Текст книги "Тройное обертывание (ЛП)"

Автор книги: Жаклин Хайд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

Я таю от одного его прикосновения, поворачиваясь и целуя его ладонь.

На лице Аусара появляется нечитаемое выражение, когда он прижимает меня к себе в полном объятии. Привязанность и тепло разливаются по моим жилам, настолько внезапно заполняя всё моё существо, что слёзы наворачиваются на глаза.

– Ты плачешь? – в его голосе звучит отчётливая мужская тревога.

– Поцелуй её! – доносится возглас Себа, но страннее то, как Аусар тут же спешит повиноваться.

Их динамика так сильно отличается от всего, что я испытывала даже читая любовные романы, и я понимаю, что мне это нравится.

Его руки мягко гладят мои волосы, и я смутно замечаю, что они уже не такие непослушные, как прежде, в то время как его губы опускаются на мои.

Поцелуй так нежен, а объятия так крепки, когда он притягивает меня к себе. Меня охватывает счастье вместе с ощущением уверенности в том, что с этого момента моя жизнь необратимо изменится. Я улыбаюсь в его губы, прижимая ладони к гладкому лицу.

– Я никогда более не желаю видеть твоих слёз, – говорит он, отрываясь, губами лаская мочку моего уха.

Он осыпает поцелуями мою щёку, и его магия становится всё ощутимее с каждым соприкосновением наших тел.

– Я плачу от счастья. Я не могу не чувствовать, как это правильно – быть с вами. Я хочу тебя, – говорю я ему, приподнимаясь, чтобы прижаться щекой к его шее, желая успокоить его. – Я хочу вас обоих.

Я протягиваю руку Себу, который принимает её, целует и отпускает. Я плотно обвиваю руками Аусара, впиваясь пальцами в мягкий хлопок его рубашки, и он захватывает мой рот в яростном поцелуе, от которого у меня перехватывает дыхание.

Глава 6

Аусар

Я поднимаю Хлою за талию и переношу её к изголовью кровати, переполненный гордостью. Устроив её среди подушек, я склоняюсь и приникаю к её губам в более сладостном поцелуе, пытаясь быть нежным и сдержать потребность поглотить её целиком.

Мне приходится быть медленным, осторожным. Моя магия всё ещё слишком могущественна, чтобы она могла её вынести.

Она уже доказала свою восприимчивость к ней, потеряв сознание от силы, с которой я перенёс нас сюда. Я знал многих ведьм, но не ожидал, что моей парой окажется одна из них, и я принимаю это. Но это означает, что она более хрупка, и это лишь подчёркивает, насколько устойчив мой Себ, чья стойкость не сломалась, несмотря на годы, проведённые под напором моей силы.

Смертные падали в обморок во время великих празднеств эоны назад, когда моя семья собирала толпы, и всё лишь от чистой силы нашей магии. Хотя теперь она не столь велика, как прежде, из-за моей сестры и коварной колдуньи, она всё ещё мощнее всего прочего на этой земле. Кроме того, когда я соберу все утраченные артефакты, моя сила восстановится полностью, и я наконец смогу в полной мере разделить своё бессмертие с моими парами.

Я отрываюсь, чтобы прикоснуться к ней, лаская и поглаживая её пышные бёдра, она глубоко стонет.

Моя пара прекрасная женщина с мягким животиком и округлыми формами. Я не раз любовался ими с тех пор, как впервые увидел её. Она столь приятна моим глазам, но не только внешность имеет значение, в её взгляде скрыт острый ум, который, я уверен, будет удерживать меня в плену всю нашу долгую жизнь.

Я возжелал Себастьяна с первого взгляда. Его прекрасное тело заставило меня немедленно захотеть прикоснуться к нему и ощутить его вкус, и я влюбился по мере того, как мы проводили время вместе. Хлоя, напротив, заставляет похоть пылать в голове, пока каждый дюйм моего существа горит насущной потребностью овладеть ею.

Её взгляд медленно скользит вниз по моей фигуре, суля наслаждение, её зрачки расширены и потемнели от желания.

– Аусар, – шепчет она, и моё самообладание рушится.

Она вскрикивает, её спина выгибается, а ночная рубашка собирается у бёдер, когда моя магия затопляет комнату.

– Поумерь мощь, а? – резко бросает Себастьян.

Я поворачиваюсь и обнаруживаю его рядом, без рубашки и с маленьким сосудом в руке. Он смотрит вниз, на нашу новую пару, что извивается на простынях, побеждённая страстью от моей к ней жажды.

Взгляд Себастьяна не отрывается от неё, когда он протягивает руку, чтобы схватить мою напряжённую плоть, укрытую тканью. Я стону от прикосновения, синее пламя вспыхивает ослепительным светом за веками, пока моя сила взмывает, а магия ожидающей связи пары пытается соединить нас воедино.

– Ты же знаешь, она пока не выдержит тебя, – журит он, поворачивая ладонь, чтобы полностью обхватить меня и приняться твердой рукой ласкать мой член.

Он прав. Если я попытаюсь взять её сейчас, в моём нынешнем состоянии, я могу причинить ей вред. Я пробудился не так давно, и контроль над магией тонок и неустойчив. Себастьян и я связаны так долго, что он впитал достаточно моей силы, и его тело способно выдержать моё.

Тепло и нежность, что могут родиться лишь из времени, проведённого в заточении с единственным спутником, растекаются между нами, когда я встречаю его зелёные глаза. Его светлые кудри колышутся на мягком ветру, и прекрасно видеть этого замечательного мужчину вне моего тёмного и песчаного плена, купающимся в солнечном свете.

У меня самые потрясающие пары.

– Давай подготовим её для меня, – говорит он, вручая мне сосуд, прежде чем притянуть к себе для страстно-нежного поцелуя.

Хлоя Лэндри

Я умерла и попала в ммж-рай. Мысль приходит и уходит, и очередная волна бесконечного наслаждения накатывает, а я плыву по течению магии, исходящей от моих новых пар, чья привязанность и желание ко мне почти сокрушительны по своей силе.

Эти мужчины– боги, по правде говоря — запредельно могущественны.

Я наблюдаю, как Себастьян захватывает губы Аусара в столь яростный поцелуй, что моя киска содрогается в ответ. Любовь и нежность изливаются от них обоих, когда Себ отстраняется и кладёт руку на грудь Аусара, подталкивая его ко мне.

– Хлоя, дорогая, раздвинь ноги. Я нанесу волшебный состав на твою сладкую киску, чтобы потом не было больно. Так, на всякий случай, никто из нас не желает тебе боли впоследствии, – говорит Аусар с томной ухмылкой на лице, стоя у кровати.

Я делаю, как он просит, и стону, когда взгляды обоих устремляются в мой центр, зная, что я уже промокла и готова для них.

– Прикоснитесь ко мне, – хныкаю я, не в силах удержать руки от того, чтобы не скользить по полным грудям и не дразнить соски сквозь ткань рубашки.

Аусар стискивает зубы, но выполняет мою просьбу, его руки оказываются именно там, где мне нужно.

Он ласкает и гладит меня, его пальцы кружатся вокруг входа и раздвигают меня шире.

Я задираю ночную рубашку выше, их грешные взгляды полностью раскрепощают меня в стремлении угодить им.

– Боги, она совершенство, – говорит Себ, взбираясь на кровать.

Сначала он касается моих лодыжек, проводя крупными ладонями вверх по икрам и бёдрам, пока Аусар наконец не погружает в меня палец.

– Да, – стону я, мои руки тянутся к Аусару, чтобы притянуть его в поцелуй, пока он стоит над кроватью, трахая меня пальцем, а Себ наблюдает.

Рука Себа отстраняется как раз перед моей киской, и я вижу, как он рвёт завязки своих бриджей, освобождая толстый член.

– Полакомься ею, – внезапно говорит Себастьян, кровать прогибается под его весом, когда он приближается ко мне.

Я хватаюсь за его член, едва тот оказывается в пределах досягаемости, а во рту пересыхает от жажды вкусить его.

Словно угадывая моё желание прежде, чем я успеваю его высказать, он приставляет головку члена к моим губам, позволяя мне взять его в рот. Я вскрикиваю, принимая в себя больше, чем изначально намеревалась, в то время как Аусар принимается ласкать мою киску языком.

Пальцы Себастьяна впиваются в мои волосы, направляя движения вдоль его ствола, пока Аусар лижет и касается моего входа, работая над моим влажным центром. Я сжимаю основание члена Себа, обхватывая его кулаком и двигая взад-вперёд, в то время как языком обвиваю его головку.

Резкие стоны наполняют комнату. Вместе мы задыхаемся, стонем и извиваемся, пока магия сливается между нами.

Всё моё тело охвачено огнём наслаждения, пальцы ног судорожно сжимаются, а спина выгибается. Я сдерживаю слёзы, испытывая облегчение, когда Себастьян извлекает свой член из моего рта, в то время как дрожь и ощущения пронзают каждую частичку моего существа.

В каком-то тумане я чувствую, как чьи-то грубые пальцы щиплют мои соски, пока кто-то перетягивает меня через простыни, но я слишком потеряна в ощущениях, чтобы беспокоиться, лишь бы они не останавливались.

Я заворожённо наблюдаю, как Себастьян наносит мазь из баночки сначала на свой член, а затем на член Аусара. Содрогаясь от мысли, что они оба принадлежат мне, я позволяю улыбке скользить по своим губам, пока Себастьян подбирается выше по моему телу, и меня охватывает осознание, что я впервые в жизни чувствую себя по-настоящему желанной. И к тому же двумя мужчинами сразу.

– Готова, моя дорогая? – спрашивает Себ, его член дразнит мой вход.

Я киваю и раздвигаюсь так широко, как только могу, чтобы принять его.

Он стонет, проскальзывая внутрь, и этот звук заставляет наслаждение пронзить мои нервные окончания. Сухожилия на его шее напрягаются, когда он погружается ещё глубже, пока не оказывается во мне полностью.

– Чёрт, ты божественна, – он тяжело дышит, прикасаясь лбом к моему лбу и замирая.

Мне недолго приходится ждать, чтобы понять причину, когда я чувствую другое прикосновение. Руки Аусара скользят вниз по моим голеням, я заглядываю через плечо Себастьяна, видя его стоящим на коленях позади Себа. Его огромный член, более тёмного оттенка, чем кожа, покачивается между ног, и моя киска сжимается вокруг члена Себа, когда я понимаю, что сейчас произойдёт.

Себастьян издает протяжный низкий стон, и острая вспышка желания пронзает меня при осознании, что Аусар входит в него. Жесткие, яростные толчки начинают раскачивать моё тело, в такт движению Себа, которого посылает вперёд неукротимая сила Аусара.

– Чёрт возьми. Это так приятно, – задыхаюсь я, и каждый синхронный толчок их тел посылает через меня горячие волны чистой потребности.

Мы движемся как единое целое, пока магия растекается, наполняя комнату до краёв вместе с влажными шлепками кожи о кожу. Каждое их движение возносит меня всё выше и выше к экстазу. Горло сжато желанием, челюсти стиснуты, пальцы ног скручивает судорогой, слёзы выступают на уголках глаз, и вот оргазм накатывает, как океанская волна, швыряя меня через ту грань, где ждёт блаженство.

Магия следует за ним, когда Себ с рыком наслаждения изливается во мне. Почти тут же Аусар издаёт удовлетворённый стон, обретая собственную разрядку.

– Всё в порядке, любимая? – голос Себастьяна звучит с лёгкой тревогой, он смотрит на меня, отводя волосы со своего лица.

Мои губы растягиваются в улыбке, пока Аусар подбирается к изголовью кровати, и на его лице отражается то же выражение, что и у Себа.

– Я более чем в порядке. Идите обнимать меня, – говорю я им, простирая руки к своим мужчинам.

Спустя мгновения я устроена между своими парами, прильнув к груди Аусара, в то время как Себастьян с другой стороны рисует успокаивающие круги на моей спине и плече.

Я лежу, укутанная и согретая, наслаждаясь нашей связью. Годы я гадала, почему не могу найти свою пару, боялась, что его у меня и вовсе не будет. А теперь вот я, с двумя древнейшими и сильнейшими существами в мире.

Улыбка расползается по моему лицу. Вот уж точно тройное обертывание.

Конец.

Не переключайтесь! Скоро возвращение этой горячей троицы!

¹ Название Threes A Wrap. Английское выражение “That’s a wrap!” используется в киноиндустрии и означает: «Съёмка завершена». Автор заменяет его на wrap («обмотка», «бинты»), отсылая к мумии, и добавляет Threes – намёк на троицу персонажей.

² Пиритовый кварц – это кристалл кварца, внутри которого находятся сверкающие золотистые частички пирита.

³ Кабо – Кабо-Сан-Лукас. Знаменитый курортный город на южной оконечности полуострова Калифорния в Мексике.

⁴ Речь идёт о фильме «Мумия» (The Mummy), 1999 года с Бренданом Фрейзером. В одной из сцен жук-скарабей заползает под кожу одного из персонажей, мистера Бёрнса, и начинает пожирать его плоть изнутри, оставляя после себя только скелет.

⁵ «Бегущий в лабиринте» – серия фильмов The Maze Runner, снятых по романам Джеймса Дашнера.

⁶ Аусар – это оригинальное, более точное произношение имени бога, которого в греческой традиции и в массовой культуре знают как Осириса. Бог возрождения, загробного мира и плодородия.

⁷ Эоны (от др.-греч. αἰών – «век, вечность») – чрезвычайно длительные периоды времени, не имеющие точной количественной меры. В геологии и космологии эон обозначает миллиарды лет истории Вселенной или Земли. В мифологии и эзотерике – это бесконечные циклы времени, выходящие за пределы человеческого понимания, часто ассоциирующиеся с существованием богов или древних цивилизаций. Употребление этого слова подчёркивает немыслимую, космическую древность событий, о которых идёт речь.