Текст книги "Шанс Искупления. Звёздные Войны. Истории. Том V (СИ)"

Автор книги: Яромир Аркаимский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

– Я не хотел обидеть тебя, дорогая. – губы Кеноби тронула улыбка.

– М-м-м… знаешь, думаю, что убитые шпионы стоили того, чтобы услышать из твоих уст этот комплимент.

Он так посмотрел на меня, что я не выдержала и громко хрипло рассмеялась.

– А чего ты думал? Знаешь, сколько глоток пришлось перерезать, чтобы немного ослабить хватку Империи и тех отщепенцев, что точили на тебя зуб со времен Войны Клонов?

Брови мужчины взметнулись вверх.

– Что ты имеешь в виду?

– Я говорю, что я в который раз спасла твою миротворческую задницу! – как же бесит его спокойный тон, но отчего-то мне хотелось слушать и слушать его размеренный голос. Становилось легче. Если задуматься, я не раз спасала ему жизнь, как и он мне, и ни один из нас не задавал себе вопросов, зачем мы это делаем. Я пришла вернуть долг и ответить на эти вопросы. – Скажи, что просто не желаешь со мной разговаривать, и я уйду!

Я резко встала, взметнув облако пыли, демонстративно развернулась и пошла к выходу. Напыщенный, самовлюбленный, эгоистичный, неблагодарный! Чем я думала!? Все эта Асока, встречу – убью! И не посмотрю, что она стала мне сестрой, которых я потеряла много лет назад.

Я спрыгнула на песок, намереваясь отправиться пешком до космопорта. Кеноби своим поведением всю охоту разговаривать отбил. И это его благодарность за мой труд! Ну же, Оби-Ван, останови меня, как всегда пытался, когда я уходила! Останови, пока не потерял меня…

Делаю несколько шагов вперед, слышу за спиной характерное шипение, оборачиваюсь. Он стоит со световым мечом наизготовку – синий лазер практически невидим на фоне неба, которое начинает окрашиваться в желтые и оранжевые оттенки. Я хищно улыбаюсь, скидывая плащ. Силой притягиваю свой новый световой меч (который нашла вместе со своей рогатой подругой) и нажимаю кнопку – яркое желтое пламя вырывается в воздух. Я застыла, ожидая его дальнейших действий. Но он стоит и наблюдает за мной.

– Новый меч, – наконец произносит он, – тебе идет. Как и новая прическа. Ты уже уходишь?

Хочется съязвить в ответ, но он не лжет. Он говорит то, что чувствует.

– Это было ошибкой – прийти к тебе, – я поднимаю руки с мечом над головой, занимая боевую стойку, – но напоследок можно и повеселиться.

– Ты ранишь меня в самое сердце, – ухмыльнулся он, продолжая держать световой меч опущенным, – Честно признаться, я ждал тебя. Я не хочу сражаться.

– Я тоже. Но и жить мне незачем.

Он остановил мой порыв взглядом. Я споткнулась о полу плаща и полетела в песок. Я разрываю контакт и отпрыгиваю на несколько метров назад. Не думала, что так сложно будет имитировать битву сейчас. Я не хочу больше сражаться.

С этой мыслью я смотрю на лезвие своего меча, поднимаю руку и приближаю лазер ближе к своей шее. Прости, Асока, мне не хватает духу, чтобы признаться ему. Закрываю глаза, чтобы утонуть в своей тьме. Неожиданно, меч исчезает из моей ладони, и я падаю коленями на песок. Хочется закричать на всю округу о том, какая я слабая. Теперь я не боюсь в этом себе признаться.

Я открываю глаза и смотрю на подходящего ко мне Кеноби. У него в руках мой новый меч. На лице его читается жалость, недоумение, раскаяние. Он приблизился и опустился передо мной на колени, сжал мои оголенные плечи руками и спросил, заглянув в глаза:

– Зачем ты это сделала, Асажж?

Я сглотнула ком в горле и ответила хриплым голосом:

– Кеноби, я начинаю сходить с ума. Я не знаю, кто я и чего хочу. Однако я знаю, что не хочу больше жить… – губы мои предательски дрожат.

Зачем ты мучишь меня?

Он несколько секунд рассматривает мое лицо, затем невесомо проводит по татуировкам, которые от времени уже поблекли и обнимает. Я обхватываю его руками, ощущая безопасность и покой.

– Научи меня жить, – в отчаянии шепчу я, – научи, Оби-Ван. Всё так изменилось за эти девять лет…

– Пойдем – мягко говорит джедай, помогая мне подняться, – ночи на Татуине очень холодные, а тебе нужно отдохнуть.

Он улыбается. Я нервно растягиваю губы, но получается гримаса. Он возвращает мой меч, самолично прикрепив его на мой пояс, затем подбирает мой плащ и накидывает мне на плечи. Я закутываюсь в него, потому что подул прохладный ветер. Наступал вечер, а температура стремительно снижалась. Я смиренно пошла за ним. Я нашла один ответ на множество моих вопросов.

Он поделился со мной своей скромной пищей, даже водой. После устроил для меня ложе, а сам уселся рядом в позу для медитации. Я решила не задавать ему пока никаких вопросов, почувствовав, насколько сильно я вымоталась за день. Только моя голова коснулась подушки, я заснула. Но тревоги я больше не ощущала.

– Мне надо забрать кое-какие вещи в городе. Я возьму твой спидер?

– С возвратом? – поинтересовался Кеноби как в старые-добрые времена.

– Ну конечно, мой милый Оби-Ван…

– Не попадай в беду…

– Ты – моя главная беда, Кеноби.

– Я буду ждать твоего возвращения! – крикнул он, выйдя на крыльцо.

– О, боишься, без меня не уснешь? – умилилась я.

Кеноби лишь улыбнулся, почесывая бороду.

– Увидимся! – бросила я, выкрутив ручки спидер-байка и понеслась по вечерним пескам к городу.

Латтс кратко обрисовала ситуацию, прихватила оружие и снаряжение, и мы отправились в путь на поиски обломков корабля «Очарованный странник».

***** ****** ******

Где-то в Море Дюн, около полуночи.

Ночь быстро опустилась на пустынную планету, пески покраснели, затем почернели, поднялся холодный ветер, но мы с Латтс продолжали осматривать окрестности у подножия скалы, на которой расположился дворец Хатта.

– Сажж, что мы хоть ищем? – устало поинтересовалась тилинка, потершись щекой о мое плечо.

– Без понятия пока. – прошептала я, пристально глядя вперед. Я остановила спидер, прислушиваясь к гулу вокруг. Он доносился справа, из-за дюны. Прижав палец к губам, я слезла с него, упала ничком на песок и поползла вперед. Латтс поворчала, но двинулась следом.

Забравшись повыше, я увидела огромный краулер джавов, которые разбирали то, что осталось от сгоревшего в атмосфере космического грузового корабля, то, что осталось после взрыва. Удручающая картина. Но что-то не давало мне покоя. Латтс приготовила свою чешую, я нервно сжала рукоять светового меча, который еще не закопала по совету полоумного Кеноби…

Джавы ругались друг с другом, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Вскоре из-за дюн с западной стороны показался караван… песчаных людей. На бантах, пешком, с тюками, вещами, оружием. За спиной каждого или почти каждого виднелось холодное оружие – Гадерффай (посох гаффи с широкой дубиной на одном конце и заостренным, заточенным лезвием на другом) 120-150 см. каждый, бластерная винтовка и даже особые бинокуляры, позволяющие осматривать окрестности в темное время суток. Пятеро мужчин, три женщины в красивых масках и накидках. Ребенок. Все закутаны и в масках. Они остановились, глядя на джавов, стали переговариваться друг с другом посредством хрюканья и низкого рычания. Таскены не щадят никого из чужаков, считая, что тем не место на Татуине. Я могла бы с ними согласиться, но они выбирают чересчур жестокие методы…

Тилинка тронула меня за руку:

– Давай не будем устраивать свару и оставим все этим коротышкам?

– Ты что, испугалась? – посмотрела я на нее осуждающе.

– Нет, просто не понимаю, чего мы тут торчим, как на минном поле! – прошептала Раззи, достав из заднего кармана кожаных лосин бластер.

– Не боишься свои булки розовые поджарить? – усмехнулась я, вновь всматриваясь в место крушения корабля.

– Тебе запеканки нравятся? – фыркнула тилинка, затаив дыхание. – Долго еще думать будешь? Они почти уже все растащили!

Тем временем таскены вступили с джавами в не совсем светскую беседу.

Я закрыла глаза, сосредоточившись на Силе вокруг и потянулась вперед, к развалинам корабля. Вокруг было столько живых организмов, но нечто тянуло меня к кораблю. Я проникла сознанием в разрушенные взрывом помещения и стала осматривать комнату за комнатой. Неожиданно в голове прозвучал голос:

– «Спасибо, что услышала мой зов, Сестра Ночи Асажж Вентресс».

– «Мита Тано? – недоверчиво спросила я, оглянувшись. Призрак тогруты стоял возле неприметной дверцы, до которой джавы еще не добрались. – Что происходит? Разве вы не умерли?

– Умерла. Физически. – с сожалением ответила тогрута. – И Юрген пал во тьму из-за жертвы, которую принесла его возлюбленная. Но он не знает всей правды. Взгляни сюда.

Я проследила взглядом за сливовой ладонью джедая и увидела младенца, окруженного тягучим пузырем. Сфера Силы или нечто, похожее на Стазис.

– Что это?! – слишком громко отозвалась я. Мита пояснила:

– На эту технику я потратила все свои силы непосредственно перед взрывом. Это дитя – дочь Юргена и Зар’ины, его возлюбленной, которая погибла от лап ранкора.

– Но как это? Ничего не понимаю.

Тогрута печально улыбнулась, сложив ладони на плоском животе, украшенном белыми татуировками.

– Это моя вина. Я забыла рассказать Юргену об ксенобиологических особенностях существ. В частности, о том, что период созревания плода и беременность протекает у некоторых видов быстрее, нежели у людей. Малышка родилась за месяц до нападения Империи и нашего неудачного бегства. Юргену ничего не известно. Он считал, что жена должна была родить позже.

– Вы понимаете, что этим сами толкнули его во тьму? – перебила я её. – И Меррин может не справиться в одиночку!

– О, справится. Я позабочусь об этом. А тебя я прошу, сестра: позаботься об этой девочке. Если повезет, Сила в ней не проснется. Но она должна встретиться с отцом, рано или поздно.

– Зачем вы задумали такой сложный план?

Я внимательно осмотрела выгоревшие, закопченные стены корабля.

– Нано-дроиды? Как Оффи придумала со взрывом в Храме Корусанта?

– Совершенно верно. Зар’ина превратила себя в оружие массового уничтожения. И конечно, живота у нее никакого не было. Она просто спасала того, в кого верила всей душой. Асажж, я прошу… воспитай девочку.

– Я не могу! У меня же тоже…

– Уверена, Оби-Ван примет тебя. И поможет, – добавила тогрута, улыбаясь загадочной, но понимающей улыбкой. – Не стоит говорить об этом Меррин. До поры, пока Юрген не восстановит психическое состояние и не достигнет душевного равновесия. Там, глядишь, и у тебя дети появятся. Жизнь так прекрасна и непредсказуема!

Я пожевала губы, глядя на спящее дитя.

– Джавы уже совсем близко… решай, Вентресс!

Я резко вынырнула из транса, чуть не ударив по щеке тилинку. Та обиженно надулась, потирая щёку.

– За что?!

Я потерла лоб и переносицу, собираясь с мыслями. Между джавами и таскенами началась потасовка.

– Латтс, веришь или нет, но в развалинах находится младенец в состоянии сна. Мы должны его достать и не допустить, чтобы какая-нибудь из этих шаек прознала об этом! – говорила я быстро, тихо, но четко. – Сейчас мы будем прорываться туда.

– Чего?! – взвизгнула тилинка. Я зажала его рот ладонью, строго глядя в глаза.

– У меня было видение! У джедаев и Сестёр Ночи такое бывает! Я не оставлю девочку этим уродам!

– Офуфи мой фрот… – пробормотала девушка.

Я разжала ладонь.

– Ты со мной?

– Куда же я денусь? – вытирая рот, ответила девушка. – Не подставляйся лишний раз.

– Не бойся, я знаю свое дело. Все решит скорость. Но если кто-то решит бежать – отпусти…

– Договорились.

Досчитав до пяти, мы встали с песка и волной набросились на не ожидавших нападения странников пустыни.

Поднялась пыль, шум, началась пальба, кто-то рычал, кто-то плакал, орал, убегал, я же орудовала желтым световым мечом, прорубая себе путь к кораблю и ребенку, которая нуждалась в моей помощи. Проклятая тогрута, и меня приплела! Да так ловко, что и не придерешься! Крифф!

Через четверть часа песчаная чаша возле обломков корабля наполнилась телами тех, кто не успел сбежать. Краулер джавов спешно покидал место происшествия, а одинокий мальчик-таскен угонял банту и остатки каравана в пустыню. Латтс присоединилась ко мне во «внутренностях» корабля.

Я отыскала малышку именно там, где указала тогрута. Сфера оказалась крепким орешком, но мне удалось решить ребус джедая, и вскоре я прижимала к груди комочек оливковой радости. Девочка сопела, сжав кулачки, она была копией своей матери, пусть я и видела ее лишь мельком. Маленькие лекку, белые узоры, чуть розоватые кончики пальцев. Я закутала ее в свой плащ, восстанавливая дыхание и оглядывая корабль.

Малышка неожиданно захныкала, открывая свои карие большие глаза… и разревелась. Я стала укачивать ее, совершенно не имея понятия о том, как следует это делать. Вытерла ей ротик и заглянула в глаза.

– Успокойся, дитя. Ты в безопасности.

Я коснулась ее лба. Она открыла рот и заморгала. Слезы просохли. И малышка весело рассмеялась, хлопая в ладошки.

– И как же звать тебя, космическое чудо?

– Лав’вика, – услышала я незнакомый голос. Обернулась и увидела на песчаной дюны тви’лечку, закутанную в плащ. Рядом улыбалась тогрута.

Я пошла к ним навстречу. Тилинка недоумевающе наблюдала за мной, сообразив, однако, что это снова – джедайские штучки.

Я подошла вплотную к призракам Силы. Тви’лечка улыбнулась, глядя на свою малышку.

– Здравствуй, мое солнышко, – промолвила она, проведя ладонью над головой малышки. Тяжело вздохнула и умоляюще посмотрела на меня. – Не бросай ее здесь. Я уже это сделала и жалею об этом. Но иначе было нельзя.

– Я никогда не смогу понять… – фыркнула я, глядя на тогруту. – И парень этого точно не заслужил!

– Я не успела окончить его обучения. Империя нашла нас слишком быстро. Но повезло, что Вейдер не послал отряд зачистки.

– Это вопрос времени. – ответила я безрадостно.

– Возможно. Но мои ученики уже будут в другом месте. – ответила Мита. – Асажж, я знаю, зачем ты ищешь Кеноби и буду рада, если ты возьмешь и эту малышку под свое крыло. Когда Империя ослабнет, ты найдёшь моих учеников, а дочь встретится со своим отцом.

– У меня нет выбора, – заметила я беззлобно. Тви’лечка умоляюще посмотрела на меня.

– Лав’вика будет хорошей дочкой! Защитите ее от сил зла! Я не жалею, что спасла Юргена. Пусть и обманывала его.

– Ты сильно любила его…

– Да, и всегда буду любить.

Я вздохнула.

– Я позабочусь о девочке. Но баловать ее не стану!

– Этого и не требуется. У нее сильный характер.

– Посмотрим. До встречи, Мита Тано?

Тогрута кивнула, положив мне руку на плечо.

– Да. Мы еще встретимся. А пока мы отправимся дальше. Береги себя, Вентресс. Уверена, твой мастер, Кай Нарек, гордился бы тобой сейчас. Как и я.

– Вы знали его?

– Слышала много хорошего. И раз ему удалось воспитать тебя, пусть и недолго… надежда на лучшее для джедаев еще не померкла. Сила пребудет с тобой, Асажж. Просто прости себя за ошибки и найди то, ради чего стоит жить и умереть. Нам не удалось, но удастся тебе. Род Сестёр Ночи возродится из пепла… и тогда феникс осветит самые потаённые уголки вселенной размахом своих крыльев. Наступит новая Заря джедаев…

– Демагогию разводите, – скривилась я.

– Нет. Новые джедаи объединят в своем учении свет и тьму. Как тысячи лет назад. Со временем ты поймёшь. А пока ступай за своей мечтой, Сажж, верь в нее и не опускай руки!

Я молча кивнула. Призрак Зар’ины склонился над младенцем, который вновь заснул, поцеловал его в лоб и благодарно посмотрел на меня.

– Я знала, что ты хорошая! Люби ее, как свою собственную дочь! Она этого достойна!

Я кивнула.

Призраки исчезли. До меня донесся голос Латтс Раззи.

– Я уже замерзаю, Сажж!

Я обернулась к ней, крепче держа младенца на сгибе правой руки.

– Отправляемся.

– Куда?

– Ко мне домой.

– О!

– И к одному полоумному отшельнику!

– Нет, это без меня!

– Тогда у меня будет еще одна просьба…

Тилинка закатила глаза:

– Какая?

– Надо малышке купить подгузников и еды.

– Ты в своем уме? У меня даже молока грудного нет!

– Без понятия, как, но попытайся! И тогда уже рассчитаемся! – оборвала я ее. В голове уже возникла будущая сцена непростой беседы с Кеноби, в которой он будет спрашивать, чей это ребенок, и что с ним делать.

Латтс заскрежетала зубами, сильно сжав кулаки.

– Ладно, но с тебя станется!

– Свои люди – сочтемся!

Мы вернулись к спидеру. Тилинка осторожно прильнула ко мне и поцеловала в татуировку на щеке.

– Я буду скучать без наших посиделок.

– О, на наш век хватит! Ты же не собираешься сбегать с этой планетки?

– Хотела, да куда уж теперь? Буду за тобой присматривать! – Раззи посмотрела на малышку. – Да и девочка ничего такая, миленькая. Пусть я и не видела детей и себя не помню в детстве.

– Знаешь, Латтс. – сказала я, когда мы пристроили малышку в специальный карман на груди тилинки. До этого мы похоронили сгоревшие останки мастера-джедая и астромеханика в песке, пометив место крестом из металлолома, чтобы навестить когда-нибудь. – Я рада, что именно ты подошла ко мне в баре. Кто бы мог подумать, что несколько лет спустя мы снова будем работать вместе.

– Это уж точно, Асажж. И я рада, что ты нашла себя. Мы слишком много страдали из-за дураков без мозгов, но с толстыми кошельками.

– Теперь будет иначе. И эта девочка – тому доказательство.

Убедившись, что девочка спит, я отвезла тилинку к гостинице и отправилась с малышком к Кеноби домой.

Бесшумно прошла в дом, уложила малышку спать на кровати, легла рядом и вырубилась. Кеноби дома не было, но я ощущала его немой вопрос. Ответ на который он получит только завтра.

**** *****

Следующим утром я проснулась и обнаружила Оби-Вана на том же самом месте. Наверняка спал он здесь же. Похоже, его день начинался и заканчивался одинаково – с медитации. Мне это было не понять, поэтому я потянулась, вскочила на ноги, стараясь не потревожить мужчину, выскользнула во внутренний двор, чтобы провести занятие гимнастикой и отработать упражнения с лазерным мечом, которым меня научила Асока. У нас с девчонкой был свой утренний ритуал, который со временем стал частью моей натуры.

Когда я закончила и вернулась в дом, Кеноби молча пригласил меня к завтраку. Но я вначале покормила ребенка, который вновь плакал, требуя внимание. Поменяла ей подгузник, которые привезла рано утром тилинка. Кеноби не задавал вопросов. Мы с Латтс договорились встретится в кантине позже.

Лав’вика наелась и довольно улыбалась. Я немного поиграла с ней, уложила в кроватку и вернулась к Кеноби, который молча наблюдал за мной. И разумеется, объяснения его не обрадовали. Он принял это с философским пофигизмом, лишь сказав, что знает, у кого попросить совета по поводу младенца. Но распространяться не стал. Придется ждать.

Мы с малышкой остались в его доме.

Видно, он совсем не задумывался о том, чтобы учить меня. Не давил, не приказывал. Просто медитировал, или приглашал к совместному созерцанию окружающего мира.

Первое время меня это жутко бесило, но потом я начала осознавать, что это – мой урок, который я должна усвоить. И я честно пыталась усвоить его. Часто наблюдала за медитацией джедая, расхаживая по дому взад и вперед. Несколько раз в день занимались уборкой, меня это жутко бесило, но спокойный взгляд небесных глаз снижал градус моего гнева, и через пару недель я стала воспринимать все как данность. На несколько часов он оставлял меня в доме одну. Световой меч он тоже не брал. Я пыталась спросить у него, но он упорно отмалчивался, и я махнула рукой: сама узнаю, если захочу, и он знал об этом.

Иногда мы выбирались в Мос-Эйсли или в Мос-Эспу, Оби-Ван торговался, а я наблюдала за жизнью обитателей, пытаясь усвоить немые уроки, которые давал мне джедай. Постепенно я начала ощущать, как боль и ненависть покидают мою душу, и стало легче дышать. Я присоединялась к медитациям Оби-Вана, кладя свои ладони поверх его рук. Я боялась погружаться в себя, потому что свет и тьма могли раздавить меня. Но с ним было легче. Первые уроки я освоила.

Мы стали вместе тренироваться. Я рассказала ему о приемах, которые мы разработали вместе с Асокой. Информация о том, что тогрута жива, обрадовал Кеноби. Медитации очистили мое сознание и сердце от тяжелого груза, но было непривычно, поэтому я долго приходила в себя после каждого сеанса. Иногда Кеноби рассказывал что-нибудь смешное и я старалась смеяться. Сначала получалось жутко. Да и мышцы лица, непривычные к подобным эмоциям, отказывались подчиняться приказам моего мозга. Но в один из вечеров я увидела на лице Кеноби удивление и поняла: у меня получилось улыбнуться по-человечески.

Еще через месяц мне надоедает занимать его ложе, и, дождавшись, когда джедай уснет на полу рядом, я ложусь рядом с ним и засыпаю намного быстрее. Кеноби сильно удивляется, но не возражает и не спорит. Я чувствую, что ему приятна моя близость к нему. Да и что он может возразить? Конечно, ничего!

Однажды он надолго задержался. Мне надоело его ждать, поэтому я на спидере отправилась к нему навстречу. Он постоянно навещал какую-то ферму в ста тридцати шести километрах от своего дома. Я наблюдаю за ним и мальчиком, с которым джедай ведет долгие задушевные беседы. Я приоткрыла завесу самого охраняемого Кеноби секрета.

Утром я спрашиваю его о мальчике. Лицо его омрачается, но он быстро овладевает собой и говорит только:

– Этот мальчик – наша надежда.

– Ты еще веришь в эти сказки?

– Ты ведь тоже обрела надежду, когда пришла ко мне, Асажж. Да и девочка этого парня – тоже надежда… нет? – с укоризной отвечает Кеноби, и мне нечего ему ответить. Он прав.

– Как его зовут-то?

Подумав несколько минут, Кеноби признается:

– Люк. Люк Скайуокер.

– Хочешь сказать…

– Да. Он – сын Энакина.

– Думаешь уберечь его от лап Империи?

– Я всего лишь присматриваю за ним.

– Ну-ну, рассказывай.

– Давай лучше потренируемся в боях на мечах…

**** ****

Еще через месяц, когда Кеноби снова собрался на ферму, где рос мальчик, я поставила его перед фактом:

– Кеноби, либо бери меня с собой, либо больше не увидишь меня в своем доме!

Джедай улыбнулся такой угрозе и проговорил:

– Это твоя благодарность за мою помощь?

– Я хочу посмотреть, чем этот мальчик так похож на Энакина, который много раз пытался убить меня. И, раз я у тебя теперь живу, то должна знать все. Ты же не надеялся нести этот груз в одиночку?

– Честно? Очень надеялся. Ладно. Поехали вместе, только прошу, не напугай его.

– Я что, такая страшная? – я улыбнулась наивной улыбкой. Гримасничать уже мало получалось.

Кеноби подошел и прошептал мне в губы:

– Ты стала очень красивой, Асажж, и я рад, что ты вернулась ко мне. – и поцеловал.

Я опешила настолько, что не смогла ему врезать в ответ. Оставив мечи дома и запахнувшись в плащ, мы поехали к влагодобывающей ферме Скайуокеров. По дороге встретился краулер джавов и караван эопи, груженных разнообразным скарбом. В нескольких сотен метрах от фермы мы остановились, на небольшом пригорке, откуда хорошо все просматривалось.

Мальчик со светлыми волосами в просторной светлой одежде, подпоясанной поясом с различными инструментами что-то чинил, явно наслаждаясь тем, что он сейчас делает. Я сняла капюшон, подставив лицо лучам неласкового солнца планеты. Кеноби искоса наблюдал за мной, заправив руки в рукава своего плаща и печально смотрел перед собой. Прошло несколько минут, и мальчик бросил в нашу сторону полный любопытства взгляд. Кеноби поднял правую руку в знак приветствия. Мальчик, воровато оглянувшись на дом, побежал к нам.

– Дядя Бен! – радостно крикнул мальчик, приблизившись, – что же ты так долго не был у нас, дядя Бен?

Тут он заметил меня и несколько стушевался. Я постаралась улыбнуться и произнесла:

– Здравствуй, Люк.

– Здравствуйте, – вежливо кивнул мальчик, – как тебя зовут?

Я бросила взгляд на Кеноби, тот закатил глаза: раз сама начала, то уже поздно.

– Асажж.

Мальчик протянул мне руку и пожал.

– Приятно познакомиться.

– Мне тоже.

– Как ты поживаешь, Люк? – включился в разговор Кеноби, ласково погладив мальчика по голове. У меня в сердце что-то защемило, но я отогнала от себя прочие мысли.

– Хорошо. Только без тебя очень скучно, – протянул мальчик, снова обратившись ко мне, – Ты прибыла издалека, да?

– Я спустилась со звезд, – и снова улыбнулась.

Глаза мальчика горячо блеснули, и он взахлеб начал рассказывать о своих планах на будущее: что обязательно будет летать среди звезд и так далее. Кеноби сказал ему еще несколько слов, заметив, что из дома вышли мужчина и женщина.

– Тебе пора, Люк. Дядя будет злиться.

– Ладно, – без энтузиазма отозвался Люк, поклонившись мне, – рад был познакомиться, тетя Асажж. Еще увидимся!

Я растерялась и не смогла ничего ответить. Этот мальчишка выбил меня из колеи своей вежливостью и мечтами. Кеноби улыбнулся.

– Теперь можем вернуться домой, Асажж.

– А почему он зовет тебя Беном?

– Так удобнее, – уклончиво пояснил джедай, – и меньше раздражения от его родственников. Я и так у них не в чести.

– Странно, – ехидно усмехнулась я, – и что это вообще за деревенское имя, – Бен, – передразнила я его.

– Нормальное имя, – невозмутимо ответил Кеноби, протянув мне руку, – после тебя.

– Как это мило! – рассмеялась я, принимая его руку и усаживаясь на место.

Я ещё не подозревала о том, что ждёт нас через год.

Том Пятый. Прощание с иллюзиями (10 ДБЯ). Глава Пятидесятая. Возвращение на «Богомол». Осознание

14.01.23-15.01.23

Богано, бывшая мастерская Кордовы, переделанная Кэлом под жилые помещения.

Кэл осторожно протиснулся в комнату, в которой тускло горели лампы. Стоит протереть пыль с артефактов. Да, определенно. Дроид обеспокоенно осматривал все своими сканерами. Постель была пуста. Вещи аккуратной стопкой лежали на кресле рядом с верстаком. Детали светового меча, материалы, инструменты, мусор…

Кэл подбоченился, потирая лоб и тяжело выдохнул: ну и куда он, оггдо его проглоти, он пропал?

– Приятель, видишь что-нибудь?

BD неопределенно качнул антеннками.

– И я нет, – вздохнул Кестис, подойдя к верстаку и осматривая исписанные листы бумаги. Юрген рисовал чертежи нового дизайна светового меча.

На второй день их пребывания на «Богомоле» Кестис решился приступить к демонтажу светового меча мастера Тано. Это было… кошмарно. Много хуже воспоминаний первого меча Триллы. Когда шок от последствий психометрии и контакта с вещью прошел, джедай выполнил задание девушки и вручил ей два, немного украшенных его дизайном меча, но с учетом аур их владельцев. Трилла лишь сухо поблагодарила его. Он не стал лезть на рожон.

Они с приятелем обыскивали мастерскую Кордовы, а Кэл вспоминал, что произошло на борту корабля за последние две недели, что они путешествовали вместе после эвакуации с Татуина.

Конечно, Кэл заметил сильный крен ауры Юргена во тьму. Трилла держалась на грани, храня достойный баланс, но и в ней ощущался горький привкус тьмы. Привыкшая к этому, она вела себя как обычно. А вот Юрген стал более закрытым, нелюдимым, нервным, и это часто проявлялось в самый неожиданный момент.

После того, как наступила первая ночь, а корабль рассекал межпространственный коридор, Кэл устроил Меррин разборки по поводу ее времяпрепровождения в компании Галлена в Освежителе. Сестра Ночи очень сильно оскорбилась прямыми упрёками по поводу их совместной жизни. И в лоб сказала, что если Кестису угодно проснуться однажды без руки или головы – она прекратит лечить Юргена так, как умеет, и пусть тьма окончательно завладеет душой Юргена, которому требовалось нечто большее, чем просто любовь Триллы и близость с ней. В последнее Кэл старался не лезть.

Не сказать, что суровая речь Сестры Ночи его успокоила, но согласился он с ней через несколько дней, когда за обедом Гриз решил сострить, и чуть взаправду не лишился одной из своих четырех рук. Реакция Триллы оказалась молниеносной: она оттолкнула друзей, подпрыгнула, опираясь руками о столешницу и сильно ударила носком ботинка Юргена в грудь, так что тот перелетел через перегородку и сломал круглый столик в зоне отдыха. Трилла сделала кувырок, прижав Юргена коленом к дивану. Он пытался призвать меч силой мысли, но к борьбе подключилась Меррин, руки которой покрылись зеленоватым ихором.

Юрген что-то рычал на смеси незнакомых языков, пытался сбросить с себя Триллу, но та не отступила, наклонилась ближе, и крепко поцеловала его. Он мычал, пытался освободиться, но Меррин сковала его по рукам и ногам. Через несколько минут Юрген погрузился в стазис, обмяк. Атмосфера на кухне очистилась. Трилла закашлялась, слезая с парня и на подкашивающихся ногах добралась до Освежителя, где её вырвало. Пару раз. Меррин с помощью магии связала Юргена, и заперла в каюте.

Цере успокоила Гриза и раздала всем задания, чтобы без дела не сидели. Один Кэл стоял с открытым ртом и совиными глазами, силясь сообразить, что, криффа ради тут происходит!

Очнулся он от легкого заряда тока, когда BD-1 не смог до него «дозвониться».

До момента посадки на лугах Богано Юрген сидел связанный в каюте. В Силе все ощущали смену его настроений. Это было больно и порой невыносимо. И тогда Кэл понял, КАКУЮ НЕОЦЕНИМУЮ помощь датомирка оказывает им всем, оставаясь наедине с Юргеном. Кестис больше не лез к девушке с упрёками. И в благодарность получал ласку и нежность, ведь она была его невестой.

Однако они не могли держать Галлена взаперти вечно, так что Трилла освободила его, вручив ему половину светового посоха его учителя – синий меч. Юрген был молчалив. Но уже держал себя в руках и попросил прощения у Гриза за свое «неподобающее джедаю поведение». Латеронец заверил, что понимает, и не стал углубляться в тему.

Кэл отвел его в мастерскую и показал несколько интересных мест в Долине. С тех пор Юрген остался тут. Цере и Гриз решили отложить выполнение задания с Такоданы, пока Юрген не придёт в норму.

Только Сила знает, когда сие произойдёт.

***** ***** *****

К Трилле Юрген тоже пытался найти подход, но она быстро поставила его на место. Да и повторять свой опыт не хотелось – меч тогруты ему всё показал.

– Почему ты так спокойна?

– Я проходила и не через такое… он оклемается, если только провоцировать его не будут.

– Понял-принял.

– Спасибо за работу, Кэл. Могу ли я воспользоваться верстаком?

– Все в твоем распоряжении, Трилла.

– Превосходно.

***** ***** *****

Настоящее время, пещеры Богано.

Спустя четверть часа Кэл с приятелем обнаружили медитирующего Юргена посреди самой труднодоступной пещеры. Перед ним лежала пара световых мечей, мандалорские бластеры и верхняя одежда.

Кэл приложил палец к губам, прося друга помолчать. Они приблизились к джедаю, которые держал ладони на уровне груде в форме круга, грудь его плавно вздымалась и опускалась. Глаза были закрыты.

– Зачем пришёл, Кестис? – спросил Юрген, открыв глаза. Кэл вздрогнул от его взгляда.

– Трилла зовёт на обед, Юрген. Хватит тебе прятаться от остальных.

– Я не хочу навредить кому-либо. Тем более твоей невесте, Кэл, – пожал плечами Юрген. – Сестра Ночи слишком сильно рискует.