Текст книги "Ядвига (СИ)"

Автор книги: Янита Безликая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Не знаю, сколько длится наше безумие, стоны, моё рычание, громкие шлепки наших тел. Экстаз поглощает нас неожиданно и закручивает в вихре удовольствия. Любимая падает на меня и дрожит, провожу ладонью по мокрой спине и пытаюсь вернуться на землю.

– Мне нравится с тобой летать, – говорит Ядвига и целует в плечо.

– Взаимно, дорогая, – ухмыляюсь я и слегка шлёпаю её.

– Ай!

– Прости, не смог удержаться, – улыбаюсь и кусаю жену за шею.

– Нужно одеваться, – лениво замечает ведьма.

– Может, поспим так? – предлагаю, сжимаю ягодицы, похоже я готов на второй раунд.

– Даже не думай об этом, я больше не смогу сдержать купол, он и так рябью ходил, – слезает с меня и начинает одеваться.

Жалобно смотрю, как под одеждой исчезает столь желанное тело.

– И не смотри так, – смеётся Ядвига.

Одеваюсь сам и наклоняюсь к ней.

– Скажи, ты меня приворожила? – прищуриваю глаза.

– А на инквизиторов разве действуют наши чары? – с любопытством спрашивает жена, хитро прищуриваясь в ответ.

– Не скажу, – улыбаюсь.

– Тогда и я тебе ничего не скажу, – дразнится жена.

– Я знаю, что полюбил тебя без всяких дополнительных любовных зелий.

– Тогда зачем спрашиваешь?

– Неудачно хотел признаться в любви.

– Попробуй ещё раз, – мягко улыбается Ядвига.

– Я от тебя без ума, – провожу ладонью по шее.

– Уже лучше, – замечает Ядвига, когда я тянусь к её губам.

– Люблю тебя, ведьма, – шепчу возле губ жены.

– Я знаю, – успевает произнести Ядвига, прежде чем я нежно целую её.

– Простите, но вы не могли бы пристегнуться, мы идём на посадку, – раздаётся громкий голос стюардессы.

– Ты убрала купол? – спрашиваю с осуждением.

– Я устала его держать, – закатывает глаза ведьмочка и пристёгивается с довольным видом.

Ядвига

«Видели, да? Весь полет, как будто одно мгновение», – с гордостью произнёс кролик.

«А что раньше из себя девственника строил?», – злится кровожадность.

«Хотел и строил», – отвечает кролик.

«Хватит ругаться, я вас прошу», – морщится Логика.

«Нас ждёт новый город», – с трепетом говорит кровожадность.

«Новые приключения», – улыбается Логика.

«И много высокомерных ведьм», – напоминает кролик.

«Можно я его придушу? Я только настроилась на позитив», – снова злиться кровожадность.

«Скором ПМС», – заключает Логика, наблюдая за новой перепалкой кролика и кровожадности.

Дмитрий

Стоит нам выйти из самолёта, как реальность напоминает мне о наших проблемах и о моей тайне, которая грызёт меня изнутри. Смотрю на жену, которая с любопытством и каким-то восторгом осматривается по сторонам, решаю рассказать о тайне чуть позже. Когда будет это позже, не знаю.

– Что случилось? – спрашивает Ядвига, наблюдая за сменой эмоций на моём лице.

Сказать, не сказать. Всё, решено! Сейчас скажу сразу все, чтобы не тянуть, но моё героическое решение прерывает входящий звонок.

– Да, – отвечаю и хмурюсь от услышанного.

– Что? – напрягается Ядвига.

– Пропали три ведьмы, – отвечаю, сбрасывая вызов.

– Без рода?

– Да.

Ядвига

– Дорогая, хватит себя изводить! Откуда ты знала, что она похитит остальных ведьм, – говорил Дима, собирая сумку.

– Понимаешь, она не одна, три ведьмы пропали одновременно, – качаю головой.

– Я справлюсь, не забывай, я тоже буду не один, – поцеловал меня в лоб, и пошёл в прихожую.

«Нельзя его отпускать одного!», – возмущался кролик.

«Тяжело в этом признаваться, но я согласна с ушастым», – сказала кровожадность.

«Мне напомнить, из-за кого она посчитала себя беременной и ляпнула это ведьмаку?», – спросила Логика.

– Дима, береги себя, – сжимаю в руках его рубашку, практически умоляю мужа.

– Всё будет хорошо, любимая, – беззаботно улыбается ведьмак, только вот я вижу больше.

Вижу, как напряжены его плечи, как сжимаются кулаки, и поджимаются губы. Он явно, что-то от меня скрывает.

