Текст книги "Неподходящая девчонка (СИ)"

Автор книги: Юлия Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 20

Композиция заканчивается, на смену ей приходит веселая зажигательная мелодия, но пару секунд мы с Костей продолжаем стоять и смотреть друг на друга. Потом он вдруг снимает мою руку со своего плеча, вторая ложится на живот, горячие пальцы касаются его снизу, у самой кромки шорт, я закусываю губу от внезапного импульса. Не успеваю осознать даже, что происходит, как Костя легко толкает меня, второй рукой закручивая. Мне приходится сделать несколько кругов, а потом он останавливает меня спиной к себе… лицом к Илье, который как раз подходит к нам.

– Передаю из рук в руки, – насмешливо произносит Костя, я и впрямь оказываюсь в объятьях Ильи, он обнимает меня, прижимает к себе, и я испытываю жгучее чувство стыда, потому что моя кожа не горит от этих прикосновений, мое тело не реагирует на них. Я встречаюсь с одним парнем, а тянет меня совершенно к другому. Тянет помимо моей воли и здравого смысла.

Впрочем, это неважно. Я и Костя – две планеты, которые никак не могут столкнуться. А с Ильей мне хорошо, спокойно. Он надежный, добрый, и не обидит меня. Я отвечу ему тем же.

Остаток вечера проходит спокойно. В плане для меня, а вечеринка, конечно, в полном разгаре. Костя меня не трогает, мы даже рядом не оказываемся за весь вечер, зато я неплохо общаюсь с остальными. Правда, спать сбегаю довольно рано: около полуночи, а вот Илья остается, приходит только в четвертом часу утра. Для него это, конечно, подвиг, учитывая график его работы, он привык в выходные отсыпаться, а тут с утра на ногах и до поздней ночи. Завтра его точно из пушки не поднимешь.

А я встаю рано, повалявшись с полчаса, аккуратно выбираюсь из комнаты. Пусть Илья отдохнет, все равно нам некуда торопиться. Уверена, что внизу никого, но в кухне сидит одна из девушек с запотевшей от холода бутылкой воды в руках. Кажется, ее зовут Алина, она встречается с одним из парней, как и я, недавно, так что тоже не очень знакома с этой компанией. Присаживаюсь рядом, щелкнув кнопкой чайника. Девушка прикладывает бутылку к голове и вздыхает.

– Кажется, малость перебрала вчера. С похмелья не могу спать совсем.

– Понимаю.

Слышу шаги на лестнице, а следом показывается Костя. Вот черт. Он в шортах и майке, выглядит бодрячком, хотя на голове тот самый беспорядок, делающий его похожим на льва. Я улыбаюсь, опуская голову, вспоминаю про кулон. Он лежит в заднем кармане шорт, но дарить его точно не лучшая идея.

– Доброе утро, – Костя достает из холодильника воду и пьет. Отставив бутылку, произносит: – Знаете, что я понял? У меня не было именинного торта.

– А он тебе нужен? – хмыкает Алина.

– Нужен или нет – дело десятое. Но на дне рождении всегда должен быть торт.

– Можно испечь пирог, – говорю, не обдумав эту мысль до конца. Они смотрят на меня.

– Я вообще не специалист по пирогам, – хмыкает Алина, – я специалист по лежакам у бассейна. По крайней мере, пока у меня не пройдет похмелье.

– Что, правда, можешь испечь? – смотрит на меня Костя, я растерянно пожимаю плечами.

– Ну не торт, простой пирог.

– Шикарно, – он хлопает в ладони. – Что для этого нужно?

Я все так же растерянно на него смотрю. Неужели мы и впрямь собрались печь пирог? Я поднимаюсь с места, заглядываю в холодильник.

– Яблок нет? – спрашиваю Костю.

– Нет.

– Тогда будут бананы. Мука или манка? Сахар?

– Ого, сколько всего сразу, – он усмехается, шарит по полкам, достает перечисленное.

– Хорошо, – киваю я, – тогда будет праздничная банановая шарлотка.

– Звучит многообещающе, – хмыкает Костя.

– Пока я включаю духовку, достань яйца, – говорю ему и быстро добавляю. – И давай без дебильных шуток.

