355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Жерар де Вилье » Человек из Кабула » Текст книги (страница 13)
Человек из Кабула
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 19:28

Текст книги "Человек из Кабула"


Автор книги: Жерар де Вилье



сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Резким движением руки Малко обхватил ее ягодицы. Она вскрикнула, не закрывая глаз, и закусила губу. Ее ногти впились в плечи мужчины, который только что стал ее любовником. В глазах ее отразилось все счастье мира.

Малко ускорил ритм. Афсане то напрягалась, прижимаясь к нему, то вдруг твердела, как доска, а затем снова льнула к телу любовника. Они вместе стонали, вместе вскрикивали. Она бормотала какие-то непонятные слова, вжимаясь в него с таким неистовством, будто хотела проникнуть ему под кожу. Несколько долгих минут она не позволяла ему отстраниться даже на несколько миллиметров, причем с силой, которую трудно было предположить в столь хрупком создании.

Малко показалось даже, что она впала в состояние беспамятства, но когда он попытался шевельнуться, девушка удержала его, пробормотав:

– Не хочу, чтобы вы уходили.

Слезы выступили у нее на глазах, губы жалостливо дрожали. Он испугался, что причинил ей боль, и сказал об этом. Афсане покачала головой с улыбкой, полной восторга:

– Нет. Но для меня это будет первая и последняя близость с человеком, которого я люблю.

Он погладил ее по голове.

– Не будь такой пессимисткой.

– Я скоро выйду замуж за Валли Гохара, – сказала она спокойным тоном. – С сегодняшнего утра я официально помолвлена с ним. Мои родные дали на это согласие.

Малко показалось, что он ослышался.

– Валли Гохар! А я думал, что вы его ненавидите!

– Я и в самом деле его ненавижу.

– А зачем тогда выходите за него?

Она поколебалась, затем сказала тихим голосом:

– У меня нет другого выхода. Он меня шантажирует. Он грозился сказать моему отцу и дяде, что только благодаря моей помощи удалось ваше похищение. Что это я вас надоумила...

Если это случится, меня убьют или запрячут на многие годы в тюрьму. Я предпочитаю поэтому выйти за него замуж...

Малко вздрогнул от отвращения.

– Уезжайте из страны, – сказал он. – Я вам помогу. В Нью-Йорке они ничего не смогут вам сделать.

Она покачала головой.

– Нет, не могу. Моя страна здесь. В Америке я не буду чувствовать себя дома, там я никого не знаю. Я люблю свою семью, и я должна здесь остаться. Иначе моя мать умрет от горя. Я выйду за Валли Гохара. Но ему предстоит изведать самое тяжелое в жизни унижение, когда он поймет, что я не девушка. И я ему буду без конца напоминать, что я отдалась вам. Я сведу его с ума.

Глаза юной афганки блеснули. От этого она показалась Малко еще более прекрасной.

– А если он пожалуется вашей семье? Афсане усмехнулась холодно и зло.

– Он никогда не посмеет. Слишком велик позор. И всю жизнь его будет терзать эта тайна. Он пожалеет, что женился на мне.

Малко был потрясен этим открытием. Афсане, с ее стремлением к абсолютному, с ее жаждой любви, вложила в свои слова столько патетики! Она подняла глаза:

– Не пытайтесь больше увидеться со мной. Забудьте меня. Вы понимаете, мне будет слишком больно видеть вас и не иметь возможности поговорить. Я люблю вас каждой клеточкой своего тела, изо всех сил. Но я знаю, что вы не созданы для меня. Вы обещаете?

Малко заколебался. Стоило ему взять ее за руку, и она пошла бы за ним. Даже за границу. А дальше? Есть Александра. Замок. Другая жизнь. У юной афганки слишком цельная натура, она не сможет его делить ни с кем. Он лишь причинит ей боль.

– Обещаю, – сказал он.

– Спасибо.

Она прижалась к нему и прошептала на ухо:

– Еще один раз.

Глава 19

Извиваясь змеей, разделяясь на несколько троп и вновь сливаясь, дорога взбиралась на безлесные рыжие холмы нагорья. Небо светилось просто сказочной чистотой. Малко оглянулся назад. Черный «кадиллак» оставлял за собой длинный шлейф желтоватой пыли, которая собиралась в густые клубы у самой земли. Даже не верилось, что они находятся на высоте в 3500 метров, в горах Центрального Афганистана.

