332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Иванович » Роль чужака » Текст книги (страница 10)
Роль чужака
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 18:00

Текст книги "Роль чужака"


Автор книги: Юрий Иванович






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

В итоге мы довольно быстро насобирали искомый вес, сложив находки на те куски ткани, которые лучше всего сохранились, да и поспешили в обратный путь. И успели как раз вовремя. За массивными воротами из листовой стали переговаривались те, кто доставил нам обед. И хоть они стояли сравнительно далеко, расслышать их мне не составило труда. Судя по голосам, переговаривались те самые эйтраны, которые нас сюда и привели. Их главное намерение прозвучало сразу:

– Уходим, всё равно они оттуда не выйдут.

– Не скажи. Они могли попросту оставаться рядом с воротами, в опасные места даже носа не показывая.

– Хм! То есть не собираясь выполнять приказ её высочества? И что тогда будем с нарушителями делать?

– Распоряжение чёткое: если тайланцы ничего не сделали, значит, они продолжают служить зроакам. А что у нас делают с такими перевёртышами? Правильно!.. Казнят на площади, чтобы иным неповадно было. Но принцесса не хочет лишней крови и неуместного ажиотажа, поэтому приказала липового атрегута и его помощника попросту пристукнуть в карцере, да и забыть про них. У империи сейчас других забот хватает, не до показательных казней…

Я слушал это и… улыбался. Вот какие резкие стали двойняшки! Как они быстро научились грамотно разруливать ситуацию. Как говорится, нет тела – нет проблем. Потому что они первым делом болеют и переживают за Бориса Ивлаева. Парень вернётся – и что станет делать, если его место в постели занято? Конечно, рассердится, кровно обидится и будет в гневе. А на кого в первую очередь обидится? Конечно же, на принцесс. Мол, не усмотрели, недоглядели, позволили императрице пойти по рукам, отдали на поругание толпам фаворитов…

«Кстати, о фаворитах! – успел подумать я. – Если их высочества так жёстко расправляются со мной, то будут ли они так же последовательны с остальными конкурентами, имеющими допуск к телу? Как бы это проверить?..»

– А ведь и в самом деле никто не стучится, – рассуждали за воротами. – Никак карачун на них напал.

– Нам же проще. Как-то мне не хочется такие приказы выполнять, что-то тут не совсем всё честно получается.

– Ну да, следовало нам вначале поспрашивать об этих типах: чем они и кому не угодили. А то нас принцесса сняла с дальнего дозора, да так возле себя и держит. Шага в сторону сделать не даёт. Странно… Уходим?..

Значит, пришло время стучать. И я уж не постеснялся погромыхать от всей души.

Глава двадцатая
Работа бывает разная

Вначале нам не ответили. Да и открывать ворота никто не бросился. Потом всё-таки угрюмый гигант (судя по голосу), отозвался:

– Кто это там такой буйный ломится?

– Кто, кто! Главный атрегут дворца! Война войной, а обед по расписанию!

– А вы там что… живы?

– Тебе разве доводилось с покойниками разговаривать?.. Открывай быстрей, а то сейчас эти дверцы вышибу!

Судя по топоту ног, отделение заняло удобные для отражения атаки позиции, и только после этого их командир заскрежетал ключами и засовами. Потом отскочил в сторону и скомандовал:

– Выходите по одному! – но тут же успокоился, не увидев у нас иного оружия, кроме и раньше висевших на поясе кинжалов. – А что в мешках?

– Золото и брильянты! – со смешком отчитался я, укладывая мешки перед эйтраном. – А вот и карта, дорисованная, с пояснениями. Все ловушки деактивированы, хотя и дальше там следует ходить с особой осторожностью: всё-таки колодцев там слишком много… И где наш обед?