Дима крепко обнимает меня и выходит из квартиры, а мне хочется бежать вслед за ним. Нехорошее предчувствие разрывает меня изнутри. Новый город, новый дом, ничего не радует. Три ведьмы, не самые слабые, но главное предупреждённые, а значит очень опасные, не смогли защитить себя от Авдотьи. Это невозможно. Не настолько она хороша.

Мысль о том, что за всем стоит моя бабушка, отдаётся тупой болью и отрицанием. Она не может так подло со мной поступить. Я на это надеюсь.

Именно с этой мыслью я провожу три дня в ожидании Димы. Нет никаких новостей. Я понимаю, охота на ведьм высасывает все силы, и нет свободной минуты, но черт. Неужели нельзя позвонить и сказать: «Я жив, здоров». И мне будет достаточно.

Чтобы себя как-то занять, иду в местный ведьминский бутик, где продают самые редкие эликсиры, травы, книги заклятий. Благо муж у меня богатый и снабдил волшебной карточкой, шутка. Карточка обычная, не волшебная, но с большим лимитом, для меня любимой.

Стоило мне зайти в магазин, как меня понесло. Закупалась так, словно собираюсь на войну. Консультанты тактично молчали и с предвкушением подсчитывали, сколько я выложу за все деньжат.

«Успокойтесь! Кровожадность, Логика!», – нервничал кролик.

«Молчи ушастый, иначе вставим кляп», – с блеском в глазах произнесла кровожадность.

Восстановив весь свой арсенал ведьмы с запасом на несколько веков, вышла из магазина. По дороге домой, вместо удовлетворения, чувствовала, как на меня накатывает предчувствие надвигающейся беды. Никогда предчувствие не подводило меня.

Поэтому домой я зашла, как натянутая струна от напряжения. Разложила все свои баночки, травы, ножи, новую метлу, которую удачно зачаровала под букет цветов. Села возле телефона, жду. Знаю, что сейчас кто-то позвонит. И через несколько минут телефон ожил.

– Да.

– Он искал меня три дня.

Чары наводил он зря.

Я была не одинока.

Весь совет мне был подмога.

Все не мог понять ведьмак:

Где искать меня и как?

Ведь след я путала не зря,

Выводила из себя.

Потерял ведьмак терпение,

Осторожность потерял,

И в мою ловушку он попал.

Будет он теперь гореть,

Вместе с грязью нашей,

Но и твой черед придёт

Грязная ты наша!

Не успела я сказать и пару ласковых Авдотье, как она отключилась. Зря ты мне позвонила! Посмотрим, кто ещё сегодня сгорит.

Отключила ненужные эмоции и достала новенькую карту.

– Ну что ж милые, я вас сейчас в три счёта найду.

«Хана вам», – сказал кролик.

«За ведьмака порву!», – сказала кровожадность.

«Зря старые кошёлки на мою прелесть позарились!», – сердито сказал Логика.

***

Ядвига

Первая карта сгорает полностью, я спокойна. Вторая сгорает, не реагирую, но вот когда пятнадцатая по счёту, злюсь. Хорошо спрятались старушенции. Стараюсь держать себя в руках, иначе волнение за дорого мне человека затуманит мой разум.

Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть и неосознанно выплеснуть часть силы, отшвыривая с другой стороны двери незваного гостя.

«Ты что нервничаешь? А если там обычный человек?», – занервничал кролик.

«Нервы ни к черту!», – буркнула кровожадность.

Уверенно подхожу к двери и открываю. Возле противоположной двери сидит сестра Димы и сжимает голову.

– Мар, извини, – бросаюсь к ней и помогаю подняться.

– Ничего себе ты мне швырнула, – пробормотала Марьяна, когда я завожу её в гостиную.

– Прости.

Марьяна осматривает раскиданные по полу карты и хмурится.

– Что случилось?

– Дима у совета, – судорожно сглатываю и смахиваю слезы.

– Не поняла.

– Авдотья замешана в сжиганиях ведьм, и совет ей помогает.

– И Дима у них?

– Он их выслеживал вместе с инквизиторами и попал в ловушку. А я не могу их найти, – раздражённо проговариваю, вытаскивая новую карту. – Не понимаю, как они могут так прятаться. Я использовала самые сильные поисковые заклятья.

– Чем я могу помочь? – спрашивает побледневшая Марьяна.

– Не знаю, – тихо проговариваю

Возле ног появляется Цер и рычит на Марьяну.

– Цер, мой хороший, – с облегчением обнимаю пса, а он всё не может остановиться, рыча на Марьяну.

– Фу, дорогой. Ты знаешь, где Дима? – заглядываю собаке в глаза.