На фоне унылого и дикого пейзажа роскошный черный лимузин казался чужеродным телом. Крис Джонс, вцепившись в руль, вел ожесточенную и неравную борьбу против ям и выбоин, спасая рессоры машины от гибели.

На заднем сиденье, казалось, дремал Линь Бяо, зажатый между Томасом Сэндсом и Милтоном Брабеком. Малко ничего не знал о реакции китайского генерала на сообщение американского посла о том, что его выдают соотечественникам. Другими словами, что он приговорен к смерти... С самого начала долгого путешествия он не раскрыл рта. Иногда взгляд его темных глаз устремлялся вдаль сквозь дымчатые стекла машины, потом снова потухал. Малко предпочитал не оборачиваться. Ему было стыдно.

Дорога, насколько хватало глаз, была пустынна. По счастью, здесь любая машина оставляла за собой хвост пыли, видимый за километры. Афганцы обещали перекрыть единственную дорогу, которая вела к Банди-Амиру и Бамиану. На тот случай, если русские не оставят попыток вмешаться.

Малко вдруг заметил внизу голубые пятна озер Банди-Амир. Пять темно-синих озер, вправленных в отрезанный от мира лунный пейзаж.

– Подъезжаем, – сообщил он.

Дорога зигзагами спускалась к озерам. Стадо верблюдов и овец показалось на одном из поворотов. Крис затормозил. Животные, которых перегоняли две девочки, рассыпались. Пастушки не без труда собрали стадо, а потом долго любовались длинным черным лимузином, неожиданно ворвавшимся в их спокойную захолустную жизнь.

Перед путниками вдруг возник высокий рыжеватый склон, напоминающий пустынные горы Аризоны. А внизу сверкнула удивительно голубая вода пяти озер, уложенных в ряд на высоте 3500 метров.

Малко опустил стекло, и в машину ворвались клубы желтой пыли, буквально накрывшие Милтона Брабека, сидевшего с краю с автоматом «Зеггерн» на коленях. Это оружие с огромным круглым магазином, еще не прошедшее испытаний, напоминало старый «Томпсон», но калибра 22. Огромный глушитель придавал ему вид некоего марсианского огнемета.

Милтон поспешил прикрыть рот платком. Ведь пыль этой страны вполне могла сойти за бульон для культуры болезнетворных микробов.

– Остановитесь, – приказал Сэндс.

Крис поставил «кадиллак» на обочину. Весь багажный отсек машины был занят мощной радиостанцией с радиусом действия в 500 километров. Сзади покачивалась длинная антенна.

Сэндс и Малко вышли из машины. Дул холодный резкий ветер. Время от времени он вздымал вихри пыли, поднимавшейся на несколько метров. Их глазам открылся грандиозный пейзаж. До самого горизонта поднимались голые, испещренные трещинами вершины, окрашенные в великолепные тона охры. Ни деревьев, ни другой растительности. Лишь кое-где редкие кучки коз щипали незаметную для глаз траву.

Они находились всего в пятистах километрах от Кабула, а глазам открылся совершенно иной мир, дикий и негостеприимный. Ночью температура опускалась здесь часто до минус пятнадцати.

Американец подошел к самому краю обрыва. Внизу открывалось несколько холмов, дальше следовал крутой склон, заканчивавшийся у центрального озера, приподнятого над округой, словно драгоценность, вделанная в высокую оправу. Прямо перед ними, на другом берегу озера, стояла маленькая мечеть, обслуживавшая поселения пастухов, разбросанные в этой пустынной местности.

Сэндс тихо выругался.

– Где же они?

Китайцы должны были прибыть сюда уже час назад. А ведь они не из тех, кто опаздывает.

Сердце Малко сжалось от неясного предчувствия. Хотя, быть может, сказывалась и большая высота. Что же могло произойти? Он подошел к Сэндсу, упорно всматривавшемуся в горизонт.

– Что будем делать, если они не приедут?

Американец, казалось, совсем заледенел под ударами ветра.

