Текст книги "От создателей Камасутры"

Автор книги: Юлия Алейникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Правильно! Так что выбирай. Или марш домой, или пеняй на себя, – Динька встал на сторону сестры.

– Ребята, у меня же документов нет! Я не могу прилететь завтра. И шефа Шиваджи нет, он в командировке.

– Он тебя ищет! Взял отпуск и ищет в личном порядке! – радостно сообщила Вероника. – А ты сама сбежала! Умница! Он скоро вернется и сделает тебе документы.

– Ладно, мои дорогие. Я рада, что у вас все хорошо, я больше говорить не могу. Телефон чужой. У меня нет ни денег, ни телефона, поэтому я сворачиваюсь.

– Подожди, как же ты без денег?

– Да я немного заняла. Все, больше говорить не могу. Не волнуйтесь. Слушайтесь Василия. Я скоро вернусь. Целую!

Фу! Будем надеяться, что они не наделают глупостей. Так, значит, меня искали? Что ж, видно, плохо искали-то.

Глава 12

– Господин Ползунов?

– Да, да, сейчас, минуту! Эльза Генриховна! Быстрее! Это оттуда! – за последнюю неделю Василий Никанорович Ползунов, мой дорогой супруг и отчим моих детей, совершенно утратил покой, и душевный, и физический.

«Оставил жену на неделю в Гоа, и вот вам, пожалуйста! Ее уже похитили. Когда праздничный ужин в честь ее возвращения уже был заказан, цветы куплены и все семейство собиралось ехать в аэропорт, раздался звонок от знакомого полицейского из Панаджи: «Поздравляю, вашу жену похитили!» Слава богу, хоть падчерица была рядом со мной. А то сам-то я ни бельмеса по-английски не знаю. Вот уж пожалел, что язык не учил! Ничего, лишь бы Юлька вернулась, а там вместе выучим», – носились беспорядочные мысли в голове пришибленного горем олигарха.

Вот и сейчас приходится ему Эльзу, бедную, на работе до поздней ночи держать, а вдруг с Гоа позвонят? Дети-то под усиленной охраной во Франции сидят. Учебу пропускают, ну, сейчас им всем не до жиру.

– Бегу! – раздался из приемной взволнованный отклик. Эльза вбежала в кабинет и схватила параллельную трубку: – Слушаю!

Полицейский этот, с Гоа, совестливый попался, думал Василий, с нетерпением ожидая свежих известий из Индии. Взял дело в свои руки, молодец! За четыре дня выяснил, где Юльку прячут, отпуск взял на работе, потому что ее официальным путем оттуда скорее всего только в виде трупа смогут вызволить, да и то месяцев через пять, не раньше. А самое главное, сокрушался муж, мафиози этот всю его, Василия, подноготную выяснил! Все бабки – куда что распихано, «недвижка», какая у него есть – подготовился! «Падлу, которая ему меня с потрохами сдала, я в два счета вычислил. Его сейчас служба безопасности пасет, пока мы Юльку не вытащим, трогать его нельзя», – хрустел костяшками пальцев Василий.

– Василий Никанорович, ее там не было. Господин Шиваджи только что оттуда вернулся, – наконец-то оторвалась от телефонной трубки Эльза.

– Как не было?! Он же сам говорил, что нашел, где ее прячут, что его человек сам ее видел позавчера! Что за чепуха там у них происходит?!

Позавчера Шиваджи позвонил Василию и сказал, что нашел его жену в одном из притонов средней руки, где-то неподалеку от Гоа, в Коралле каком-то, или что-то в этом роде. Они ее заставили там полы мыть, сволочи!

– Я мордами их полы в этом борделе вымою, как только она домой вернется! – бушевал снедаемый тревогой Ползунов.

(В итоге они решили, что шеф сам в этот же день посетит этот бордель и выкрадет меня с минимальным шумом. На всякий случай возьмет с собой для прикрытия пару человек. Но тут от меня на Васин компьютер сообщение пришло: «Жива, здорова, попробую сбежать».)

И вот сегодня с самого утра Василий сидел на валидоле, все встречи отменил, ждал – сейчас Юлька отзвонится! И – облом?!

– Они что, с ума посходили?

– Говорит, вчера ночью в борделе произошло короткое замыкание, вся электрика полетела, плюс произошло два убийства, и шеф полиции считает, что ваша жена и еще одна проститутка, похоже, русского происхождения, сбежали, – верная Эльза Генриховна промокнула кружевным платочком вспотевший от переживаний лоб. – К тому же накануне хозяйка заведения попала в больницу с переломом ноги. Учитывая характер вашей супруги и ее обещание сбежать, эта цепь событий лично господину Шиваджи случайной не представляется.

– Елки! Какая еще цепь?! Жена моя где?! – продолжал неистовствовать разочарованный супруг.

– Ищут. Но сейчас там уже ночь. Ничего не сделать. Сказал, новости завтра будут, – жалобным голосом закончила Эльза Генриховна, повесив наконец трубку.

– Ладно. Спасибо, Эльза Генриховна. От нервов я совсем уже одурел, – неуклюже извинился Ползунов перед своей верной соратницей и старой боевой подругой.

– Ну что вы, Василий Никанорович. Столько лет с вами в одной лодке, я все понимаю. Лишь бы с Юлией Павловной все в порядке было! – сочувственно всхлипнула Эльза.

– Да, да. Спасибо. Поезжайте домой, водитель ждет, а я ребятам позвоню.

– Василий Никанорович, может, вам круглосуточного переводчика нанять?

– Зачем? – оторопел мой муж.

– А если вам ночью позвонят?

– Голубушка Эльза Генриховна! О происходящем, кроме нас с вами, знают только Денис с Вероникой, начальник нашей службы безопасности и шеф полиции с Гоа. Круг посвященных расширять опасно.

Эльза Генриховна, тронутая степенью его доверия, еще раз всхлипнула и мужественно предложила: она переночует на работе на случай срочного звонка.

– Нет, нет. Поезжайте домой, отдохните. Он же ясно сказал, что до утра новостей не будет.

Эльза уехала. Василий выкурил пятую за час сигарету – лет десять уже не курил, и нате вам, – и набрал номер Вероники.

– Вась, ну как?! – не здороваясь, выкрикнула девушка.

– Пока никак. Похоже, она сбежала раньше, чем полиция туда добралась.

– Умница! Денис! Мама сбежала!

– Молодчина! – раздался голос сына Юлии.

– Да как сказать.

– Что значит – как сказать? Она же на свободе! Что тут плохого?

– Она без денег, без документов, в чужом городе. Сколько времени, по-вашему, понадобится на то, чтобы ее найти? Дай бог, чтобы шеф полиции нашел ее первым.

– Хватит каркать! – истерично взвизгнула Вероника. – Мама не даст себя поймать, я знаю. Все будет хорошо.

– Конечно. Прости. Я просто перенервничал. Как вы там?

– Как в тюрьме. Почему мы не можем сами туда поехать и найти маму?

– За нами следят. Пока мы не убедимся, что с мамой все в порядке и она в безопасности, нам надо вести себя крайне осторожно. Шеф обещал позвонить мне завтра.

– Вася, приезжай сюда, вместе не так тоскливо. А? – плачущим голосом попросила Ника.

– Я приеду, как только смогу. Думаю, послезавтра. В крайнем случае дня через три. Обещаю! А сейчас – не волнуйтесь и – спать.

Василий проснулся, открыл глаза и не понял, где он. В сером утреннем свете мерцали шкафы, длинный стол…

«Кажется, я уснул в кабинете, – подумал он, потер с силой лицо ладонью, встряхнул головой и окончательно проснулся. – Я проспал всю ночь, сидя в своем рабочем кресле. Надо же, совсем не помню, как уснул. И как свет выключил – тоже», – с грустью констатировал несчастный олигарх.

Кое-как размявшись, он принял душ – за его кабиной располагалась ванная комната с туалетом. Иногда после деловых переговоров ему хотелось освежиться.

В здании было еще тихо, до начала рабочего дня оставалось часа два. Мой горемычный муж взглянул в зеркало и ужаснулся. От успешного, лоснящегося, пышущего энергией и самодовольством бизнесмена не осталось и следа! Из зеркала на него смотрело измученное, осунувшееся, заросшее щетиной лицо. Красные от недосыпа глаза, мешки под ними – облик его в большей степени напоминал сильно пьющего сантехника, нежели преуспевающего бизнесмена.

«Н-да! – подумалось Василию. – Так дальше нельзя. По офису наверняка уже пошли слухи, что их шеф на грани разорения. А там и до делового сообщества эти слухи долетят, глазом моргнуть не успеешь». Он вышел из ванной комнаты, надел плащ и отправился домой, подлатать фасад и сменить костюм.

Дома было гулко, пусто и бесприютно. Хоть бы дети здесь были! Он вздохнул уже в сотый раз за сегодняшнее утро и отправился в спальню. Побрившись и еще раз приняв душ, он распахнул двери гардеробной и наткнулся на мое платье. В нем я перед самым отъездом на летние каникулы была на приеме в посольстве. Василий схватил платье, уткнулся в него носом и зарыдал.

Нет, он не слабак и не плакса. Иначе бы не добился он своего нынешнего положения. Просто необходимость держать свои эмоции под контролем все двадцать четыре часа в сутки измотала его вконец. Ну и к тому же он просто меня очень сильно любил… Узнав, что мне удалось бежать, он испытал колоссальное облегчение, хотя и предпочел бы видеть свою жену под непосредственной опекой шефа Шиваджи. Но знать, что я на свободе, тоже было не плохо. Взяв себя в руки, он оторвался от моего платья. Утер им лицо. И со вздохом промолвил: «Ладно, будем надеяться, Юлька, что ты им просто не по зубам! Кишка у них тонка, чтобы тебя поймать. Еще неизвестно, кто больше пожалеет о том, что пальцем тебя тронул».

Василий облачился в костюм и поехал завтракать в «Европейскую». Где еще, кроме гостиницы, тебя полноценно накормят в такую рань?

Вечером, когда, кроме него и Эльзы, в офисе никого не осталось, раздался очередной звонок. На этот раз они сидели в кабинете и пили чай в ожидании известий. С пирожными. Потому что измотанный организм Василия нуждался в положительных эмоциях, а сладкое этому способствует.

– Господин Ползунов? – Как всегда, мягким корректным голосом вопросил Васю наш индийский друг.

– Да, минуту, – Василий включил громкую связь в надежде понять хоть что-то из разговора.

– Я напал на ее след, – возвестил наш гений сыска, с помощью Эльзы Генриховны Василий понял его слова. – Позавчера утром, сразу после своего побега, ваша супруга спровоцировала автокатастрофу на окраине города.

– О Господи! – воскликнула взволнованная Эльза. – Она жива?!

– К счастью, все живы. Но есть пострадавшие. Владелец автобуса понес серьезные убытки и, возможно, находится теперь на грани нищеты. Мелкие лавочники лишились всего своего товара, и им теперь нечем кормить свои семьи. Пассажиры получили множественные мелкие травмы.

– Да фиг с ними со всеми! Жена моя жива?

– Жива и здорова. Она с удивительным проворством скрылась с места происшествия.

– Уф! Ладно, во что мне выльется стоимость благосостояния этих пострадавших?

– Смету я вам пришлю по факсу, завтра утром. Сейчас мои люди составляют опись утраченного имущества и занимаются его оценкой.

– Могу себе представить, – саркастически буркнул Василий. – А который у вас сейчас час?

– Половина третьего. Ночи.

– Не поздновато для составления сметы?

– Кто сможет спокойно спать, утратив все, нажитое непосильным трудом? – строго поинтересовался господин Шиваджи.

– Хорошо, я им все компенсирую. Где моя жена?

– В автобусе она пыталась узнать, далеко ли до Пуны.

– Где это?

– Неважно. Потому что туда она не поехала. И это был крайне мудрый поступок! Потому что он увел в сторону ее преследователей.

– Кого увел?! – промокнул взмокший лоб Василий.

– Похоже, люди Махараджи только утром заметили ее исчезновение и сразу же кинулись на поиски. Охранники, упустившие ее, уже удобряют своими разлагающимися трупами окрестные плантации.

– Их трупы обнаружили так быстро?

– Частично. Отдельные фрагменты.

– Так почему же вы не арестуете этого головореза?! – возмущенно воскликнул мой муж.

– Дорогой мой, это я знаю, кто и за что их прикончил. А для ареста нужны доказательства.

– Юлька моя где?! – рявкнул, наплевав на заморских злодеев и на службу охраны правопорядка, вконец измотанный этими длинными «подходами» Василий.

– Сегодня днем ее компаньонка совершила эффектный заезд верхом на свинье, порадовав этим зрелищем жителей небольшой деревушки неподалеку от Панаджи. По свидетельству местных жителей, ваша супруга была с нею.

– Странно, что не вместо нее! Такие фортели вполне в ее духе.

– Теперь мы подошли к самому главному. У меня две новости, хорошая и не очень. С какой начать?

– Давайте с хорошей, плохую мне уже не пережить так просто…

– Сегодня вечером ваша жена звонила мне на службу. Но меня не было на месте, я как раз опрашивал жителей деревни. Дежурный офицер сказал, что я в командировке и буду на месте дня через четыре. Она попросила сообщить номер моего сотового, но офицер его, естественно, ей не сказал.

– Вот козел! Вы его уже вышвырнули со службы?

– Нет. Он строго следовал инструкции. Мне не в чем его упрекнуть.

– И это ваша хорошая новость?

– Да. Ваша жена жива, здорова и находится на моей территории. Уже неплохо. Тем более в связи со второй новостью.

– И что же это за новость? – злобно выдавил Василий.

– Вашу жену и девицу, с которой она убежала, обвиняют в двойном убийстве.

– В каком еще убийстве?! – сразу осип бедный Ползунов.

– Помните, я говорил, что в ночь побега вашей супруги в борделе было совершено два убийства? Прикончили помощницу хозяйки заведения и одну из путан.

– Вы считаете, что моя жена способна убить человека?

– Нет, конечно. Но, во-первых, эти убийства надо было на кого-то повесить. А во-вторых, теперь к поискам вашей супруги подключилась и местная полиция.

– Какой от этого прок этому уроду?

– Полиция штата Карнатака довольно тесно связана с ним. К моему величайшему сожалению. К тому же все это дело шито белыми нитками, и снять с нее обвинение – пара пустяков. Я видел дело краем глаза. К сожалению, Махарадже известно о моем личном знакомстве с вашей супругой. Поэтому я не могу слишком явно вмешиваться в это дело, чтобы не привлекать излишнего внимания к ее поискам.

– Еще что-нибудь плохое?

– Нет, это все.

– Что ж, спасибо и на том. Теперь, как я понимаю, мы ждем среды?

– Ну что вы! Я продолжу поиски, тем более это уже на моей территории происходит. До свидания.

– Спасибо, Эльза Генриховна. Кажется, меня немного отпустило, – поблагодарил Василий свою верную помощницу, отпаивавшую его корвалолом после беседы с шефом полиции. – Что у нас там с Тюменью, я ведь даже папку не открывал?

– Да вы не волнуйтесь, Василий Никанорович. Я все просмотрела, пометки сделала, вам только пробежать глазами осталось.

– Спасибо. Вы можете идти, мне уже лучше. Я минут пять посижу и возьмусь, наконец, за работу.

«Думаю, раз она добралась до Панаджи, значит, протянет до среды. Хотя бы назло этому Сингху, Махарадже проклятому!» – пытался утешить себя Василий, набирая знакомый телефонный номер.

– Привет, ребятки.

– Василий? Что случилось?! Почему у тебя такой голос?!

– Нет, нет! Все в порядке, Юля уже в Гоа. Она пыталась связаться с нашим приятелем, но его, как назло, не было на месте.

– Елки! Что же теперь делать?

– Ждать до среды. Этот идиот, помощник шефа, сказал Юле, что начальника полиции не будет до среды.

– Но сегодня еще только пятница! – ужаснулась Вероника. – До среды может что угодно случиться!

– Понимаю. Но вы не волнуйтесь. Юлька – если уж она разозлится – на такое способна, что вся мафия вздрогнет.

– Не надо нас успокаивать! Мы все равно до ее возвращения с ума сходить будем. Динька даже плачет по ночам.

– Чего ты врешь! – вклинился мой уличенный в девчачьей слабости ребенок.

– Да ладно тебе, это не стыдно, – оборвала его сестра. – Василий, а ты не можешь к нам приехать? Или мы к тебе? Вместе легче, – по-детски жалостливо попросила Ника.

– Правда, дядь Вась! – вклинился Динька.

– Не могу пока, ребята. Я за эти дни так дела запустил, надо все разгребать. Но ко вторнику я постараюсь управиться. Продержитесь?

– А какой у нас выбор? – тоскливо отозвалась моя дочь.

А на следующий день, когда Василий, злой и нервный после изнурительных переговоров с представителями финской компании – неторопливыми и занудными до ужаса, – ввалился к себе в кабинет и, грохнув на стол графин с коньяком, собрался было опрокинуть стакан этой живительной влаги, костеря на чем свет стоит весь скандинавский полуостров, раздался мой звонок.

Отставив вожделенный стакан с коньяком в сторону, взглянув на незнакомый номер, он проревел в трубку: «Алло?» И, услышав мой голос, просто взвился под потолок от избытка эмоций. Вот только вместо: «Юлька! Любимая!» – этот идиот разразился совсем иной трелью. И когда я через минуту бросила трубку, он буквально принялся биться головой об стену – из-за моего упрямства и своей собственной тупой бестактности. Но дело было сделано. Ребята потом, конечно, рассказали ему о нашем разговоре, но душу Василия это вовсе не облегчило.

В среду я, естественно, не позвонила ни ему, ни шефу полиции Гоа.

Глава 13

Следующие пару дней мы лопали пирожки с мясом и капустой, ватрушки, щи, пельмени, ели салат «Столичный» и студень, и еще Галя заквасила капусту. Я с ужасом смотрела на Джамша. Он исправно просил добавки, не похудел и был по-прежнему добродушен. Наверное, это следствие его регулярных занятий йогой. Утром второго по счету дня я проснулась ни свет ни заря и выглянула в окошко. Джамш сидел на террасе, вернее, он былна террасе: водитель такси быстро изобразил пару-тройку замысловатых поз наподобие удава Каа из мультика про Маугли и, наконец, замер в позе лотоса, сложив пальцы в «мудры», и перешел к медитации.

Мне бы тоже не помешало привести душу в согласие с остальным миром, заодно, может, и мозги прочистятся. А то после Галиного борща мой мыслительный процесс затормозил на пельменях.

Я села на матрасе, приняла позу, максимально приближенную к позе лотоса – в общем, сделала, что смогла, – положила руки на колени ладонями вверх, сомкнула большой и указательный пальцы, закрыла глаза и попыталась обратить свой внутренний взор в глубины Вселенной. Вначале все пошло хорошо. Я словно бы воочию увидела безбрежные глубины космоса, мерцающие огоньки далеких безымянных звезд, отправилась в полет по бескрайним просторам мироздания, но тут из соседней комнаты донесся особенно зычный Галин всхрап. Она как-то незаметно переселилась к Джамшу. Этот прозаический звук вернул меня обратно на матрас. Я еще раз сосредоточилась и вновь отправилась в полет. На этот раз меня вывел из равновесия неуместный вопрос, заданный моим желудком: обжаривает Галя лук для борща или нет? Отогнав неуместное видение борща, я в очередной раз «взлетела», но ненадолго. Перед моим внутренним взором замаячила реклама нового индийского фильма, называвшегося «Дон, глава мафии». Я гнала ее прочь из последних сил, наконец, реклама «убралась», я вздохнула с облегчением и открыла глаза. Надо мной стоял Джамш и, как обычно, безмятежно улыбался.

– Завтра встанем в одно время. Я научу тебя, как делать это правильно, – он был весь мокрый, наверное, уже успел принять душ.

Заснуть мне больше не удалось, и я тихонько вышла на улицу. Хоть воздухом подышу, пока соседи не проснулись.

Свет зарождавшегося дня был призрачно-серым, птицы прочищали горлышки, готовясь порадовать нас чистыми, как роса, руладами. Мокрые пальмы медленно шевелили темными огромными листьями. Дождик ненадолго перестал, асфальт сиял чистотой. Жемчужно-серое небо медленно наливалось едва заметными теплыми оттенками. В соседнем доме скрипнуло окно, и я быстренько вернулась в комнату. Вот жизнь – прячусь, как таракан, в щелке за плинтусом. Только в темноте и выбираюсь наружу!

Днем наш кормилец работал, а Галя торчала в кухне, трясла ковры, протирала пыль и чувствовала себя в доме хозяйкой. Меня эта ситуация несколько настораживала.

– Галь, а ты домой когда собираешься? – как бы невзначай поинтересовалась я, сидя в кухне и наблюдая, как ловко она лепит пирожки и складывает их рядами на противне.

– Не знаю, – спокойно ответила она, смазывая пирожки взбитым яйцом и отправляя их в духовку.

– Тебя же Витя ждет.

– Ну и что? – она принялась за пирожки с ананасом, ее индийское ноу-хау.

– Вы же пожениться собирались?

– Ну и что?

– Что, что! Волнуюсь я, вот что. Тебе не кажется, что вы с Джамшем несколько не подходите друг другу?

– Нет.

И куда только ее болтливость подевалась? А ведь действительно, Галя очень изменилась за последние пару дней. Стала как-то тише, мягче, молчаливее. Этот дом и его хозяин оказывали на нее, безусловно, благотворное влияние. А главное, у них с Джамшем сложились какие-то странные отношения. При мне они ни разу не разговаривали между собой. Да и как бы это у них получилось? Она не знает никакого другого языка, кроме русского, а Джамш им, естественно, не владеет. И при этом между ними царит полное взаимопонимание. Объяснить это яснее я не могу. Так бывает, когда супруги прожили долгую совместную жизнь, и многие вещи подразумеваются сами собой.

Из разговора с Галей я поняла одно: домой она не собирается ближайшие лет десять. Интересно, как это понравится Джамшу?

Вечером он, сидя в гостиной, наигрывал что-то из «Битлз» на вине – национальном индийском музыкальном инструменте, очень певучем и замысловатом. Еще у Джамша была неплохая коллекция барабанов. А на закате он иногда играл на флейте. «Одинокий странник» в его исполнении просто зачаровывал. И вообще, я как-то перестала воспринимать его просто как своего знакомого таксиста. Он был кем угодно, только не таксистом. Вернее, часть времени он посвящал этому занятию, но сама его личность была настолько загадочна и неоднозначна, настолько многогранна и сложна, что в рамки человека, посвятившего себя этой профессии, он не укладывался. Скорее это выглядело в чем-то сродни посадке деревьев кинозвездами, раздаче пищи бездомным членами королевской фамилии или отбыванию назначенной Джамшем самому себе повинности за некое прегрешение.

Короче, теперь он вызывал живой и трепетный интерес с моей стороны. Возможно, не будь я уже замужем, Гале пришлось бы отбыть на родину в самое ближайшее время.

Я сочла момент подходящим и, набравшись наглости, задала Джамшу бестактный вопрос:

– Скажи, а как надолго у тебя останется Галя?

– Не знаю, – ответил он, не прерывая игры.

– Она тебе нравится? – окончательно обнаглела я, засовывая нос не в свое дело.

– Она хорошая, только немного заблудилась.

Ну да, совсем чуток! Если учесть, что Джамш прекрасно знал, где именно провела Галя последние пару лет… в общем, его терпимость меня просто поражала.

Насколько я знаю, индийцы очень строго относятся к вопросам нравственности. С другой стороны, если Джамш не собирается на ней жениться, то не все ли ему равно? Видимо, Джамш наблюдал за мной и все мои мысли читал, как открытую книгу, потому что ответил на мои вопросы вполне доходчиво.

– Нам хорошо вместе. Если что-то изменится, мы расстанемся. А если у нас появятся дети, мы постараемся сделать их счастливыми.

Вот так просто и ясно! Удивительный человек!

На следующее утро Джамш поднял меня, как и обещал, едва лишь забрезжил рассвет. И с безграничным терпением принялся учить меня простейшим позам йоги, чтобы подготовить к медитации.

Первые асаны меня, признаться, вначале разочаровали. Например, Тадасана – поза горы. Стой себе прямо, руки по швам, ладони открыты… но нет, там тысяча нюансов! Там расслабь, тут вытяни. Минут через десять у меня стало получаться. Больше мне понравилась Адхо Мукха Шванасана – поза собаки мордой вниз. Стоишь попой кверху, руками упершись в пол, и растягиваешь позвоночник. Моя спина такой радости за всю свою жизнь не ощущала! Уттанасана – наклон вперед из положения стоя, до полного складывания пополам, ноги при этом вместе. Это у меня так и не выходило, пока Джамш своими стальными, но нежными руками не помог мне осилить позу. Все пошло неплохо, пока мы не добрались до очередной асаны, уж не помню ее названия, зато позу не забуду!

Я стояла, выпрямившись, Джамш велел мне выгибаться назад, как бы вставая на мостик, но мостик надо было сделать особенный: опереться на локти, руки сомкнуть в замке, одну ногу поднять вверх, выпрямить ее в колене, а носок тянуть на себя. Вы не поверите, но я в эту позу встала! Удивлению моему не было предела. Рядом в такой же позе стоял Джамш. На радостях я расслабилась – и тут же с грохотом брякнулась на пол. Дом вздрогнул.

На шум в чем мать родила выскочила Галка.

– Напали?! Обстреливают?! – заорала испуганная, еще не проснувшаяся до конца дриада.

– Нет, – ответила я, лежа на полу.

– А почему ты лежишь?

– Упала.

– Так это ты так грохнулась?

– Точно, – я попыталась понять, все ли мои конечности целы.

Джамш поднял меня, легко, как тряпичную куклу, и поставил на ноги. Вроде все цело, и даже не очень больно.

– А чем это вы тут занимаетесь? – сообразила поинтересоваться обнаженная красавица, выходя на террасу и без тени смущения садясь в кресло.

Я обалдело посмотрела на Джамша. По словам Раджа, одного нашего индийского приятеля (я имею в виду нашу семью), для индийца обнаженное тело – табу, даже супруги не видят друг друга нагишом. (Несмотря на весьма фривольные скульптуры, украшающие храмы Кхаджурахо.) Однако Джамш отнесся к этому явлению вполне равнодушно. Может, все это относится только к индуистским семьям?

А Джамш – кто? Больше всего он, честно говоря, походит на хиппи. А определить на глазок его вероисповедание крайне затруднительно.

«Учитель» не дал мне прохлаждаться без дела, и через минуту мы оба вновь стояли в той же позе. Галя вскоре озябла и, повертев пальцем у виска, ушла в дом, досыпать. Я стояла, подняв ногу к небу, и размышляла, как эффектно, должно быть, выгляжу в новом костюмчике.

Вчера вечером Джамш подарил мне бирюзовые леггинсы и коротенькую футболку специально для наших занятий. Гале он вручил фартук. Она была абсолютно счастлива.

Прошло три дня. Я занималась йогой, ела пирожки, рылась в Интернете, слушала, как Джамш играет на флейте, и ни на шаг не продвинулась в решении главного вопроса: что делать с Сингхом? О том, чтобы вернуться домой, я уже и не помышляла. Простить Василия я была еще не готова, а вот проучить его мне очень хотелось. Не понятно было пока, как?

Уминая ватрушку с манго, я сидела на кухне и томилась от безделья, пытаясь заставить себя перейти к практическим действиям, хоть к каким-то. Организм разленился в обстановке комфорта и безопасности, вся моя решимость и боевой дух испарились, как будто их и не бывало.

Снедаемая горькими мыслями, я не заметила, как пришел хозяин дома. Он сел напротив, взял кусок пирога, откусил с аппетитом и протянул мне какую-то бумажку.

– Что это? – вяло спросила я, взглянув на листок и не врубаясь в написанное, поскольку мысли мои все еще были заняты самобичеванием.

– Адреса Махараджи. Все дома, где он бывает. Вернее, в которых он живет. Он часто ездит по стране. Вопросы бизнеса. И останавливается только в собственных резиденциях.

– Где ты это достал?! – не веря своим ушам и глазам, выпалила я, жадно хватая бумажку.

– Приятели помогли.

– Таксисты?

– М-м, – неопределенно промычал он.

Фантастика! Пока я бездельничала, Джамш провернул за меня гигантскую работу, а именно ее подготовительную часть! Если, конечно, я все же решусь на убийство. Мысль о наемном киллере посещала меня все чаще. Не совладав с чувствами, я вскочила и кинулась ему на шею. Правда, быстро одумалась и отскочила в сторону, ожидая удара поварешкой по голове: Галя-то стояла прямо у меня за спиной, помешивая половником какой-то очередной кулинарный шедевр русской кухни, кипевший в кастрюле. Но, как ни странно, она и бровью не повела. Человек просто переродился! Джамш – настоящий волшебник.

Я села на диван и впилась глазами в листок. Джамш продолжал жевать пирог с улыбкой Будды на лице.

На листочке значились адреса этого бандита в Мумбае, Дели, Калькутте, Ченаи, Мангалоре и Панаджи!

– Джамш! Ты видел? Панаджи! Класс! Ты просто гений! – Он скромно улыбнулся. Истинный герой! – Когда мы сможем туда поехать? Завтра с утра? – ужасно хотелось осмотреть все на месте. Во мне проснулся нездоровый зуд, который обычно толкает меня на всякие глупости.

– Хорошо. Но сначала нам нужно как следует подготовиться.

– Оружие купить?

– Нет. Понять, зачем мы туда едем. У вас было время всесторонне обдумать свои дальнейшие действия, и я надеюсь, вы приняли правильное и мудрое решение.

Краска стыда залила мои щеки. Конечно, серьезный, ответственный человек так бы и поступил. А я – легкомысленная поедательница плюшек – сидела сиднем и в глубине души надеялась, что все как-нибудь само рассосется. Признаться в своей несостоятельности этому чудесному человеку было просто невозможно, и я соврала.

– Я решила собрать как можно больше сведений об этом человеке, а уже потом принять окончательное решение, – нахмурила я брови в попытке спрятаться за этой серьезной миной. – Так что нам надо сделать?

– Обсудить план операции, – как ни в чем не бывало ответил Джамш. – Махараджа не только ездит по всей стране, он часто бывает за границей. Предугадать, когда он появится на Гоа, невозможно. Он может приехать на пару часов, дней, на неделю и в любой момент. И уехать так же внезапно. Простой осмотр какого-либо места вряд ли окажется для вас чем-то полезен.

– Так что же делать? Может, снять квартиру в доме напротив какой-то его резиденции?

– Может быть. Надо подумать.

– Слушай, у меня идея! Может, взять в плен хозяйку борделя и выпытать у нее, когда он появится в ее заведении? – Он не ответил, просто выразительно посмотрел на меня. – Извини, действительно, это глупость… А что делать? Может, подкупить кого-нибудь из его соседей, чтобы они сообщили нам, когда он появится? – Судя по выражению лица Джамша, его мнение об уровне моего интеллекта кардинальным образом менялось, причем прямо на глазах. Опасаясь попасть в разряд жертв лоботомии, я заткнулась.

– Думаю, для начала мы осмотрим его дом в Панаджи, а там видно будет. Одно условие. Из машины не выходить! Окна не открывать! Носом к окну не прилипать! Громко не кричать! Одним словом, не привлекать к себе внимания. Договорились? – он улыбнулся мне так ласково, как будто обращался к какой-то слабоумной – с просьбой не писать в штанишки.

Сообщив Джамшу о своем решении собрать как можно больше информации о Махарадже, я поняла, что это действительно верный ход. Ведь он-то о нас знает все, и, чтобы играть с ним на равных, нам нужны такие же полные и подробные сведения о нем. И, судя по всему, с помощью Джамша сделать это будет намного проще, чем искать незнамо где каких-то штатных информаторов. Заодно утру нос Василию! А то взял моду – голос на жену повышать, да еще на такую гениальную, как я!