К моему удивлению, оный оказался в этаком подобии высокого, объемного термоса из пяти частей. Причём порадовал тем, что горячий. Но когда я термос ощупал и подхватил за ручку, командир отделения несколько растерялся:

– Э-э-э, а ты…

– Обращаться ко мне «господин атрегут»! – рявкнул я. – Задание мы выполнили, претензий к нам быть не может. А обедать имеем право в своих апартаментах! И вам хорошо известно, что нельзя злить зверя, когда он собрался отобедать. Тем более – пытаться забрать у него добычу. Если понадобимся их высочеству, знаете, где нас найти: в комендатуре дворца. – И уже двинувшись вперёд, бросил через плечо: – Ворота можете больше не закрывать, там нет ничего опасного. Выходов из катакомб тоже не обнаружено. А вот за тринадцатью телами первых исследователей отправьте похоронную команду. Не повезло первым разведчикам, не было среди них атрегута…

Остановить нас никто не посмел. Но что я сумел заметить, так это поощрительные взгляды большинства эйтранов. Кажется, наше независимое поведение и удача при выполнении приказа воинов приятно озадачили. Да и руки им, как мне удалось расслышать ранее, пачкать не хотелось при странном устранении.

Ещё заметил, что командир группы всё-таки стал запирать ворота на замки:

«Ну и пусть! Попасть внутрь мне труда не составит, возьму ключи у коменданта. Атрегут я – или просто погулять сюда пришёл? Ну и надо где-то присесть и пообедать, пока всё не остыло…»

Интуиция подсказывала, что спешить в личные апартаменты пока не стоит. С фантазией у двойняшек всегда было на «отлично», поэтому не удивлюсь, если мне уже придумали следующее странное задание из той же серии «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что».

А дворец-то огромный! Как поведал мне Шеян, заселены некоторыми службами, ведомствами, министерствами и придворными только первые два, максимум три этажа. И госпиталь здесь, и главный арсенал, и генеральные склады продовольствия, а вот пространств, где ещё не бывала нога человека, полным-полно оставалось. Так что уединённое местечко найти не проблема. Только вот иной вопрос нарисовался. Вместительный и тёплый термос, чем больше я его нёс, тем больше мне казался не соответствующим весу. Иначе говоря, слишком лёгким. И не надо иметь особое зрение для просмотра насквозь. Поставили, раскрыли, глянули.

И Бродский высказался раньше меня:

– Не знаю, как шла речь про нас обоих, но одного они сразу списали в расход.

Потому что порция виднелась в бачках сиротливая: на одного человека. Причём человека средней комплекции, здорового и не страдающего чрезмерным аппетитом. Хорошо, что инстинкт нас не завёл слишком далеко от кухни, и я сразу подался в зал раздачи. А там уже и нет никого, все отобедали. И жаловаться вроде некому, если не пройти по парочке знакомых коридоров и не ввалиться в личный кабинет шеф-повара, где та сидела за сверкой каких-то списков с одной из поварих. Она, правда, глянула с бешенством на незваных посетителей, но я успел заговорить раньше:

– Оляна, ты глянь, какую нам порцию дали на двоих?! А ведь мне как выздоравливающему требуется пятикратная норма. Да и Шеяну положена добавка. Мы с ним вдвоём отпахали в подвалах дворца, проложили безопасную дорогу к мавзолею с саркофагами, а нам принесли такой вот мизер. Издеваются, не иначе!

По мере моих объяснений выражение лица Ясинских менялось от злобного к сочувствующему:

– И кто вас удосужился послать в подвалы? – И тут же, не дожидаясь ответа, отправила повариху обслужить Шеяна: – Наложи им ещё порций шесть, а то и семь, с того, что осталось от караульных.

Да и я стал отвечать после того, как мы остались одни:

– Её высочество Вера Ивлаева-Герчери одарила меня своим вниманием и персональным заданием. Мы с ним справились, а с обедом – пролетели… И вообще, ты извини, что вчера так получилось.

Сколько ни читал литературы о психологии женщины, всегда обращал внимание на один совет: «Не поленитесь лишний раз извиниться перед женщиной. Даже если на сто процентов уверены в своей правоте. Тогда она вас простит даже в том случае, когда вы будете не правы на двести процентов».

