Текст книги "Женитесь на мне, профессор! (СИ)"

Автор книги: Юлия Николаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 9

Остаток завтрака прошёл в спокойной обстановке. Во-первых, профессор оделся, сами понимаете, насколько мне стало легче от этого факта. Во-вторых, не подкалывал и ни на что не намекал. Мы даже поболтали, мило так, непринужденно.

Потом он устроился с ноутбуком на диване, а я пошла одеваться в комнату. День обещал быть тёплым, и я надела шорты и майку, захватив с собой кофту с рукавом. Волосы завязала в небрежный хвост на затылке и, перекинув сумочку через плечо, пошла на выход.

– Ты в таком виде собралась гулять? – услышала вопрос и закатила глаза. Правда, стоя к Пал Сергеичу спиной. Повернувшись, спросила:

– А что не так?

– Не слишком откровенно?

– Я свободная девушка, между прочим.

– Между прочим, ты замуж выходишь через месяц.

– Я помню. Кольцо, как видите, не сняла. И вообще, чего вы взбеленились? Это просто шорты и майка.

Посверлив меня недовольным взглядом (о, мой профессор негодуе, но даже это делает сексуально), он сказал:

– Будь на связи.

– Есть, – козырнула я, он скроил в ответ рожицу. – Ну я пошла.

– А поцеловать папочку?

Я подошла и поцеловала. В макушку. Городецкий рассмеялся, кладя голову на спинку дивана и глядя на меня.

– Хотите, я буду вас звать папой, когда мы с Денисом поженимся? – спросила язвительно.

– Уйди с глаз, Кулагина, а то отшлепаю по попке.

Черт, меня даже это заводит. Хорошо, что нас с ним разделяет диван, а то все это могло бы кончится очень плохо. Например, несколькими оргазмами…

Я все-таки поспешила уйти, потому что мысли мои неуклонно неслись в ту степь, где Пал Сергеич стаскивает с меня одежду. Степь эта была далекая и совершенно бесперспективная. Так что лучше смыться от греха подальше.

Удалилась из номера, шаталась бесцельно по городу, забралась на Иссакий, сидела у Невы. Чувствовала себя почти счастливой. Не хватало только моего профессора рядом, чтобы рассказывал, показывал, смеялся… Но и для одной впечатлений было море.

Около четырёх я сидела на скамейке недалеко от отеля, поедая мороженое. Все-таки не зря согласилась на предложение Городецкого. Нужно только сегодняшний вечер пережить, зато сколько бонусов дополнительных.

И вот пока я так блаженно улыбалась, кто-то на небесах, видимо, решил, что хорошего понемногу, и мое немного пора заканчивать. Начался конец с появления Максима, вчерашнего знакомца Городецкого. Увидев меня, он приветливо махнул рукой и сел рядом.

– Гуляла? – поинтересовался, довольно беззастенчиво разглядывая. Я кивнула. – А Павел?

– Он в номере, работает.

– Ясно, вечный труженик, – рассмеялся Максим.

– Кто-то же должен, – пошутила я.

– Согласен. Павел вообще молодец, умеет выгоду ловить. Вот и с тобой тоже. Хотя, если честно, я вынужден с ним согласиться.

– В чем? – я улыбалась, не совсем понимая суть.

– Ну… Он убеждал меня, что ты идеальная, и лучше быть не может.

Офигеть. Городецкий меня восхвалял. Это приятно. Даже более приятно, чем думала. С каких пор интересно, мнение Городецкого стало для меня важным?

– Ну а я сомневался, пока тебя не увидел, – рассмеялся он. – Ты очень красивая, так что я готов под венец хоть сейчас.

Я тоже посмеялась, но в следующее мгновенье стало не до смеха, потому что Максим добавил:

– Сейчас перебор, конечно, но через пару месяцев вполне. Думаю, будет правдоподобно. Переедешь в Питер недели через две-три…

Я смотрела на него непонимающе. Это шутка такая или я чего-то не знаю?

– Погоди, – перебила его, – мы с тобой женимся?

Он нахмурился, уставившись на меня.

– Ну да… Павел сказал, ты в курсе, ты же в курсе?

В курсе чего, хотелось мне спросить, но я не стала. Раз уж Павел сказал…

– Я… я просто не думала, что так быстро, – ляпнула первое, что пришло в голову, – Пал Сергеич не делился подробностями.

– А вот сегодня вечером все и обсудим на ужине, – снова разулыбался Максим, значит, поверил мне. – Сроки, детали, денежные вопросы.

Вашу мать, не вашу, и ещё много того, что нельзя произносить вслух. Что тут происходит?! В голове выстраивалась интересная цепочка событий, которые, сплетаясь между собой, приводили к финальной точке: моей внезапной свадьбе с парнем, которого я вижу второй раз в жизни.

– Знаешь, Максим, – я встала, держа ненатуральную улыбку на лице, – давай реально вечером, чтобы ничего не упустить. А сейчас извини, мне пора.

Он вроде что-то ещё говорил, но я уже не слышала. Неслась в сторону гостиницы, чувствуя, как начинает клокотать внутри меня смесь из множества эмоций. Обида? Злость? Непонимание? Растерянность? Разочарование? А над ними всеми желание убивать. О да, профессор, ваша смерть будет мучительной и долгой.

Ресепшен я миновала быстрее, чем мне успели сказать «добрый день», а может они просто не рискнули, увидев мое выражение лица. Ключ у меня был, но я забарабанила в дверь кулаками, не щадя сил. Через пару секунд она распахнулась, представив моим очам малость испуганного профессора.

– А я уж думал, пожар, – усмехнулся он. Я смотрела на него и думала: красивый дьявол, но вот только забыла, что дьяволу верить нельзя.

Закрыв дверь, прислонилась к ней спиной, продолжая прожигать его взглядом. Городецкий нахмурился.

– Что случилось, Ален? – задал вопрос. А я, сложив руки на груди, спросила:

– А когда вы, Пал Сергеич, собирались рассказать, что планируете продать меня?

Он вздохнул, обречённо так. Догадывается, значит, что его ждёт. И я, значит, тоже правильно суть уловила, раз отрицать ничего не стал.

– Макс проболтался?

– Это вы про моего будущего мужа? – ехидно спросила его. Городецкий покачал головой.

– Ведь сказал, вечером… где он только тебя выловил?

– Счастье встречи настигло нас на скамейке недалеко от гостиницы. И он был уверен, что я в курсе дел. Потому и спрашиваю, Пал Сергеич, когда вы собирались просветить меня?

– Ладно, Кулагина, не кипятись, – вздохнул он, – садись, поговорим.

– А после поговорим мне ни за кого ещё выйти замуж не надо?

– Ален, – Пал Сергеич попытался взять меня за локоть, но я, вывернувшись, с гордо поднятой головой прошла и села на диван.

Видимо, на место Городецкого, тепленькое такое, мягкое. Пал Сергеич приземлился в кресло напротив и принялся хмуро разглядывать. Вид у него был такой недовольный, словно это я его женю не пойми на ком и не пойми зачем, даже не поставив в известность.

– Это очень хорошее предложение, – заметил Городецкий наконец. Я только брови вздёрнула в удивлении. Но сказать ничего не успела, потому что Пал Сергеич продолжил, – дай мне все рассказать.

– Уж извольте.

– По ряду причин Максу нужно некоторое время побыть женатым. Связывать себя узами брака у него нет никакого желания, было решено найти ему подходящую партию.

– И когда же вам пришло в голову, что я подходящая? – снова не удержавшись, съязвила я. Городецкий пожал плечами.

– Честно сказать, мысль закралась мне ещё во время пересдачи.

– Что? – открыла я рот.

– Я планировал узнать о тебе побольше и предложить сделку, но на следующий день ты оказалась невестой моего сына, и это несколько спутало карты. Но обдумав все хорошо, я таки пришёл к выводу, что это удачный вариант.

– Выходит, все эти полгода на обдумывание – это была только отмазка? И вы просто ждали, чтобы сбыть меня с рук? А когда я в статусе невесты вашего сына, то проще держать меня под присмотром? – дошло наконец.

Пал Сергеич кивнул.

Вот тебе и… даже говорить стыдно. Я себе придумывала столько, а на деле… он просто приглядывал за мной, чтобы потом продать. Меня продать!

– И какой процент вы получите? – задала ему вопрос. Городецкий поморщился.

– Ален, ты все переворачиваешь. Максу не нужна жена, как таковая. Ему нужна девушка, которая сыграет жену. Как только юридическая сторона вопроса будет улажена, вы сможете развестись. Естественно, ты получишь отличную сумму в качестве компенсации. Макс из богатой семьи, вращается в известных кругах. У тебя будет время зацепиться, найти себе подруг или… мужчину.

Последнее он добавил с запинкой, на мгновенье нахмурившись. Словно сама мысль ему претила. Ага, конечно, а мысль продать меня значит нормально воспринимается?! Я только головой качала. Вот она дьявольская суть в действии.

– А как мне Денису сообщить, что я тут вроде как замуж собралась за другого? Или вы сами расскажете?

– С Денисом я все улажу.

Отлично. Я кивнула, глядя куда-то в пространство.

Чувства обуревали всякие разные. Головой я понимала, что если бы мне поступило подобное предложение полгода назад, вагон с моими вещами уже ехал бы в Питер. Хотя какие вещи? Я бы купила все новое! Куча денег и никаких обязательств. Развод и моральная компенсация в виде кругленькой суммы. Да это же мечта!

Но за эти полгода странным образом все изменилось. Настолько, что, осмысливая сделанное мне предложение, я чувствовала странную горечь внутри.

Ну а чего хотела? Для Городецкого я изначально была охотницей за деньгами, которую он подловил и решил выгодно пристроить, поимев с этого ещё свой процент. Бизнес, ничего личного.

Ярость начинала медленно колыхать во мне, булькать, достигать той точки кипения, когда хочется мстить.

Обворожительно улыбнувшись, я сказала:

– Меня это не интересует, Пал Сергеич. Я выхожу замуж за Дениса.

Он впился в меня долгим взглядом, который вкручивался, входя под кожу. Усмехнувшись, профессор покачал головой.

– Ты ведь делаешь это мне назло. Аленка, подумай и не принимай поспешных решений.

– Вам назло? – вздёрнула я брови. – С какой стати? Вы о себе слишком высокого мнения.

– Неужели? – вздернул он бровь, но тут же взял себя в руки, возвращаясь к разговору. – Алена, это твой шанс начать безбедную жизнь, не обремененную работой и проблемами. Не об этом ли ты мечтала?

Выходит, не об этом? Раз отказываюсь сознательно? Я-то была уверена, что вцеплюсь мертвой хваткой в подобную возможность. Но сейчас… сейчас внутри было только желание отомстить. Сделать так, что планы Городецкого провалились.

Пусть я ему на самом деле нафиг не сдалась, и все его соблазнения нужны были, чтобы держать меня на коротком поводке. А я возьму и выйду за его сына и буду всю жизнь глаза мозолить.

Тут на мгновенье превозобладал разум. Ради чего, Алена? Ради этого засранца, который завтра о тебе забудет? Откажешься от безбедной жизни? С Денисом вообще неясно, как все выйдет, Городецкий может и доступ к деньгам ему перекрыть в отместку мне. И тогда я лишусь всего разом.

Но поймав взгляд Городецкого, я ответила почти спонтанно, не повинуясь никакой логике:

– Я выхожу замуж за Дениса. Точка.

И не включайте свой демонический взгляд, – добавила, глядя, как недовольно вспыхнули его глаза, – больше я вас не боюсь.

Пал Сергеич вздохнул, запустив руку в волосы. Немного поразмыслив, сказал:

– Подумай до вечера. За ужином видно будет.

Я фыркнула.

– Хотите, чтобы я туда пошла изображать влюблённую в вас дурочку?

– У нас вроде уговор с обсужденными условиями? Или ты хочешь сдавать сессию по возвращении? Даю слово, она станет самой сложной в твоей жизни.

Вот оно, истинное лицо! Лживое, эгоистичное, мелочное, направленное только на собственные интересы. Значит, так вы играете, профессор? Хорошо, я вам устрою вечер, да такой, что вы его ещё долго не забудете!

Остаток дня мы провели отдельно друг от друга. Находиться рядом с этим лживым негодяем было выше моих сил, и я снова ушла гулять. Заодно зашла в салон, сделала прическу и макияж к ужину. На мой взгляд, выглядела бомбически. А уж когда надела платье и туфли…

Городецкий, заглянув в комнату, замер на пороге. Я отчетливо видела его блуждающий по моему телу взгляд, он отдавался импульсами. Как сильно не бесил меня профессор, это было выше меня.

– Хорошо выглядишь, – сказал Пал Сергеич, я, улыбнувшись, приблизилась к нему, он, кстати, в костюме был выше всех похвал. Обнять и плакать от счастья.

– Спасибо, – ответила, замерев напротив, – надеюсь, ваши деловые партнеры тоже оценят.

– Ален, – протянул он, на мгновенье нахмурившись. – Ты не передумала?

– Нет, – я снова улыбнулась, Городецкий вздохнул.

– Упрямая девчонка, – покачал головой, – идём.

До ресторана мы прошествовали рядом, а внутри он взял меня за руку, переплетая наши пальцы. Ложь, одна ложь. Ей окутана вся его жизнь. И моя тоже.

И самое поганое, что я все равно ловила эти мгновенья близости между нами, пусть они и были ненастоящими. Иллюзия счастья, которое невозможно. Неужели я умудрилась влюбиться в него? Как, когда?

Стоп, Аленка, никакой любви и соплей. Это все пустое. У нас с тобой миссия отмщения, так что надо быть холодной и расчётливой.

Мы шли, здороваясь с мужчинами, их спутницы оглядывали нас оценивающе, особенно меня. Моего возраста никого не было, в основном чуть больше тридцати. Мужчинам около сорока-сорока пяти.

Наконец, нас усадили за стол к Максиму, он был с мужчиной лет пятидесяти, нетрудно было догадаться, что это его отец. Они были похоже.

Мы поздоровались и познакомились, я оказалась усажена рядом с Максимом напротив Городецкого. И это ведь неспроста, наверняка. Все идёт по плану.

– Вина? – предложил Максим.

Я повернула к нему голову и посмотрела долгим многозначительным взглядом с полуулыбкой.

– С удовольствием.

Когда он передавал мне бокал, невзначай коснулась его пальцев, бросив взгляд, Максим ненадолго задержал руку, а потом отпустил с улыбкой.

Я перевела взгляд на Городецкого, делая глоток. Не надо быть физиономистом, чтобы понять: он бесится. Так-то, профессор, не вы один умеете играть не по правилам. И это только начало.

В следующую секунду взгляд Городецкого изменился, он расширил глаза, замерев. Неудивительно, потому что моя стопа легла ему между ног.

Глава 10

Профессор Городецкий

Что она творит? Что она, вашу мать, творит?

Нет, я понимал, что просто так мне это с рук не сойдёт, но эта девчонка переходит все границы.

Сначала она откровенно смотрит на Максима, и тут же суёт свою ногу мне между ног. И не просто суёт, а поглаживает ещё. И я, как юнец, реагирую, точнее, реагирует мое тело, что неудивительно, учитывая, сколько я уже на воздержании.

Как расстался с Лизой, так больше ни с кем… и не потому, что не было возможностей, их-то как раз хоть отбавляй, но я не хотел. Никого не хочу кроме этой взбалмошной девчонки. Даже в постели с другой думаю о ней. Паранойя какая-то.

Она невеста моего сына. Пусть там нет любви с ее стороны, но дела это не меняет.

Да какое к черту дело, когда Алена прямо сейчас наглаживает меня между ног?

– Максим, а ты такой смуглый и темноволосый, в маму пошёл, наверное? – спросила Кулагина, я напряженно ждал, сейчас она может выкинуть, что угодно.

– Точно. Она у меня итальянка.

Тоже мне, нашёл, чем гордиться. Но Аленка открыла рот в изумлении. Притом так сексуально это сделала, что даже Игорь, отец Макса, уставился на ее губы, что уж говорить о нас двоих.

– Говорят, итальянцы самая страстная нация, – сказала, снова стреляя глазками в Макса, продолжая бессовестно блуждать ногой по мне.

И эта девчонка терялась и дрожала в моих объятиях? Краснела, смущаясь собственной реакции на меня?

– Расскажи мне про Италию, – попросила, коснувшись его руки.

Макс, у тебя же столько баб в постели перебывало, неужели ты не видишь, что это только игра? Но он не видел, начал разглагольствовать, не сводя глаз с Алены, она смотрела чуть ли не ему в рот. Он так разошёлся, что даже руку положил на спинку ее стула и пару раз погладил голое плечо. А эта невозможная девчонка только благосклонно улыбалась, не убирая при этом свою ногу от меня. И не только не убирая, но и активно ей действуя.

Проще всего было встать и уйти, но я боялся, что Алена что-нибудь эдакое выкинет во время моего отсутствия. Убрать ногу тоже не получалось, она упорно возвращала ее на место. Надеюсь, нам не придётся экстренно вставать, а то выйдет конфуз, потому что моего бойца в этих узких брюках сложно не заметить.

Пока Макс болтал, Алена успела выпить бокал вина.

– Ещё? – он тут же схватился за бутылку, налив, передал ей, а она взяла, проведя пальцами по его, и все это непрерывно глядя в глаза.

Макс даже заерзал, а я разозлился ещё больше. Чего она добивается? Чтобы он подумал: дело на мази? А потом оставит меня расхлебывать? Похоже на то. Надо прекратить все это безобразие, лучше бы я ее в номере запер, честное слово.

К счастью, Макса утащили, и Алена оставила мой пах. Придя в норму, я повел ее с собой, мне надо было поболтать с некоторыми людьми, но оставлять девушку одну не хотелось.

Но Кулагина, конечно, умудрилась сбежать. Прервать разговор я не мог, закончив, отправился на поиски и приметил на одном из диванчиков сладкую парочку. Алена и Макс сидели рядом, ближе, чем допускал этикет, и болтали. Его рука опять в районе ее голых плечей, Аленкина касается его колена как бы невзначай. И тут она поправила прическу и, уверен на сто процентов, расстегнула застёжку на колье. То, конечно, стало падать, Аленка ахнула, хватаясь за него, а потом… видимо, попросила Макса помочь. Повернулась к нему спиной и села так близко, что ещё сантиметров двадцать и прижмётся к груди парня. Он не растерялся, наклонился к ее уху и что-то зашептал, застегивая колье. Не надо быть большого ума, чтобы понять, в каком направлении сейчас двигаются его мысли.

Не выдержав, я подошёл к ним, сунув руки в карманы брюк.

– Не помешал? – задал вопрос, стараясь выглядеть спокойным.

Ни черта не выходило, особенно когда увидел ее глаза. Она откровенно надо мной издевалась, и что самое странное, нравилась мне и такой: дерзкой, смелой, уверенной в себе. Сексуальной. Впрочем, последнее у неё не отнять в принципе. Но сейчас это просто ходячий секс, завалить себе на плечо, отнести в номер и…

– Я заберу ее ненадолго? – поднял Аленку почти за руку, Макс посмотрел с сожалением.

Даже не рассчитывай, она в твоей постели не окажется. Парадокс, сам пытался пристроить ее к этому парню, естественно, со всеми вытекающими, и сам же бешусь от одной мысли, что он и моя Аленка…

– Паш, давай уже детали обсудим, – вырвал Макс меня из мыслей, вставая.

Кулагина насмешливо изогнула бровь, мол, что ты на это скажешь?

– Позже, – бросил я, утаскивая ее в коридор и, пихнув к стене, навис сверху.

– Ты какого черта творишь? Хочешь, чтобы Макс тебя прямо в туалете поимел?

– А вам какое дело? Или завидно?

Держись, Паша, ты взрослый мужчина, выдохни и сосчитай до десяти.

– Ты переходишь границы, прекрати или…

– Или что? – выставила она подбородок. – Накажете меня? Отшлепаете? Продадите в рабство?

Ух, я бы тебя наказал, так наказал, что ты потом бы ещё несколько дней с трудом ходила. Но вместо этого я включил благоразумие и спокойно ответил:

– Ты вроде замуж за моего сына собиралась?

Она только сощурилась и почти обиженно засопела.

– Мы договорились? – я не торопился ее отпускать, но она сама ушла, отпихнув меня в сторону и ничего не сказав.

Давно я не чувствовал себя так дерьмово. Конечно, сам виноват, вместо того, чтобы все сразу объяснить, играл с ней. Соблазнял. Хотел держать на виду, но не смог удержаться от удовольствия чувствовать ее волнение, желание, видеть, как остро и ярко она на меня реагирует. Я захотел ее очень скоро, и то, что до сих пор не получил… один бог знает, каких усилий мне это стоило.

Но рассказать о своих планах должен был значительно раньше. Только не смог, потому что все вдруг стало слишком… личным? Потому что думал, что после поавды наша странная игра кончится?

Слишком запутано. Нужно просто перестать об этом думать и вернуться в зал, пока она ещё что-нибудь не выкинула.

Но Аленка вела себя образцово. Повисла на моем локте и больше никуда не рыпалась, молчала, как статуя, даже не улыбалась. Видимо, всерьёз восприняла мои слова о том, что расстрою ее брак с моим сыном. А я расстрою? На самом деле, даже не представлял всерьёз, что они поженятся. Хотя дал ей эти полгода надежды, но просто для того, чтобы она не сорвалась с крючка.

А теперь она сорвалась, и что? Я готов смириться с тем, что она выйдет замуж за Дениса?

Почему-то эта мысль вызывала странное отторжение. И дело не только в деньгах. Во всей этой затее было что-то неправильное.

Алена вернула меня из мыслей, убрав руку с моего локтя, я посмотрел вопросительно.

– В туалет, – буркнула она и удалилась. Я на всякий случай отыскал глазами Макса, кто знает, вдруг ему придёт в голову пойти за ней?

Мы стояли компанией из четырёх человек, когда она вернулась. Я понял это по скользнувшей по моей спине ладони, выше, и Аленка пальцами зарылась в мои волосы. И снова организм отреагировал однозначно. Я повернул к ней голову: стоит, смотрит насмешливо своими глазищами.

– Я, наверное, пойду в номер? Вы еще долго тут?

А Макс уже рядом трется, прислушивается. Как же он меня достал за этот вечер. Никогда два часа не тянулись столь долго. Мне ещё объясняться с ним, что с Аленкой не выгорит. А то вон уже опять ручонки к ней тянет.

И я сделал то, чего сам от себя не ожидал: притянул ее к себе за шею и начал целовать.