Воздух, между нами, словно нагревается, я ощущаю теплоту и сильную тревогу от пса. Осознаю, что необъяснимым образом чувствую его. Цер показывает мне примерное местоположение Димы, и я готова рвать на себе волосы. Я не успею. Слишком далеко. По моим щекам бегут слезы, я вижу истерзанного мужа, привязанного к столбу.

Твари, выловлю и сама лично подожгу каждую!

– Ядвига, что с Димой? – шепчет Марьяна, боясь пошевелиться.

– Я знаю, где он, но не успею добраться, слишком далеко. Они находятся в Сибири.

– Сможешь! – неожиданно громко говорит Марьяна, заставляя меня поднять на неё взгляд.

– Как?

– А как ты думаешь, я оказалась здесь? Стащила у мамы камушек, и решила навестить вас.

Марьяна показывает мне очень редкий камень, позволяющий переносится на приличные расстояния. Такой камень есть только у Верховной и, как мне известно, спрятан в хранилище силы Верховных.

– Как он оказался у тебя? – хмурюсь я, и Марьяна напрягается.

– Какая разница! Главное, что ты можешь спасти брата.

– Ты права, – нашла о чём думать.

Марьяна отдаёт мне камень. И во мне вспыхивает надежда, которую я успела похоронить за последние минуты. Собираю всё, что мне нужно для встречи с дорогим моему сердцу советом. Обвешиваю себя защитой с ног до макушки. И вместе с Цером переношусь в лес.

Прислушиваюсь, но ничего не слышу. Кругом стоит тишина. Использую магию, чтобы взглянуть на всё через ведьмовскую призму. Лес забит ведьмовскими ловушками. Придётся постараться пройти все, чтобы они не узнали обо мне раньше времени. Подзываю Цера к ноге, и медленно начинаю двигаться вперёд.

«Смотрим в оба!», – приказывать кролик, завязывая бандану на голове.

«Сейчас только полоски дорисую», – отвечает кровожадность.

«Зачем?», – закатывает глаза кролик.

«Мы маскируемся», – отвечает за двоих Логика.

«А ничего что нас и так никто не видит?», – язвительно спрашивает кролик.

«Ты там смотри в оба, не отвлекайся», – отмахивается кровожадность.

«Женщины», – недовольно бормочет кролик.

Глава 6

Дмитрий

Мне приходилось держать себя до последнего, но кажется, любимая заметила, мои переживания, что не есть хорошо. Мысль, что Ядвига носит под сердцем моего ребёнка, полностью лишала меня самообладания. Если раньше скрывать от неё что-то, недоговаривать не составляло труда, то сейчас всё абсолютно по-другому.

Я знаю о том, что бабушка Ядвиги исчезла вместе с ведьмами, благо мои люди не успели снять с неё слежку и заметили исчезновение. Отсюда можно сделать два вывода. Либо бабушка Ядвиги стоит за исчезновением ведьм, либо её похитили вместе с другими. И говорить об этом жене категорически нельзя.

Она бы пошла вместе со мной. Поэтому я был так напряжён, когда прощался с ведьмой. Мне необходимо вернуть, спасти бабушку, либо осторожно обезвредить. Не думаю, что Ядвига одобрит, если я ненароком прибью её бабушку.

Черт, вот как всё не вовремя. Мне все эти поджоги, похищения, разбирательства не нужны. Мне хочется проводить больше времени с женой, наслаждаться тихим счастьем внутри. А приходится выслеживать свихнувшихся ведьм. Что им всем спокойно не живётся? Какой век на дворе, а они до сих пор в другом времени. Ещё и Ядвиге ничего так и не сказал. Представляю её реакцию.

– Мы взяли след, – доложил один из инквизиторов, отвлекая меня от не радужных мыслей.

– Пора заканчивать этот цирк, – ответил я.

Но, к сожалению, наши поиски не увенчались успехом. Следы путались, инквизиторы устали, всё же три дня бесконечной гонки по кругу. Я знал, что они находятся рядом, чувствовал благодаря инстинктам ведьмака. Только вот не мог их найти. Защита была настолько сильной, что я бы подумал, что прячет ведьм моя мать или целый совет. Хотя моя женщина тоже на такое способна.

– Мы их не найдём, – перешёптывались инквизиторы.

Молодые парни, без какого-либо опыта в таких масштабных поисках, действительно имели право делать такие выводы. Я решил, что отправлю их по одному следу, а сам с Цером пойду другой дорогой. Где смогу сосредоточиться, и выйти на настоящий след.

Только вот, чем больше я бродил, тем больше путался. Было ощущение, что из меня сосут все силы. Цер вёл себя странно, для существа, не обладающего предрасположенностью к усталости. Он медленно шёл и поскуливал. Я не мог с ним связаться, словно он стал отдельным существом, а не моей частью силы. Когда Цер упал, я понял, что мы попались в ловушку. Прежде чем потерять сознание успел собраться и отбросить Цера подальше.

Когда пришёл себя, был уже прикован к столбу, рядом с тремя ведьмами и бабушкой Ядвиги.

– Где моя внучка? – увидев, что я пришёл в себя, требовательно зашептала Ильмара, всё её лицо было черным, из-за проклятия матери.

– Должна быть в Москве, – прохрипел я, всё тело было таким вялым.

– Высосали с тебя достаточно силы, – фыркнула. – Как тебя угораздило попасть в ловушку?

– А Вас?

– Я была в бреду, когда меня схватили, – поморщилась Ильмара.

– И как вам ваша протеже? – едко спросил я, наблюдая как Авдотья раздаёт указания совету.

– Хороша, но глупа. Моя внучка сильнее, и она скоро будет здесь, – довольно протянула Ильмира.

– С чего вы это взяли?

– Потому что ты здесь, – хмыкнула Ильмира.

– Надеюсь, вы ошибаетесь.

– Сердце внучки давно принадлежало тебе, только вот я берегла, потому что ты, сынок этой стервы, и ничего хорошего она с тобой не увидит, одни страдания.

– Как вы оптимистичны.

– А ты посмотри, что происходит вокруг, где твоя мамочка? Пропали три ведьмы, совет, а ей всё равно.

– Мама не знает.

– Или не хочет знать, – усмехнулась Ильмира.

– Вижу, вы все очнулись, – раздался громкий голос Авдотьи, она подошла к столбам и довольным взглядом осмотрела всех.

– Сегодня величайший день, мои дорогие! – Авдотья повернулась к ведьмам. – Сегодня мы отчистим наш род, от всей безродовой грязи. Избавим нас от слабой предводительницы, и сожжём вместе со всеми инквизитора.

– Не боишься, что его мамочка узнает? – спросила Ильмира, и Авдотья повернулась к нам.

– Так сожжёшь его ты, как и всех ведьм, а мы тебя остановим.

– Неплохой план, если бы не одно НО! – раздался злой голос Ядвиги.

– Ты! – взбесилась Авдотья.

– Я тебе, сучка, кое-что недоговорила, а ты отключилась, не прилично, между прочим.

– Взять её! – крикнула Авдотья.

– Давайте, бабули, смелее, пара начистить ваши сморщенные жопы!

– Какая она у меня, только вот её язык, – ворчала Ильмира.

– А ничего, что она одна против совета? – нервничал я, пытаясь освободиться.

– Она справится.

– Вы совсем за неё не переживаете!

– Да. Потому что я в неё верю. А ты зря не истери, тебе верёвки ни за что не развязать.

– Правильно, только вот мне их перегрызут, – ответил я, освобождаясь, Цер подошёл ко мне, к его шее был привязан пузырёк.

– Мне нужно выпить? – тихо спросил я, и Цер кивнул.

– Очень интересный экземпляр, – сказала Ильмира, наблюдая за Цером, и он на неё рыкнул. – Только вот он уже не твой, точнее не только твой.

***

Ядвига

«Ну давай, нападай, что стоим??? Давай нападай! Все на одного!», – орал кролик.

«Почему у меня складывается ощущение, как будто мы играем в жуткую компьютерную игру», – прошептала Логика кровожадности, наблюдая за тем, как скачет кролик.

«Без комментариев», – ответила кровожадность.

Я была настолько злой, после всех этих ловушек, да я несколько раз чуть не лишилась головы, ноги и волос. Это ведь нужно додуматься, всего напихать да побольше.

В общем я готова растерзать их голыми руками. Но, к сожалению, ведьмы трусливы, чтобы драться, они лучше в меня проклятиями покидают. И главное ведь все и сразу. Еле успеваю уворачиваться и ставить щит. Благо Цер в это время освободил Диму и должен освободить остальных ведьм.

Вот на ведьм я, кстати, уж ОЧЕНЬ рассчитываю, такой момент им предоставила. Мсти, не хочу. Так, ладно хватит защищаться, пора нападать. Только я собралась показать бабулям, на что способна, как от меня по бокам встали освободившиеся ведьмы. Все кроме Димы и бабули, они кружили возле Авдотьи, ну и флаг им в руки, нам больше достанется.

– Повеселимся девочки?

– С превеликим удовольствием.

«Уху! Поняли да? Кто следующий?», – кричал кролик.

