Текст книги "Возрождение Тёмной"

Автор книги: Юлия Фим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Полагаюсь на вас в этом вопросе. Что насчет Персиков бессмертия?

– Не растут, государь, – советник Син Су, отвечающий за лагеря темных, опасливо поежился, отвечая на вопрос.

«Как первый порыв летнего ветерка, почти неслышный для человека, но означающий, что надвигается буря», – подумал Шэнь. Император чувствовал, что его срок на исходе. И он напуган.

Однако император не стал заострять внимания на Персиках бессмертия. Он не хотел показывать собственную слабость.

– Чжао Шэнь? Он тут?

Император оглядел зал в поисках сына. Чжао Шэнь – единственный принц, не имевший поддержки в совете. Единственный сын, которого можно было приблизить к себе, привлечь на свою сторону.

Чжао Шэнь сделал шаг вперед, и император уставился на распущенные волосы.

– Неужели в своем слабоумии ты позабыл дворцовые порядки?

– Почему бы не отправить его отдыхать? – покровительственно улыбнулся Чжао Сюй.

– Наследный принц, я тронут вашей братской заботой! – Чжао Шэнь заговорил, незамедлительно привлекая к себе внимание всех присутствующих. – Я недостаточно полезен и недостоин быть здесь! Дорогой государь-отец, все эти годы, пока мои братья преданно служили вам, я вел праздную жизнь. Мне неудобно болтать глупости перед вами.

– Вздор, – раздраженно ответил император. – Я уделял тебе недостаточно внимания. Я слышал, ты обшиваешь фракцию Светлых?

– Все эти великолепные узоры выполнены руками вашего сына, – склонился Чжао Шэнь, охватывая руками всех присутствующих в зале.

– Государь, – слово взял Ли Ихуан. – У шестого принца мозг обычного человека. Как светлый, познающий ци, может тратить время на такой глупый досуг!

– Разве шитье не похоже на медитацию? – вступила Чжао Сюин, выходя в центр залы.

– Что ты хочешь сказать? – обратился к ней император.

– Все мы знаем, что брат был очень талантливым. Он достиг благородного ранга уже в десять лет и, если бы не повредился в уме, возможно, был бы сильнейшим среди Светлых сейчас! Уже более десяти лет его ранг не повышался. Но, может, шитье помогало ему совершенствоваться? Нам стоит проверить это в честном бою.

Шэнь тут же учтиво поклонился.

– Я слаб, но я буду рад развлечь вас, если хотите.

Сюин хотела вывести его на чистую воду, но она не знала, что Шэнь хотел того же самого.

– Юхэ, – император обратился к сыну. – Организуй все.

– Слушаюсь, государь-отец. Я перенесу нас на тренировочную арену, используя технику Мгновенного перемещения.

Юхэ сделал несколько пасов руками, после чего все вокруг них закружилось. Спустя несколько мгновений они оказались у главной тренировочной арены фракции. Она представляла собой возвышение в виде круга. Победить можно было двумя способами: сразить соперника, чтобы он умолял о пощаде, или выкинуть его за круг.

После перемещения император сидел на троне, возвышаясь над ареной, Светлые расположились вокруг арены, а Чжао Шэнь стоял на ней в одиночестве. Тогда Юхэ повернулся к Сюю.

– Наследный принц будет рад продемонстрировать свои силы?

– При всем уважении, – Чжао Сюй повернулся к отцу. – Я мастер заклинания Сила Десяти Тысяч Клинков. Это будет короткая битва, отец.

Чжао Юхэ тоже обратился к отцу.

– Мы должны увидеть своими глазами, что шестой принц в здравом уме и может быть частью Совета.

Император нетерпеливо кивнул наследному принцу, и тогда тот поднялся на ринг. Принцы поклонились друг другу. Шэнь услышал шепоток Светлых, которых становилось все больше, привлеченных зрелищем.

– Куда ему сражаться против принца? Ранг первого принца высок!

Сюй самодовольно улыбнулся и покровительственно посмотрел на брата.

– Моя сила беспощадна. Ты можешь сдаться и будешь в порядке.

– Брат, тогда не щади меня, – улыбнулся Шэнь.

Сюй достал из воздуха меч, непростой, по нему били молнии, и виртуозно крутанул тот в руке.

– У младшего брата нет шансов, старший медитирует все свободное время, – толпа продолжала болтать.

– Ты посмотри на эти молнии! Это сильнейшая изученная техника. Немногие наставники победят наследного принца.

Сюй ринулся в сторону Шэня, однако тот легко увернулся, оттолкнувшись ногой и взлетев в воздух. Он приземлился с другой стороны, сплел из воздуха огненный щит и отразил следующий удар.

– Отразить удар Гнева Небесного? Техника Истинных!

Сюй был тоже в недоумении, так как думал закончить эту битву одним ударом, однако Шэнь стоял напротив и даже не выглядел напряженным. Напротив, на его лице блистала все та же дружелюбная улыбка, что и всегда. Это разозлило Сюя, и он решил закончить все одним ударом, даже если Шэнь пострадает.

В сторону Шэня понеслись мечи со всех сторон, он тут же сплел из воздуха Огненную плеть, и в считанные секунды отбил большинство из них. Некоторые достигли цели, но не поранили его. Шэнь совсем не хотел заострять на этом внимание своих братьев.

– О нет, – горестно воскликнул он. – Ты изрезал мое платье!

Шэнь поднял руки вверх, прося остановить бой.

– Я не могу продолжать бой в таком виде, мне нужно переодеться, – Шэнь уныло вздохнул.

– Брат, не будь посмешищем, – фыркнул Сюй в негодовании, желая продолжить бой.

Император встал со своего места, и все мгновенно умолкли.

– Какой у тебя ранг, Шэнь?

– Благородный четвертый.

– Ты достиг познания Истинного седьмого, – произнес император и повернулся к Советникам. – Я прав?

Советник Ян кивнул.

– Это именно так. Его Огненная плеть отразила десяток мечей Гнева небесного. Это седьмой ранг.

– Верни нас в здание Совета, – повернулся император к Юхэ.

Спустя несколько секунд все уже находились опять в Совете.

– Разве мы не должны довести битву до конца? – с негодованием обратился Сюй к отцу.

– Ты хочешь унизить слабого? Какое благородство в ранении слабых? – голос императора прогрохотал на всю залу. – В империи Чжао есть мудрецы, есть талантливые войны. Все мы советуемся, как сохранить мир и процветание империи! Здесь не место для лести союзникам, – он посмотрел в сторону Ли Ихуана, после чего направил взор на наследного принца, – и не место унижения слабых. За глупые речи с этого дня будут казнить.

Сила императора, Истинного девятого, заполнила собой Здание Совета. Все не могли пошевелиться, чувствуя себя придавленными величием государя.

– Дорогой сын, – император посмотрел на Шэня. – Я не уделял тебе достаточно внимания. Будь теперь полноценным мужем государства.

– Ваш сын и подданный понял, – Чжао Шэнь поклонился. – Ваше повеление всегда благословение. Благодарю, государь-отец.

– Ты сильно продвинулся в своих навыках. За такое полагается награда. Скажи, есть ли пожелание?

– Отец, есть заключенный, Рю Чэн, в императорской тюрьме, вы не отдадите его мне? Он уже искупил свое преступление.

Император нахмурился, но не перебил Шэня, тогда он продолжил.

– Рю Чэн искусен в изготовлении серебряной нити. Будет жаль, если он останется в заключении.

В зале раздались смешки, а некоторые советники и вовсе закатили глаза, с недоумением разглядывая шестого принца. Красивый, и даже талантливый, а толку? Слабоумие явно сильнее его.

Для Шэня же эти смешки заменяли звон победных колоколов. Его окружали глупцы, которые не видели дальше собственного носа.

– Хорошо, – кивнул отец после паузы. – Ты не желаешь награды для себя. Ты благороден. Теперь ты повышен в должности и должен ознакомиться с делами совета.

Шэнь благодарно поклонился.

– Я хочу продемонстрировать вам свое усердие, государь-отец. Я услышал, что в семье Лю была вспышка силы. Я готов проверить, государь-отец.

– Их проверяли несколько раз, – возразил советник Ян. – На территории их имения находится живительный колодец. Иногда он вызывает колебания в силе.

– Разве не наша задача проверить их? – обратился к нему Шэнь. – Не упускать из виду?

Император удовлетворенно кивнул. Миссия была несложная и подходила, чтобы быть первой для шестого принца.

– Хорошо, ты можешь отправиться и проверить семейство Лю. Юхэ, ты отправишься с ним.

Когда они покинули здание совета, Юхэ подошел к Шэню.

– Приходи завтра ко мне, я перенесу нас в город.

Шэнь кивнул. Вот так легко он заполучил приглашение во дворец Чжао Юхэ, одного из немногих, кто не пользовался вышивкой Чжао Шэня.

«Еще бы, ты ведь не думаешь, что я тебе угроза» – подумал Шэнь и склонил голову, улыбаясь.

Чжао Юхэ – единственный сын третьей жены императора, Светлой. Он старше Шэня на десять лет, и, когда они были детьми, пытался издеваться над Шэнем. Причиной тому была зависть, ведь мать Чжао Шэня, будучи обычной женщиной и всего лишь наложницей, была любимицей императора. А Шэнь и его старший брат Чжэнь были любимыми сыновьями. И если Чжэнь, четвертый принц, был не по зубам Юхэ, то маленькому Шэню доставалось изрядно. До какого-то момента: умный и талантливый принц Шэнь довольно скоро обрел силу и начал обходить пакостные уловки Юхэ. И тогда тот внезапно прекратил их. Шэнь думал, что победил…

Но вскоре мать Шэня и Чжэня обвинили в измене империи Чжао. Сыновья умоляли императора пощадить их мать, уверяли, что это неправда, однако он был категоричен.

Куанъинь тогда повернулся к маленькому Шэню и сказал: «Иногда благополучие империи стоит выше любви. Только истинный император может это понять». И на глазах Совета он лично убил мать Шэня, а потом и его брата.

Шэнь засмеялся, наблюдая за этим. И за одну секунду «сошел с ума».

По крайней мере, такой была официальная версия.

Шэня оставили жить во дворце, где были убиты его мать и брат, а в слуги оставили ему только такого же мальчишку, Хэлюя. И с тех пор Шэнь посвятил себя одной цели: стать самым влиятельным человеком империи Чжао.

Словно паук, он начал плести паутину, приобретал союзников в неожиданных местах и готовился к дню, когда сможет открыто противостоять братьям, сестрам и их союзникам.

И теперь для завершения первой стадии плана оставалось лишь несколько штрихов. Заручиться доверием некоей темной. Например, явиться в ее дом с Проверкой и «не найти ее».

– Забери Рю Чэна из тюрьмы, скажи, что к утру должен быть готов наряд, украшенный серебряной нитью. Наряд должен вызывать восхищение.

– Он справится?

– В этом его сила, – кивнул Шэнь.

– А что дальше?

– Дальше ты пронесешь наряд во дворец Юхэ и оставишь среди грязного белья.

– Я понял, господин.

Хэлюй поспешил в сторону тюрьмы, ощущая напряжение от важности миссии, в то время как Чжао Шэнь отправился в свой дворец, насвистывая веселую мелодию. Еще один день притворства дурачком приблизил его к окончательной цели.

* * *

– Истинный седьмой Чжао Шэнь, – Хэлюй зашел в дом семейства Лю и посмотрел на господина, застывшего посреди комнаты и рассматривающего стену. – Во дворе никого.

– Хорошо. Здесь тоже.

Они вдвоем вышли из дома и направились прочь из имения Лю. У самого выхода их ждали трясущиеся господин и госпожа Лю. Они внимательно вглядывались в лицо Чжао Шэня, пытаясь угадать его мысли.

– Это все колодец с водицей, – проблеял господин Лю. – У нас нет темных!

– Похоже, это и правда так, – Чжао Шэнь склонил голову. – Что ж, мы должны были проверить…

– Да-да, конечно, Истинный седьмой Чжао Шэнь, мы все понимаем, – закивал господин Лю.

Наконец обмен любезностями был окончен, и Чжао Шэнь с Хэлюем смогли покинуть семейство Лю. Тогда Хэлюй в нетерпении повернулся к господину.

– Она была там?

Шэнь кивнул.

– Впечатляющая энергия чистого хаоса.

– Думаете, она особенная?

Чжао Шэнь пожал плечами.

– Она была напугана как обычная темная. Рано что-то говорить.

Однако Шэнь почувствовал, как внутренняя энергия темной неистово кипит. Ее сила искала цель сквозь внешний хаос, и это делало эту темную особенной: начинающие Светлые с такой же энергией неизменно добивались больших успехов. Волнующе было представить, на что она способна, если возьмет силу под контроль.

– Ее хаос ведет к цели, – поставил заключительную точку в их разговоре Шэнь.

– Разве не то же самое говорил о вас учитель Ян?

Шэнь наклонил голову.

– И правда.

На его губах заиграла легкая улыбка. Время Куанъиня истекло. Последняя песчинка упала – и часы перевернулись. Согласно полученному Шэнем пророчеству – начиналось его время.

* * *

Дом семьи Лю горел. Чжао Шэнь и Хэлюй стояли на крыше соседских домов. Шэнь в задумчивости ел сладкие яблоки на палочке, и Хэлюй не мог понять, о чем он думал.

– Должны ли мы вмешаться? – с беспокойством спросил он.

Шэнь посмотрел на Хэлюя, а затем вернул взгляд на полыхающее поместье.

– Пророчество обещало, что темная из семьи Лю поможет занять мне трон. Если я должен постоянно ее спасать, то какой толк от этого пророчества.

– Что, если Чжао Юхэ убьет ее? Убьет вашу маленькую темную?

– Моя маленькая темная не умрет, – произнес он, выделяя то же слова, что и его слуга. – Иначе это уже будет не моя темная, не так ли?

Откинув палочку от яблок, Шэнь добавил.

– Если пророчество не сбудется, мы используем другой способ.

– Какой?

– Мозги, Хэлюй, – усмехнулся Шэнь и легонько щелкнул слугу по лбу.

* * *

Несмотря на приглушенную меткой силу, Шэнь мгновенно узнал свою маленькую темную. Он впервые видел ее вживую и с любопытством рассматривал. Она казалась очень худой, волосы свисали до пояса спутанными густыми прядями, взгляд раскосых глаз опущен вниз, словно она пыталась скрыть свой ум.

Скрывать свой ум, чтобы не умереть. Как ему это было знакомо.

Шэню не обязательно было находиться при отборе темных, но, несмотря на собственные слова, что все должно идти своим чередом, он не мог избавиться от мысли, что близок к своей цели. И если эту темную не выберут? А ведь согласно пророчеству, она должна была поехать с ним к пещере.

Однако пророчество сбывалось без его участия: темная вызвалась сама.

Как только она была выбрана, Шэнь перестал следить за отбором и отправился прочь из трудового лагеря в установленный специально для него шатер.

– Вы просто хотели вытащить ее, – усмехнулся Хэлюй, когда они оказались в шатре.

Шэнь изобразил тяжелый и горестный вздох, а затем повернулся к Хэлюю.

– Скажи, когда я тебя в последний раз наказывал?

– Две полные луны назад, – охотно отозвался Хэлюй.

– За что?

– Потому что я смеюсь над вами и делаю вид, что знаю вас лучше, чем вы сами.

– И? – Шэнь приподнял бровь.

– Что и?

– Ты извлек урок с прошлого раза?

– Я извлек. Вы хотите, чтобы я продолжал себя так вести, но только не тогда, когда я действительно прав.

Чжао Шэнь посмотрел на своего наглого слуга.

– И как ты думаешь сейчас?

– Думаю, сейчас я прав. Изволите наказать меня?

– Ты слишком наглый, – пробормотал Шэнь, утыкаясь в книгу.

* * *

– Поразительно, – пробормотал Шэнь.

– Что именно?

– Она планировала побег еще в лагере. Иначе бы у нее не было с собой инструментов.

– Господин, она все еще планирует побег. Должны ли мы что-то с этим сделать?

– Да. И ее побег нам очень кстати. Держи меня в курсе ее действий.

Оставался всего один последний штрих, чтобы заручиться ее добрым отношением.

– Тебя впечатляет ее сила? – вновь обратился Шэнь к слуге.

– Разве у нее есть? – Хэлюй с сомнением покачал головой. – Она обычная темная. Копошится в грязи и всегда проигрывает. В этот раз тоже проиграет.

– Потому что мы целенаправленно мешаем ей, Хэлюй, – Шэнь нагнулся и сорвал травинку. – Мы побеждаем, потому что она пока не поняла, что есть третья сила, заинтересованная в ней и намеренно ставящая ей палки в колеса.

– И что будет, когда она узнает?

– Она не узнает, – хмыкнул Шэнь. – Развязка первого акта близка. И об этом позабочусь я, Чжао Шэнь.

Шэнь сиятельно улыбнулся своему слуге той самой улыбкой, от которой у всех замирали сердца.

– Господин… Порой вы такой невыносимый.

Шэнь мягко рассмеялся смущению слуги.

– Она напоминает мне кого-то, – Шэнь задумчиво жевал травинку. – Хитрая, скрытная и очень упорная. Стремится к свободе вопреки всему. Она напоминает мне…

– Напоминает вас! – фыркнул Хэлюй. – Когда убили ваших мать и брата, я и сам поверил, что вы тронулись умом. Так быстро сообразить, что чтобы выжить, нужно быть умалишенным?! Я мог только плакать.

Чжао Шэнь цокнул языком, притворяясь недовольным таким сравнением. Однако страсть, с которой темная стремилась к свободе, действительно напоминала ему его стремление к власти. Власть станет его свободой. Когда он ее заполучит, то накажет всех, кто участвовал в убийстве его семьи.

– Господин, там что-то происходит, – Хэлюй позвал Шэня. – Вашу темную сейчас сдадут.

Шэнь ударил коня в боки и приблизился к повозке, бросая холодный взгляд на солдат.

– Я разберусь сам.

Темный посмотрел на Шэня с надеждой. Он явно надеялся, что, если сдать подобную себе, это может помочь ему избежать незавидной участи. И Шэнь понимал, откуда это идет: в лагерях поощряли доносы. Однако этому темному не повезло.

Шэнь приблизился, заинтересованно разглядывая темного и одновременно используя Удушающий кулак. Темный захрипел, хватаясь за горло. Пока тот корчился, Шэнь посмотрел на других пленных в повозке, давая понять, что любая попытка привлечь внимание солдат станет последней. Во взгляде темной, Лю Чживэй, не было благодарности, одна лишь настороженность.

И он впервые назвал ее по имени в голове. Похоже, он действительно начал рассчитывать на ее помощь.

Спустя несколько часов после этого инцидента Шэнь подозвал к себе Хэлюя.

– Когда мы прибудем на место, они попытаются бежать. Слушай меня теперь внимательно: я пойду их остановить, но отпущу. Тем временем ты должен сообщить солдатам о побеге. Понял?

– Да, господин.

– Когда их вернут на поляну к пещере, беги. Уходи незамеченным. Мне нужно, чтобы ты был в безопасности.

– А как же вы?

– Мне нужно будет остаться.

– Вы и правда думаете, что она сможет попасть в пещеру?

– Иначе не может быть.

– 10 000 лет никто не мог туда попасть. Почему она?

– Однажды узнаем, – пожал плечами Шэнь. – Сейчас важно только то, что она мне нужна.

Глава VII
Из пути в сто ли половиной считай девяносто

Чживэй не нужно было повторять дважды; что бы там ни было в голове у этого Светлого – не ее проблема, поэтому она схватила Джию за руку, и они бросились бежать в глубь леса, как можно дальше от повозок.

За их спинами раздался пронзительный крик – темные сбежали!

Ох, им нужно было быстро прятаться, ибо не было сомнения, что Светлые настигнут их. Чживэй схватила Джию за голову, намереваясь пригнуть подругу к земле, но внезапно дыхание у нее перехватило, словно она упала с высоты на спину. Все тело сдавило, и она больше не могла пошевелиться, связанная невидимыми веревками.

Какое-то время ничего не происходило, а затем прямо перед ней возник Чжао Юхэ. Сердце забилось быстрее, паника подступила к горлу. Кто угодно, но не Чжао Юхэ! Она еще не готова ему противостоять. Она не готова кому угодно противостоять, но ему в особенности.

Чжао Юхэ оглядел девушек с легким раздражением. Они были для него досадной неприятностью, как, например, остывший чай.

– К Черной пещере их, – произнес он, кивнув подоспевшим солдатам. Их виноватые лица раздражали его не меньше глупой дерзости темных.

Солдат подошел к Чживэй и грубо подтолкнул ее рукоятью меча. Контроль над телом не вернулся, однако она легко сдвинулась с места, словно была управляемым воздушным змеем. Она даже не могла разжать кулаки и почувствовала, как ножовка, которую она сжимала, глубоко вошла в ладонь.

Чживэй с Джией кинули на землю между пещерой и Светлыми, вынуждая встать на колени. Остальных темных из их повозки тоже притащили и поставили рядом с ними.

Вход в пещеру был странный: просто каменный свод, который вел куда-то под землю. Казалось, в него можно просто зайти, но Чживэй уже видела, что нет.

– Поймали, – недовольно посмотрел на солдат Светлый, чья одежда была украшена не так дорого в сравнении с другими.

– Благородный четвертый Чжэн Юандао, мы приносим свои извинения. Непонятно, как им удалось…

– И кто из них организовал этот маленький побег? – перебил оправдания солдата высокий Светлый с белыми как снег волосами.

– Она, – Благородный четвертый Чжэн Юандао кивнул на Чживэй. Беловолосый без интереса скользнул по ней взглядом.

– В пещеру ее.

Чживэй ощутила острое чувство дежавю. История повторялась. Однако умолять она больше не собиралась, жизнь темных здесь ценилась меньше жизни тараканов. Да и просить можно только с позиции силы, это она уже усвоила.

– Нет, пожалуйста, не обижайте ее! Не обижайте Чживэй! – закричала Джия, резко поднимаясь с колен и бросаясь к ближайшим Светлым. Ее оттолкнули, она упала на землю. – Она не такая, как мы! Она умная!

Чживэй от досады скривила рот, разозлившись на глупенькую Джию. Слова не помогут, милосердие незнакомо этим людям. Она уже проверила на своей шкуре. И теперь на примере Джии она увидела себя со стороны: грязная темная плачет, стоя на коленях, умоляя о сострадании, которое не свойственно этим «светлым» тварям.

«Зрелище и правда жалкое», – отстраненно подумала Чживэй. И такая откровенная беспомощная никчемность не вызывала сочувствия, лишь отвращение.

Чжао Юхэ вдруг рассмеялся так, словно услышал хорошую шутку.

– Стойте, – отдал он приказ, никак не переставая смеяться. – Подождите.

Наконец-то в глазах Чжао Юхэ появились какие-то эмоции помимо равнодушия. Даже это злорадное удовольствие, с которым он смотрел на Чживэй, приносило ей больше удовлетворения, чем безразличие. Теперь он, наконец-то, заметил ее. Хотел он этого или нет, но теперь он повысил ее значение в своих глазах.

– Какая приятная встреча, – протянул Чжао Юхэ.

– В чем дело? – стараясь скрыть досаду от принца, осведомился самый высокий Светлый.

Беловолосые, голубоглазые посланники добра – такими они себя мнили? Сейчас же они были раздражены задержкой, хотя некоторые и с любопытством наблюдали за этой сценкой.

– Эта темная из дома Лю.

– Которую выращивали дома? – с удивлением вступил в разговор еще один из Светлых, разглядывая при этом Чживэй.

– Да, она, – ответил Чжао Юхэ.

– Это объясняет побег, – хмыкнул Беловолосый. – Темным нельзя давать ощутить вкус свободы, они начинают воображать себя людьми, равными нам.

– У меня есть предложение, – глаза Чжао Юхэ заблестели от удовольствия. – Начнем-ка, пожалуй, с этой девчонки.

Он кивнул в сторону Джии.

– Нет, – твердо возразила Чживэй, посмотрев с ненавистью на Чжао Юхэ.

– Хочешь быть первой?

– Да. Я буду первой.

Она попыталась подняться, но солдаты в ожидания приказа толкнули ее обратно на колени, выкручивая руки.

– Если пощадите Чживэй, я пойду, – Джия вступилась сквозь плачь.

Чжао Юхэ кивнул, и солдаты, державшие Джию, подняли ее с земли. Она начала кричать и брыкаться, отбиваясь от них.

– Пообещайте сначала! Пообещайте!

Никто ничего ей не обещал.

Чживэй отвернулась, не готовая наблюдать еще одну смерть.

Чжао Юхэ дал знак солдатам. Лицо Чживэй сжала рука, насильно поворачивая голову к пещере. Чживэй начала сопротивляться. Рука соскользнула с лица: палец солдата попал ей в рот, и она укусила его так сильно, что прокусила кожу до самой кости.

– Дрянь! – воскликнул солдат, ударяя ее рукояткой меча по голове.

На секунды Чживэй потеряла ориентацию, в голове загудело.

– Не трогай. Пусть будет в сознании, – холодно прервал его Чжао Юхэ.

– Очень отчаянная темная, – произнес Благородный четвертый, рассматривая ее как диковинку.

Лицо Чживэй вновь перехватили и повернули в сторону пещеры. И Чживэй приняла решение не закрывать глаз. Она должна запомнить этот момент, чтобы сохранить ярость в своем сердце.

Джию толкнули в пещеру. Секунду ничего не происходило, а затем раздался ужасающий крик, и ее подруга обратилась в живой факел. Всего несколько мгновений, и вот уже остался только пепел, который тут же подхватил ветер. Часть пепла осела на одежде Чжао Юхэ, но он не обратил на это внимания.

– В этот раз не плачешь, – улыбнулся он ей. – Если поцелуешь мой ботинок, я могу сохранить тебе жизнь. Забрать во дворец. Эта участь получше той, что тебя ждет.

Чживэй вскинула голову, но в голове билась лишь одна мысль.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

– Ннавжу, – ей удалось прошипеть, несмотря на пальцы, сжимающие челюсть.

Чжао Юхэ не обратил внимания на ее слова. Даже такая чистая ненависть не могла напугать его. Особенно из уст той, которой осталось жить буквально несколько мгновений. Хотя мысль превратить ее ненависть в преданное раболепие показалась ему соблазнительной. Он посмотрел на Лю Чживэй.

– Будешь умолять пощадить тебя? Или других? – насмехаясь, спросил Чжао Юхэ.

Однако внезапно для него огонь ушел из ее глаз, она безвольно обмякла в руках солдат, только подняла на него безучастный взгляд. Какое-то время он еще подождал реакции, надеясь увидеть ярость, но ее не было. Тогда ему наскучило, и он кивнул солдатам, чтобы те отпустили ее.

– Иди в пещеру.

Лю Чживэй покорно поднялась на ноги и поплелась в сторону пещеры.

– Привязанность – самая большая слабость, – хмыкнул Чжао Юхэ. – Убей парочку близких людей, и все! Человек ломается и теряет волю.

Чжао Юхэ посмотрел в сторону Чжао Шэня, который расположился позади всех Светлых и не участвовал в этой сцене. Жалкий Шэнь был первым, кто научил его этому. Чжао Юхэ все еще помнил, как проткнул мечом его брата, оттолкнул безвольное тело ногой и замахнулся, собираясь пронзить тем же кровавым мечом и самого Шэня, но тот повредился рассудком. Тогда Юхэ и понял: не обязательно убивать врагов, достаточно сломать их.

Чживэй же послушно плелась к пещере. На нее больше не обращали внимания, только один из Светлых лениво создал огненный шар, чтобы держать ее в страхе. Ее это даже развеселило. Смешно. Они отправляют ее на смерть и угрожают смертью?

Им придется придумать что-то пострашнее, положить что-то повесомее на другую чашу весов. Вот только у них больше ничего не осталось против нее. Вообще ничего.

Даже страха к ним она больше не испытывала. Все эти Светлые были бесконечно жалкие. Птицы, которые стали настолько гордыми, что перестали отличать червей от змей.

Кровь капала с ее ладони, но едва ли кто-то обратил внимание, как она пальцами вытащила из своей плоти ножовку и перехватила ее поудобнее.

Едва она поравнялась с Чжао Юхэ, как взмахнула рукой. У него расширились зрачки от удивления, словно он не сразу понял, что случилось.

Теплая кровь полилась ей на руку, и в следующее мгновение Чжао Юхэ исчез. Появился почти сразу в несколько метрах, держась рукой за горло, которое она перерезала ему ножовкой.

Чживэй ухмыльнулась ему в лицо. Получай, птица, не разглядевшая змею.

Чживэй понимала, что больше ничего не успеет сделать, поэтому она развернулась и побежала в сторону пещеры. Лучше она умрет на собственных условиях, чем от огненного шара Светлого или любых пыток, что они ей приготовят.

Чживэй нырнула туда рыбкой, чувствуя, как огонь опаляет ей пятки. Однако она лишь рассмеялась. Пьянящее чувство их беспомощной ярости принесло ей удовольствие. Приземлившись на землю, она содрала колени и локти в кровь, но не стала смотреть, просто закрыла глаза.

Сейчас она сгорит, и наступит темнота.

Минута, другая – ничего не произошло. Тогда Чживэй поднялась на ноги и недоуменно осмотрела себя. Она не сгорела?

Внезапно наступившая тишина давила на уши. Может ли быть, что она умерла и превратилась в кого-то вроде призрака?

Чживэй обернулась на Светлых. Они застыли снаружи, ошеломленно разглядывая ее. Похоже, они тоже не ожидали подобного исхода.

Может быть, есть все-таки какой-то Темный Всевышний? Почувствовав силу ее ненависти к Светлым, он даровал ей жизнь?

И Чживэй вдруг поняла, что ей делать. Она резво развернулась и побежала вглубь пещеры, не дожидаясь, пока Светлые отойдут от первого шока.

– Стой! – услышала она злой крик. – Тащите сюда живо еще темных!

– Удержи ее силой! – крикнул второй Светлый. – Заслон снят!

– Если такой смелы…

Дальше Чживэй свернула, и голоса их пропали. Ей нужно было найти убежище, пока Светлые не зашли. А в том, что они зайдут, она не сомневалась.

Бежать было больно. Пол был устлан мелкими острыми камешками, порой впивавшимися в ногу с такой силой, что Чживэй присаживалась на землю и быстро-быстро растирала подошву ноги.

Довольно скоро Чживэй оказалась в подземной центральной зале. Зала была огромной, с высокими сводами, но абсолютно пустая, если не считать гигантских цепей, толщиной с талию Чживэй. Цепи свисали со сводов, тянулись от стен, однако никого не удерживали, просто валяясь на земле.

Похоже, когда-то здесь удерживали что-то очень большое.

Чживэй не стала тратить время на размышления, огляделась в поисках убежища. Зала была завершением пещеры и никуда не вела. Тогда ей на глаза попалась расщелина. Очень заметная, но, возможно, у нее получится в ней спрятаться?

Недолго думая, Чживэй протиснулась в щель: стены пещеры были на удивления горячие. Да и сама пещера была наполнена силой, даже сквозь метку Чживэй ощущала волнения энергий.

– Невероятно! – раздался изумленный голос.

Светлые все-таки зашли внутрь, как и думала Чживэй.

– Благородный шестой Ян Вэйшэн, ради вашей безопасности я все же настаиваю на том, чтобы мы вызвали подмогу.

– Не глупи. – резко ответил он. – Это займет несколько дней. Если Чудовище выберется наружу, то потекут реки крови.

Светлые замолчали, но тише не стало. Они шли непривычно шумно: шорохи, топот ног.

– Последний дар Легендарного темного прародителя… предателя!.. отделяет наш мир от полной свободы от темных отродий, – заговорил Ян Вэйшэн.

– Тысячелетия было тихо. Почему именно она сняла охранный заслон?

– Неважно, – оборвал Ян Вэйшэн. – Избранная? Просто совпадение? Все одно: ее ждет смерть.

Светлые зашли в центральную залу, и Чживэй, наконец, поняла, почему было так шумно. Из своего убежища она увидела, что Светлые привели с собой всех темных и солдат. Целая рота вошла в пещеру, один за другим!

Темные, конечно же, шли первыми, следом солдаты, а замыкали процессию уже Светлые.

– Будьте готовы, – отрезал беловолосый. – И не бойтесь. Наша сила дарована Небесным императором. А здесь лишь мерзкая тварь.

– Которая утопит в крови наши земли, – с неуместным смешком произнес Чжао Шэнь. – Это предсказание темных. Они хороши в предсказаниях.

– Будущее не так однозначно, – ответил Ян Вэйшэн.

С этим Чживэй была согласна. Что, если она смогла «открыть» эту пещеру, потому что не из этого мира?

– Где девчонка?

– Неважно. Сосредоточьтесь.

– Посмотри на эти цепи… Должно быть, Чудище громадное…

– Но его здесь нет.

– Умер? Даже очень сильное существо не может прожить тысячи лет без еды.

– Чудовище, рожденное силой самого Великого Темного, не умерло бы.

Пока они разговаривали, Чживэй думала, как бы ей проскочить мимо них, чтобы сбежать из пещеры. Словно в ответ на ее мысли, проход внезапно начал к ней приближаться. Какая-то особая сила этого места?

Следом раздался приглушенный рокот грома, вынудив всех прекратить разговор. К счастью, звук исходил не со стороны Чживэй, что стало отличным отвлекающим маневром. Заприметив камень, за который она могла бы спрятаться, Чживэй выскользнула из расщелины и попыталась перебежать в сторону камня.