, собственно, всей феодальной знати Франции[41]41
Longnon J. Les compagnons de Villehardouin... P. 31.
[Закрыть]. Если дело и обстояло таким образом, то, во всяком случае, кончина маркиза была лишь поводом к написанию хроники-мемуаров: причины обращения Жоффруа де Виллардуэна к недавнему прошлому, как мы увидим, коренились в более глубоких пластах его исторического сознания и политического мышления.
О дальнейшей жизни и государственной деятельности Жоффруа де Виллардуэна почти ничего неизвестно, да и сохранившиеся сведения крайне разрозненны и фрагментарны. Воспользовавшись передышкой, которую принесла Латинской империи гибель энергичного болгарского царя Калояна 8 октября 1207 г. (убежденного врага завоевателей-крестоносцев), последовавшая вскоре после смерти Бонифация Монферратского, Жоффруа де Виллардуэн решил в ближайшие месяцы принять меры для того, чтобы материально обеспечить своих близких: в марте 1208 г. он оформил дарения в пользу дочерей и сестер, а также дарения тем обителям, с которыми они были связаны,– Пресвятой Девы в Ноннэ (Труа) и в Фуасси[42]42
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 97.
[Закрыть]. К этому же или несколько более позднему времени относится его ответ (данный совместно с Милоном ле Бребаном) на запрос графини Бланки Шампанской, желавшей уточнить кое-какие детали, которые касались статуса ряда фьефов в ее владениях[43]43
Ibid. P. 97—98.
[Закрыть]. Из хроники Анри де Валансьенна, продолжателя записок Жоффруа де Виллардуэна, мы знаем, что маршал Романии и Шампани остался в завоеванной крестоносцами стране. Он продолжал выполнять свои обязанности вассала латинского императора и придворного служаки.
В конце мая 1208 г. возобновилась война против болгаро-влахов и их союзников – куманов (половцев), овладевших чуть ли не всей территорией Латинской империи. Анри д’Эно предпринял поход против калоянова племянника – царя Борила. Французские рыцари продвинулись до Филиппополя, где 31 июля 1208 г. произошла жестокая баталия. Жоффруа де Виллардуэн и Милон ле Бребан командовали здесь передовыми отрядами крестоносного воинства. Судя по рассказу Анри де Валансьенна, маршал проявил храбрость в бою и выказал воинскую «мудрость»[44]44
Henri de Valanciennes. Histoire de l’empereur Henri de Constantinople/Ed. J. Longnon. P., 1948. § 528, 533—535, 540.
[Закрыть]. Нанеся поражение болгарам, император повернул назад к столице, а по пути остановился в Памфилоне; по его просьбе маршал Романии и Шампани задержался в этом городе до ноября месяца для восстановления его крепости[45]45
Ibid. § 550-551, 554.
[Закрыть]. На обратной дороге в Константинополь он встретился с болгарским князем Славом, противником Борила и союзником французов: Жоффруа де Виллардуэн присоветовал ему посвататься к дочери императора Анри д’Эно; с этой целью тот действительно поехал в Константинополь[46]46
Ibid. § 547, 555—556.
[Закрыть]. В декабре 1208 г. Анри д’Эно выехал в Салоники, чтобы принять оммаж у Бонифациева преемника. Маршал Романии и Шампани был оставлен для охраны имперской столицы – это поручение выполняли вместе с ним Милон ле Бребан и Орлеан Пэйанский[47]47
Ibid. § 561.
[Закрыть]. Именно в данной связи имя нашего хрониста в последний раз упоминает Анри де Валансьенн.
О пребывании Жоффруа де Виллардуэна в греческой земле в последующие годы историки располагают лишь двумя указаниями, содержавшимися в актовом и эпистолярном материале. В одном случае Жоффруа де Виллардуэн выступил уполномоченным императора при подписании соглашения 2 мая 1210 г., заключенного в Равенике (близ Зейтуни, ныне Ламия), об урегулировании церковных дел в Салоникском королевстве[48]48
Longnon J. Recherches sur la vie... P. 100, 209—210, N 99.
[Закрыть]. Во втором случае маршал Романии фигурирует как свидетель-гарант (вместе с Кононом Бетюнским и Милоном ле Бребаном)[49]49
Ibid. P. 100—101; 212, № 103 (этот факт известен из письма Иннокентия III от 11 декабря 1212 г.).
[Закрыть] соглашения между епископом Гардики (Фтиотидская епархия) и госпитальерами, подписанного 11 декабря 1212 г. в г. Гальмиросе при посредничестве архиепископа Гийома из г. Филиппы.