Костя демонстративно грустно вздыхает.

– Ладно, придется достать яйца без шуток.

Алина смеется, я только качаю головой, правда, с улыбкой. Зажигаю духовку, достав из нее форму для выпечки, в соседнем ящике нахожу подходящую миску и миксер. Отлично.

– Пока я буду делать тесто, нарежь бананы, – велю Косте, он молча берется за дело.

– А через сколько будет готово? – любопытствует Алина.

– Минут сорок-пятьдесят.

– Я тогда подтянусь, – она встает, потянувшись, забирает воду и уходит наружу через веранду. Как только мы остаемся одни, я начинаю испытывать неловкость. Все-таки на людях проще. И держаться рядом с Костей, и говорить.

Кидаю на него взгляд, стоит такой серьезный, как будто не бананы режет, а мировой заговор раскрывает. С улыбкой беру в ладонь муки, а потом пальцами посылаю ее на Костю. Он вздрагивает от неожиданности, поворачивает ко мне недоуменный взгляд.

– Это что сейчас было?

– Это было: не надо так серьезно подходить к готовке.

Он вздергивает бровь, но ничего не говорит, только усмехается.

– Ладно, принято. К тому же мне белый цвет к лицу.

Не удержавшись, смеюсь. Костя кидает бананы в форму, а я говорю:

– Ты чего? Форму сначала надо смазать. Потом залить туда немно… – в следующую секунду на моем лице оказывается мука. Прикрываю глаза, считаю до пяти, не зная, то ли разозлиться, то ли рассмеяться.

– Это не я начал, – замечает Костя, когда открываю глаза. – Ты сказала, что нельзя быть серьезным.

– Ладно, принято. Но бананы все-таки убери.

Начинаю взбивать тесто, Костя молча наблюдает за мной. Сдуваю с лица мешающую прядь, она снова падает, опять сдуваю. А в следующее мгновенье Костя убирает прядь мне за ухо. От неожиданности я дергаюсь, переставая контролировать миксер, и сладкое тесто разбрызгивается на нас с Костей, оставляя следы на одежде и коже.

– Черт, – отставляю миску, – извини.

– Наверное, мы были чрезмерно серьезны, – Костя стирает пальцем с плеча смесь. Я слежу за его действиями, но когда ловлю ответный взгляд, быстро отворачиваюсь и хватаюсь за миксер. Главное – избегать неловкостей. У нас почти получается.

– Хочешь тесто попробовать? – спрашиваю, когда заканчиваю взбивать.

– Решила меня отравить сырым тестом?

– Брось, все в детстве пробовали тесто.

– Так то в детстве. Сейчас мой организм изрядно отравлен другими веществами.

– Ну как знаешь, – зачерпываю на палец и облизываю. – Между прочим, вкусно.

– Не сомневаюсь.

Мы снова встречаемся взглядами, и снова я сразу отворачиваюсь. Нет никакого подтекста, мне просто мерещится.

Когда пирог отправляется в духовку, мы с Костей оглядываем друг друга. Да уж, не приготовление блюда, а поле битвы.

– Пошли умываться, – хмыкает он. Мы проходим до ванной на первом этаже, замираем у раковины с большим зеркалом. Костя включает воду, а когда я тяну руки, зажимает кран. Мы оба оказываемся забрызганы, я сначала по-дурацки взвизгиваю, потом просто смеюсь, прикрыв лицо руками.

– Теперь у нас не мука, а тесто на лице, – говорю, когда он отпускает кран.

– Да уж, красавцы, погоди-ка, – достает из кармана смартфон и включает камеру. – Сделай высокоинтеллектуальное лицо, – говорит мне и сводит глаза у переносицы, надувая щеки. Я смеюсь, а он фоткает. Кадр получается дико забавный. Надо же, и подумать не могла, что мы можем так просто общаться, без взаимных колкостей в адрес друг друга. Интересно, что на Костю нашло? Настроение с утра хорошее, или внял моим словам о том, что нельзя постоянно придираться?

Как бы там ни было, напряжение меня отпускает. Как, оказывается, тяжело, когда ждешь от человека постоянно пакостей.

Мы вытираемся одним полотенцем, висящим тут же, а потом я решаюсь.

Глава 21

– Слушай… – начинаю, но тут же замолкаю, Костя смотрит вопросительно. Достаю из кармана кулон, кладу ему на раскрытую ладонь. – Это вроде подарка, – говорю неловко.

Он присаживается на край ванной, рассматривает кулон.

– У тебя просто такая прическа по утрам, – начинаю зачем-то говорить. Наверное, пытаюсь заполнить возникшую неловкую паузу. – Как у льва. Мне показалось, символично… Вот.

Усмехаясь, Костя поднимает на меня глаза, но взгляд серьезный, задумчивый. Отводит в сторону, о чем-то размышляя, а я чувствую себя все более неловко.

– Спасибо, мышонок, – говорит вдруг, мы снова встречаемся взглядами. – Мне приятно.

Натягиваю улыбку, потирая пальцами одной ладони другую.

– Ладно, пойдем, – поворачиваюсь и первая выхожу из ванной. Вижу, что Костя не идет за мной. Кусаю губу: наверное, зря я это с кулоном… Ни к чему было нарушать установившийся баланс.

В кухне встречаю Илью.

– Ты уже встал? – искренне удивляюсь.

– Пришел на запахи, – усмехается он. – Что тут готовится?

– Ната затеяла пирог, – слышу голос Кости позади. – Ибо я понял, что не могу остаться без праздничного торта.

– Ты же говорила, что плохо готовишь, – Илья вздергивает бровь, глядя на меня.

– Я не плохо готовлю. Я готовлю отвратительно. Этот пирог – вообще единственное, что я готовлю сносно. И то, потому что там почти ничего не надо делать.

– Какая тебе женщина досталась, Илья, – Костя запрыгивает на край стола, – просто золотая. Главное, не ешь ее стряпню, и вы будете жить долго и счастливо.

Бросаю на него укоризненный взгляд, Костя широко улыбается.

– Погнали искупаемся, пока пирог в печке, – говорит нам, и мы вместе следуем к бассейну.

Мы с Ильей уезжаем первыми – около четырех. Все это время я сознательно избегаю Костю, потому что меня разрывают противоречивые чувства. Теперь я совсем перестаю понимать, какие между нами отношения. Оказывается, когда мы не собачимся, с ним легко. Мне даже понравилось. С другой стороны, слабо верится, что он просто взял и решил не цепляться ко мне. Потому лучше все-таки держаться в стороне. Тем более что в итоге история с пирогом тоже выходит мне боком. Мы едим его вчетвером, сидя у бассейна: Я, Алина, Костя и Илья. Остальные так и дрыхнут. Слава богу, пирог выходит вкусным. Илье кто-то звонит, извинившись, он отходит в сторону, я слежу взглядом за ним: он ходит по кромке вдоль бассейна, сунув руку в карман шорт. Напряжен. С кем говорит? С отцом?

– Держи еще кусок, мышонок, – говорит Костя, я поворачиваю голову.

– Нет, спасибо, в меня больше не влезет.

– А хрустящую корочку? – он отламывает небольшой кусочек и водит перед моим лицом, я улыбаюсь.

– Умеешь ты соблазнять, давай свою корочку.

– Открывай рот.

Я качаю головой, но рот послушно открываю, Костя протягивает мне кусочек. Жую, а Алина вдруг спрашивает:

– Ребят, а вы раньше не встречались?

Пирог встает у меня поперек горла, я начинаю кашлять, краснея.

– С чего ты взяла? – спрашиваю наконец, не смея повернуть голову на Костю. Она пожимает плечами, тянет через трубочку коктейль, который успела себе сделать.

– Ну вы просто так общаетесь… Ласковые прозвища, шуточки, он тебя кормит… Ну и вообще, есть ощущение, что между вами что-то было.

– Между нами ничего не было, – говорю резко, поворачиваю голову, ловлю внимательный Костин взгляд. Он обводит им мое тело медленно, словно раздевает, и я чувствую, как внутри начинает зарождаться дебильное волнение. Вдыхаю и добавляю еще резче, глядя ему в глаза. – И быть не может.

Он ловит мой взгляд, усмехнувшись, отворачивается, качая головой. Алина выставляет вперед руку.

– Ну пардон, ребят, если обидела. Мало ли что кому покажется, я же не со зла, чего вы так возбудились?

– Все нормально, Алин, – Костя поднимается, я специально не смотрю на него. – Тебе реально показалось.

В общем, после такого рядом с Костей лучше не находиться, потому я радуюсь, когда мы начинаем собираться домой. Уже в дороге Илья спрашивает:

– Ну как тебе выходные, Нат? Все нормально?

– Да. Мне все понравилось. А тебе?

– В принципе тоже. Хотя несколько дней безудержного веселья, конечно, не мой формат.

– Вы с Костей такие разные, – удивляюсь я, – как так вышло, что вы дружите?

Илья улыбается краем губ.

– Сам не знаю. Знаешь, как мы стали общаться? – он бросает на меня взгляд, я делаю заинтересованное лицо. Мне, правда, любопытно узнать. – В школе его недолюбливали, ну за то, что он попал вроде как по блату, а по статусу не проходил. Ребята решили его побить, в детстве кулаки – излюбленный способ решать проблемы, хотя несильно-то он помогает… В общем, они мне предложили, но я отказался. А еще сообщил о планах Косте, что, мол, тогда-то и тогда-то лучше сберегись.

– А он? – не удерживаюсь я от вопроса.

– А он все равно пришел. Он тогда тощий был, нескладный, но сильный все равно, а может, просто упрямый. Наваляли ему знатно, но и он нормально так ответил. И знаешь, после этого его оставили в покое. А я его зауважал. За то, что не побоялся взглянуть в лицо неприятностям, не убежал, встретил удар.

– То есть инициатором дружбы стал ты? – удивляюсь я. Почему-то была уверена, что Костя. Пытался найти, так сказать, приятелей в новой для себя среде.

– Да. И не пожалел. За этой его вспыльчивостью, импульсивностью прячется сильный порядочный человек. И хороший друг.

Я отворачиваюсь к окну, испытывая чувство стыда. Костя хороший друг, а я не очень хорошая девушка. Потому что меня тянет к Косте.

– Он вроде бы успокоился по поводу нас с тобой? – задаю вопрос.

– Я с ним поговорил.

– Что? Когда?

– Вчера, после того как ты ушла спать. Попросил не доставать тебя сильно.

– Сильно? – вздергиваю брови. Илья усмехается.

– Нат, Костя такой человек. Он любит дергать всех. Выводить на эмоции. Он считает, что так человек показывает себя, вылезает из скорлупы придуманного образа. Ну это его дело, конечно. Главное, чтобы не перегибал палку. Так что совсем без дебильных шуточек не обойдется. Просто не обращай на них внимания.

Я отворачиваюсь к окну. Вот значит, в чем дело. Вовсе не в моих словах – Илья с ним поговорил. И Костя другу внял, оставил меня в покое. Неожиданно вместо облегчения я чувствую непонятную горечь. Исчезла проблема, исчезли наши взаимоотношения. Вообще… Я почему-то уверена, что теперь мы будем ограничиваться короткими приветствиями и в лучшем случае парой ничего не значащих фраз. Но это же хорошо? Больше не надо бояться встречи с ним, ждать колкостей… Да, это определенно хорошо.

Глава 22

Еще две недели пролетает удивительно незаметно. Я работаю, перевезла ноутбук к Илье, а домой заезжаю совсем изредка, если нужно что-то взять. Мама, конечно, в курсе, у нее же есть спецагент: соседка тетя Зоя. Звонила мама несколько раз, но выражалась не прямолинейно, все больше расспрашивала, как у меня дела. Я не врала: хорошо у меня дела. Вполне себе нормально. Работаю, читаю, встречаюсь с мужчиной. Что еще надо от жизни?

И хотя меня не покидает странное чувство неправильности происходящего, я стараюсь затолкать его куда поглубже. Если это неправильно – что правильно? Вооооот. Так что выкинуть глупые мысли из головы и жить спокойно.

С Ильей легко, он нежный и внимательный. Нам всегда есть, о чем поговорить. Правда, есть еще кое-что. Он совершенно точно избегает личных тем. Мы вроде как вместе уже месяц, я живу в его квартире, блин, мы занимаемся сексом почти каждый день. Но не говорим о личном. Напрягает ли это меня? Немного. Ладно, положим, его бывшие женщины действительно странная тема для обсуждения. Но семья… Я понимаю: мне не светит с ними общаться, и все-таки хотелось бы знать больше. Это ведь часть жизни Ильи, а если мы пара, то и жизнь у нас отчасти общая. Я вот про своих предков ему давно все рассказала. С мамой, правда, все недосуг познакомиться, но это больше мои страхи, папу он видел, общался.

Хотя, возможно, я просто придираюсь. Потому что Илья почти идеальный, а я… нет. Он старается для нас, а я… нет. Он хочет, чтобы у нас все было хорошо, а я…

Нет, я тоже хочу, конечно. Просто… Не знаю. Не знаю, чего мне не хватает.

– А вот и я, – сегодня Илья велел мне приехать в шесть вечера к его офису. Зачем – не сказал. Сюрприз.

Он быстро целует меня, я двигаю в сторону парковки, но Илья отрицательно качает головой.

– Тут недалеко, так дойдем.

– Так и не расскажешь, что ты там придумал? – терпение точно не мой конек.

– Нет, иначе сюрприза не будет.

Пыхчу недовольно, но иду за ним. Любопытно же, и это будоражит воображение. Что он там придумал такое?

Через два квартала мы сворачиваем в большой двор, внутри которого разместились какие-то магазинчики, по крайней мере, вывесок много, но я не успеваю их разглядеть, потому что Илья велит мне закрыть глаза.

– Если я упаду и разобью лицо, это будет на твоей совести, – замечаю с улыбкой, выполняя его указ.

– Да уж, это был бы шикарный сюрприз, – усмехается он в ответ. – Осторожно, сейчас будет дверь, а за ней пара ступенек.

По прохладе понимаю, что мы зашли в подъезд, проходим вперед, потом Илья с кем-то переговаривается быстро. Снова дверь.

– Я начинаю паниковать, – говорю ему.

– Можешь открыть глаза.

Открываю и застываю в некотором недоумении. Мы на фотостудии. Здесь установлена циклорама, свет, на штативе камера.

– Мама моя, второй «Марк»! – выдаю я, хватая фотик. Илья улыбается, я смотрю все еще недоуменно.

– Никогда на него не фоткала. Подожди, что вообще происходит? Откуда это все? Зачем?

– Ну, – Илья качает головой, продолжая улыбаться. – Я подумал, тебе будет интересно поснимать в студии на хорошей технике.

– Интересно? Да это офигеть, как круто!

Отложив фотоаппарат, обнимаю Илью и чмокаю в щеку.

– Спасибо, это очень круто. Только… Снимать мне некого. Ну то есть только тебя.

– А это второй сюрприз. Кажется, ты хотела поснимать двух шикарных мужчин?

– Что? – переспрашиваю непонимающе. – Откуда ты…

И тут в дверь стучат, следом она открывается, и на пороге я вижу Костю.

Ситуация начинает казаться мне абсурдной. Это что, сон? Или Илья влез в мои мысли? Какого черта вообще творится?

Илья на мое изумленное лицо с улыбкой продолжает:

– Ты как-то обмолвилась, что мы с Костей шикарные модели. Учти, я долго его уговаривал прийти.

Костя только усмехается.

– Ну что, Ната, будем исполнять мечты? – хмыкает, складывая на груди руки. Мечты? Нееееет, ребята, некоторые мечты лучше не исполнять.

Но делать-то нечего. Знаете, говорят, что модели, особенно в первый раз, могут зажиматься и вести себя в кадре неестественно. Вот сегодня таким был фотограф. К циклораме-то я их поставила, но вот как начинать раздавать указания, не представляю. Сделай брутальное лицо? Нахмурь брови? Поиграй мышцами? Да, конечно, блин.

– Ладно, – вымученно улыбаюсь, – давайте вы для начала сами тут как-то, я пофоткаю и пойму, как лучше.

Взяла отсрочку, что называется. На удивление, ребята неплохо держатся в кадре, я увлекаюсь и сама не замечаю, как начинаю раздавать те самые указания. Блин, реально крутые самцы, фото должны быть просто огонь.

– Секунду, Нат, – у Ильи звонит телефон, пока он отвечает, я просматриваю фотографии. Боже, сейчас завизжу от восторга, честно. На парнях джинсы и белые футболки, идеальный образ.

– Ладно, я тебя понял, давай, – Илья вешает трубку, перевожу на него взгляд. Хмурится, недоволен.

– Что случилось?

– Надо вернуться в офис. Постараюсь быстро, пофоткай пока Костю, ладно?

Он чмокает меня в щеку, я даже сказать ничего не успеваю.

– Илюх, все нормально? – спрашивает Костя.

– Да, бумажная волокита, – он машет рукой и уходит. Дверь тихо закрывается, я остаюсь один на один с Костей и фотоаппаратом. Поднимаю на мужчину взгляд и тут же отвожу. Возникает неловкая пауза, ищу слова, и как назло, в голове ни одной мысли.

– Удивлена, что ты согласился, – выдаю в итоге, бросая на него еще один взгляд. Костя рассматривает меня так внимательно, что хочется сквозь землю провалиться. И вылезти где-нибудь на другой стороне полушария.

– Ты прикольная во время работы, – говорит в ответ, вздергиваю брови в непонимании. – Глаза горят, вся такая деловая, – он усмехается, я тоже, смущаясь. К тому же он так и смотрит на меня, вот ни на секунду не перестает смотреть.

– Значит, ты не против, если я тебя еще пофоткаю? – спрашиваю на всякий случай. Лицо Кости приобретает хитрое выражение. Вот точно ничего хорошего меня не ждет.

– Конечно, не против, мышонок. Иначе бы я не пришел. Снимай.

И в следующую секунду стягивает с себя футболку и отбрасывает в сторону. Это выглядит так красиво, что я отмечаю про себя: могли быть хорошие кадры. Но блин, мне уже не до них. Красивый мужчина с обнаженным торсом – супер. Отличная фотосъемка. На стоках разберут на раз-два. Боже, только дай мне сил эту фотосъемку пережить.

– Ладно, – выдавливаю улыбку, – давай поснимаем.

Нужно просто абстрагироваться. Это мог быть любой мужчина, нужно просто представить, что это не Костя. Какой-нибудь… Моргенштерн. О боже, нет, это перебор.

– Мышонок, – отвлекает меня Костя, я поднимаю на него глаза и вдруг ловлю себя на мысли: меня совсем не бесит это обращение. – У тебя есть такой режим, чтобы фотоаппарат сам снимал?

Недоуменно хмурю брови.

– Ну есть.

– Ставь его, и фотоаппарат на штатив.

– Зачем?

– Потом расскажу. Давай-давай. Я специалист по классным фотосессиям.

Фыркаю на это, но все же делаю, что он сказал. Интересно же, что Костя опять задумал.

– Настрой на полный рост, – велит он. – Готово?

– Угу.

– Включай таймер и иди сюда.

Я поднимаю из-за фотоаппарата глаза.

– Чего? – глупо спрашиваю.

– Не тупи, мышонок, давай действуй.

Ладно. Хорошо. Ставлю таймер и быстренько прохожу к циклораме. На мне привычные джинсовые шорты и топ, волосы распущены, а еще я сняла сандалии, когда мы пришли. Но это не важно, потому что в следующий момент о своей внешности я думаю меньше всего, и о том, как получусь на фото – тоже.

Потому что я-то нахожусь в полной уверенности, что Костя будет сейчас дурачиться и строить рожи, но нет. Совсем нет. Он вдруг засовывает два пальца за край моих шорт, я поднимаю глаза в изумлении. Костя тянет меня на себя, и у него такой взгляд в этот момент, что мое тело отказывается слушаться меня. Я безвольно делаю шаг мужчине навстречу.

– Ну ты чего, мышонок, больше страсти, – усмехается Костя, – такие фотографии на стоке пользуются популярностью, я специально поинтересовался.

И в следующее мгновенье он расстегивает пуговицу на моих шортах, продолжая смотреть мне в глаза. Я хочу ударить его по рукам, отбежать в сторону, но настолько обалдеваю, что не верю: это происходит всерьез?