Вот и сейчас получилось, Оляна мне простила всё и сразу. Подскочила ко мне, чмокнула в губы и, заговорщицки оглядываясь на дверь, усадила на диван. Тот самый, где мы вчера так здорово развлекались. И начала разговор с сочувствия:

– Надо же, как вокруг тебя все завертелось! – А дальше из неё водопадом пошли откровения: – Представить не могу, с чего это императрица тебя у нас вырвала так нагло и беспардонно. Но ты не радуйся раньше времени и будь осторожен! Только сам факт отправки тебя в подвалы говорит о попытке уничтожить. Не иначе как против тебя самые первые лица ополчились. Принцессам мог на тебя нажаловаться один из последних фаворитов Марии, зуав Вирник Глот. Он в большом фаворе, потомок великих князей нашего мира, и те же высочества считают его несравненным красавцем, этаким примером доблестного воина, шикарного танцора и душкой в личном общении. К тому же он знатный дуэлянт, успевший на поединках «до крови» ранить более десятка своих соперников.

– Носитель Первого Щита? – озадачился я новой информацией.

– Откуда?! Мы же эйтраны, у нас там такого не было. Но магический университет Вирник Глот до гибели мира окончить успел. Что он там умеет в плане волшебства, я точно не знаю, только слышала, что у него очень здорово получается пучок раскалённых искр забрасывать на пять метров перед собой. Ещё мне известно о трёх фаворитах, но те Глоту и в подмётки не годятся…

– Постой, ты говорила, что Мария каждую ночь их по нескольку меняет! – указал я на явное несоответствие. Но на него Оляна лишь отмахнулась:

– Больше слушай рассерженных, да ещё и оголодавших женщин! Поспрашивай обо мне – тебе такого расскажут!.. О-о-о! А на самом деле у меня до вчерашнего с тобой – уже две недели никого не было. Не каждый ведь подходит, не каждый нравится, не каждый умеет коварно и грамотно соблазнить…

Мысль у меня мелькнула: чем я мог вчера красавицу соблазнить? И в голову ничего не пришло, кроме как: «…нечаянно распахнувшимся халатом». Ох уж эти женщины!.. Чем только себя не оправдают!

А поток информации тем временем продолжал поступать. До прихода Шеяна и поварихи главный кулинар дворца успела мне кратко поведать об известных ей воздыхателях Марии, о неизвестных широкому кругу сплетников и даже о тех, кто ориентировочно числится в кандидатах в эти списки. И во мне окрепла мысль, что с шеф-поваром надо обязательно остаться в дружеских отношениях. Потому что знала она очень, ну очень много и при нормальных отношениях могла делиться информацией безвозмездно. Кажется, она всё-таки слишком уважает и побаивается императрицу, чтобы нагло и показательно волочь меня в свою постель. А просто дружбу Машка мне в любом случае простит. Даже если узнает о нашей близости, состоявшейся вот на этом диване.

Прощаться старался официально: кивнул головой, пожелал доброго дня, пообещал зайти за своим персональным ужином. И дальше уже мы с целителем поспешили в безлюдное место. И недалеко оно оказалось, хватило подняться на пятый этаж и углубиться в один из коридоров. Там мы отыскали свободные апартаменты, плотно закрыли за собой дверь и вольготно расположились обедать, а когда утолили первый голод, позволили себе и по сторонам осмотреться.

Кстати, Бродский не преминул и повариху разговорить, а та была персоной тоже весьма информированной. Видимо, повара – они волей судьбы оказываются на пересечении любых информационных потоков и сами порой служат почтовыми ящиками, или, иначе говоря, серверами всемирной информации. Давшая нам добавку служительница кастрюль и сковородок косвенно подтвердила информацию шеф-повара, но и от себя добавила. Получалось, что принцессы, до того как ворваться в мои апартаменты, «…душу вымотали из Оляны и Марты, требуя подробностей о новом нежданном фаворите своей божественной старшей сестры. А значит, они собрали обо мне, к моменту моего прихода к Вере, полную информацию. И наверняка не сомневались, что геройское участие в знаменитом уже сражении я тоже принимал. Герой как бы… А всё равно рискнули и решили убрать посредством невыполнимого задания.