– Приедут, – ответил он. – В Нью-Йорке все было оговорено. Этот тип им нужен больше всего на свете. Если выставить его на Пятой авеню, собралось бы больше народу, чем при посадке летающей тарелки.

– А что вам мешает вызвать по радио вертолет? – подсказал Малко. – И нам не обязательно будет возвращаться в Кабул. До Кандагара здесь не более двух часов лета...

Сэндс покачал головой:

– Условия обмена согласованы.

– А как вы узнаете, что они сдержали слово?

– По радио. Как только я получу условный сигнал, я тут же передам им генерала Линь Бяо.

– А если не получите?

Лицо американца вытянулось.

– Тогда мы его увезем и действительно выставим на Пятой авеню. За витриной из пуленепробиваемого стекла. Давайте подъедем поближе к озерам.

Они вернулись к «кадиллаку». Стекла его уже покрылись желтоватым налетом.

Малко и Сэндс уселись в машину, которая тронулась и минут через десять остановилась у самого края обрыва. Дальше дорога круто сворачивала ко второму озеру.

– Остановимся здесь, – сказал Сэндс, – и посмотрим, что будет дальше.

Ветер дул все сильнее. Откуда ни возьмись появился пастух, покрутился около машины и исчез. Малко отметил про себя, что финальная часть их задания принимает какой-то загадочный характер. Почему китайцы потребовали встречи в столь странном месте, тогда как было гораздо проще доставить Линь Бяо в их посольство в Кабуле. Не потому ли, что русские контролируют дорогу в Пакистан и имеют длинную руку в столице? Им удавалось накладывать арест даже на отдельные номера «Ньюсуик», если там появлялись неугодные материалы.

– А вот и они, – воскликнул Малко. Он несколько минут вглядывался в желтоватые холмы, между которыми вилась дорога. Вдоль нее быстро двигалось густое облако пыли. Сэндс бросился к «кадиллаку» и вернулся с большим биноклем.

Он посмотрел в него и резко опустил с озадаченным видом.

– Это они, – сказал американец, – но вместо одной машины, как было условлено, у них целая колонна: два «мерседеса» и три джипа.

Он снова подбежал к «кадиллаку» и включил радиотелефон. Через несколько секунд он уже говорил с Кабулом, торопливо крича что-то в трубку. Пыльное облако росло на глазах. Бинокль теперь был в руках у Малко.

– У них пулеметы! – крикнул он американцу.

Томас закончил разговор.

– Они шлют нам помощь из Кандагара, – сказал он. – Но она наверняка запоздает. Им потребуется не меньше двух часов.

– Удерем. Мы опережаем их но меньшей мере на четверть часа, – осторожно предположил Крис.

«Горилле» было не занимать храбрости. Однако грандиозный пейзаж и эти загадочные китайцы сбили его с толку.

Сэндс сочувственно посмотрел на него.

– Куда? Ведь у нас нет крыльев. А дорога кончается здесь. Дальше проехать на машине нельзя.

– Не будем паниковать, – сказал Малко. Возможно, это развертывание сил направлено не против нас. Не стоит забывать, что есть еще и русские...

Седьмой секретарь сжал губы.

– Да услышит вас Бог.

Малко начал понимать, почему китайцы выбрали для встречи это пустынное место. В Кабуле им не так просто было прогуливаться с пулеметами на машинах.

Упрямый Крис завел машину и двинулся вперед. Земля была покрыта слоем пыли и грязи с редкими пучками странного зеленоватого растения, объеденного козами. Он проехал примерно двести метров и остановился перед пологим склоном шириной примерно в сто метров, ведущим к краю обрыва.

А тремястами метрами ниже блестела под лучами солнца спокойная голубая гладь третьего озера.

Оставив в машине генерала Линь Бяо под охраной Милтона Брабека, Крис вернулся к дороге.

Молча смотрели трое мужчин, как приближается облако желтой пыли. Два джипа – один спереди, другой сзади – сопровождали мощный «мерседес-300». Это была машина китайского посла. Пулеметы на джипах теперь были видны совершенно отчетливо.

* * *

«Мерседес-300» остановился на дороге, в двадцати метрах от группы американцев. Его окружили три джипа. На одном из них Малко увидел два пулемета, нацеленные в небо.

