Текст книги "Аромаведьма. Кусать и нюхать воспрещается (СИ)"

Автор книги: Жанна Бочманова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Глава 16. Сбывается

Неприятный визит старухи хотелось чем-то сгладить. Дина всплеснула руками:

– А ведь мы так и не поужинали!

Миклуш тут же оживился, на его лице засияла улыбка предвкушения.

– О, Лес! Ты бы знал, как Дина готовит! Я каждый раз так объедаюсь, что мне потом пояс штанов давит на пузо, – он погладил живот.

Леслав усмехнулся и указал на дистиллятор:

– Убрать?

Дина подумала и отказалась. Завтра она попробует снова сделать какое-нибудь масло. Правда, для этого придется идти в лес… Она невольно передернула плечами.

– Так ты думаешь, змея не сунется в город? А в лес может приползти?

Леслав с удовольствием бы успокоил ее, но не мог быть уверен до конца, потому лишь пожал плечами.

– Не могу сказать, как давно эта тварь завелась в Черноозерске. Возможно, она сидела тихо и питалась одинокими путниками, а потом, как набрала силу, извела ту деревню, из которой вы так удачно успели сбежать. Если бы наше племя осталось здесь, мы смогли бы с ней справиться: все же нас больше, но как раз незадолго до этого на нас начались гонения.

Дина слушала, а сама накрывала на стол. Когда она положила в тарелки мясную похлебку, у Леслава смешно задвигался нос: он втянул запах и стиснул зубы.

– Тебе не нравится? – Дина даже застыла от изумления.

– Ты и правда вкусно готовишь, – признался Леслав, – я чуть слюной не захлебнулся.

– Так садись уже и ешь, – засмеялась она, – хватит строить из себя бедного родственника.

– Точно! – Миклуш уже давно сидел за столом и ел так быстро, что вскоре ложка стала стучать о дно тарелки. – Лес, а Дина меня называет своим племянником, ну, чтоб никто не удивлялся, откуда я тут взялся. А ты тогда кто ей будешь? Ты же останешься с нами? Давай, ты будешь Дине тоже…

– Кем? Тоже племянником? – засмеялся Леслав.

Миклуш обдумал эту мысль, потом качнул головой.

– Не, как-то не подходит? Братом? – он размышлял вслух. – Нет, вы совсем разные, даже ничуточки не похожи. О, я понял! – он даже от еды оторвался. – Пусть Леслав будет твоим мужем!

Дина и Леслав посмотрели друг на друга и одновременно отвели взгляд. Дина почувствовала, как горят уши.

– Миклуш, – пробормотала она, – ты говоришь сам не знаешь что. Каким еще мужем?

– Ну, таким…

– Может, для начала женихом? – Леслав оправился от смущения и уже принялся откровенно забавляться.

– Точно, сначала же люди сватаются, потом уже женятся. Ну, ладно, будешь женихом, – уверенно заключил мальчишка.

Дина собрала пустые тарелки и принесла кофейник.

– И мне, – Миклуш протянул свою чашку.

– Ты же спать не будешь, – хотела отказать ему Дина.

– А я разве сплю ночами? – удивился он. – Особенно сейчас, когда луна скоро наберет полную силу.

Дина посмотрела на него, потом на Леслава. Она все еще не привыкла смотреть на них как на оборотней. Да что там – у нее это не укладывалось в голове. Хоть она и видела их в зверином обличье, но все равно…

Пока она все это обдумывала, Леслав собрался уходить.

– Где ты живешь? – спросила она. – Неужели в лесу?

– Приходится. Мое общество сейчас опасно для всех.

– Но надо же что-то делать! Это такая несправедливость!

– Жизнь вообще несправедлива, – он криво усмехнулся. – Волков били без разбору: обычных и оборотней, щенков, беременных самок, старых и больных – всех, не способных убежать. Спаслись немногие. Наш вождь, Белый, увел тех, кто выжил. Думаю, он был прав. Из моей семьи не спасся никто, я до сих пор виню себя за это.

– Но что ты мог сделать?

– Я мог быть рядом, но меня не было. Я ездил в столицу по одному делу, а когда вернулся, застал только жалкие остатки нашего племени. Белый хотел, чтобы я ушел с ними, но я… – Леслав замолчал, переводя дух, – остался, чтобы покарать зло.

Дина беззвучно ахнула. Бедный парень! Но его планы – самоубийственны.

– Ты же один, – покачала она головой, – тебя убьют.

Леслав усмехнулся.

– Все мы умрем, почему бы и не так – насладившись местью.

– Отговорить тебя не получится?

Он качнул головой.

– Как можно жить, зная, что злодей здравствует и наслаждается жизнью?

– Когда это случилось? – спросила она.

– Через год после того, как пропала жена герцога. Сперва он просто обложил оборотней тройным налогом на землю и жилище, потом издал указ об изгнании, потом начались аресты: по любому поводу оборотней хватали и кидали в подземелье. Ну, а потом пришла Ночь Большой Охоты. Незадолго до этого наши собрали делегацию к королю Мильтону с прошением, в котором просили о справедливости. Отец включил меня в состав делегации, потому что я хорошо определял пути и мог провести всех самой короткой дорогой. Сейчас я думаю, что он что-то предчувствовал и просто отправил меня подальше от опасности. Я был молод, и мне очень хотелось посмотреть большой город. Никогда не прощу себе…

Он замолчал. Дине захотелось погладить его по голове или даже обнять, но она не решилась.

– Пять лет я ждал и выискивал способ осуществить месть. Раз за разом я делал попытки, пусть и неудачные. Последний раз я проник в замок за книгой, но не удержался, попытался пройти в покои герцога, но кто-то поднял тревогу. Не понимаю, как они меня засекли – я шел по лунному лучу. Герцога защищает что-то или кто-то…

– Ты уверен, что именно герцог виновен?

– А кто? Он, ослепленный ненавистью, не слушал никаких доводов. Старейшины пытались с ним поговорить, но бесполезно. Он вбил себе в голову, что жену и сына погубили оборотни.

– Если это не они, то кто тогда? Может, надо было найти истинного преступника?

– Мы пытались. Но потерпели неудачу. Злодей не оставил следов.

– Так что с ними случилось? Их убили? Жену и сына герцога?

Леслав глубоко вздохнул.

– А тел так и не нашли. Карета была разбита в дребезги, просто в щепки. Кучера нашли висящим на дереве – живого, но без памяти. Говорит, что-то опрокинуло карету, его швырнуло в воздух, ударило об дерево, больше он ничего не помнит. Возле кареты нашли следы крови. То, что напало на них, видимо, растерзало тела и сожрало.

Дина нахмурилась. Карету – в щепки? Только сегодня она видела, как их лодку разбомбило за минуты. И от них тоже бы не осталось следов, если бы они не смогли убежать: змеища заглотила бы их в два счета.

– Ты не думал, что это могла сделать та тварь, что за озером?

Леслав уставился на нее, словно эта мысль только сейчас пришла ему в голову.

– Но змея появилась позже, – сказал он неуверенно.

– Вы узнали о ней позже, а живет она там, может, уже давно.

– В любом случае, Вилен Черноозерский должен понести наказание, – упрямо отрезал оборотень.

С этими словами он открыл дверь и скрылся в густой темноте позднего вечера. Миклуш подскочил.

– Я провожу, – сообщил он Дине.

Возражать не имело смысла – все равно убежит. Волчонок он и есть волчонок.

Дина закрыла за ними дверь, вздохнула. Леслав погубит себя, это же ясно, а она ничем не может ему помочь. Ничем. Или все же может?

Она принесла к своему рабочему столу все записи Ежины, что смогла найти, потом открыла книгу, положила перед собой чистый лист бумаги и углубилась в изучение рецептов, сравнивая, записывая пропорции, снова и снова составляя разные сочетания масел. Луна давно глядела в ее окно, а она все сидела и писала, зачеркивала, снова листала.

Внизу загрохотало. Миклуш вернулся?

Дина выглянула в зал. Миклуш стоял совершенно бледный. У нее защемило сердце.

– Его… – губы мальчика дрожали, – его…

– Что?!

– Люди герцога схватили его, – Миклуш силился не заплакать, но не смог сдержаться. – Мы бежали по лесу, ну, в волчьем обличье, когда Леслав остановился, почуял что-то. Он успел крикнуть мне: «Беги!» – и кинулся в сторону. Он сделал это специально, чтобы отвести их от меня. На него накинули сеть. Он не смог ее порвать. Сеть была заговоренная, с серебряными нитями. О, герцог научился использовать заговоренные пули и другое оружие, иначе мы бы давно с ним справились.

– Заговоренные? – Дина сама не знала, зачем спрашивает, не об этом сейчас были ее мысли, а лишь о том, что Леслава схватили, схватили, схватили…

– Да, серебро не убивает оборотней, как многие думают, но лишает нас силы на какое-то время.

Она пропустила это мимо ушей – какая разница!

– Что с ним теперь будет? – она устало опустилась на лавку.

Миклуш посмотрел на нее тяжелым взглядом, который ей все сказал. Она закрыла лицо руками. Старуха! Старуха говорила правду. Будь она проклята!

Глава 17. Завтра будет интересно

Уснуть она так и не смогла. Миклуш тоже отказывался идти спать, свернулся калачиком на лавке у входа и чутко прислушивался к звукам. Боялся, что теперь придут и за ним. Дина решила, что ни за что не позволит схватить еще и его. Но что она может сделать? Как спасти кого-то ей, слабой женщине, не владеющей ни оружием, ни магией? Вот была бы она на самом деле ведьмой!

В отчаянии она ходила по лавке взад-вперед, рассматривая флаконы на полках. Ежина оставила ей богатое наследство, если считать таковым все эти парфюмерные штучки. Дина вытащила пузырек с «Лунным светом» – он должен был обезопасить Леслава от ищеек герцога, но оказался бесполезен. Хотя… она посмотрела на Миклуша. Он лежал, положив голову на руки, и нервно вздрагивал. Она вытащила тугую пробку и осторожно подошла к нему. Крошечная капелька сорвалась с горлышка и упала на копну спутанных волос. Миклуш встрепенулся и посмотрел на нее.

– Это чтобы тебя не нашли ищейки, – пояснила она.

– Мне все равно, – сурово ответил мальчишка. – Они захотят казнить его, вот увидишь, не буду же я сидеть, сложа руки.

– Ты еще маленький. Как ты справишься с таким количеством вооруженных людей?

Миклуш не ответил, а отвернулся к стене. Его отчаяние захлестнуло и ее, но чуть погодя оно переросло в гнев. Нет, Миклуш прав, они не могут позволить им казнить Леслава. Она должна найти какой-то выход.

До утра она просидела за книгой и своими записями и задремала лишь, когда темное небо прорезало золотой полосой рассвета.

Разбудил ее тихий стук в дверь. Сперва она испугалась, но вряд ли люди герцога стучали бы так деликатно, поэтому она открыла и ахнула. Перед ней стояла дрожащая тетушка Шуша.

– Что случилось? – спросила Дина, уже понимая, что ничего хорошего не услышит.

– Они забрали Мушу… – простонала Шуша. – Мы, как обычно, вылетели на ночную охоту. Знаете, эти полевые мышки, они так нежны… А когда возвращались, попали в сети. Это были не простые сети птицеловов, а заговоренные, с серебряной нитью. Муша, моя Муша, сумела разорвать одну из нитей и вытолкнула меня наружу, а сама… – старушка не смогла продолжать и закрыла лицо руками.

Дина обняла ее, провела в гостиную, укрыла пледом и налила горячего чая.

– Леслава тоже схватили, – пояснила она.

Шуша ахнула и еще больше затряслась.

– Я пойду в замок и сдамся, – всхлипнула она. – Не хочу, чтобы Муша поднималась на эшафот без меня, в одиночестве.

– Да что вы такое говорите! – возмутилась Дина. – Не время отчаиваться. Пока мы живы, есть надежда. Неужели они и правда собираются их казнить?

Шуша кивнула.

– Их и, боюсь, других жителей Черноозерска постигнет та же участь.

– Да чем ему помешали совы, суслики и прочие оборотни? Ладно, он мстил бы волкам, но при чем тут все остальные?

– Наш милейший герцог сошел с ума, – зашептала Шуша. – Ведь мы с Мушей помнили его с самого детства, он был такой милый мальчик. Воспитанный, но сорванец: сбегал из замка, чтобы поиграть с нашими мальчишками, невзирая на то, кто из них оборотень, а кто нет. Потом, когда он подрос, его отец, тогдашний герцог, отправил его в столичную военную академию. Потом случилась война, и Вилен показал себя храбрым воином. Про его подвиги много говорили, а также то, что он был влюблен в одну юную волчицу. Но это слухи, слухи, которые, однако, беспокоили его отца, и он заставил сына выйти в отставку. Тот приехал, но не один, а с невестой, девушкой из благородного рода, что очень обрадовало его отца, и он закатил большой праздник. Черноозерск тогда процветал. – Глаза Шуши блеснули от воспоминаний.

Дина погладила старую кожу книги Ежины, пухлые листы из нее просто вываливались. «Надо было бы переплести ее, – пришла в голову неуместная сейчас мысль. – Сколько же лет этим записям?»

Нечаянно она произнесла это вслух.

– О! Ежина приехала сюда вместе с будущей герцогиней, – вспомнила Шуша. – Да, точно. Еще говорили, что она раньше жила в родовом замке Белиссы, и когда та уехала к жениху, последовала за ней.

Дина задумалась, полистала книгу, нашла место, где был вырван лист. Показала Шуше.

– Кто-то вырвал такой нужный мне рецепт, – вздохнула она. – Всю ночь пыталась найти что-то похожее в записях Ежины, пыталась составить рецепт сама, но не уверена, что получилось то, что нужно. – Дина показала на ряд колбочек, заткнутых пробками. – Чего-то не хватает все равно.

– Вы справитесь, – горячо уверила Шуша, но не успела договорить: на дворе загрохотало, и теперь это определенно были стражники.

– Поднимайтесь на второй этаж, – велела Дина, подбежала к шкафу и достала флакон «Ночного полета». – Держите, надеюсь, они не почуют вас.

Миклуш и Шуша быстро взбежали по лестнице, а Дина оправила платье и в последний момент накрыла книгу полотенцем.

Дверь распахнулась, в дом ввалился Зурнав.

– Какая приятная встреча, – Дина поклонилась. – Рада видеть, господин Зурнав.

– А я так нет, – проворчал начальник стражи. – Где этот ваш щенок?

Дина похолодела, но быстро взяла себя в руки.

– Вы ошибаетесь. У меня нет собаки.

– Как же, как же! Фран сказал, что продал вам волчонка.

Дина притворно засмеялась.

– Скажете тоже! Это когда было? Щенок давно сбежал. Напрасно я думала, что он будет сторожить мой дом. Еще и деньги зря потратила, – она горько вздохнула.

– А вот у меня другие сведения, – набычился Зурнав и оглядел цепким взглядом помещение. – Ну-ка… – он вытащил какой-то кругляш на цепочке и пошел с ним по комнате.

– Что это? – с притворным изумлением воскликнула Дина.

– Обнаружитель оборотней.

Зурнав закончил осмотр и теперь разглядывал свой прибор с некоторым сомнением. По его виду было ясно, что он рассчитывал на другой результат.

– Убедились? – Дина подбоченилась. – Может, еще хотите проверить мою спальню? – она показала на лестницу на второй этаж.

Как она и ждала, Зурнав отказался подниматься по довольно крутым ступеням. Он и так обливался потом, видно, поимка оборотней вымотала его окончательно.

– Собирайтесь, – бросил он недовольно. – Вас хочет видеть герцог.

– Какая честь, – пробормотала девушка. – А зачем?

– Мое дело выполнять приказы. Вам виднее, зачем вас хочет видеть герцог, – его губы сложились в глумливую улыбочку.

Дина решила не реагировать. Взяла плетеный короб с крышкой и быстро наполнила его флаконами, даже не думая, какие именно берет. Ее тревожные мысли больно бились в висках.

– Думаю, все же я понадобилась не ему, а герцогине, – улыбнулась она как можно безмятежнее, – она заказывала мне новые духи.

– Хм… Если только они оба не решили пригласить вас посмотреть на казнь этих оборотней. Потрясающее будет зрелище, скажу я вам.

У Дины оборвалось сердце и покатилось куда-то вниз.

– Какую казнь? Что произошло? – она попыталась даже улыбнуться, изображая полное неведение.

Зурнав ответил не сразу, он все еще досадовал, что не удалось обнаружить в этом доме ничего запретного.

– Вы что, ничего не слышали ночью? Мы провели грандиозную облаву. Схватили почти всех. Эти нелюди затесались везде, даже в доме бургомистра оказались слуги-оборотни. Надеюсь, герцог наложит на него приличный штраф. За укрывательство. Все, некогда болтать, герцог не любит ждать. Идемте!

***

Когда дверь за ними закрылась, со второго этажа спустились мальчик и старуха.

– Не нравится мне это приглашение в замок, – вздохнула Шуша.

– И мне, – согласился Миклуш. – Вот бы напасть на них и отбить у них Леслава и других.

Старушка посмотрела на него с сочувствием.

– Ох, милый, что мы можем сделать? Только разделить с ними их судьбу…

Миклуш гневно посмотрел на нее и сжал кулаки.

– Нет! Вот если бы Белый действительно вернулся, как шептались люди в городе.

– Нет, – Шуша поникла плечами, – не вернулся. Уж мы бы с сестрой его не пропустили. Он сейчас далеко отсюда.

– А ты знаешь, где?! Расскажи! Я найду его и расскажу, что здесь происходит.

– Ты думаешь, он будет рисковать ради нас своей жизнью? В прошлый раз они еле спаслись от облавы и вряд ли захотят связываться.

– Прошло десять лет. Мы не знаем, что сейчас происходит в племени волков. Если они откажутся помогать, то…

Миклуш не закончил и лишь глухо заворчал, скаля острые зубы.

***

У ворот замка Дину проводили в одну из многочисленных гостиных. Чтобы отвлечься, она выставила на лакированный столик духи, расставила их по ранжиру: легкие цветочные, глубокие сложные. И опа! Она увидела небольшой пузырек с тем экспериментальным ароматом, который пыталась сделать по утраченному из книги рецепту. Она чуть приоткрыла его и понюхала. Да, приятный запах, но уверенности, что он сработает как надо, у нее не было никакой.

В коридоре послышались легкие шаги, и Дина быстро сунула пузырек в карман. Как она и думала, в дверь впорхнула герцогиня.

– Как приятно, что вы пришли! Муж второй день занят делами и не обращает на меня никакого внимания. Вы принесли новые духи?

Она тут же начала трогать цветные флакончики и подносить к своему аккуратному носику. Дина невольно залюбовалась. Эстель была чудо как хороша. Фарфоровая кожа, густые ресницы, голубые глаза… И тут ей вспомнился герцог: жирный, потный, с красными толстыми губами. Фу! С таким и рядом-то находиться противно, а ей еще с ним в одну постель ложиться. И ничего, по герцогине не было видно, что ее что-то тяготит.

– Я принесла и для герцога пару флаконов, которые осмелилась бы предложить, – попыталась она начать разговор. – Как вы думаете, это не будет слишком дерзко?

– О, нет! Но могу вас уверить, что он вряд ли сможет оценить их достоинство. Обоняние у моего дорогого Вилена день ото дня все хуже и хуже. Зато на аппетит не жалуется. – Эстель засмеялась серебристым смехом, но Дине почудилось в нем что-то зловещее.

– Может, это что-то опасное? Что говорят доктора?

Герцогиня махнула рукой и скорчила гримаску.

– Вилен не любит всяких там лекарей. Они запрещают ему то, что он любит больше всего. Тем более что сейчас он занят очень важным делом. хотите знать каким?

Дина всем видом показала, что да – очень и очень хочет. Герцогиня показала на флакончики.

– Тогда забирайте все и пойдемте со мной.

Дина поспешно сложила все в короб и поспешила за Эстель, которая стремительно неслась по замку, через залы, гостиные и галереи. Дина еле поспевала за ней, не переставая удивляться гибкости и грациозности этой хрупкой женщины.

Миновав несколько лестниц вниз, они оказались возле массивной двери, возле которой стояли стражники с алебардами. По знаку те распахнули створки. Дина уставилась на темный проем, освещаемый лишь светом факелов на стенах уходящего вдаль коридора.

– Не бойтесь, – подбодрила герцогиня, – это самый короткий путь через замок, на северную сторону. Ох, уж эти старинные архитекторы, так и норовили настроить разных лабиринтов.

Ее смех пронесся под покатыми сводами каменного потолка и вернулся странным эхом. Дина поежилась.

Эстель вдруг остановилась и указала на темный проем в стене.

– Это там. Только идем осторожней, чтобы он нас не услышал, он не любит, когда ему мешают.

Она подтолкнула Дину вперед, и та сделала два шага, вытянув перед собой руку, опасаясь наткнуться на что-нибудь в темноте. За ее спиной лязгнуло, и она резко обернулась. Выход из помещения, в котором она оказалась, теперь закрывала железная решетка. За решеткой стояла довольная Эстель и хлопала в ладоши.

– Ваше сиятельство… – пробормотала растерянная Дина, – я не понимаю…

– И не надо. – Герцогиня взялась за прутья решетки руками и приблизила лицо к Дине. – Маленькая моя ведьмочка.

Дина отшатнулась.

– Я не ведьма! Честно! Не умею колдовать, даже не представляю, как это делается.

– Ну-ну… – Эстель протянула руку между прутьями и погладила ее по щеке. – Ах, как вкусно вы пахнете! – она причмокнула изящными губками.

Дина отшатнулась. В пляшущих тенях от факелов лицо женщины странно исказилось и показалось страшной маской.

– За что вы меня… – попыталась она хоть что-то прояснить. – Где я? Позвольте мне все объяснить герцогу, уверена, он поймет, что произошла ошибка.

– Ах, какая вы милая наивная ведьмочка. Наш милый герцог даже не в курсе. Ничего, вы все узнаете завтра, – откликнулась Эстель, уже уходя. – Завтра будет интересно, вам понравится.

Ее шаги стихли. Дина неуверенно повернулась к темноте и попыталась разглядеть свою камеру. Вокруг стояла громкая тишина. Каждый шорох казался ей громовым раскатом. А еще… еще ей почудилось, что она тут не одна.