«Неужели им так нравится какой-то смазливый зуав? – размышлял я, доедая обед, слушая разглагольствования Шеяна и посматривая на потолок и стены гостиной. – Или мои старые подружки настолько обрадовались новости обо мне? Живом, целом и растущем? И пытаются оградить глупую Марию от всяких коварных соблазнителей? Мысль приятная, но чтобы она подтвердилась, следует узнать только одно: каким гонениям подвергся тот самый Вирник Глот? Если и его отправили на смерть, я девчонкам всё прощу!.. Если успею. И если они меня до того каким иным способом не затолкают в «деревянный макинтош». А значит, надо как-то устроиться несколько лучше, чем я примостился. То есть получать всю информацию, а самому в тот же момент находиться как можно дальше от начальства. Ох! Чуть не забыл самое главное: и чтобы Машка ко мне каждую ночь приходила! Или я к ней…»

Сразу вспомнилась прошедшая ночь. Тут же живо представилась следующая… Насыщенный организм впал в нирвану чувственного ожидания… Мир вокруг поблек… Звуки затихли…

И от громкого окрика Шеяна я даже вздрогнул:

– Да ты меня не слушаешь! – Он ещё при этом ложкой по столу постучал. – Я тебя уже третий раз спрашиваю: что будем делать дальше?

– Извини! – Я аккуратно помассировал кожу на голове, которая так и не думала зарастать волосом. – Я просто немножко… заработался.

– Чего? – выпучил на меня глаза целитель. – Ты не просто оплыл, как отожравшийся хомяк, ты почти заснул! Какая же это… извини, работа?!

– Извиняю, – проявил и я великодушие. – И ещё раз напоминаю наши с тобой обязанности: я – познающий твердь. Ты – мой помощник, ассистент и лаборант. То есть ты – младший атрегут. А? Правда, гордо звучит?.. Но я сейчас не о том… Ты думаешь, мы банально насыщали свои организмы пищей?..

– Я общался и разговаривал, – сразу отмежевался от обвинений Бродский. – Это ты «…насыщал организм семью порциями».

– …Нет! Мы работали! – продолжил я, словно и не заметил язвительной ремарки со стороны. – Ты мне подавал ценную информацию, а я просматривал стены данных апартаментов на предмет нахождения в них потайных ходов.

Тайланец мне нравился всё больше и больше. Потому что уважительно кивнул пару раз и заверил:

– Так и буду утверждать. Даже под самыми жестокими пытками. Работали мы! Ненормированный рабочий день, как у целителей.

– Точно! Тебе вообще полагается две оплаты. Ты ведь ещё и за моим здоровьем продолжаешь вести наблюдение. А это дорогого стоит!

– Три! Три оплаты! – воодушевился тайланец. – Я ведь ещё успеваю обучать музыкантов-эйтранов новым мелодиям нашего княжества. Они от них в восторге, обещают при оказии сыграть парочку наших самых боевых маршей.

– Ого! – притворился я завидующим. – Да ты так умудришься получать больше главного атрегута?

– Больше? Ну, если мне ещё и часы засчитают, во время которых я разглядываю стены и потолок с моей помощницей…

– Правильно! Повышенная чувствительность в нашей работе достигается лишь совокупной концентрацией всех чувств воедино с конгломератом внешних ощущений. Я тоже потребую добавки за ночное время, пользуясь нашим совместным научным открытием.

Мы с ним поржали, расслабились, а потом я, под хорошее настроение, решил пробить давно интересующую меня деталь:

– Шеян, братишка, я вот скажи мне: почему ты до сих пор ни разу меня не спросил о конкретном месте рождения? Или из какого я города?

Действительно, Бродский никогда меня об этом не спрашивал. О себе и о происхождении рода своего он рассказал, а я в ответ про себя помалкивал. Он и не спрашивал. Что, в общем-то, было странно. Вот я и решил выяснить.