Задняя дверца «мерседеса» открылась, и из нее вылез начальственного вида китаец, закутанный в синий плащ. Все остальные были одеты в обычные синие костюмы, так называемые «Мао». Если не считать экипажей джипов, китайцы были без оружия. Главный из них в сопровождении эскорта быстрыми шагами направился к американцам. У него были довольно длинные, откинутые назад волосы, круглое лицо и очень тонкие губы.

Томас Сэндс нахмурился и ткнул в его сторону пальцем.

– Но вы не посол! Вы его шофер. А где же посол?

Китаец покачал головой.

– Посол – это я, – сказал он. – И уже много лет. Мой шофер только что был убит русскими...

Он говорил на отвратительном английском языке, с ужасающим гнусавым акцентом и присвистыванием.

– Русскими?

Пришла очередь удивляться Сэндсу. Китаец невозмутимо продолжал:

– Полковник Пильц открыл им время и место нашей встречи. И они перехватили нас перед Чарикаром. По счастью, наш эскорт прибыл вовремя. Нам следует спешить. Я думаю, что они вот-вот атакуют нас с вертолетов.

– Что это еще за история с русскими? – сухо спросил Сэндс. – Мое правительство приказало мне передать генерала Линь Бяо в руки посла Китая в Кабуле. Где же посол? Я знаком с ним и знаю, что это не вы. Кто мне подтвердит, что вы действительно представляете правительство Народного Китая?

– Пошли, – только и ответил китаец.

Он повернулся. Сэндс и Малко последовали за ним, оставив Криса наедине с тремя китайцами, которые едва достигали ему до пояса.

Левая сторона «мерседеса-300» была изрешечена пулями. Стекла разлетелись на мелкие осколки, а на кузове были видны многочисленные следы ударов. Малко обошел вокруг машины. Ее багажник напоминал огромный дуршлаг.

Он заглянул внутрь.

На заднем сиденье лежало чье-то скрюченное тело. Это был труп китайца с залитым кровью лицом.

– Это мой шофер, – сказал кто-то за спиной Малко. – В наших посольствах не принято афишировать, кто и какой пост в действительности занимает.

Сэндс и Малко переглянулись в изумлении: чего только не придумают эти китайцы. Однако сейчас это не имело большого значения.

– Мы еще не получили зеленый свет, – сообщил Сэндс. – Все ли в порядке с вашей стороны? Я имею в виду передачу военнопленных.

Китаец был явно шокирован.

– Мы никогда не берем назад свое слово, – сказал он сухо. – Как и наши друзья из Северного Вьетнама. Он взглянул на часы.

– Ваши пленные освобождены полчаса назад. Извольте проверить.

– Что я и сделаю.

Сэндс зашагал к «кадиллаку», а Малко подошел к Крису. Все происходящее мало что проясняло. Они были окружены китайцами и отрезаны от возможной помощи сотнями километров пустыни. Несмотря на пронизывающий ветер, китайцы, сидевшие в джипах и одетые в легкие синие комбинезоны, казалось, ничуть не страдали от холода. Даже на такой высоте идеи Мао были эффективны.

Широко шагая, вернулся американец. Лицо его было пасмурно, а глаза косили больше обычного. Он остановился перед послом.

– Пока ничего, – сообщил он коротко.

Напротив, на лице посла отразилось сильное волнение.

– Окажите нам доверие, – сказал он нервно. – Русские будут здесь с минуты на минуту. Я уже сказал вам, что они идут за нами следом...

Американец холодно улыбнулся и обвел рассеянным взглядом голые холмы. «Кадиллак» казался игрушкой на краю бездонной пропасти.

– Нет военнопленных – не будет и обмена, – отрезал он.

Внезапный порыв ветра взметнул облако желтоватой пыли, накрывшее длинный черный «кадиллак». Напряжение незаметно нарастало. Один из пулеметов качнулся, и ствол его нацелился на группу американцев. Крис Джонс снял с предохранителя свой автомат. В случае чего он сумеет нейтрализовать один из пулеметов. А затем будет вполне готов для Арлингтонского кладбища, где хоронят и особо отличившихся цеэрушников. Несмотря на холод, ему вдруг стало жарко.

– Выдайте нам генерала Линь Бяо, – потребовал китаец. И тон его на этот раз был далеко не просительным.

Томас Сэндс покачал головой.

– Нет.

Неожиданно один из китайцев шепнул что-то на ухо послу. Тот резко повернулся и радостно вскрикнул. Лицо его посветлело.

– Взгляните, – сказал он торжествующим тоном трем американцам.

Теперь все увидели, что в двух-трех километрах за их спинами возникли сотни маленьких фигурок. Они ползли, словно муравьи, и за озерами по дороге, петлявшей по склону.

Все эти «муравьи» двигались как раз в их сторону. Присмотревшись, Малко понял, что это быстрым шагом шли целые колонны людей. Они были еще слишком далеко, чтобы разглядеть детали. Малко и Сэндс обеспокоенно переглянулись.

– Что это значит? – спросил американец.

– Это наши земляки, – спокойно ответил китайский посол. – Вы прекрасно знаете об их существовании, поскольку именно вы готовили обзор на эту тему. Они кочуют по Нуристану. Мы попросили их прийти нам на помощь. Их несколько сот. Многие вооружены.

Так вот почему китайцы выбрали местом встречи Банди-Амир! Их служба безопасности работала. И на хорошем уровне. Даже русские предпочитали не связываться с этим племенем. Это и есть таинственные китайские племена с транзисторами, которые так тревожили афганцев. Подлинный авангард китайской армии!

Американцы молча смотрели, как медленно, но неуклонно двигались на них полчища «муравьев». Менее чем через час они будут на берегу озера. Даже если Кандагар вышлет вертолеты, они потонут в этой человеческой массе. Сэндс вспомнил о китайцах, перешедших Ялу и разметавших войска Макартура двадцать лет назад. Малко следил за ними, сдерживая гнев. Китайцы поставили им ловушку, и они глупо попались в нее! И тут в его мозгу мелькнула идея.

Не успел Томас Сэндс открыть рот, как он заявил:

– Я думаю, что сопротивляться сейчас действительно глупо. Пойду-ка я за генералом Линь Бяо.

И, не дав американцу времени вступить в спор, он отправился к «кадиллаку», погружаясь по щиколотку в густую пыль.

Увидев его, Милтон Брабек вышел из машины. Малко сказал ему скороговоркой несколько слов. Тот взглянул на него с явным недоверием.

– Да вы с ума сошли! – воскликнул он.

– У нас нет времени на споры, – суховато возразил ему Малко. – Иди и передай Сэндсу то, что я сказал.

Ошалев от неожиданности, Милтон бросился бежать. Малко взглянул на Линь Бяо. Генерал, повернув голову назад, смотрел на своих соотечественников. Увидев Малко, он снова застыл в своей обычной позе, демонстрируя полнейшее равнодушие. Однако губы его чуть заметно дрожали, а прерывистое дыхание выдавало волнение.

Машинально Малко уселся за руль и запустил мотор. Машина чуть заметно завибрировала. Затем он включил электрические затворы дверей.

Тем временем Брабек шепнул что-то на ухо Сэндсу, и удрученное лицо американца мгновенно осветилось торжеством. Он обернулся и заметил, что из выхлопной трубы «кадиллака» вырывается сизый дымок. Сэндс тут же подошел к китайскому послу.

– Господин посол, – произнес он сугубо официальным тоном, – я передам вам вашего соотечественника только после того, как ваша сторона выполнит все условия сделки.

Китаец затряс головой и заявил вкрадчивым, но уверенным тоном:

– Вам не уйти отсюда. Даже пешком. Наши перекрыли все пути.

Томас Сэндс впился взглядом в глаза дипломата и сказал медленно, чеканя каждое слово:

– Если вы попытаетесь что-либо предпринять без нашего согласия, наш человек, который сидит сейчас за рулем этой машины, обрушится вместе с ней в озеро. И вы ничем не сможете ему помешать.

Первый раз за этот день китаец немного растерялся.

– Но ваш человек не пойдет на самоубийство!

– Пойдет, если потребуется.

Это заявление заставило посла глубоко задуматься. Он обернулся к сопровождавшим его китайцам и вступил с ними в довольно длинные переговоры.

Тем временем «муравьи» неуклонно приближались.

Внезапно в западной части неба показалось пять черных точек. Это были вертолеты. Сердце Сэндса запрыгало от радости. Их появление не могло в корне изменить обстановку, но в значительной мере уравнивало силы. Кандагар отреагировал быстро.

* * *

Малко попытался ни о чем не думать, наблюдая за происходящим в зеркало заднего вида. Трубка радиотелефона была снята, но слышался в ней только шумовой фон.

Время от времени он нажимал на педаль акселератора, чтобы убедиться, что мотор работает. Ведь если придется действовать, на все будут отпущены лишь секунды. Грандиозный рыжеватый обрыв, видневшийся прямо перед ним, неудержимо притягивал его взгляд. Напрасно какая-то часть его существа кричала ему, что глупо убивать себя таким образом: он знал, что сделает так, как решил. Иногда, в трагических обстоятельствах, его славянский фатализм всплывал на поверхность. Ставка была гигантской. Нельзя было допустить, чтобы китайцы безнаказанно надували своих противников в будущих переговорах.

И тут он заметил вертолеты.

* * *

– Это русские.

Томас Сэндс закричал. Мощные аппараты кружили теперь над их головами. Это были тяжелые вертолеты русского производства с афганскими опознавательными знаками.

Китайский посол, в свою очередь, закричал, почти впадая в истерику.

– Вы должны выдать нам генерала Линь Бяо немедленно... Вы...

– Не сходите с ума, – сказал американец. – Это афганцы. Они, наверное, удивлены, увидев столько людей в этом пустынном месте. Обычно здесь бывают только хиппи...

В этот момент один из вертолетов плавно опустился в двухстах метрах от них и сел на небольшую площадку, подняв огромное облако желтой пыли. Остальные четыре с мягким рокотом продолжали кружить над местом встречи. Колонна «кочевников» появилась на гребне холма. Китайский посол пролаял короткий приказ. Пулеметы на джипах повернулись на четверть круга и нацелились на спустившийся вертолет.

Наконец пыль осела. Боковая дверь вертолета открылась. Несколько человек в летних комбинезонах и с оружием в руках спрыгнула на землю. Китаец прикрыл глаза. Экипаж вертолетов напоминал скорее европейцев, нежели афганцев. Не поворачивая головы, посол отдал приказ, и ствол одного из пулеметов опустился.

Сухие звуки выстрелов заставили Сэндса вздрогнуть. Вокруг приземлившегося вертолета взметнулись маленькие фонтанчики пыли. Китайцы умышленно стреляли с недолетом. Другие вертолеты, словно огромные шмели, спикировали на вершины холмов недалеко от дороги. Один из них преградил путь первой колонне китайцев. Положение осложнилось.

Посол ткнул своим тонким желтым пальцем в сторону Томаса Сэндса.

– Немедленно выдайте мне генерала Линь Бяо! Сэндс, но оборачиваясь, поднял руку. Это был условный сигнал для Малко.

– Нет.

И дело не только в тридцати военнопленных. Нельзя было приучать китайцев не соблюдать данное слово. Это подрывало бы все будущие переговоры.

Из пяти вертолетов неторопливо выходили люди. Все они отличались светлой кожей. «Кочевники» постепенно приближались и стекались к точке, где их и без того было множество. За спиной одного из них американец заметил ствол легкого пулемета... Русские будут сметены этой массой. Но у него очень мало шансов присутствовать при развязке событий. А радоваться будет только полковник Пильц. Он удачно вышел из игры.

И пусть Бог заботится о своих.

– Мы захватим генерала Линь Бяо силой, – предупредил уверенным голосом китайский посол, – вы безумцы. Ваше решение некорректно.

– Корректное решение, – возразил Сэндс, – это точное выполнение условий обмена.

Китаец не слушал его. Он отдал приказ. Один из пулеметов качнулся, угрожая Сэндсу. Очень медленно, чувствуя странное волнение, американец опустил руку. Он ненадолго переживет Малко. Не глупо ли для молодого блестящего цеэрушника кончить жизнь в этом затерянном, пусть и величественном, уголке Афганистана?

Услышав, как взревел мотор «кадиллака», китайский посол сдавленно крикнул.

* * *

Потребовались лишь доли секунды, чтобы Малко понял значение сигнала Сэндса. Его ладони, сжимавшие руль, мгновенно вспотели. Это конец. Огромным напряжением воли он заставил себя не думать об этом.

С бешеной силой Малко вдавил в пол акселератор. Тяжелая машина рванулась вперед, подняв облако пыли, укрывшее «кадиллак» от глаз китайцев.

Словно автомат, он повернул руль, чтобы направить машину прямо к обрыву. Затем откинулся и засмеялся. Вот уж действительно идиотская смерть!

Казалось, «кадиллак» плывет в потоке пыли. До падения оставалось несколько секунд. Спидометр показывал скорость в 45 миль в час, однако из-за пыли она казалась гораздо большей. Он еще сильнее нажал на акселератор. Обрыв приближался с пугающей скоростью.

Малко закрыл глаза.

Резкий спад скорости бросил его лицом на ветровое стекло.

Машинально он взглянул на правую ногу: педаль акселератора была вдавлена до предела. Однако стрелка спидометра склонилась почти к нулю. Он отпустил и затем вновь резко нажал на акселератор. Мощный мотор взревел, послышался визг задних колес, запахло жженой резиной. Машина полностью остановилась, встав боком к обрыву и подняв целое облако пыли, покрывшее даже ветровое стекло. Малко вспомнил, что примерно так в книгах Лема описывается посадка на Луну.

Он открыл дверь машины и огляделся.

«Кадиллак» остановился в десяти метрах от пропасти. Его задние колеса погрузились в пыль по ступицу. Он не учел, что слой пыли становится все толще по мере приближения к краю обрыва. И нужна была слоновья сила, чтобы двигать в этих условиях махину весом в 3000 фунтов. Пыль немного рассеялась, и он отчетливо увидел группу китайцев, а рядом трех американцев.

Прогрохотала пулеметная очередь. Стрелял китайский пулемет. В двух метрах от капота поднялись фонтанчики пыли. Малко захлопнул дверь и перебрался через спинку переднего сиденья. Оставалось одно: казнить генерала Линь Бяо, чтобы он не попал живым в руки китайцев. Он выхватил свой суперплоский пистолет и навел его на пленника. Но он просто не смог спустить курок. Ни разу в жизни он никого не убивал вот так хладнокровно, если только не защищался от чужой угрозы.

Китаец смотрел на него, парализованный страхом. Он только повторял без конца одно из нескольких знакомых ему английских слов:

– Пли-из...

Затем, даже не пытаясь позвать на помощь, он толкнул дверцу, вывалился наружу и сделал несколько шагов. Малко не успел помешать ему. Грохнула очередь. Генерал Линь Бяо взмахнул руками и рухнул в пыль в нескольких метрах от машины. Именно в этот момент из радиотелефона послышался голос.

Сквозь звуки пальбы Малко услышал спокойный и ясный голос, явно принадлежавший американцу, который настойчиво звал:

– Томас Сэндс, Томас Сэндс, слышите ли вы меня?

Можно было подумать, что его владелец находится в каких-нибудь двадцати метрах. Малко нажал на клавишу телефонной трубки.

– Говорит заместитель Томаса Сэндса. Кто у телефона?

– Ваш уполномоченный из Кабула, – произнес голос. – Все о'кей, повторяю: все о'кей. Вы можете провести обмен. Мы получили все нам причитающееся...

Но было поздно.

– Они немного опоздали, – заметил Малко.

Последовало молчание, затем голос, по-прежнему уверенный, пояснил:

– Нет. Но мы немножко ошиблись. Они выбрали при определении времени встречи всемирное время. Мы не думали, что здесь уже действует зимнее время и ко времени по Гринвичу следует прибавить еще час. Но это не имеет сколько-нибудь серьезного значения.

Малко, в сердцах чуть не выругавшись, повесил трубку. Он открыл дверцу и шагнул в пыль, прикрытый от пуль корпусом машины. Генерал Линь Бяо лежал лицом вниз перед капотом «кадиллака». Он нагнулся и осторожно перевернул его на спину.

Глаза бывшего номера два Народного Китая были широко открыты. Он сделал еще несколько судорожных движений губами и затих. Пуля вошла ему в голову под правым глазом и прошила мозг. Струйка крови стекала по шее.

Малко вдруг охватила страшная усталость. Столько усилий, столько хитроумных ходов – и такой результат! Он подсунул руки под спину и колени китайца и поднял его. Линь Бяо был поразительно легок, даже мертвый.

Нарочито медленно, чтобы дать китайцам время оценить обстановку, Малко вышел из-за машины и двинулся им навстречу, неся на руках труп генерала. Ноги его утопали в глубокой пыли, разреженный воздух затруднял дыхание, жег огнем горло и легкие.

Поистине, это был день трагических ошибок. Кто мог предположить в цивилизованном мире, что на каком-то плоскогорье, затерянном в глубине Афганистана, в одном из красивейших уголков земли развернется столь страшная драма!

Русские вертолеты не тронулись с места. Вокруг каждого из них сосредоточилось примерно по полтора десятка людей. Постелено колонны «кочевников» медленно, но неуклонно окружали их, захватывая плато. Три десятка вооруженных до зубов китайцев, преодолев по колено в ледяной воде болотистый перешеек между двух озер, вышли им в тыл. Голова генерала Линь Бяо покачивалась в такт движениям Малко. И желтая пыль уже оседала на губах его полуоткрытого рта.

* * *

Посол Народного Китая был мрачен. Он смотрел на своего соотечественника, распростертого на пыльной земле, словно это был призрак. Он нагнулся и ощупал рану генерала. Его пальцы немного испачкались в крови, но он не решился вытереть их о пальто убитого.

Мало-помалу «кочевники» окружили место встречи, расположившись примерно в ста метрах от ее участников, прямо напротив вертолетов. Русские не предпринимали никаких агрессивных действий. Они были на месте и спокойно выжидали, зная, что рано или поздно китайцы покинут Банди-Амир, эту идеальную мышеловку.

– Я очень сожалею, – сказал Томас Сэндс.

Он также осмотрел труп генерала Линь Бяо. Нервный тик подергивал его левый глаз. Сказалось напряжение последних часов. Что касается Малко, он был снова за рулем... Время от времени он оборачивался, чтобы взглянуть на мощный черный «кадиллак», который чуть не стал его гробом.

Томас Сэндс тихонько кашлянул.

– Мы уезжаем, – сказал он. – Его оставляем вам. Не выделите ли вы несколько человек, чтобы помочь нам вытащить машину?

– Подождите, – сказал китаец. – Я не могу вывезти тело Линь Бяо. Мы его сожжем.

– Сожжете?

Посол не спускал глаз с трупа.

– Если мы решимся его увезти, мы рискуем потерять много людей. Я пожертвовал бы ими за живого Линь Бяо, но не за мертвого. Мне достаточно того, что я видел его труп. А теперь, чем скорее он исчезнет, тем будет лучше.

Несколько удивленный Сэндс пожал плечами.

– Как хотите.

* * *

Малко вытер пот с лица. Когда солнце стоит высоко, здесь почти так же жарко, как в Кабуле. Тело Линь Бяо уложили на сложенное из камней ложе. В течение получаса китайцы, сменяя друг друга, поливали труп бензином, выкачанным из «кадиллака» и «мерседесов».

С хмурыми лицами все окружили место сожжения.

Китайский посол зажег сразу горстку спичек и бросил ее на грудь бывшего преемника Мао Цзэдуна. Вспыхнуло, завихрилось желтое пламя и разом охватило все тело. Первым за несколько секунд сгорели волосы, затем начала менять цвет, пузыриться кожа.

Так закончилась авантюра, предпринятая человеком, решившим бросить вызов Мао Цзэдуну... Благодаря пальто, пропитанному бензином, тело его горело медленно и равномерно. Порыв ветра обдал присутствующих едким дымом. Китайцы сохраняли невозмутимость.

Через четверть часа посол дал команду вылить на тело генерала последние две канистры бензина, чтобы усилить горение. Покойник был уже неузнаваем.

Расстроенные русские никак не отреагировали. Было слишком поздно. От генерала остался лишь обугленный труп. Совсем как от жертв инквизиции, пепел которых после сожжения развеивали но ветру. Дым стал черным и едким до тошноты. Казалось, тело Линь Бяо сделалось совсем маленьким. Из черной дымящейся массы выступали только ступни и лодыжки. Крис и Милтон, пораженные увиденным, молчали. Сэндс повернулся к послу:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю