Текст книги "Попаданка в шоке! Ученица лже-дедули (СИ)"

Автор книги: Юлия Бум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

26 ГЛАВА

Итак, самое безобидное – пожалуй, это порча наряда, слухи, насмешки. И то, смотря какие слухи и насколько сильной была порча. Вылить «случайно» напиток на платье – это фигня. А вот умудриться обрызгать лицо и причёску, причём плюнув, якобы слишком горячо, – уже перебор. Причём плевала не она, а её подружка, а потом она ещё и служанку наказывала. Банально, но не менее мерзко и обидно. Наступить на платье и порвать его, или сделать вид, что падает, и порвать верх – благо там был другой слой, и она порвала только сеточку, а то бы сверкала Каена своим бельём при всех. Подсыпать слабительное? Пф, тоже было. Дальше пошли уже парни. Перед ними она позорила не стесняясь, а как ворковала… В итоге, если не брать в расчёт три разорванных помолвки, то увела она гораздо больше.

Теперь что касается разрыва первой помолвки. Тот самый случай, который я вспомнила на эмоциональном уровне и разговор. Оказалось, эта дрянь подстроила всё очень грамотно. Во-первых, это была игра на задание, и подстроили всё так, что Каена не смогла отказаться. Во-вторых, её явно чем-то напоили. Догадайтесь чем именно, отчего она с трудом удержала себя, чтобы не броситься на того незнакомого демона. А всё потому, что первый жених Каены никак не реагировал на Розарику и её подруг. Похоже, он был самый верный, на чём они и сыграли. В дело вмешался сам демон и ректор. Всё-таки Каена была способной девочкой, и мозги у неё работали. Она была ответственна. Только поэтому он смог замять это дело, но… Розарика и подружки и тут постарались, пустив слушок об этом инциденте. Так что по факту её должны были исключить, но ждать этого она не стала. Да и сталкиваться каждый раз с презрительным взглядом бывшего жениха тоже не могла. Каена ушла сама. Каково ей было тогда? Плохо. Чувство стыда и несправедливости разъедали её изнутри, но доказать ничего нельзя. Она, конечно, не дура, сдавала анализы, чтобы обелить своё имя перед женихом. Но кто она и кто Розарика? Племянница самой королевы. Анализы подменили – это факт. Отсюда ещё большая злоба и обида, но всё ещё она не сдавалась и всячески старалась держаться.

Далее Каена встретила второго жениха. Отношения не афишировала, боялась, зная Розарику. Но когда объявили о помолвке, само собой Розарика узнала, и тут началось. В общем, в ход пошла и причина первой размолвки – слух подняли подруги Розарики, конечно, не без её подачки, а также много других гадостей, в том числе и слабительное на чаепитие… Тварь. Сделать такое. Благо тогда ей помогла Мила. Но опять дело замяли, Каена опозорена. В итоге вот уже и второй жених Каены в кармане у этой стервы. Та – благородная красавица с огромными перспективами, а Каена так… бесперспективная, некультурная, завистливая и невежда.

А третий жених… с ним она познакомилась, когда вплотную стала рассматривать статус рыцаря. Его поразили её умения, он периодически ей помогал, так в итоге и завязалось. Всё бы ничего, но их часто видели вместе, что, конечно, дошло до ушей Розарики. Ошибка в том, что помолвка успела произойти. Пусть пока в тайне и без пышного приёма, но договорённости уже были. Дальше, думаю, вы и сами прекрасно поняли… Эта мегера стала наведываться на тренировочные площадки под предлогом научиться пострелять из лука, в чём жених Каены был одним из лучших. И, конечно же, его попросили заниматься с ней. И как Каена ни предупреждала его, ни просила, – итог: разрыв помолвки, которую даже не успели огласить, куча гадостей в её адрес и лживых обвинений. В общем, перетерпела Каена от этой мрази достаточно. Третий разрыв стал последней каплей. Она проклинала Розарику и не хотела жить, оттого и стала отправляться на самые опасные задания. Она больше не искала любви и справедливости. Раздавленная и брошенная, она искала конец этим мучениям. Хотя удивительно, что даже так она не стала злодейкой, как Розарика, и не опустилась до её уровня. Униженная, но всё так же благородна и честна.

Нана осталась под сильным впечатлением и готова была лично отправиться сию секунду к этой твари, чтобы порвать её на куски. Да-да, ей стало настолько интересно, что она до последнего сидела и читала со мной дневник. Правда, когда дошла до третьей помолвки, её нервы сдали, и она куда-то исчезла. Позже стало понятно куда, ведь вернулась она с очень необходимым напитком и закусками. О да, это было просто необходимо в тот момент.

Я рвала и метала. Сердце плакало, а тело горело в желании отомстить. Мои хранители были со мной солидарны.

«Мне её сжечь?»– предложил Райко.

«Заморозить»,– тут же предложил Волгар.

«Нет, я сделаю из неё старуху!»– кровожадно облизнулась Миневра.

Мне нравились все варианты, но, подумав, я для себя решила, что моя месть должна быть долгоиграющей. Она должна прочувствовать всё на себе. Испытать всё на своей шкуре.

– Боги, как такую мразь выдерживают земли? Каена, я была полной дурой, считая тебя больной. Прости, – уже немного опьяневшая призналась Нана.

– Ты не виновата. Просто моя половинка не трубила о своих проблемах на каждом шагу. Даже родители не знали об этом. Она просто не хотела их тревожить, переживала за них. – Да, родителям она не сказала ничего. Может, это и правильно, а может, и зря.

– Но как же так? Как можно быть такой дрянью и измываться над другими? Потешаться за их счёт и возвышать саму себя? Она же просто ничтожество, которое на деле ничего из себя не представляет без своей тётки.

– У неё есть огромная сила, – напомнила я немного заплетающимся языком.

– Пф… и что? У тебя такой потенциал, что ты её уже сейчас по стенке размажешь.

«Это да. Нана права. Одного из нас хватит, чтобы от неё ничего не осталось»,– заметил Волгар, который всегда был спокоен.

Ох, и разбередил всем нам душу этот дневник.

– Возможно. Но это не выход. Тем более сейчас никак нельзя афишировать мои способности. Рано. Ещё и от проклятия не избавились.

– Грёбаное проклятие! – выругалась в сердцах Нана.

Мы ещё долго сидели, перемывали косточки Розарике, её подругам и «моим» бывшим. В итоге Нана пошла мыться, чтобы привести себя в чувства перед завтрашними тренировками с дедулей, а я решила прогуляться. Если честно, очень захотелось побыть одной. Поплакать что ли? Как-то уж совсем всё печально. Вот так вот сидящую на траве под деревом и шмыгающую носом меня нашёл дедуля.

– Время полночь, а ты ещё не спишь? Завтра опять будешь… – что я там буду, договорить он не успел, так как увидел моё зареванное лицо.

– А… Дедуля… – невесело усмехнулась я.

– Что ты пила, с кем и откуда – спрашивать не стану. И так ясно. А вот что за повод, очень хотелось бы узнать, – мужчина спокойно сел рядом и ждал моего рассказа.

– Повод? Даже не знаю. Не везёт мне с мужиками ни в том мире, ни в этом. Одни козлы да кобели. Только там хотя бы были вокруг друзья, подруги, а тут… эгоистичные твари, жаждущие моего падения и делающие для этого всё. А главная их матка – Розарика. Редкостная тварь, каких ещё поискать.

– Кажется, ты прочла дневник? – то ли спрашивал, то ли утверждал дедуля.

– Увы… Хотите почитать? Мне не жалко. Я вот как раз взяла его с собой. Думаю, что делать: сжечь или оставить. Как улика всё равно не подойдёт, – протянула ему дневник, и он его взял.

– Неужели всё настолько ужасно?

– Даже хуже. Равенхольму «повезёт». Даже не знаю, радоваться или сочувствовать. Хотя пусть забирают. Тут хоть воздух чище станет.

Дедуля хмыкнул, убирая дневник куда-то себе в карман.

– Мужчин в мире много, как и хороших друзей. Разве Нана не пример?

– Не только она, но и ещё некоторые девочки. Но вот мужики… С ними мне точно не везёт. Карма? Да плевать. Я просто не пойму, что такого ей сделала моя половинка, что она так измывалась над ней? Каким же надо быть дерьмом, чтобы творить такое с другими? – к глазам снова подступили слёзы… слёзы и боль моей половинки души. – Простите, эмоции прошлой меня сейчас просто… – зло смахнула непрошеную влагу с глаз и посмотрела на учителя с вызовом. – А знаете что?

– Что? – в его взгляде не было ехидства или насмешки. Скорее сочувствие и что-то ещё.

– Я обязательно выживу и буду не просто жить, а стану счастливой, несмотря ни на что! Назло этой твари и всем тем, кто издевался над Каеной Линрей, кто не верил в неё и бежал, поджав хвост, под чужую юбку. Я буду счастлива. Клянусь.

Слёзы снова потекли из глаз, и в этот раз я уже не могла их остановить.

Сильные руки притянули меня к себе и укутали в тёплых, надёжных объятиях. Только это не успокоило, а наоборот стало как прорыв плотины. Я не одна, меня поддерживают. В такие моменты наоборот отпускаешь напряжение и снимаешь барьеры, позволяя выплеснуть всю соль и боль наружу. Я плакала в объятиях своего учителя, а он просто сидел и гладил меня то по голове, то по спине. Уже позже, когда наконец основной поток солёных слёз был выплакан, он аккуратно поднял моё лицо.

– Каена, ты пообещала, что обязательно выживешь. Запомни это, как и то, что ты будешь счастливой. Так и будет, поверь.

Вроде всё тот же учитель, но что-то в его голосе, взгляде было каким-то странным. Не свойственным учителю его лет. Ох, кажется, я всё-таки слишком много выпила и пора идти спать. Тем более мне полегчало.

– Обязательно, дедушка… Так я и поступлю.

***

Я сидел и читал дневник, когда в комнате появился Альберт. Но моё занятие настолько меня поглотило, вместе с эмоциями, что я даже не заметил его присутствия.

– Почему каждый раз, как я к тебе прихожу, ты занят чем-то очень… эмоциональным? Сейчас и вовсе ощущение, что ты готов спалить всё вокруг, – с шутливой ноткой сказал он, хотя от меня не укрылась и тревога в его голосе. – Опять твоя ученица? Что на этот раз?

– Знаешь, я, конечно, знал, что женщины бывают… ещё теми… Но…

– … А подробнее?

– Поздравляю, к нам направили редкостную тварь. Своих же нам мало, – чуть ли не выплюнул я сквозь зубы.

– О, – только и смог сказать Альберт.

– На, знакомься, – практически швырнул ему дневник Каены.

Альберт тут же положил руку и использовал магическое чтение, как и я только что.

– То есть вот это «сокровище» едет к нам в качестве невесты? – нахмурившись, спросил он меня.

– Я вижу, ты в полном восторге. Хороша невеста? Уже влюблён? Не желаешь прибрать её к себе?

– … М-м, нет, пожалуй, воздержусь от такой награды. Но надо отметить, пакостить она умеет. Быстро сожрать её наши «девочки» точно не смогут.

– Отравятся.

– Не все. Есть и похлеще. Та же Розенталь. Кстати, из них вышел бы отличный тандем, – без радости в голосе заметил племянник. – Подожди… Это дневник твоей подопечной? Каены Линрей?

Что-то в его лице и интонации заставило меня насторожиться.

– Говори.

– Она в списке гостей как личная служанка этой… Розарики.

– ЧТО? То есть семью Каены ещё не спросили, с ней самой не согласовали, а уже отправили список? – вот теперь я был в полном бешенстве.

Уверен, и это дело рук той девчонки. Это не мелкая, это крупная дрянь, которая, как пиявка, вцепляется в свою жертву и не отпустит, пока не высосет всю до конца.

– НЕТ.

– Но, Рэйнар, что я должен на это ответить?

– Плевать. Каена не в том состоянии. А если ещё и эта Розарика будет испытывать её на прочность, то проклятие точно пустит свои корни и закончит начатое!

Успел я только это проговорить, как дверь в кабинет тут же распахнулась, и влетела белая как простыня Нана.

– В чём дело?

– Ваше Величество? Герцог? Где учитель? Каена… Она… – сбивчиво говорила Нана.

Её перепуганное лицо послужило самым мощным мотиватором в сочетании с именем Каены. Мне этого уже было достаточно, чтобы уже через секунду вылететь за дверь и стремглав броситься к нужной комнате.

Только не это. Только не проклятие.

Мои прекрасные и самые лучшие... кажется меня понесло и в одну книгу я точно не укладываюсь... Я долго думала над этим, но вот сейчас точно понимаю, что не получится вместить все в одну. Второй книге быть и похоже она соберет весь накал страстей, а вместе с этим и ... нет, пусть будет сюрпризом)))

27 ГЛАВА

Уснуть я уснула. Но, ей-богу, лучше бы не ложилась. Поначалу мне привиделся снова лучик света – маленькое пятнышко, от которого исходило множество светящихся белых нитей, и все они были направлены ко мне. Этот светлый комок стал приближаться очень быстро, приобретая размытые очертания фигуры, которые быстро становились всё чётче. Постепенно мне стало ясно – это девичья фигура. Каена, моя половинка души.

Вместе с тем, как она становилась ближе ко мне, стали появляться и образы. Поначалу – как в кино, будто я смотрю на экран. С каждой секундой он увеличивался, а потом и вовсе стал огромных размеров и больше походил на зеркало, которое при этом магнитом притягивало меня. Я не стала сопротивляться. Протянула одну руку, следом вторую, и вместо зеркальной холодной преграды мои конечности прошли сквозь водную гладь, а в следующее мгновение я уже была по ту сторону и видела всё собственными глазами. Теперь это уже было не кино, а моя жизнь…

– Розарика лжёт. Лина не делала ничего такого. Это Розарика хотела, чтобы вы все так подумали, – мой голос звучал как у десятилетнего ребёнка, да и напротив стояли дети именно такого возраста.

Вот и сама Розарика. Красноволосая девочка с вздёрнутым носиком и надменным взглядом.

– Что? Каена, о чём ты говоришь? – изобразила она грустное выражение лица вместе с притворно-опечаленным тоном. – Каена, как ты можешь? Я тебя чем-то обидела?

Она продолжает свой спектакль. Вокруг другие девочки начинают шептаться. Кто-то сомневается в Розарике, но всё больше и больше начинают шептаться, что я просто завидую своей подруге, устала быть в её тени, потому решила её оговорить. Как бы я ни старалась, все встали на сторону Розарики, а я с Линой оказались не у дел. Завистливые и лживые.

– Каена, стой! Что это было? – догнала меня Розарика.

– Правда. Лина не виновата ни в чём. Почему я должна её очернять?

– Очернять? Не говори глупостей. Это ради её же блага.

– Блага? Опозорить Лину ради её же блага, а тебя сделать на её фоне лучшей? О каком благе идёт речь? Розарика, я больше не хочу быть твоей подругой и не хочу наговаривать на других.

– Вот значит как. Ты хорошо подумала? – нахмурилась красноволосая девочка.

– Да, и это окончательно.

– Раз ты так, то и я не буду жалеть. А вот ты ещё пожалеешь.

– Не пожалею.

– Это мы ещё посмотрим. И даже если ты приползёшь ко мне, я подумаю, принимать ли тебя обратно. Хотя в качестве ручной собачки, может, ты и сгодишься. – ехидно усмехнулась она.

Отвратительно. И это говорит десятилетний ребёнок? Неужели она настолько гадина? Но уцепиться за это воспоминание надолго не получилось, ведь следом посыпался град более печальных воспоминаний. И чем дальше, тем сильнее они жалили и обжигали.

– Ну что ты, мы раньше были с Каеной лучшими подругами, просто в последнее время у меня не так много времени. Видимо, поэтому она на меня обиделась и больше не хочет меня видеть. Но ты же мне поможешь? Я так хочу с ней помириться… – нежное прикосновение к мужской руке, печальный взгляд, наполненный непролитыми слезами. Губы слегка приоткрыты, грудь вперёд – и вот парень Каены начинает таять.

Это был всего лишь предлог, чтобы сблизиться с ним и насолить мне. Она портила мне настроение, каждый раз с помощью моего парня и своих манипуляций над ним приходя в его компании. С каждым разом они проводили время всё больше и больше. В его глазах Розарика выглядела доброй и преданной подругой, а я… злобной стервой, которой чужды чувства других.

Сколько раз она заставала своих парней в объятиях этой стервы? А сколько раз была унижена? Вот теперь я проживала это вновь, пропуская все эмоции раз за разом, одна хуже другой. А тот случай с незнакомым демоном и первым женихом? Господи, прожить это ещё раз оказалось страшнее и хуже, нежели прочитать и вспомнить отрывок. Чувство гнева и горькой обиды пожирало изнутри, вырываясь наружу и желая спалить эту тварь, обнажить её истинную сущность. Мерзкую, ядовитую, развращённую и переполненную злобой, завистью, эгоизмом.

Магия поддалась навстречу моим эмоциям. На задворках сознания слышались голоса моих хранителей. Напуганные, отчаянные. Но они были слишком далеки, а вот боль была близко. Магия одна за другой вспыхивала во мне, словно пытаясь каждая перетянуть на себя. Время то ускорялось, то замедлялось. Я то плавилась в огне, то замерзала во льду, но и это было ещё не так страшно, ведь когда поток воспоминаний замедлился, между мной и моей половинкой души появилось то, чего я так боялась всё это время, что пребываю в этом мире. Ужасная чёрная, зубастая тварь. Проклятие. Оно вцепилось в нас обеих, желая разорвать и поглотить. Адская боль прошила всё моё существо, и не только мою половину души – теперь я ощущала и боль второй моей половинки, а следовательно, боль удвоилась.

Почему? Я не могу, я не готова вот так сдаться! Только не так и не сейчас! Я не позволю.

***

– Нана, оставайся здесь и жди учителя. Никуда не выходи, чтобы ни случилось, поняла? – скомандовал я.

– Но…

– Нана, послушай Рэйнара. Ты слишком слаба, – благо Альберт взял её на себя, пока я поспешил к Каене. – Понимаю, она спасла тебя, рискуя собой, но, к сожалению, ты не сможешь сейчас ничем помочь. Твоя магия тут бессильна. Да и сама Каена расстроилась бы. Останься здесь и дождись учителя, а мы сделаем всё, чтобы помочь ей.

– … Хорошо… Пожалуйста, спасите её, Ваше Величество.

Чем ближе я был к комнате Каены, тем сильнее ощущал тёмную энергию. Зловещую, зловонную, пробирающую до костей. Но помимо этого ощущалась и другая мощная энергия – самой Каены и её хранителей.

– Рэйнар, тебе не кажется, что это уж слишком для проклятия душ? – заметил Альберт, и я был с ним согласен. Здесь явно было что-то не так. Хотя проклятие души тут точно было, но оно явно было необычным.

Каена лежала на кровати, свернувшись клубочком и тихо стоная. По всему её телу распространилась чёрная сеточка вен, по которым разливалось проклятие. Вокруг кровати распространился тёмный туман, словно кокон, но силы хранителей не давали ему уплотниться и поглотить девушку.

– Что за…? – вздохнул позади племянник, ошарашенный увиденным.

Я был шокирован не меньше его. Руку резко обожгло болью, но я даже не стал обращать на это внимание, ведь сейчас важнее всего была та, что лежала на кровати прямо передо мной.

В голове творился хаос, и только лишь одна мысль оставалась чёткой и всё время лежала на поверхности сознания. Спасти Каену, чего бы мне это ни стоило. Не отдавая отчёт своим действиям, я спешно приблизился к кровати.

– Рэйнар, стой! Что ты творишь?

– Пытаюсь её спасти.

– Как?

– Не знаю, но я точно не позволю ей умереть.

– Ты обезумел? Ты хоть понимаешь, что это проклятие может поглотить и тебя? Тебе жить надоело?

– Да плевать я хотел на такую жизнь! – отчаянно ответил я.

– Если ты лишился истинной, которую ты даже ни разу в своей жизни не видел, это ещё не значит, что жизнь на этом закончилась. Ты же можешь…

– Не могу! – оборвал его я, закатывая рукав на руке, которая сейчас нещадно горела огнём и пульсировала как предупреждение, зов, как сигнал к действию.

Я и Альберт опустили взгляд на эту самую руку. Чуть выше запястья красовался полноценный, целостный рисунок – знак истинной пары, и он сейчас светился золотым светом, поверх которого слабым облаком вился тёмный туман. Тот же, что и вокруг Каены. Да, картина собрана воедино. Эта забавная девушка, что столько раз умудрялась вывести меня из равновесия, она и есть моя истинная.

– Что это? Как… разве твоя метка не была…

– Нет, она не пропала совсем, если ты помнишь, но она была едва различимой. Но с недавнего времени рисунок стал проявляться всё чётче и чётче. Если так подумать, возраст Каены соответствует тому моменту, когда моя метка появилась и угасла.

– Хочешь сказать, что она уже с рождения была отмечена как твоя избранная, но из-за того, что её душа была расколота надвое, твоя метка угасла, но не насовсем? Да как такое вообще возможно? Вы же с ней даже не виделись тогда.

– С ней нет, но с её родителями пересекались на поле боя. Всего лишь раз, но этого хватило…

Я взял Каену за руку, лихорадочно думая, что делать.

– С ума сойти. Раньше я о таком только слышал, но не думал, что такое и впрямь возможно, – племянник взъерошил волосы и с отчаянием посмотрел на меня и девушку. – Но как? Как ты собираешься сейчас ей помочь?.. Если только… Ты хочешь использовать метку? Рэйнар, это чистой воды безумие. Ваша связь толком не установлена. Вы даже ещё не стали парой. Ты же просто отдаёшь свою душу этому проклятию на блюдечке.

Но я его уже не слушал. Держа всё так же её за руку, коснулся своим лбом её лба. Она была то такой горячей, обжигающей, то холодной как лёд.

– Ты дала клятву, что ни за что не сдашься и обязательно выживешь, ты помнишь? Ты пообещала быть счастливой. Даже не смей сдаваться.

– Боги, Рэйнар… – вздохнул Альберт, понимая, что спорить со мной бесполезно.

– Она моя истинная пара. Она моя. Либо она, либо никто, а жить одному… знаешь, так себе удовольствие. Я не могу потерять её второй раз и навсегда.

– Ты же понимаешь, что вы оба можете погибнуть. Исчезнуть навсегда, без возможности перерождения.

– Да. Как и то, что если исчезнет она, то ни в какой другой жизни я тоже не смогу найти своё счастье. Ты ведь знаешь, что значит истинная?

– Лучше бы не знал… Фух… Только попробуй не вернуться и оставить меня на растерзание «прекрасной» подруги твоей пары, – совсем невесело усмехнулся он. – Я могу как-то помочь?

– Нет. Тянуть за собой единственного правителя, да ещё и собственного племянника? Нет уж.

Я уже закрыл глаза, концентрируя всё своё внимание на метке, стараясь ощутить ту слабую, но уже существующую связь. Она была практически неощутима, совсем слабый, едва заметный импульс. Однако, уловив его, отпускать я уже не собирался. Однако прежде чем я успел предпринять что-то ещё, меня окатила волна золотистого света с невероятной силой.

– Демоны… Какие же вы нетерпеливые и отчаянные, особенно в вопросах своей пары, – раздался глубокий, спокойный голос с рычащими нотками, а следом по всей комнате разлился золотистый свет, исходящий от небольшой фигуры… дракона?