Текст книги "Оболтус для бизнес-леди"
Автор книги: Юлия Климова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Приступ страсти, когда учащается дыхание и обостряются чувства, длился около минуты. Потом Никита мягко отстранился, чмокнул Машу в нос и с улыбкой пообещал:
– А кофе мы выпьем в следующий раз.
Глава 11
Петр Петрович так и не принял окончательного решения, на какие мероприятия он идет точно, на каких, возможно, будет присутствовать, а на какие отправит Олю и подчиненных. Лев Аркадьевич изъявил желание «тряхнуть стариной» и посмотреть, «что нынче в мире делается», и Петр Петрович планировал взять друга с собой. Старший Замятин скромничал. Несмотря на тягу к домашнему теплу и уюту, время от времени он весьма успешно «тряс стариной»: бывал на театральных премьерах, посещал презентации, организованные знакомыми, заседал в клубе рестораторов и откликался на прочие приглашения. Так что к совместной прогулке по миру алкоголя и приезду Ивона Перро он был готов. Толкотня, шум и бессонные ночи его не пугали.
Оля поняла, что папа будет подстраивать свои поездки под Льва Аркадьевича, а также под свободное время и настроение, составила собственный график посещения мероприятий и твердо решила его строго придерживаться. Встреч с бывшим мужем, конечно, не избежать, но Константин Белкин ее совершенно не касается, ей нет до него никакого дела. О Никите и его предложении она старалась не думать. Впрочем, получалось это плохо. «Обещаю, я буду самым сказочным принцем и самым послушным»– эта фраза вызывала то негодование, то быструю улыбку, объяснения которой не находилось.
– Ты вечером дома? – спросила Оля, зайдя в комнату Кати.
– Да, я никуда не собираюсь, – слишком торопливо ответила Катюшка, и на ее щеках отчего-то появился румянец.
– Напомни, пожалуйста, папе, что часов до восьми я буду на выставке. Он должен вернуться пораньше, вдруг забудет.
– Обязательно напомню.
– А Полина сегодня к нам не собиралась?
– Нет, может, на выходных. Она теперь все время будет торчать в «Анни». Леночка, ее заместитель, выходит замуж за Макса, друга Андрея, и, как Полина говорит, «капитану в столь смутное время лучше не покидать корабль».
– Она совершенно права.
Вчера старшая сестра наконец-то вернулась. Ольге не хватало ее звонкого смеха, острых шуток, неуемной энергии и оптимизма. Часто именно за это она ее пилила («Ты слишком легко относишься к жизни, ты можешь быть серьезной хотя бы десять минут?»), но с другой стороны, как ни странно, именно такого беспорядка действий, слов и чувств не хватало сейчас, чтобы окончательно успокоиться и, не отвлекаясь на всякие глупые мысли, заняться делом.
Не хватало Полины, чтобы все встало на свои места. У них в семье как? Старшая дочь – избалованная принцесса из страны «Что хочу, то и ворочу», средняя – трудяга, уважающая порядок во всем, младшая – шаловливый котенок, который при случае готов оставить на коже врага пару-тройку царапин. И средняя дочь не должна превращаться в старшую, не должна мчаться в Домодедово встречать непредсказуемого Никиту Замятина, не должна играть с ним в дурацкие игры. И запираться в туалете тоже не должна. И теперь уж Оля не возьмется за чужую роль. Ни за что и никогда.
А еще рядом с взрывной Полиной удивительно спокойно, а учитывая ее характер, это похоже на феномен. Вчера за ужином они очень хорошо поговорили… Да, все встало на свои места.
– Завтра прилетает Ивон Перро, – небрежно напомнила Катюшка, отрываясь от тетрадки.
– Я знаю, – ответила Оля. Ей ли не знать… Завтра, послезавтра, послепослезавтра – бесконечная череда событий, одна неделя «Виномании» чего стоит! – Не сутулься.
– Ладно.
Домой Оля заехала переодеться: ей нужен более легкий костюм и белая блузка. Сегодня ей необязательно проводить большую часть времени около стенда «Форт-Экст» – команда подчиненных возьмет это на себя, – но она наметила несколько деловых разговоров и с удовольствием ознакомится с мини-презентациями других компаний, так что необходимо быть на высоте. В первый день выставки вход только по пригласительным билетам – представителям различных фирм хочется спокойно пообщаться, и этот день именно для них.
– Я уже буду собираться.
– Счастливого пути, – ответила Катюшка и, пряча хитрую улыбку, вновь уткнулась в толстую тетрадь с лекциями.
* * *
На втором этаже небольшие залы тянулись цепочкой, на первом зал был всего один – огромный, местами разделенный перегородками похожими на буквы «Г», «П» или «Т».
Народ, сдержанно любопытствуя, чинно прохаживался мимо стендов. Представители фирм сидели на своих местах, улыбались и нетерпеливо ждали, когда же начнется шумное оживление и можно будет от души разрекламировать свою продукцию.
Оля потратила час на первую прогулку по выставке и теперь делала второй круг по главному залу – минуты бежали быстро, и вот уже то тут, то там стали мелькать знакомые лица. Она поделилась впечатлениями с журналистом, вежливо побеседовала с одним из коллекционеров, проконсультировала представителей новой сети магазинов, планирующих заниматься только элитным алкоголем, порекомендовала отличный коньяк банкиру – приятелю отца и направилась к стенду родного холдинга «Форт-Экст». Чувствовала она себя в привычной атмосфере спокойно и комфортно и даже позабыла, что в этом празднично украшенном павильоне могут появиться и Константин Белкин, и Никита Замятин. И если где-то временами в душе и дребезжало беспокойство, оно тут же таяло под успокоительной фразой: «Это не имеет значения, на это не стоит отвлекаться, это меня не касается…»
Первым она увидела бывшего мужа – он спускался по лестнице со второго этажа, обмахиваясь тонким журналом. И ей тоже стало жарко. Оля развернулась и пошла обратно, совсем не туда, куда собиралась. Ну и что, главное – проблема решилась. Она не пересечется с Костей, а значит, никаких малоприятных моментов не будет.
Вторым она увидела Никиту Замятина – он вырулил из закутка, где активно нахваливали перцовую водку, и, заинтересованно оглядываясь по сторонам, уверенно пошел вперед. Навстречу ей.
Оля повернула направо, мысленно прокладывая траекторию движения Константина и Никиты – скорее всего, они встретятся. Вот и замечательно, пусть займут друг друга, а она здесь не просто так, она здесь работает. Если следить за ними краем глаза, постоянно учитывать их местонахождение, то можно остаться незамеченной. «Куда я опять скатываюсь!» Еще секунда – и Оля схватилась бы за голову. Волей-неволей ей опять приходится играть в глупые игры. Нет, она не будет обращать на них никакого внимания: если им хочется общаться, пусть общаются. Но не с ней.
И что за наказание такое! Она свернула за массивную перегородку и прижалась спиной к теплой шершавой обивочной ткани – этот закуток был оформлен как маленький пивной ресторанчик, и не только с внутренней, но и с внешней стороны имелись красивые декорации, передающие дух сельской жизни.
Никита перед ней появился меньше чем через полминуты, точно вырос из пола, – высоченный, на удивление идеально выбритый, причесанный и одетый с иголочки. Ну еще бы! Расхлябанный вид не слишком подходит для его целей: связи, связи, связи…
На лице Никиты отчетливо читались ехидные мысли: «Убежать хотела? Это напрасно, вернее бесполезно».
– Сказочного принца вызывали? – насмешливо спросил он.
– Нет, – покачала головой Оля и неожиданно для себя мрачно пошутила: – Но я бы с удовольствием пригласила охотника на сказочных принцев, если такие, конечно, существуют.
И все: сердце ухнуло, воля превратилась в сдувшийся шарик, в груди похолодело.
Он улыбнулся.
– Ладно, не хочешь принца – пойдем так прогуляемся.
«С Костей он не успел встретиться, свернул за мной. Мне не нужны никакие прогулки…»
– Не мог бы ты оставить меня в покое?
«Что мне стоит ему помочь? Нет, пусть просит помощи у кого-нибудь другого, иначе он никогда не оставит меня в покое. И потом, если я сейчас соглашусь, то… мы обязательно наткнемся на Константина, а он думает, что мы пара. И мне придется опять изображать… нет… а Никита, ему только этого и нужно!»
– Мог бы, – морщась, протянул он в ответ. – Но мне кажется, тебе здесь скучно и…
– Совершенно не скучно, – строго перебила Оля, чувствуя себя загнанным в угол зайцем. На что она надеялась, о чем думала? Почему ей даже в голову не приходило, что по сути у нее уже нет выбора, Никита ей выбора не оставил. Зачем, зачем папа подарил ему пачку приглашений? Почему Лев Аркадьевич не помешал?
– Да не сердись ты на меня, пока я предлагаю только прогулку.
– Пока? – уточнила она.
– Не придирайся к словам.
Оля дотронулась ладонью до лба и на миг закрыла глаза. Есть только один способ прекратить это безобразие: выйти из укрытия, решительно наплевать на то, что подумает бывший муж, проигнорировать Никиту, не реагировать на него ни взглядом, ни жестом и просто заниматься своими делами. Она пойдет к стенду «Форт-Экст» и будет работать! Через час подъедет представитель одного из поставщиков, она собиралась лично его встретить. Работать, работать, работать…
Но хватит ли ей смелости? Сможет ли она выдержать насмешливую улыбку Константина Белкина, когда тот поймет, что никакого личного счастья у нее нет? А если Никита устроит очередное представление? Цирк уехал, а клоуны не только остались, но еще и решили подзаработать.
Опустив руку, она посмотрела на Никиту и четко произнесла:
– Пожалуйста, оставь меня в покое.
Он кивнул, отступил на шаг и развел руками. Мальчишеская улыбка скользнула по лицу и… Оля так и не поняла его реакцию (он собирался уйти или нет?), но за его спиной в обществе двух мужчин появился Константин Белкин. И на бывшего мужа сердце отреагировало жалобным мышиным писком.
Точно в замедленной съемке, Оля увидела, как Костя поворачивает голову… бросает короткую фразу… останавливается… Его друзья идут дальше…
– Рад вас видеть, – приветливо произнес Белкин и протянул руку Никите.
– Взаимно, – ответил тот, пожимая предложенную руку.
– Давно приехали? Я к самому открытию. Оля, ваш стенд безупречен – скромно и со вкусом, у Петра Петровича отличная команда, я всегда старался брать с него пример.
– Здравствуй, Костя, – запоздало поздоровалась она, подчеркнуто не обращая внимания на Никиту. Вот прекрасный момент послать их обоих к черту! Но хватит ли смелости, хватит ли смелости…
Сердце продолжало пищать.
– А Петра Петровича не будет?
– Нет, завтра прилетает Ивон Перро, папа очень занят.
– А, ну да, конечно. А вы, значит, вдвоем приехали? – спросил Константин, переводя взгляд на Никиту. Но тот промолчал, лишь уголки губ дрогнули.
Зачем он спрашивает, уточняет? Какое ему дело? Он заметил натянутость, его интересуют подробности? Зачем? Оля начала злиться. Тишина затягивалась, и нужно было срочно что-то ответить. Соврать? Или ответ «да» – никакое не вранье? Они же действительно приехали вдвоем… только по отдельности.
– Да, – ответила Ольга, поборов острое желание шагнуть к Никите. Он защитил ее тогда, на открытии Школы виски, и это ощущение уверенности, успешности было слишком приятным. Ей не хватало такого долгие годы. Каждый раз, встречая бывшего мужа, она паниковала и одновременно мечтала быть сильной, она мечтала уязвить Константина, многое доказать ему. Как же хотелось, чтобы сейчас Никита избавил ее от терзаний, чтобы опять навязал игру, чтобы потом она свалила вину на него, а сама оказалась совершенно ни при чем!
«Я – ужасный трус!» – подумала Оля и, торопливо сказав: – Извините, мне нужно идти, – зашагала в сторону стенда «Форт-Экст».
– Вы поссорились? – донесся до нее любопытный голос Константина.
– Да, – ответил Никита и добавил: – Это я виноват.
Только она могла уловить в его голосе фальшь, только она. Он вовсе не был огорчен и вовсе не сокрушался, что загнал ее в угол. Он просто настойчиво продолжал играть ранее начатый спектакль.
Гнул свое или подстраховывал?
Подробности в тот момент не имели для Оли никакого значения: сердце перестало пищать, оно застучало ровно, тихо радуясь непонятно чему.
* * *
– Еды нет, развлечений нет, – прокомментировала Полина, критически оглядывая проходивших мимо мужчин.
– Может, на втором этаже? Вот указатель, – Катюшка махнула рукой вправо, – там есть кафе.
– Что можно сказать об обществе «белых воротничков», которое живет только цифрами отчетов и денно и нощно считает прибыли и убытки? Боже мой, какая скука!
Катюшка хихикнула.
Полина, как и обещала, раздобыла у папочки пригласительные билеты и сегодня (ура!) у них первая вылазка! Для начала они будут просто наблюдателями, а уж потом как карта ляжет. Они приехали в надежде разгадать тайну Ольги и поддержать ее заодно, если понадобится. Все же лучше опередить папочку и Льва Аркадьевича… и Егора, разумеется!
– Ты скоро сама станешь такой, раз собираешься расширять салонный бизнес.
– Не надо о грустном, – укоризненно ответила Полина и походкой уверенной кошки направилась по стрелке к кафе. – Пойдем, – бросила она на ходу, – пирожное и чашка кофе нам не помешают.
– Думаешь, Никита уже приехал? – оглядываясь по сторонам, спросила Катюшка.
– Кто ж знает.
– А ты с папой о нем не разговаривала?
– Пока нет, не представился случай.
– А может, мне втереться в доверие к Егору и тоже чего-нибудь выведать?
Полина резко остановилась и развернулась. Катюшка чуть было на нее не налетела.
– Ты кого собралась обманывать, кого собралась обводить вокруг пальца? Он тебя на одну ладонь положит, другой прихлопнет, а папе скажет, что было только две дочки, а про третью никогда не слышал. Не связывайся с ним, сами разберемся! – Полина беззаботно махнула рукой. – И пока я надеюсь, он не в курсе происходящего… это бы и нам и Ольге облегчило жизнь.
– Хорошо, – послушно кивнула Катюшка и подумала: «Но все же я попробую». Полина ее просто оберегает, но сама неплохо относится к Егору и к тому же ничуть его не боится. А он никогда ничего плохого семье Шурыгиных не сделает – это ясно даже младенцу. А к ней, Кате, вообще относится как к ребенку, хотя она уже девушка взрослая. Ну, пригрозит, что надерет уши, и все. «А я папе тогда расскажу, пусть только попробует!» – мстительно подумала Катюшка и переключилась на мечты о бисквитном пирожном.
* * *
«Почти вся семья в сборе, – усмехнулся Егор, вынимая из кармана пачку сигарет. Жаль, курить придется идти на улицу. – Полина, Оля, Катя, Никита Замятин и даже Белкин. Петр Петрович, я бы на вашем месте не игнорировал эту выставку, вы многое теряете».
Он миновал несколько стендов и свернул налево ко второму, более скромному входу – пять минут у него есть, вряд ли он что-нибудь пропустит. Шурыгин попросил его присматривать за Марией Серебровой, и временами он уделяет ей внимание, но сегодня есть дело поважнее. Сегодня он присматривает за Никитой и… Ольгой.
«Петр Петрович, – вновь усмехнулся Егор, – вы будете довольны».
Щелкнув зажигалкой, вдохнув сигаретный дым, детектив сощурился, вспоминая триумфальное возвращение младшего Замятина в Москву. Да, пришлось все-таки тащиться в Домодедово за Ольгой, разве можно было пропустить их многообещающую встречу? Конечно же, нет.
Как она стояла в зале прилета с листом бумаги в одной руке, с портфелем – в другой! Какие противоречивые чувства боролись в ее душе! Егор улыбнулся. Он знал, насколько такие поступки были не свойственны Ольге, он многое знал.
«За мной долг, Оля, я это помню. Но что же ты попросишь? Что?»
Глава 12
Ремонтные работы на Нагатинской шли полным ходом. Никита не собирался терять времени даром: некоторые средства у него имелись, оставалось найти солидный банк, которому для выдачи кредита будет достаточно фамилии Замятин, – и дальше все пойдет веселее.
Внешний вид ресторана должен сохранить стиль «Пино Гроз» – черная лаковая шкатулка с золотой отделкой, – а вот интерьер мог отступать от канона. Но пока до этого далеко. Нужен банкир, нужен дизайнер и еще очень много чего нужно!
Никита каждый день приезжал на Нагатинскую и с удовольствием наблюдал, как возбужденный Иннокентий Васильевич – душевный мужичок, встретивший его неделю назад накрытым столом, – разбирается с ремонтниками и строителями, точно он генерал, а они рядовые на плацу. «Не беспокойтесь, Никита Львович, стены будут такими гладкими, что ни одна муха на них не удержится! Соскользнет, каналья волосатая, шмякнется башкой о ровный пол и умрет от сотрясения мозга!» Никита смеялся, осматривал свои владения и уезжал решать другие вопросы. Он не удивлялся, что отец не призывает Иннокентия Васильевича обратно – Лев Аркадьевич Замятин был признанным стратегом. Он категорически не помогал, но и не ставил палки в колеса, да и так ему, пожалуй, было спокойнее. И Никита играл по его правилам, стараясь вести в счете. Вот только не хватало ему Ольги Шурыгиной, ее опыта и связей для окончательной и бесповоротной победы.
Никита покинул павильон, прошел мимо «Опеля», купленного им три дня назад, бодро перешагнул низкую ограду, перебежал проезжую часть, остановился около цветочного ларька и указал на первый попавшийся букет.
– Сойдет, – резюмировал он, прокладывая обратный путь.
Константин Белкин, оправдывая свою фамилию, уже крутился около стенда «Форт-Экст» – Никита, завидев его, только хмыкнул. «Медом тебе, что ли, намазано…»
Не симпатичен ему этот типчик, отчего роль сказочного принца становилась особенно приятной. Как он сверлит их взглядом, как слушает и вроде даже волнуется! Ну да, далеко не всем нравится смотреть на нового мужчину бывшей жены, но Белкина-то никто и не заставляет – шел бы себе лесом! Но куда там! Трется и трется, трется и трется… Хотя в сложившейся ситуации это скорее плюс, чем минус. Никита поймал себя на мысли, что огорчился бы, если узнал, что Оля мечтает вернуться к Белкину (любит его до сих пор?). Лучше бы она хотела ему отомстить – немножко, чуть-чуть. «Я к вашем услугам, Ольга Петровна! Я к вашим услугам».
Конечно, он мог бы оставить ее в покое, но, во-первых, она ему действительно нужна, во-вторых, ему не нравится самодовольная рожа Белкина, а в-третьих, не так-то легко отойти в сторону, оставив правильную девушку один на один с прошлым… Н-да-а-а, вот к чему приводят «прилюдные ласки» с малознакомыми «частными детективами».
– Малыш, я виноват, – выдохнул Никита и положил букет перед Ольгой на стол.
Вытянулось не только ее лицо, но и лица трех сотрудников «Форт-Экст», стоявших неподалеку.
– Спасибо, – сухо ответила Ольга, медленно поднимая голову.
– Ну, если ты на меня больше не дуешься, как я того, конечно, заслуживаю, то предлагаю скрепить наше примирение страстным поцелуем.
Константин сунул руку в карман пиджака, затем вынул ее, затем снова сунул.
Несколько секунд Оля пристально смотрела на Никиту. В ее душе царила вселенская усталость. Но вдруг на нее обрушилось острое желание совершить невозможное (невозможное для себя) и понять, что чувствуют другие в такой момент. Что чувствует в такие моменты Никита? У него богатый опыт по части непредсказуемых поступков. А она всегда относилась к нему как к сопернику.
А еще она видела суетливые движения Кости.
А еще… она проиграла, она сдается.
Поднявшись с черного офисного стула, Оля подошла к Никите, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
– Малыш, ты права, большего я не заслуживаю, – стараясь скрыть изумление, произнес он, провожая ее взглядом на место. – А может, сходим сегодня в ресторан? Отметим наше примирение и… – Никита нарочно посмотрел на Константина, – …и пообщаемся, а?
– Я подумаю, – ответила Оля, недовольно поворачиваясь к подчиненным. Те все еще стояли без движения, ошалело округлив глаза – раньше дочка Петра Петровича Шурыгина ни в каких романтических связях замечена не была.
– Мне пора, – улыбнулся Константин, отступая на шаг. – На шесть я наметил одну встречу. Еще увидимся.
Как только Белкин ушел, Никита взял свободный стул, придвинул его к Оле и сел.
– Что это было? – спросил он, подперев щеку кулаком.
– Ты же сам попросил тебя поцеловать, – спокойно ответила она.
– Во-первых, я попросил страстно, а во-вторых…
А во-вторых, он шутил! Ему и в голову не могло прийти, что Ольга способна на такой подвиг. Нет, он-то не против (забавно!), но что это было?
– Я готова с тобой сотрудничать, вернее, я тебе помогу, – тихо перебила она. – И раз уж ты назвался моим другом, то тебе придется и дальше…
– Согласен, – перебил он, пряча улыбку. А то еще передумает! – Приглашение сходить в ресторан остается в силе.
– Это лишнее, – деловито ответила Ольга. – И я бы хотела… чтобы ты был более сдержан. Необязательно…
– …очень громко тебя любить, – помог Никита, чувствуя себя полным идиотом, который вдруг ни с того ни с сего решил соблазнить монахиню.
– Да.
– Хорошо, малыш.
– И вот этого «малыша» тоже не надо.
– Хм, не уверен, что смогу настолько себя контролировать.
– Постарайся.
– Но если я все-таки собьюсь…
Никита от души развлекался. Он и не думал, что Оля станет с ним так по-деловому обсуждать условия сделки. И во всем-то у нее должен быть порядок!
– Постарайся не сбиваться. Эта фамильярность лишняя.
– Да? А я полагал, что влюбленные обычно придумывают друг другу всякие прозвища и в разговоре часто употребляют ласковые слова. Как насчет «зайчика»? «Пусика»? «Лапочки»?
Оля смерила его убийственно ледяным взглядом:
– Нет.
– Ладно, остановимся на «малыше». Исключительно для правдоподобия. Но я, конечно, буду так ужасно фамильярен только в самых редких, крайних случаях.
– И еще. Папа и Лев Аркадьевич не должны решить…
– Без проблем, для них мы будем лучшими друзьями, не более. Кстати, из нас выйдет отличная пара. Ты заметила? Мы понимаем друг друга с полуслова.
Оля тяжело вздохнула, вдруг смутилась, снова напряглась и продолжила:
– И еще…
«С ума сойти! Сколько у нее этих «еще»! – Никита с интересом посмотрел на Олю. – Ну и?»
– Продолжай, я внимательно слушаю.
– И еще никаких неприличных действий с твоей стороны быть не должно, – шепотом произнесла Оля. – Наш договор не означает, что я согласна на… на нечто большее.
«Она о сексе, что ли? Ну, малыш, я, честно говоря, и не собирался…»
– Ты о сексе, что ли? – Никита не отказал себе в удовольствии уточнить.
– Тише… – прошипела Ольга, краснея.
– Хорошо, обещаю не посягать, – нарочно тяжело вздохнул Никита и, откинувшись на спинку стула, мысленно съехидничал: «Привет, Белкин!»
* * *
– Я же говорила, я же говорила!
– Ущипните меня, а лучше огрейте чугунной сковородкой по голове! Этого не может быть…
– Я же говорила, я же говорила!
– И этот человек не так давно пилил меня за полуобнаженные танцы, за неприличное поведение в общественном месте и слишком разгульное отношение к мужчинам. И что я вижу?.. Поцелуй в щеку! При таком скоплении народа!
– Я же говорила, говорила! – в третий раз выпалила Катюшка.
– Куда катится мир! – покачала головой Полина и потянула младшую сестру к выходу. Но, дойдя до рекламных вертушек, остановилась. – Учти, – добавила она с улыбкой, – нас здесь не было, мы ничего не видели.
– Само собой.
– Хотя… Эх, какое искушение ее подразнить! Держите меня, иначе я за себя не ручаюсь!
– Папы нет – это хорошо, да?
– Да уж.
– Я точно не знала, соберется он на выставку или нет. – Катюшка вытащила из сумки узкий длинный шарф и принялась торопливо обматывать им шею. – А что мы теперь будем делать?
– Хороший вопрос, даже отличный, – Полина выглянула из-за спины мужчины, внимательно изучавшего рекламный проспект, и еще раз посмотрела на Олю и Никиту. – Голубки, нечего сказать, – протянула она и еще раз улыбнулась.
Что происходит? Неужели… Нет, есть в происходящем какая-то наигранность. Где правда, где ложь?
– Там и Белкин был, – напомнила Катюшка.
– Да, я видела, он иногда мелькает на подобных тусовках, папа говорил. А если она ему назло?
– М-м-м… Представляешь нашу Ольгу, которая просит Никиту поухаживать за ней на глазах Кости и подчиненных?
– Эх, отличная версия разбита логикой.
– Так что же мы будем делать? – Катюшка дернула сестру за руку и вытянула шею, боясь пропустить очередной интересный момент.
Несмотря на то что Полина считала Ольгу настоящей занудой, она бы первая расправилась с тем, кто посмел обидеть сестру. Был уже на ее пути Константин Белкин, мутный товарищ, и он не принес Ольге счастья. Можно ли теперь лезть к ней в душу, мешать? Нет, нельзя, категорически нельзя.
– Уходим, – сказала Полина. – Посмотрели, и хватит.
– Но…
– Никаких «но». Мне нужно подумать. Кажется, нас ждут перемены. Папы поблизости нет, Егора нет – уже хорошо.
– Они все равно узнают. И Лев Аркадьевич тоже, – резонно ответила Катюшка.
«Да, узнают, – подумала Полина. – И если это только игра, Оле будет туго». Но интуиция подсказывала, что правды в этом спектакле больше, слишком уж хороши были актеры в своей игре.
