Текст книги "Керимов Эмин (вынужденный брак) (СИ)"
Автор книги: Юлия Бонд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава 3
Когда я выхожу на улицу и захлопываю за собой входную дверь на замок, Эмин уже стоит возле машины. Курит. На глазах мужчины тёмные очки, но я всё равно чувствую на себе его пронзительный взгляд.
Накинув на плечо сумку, обычным шагом приближаюсь к машине. И замираю, когда Керимов распахивает передо мной дверцу в авто. Кивнув в знак благодарности, залезаю в салон. Спешу пристегнуться ремнём безопасности.
– Твой мобильный, – говорит Керимов, устроившись на водительском кресле.
Протянув руку, мужчина держит перед собой мой мобильник, но отдавать его не торопится. Пальцами держит крепко!
– Экран треснул – приспускает очки с глаз, на меня смотрит. Его взгляд будоражит!
Я в растерянности. Сказать нечего. Тянусь рукой к мобильному и на мгновение, когда наши пальцы соприкасаются, я чувствую мурашки, бегущие по спине.
– Спасибо, – сухо отвечаю, мобильный прячу в сумку.
– За что?
– Что нашёл мой мобильный.
Эмин ухмыляется. Отвечать не планирует, а просто переключает внимание на дорогу. Запускает двигатель, рукой тянется к коробке передач. Искоса поглядываю за движением сильных рук с витиеватыми венами. Встряхнув головой, прогоняю непрошеные мысли и отворачиваюсь к окну.
Мысленно себя успокаиваю, что ничего такого не происходит. Всему виной та дурацкая таблетка, которую мне подсунули в клубе. Из-за неё у меня немного помутился разум, раз я не могу отвести взгляда от Эмина. Нет, Керимов мне совсем не нравится. Он же взрослый! И опасный, раз работает на моего отца.
Эмин привозит к дому отца. Мотор не глушит.
Развернувшись корпусом в мою сторону, Керимов кладёт левую руку на руль. На меня смотрит пристально.
Смутившись, спешу отстегнуть ремень безопасности.
– Я пойду.
– Иди, – отвечает он, едва заметно улыбаясь.
Кивнув, я выхожу с машины. И на ватных ногах плетусь к коттеджу. Эмин всё ещё стоит на месте, ждёт, когда я окажусь внутри дома. А мне так хочется обернуться и посмотреть… на него. Только зачем – не понимаю. Помнится, когда я в последний раз виделась с Керимовым, а это было полгода назад на зимних каникулах, мужчина не вызывал во мне подобных чувств. Сейчас же я в замешательстве. И ловлю себя на мысли, что не перестаю думать о Керимове со вчерашнего дня, как приехала к отцу.
Оказавшись внутри дома, спиной прижимаюсь к двери. Тяжело дышу, будто только что пробежала марафон. Интересно: Эмин ещё не уехал? Сгорая от любопытства, крадусь к окну. Я только посмотрю на него мельком.
Трусливо выглядываю в окно. Сердце как ошалелое грохочет в груди, потому что Эмин всё ещё не уехал, будто ждёт чего-то.
– Красивая машина, да. Мне тоже нравится, – на моё плечо ложится ладонь и я вздрагиваю.
– Господи, Клава… Нельзя же так пугать людей! – обернувшись, смотрю на тётю Клаву недовольным взглядом.
А Клава улыбается. Подмигивает мне:
– Нравится?
– Нет. Он старый, – фыркаю недовольно.
– Я про машину спрашивала, Ярочка, – смеётся Клава, заставляя мои щёки гореть румянцем. – А ты про Эмина подумала, да?
– Да ну тебя, – махнув рукой, отхожу от окна и иду к лестнице.
– Завтракать будешь, принцесса? – летит в спину.
– Я… – прикусываю язык, чтоб не сболтнуть лишнее. Если сейчас скажу, что Эмин накормил меня завтраком, то Клава нарисует себе в голове мультиков, ещё потом отцу расскажет. – Нет, не буду.
Взбежав по лестнице на второй этаж, закрываюсь в своей спальне. С разбега падаю на кровать. Ложусь на живот, руками обнимаю подушку. А в голове всплывают картинки вчерашнего вечера, как Эмин держит меня на руках. Вздыхаю. Нет, это никуда не годится. Я срочно должна найти себе парня. Мне скоро двадцать, но я не с кем не встречаюсь. Даже стыдно признаться, что всё ещё девственница. Все мои подружки уже давно занимаются сексом, а я погрязла в учёбе – хотела доказать отцу, что без него и его денег не пропаду.
Вдохновившись идеей познакомиться с парнем, достаю из сумки мобильный. Огорчаюсь, когда понимаю, что экран разбит в хлам и не реагирует на прикосновения моих пальцев. Вспоминаю о ноутбуке. И устраиваюсь на кровати, положив на ноги ноут. Открываю «вайбер». Пишу подругам. Интересно же, как у них закончился вечер.
От Нади ответ приходит моментально. Оказывается, вчера у девчонок вечер не сложился. После того как Эмин забрал меня с клуба, парни, с которыми познакомились мои подруги, куда-то пропали. И меня начинают терзать сомнения. Возможно, Эмин к этому причастен. Я ни разу не удивлюсь, если вдруг узнаю, что Эмин подключил свои связи и парней выгнали с клуба, возможно, ещё и по почкам дали для профилактики. С Керимова станется!
«Мы с девчонками завтра собираемся в аквапарк. Поехали с нами?» – предлагает Надя и я соглашаюсь. Только вот купальника у меня приличного нет. Придётся устроить небольшой шопинг.
Только успеваю попрощаться с подругой, как на «вайбер» звонит отец.
– Яра, почему у тебя отключён телефон? – возмущается отец, даже не поздоровавшись.
– И тебе привет, пап. Телефон разбился, и я его отключила.
– Как дела дочь? Уже дома?
– А разве Керимов перед тобой не отчитался?
– Не умничай. Вот вернусь домой и проведу с тобой профилактическую беседу.
– О чём изволите беседовать, сударь? – дразню отца, потому что нравится выводить его на эмоции. Он такой забавный, когда злится. Ну просто душка!
– Ярина, – строго цедит через зубы. – Не беси меня.
– Я тоже люблю тебя, папочка!
– Ещё раз узнаю, что шляешься по клубам, по заднице дам, понятно? – рычит отец и я облегчённо вздыхаю. Значит, Эмин не рассказал отцу про то, что мне подсыпали в клубе какую-то дрянь. Если бы папа про это знал, то не был таким спокойным как сейчас.
– Пап, мне двадцать скоро. Куда ж я без клубов?
– Распустила тебя твоя бабушка. Смотрю, от рук совсем отбилась, – причитает отец, а я пожимаю плечами, хоть это папа и не видит. – Может тебя замуж отдать? Пусть муж воспитывает, раз я не смог этого сделать.
Я моментально бледнею. Чувствую, как внутри всё переворачивается.
– Спасибо за предложение, но нет. Думаю, лет десять тебе таки ещё придётся меня немножко повоспитывать.
Слышу, как на том конце провода отца кто-то зовёт по имени и отчеству. Поэтому папа спешит со мной попрощаться. Но напоследок даёт наставления, мол, если я продолжу быть регулярным спонсором седых волос на его голове, то он точно выдаст меня замуж.
Телефон приходится отдать на ремонт в мастерскую. От безысходности я достаю с мобильного «симку» и пытаюсь переставить в старый кнопочный телефон, который мне дала тётя Клава. Злюсь, потому что «симка» слишком маленькая для аппарата прошлого десятилетия. И в итоге остаюсь без связи. Конечно, можно позвонить отцу и попросить у него денег на новый телефон, но я решаю этого не делать – не хочу, чтоб папа думал обо мне, как о расточительнице его кошелька. Он и так назвал меня «спонсором седых волос на его голове».
Бабушке звоню по "Вайберу" через ноутбук. Узнаю, как у неё дела и пять минут слушаю стенания по поводу её последних визитов к врачу. Бабушка страдает повышенным давлением, ещё сердечко барахлит, а сейчас лето – жарко, то самое время, когда обостряется сосудисто-сердечная система.
– На свой день рожденья хоть приедешь, внучка? Или опять с Мирославом останешься? – спрашивает бабушка.
– Ба, я же говорила тебе, на всё лето я у папы.
– Ясно, – цедит через зубы бабуля, явно недовольная. – Хоть бы раз отметила день рождения с родной бабушкой. Я же тебя с двенадцати лет воспитываю…
Бабуля высказывает мне стандартный набор фраз, мол, я бессердечная, сухая и совсем не люблю свою бабушку. Поэтому я молча слушаю, даже не пытаюсь перебивать – бесполезное занятие.
– Вот когда умру, тогда не плачь за мной, Ярина. Мне уже будет всё равно, ведь твоих слёз я не увижу. Ценить родного человека нужно, пока он живой.
– Бабушка, ну что ты такое говоришь? – меня трясёт от нахлынувших эмоций, сил молчать больше нет.
Я рано лишилась матери. Когда мне было десять лет мама заболела онкологией. Папа пытался её вылечить, оплатил две операции и несколько курсов химиотерапии, но не помогло. И для того, чтобы я не видела, как на моих глазах умирает мама, папа отправил меня жить в столицу к бабушке. Это было лишь на время, но получилось навсегда.
После смерти мамы, а тогда мне было двенадцать, я захотела остаться с бабушкой – не смогла жить в доме, где всё напоминало о маме. Это было трудное время для всех. Папа тогда даже запил. Катился в пропасть. Чуть не лишился бизнеса и, если бы не Эмин, возможно, папа уже отдал душу богу и присоединился к маме на небесах. Керимов взвалил на свои плечи слишком большой груз, но справился. За это папа и ценит его, любит как родного сына, которого у отца никогда не было.
– Бабушка, а приезжай к нам? Ты же сто лет не была на море.
– Я не перенесу поездку, ты же знаешь, внучка. Да и климат на юге мне не подходит. Слишком жарко.
Я вздыхаю. Не знаю, как договориться с бабулей. Это просто утопия. Р-р-р…
– Ладно, Ярина. Будем завершать разговор. Пойду полежать, что-то давление подскочило. Ты хоть звони своей бабке, не забывай!
– Я люблю тебя, бабушка. Ты у меня самая-самая офигительная старушка на свете.
– Не подлизывайся, – улыбается бабушка и меня немного отпускает.
После разговора с бабушкой настроение на грани: завалиться на кровать, включить фильм на ноутбуке и съесть большую пачку чипсов. Ненавижу себя, когда грущу. В такие моменты я ощущаю себя раздавленной букашкой, которая попала под лапу огромного пса.
О шопинге, который планировала ещё утром, забываю. И взяв с собой немного денег, решаю сходить в магазин шаговой доступности.
Магазин находится в пяти минутах ходьбы от дома. Я покупаю себе большую пачку чипсов и бутылочку ледяной «колы». Так себе развлечение, но других вариантов у меня нет, поэтому радуемся мелочам, как говорится.
Когда вхожу во двор, то замечаю припаркованный «Мустанг» Керимова. Сердце почему-то ускоряет свой ритм. Я напрягаюсь. На автомате поправляю волосы и пытаюсь струсить крошки с футболки – не удержалась и открыла пачку чипсов, а пока шла домой, то успела приговорить одну четвёртую пачки.
Подхожу к машине Керимова. Заглядываю в окна. А они тонированные – ничего не видно. Приходится обогнуть капот и вглядеться в лобовое. Хм… Пусто.
Странно, конечно. Керимов зачем-то приехал ко мне домой. Так, стоп! Не ко мне, а к отцу. Возможно, понадобились какие-то документы, которые лежат в кабинете папы. И это совсем не значит, что Эмин приехал ради меня.
Я готова дать себе хороший подзатыльник, чтобы выбить из головы дурь. Ну почему, почему я всё время думаю об Эмине? Он как лихорадка, ей-богу. Меня в пот бросает, стоить только подумать о нём. И мне совсем не нравятся эти новые ощущения: влюбляться в мужика, который старше на четырнадцать лет, да ещё почти что родственника? Нет, абсурдно. Так что прочь из моей головы, Керимов Эмин! Мне влюбляться в тебя ну никак нельзя!
Переступив порог дома, я сразу слышу голоса, которые доносятся с кухни. Эта любимая Клавочка уговаривает Эмина попробовать её новый кулинарный шедевр. Судя по вялым протестам Эмина, Клава таки в победителях.
Расправив плечи, я иду в кухню. Я же должна поздороваться с Керимовым, раз он приехал. Верно?
Тихо ступая, захожу в кухню. А там картина маслом. Эмин сидит за столом, Клава порхает над ним будто бабочка: «Эминчик, попробуй это, попробуй то».
– Здрасьте, – здороваюсь и две пары глаза стреляют в меня моментально. – Приятного аппетита, Эминчик.
Скопировав интонацию голоса Клавы, тихо смеюсь. И краснею, когда тёмные брови Керимова сходятся на переносице. Ой, ну, простите… Шутница из меня «так себе».
– Яринка, присоединяйся к Эмину, я и тебя покормлю, – предлагает тётя Клава, а я поднимаю руки ладонями вверх, мол, это без меня, ребятки.
Будто что-то вспомнив, Клава сбегает с кухни. Даже толком ничего не объясняет! А потому я неожиданно остаюсь с Керимовым тет-а-тет. И моя решительность вместе со смелостью летят в тартарары.
– Эм… Ну я тогда пойду, – произношу застенчиво. – Ещё раз «приятного аппетита».
Круто развернувшись, собираюсь уходить, но в спину летит низкий голос Керимова:
– Яра, задержись немного.
– Да? – обернувшись, стою на месте. И будто врастаю в пол, когда Эмин направляется в мою сторону, держав в руках небольшую коробку.
– Это тебе. Надеюсь, понравится.
Эмин всовывает мне в руку коробку. А затем почему-то тянется к моему лицу. Я дрожу в этот момент, но не от холода. Мне волнительно и страшно, потому что Керимов касается моих губ и подбородка подушечкой большого пальца.
– На твоих губах крошка, – поясняет Керимов, но руку с моего лица убирать не спешит.
Мгновение мы молчим. А когда Эмин всё-таки убирает от моего лица руку, я опускаю взгляд на коробку.
– Мобильный телефон?
– Твой же сломан, – улыбается Керимов, отчего моё сердце вот-вот выпрыгнет из груди и поскачет по итальянской плитке на полу, за которую папа в своё время отдал почти что целое состояние.
– Эм... – теряю дар речи. Это неожиданно, но приятно. Значит, вот зачем приехал Керимов – отец попросил его купить и подарить мне новый телефон. – Спасибо.
Кивнув, я прижимаю коробку с телефоном к груди.
– Я тогда пойду? – спрашиваю у Эмина. Боже, и зачем я веду себя как дура?!
– Иди.
Ещё раз киваю. И ухожу. Но пока иду по коридору, чувствую, как слабеют ноги. Только бы не споткнуться, а то ещё один позор перед Эмином я не переживу!
Глава 4
В аквапарке многолюдно, просто яблоку негде упасть. Вчетвером покупаем «безлим» на целый день и выбираем самые лучшие свободные шезлонги.
– Ну что, за нас, малышки? – салютует пластиковой бутылкой Вика и все девчонки поднимают свои бутылки с колой вверх.
Прогревшись под палящими лучами солнца, я решаюсь искупаться в бассейне, но Надя и Оля тянут меня к "центрифуге" – опасному водяному аттракциону, от вида которого у меня трясутся поджилки.
– Подождите, – торможу подруг. – Давайте сделаем красивые фотки, пока не искупались и не превратились в мокрых куриц.
Девчонки соглашаются. И на ближайшие пятнадцать минут вся наша компания занята фотосессий.
Я сажусь на бортик бассейна, устроившись на бедре. Занимаю выигрышную позу и кокетливо наматываю на палец локон волос. Надя щёлкает на телефон.
– Огнище! – восхищается Надя, показывая мне фотки.
Фотки действительно «вау». На них я выгляжу, будто "инстадива", а потому спешу наложить фильтр на две самых удачных, на мой взгляд, фотографии. И опубликовать их в «инстаграм».
– Хм… У кого-то новый телефон, или мне показалось? – спрашивает Вика, молча наблюдавшая за всем со стороны ровно до этого момента.
– Угу, – пожимаю плечами.
– «Яблоко» последней модели. Офигеть! – подключаются остальные девчонки. – И кто нам подарил эту красоту?
– Папа, – отвечаю, не задумываясь и решая промолчать, что выбирал телефон Эмин, папа лишь платил за него деньги.
– Папа, ага, да, – смеются девчонки, переглядываются между собой, вгоняя моё лицо в красный цвет.
– Девочки, да ладно вам. Говорю же, папа подарил.
– А имя у папы имеется? – подкалывает Надя.
– Мирослав Николаевич. Познакомить? Он как раз холостой, – подмигиваю и забавляюсь, когда Надя перестаёт смеяться.
– Да ну тебя. Я думала, там реальный чел, а ты мне батю своего назвала. Скучно.
– Значит, с папой моим не знакомить? – продолжаю цеплять Надю. Вообще-то, с моим отцом знакомы все подруги, правда, только заочно. Максимум – видели его пару раз.
– Шутишь? Нет, спасибо. Пенсионеры не интересуют.
– Ты просто не знаешь, от чего отказываешься! Хочешь, покажу фотку папы? Знаешь, какой он у меня? М-м-м… Красавчик! И совсем нестарый, ему только пятьдесят три. Да ладно тебе. Я шучу, не обижайся, Надь.
Надя закатывает глаза. И веселье сходит на нет. Ну подумаешь, пошутила неудачно. Ха! Я вообще "королева" отвратительных шуток, не получается у меня так прикалываться, чтоб никого не обидеть.
– Идём купаться, короче, – напряжение разряжает Вика. И вчетвером мы топаем к «центрифуге».
Занимаем очередь. Я трусливо поглядываю вниз на туннель, по которому с огромной скоростью спускается человек. И задерживаю дыхание, когда он попадает в огромный закрытый круг, напоминающий центрифугу в стиральной машинке.
– Эм… Я, наверное, в другой раз, – пячусь, но Надя ловит меня за руку с грозным «Стоять».
– Струсила, да?
– Нет. Что-то перехотелось. Лучше пойду позагораю.
– Ага, позагораешь после горки. Иди давай, трусиха. А то как с папой знакомить, так ты смелая.
– Вредина, – показав Наде язык, возвращаюсь на место. И в этот момент подходит моя очередь.
Вика крестит меня, а Оля желает «ни пуха ни пера».
– Дурочки, что вы меня провожаете, как на войну? – возмущаюсь,но на горку всё равно забираюсь.
Выполняю команды инструктора: лечь на спину, руки скрестить на груди и не тормозить ногами. Несложно, в принципе. Я должна справиться.
– Один, два, пошла, – инструктор толкает меня вперёд и я во всё горло кричу от страха.
«Мамочка! Я больше не буду. Страшно-то как… А-а-а», – набатом стучит в голове. И про себя я молюсь богу, чтобы эта горка поскорее закончилась. После туннеля меня засасывает в центрифугу и начинает крутить по кругу.
Один. Два. И на третьем кругу я вот-вот булькну в воду, но приземляюсь прямо на парня. Тяжестью своего тело тяну его ко дну.
Вынырнув на поверхность, жадно хватаю воздух ртом. Кашляю.
И не сразу замечаю, что руки парня лежат на моих бёдрах.
– Простите, – извинившись, парень отходит от меня на один шаг.
– Ой, это я прошу прощения. Свалилась вам прям на голову, – смеюсь.
– Андрей, – парень протягивает руку, и я пожимаю её.
– Яра.
– Ярослава? – улыбается Андрей, отчего на его щеках появляются две симпатичные ямочки.
– Ярина.
– Какое красивое имя. Необычное.
– Угу, старославянское. Мама назвала, – с гордостью заявляю я и топаю вперёд, чтоб побыстрее вылезти из бассейна и закутаться в сухое полотенце.
Андрей идёт за мной следом. Галантно подаёт руку, помогая забраться по лестнице.
Я подхожу к своему шезлонгу. Хватаю полотенце и кутаюсь в него, будто бабочка в коконе. Андрей стоит рядом. И глаз с меня не сводит. А я только сейчас замечаю, что он милый. Смуглый брюнет под два метра ростом. Рядом с ним я такая маленькая, ощущаю себя Дюймовочкой.
– Эм… – мнётся Андрей. Какой стеснительный! – Я тут с компанией. Вижу, ты тоже.
Андрей кивает за мою спину, и я оборачиваюсь. Девчонки идут навстречу. Мокрые, как и я. А у Вики аж губы посинели от холода.
– Может, объединимся? – предлагает Андрей.
Ответить не успеваю. С правого фланга меня обходит Надя.
– И что тут у нас происходит? Интересно, – усмехается Надя, а Андрей ей протягивает руку.
– Андрей.
– Надежда, – кокетничает Надя, выпячивая грудь вперёд.
– Андрей предлагает объединиться компаниями, – вмешиваюсь в диалог, прерывая зрительный контакт Андрея и Нади. Так нечестно, вообще-то. Это я упала на парня, а не подруга!
* * *
Папа приезжает вечером. Клава накрывает стол в гостиной и зовёт меня на семейный ужин.
Спускаясь по лестнице, я слышу мужской разговор. И напрягаюсь.
– С этим Третьяковым нужно что-то решать, Эмин. Либо он нас, либо мы его.
– Я всё понял, Мирослав Николаевич.
– Действуй, сынок. Я в тебя верю!
Я захожу в гостиную как раз в тот момент, когда отец похлопывает Эмина по плечу. Услышав мои шаги, мужчины одновременно оборачиваются. Я лишь мгновение смотрю на Эмина, пробегаюсь взглядом по его стройной фигуре и широким плечам, обтянутым футболкой чёрного цвета. И покраснев, сразу же переключаю внимание на отца.
– Папуля! – ускоряю шаг и через несколько секунд оказываюсь в отеческих объятиях
– Доченька, – отец прижимает к своей груди, а я поворачиваю голову вправо и ненадолго встречаюсь взглядом с Эмином.
– Привет, – подмигивает Эмин.
Папа разжимает объятия, и я отхожу от него на два шага.
– Ну тебя я обнимать не буду, – обращаюсь к Эмину, а когда понимаю, что сказала совсем не то, чем вызвала у отца любопытный взгляд, спешу соскочить с темы. – Что тут вкусненького приготовила наша Клава?
Садимся за стол. Эмин ужинает вместе с нами. Мужчины едят, а мне кусок в горло не лезет. Потому что напротив меня, меньше чем на расстоянии полтора метра, находится Керимов. Я слышу запах его одеколона и чувствую подступающий к горлу ком. Нет, меня не тошнит. Просто присутствие Керимова волнует меня не на шутку.
Ужин подходить к концу. На столе появляется чай и аппетитный тортик, очередной кулинарный шедевр Клавочки.
Я кладу себе на тарелку кусочек торта с розочкой из крема. Подношу вилку ко рту и, кайфуя, ненадолго прикрываю глаза. Очень вкусно!
На мгновение наши взгляды с Керимовым пересекаются. И я не знаю, куда себя деть, когда понимаю, что всё это время, пока я ела торт, Эмин не сводил с меня глаз. Пристально смотрел на мой рот и пальцы, которые я не упустила возможности облизать после крема.
– Красивые фотографии, Яра, – откинувшись на спинку стула, Эмин следит за моей реакцией. Ответа ждёт.
– Ты о чём?
– О твоих последних фотках в «Инстаграм». Там где ты в раздельном купальнике красного цвета, – улыбается Керимов и мои щёки начинают предательски гореть.
Пробубнив в ответ сухое «Спасибо», спешу опустить взгляд на тарелку. Сил смотреть на Керимова нет. А папа, не понимая, о каких фотографиях идёт речь, просит показать снимки.
Схватив со стола мобильный, открываю последние публикации в «инсте» и передают телефон папе. Папа внимательно рассматривает фотографии, улыбается.
– Красивые фотографии, да. Моя модель, – возвращает мобильный мне. – А что это у тебя за телефон, дочка?
– Твой подарок. Разве Эмин перед тобой ещё не отчитался?
Отец переводит взгляд на Керимова. И в этот момент я понимаю, что к подарку папа не имеет никакого отношения.
– Мирослав Николаевич, у Яры сломался телефон, и я купил ей новый, – отвечает Эмин, подтверждая мои догадки. Вот чёрт!
– Хорошо. Скажешь, сколько денег он стоит. Я всё тебе верну, Эмин.
– Не нужно. Пусть будет моим подарком на день рождения вашей дочери.
– Как знаешь, – усмехнувшись, отец поворачивает голову в мою сторону: – Ты бы хоть «спасибо» сказала, Яра. Мобильный явно не из дешёвых.
– Большое спасибо. В знак благодарности я должна поцеловать в щёчку? – спрашиваю у отца, но смотрю на Керимова.
Тяжёлый взгляд. Глаза в глаза. Керимов приподнимает тёмную бровь. А уголки его губ искривляются в ухмылке. Это вызов?
Не дожидаясь ответа, встаю из-за стола. Подхожу к Керимову со спины. Кладу руки ему на плечи. И когда Эмин поворачивается ко мне в профиль, быстро целую в небритую щеку.
– Всем спокойной ночи. И спасибо за ужин, – быстренько сбегаю, пока никто и ничего не успел сказать в ответ.
Быстрым шагом миную ступеньки. Оказавшись в своей спальне, спиной прижимаюсь к двери. Прикладываю палец к губам. Хм… Странные ощущения. Губы будто колет иголками. А в голове стучит: «Ну ты и дура, Самойленко». Да, согласна. Поступила я дерзко. И если меня кто-нибудь спросит: зачем я так сделала? Не отвечу. Потому что не имею ответа. Захотела и поцеловала – я всегда добиваюсь того, чего хочу!
Успокоившись, заваливаюсь на кровать. На ноутбуке запускаю фильм – какая-то романтическая чушь, но я почти что не смотрю, потому что переписываюсь по «вайберу». Пишет Андрей, предлагает сходить в боулинг. Быстро печатаю ответ. И чувствую, как на лице улыбка расползается до самих ушей. У нас с Андреем будет свидание, еху!
Стук в дверь заставляет меня отвлечься. Я только успеваю обернуться, как дверь открывается и в проёме появляется отец.
– Не помешаю? – отец заинтересовано разглядывает мою комнату, будто здесь впервые.
– Заходи, пап.
Отец подходит к кровати и садится на её край. Я тоже сажусь. Закрываю крышку ноутбука, телефон откладываю в сторону.
– Я поговорить с тобой хотел, – заявляет папа и я киваю ему, мол, внимательно слушаю. – Что у вас происходит с Эмином?
Вопрос папы заводит меня в тупик. А разве что-то происходит?
Воспользовавшись моим замешательством, отец подсаживается ко мне ближе и берёт меня за руку. В глаза мои смотрит пристально.
– Ярина, я понимаю, ты молодая, играют гормоны. Но не нужно так делать. Не провоцируй Эмина. Тебе же хуже будет… потом.
– Пап, ты о чём сейчас? – непонимающе хлопаю ресницами.
– Ты флиртуешь с Эмином. Специально его цепляешь, чтоб он обратил на тебя внимание.
– Неправда. Твой Керимов мне совсем не нравится. Я знаю его с самого детства, он мне почти как брат. Я подтруниваю над ним. Вот и всё.
– Нравится дразнить? – спрашивает папа и я киваю с довольной улыбкой на лице. – Ах, Яра… Говорю тебе как мужчина, твоё «подтрунивать» Керимов воспринимает совсем иначе. Это больше похоже на призыв к действиям. Дочка, лучше держись от Эмина подальше. Он взрослый мужчина, а ты моя любимая маленькая девочка. Я боюсь потерять Керимова. Потому что, если он тебя обидит, я же с него три шкуры сдеру.
– Пап, что ты такое говоришь? – недовольно прыскаю я. – Ладно. Окей. Если ты боишься, что мои шуточки Керимов воспринимает за флирт, то клятвенно обещаю: держаться от Эмина подальше. Больше никаких действий с моей стороны. Зуб даю!
Отец смеётся. И говорит мне, какой я всё-таки ещё ребёнок.
* * *
Встречаемся с Андреем на следующий день вечером. Я рассчитывала на свидание, думала, останемся с парнем вдвоём. Но Андрей предложил собраться компанией, и я согласилась, а что ещё оставалось делать?
– Папа, я буду поздно вечером. Меня не жди и вместе с петухами ложись спать, – подмигнув отцу, тихо смеюсь и прикрываю ладошкой рот, когда отец смотрит на меня из-под нахмуренных бровей.
Отложив газету в сторону, папа встаёт со своего большого кресла и движется мне навстречу. Я сбегаю в коридор. Присев на корточки, надеваю босоножки. И когда встаю, отец уже оказывается напротив меня.
– Куда собралась? – строгим голосом спрашивает папа и моё веселье улетучивается в один миг. – Ещё и штукатурки на лице целый килограмм.
– В боулинг иду. С друзьями!
– А точнее?
– Па, тебе имена всех своих друзей перечислить?
– Если будет надо, то перечислишь. И ещё дашь их номера телефонов.
– Ну это вообще зашквар, – возмутившись, скрещиваю руки на груди, точь-в-точь как делает отец. – Папочка, твоя дочка выросла. И то, что она ходит гулять с друзьями – абсолютно нормально.
– Последний твой раз «гулять с друзьями» закончился тем, что Эмин забрал тебя из ночного клуба. Пьяную!
От неожиданности я едва не прикусываю свой язык. Вот гад Керимов! Просила же не рассказывать отцу. Но судя по взгляду отца, Эмин всё-таки не сказал про таблетку, значит, не всё так плохо, как мне показалось несколько секунд назад.
– Мне двадцать скоро. И покупать алкоголь мне даже закон не запрещает, – выдаю на одном дыхании.
– Я тебе запрещаю, – строго чеканит отец. – Ты девочка, а не матёрый мужик. Алкоголь вреден для здоровья, а тебе ещё детей рожать.
Шумно втягиваю воздух ноздрями. Ну, началось… Сейчас же не отцепится, пока не прочтёт мне целую лекцию о вреде алкоголя на женское здоровье.
– Пиво хоть можно? – спрашиваю уже не так смело, как в начале диалога. – Один бокальчик, пожалуйста.
– Ладно, – сдаётся отец, а когда я в ответ его крепко обнимаю, отец добавляет: – Но только один, Ярина. Иначе моё доверие ты потеряешь.
– Всё будет «ок», папуля. Я тебя не подведу.
Чмокнув отца в щеку, выхожу из дома. А оказавшись на улице, замечаю чёрный «Мустанг» Керимова. Эмин только что приехал.
Мои щёки становятся пунцово-красными, ведь после того случая, когда я поцеловала Керимова в щеку, мы больше не виделись. И я понятия не имею, что думает обо всём этом Эмин. Если всё так, как сказал отец, и мои приколы Керимов воспринял за флирт, тогда мне стыдно. Очень!
Солнце уже клонится к горизонту, но я всё равно спешу надеть тёмные очки, чтоб Керимов не увидел моего взволнованного взгляда. Расправив плечи, я иду уверенным шагом вперёд и про себя молюсь богу, чтоб Керимов меня не тормознул. Пожалуйста, боженька, дай пройти мимо «Мустанга» без сюрпризов.
Я только успеваю поравняться с иномаркой, как со стороны водителя распахивается дверь. И из машины выходит Эмин, одетый в чёрную обтягивающую футболку и светлые джинсы. Невольно сглатываю ком, который подкатил под горло.
– Привет и пока, – тараторю, пытаюсь пройти мимо.
– Яра, постой, – летит мне в спину, и я оборачиваюсь.
– Да?
– Ты в город собралась? – спрашивает Эмин и я киваю в ответ. – Я могу тебя подвезти. Только подожди меня в машине пять минут. Мне нужно кое-что передать твоему отцу.
Я раздумываю ровно две секунды. Светлый ангел, сидящий на моём плече, говорит: «Ярина, ты же хорошая девочка. И обещала папе держаться от Керимова как можно дальше». А тёмный ангел толкает меня в спину: «Чего стоишь, дура? Тут даже думать нечего. Прикинь, как у твоих подруг отпадёт челюсть, когда они увидят, на какой крутой тачке ты приехала».
– Без проблем, Эмин. Ради возможности прокатиться в «Мустанге» я подожду, сколько скажешь, – фух, вроде выдала на одном дыхании и ничего лишнего не сморозила, надеюсь.
Подмигнув, Эмин достаёт из машины небольшой свёрток, упакованный в чёрный целлофановый пакет, и идёт в дом. А я сажусь на пассажирское сиденье спереди. И оглядываюсь. Нос улавливает офигенный аромат, и я не понимаю: то ли это освежитель для салона, то ли мужской одеколон.
Осмелив, тянусь к бардачку. Вообще-то, я не любопытная настолько, чтобы нарушать чужие границы, но блин… Это же машина Керимова! Я не могу упустить шанс немножко поиграть в шпионку.
Открыв бардачок, наблюдаю странную комбинацию предметов: блокнот, влажные салфетки, сигареты и пачка "резинок". А под этим всем великолепием лежит ствол, ну в смысле, пистолет. Предательские мурашки ползут по спине. Нет, я не трусиха. И видела оружие десятки раз – папа коллекционирует, у него есть даже отдельная комната с оружием, которая находится в подвале дома.
Ствол я не беру, но пачка резинок вызывает интерес.
«Я просто посмотрю, какой там написан размер. И сразу положу на место»
В пачке оказывается всего два квадратика фольги. Получается, третью использовали, потому что на упаковке было написано «три штуки». Размер непонятен. Ну написано «классический» и что? С моим опытом, а точнее его полным отсутствием, это всё равно, что сказать на китайском – ни хрена непонятно!
– Одолжить? – голос Эмина действует на меня как ушат ледяной воды, вылитый на голову.
Испугавшись, я роняю пачку с резинками на пол. И тут же спешу её поднять.
Эмин
Смутившись, Яра спешит открыть бардачок и сунуть туда пачку презервативов. Я вижу, как её бомбит от эмоций, но делать вид, что ничего не произошло? Нет, не буду. Я больше не могу отрицать очевидного: нас тянет друг к другу магнитом. И малышка не может этого не чувствовать. Не подсознательно она делает абсолютно всё, чтоб стать мне ближе. Шаги семимильные. Только бы не испугалась, когда решающий шаг сделаю я.