Шеян подумал-подумал, глядя на меня с иронией, а потом всё-таки разоткровенничался:

– Чего тебя спрашивать, если ты не тайланец. Уж я-то как целитель это сразу рассмотрел. Слишком иная у тебя кожа на голове. Быстро смекнул, что она после ожога такая. А у нас мальчики с детства голову особенным зельем мажут, вот потому она и лысая со временем становится. У тебя же особенный след от этого зелья отсутствует. Был бы вместо меня Трёхщитный из наших, сразу бы тебя раскусил. Но их с нами рядом не оказалось. Тогда я решил тобой озаботиться, подлечить… Да так и прилип. Интересно стало, выживешь ли ты после многочисленных смертельных травм. Ну а уж когда сразу три Первых Щита в тебе рассмотрел, ты для меня как родственник стал… И мне, в сущности, всё равно, откуда ты родом и кто ты такой. Чувствую, что человек ты хороший, правильный, а остальное не важно.

Хорошее у него получилось объяснение. Чёткое, краткое, да и лестное. Хорошим меня назвал и правильным. Как такому было не поверить? И удобно с любой стороны: не достаёт вопросами, а во всём остальном готов помочь без малейших раздумий. Про секреты моего организма никому постороннему не проболтался. За ворота, ведущие в подвалы, шагнул – и не поморщился. С советами не лезет, дисциплинированный, чувство юмора отменное, да и вообще отличный мужик. До сих пор поверить не могу, что ему уже тридцать седьмой год, а ведёт себя, словно мой ровесник. Ещё и подчинённый. Или он меня за старика принимает? Вряд ли, целитель всё-таки. Тогда, значит, силу мою сумел оценить магическую? Это уже ближе к сути. Ему по докторской этике и врачебному ремеслу положено в таких вещах разбираться. И уж у него сомнений не было в том, что я со своими эрги’сами мог уничтожить весь центр колонны со зроаками.

То есть вывод один: такому человеку можно доверять. И вообще ему следовало давно препоручить самые большие тайны. Даже такие, как порталы между мирами. И тот факт, что я этими тайными знаниями свободно манипулирую.

Но с другой стороны, и спешки нет. Пока я занимаюсь одним, пусть занимается другим. Хотя бы тем же сбором нужной мне информации. Поэтому я и попросил:

– Забирай пустой термос и отнеси его на кухню. Дальше действуй по обстановке. Но узнавай всё, касающееся меня. Если тебя перехватят, ни в коем случае не говори, где я. Докладывай, что исследую верхние этажи северного крыла комплекса…

– А сейчас мы в каком? – посмотрел Шеян на потолок, словно там было написано.

– Забудь о своём вопросе, – приступил я к наущениям. – И больше его не задавай. Меньше знаешь, меньше соврёшь. Никто тебя во лжи не заподозрит, если ты повторяешь мои распоряжения и пояснения. К ужину не забудь наведаться на кухню, наполнить термосы для нас… всех, и жди меня в своих апартаментах. Не будут давать, ссылайся на императрицу.

– А если она лично со мной столкнётся и о тебе спрашивать начнёт?

– Ей можешь показать, где я. Здесь буду или на один-два этажа выше. Остальным – ни намёка!

– Рассмотрел потайные ходы? – Его глаза разгорелись от любопытства и предвкушения. – Вот бы и мне так уметь!..

– Чего их рассматривать, – фыркнул я. – Их любой Трёхщитный видит. Проблема отыскать входы-выходы да открыть их. А с этим придётся повозиться.

Бродский понятливо кивнул, подхватил термос и умчался на сбор слухов, сплетен… точнее говоря, на сбор разведывательной информации.

Глава двадцать первая
Куда теперь направим стопы?

А я собрался, настроился на работу и двинулся сразу в здешнюю спальню. Потому что эти апартаменты являлись по расположению точной копией моих, выделенных мне в комендатуре. Значит, в спальне – обязан красоваться значок! Я прошёл, глянул и… разочарованно хмыкнул. А вот нет ничего!

С другой стороны, чего это я размечтался? Здесь вам не там. Ни в коем случае не Сияющий Курган. Да и те символы, что есть (кроме обнаруженных в колодцах), предназначены для людей, ходящих по потолкам. Иначе как и куда шагать?

Минут пять постоял, рассматривая потолок и размышляя над последним вопросом. Потом понял, что в таком состоянии идея не родится, надо двигаться. И отправился на обследование соседних апартаментов. Значок я таки отыскал, этажом выше и чуть в стороне. Точно в таких же апартаментах. Но ещё раньше удалось рассмотреть три внутристенных тоннеля, которые змеились между разными спальнями и гостиными, и даже лестницами сообщались с другими этажами. Стоило только правильно взять нужный ракурс, приноровиться его держать в движении, и я с удивляющей лёгкостью мог просмотреть всю систему потайных лабиринтов. И она меня, честно говоря, поражала. Получалось, что при желании можно прослушать чуть ли не любую комнату. А учитывая массу стекляшек и украшения на стенах, то и зрачок подсматривания среди них установить. Вот уж строили так строили! Или у строителей была мания раскрытия заговоров, или они обожали подсматривать за постельными игрищами друг друга? Иначе зачем такая сложная, страшно дорогостоящая система подсмотра? Ну вот никак мне не верилось, что строили дворец те самые шуйвы (или как их там?), которые воздвигли Сияющий Курган. Представление о величии, широте взглядов и открытости мешало сравнивать их с какими-то любителями-вуайеристами.

Тут и голова попыталась задействовать логику:

«Значит, дворец строил кто-то другой… Скорей всего, на руинах прежнего… Вот подвалы с колодцами и остались… А почему тогда значки в спальнях под самым потолком?.. Неправильно строили… Перепутали камни с порталами… Или так было задумано специально? И для кого? Хоть убейте меня, не поверю, что для кречей! И как это могло выглядеть? Подлетает эта тварь к потолку, переворачивается вверх лапами и касается когтями определённого места? Ха! Если подобное настолько сложно, то эти вонючие сатиры – самые умные во вселенной. Но такой трюк абсурден изначально: слишком тупыми они выглядят… Или это я занижаю интеллектуальный уровень врага? Не они ли меня оглушили и похитили из Рушатрона? Не они оказались в какой-то момент хитрей меня?.. М-да… Или это их белые сородичи настроили?.. Как бы с ними пообщаться?.. Если решусь на такое!..»

С мыслями познакомиться с новыми союзниками, а то и пообщаться с ними я стал сооружать баррикаду под найденным в бесхозной спальне значком. Иначе под самый потолок было не взобраться: мне попалась стремянка, немногим более двух метров. Зато столов оказалось в избытке, разных размеров. Я и поставил пять штук друг на друга. Ковры постелил, чтобы ножки по столешнице не скользнули, простынями связал, для жёсткости всей конструкции, и вскоре оказался под самым потолком. Что меня ещё подтолкнуло к этому исследованию, так это просмотренная лестница внутри стены. Уж нет ли какой связи между нею и находящимся всего в полутора метрах порталом? Вдруг точка перехода именно внутри каменной толщи? Может такое быть? Вряд ли… Но осмотреться более тщательно сами шуйвы велели!

Вот я и карабкался.

Вначале отыскал значок, который за толстенными наслоениями побелки только и удалось снизу рассмотреть благодаря тусклому свечению. Символ оказался совершенно новым, ни разу мною прежде не встречаемым, зато описанным мне словами Ольшина, одного из каторжников Дна. Ещё тогда я в шутку назвал тот мир миром Бесконечного Козла. Ибо рисунок говорил именно так: козлиный череп с рогами, а между рогами плоско лежащий знак «бесконечность». Всё заключено в кружок. Рядом контрфорс – полукруг с тремя секторами.

То есть из данного места можно выходить поочерёдно в три разные точки нового мира. Шикарный вариант! Но…

«Что-то новенькое! – почувствовал я приключения на свою голову. Но как-то странно ощутил, радостно и с предвкушением. Чему и сам поразился: – Чудная реакция у меня. Или это Щиты внутри моей тушки самостоятельность проявлять начали?.. Тьфу! Тьфу! Лучше и не думать о таком!.. Надо свалить неуместную радость на сам факт научного открытия. Ибо прослеживается здесь чёткая связь: медальон, найденный на Дне и носимый каторжанином, – с символом, отысканным в одной из спален гигантского дворца в Лордине. И что теперь? Связь-то я нашёл, а вот как ею воспользоваться? Если бы прямо отсюда можно было шагнуть на Дно – вот она, мечта героя! И пусть даже сделать это к одному из имеющихся на Дне медальонов. Вот что меня радует… отдалённо… Потому что мечта – она и есть мечта. Не может портал умещаться в маленьком, носимом с собой кусочке неизвестной субстанции. Никак не может…»

А вот дальше мне пришлось попахать. И побегать. И раз десять взбираться на свою пирамиду из столов. Потому что на стыке стены и потолка удалось рассмотреть почти неразличимые нити плотно прилегающих друг к другу поверхностей. Мне даже показалось, что эти поверхности с момента их наложения ни разу не поднимались, не сдвигались и не разъединялись. Не удивлюсь, если срослись за века. Или за тысячелетия. Но общими своими конфигурациями эти нити как бы обозначали три независимых друг от друга фрагмента стены, потолка и несущей балки. Как-то хитро они скреплялись между собой… Что-то собой напоминали, но вот что?..

Разбить, что ли, молотом? Начну чудить, сам рухнуть могу вниз. Поэтому и отправился в первый раз в апартаменты этажом выше. Там повозился, оттаскивая мебель, сворачивая ковёр и расковыривая паркет. Уже с иного ракурса разглядывая странные фрагменты, начал догадываться, как они могут смещаться и куда именно.

Сбегал обратно вниз. Оббил там всю штукатурку и наслоения побелок. Опять наверх – ободрал какое-то вязкое, тянущееся покрытие под паркетом. Вновь вниз, вновь верх… Уф! Вот так люди и сбрасывают вес! А у меня-то его и так нехватка. Видимо, действовал на одержимости и бешеном энтузиазме. Но часа за два добился только одного: сдвинуть фрагменты у меня ни снизу, ни сверху не получится. Это надо делать только из потайного хода в стене. Обидно…

Но кто сказал, что будет легко? Вот и повод появился отыскать вход хоть в один из тайных лабиринтов. И кто сказал, что надо вход искать? Что я теряю, проломив стенку в самом удобном для меня месте? Накажут за порчу здания? Ха-ха – три раза! Кто-то выставит мне претензии за мусор и грязь в довольно уютных апартаментах? Когда ещё сюда кто с уборкой доберётся! Заподозрят меня в попытках отыскать межмирские порталы?..

Вот это уже вопрос на засыпку. Кроме меня о них знает только трио Ивлаевых. Раз они до сих пор знака нигде во дворце не видели, то и здесь его не заметят. Даже если я символ оставлю на виду и нарисую к нему по стене стрелку. Они-то ведь обряд Гипны не проходили.

А проломленная стена – вообще из другой оперы. Ну, работает атрегут, ну чего-то у него не получилось, подумаешь! Так это же он – познающий твердь! Вот пусть и машет кувалдой себе на здоровье. Его работа, его заработок. За то ему идут харчи, даётся одежда. Или чем там ему платят? Натурой императрицы? Тем более может смело ломать всё что пожелает. При такой шикарной зарплате – он сам окупит все издержки или брак своей деятельности.

Вот и сломал. Вначале, правда, выглянул в коридор, прислушался. Гул со стороны парадных лестниц доносится, внизу человеческий муравейник не останавливается. А здесь никого. Ну и двери плотно прикрыл, чтобы грохотом кого не привлечь. С минуту ещё прикидывал, как ударить. Точнее, сколько сил вложить в таранный удар «мягуном». Вроде рассчитал правильно, достал эрги’с, бросил в выбранную точку…

И еле успел присесть от разлетающихся во все стороны каменных осколков! Удар получился такой мощи, что проломил сразу две стены потайного коридора, образуя арку прохода в соседние апартаменты. То ли это я после болезни перестал собственные силы дозировать, то ли в стенке оказалось несколько камней из динамита? Всё-таки мне показалось, что дополнительную бризантность взрыву придала именно стена.

Но первым делом опять выглянул в коридор и прислушался: вроде никого грохотом не привлёк. И тотчас бросился сам пролом осматривать и обнажившийся потайной ход. Проверил остатки стены вверху, не хватало, чтобы меня глыбами придавило. Но те держались на удивление хорошо. При дальнейшем исследовании я понял, что их скрепляло изнутри. И осознал тот факт, что мягкое, явно химическое покрытие никак не могло усилить силы непосредственного удара по стене.

Следовательно, мои эрги’сы стали опаснее для врагов как минимум вдвое. Радует.

Значит, дворец строили всё-таки древние, а не зроаки и не какие-то мифически умные кречи. Интригует.

Теперь осталось подняться по внутренней лестнице да раскрыть тайну «трёх фрагментов» и совмещённого с ними символа мира Бесконечного Козла. Но мне помешали. Только начал протискиваться бочком по узкой каменной лестнице, как из соседнего апартамента, куда я пробил дыру нечаянно, раздался грозный голос:

– Эй, кто там в стене?! Выходи!

Пришлось пятиться назад, а потом и выходить наружу со словами:

– А вы сами-то кто такие, раз так сердито и не по уставу обращаетесь к главному атрегуту дворца? – И окатил свой внешний вид волной очистки, снимая ворох паутины и толстый слой пыли. Иначе мои знаки различия никто не рассмотрел бы толком.

В помещении находились два массивных эйтрана с алебардами. Дворцовая стража, как я помнил. Ещё один воин меньше ростом, скорей всего из сил основного мира, стоял в дверях. Но как только меня опознали по знакам различия и эполетам, старший в троице подал какой-то знак воину, и тот скрылся с глаз. Зато чётко послышался топот его сапог в коридоре. Никак умчался с докладом? Получается, что меня искали? Вот только кто? Императрица или принцессы? Или к попыткам уничтожения нового фаворита стали подключаться старые? И для лучшего сбора информации следовало самому напирать с вопросами, благо должность позволяла:

– Так кто вы такие и что тут делаете?

– Сержант стражи Петер Глот! Делаем плановый обход этажей. Услышали подозрительный грохот, решили проверить и выяснить, что здесь случилось.

– Всё в порядке, сержант, здесь у меня всё под контролем. Отправляйтесь в дальнейшее патрулирование!

Но стражник явно не спешил уходить:

– Может, господин атрегут нуждается в нашей помощи?

– Ну ты сам прикинь, Петер, – добавил я в тон сарказма, – чем вы можете помочь атрегуту, экселенсу Трёхщитному, который сам умеет проламывать любые стены? – Смутить его, а тем более его товарища, удалось. – Так что топайте, ребята, а то можете нечаянно и под обломки угодить.

Больше вопросов у них не нашлось, и стражники удалились. Но я не поленился выйти за ними в коридор и крикнуть вслед:

– И на этот этаж больше не заходите до моего особого распоряжения!

Эйтраны переглянулись между собой да и потопали дальше, скрываясь за поворотом коридора. А я, озираясь по сторонам, задумался. Может, это и совпадение, но род сержанта соответствовал роду последнего любовника Марии, имя которого моя память запомнила на удивление твёрдо: Вирник Глот. Возможно, среди выходцев из погибшего мира такая фамилия, как у нас Иванов, распространена, но тревожные колокольчики зазвенели. Да и логика подсказывала, что здесь особо делать страже такого высокого ранга нечего. Все окна снаружи наглухо задраены ставнями, кречи через них внутрь здания не проскользнут, на крышах круглосуточные дозоры, так что здесь скапливаться вражеской нечисти не пристало. Конечно, хотя бы раз в день пройтись по нежилым местам не помешало бы, но для этого уместнее использовать боевые подразделения попроще. Хотя бы тех же самых лучников обязать просматривать этажи, когда они идут на вахту или когда спускаются вниз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю