Текст книги "Академия для старшей дочери графа 3 (СИ)"
Автор книги: Юлия Хегбом
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13
Из всех преподавателей академии больше всего мне не хотелось встречаться с ректором.
Угадайте с трёх раз, кто вел у нас "Проклятия. Наложение и снятие. Первый курс"?
Правильно угадали. Да он и вел, к сожалению, ректор Академии.
Самое "замечательное", что в связи с пандемией произошла реорганизация учебного процесса.
В чем это выражалось? В том, что, нас, первокурсников, больше не делили на факультеты.
Поэтому мы и с факультетом боевых магов занимались, и с факультетом бытовиков, и с факультетом искусства, и с некромантами, и с проклятийниками, и с факультетом артефакторов, и с факультетом травознания, и с лекарским факультетом и заодно со стихийниками. А у них вообще своя программа…была. Заодно и ещё десяток факультетов на лекции присутствовал, например факультет библиотекарей (магические книги – это и сложно, и опасно).
Ау! Мы лекари, или кто? Ну ладно, если снятие проклятий условно входит в перечень предметов, которые лекари (условно) знать обязаны. Но наложение то нам зачем? А библиотекарям это на кой?
Или это во мне гормоны каэри говорят? Ученье свет… и я его сейчас зажгу. Прямо на парте.
Мило улыбнувшись ректору, я вопросов о том, зачем мы будем учиться проклинать, я не стала.
Хотя "проклятия" – профильный предмет для боевых магов, проклятийников и некромантов. Ладно, пусть будет. Ещё немного, и я точно дозрею до того, что кого-нибудь прокляну. Так что, предмет в какой-то мере полезный.
Видимо, ректор что-то такое прочёл на моём лице.
О том, что моя мамочка была и остаётся лучшей проклятийницей Империи он и не забывал, такое вряд-ли забудешь.
Заодно, видимо, вспомнил, что деление на профильные и не профильные предметы на первом году обучения – весьма условны.
Нервно сглотнув, наш ректор не стал комментировать то, что на свои места на "галерке" (а куда ж иначе) я проследовала вместе со своим Истинным, который в аудитории Академии появился верхом на кельпи.
И даже то, что мы с Сиерленом по законам драконов уже женаты (и даже брак успели консумировать), тоже не напомнил.
Отсутствие замечаний со стороны ректора дало мне некоторую пищу для размышлений. Заставив задуматься о том, что у мамы была репутация лучшей проклятийницы в Академии. И это некоторым образом влияет на отношение ко мне окружающих. Правда, я и сама "отличилась", устроила вчера ректору потоп.
Перекличка прошла без каких-либо эксцессов, я тихо, чтобы не раздражать без особой на то причины нашего ректора, поздоровалась с теми студентами, которые меня уже знали (после нашей совместной эскапады в горах, где мы разыскивали наследника Империи, ну и тех, кого я приволокла с Земли, когда подняла Щит над Академией).
Эльвиканте, впрочем, тоже предпочел галёрку, поэтому сидел рядом со мною, по другую руку. Я положила на стол свои учебники и "учебный материал", который мы все получили перед тем, как занять свои места в аудитории и сосредоточила внимание на том, что говорил ректор.
На кафедре остались сиротливо лежать коробки с излишками "учебного материала" и "лишние" учебники тех, кто не зашёл за ними в библиотеку самостоятельно.
Напоминая о том, что половина учащихся ещё находится в лазарете.
"Задержка" учёбы у нас была классная! На половину триместра.
В Академии, в отличие от земных университетов, было почему-то три учебных периода. С экзаменами. Почему так – неизвестно.
Наверное, преподавателям нравилось действовать на нервы учащимся в процессе экзаменационных сессий.
Я немного задумалась, поэтому то, что ректор торжественно, на всю аудиторию, произнёс, застало меня врасплох.
– А теперь, давайте приступом к избранию Вечерней звезды! – ректор повернулся лицом к нам всем и улыбнулся так широко, словно… Маньяк какой-то.
Походу, такое впечатление своей улыбочкой он произвёл не только на меня.
Половина нашей группы вообще отшатнулась, явно пребывая в шоке от его оскала.
Выпускники факультета проклятийников, они такие. От них даже вполне себе нормальные некроманты шарахаются.
Быстрое исследование закутков памяти Каэри – и я в курсе, кто это и что это такое "Вечерняя звезда".
Это староста, с поэтическим названием. Чур меня… Семилетнее рабство повесьте на кого-нибудь другого, пожалуйста!
– Я предлагаю назначить Вечерней звездой Каэри, – тут же отозвался Маэльтар. Что с него возьмёшь, он в своём репертуаре.
Но меня расстроил лес рук в ответ на его предложение, в качестве подтверждения выбора.
Что-то мне сомнительно, что все хотят меня видеть этой звездочкой.
Наверное, все просто рады, что старостой назначат не их самих, а кого-то ещё. Что ж, понятное стремление скинуть дополнительную административную работу на чьи-то послушные плечи.
Ну, спасибо, Маэльтар, "удружил"!
Вот чего я точно не ожидала, что до начала занятий нам нужно будет выбирать "Вечернюю звезду класса".
Мама что-то такое говорила, о том, что она была такой звездой, но разве я ее слушала? Ну, по-крайней мере, хоть кто-то из нас двоих будет счастлив, если не я – так моя мама. Она всегда хотела, чтобы в Академии я пошла по ее стопам. И, кажется, я, даже не желая этого сама, уже начала выполнять ее план.
Эта "звездочка" обязана была быть в каждом классе в Академии, что-то вроде "ответственной за поведение и прилежание" учащихся.
Так как у нас сейчас был не класс, а сборная солянка из представителей различных факультетов, то я надеялась, что после спихну эту должность на кого-нибудь со своего факультета.
Звёздочки пользовались определёнными привилегиями. И, к сожалению, такая звездочка назначалась в результате голосования, если у ректора никаких нареканий к назначению не было. Самоотвод был запрещён. Выбрали – тяни лямку.
То, что староста – это не синекура, а направление в канцелярию ада, я знала ещё со своей прошлой учёбы.
Поэтому, отбрыкивалась от сомнительной чести, как могла. Но…
Если честно, я с самого начала поняла, что "Вечерней звездой", то есть старостой, меня назначат, несмотря на попытку мной организовать этот самый самоотвод.
Просто по причине того, что в классе собралось восемь драконов, один из которых полукровка, второй – ещё и кельпи к тому же впридачу, а третий тире пятый – вообще древние артефакты. Живые. И если Ричард – вполне себе спокойный дракон, то Рлен – явный поборник сил хаоса, ну и наследник Императора, со своею Истинной, золотым драконом, так сказать, до коллекции.
Помимо всего прочего, эти драконы между собой не всегда ладили.
Маэльтар с радостью "прикопал" бы Сиерлена где-нибудь на территории Академии. Среди ёлочек.
Рлен платил Маэльтару "взаимностью", и с радостью в любой момент порвал бы раздражающего его соперника…
Если бы не моя просьба держать себя в руках, а своего дракона в лапах, и на провокации не поддаваться.
Ну и того, кто устраивал покушения на наследника Императора, тоже пока не нашли. А значит, быть мне не только старостой, и вечерней звездой, но и нянькой, и охранником для Эльвиканте.
Ректор кивнул мне радостно, словно поздравлял с назначением, зараза такая.
Спихнул на меня часть своей работы, и свою ответственность, и радуется, гад.
Понимаю, почему моя мама такая прекрасная проклятийница. Она с таким товарищем, как наш ректор, вместе училась.
Вздохнув, я открыла учебник. Этот предмет у Рлена должен был пойти на "ура", ему же снять проклятие с клана чёрных драконов хочется.
Но повернувшись к своему дракону-Истинному, я заметила у него на лице гримасу отвращения.
Причин для этого недовольного вида Сиерлена я не находила.
Что же на моего дракона такого "нашло", что Рлен разглядывал учебник по проклятиям с такой явной ненавистью и яростью?
А самое главное, почему он с такой болью смотрел на меня?
Глава 14
Своего Истинного я уже успела изучить.
Причем, достаточно хорошо.
Если я не разберусь в причинах его несколько взбешенного состояния, то он вскорости это свое состояние выплеснет на окружающих. Или создаст себе лично очередной катаклизм на голову.
Ведь дракон Рлен вполне огнедышащий. Хотя и черный.
Попыталась я вспомнить, что именно бесило Сиерлена раньше.
Не пугало, а именно бесило. Ну… Помимо нашего глубоко уважаемого ректора, который у нас "Проклятия" будет читать, и, собственно говоря, моих родителей, оставался еще Маэльтар.
Так, чтобы до скрежета зубовного выбесить моего дракона – это уметь нужно. Когда такие ситуации были?
Конечно, дракон всегда остаётся драконом. Но Рлен по многим параметрам был необычным драконом.
И вот сейчас Сиерлен сидел рядом со мною, упираясь своим острым локтём в мой локоть… и шипел на драконьем. Ругался, видимо.
Даже частичный оборот произошел, на что Сиерлен совершенно не обратил внимания.
На шее и предплечьях у Рлена вполне себе черная чешуя "нарисовалась". Буквально. А под партой мерно постукивал… кончик хвоста. Глаза драконьего оборотня – метали молнии.
Еще немного, и парта задымится.
Не помню, как у драконов… а у котов такое поведение хвоста свидетельствует о крайней степени раздражения.
Вроде бы драконы скорее рептилии, чем кошачьи?
Хотя один такой черный дракон – вообще наполовину кельпи, в Академии уже учится, так что… все может быть.
Может быть, тигры там какие-нибудь магические в родословной моего Истинного затесались, или рыси, а может пантеры? Ну или коты ведьмовские?
– Я – чистокровный дракон, Каэри! – рычит Сиерлен приглушенно в ответ на мои мысли, – Моя родословная восходит к истокам, начинаясь с драконов, присутствовавших в начале сотворения этого мира! На заре его истории!
– Ладно-понятно. Зачем рычать-то? Ты – чистокровный дракон, кошачьих предков у тебя нет, – примирительно шепчу Рлену, – Но почему у тебя пар из ушей идет из-за хм… учебника?
– Эта книга – магическая копия украденного драконьего манускрипта о проклятиях! – наконец "выдаёт" мне причину своего искреннего возмущения Рлен.
Хорошо хоть на всю аудиторию это не рявкнул, и на том спасибо.
Ммм… Да. По вопросу "плагиата" людьми драконьих знаний Рлен был абсолютно конкретен: драконьи, и точка!
Именно по причине этой убежденности Рлена, мы, собственно, и познакомились.
Кое-кто залез в папочкину библиотеку, чуть не спалил оную библиотеку, а заодно и весь наш особняк, который (если честно) больше на средневековый замок похож, а потом я этого кого-то, в нашем подвале из застенков вытаскивала.
Спасла я этого кое-кого лишь чудом, благодаря тому, что до этого столько лет в хирургии проработала на Земле.
Драконы к человеческой магии оказались почти полностью резистентные.
Ну а Рлен – это Рлен. И его привычки не меняются. Любое украденное у драконов знание бесит моего Истинного. И ничего с этим не поделать.
Сиерлен шипит, на драконьем. И на меня косится недовольно. Словно я его специально выбешиваю, а не утешаю-успокаиваю.
Да-да, я помню, что все драконы – телепаты. И помимо Рлена, мои мысли может считывать любой дракон. Даже полукровки, включая Терсаля и Маэльтара.
– Значит, наука проклятий пришла к людям… от драконов? – спрашиваю я у Рлена.
Дракон сердито кивает. Хвост Рлена мерно постукивает о парту. Спонтанный частичный оборот у дракона, да еще и на лекции – это не так уж и хорошо. Но я не акцентирую на этом внимание.
Хм… или склонностью к логическому мышлению драконы не отличаются, или я сейчас спрошу всем известную истину, но все же…
– Но тогда значит, клан черных драконов проклял тоже черный дракон? – как можно равнодушнее спрашиваю я у моего Истинного, – Если оно такое древнее, а у людей эти знания появились сравнительно недавно?
Сиерлен лишь рычит на драконьем что-то. Злобствует или сердится. И не разобрать.
А мне что делать прикажете? Я и так стараюсь, как могу, успокоить взбешенного дракона. Касаюсь его руки, осторожно. Вдруг прикосновение наоборот разозлит, а не успокоит?
Несколько секунд я даже размышляю, может, поцеловать Рлена, пока ректор что-то там на доске пишет? И стоит к нам спиной?
Или уж лучше не провоцировать? Ни Рлена, ни ректора…
Но это драконье чудо(вище) успокаиваться не желает. От слова совсем. Того гляди, швы у него разойдутся, неужели сам не понимает, что создаёт себе проблемы на ровном месте? Что опять нашло на Рлена? Драконий оборотень напряжен настолько, что это видно невооруженным взглядом.
К моему удивлению, отвечает на мой вопрос о том, кто кастанул проклятие на клан черных драконов Терсаль.
– Не дракон, а драконица, – вздыхает полукельпи-полудракон, – И было, за что. К тому же, пророчество о том, как снимать проклятие – тоже ее.
Хм…? Нашу такую познавательную дискуссию прерывает ректор. Я, наконец, замечаю, что он что-то занимательное начертил на доске… И мне незнакомое. Ну, всегда лучше заметить что-то поздно, чем никогда, как мне кажется.
И как это я не обратила внимание на то, что отвлеклась, и половина доски уже исписана мелкими иероглифами, похожими то ли на китайский, то ли на японский… что это за… клинопись такая?
– Проклятья изучаются на драконьем, Каэри, – с улыбкой поясняет Терсаль, – Во всех Академиях магии.
Мамочки. Позор какой. Или Каэри и письменный драконий не знает (*и как ей это удалось при такой мамочке?)… или мне это знание не передалось.
Но для меня доска исписана иероглифами. Непонятными.
Заодно, все так задорно эти письмена к себе в тетрадку строчат, что мне даже завидно стало.
Даже Рлен, несмотря на то, что ректора взглядом испепелить готов. Кончиком хвоста в чернила залез, слегка махнул им в сторону пергамента и все иероглифы ровными рядочками – на пергаменте. Не иначе – магия.
А что мне прикажете делать? Нет, Рлен мне переписать лекцию разрешит, не вопрос. Но как я экзамен сдавать буду по предмету, который на драконьем преподают и на нем же – сдают? Если я в этих иероглифах – ни бельмеса не смыслю?
Самое обидное в том, что я замечаю, что Олег и остальные его сослуживцы-телохранители тоже строчат на пергамент иероглифы и внимательно слушают нашего ректора! Это что же получается? Они то откуда драконий знают? Опять магия какая-то!
От отчаяния я достаю мобильник и фотографирую все, что пишет на доске ректор, потом разберусь, что к чему и где о чём.
Как маг – универсал с магическим потенциалом, как у меня, и на высший бал сдавшую экзамены, угораздило на первой же лекции в Академии так "попасть"?
Глава 15
Остаток лекции я пыталась вообразить, есть ли магический способ выучить драконий язык, или мне эти иероглифы зубрить будет нужно.
Печально разглядывая доску, я периодически её фотографировала, и пыталась вникнуть в то, что говорит преподаватель. Для меня, к сожалению, лекция состояла из певучих драконьих ругательств.
Через час уже не заморачиваясь и не пытаясь разобрать, что глубокоуважаемый лектор, (тьфу, ректор) пытается с таким усердием до нас донести, я поняла, что язык мне придётся зубрить ударными темпами.
Раз уж так получилось, что проклятийницы из меня пока не получается. А ведь я отцу обещала отличную учёбу. Мамочка отличница, папочка отличник… И я, почему-то совершенно не знающая драконьего студентка!
Ау, предки, вы чем дома занимались? Вышиванием? Или консервированием огурцов и вишни? И почему не подготовили меня?
Ну да, я собиралась на лекарский, и обычно на этом факультете проклятиям уделяется минимальное внимание, только для того, чтобы мы могли сообразить, что это проклятие.
И отправить пациента к профильному специалисту, то есть проклятийнику/проклятийнице. Но это не значит, что можно поощрять нежелание учиться у потомка. Одним словом, мне срочно нужно было раздобыть учебник по драконьему языку, если я хочу хоть как-то разобраться с предметом проклятий. Все же у меня за плечами несколько лет зубрежки, так что ещё посмотрим!
На моё фотографирование косились все студенты, и виконтесса, и баронесса, с которыми мы Эльвиканте в окрестностях лабиринта искали, и их подружки.
Не видели девушки ещё мобильников. И компьютеров, которые мы притащили с Земли пока не видели. Поэтому им интересно, что это за магию я такую использую, и почему не записываю лекцию.
А мне так удобнее. И переспрашивать не нужно, и просить подождать и не стирать с доски не требуется. Жаль, у меня на мобильнике мало места, иначе я бы и видео включила. И коситься на меня не нужно. Это в нашем мире вполне привычный уже стиль конспектирования.
Как я понимаю, в результате моего попаданства мне достался всего один язык "с автоматическим мгновенным переводом". А вот второй нужно будет зубрить самостоятельно.
На перемене ко мне подошёл Маэльтар. Ну, кто бы сомневался, что дракон попытается "наладить отношения" со мною. Так, как он это понимает. И поиздеваться заодно. Походу, не только Рлен в курсе, что я в драконьем не бельмеса не смыслю.
– Каэри, я вижу, что Вы не знаете драконий язык. И это странно, с учётом того, что у Вас есть Истинный, который является чистокровным драконом чёрных. Тем более, что он – принц. Или он так говорит, что Истинный? Так как на самом деле, драконий язык можно выучить двумя способами. Зубрить годами. Или путём слияния с драконом-Истинным. Который этим языком владеет. Забавно, что даже моя мама, не являясь Истинной для моего отца, получила такую возможность выучить драконий язык. Может быть, если Сиерлен из клана чёрных драконов не захочет слияния сознаний, то Вы окажете мне честь и разделите сознание со мной? – с милой улыбочкой заявляет Маэльтар, – Тем более, что Вашему Истинному опять нездоровится, и разделить с Вами сознание он, по понятным причинам, сейчас не в состоянии. А Вам нужно учиться.
Этот дракон совершенно точно решил вывести меня из себя.
Не будь Маэльтар настолько похож на Рлена, убила б нахала. И давно. Впрочем, судя по неестественно притихшему Сиерлену, мне, видимо, нужно будет встать в очередь.
– Рлен, никаких дуэлей! – успеваю я остановить непоправимое.
Если драконий оборотень бросит вызов, дуэль будет обязана состояться. Так как Маэльтар совершенно точно не пойдёт на мировую. Не для того он постоянно провоцирует Сиерлена, пытаясь вынудить бросить вызов.
– Маэльтар, спасибо за предложение, но ты меня только что идиоткой назвал. Пусть и завуалированно. Я что, по твоему, язык не смогу выучить без помощи магии?
– Он прав, – хмуро обрывает меня Сиерлен, – Самый простой для тебя способ выучить язык – это слияние сознания. И я… согласен.
– Так, мне совершенно безразлично, что там кто считает. Если это представляет для тебя опасность, то не согласна прежде всего я!
Рлен морщится. А я припоминаю, что о слиянии сознаний читала раньше. В библиотеке папочки. И что именно говорится в древнем манускрипте о слиянии, я помню превосходно. Это ещё одна красивая ловушка для Сиерлена… Потенциально смертельная.
Если кто-то из Истинной пары ранен, то при слиянии боль может быть разделена. Это если тот, кто ранен, не будет пытаться уберечь свою пару от боли. Тогда, из-за того, что слияние будет не полным, тот, кто пытается оградить свою Истинную/Истинного от разделения боли, огребает так, что…
Одним словом, боль может возрасти вдвое, а может и в двадцать раз. От чего это зависит, не совсем ясно, но рисковать тем, что Рлен начнёт проверять эмпирически древний манускрипт и в результате заработает болевой шок, я не хочу. Что я сразу же доступно (хоть и с дополнениями из великого и могучего) объясняю обоим драконам.
Следующим уроком у нас зельеварение. Надеюсь, что хоть этот предмет читают на всеобщем?
Глава 16
Как человек, получивший красный диплом в медицинском, и имеющий по химии пять, и уверенно лидировавший в школьных и региональных олимпиадах по химии и биологии может запутаться в зельеварении? Средневековом?
Запросто, оказывается! Может, и еще как!
Проблема нарисовалась в растениях. И их названиях. Ну… я же не виновата, что подоро́жник, он же лат. Plantбgo, и полы́нь, она же лат. Artemнsia в этом мире надраконьем произносятся одинаково?
А на всеобщий это красивое название дословно переводится, как отрава? И нужно было уточнять не драконье название, а "местное"?
Каэри, скорее всего, это знала. А мне, в моем попаданстве, такие нюансы были неведомы. Но дело все в том, что варила то зелье я! То есть маг-универсал с потенциалом высшего уровня!
Спасибо, что хоть не взорвалось все, нафиг. А ведь могло.
Просто пары от этого зелья оказались способны вводить разумных в состояние легкой эйфории и включали левитацию у дышащих существ. Так что все, кто имел несчастье присутствовать вместе со мною на лекции и практическом семинаре по зельеварению воспарили к потолку, глупо хихикая.
Я уж думала, что после этого фиаско меня к котлу не подпустят, и вообще, поставят неуд за все семь лет авансом, чтобы неповадно было устраивать провокации. И к ректору отправят за изощренное вредительство. Но нет.
Альгони, милая барышня, наша замечательная учительница по зельеварению, ненамного старше меня, поставила мне высший балл, лишь слегка пожурив за то, что я ее не предупредила о моих планах на время ее лекции.
И что если я и в дальнейшем хочу экспериментировать с новыми зельями, то она будет благодарна узнать об этом до начала занятий. Чтобы выделить мне отдельное помещение. Впрочем, мои "наработки" она последовательно и аккуратно записала.
Вот что значит репутация гения и то, что я подняла Щит Академии. Мамина репутация тут постаралась или уже моя – не суть важно. Ведь мне уже на первом курсе сходит с рук даже срыв урока. Случайный. По причине моего махрового невежества.
Думала, что хоть группа моя мне выскажет порицание. А вот фигушки! Все были рады, что я так экзотично сорвала урок.
Так как зелье ни у кого не получалось, а плохие отметки никому не поставили. Некоторые особо просветленные девушки, которые в Академию пришли искать себе подходящую партию, а не нарезать незнакомые травки, меня попросили и в дальнейшем так помогать на уроках, если мне не сложно.
Класс. Я не староста… я – мечта. Любой урок могу сорвать, спасая непутевых и нерадивых студентов, и ничего мне за это не будет.
И ведь даже не по своей вине! Кто ж знал, что Сиерлен был прав, и большую часть магии люди узнали от драконов? И что все учащиеся, кроме меня, были более или менее в курсе, что минимум половина текстов в Академии будет на драконьем?
К следующему уроку мне уже хотелось сбежать из Академии. Настолько меня достали просьбами сорвать урок каким-нибудь замечательным способом. Почему? А следующим уроком у нас был местный вариант математики! Зато симпатяга преподавал. Эльтакане.
Как я уже сообразила, приставка в имени Эль подразумевала, дословно, наследника императорской крови. Эльтакане приходился Эльвиканте в каком-то там колене кузеном.
О чем они мило побеседовали перед лекцией, расспрашивая друг друга о "здоровье матушки и кузин", перед входом в аудиторию. Этикет, однако.
А я стояла рядом и старалась не отсвечивать, чтобы наш новый преподаватель не заподозрил меня в том, что я "клеюсь" к Вику. Убеждая себя, что этот новоявленный родственник Эльвиканте грохнуть Вика не собирается, а на меня просто повлияло слишком подробное изучение истории Империи. Нервы, однако.
На всякий случай я старалась незаметно магически проверить, не готовит ли этот "любимый родственник" для Эльвиканте какой-нибудь неприглядный "подарок", в виде смазанного ядом кинжала в печень или чего-то в этом роде.
Но обошлось.
Исчислению (считай, симбиоз из алгебры, арифметики, геометрии, тригонометрии и немного физики), Каэри обучали, за что предкам отдельное спасибо. А у меня по математике всегда отлично стояло. Поэтому никаких сложностей с предметом у меня на этот раз возникнуть было не должно.
Впрочем, в аудиторию, в которой сейчас придется заниматься, я все равно входила с некоторым опасением и заметным скепсисом. Местные формулы не были похожи на земные, но я наши земные уже перевела в те термины, что приняты в Академии (спасибо старому учебнику отца), так что плохих отметок я не боялась. Боялась того, что учебник по местной "математике" может снова оказаться на драконьем.
Уровень здешней математики все еще был не настолько высок, как в технологическом мире Земли и я надеялась, что расчёты должны быть достаточно простыми – для подростков, конечно, которыми мы и являемся.
Поэтому учителя, молодого и красивого парня, кажется, на четверть эльфа, я действительно отвлекла, причем, совершенно случайно. После одного моего невинного замечания мы очень долго обсуждали способы вычисления тройных интегралов. Засим, класс опять завис. Но, кажется, мне опять не поставили это в вину. Живём.
Наконец я дождалась обеденного перерыва и прикинула, мне же еще так учиться почти семь лет! Чувствовала я себя при этом донельзя уставшей. Но надеялась, что халявный хавчик поправит дело.
В отличие от нашей столовой в институте, кормили в Академии бесплатно и бесподобно. Ну, оно и понятно. Бытовая магия – повару подспорье. А тут все же элита собралась. Золотая молодежь. Их простым крестьянским меню не насытишь. Капризы будут.
Наполнив тарелку всякими вкусностями, мясом, овощами и фруктами, а также прихватив десерт и напитки (шведский стол, как оказалось, встречается даже в иных мирах), я проследовала в ту часть зала, где всегда сидели студенты факультета лекарей.
Магия отнимала чертову уйму сил и я была голодной… ну как дракон, наверное.
Рлен последовал за мною, хотя он и факультет лекарей явно были вещи не совместимые. Дракон боялся любых медицинских манипуляций. И явно принадлежал бравому факультету стихийников, или не менее бравому факультету боевых искусств.
Маэльтар попытался за нами увязаться, но наткнувшись на мой осуждающий взгляд, стушевался и пошел есть в кругу своих друзей. Бросая на меня затравленные взгляды, заставляя испытывать чувство вины и портя мне аппетит.
Выглядел он при этом настолько несчастным и подавленным, что не знай я уже хитрую натуру этого полукровки, посчитала бы его отчаяние за чистую монету. Гонять его мне удовольствия не доставляло. Чувствовала я себя при этом, как будто я приговорила ни в чем не повинного мальчишку к смерти.
После обеда нам всем выпало счастье присоединиться к Травознанию, а затем Магической медицине. Тут уже многие начали роптать. Медицинские манипуляции, кровь и изучение живых существ у большинства девушек вполне были способны вызвать визг или обморок.
И если Травознание было более теоретическим предметом, мы травки перебирали и расфасовывали по мешочкам с вышитыми на них иероглифами, то Магическая медицина была практической.
М… мне бы вспомнить, что у нас Магическую медицину преподает мужчина!
А так, мыши, которых разрезали и которые еще шевелились, и которых нужно было вылечить магически на виконтесс и баронесс произвели незабываемое впечатление.
Одним словом, пока мужская половина нашего курса тренировалась применять лечебные заклинания, женская половина, почти в полном составе, провалялась в обмороке по причине "мышиных зомби".
То, что пара некромантов с нашего курса попыталась заверить своих сокурсниц, что никакие это не зомби, а нормальные мыши, на девушек впечатление не произвело.
Причина, по которой у нас было такое расписание, была проста, как дважды два четыре.
Не все преподаватели Академии уже пришли в себя после драконьей лихорадки. Эсси и ее мужа я лечила в нашем лазарете одними из первых. Соответственно, и пришли в себя они одними из первых среди учителей и профессуры.
К концу дня я уже готова была упасть в обморок. Заползти в кровать и отсыпаться. Но день, как оказалось, еще не закончился. Ко мне со спины подошел Сиерлен, обнял за плечи и тихо, но обреченно произнес: "Каэри, Маэльтар прав, извини!"
В чем Маэльтар прав, я выяснить не успела, так как меня почти мгновенно накрыла волна боли.