«Я к нему даже теперь подходить боюсь», – промолвила Логика.

«Пройдёт», – махнула рукой кровожадность.

Мы как-то увлеклись, что ведьмы быстро кончились, а мы только разогрелись. Нет, мы никого не убивали! Мы же не они. Так немного лишили сил и сознания. В это время Дима уже вёл мимо нас Авдотью. Я перегородила им дорогу и посмотрела в глаза этой мрази, убившей несколько ведьм.

– Зачем? Они ведь тебе не мешали. С чего ты решила очищать ряды ведьм?

– А я не знаю, просто захотелось, – хмыкнула Авдотья.

– Сейчас, дорогая, я передам её инквизиторам, их должен привести Цер.

Дима повёл Авдотью дальше, а вот я серьёзно задумалась. Это бред, всегда есть причина, не бывает просто по щелчку, захотела и пошла убивать.

– Ты была не совсем хороша, но и не опозорила меня, – подошла ко мне бабушка.

– А ты, как всегда, скупа на похвалу, – закатила глаза.

– Я рада, что ты поверила, – смущённо ответила бабушка и отвела взгляд, словно деревья осматривает.

Улыбнулась, вот ведь гордая женщина. Да я и сама могу, тоже мне. Обняла бабушку, крепко – крепко.

– Ты моя семья, и по-другому не могло быть!

– Спасибо, Ядвига, ты нас предупреждала, а мы не восприняли всерьёз, – нарушили нашу идиллию ведьмы.

Эх, нашли время, да она меня почти обняла в ответ.

– Пожалуйста, берегите себя.

– Ой, Ядвига, хватит, все эти нежности не для меня, – буркнула бабушка, отойдя от меня подальше.

– Угу, не для тебя, так не для тебя, – хмыкнула я.

В принципе мне достаточно.

– Может, навестишь нас со своим… Мужем, мать будет рада.

– Может и навещу.

– Вот и хорошо.

– Не говори, просто замечательно.

«Неужели так сложно взять и сказать, что она нас любит?», – изогнула бровь Логика.

«Не все могут в любви признаваться», – буркнула кровожадность.

«А я тебя люблю», – сказал кролик и прижал к себе кровожадность.

«Ушастый, ты совсем свихнулся?!», – возмутилась кровожадность.

«Скажи, что ты меня любишь», – настаивал кролик.

«Да не в жизнь», – нахмурилась кровожадность.

«Тогда я тебя не отпущу, так и буду обнимать»

«Да люблю – люблю, только отпусти», – покраснела кровожадность, а Логика только хмыкнула.

«Она меня любит», – разулыбался кролик.

Дмитрий

Только в самолете я смог обнять свою жену, и немного успокоиться. Пока своих инквизиторов из ловушек повытаскивал, потом ведьмы очнулись, потом Авдотья три раза бежать пробовала. Наш самолет задержался, мама весь мозг по телефону вынесла. Ещё бабушка у Ядвиги загибается, нужно успеть снять заклинание. Мама отказалась снимать, пока не увидит совет собственными глазами.

– Меня твоя мама начинает жутко раздражать!

– Любимая, я понимаю, но у неё пост, который требует ответственности.

– Черт с два! Она мою бабушку терпеть не может вот и всё!

– Тебе самой придётся принимать такие решения, и там нет места эмоциям, – сорвался я и замолчал.

– Что ты имеешь в виду? – непонимающе спросила ведьма.

– Он имеет в виду, что ты и есть преемница, – прошептала бабушка Ядвиги.

– Что? Это правда?

– Да.

– Но как… Я… Не понимаю

– Всё просто, чтобы стать ведьмаком, он пообещал своей матери, что ты будешь преемницей. Точнее не пообещал, а заключил сделку, что его жена становится преемницей и не имеет право отказаться.

– Ты знала? – едва слышно прошептала Ядвига, смотря на свою бабушку.

– Знала, но мне запретили об этом распространяться, поэтому я и пыталась отдать тебя как можно раньше замуж, хоть за кого, лишь бы уберечь, – бабашка поморщилась.

– Как ты мог?

Ядвига посмотрела в мои глаза, в её глазах стояли слёзы.

– Я хотел быть с тобой.

– Ты мог предупредить, но ты промолчал, сделав выбор за меня, положив на мои плечи такую ответственность. Это предательство.

– По-другому я не смог быть с тобой! – воскликнул я, пытаясь взять Ядвигу за руку, но она отодвинулась от меня.

– Мерзко. Это единственное, что я сейчас чувствую.

– Любимая…

– Нет, Дим. Когда мы любим, мы так не поступаем. Ты думал только о себе. О своих желаниях. Не задумываясь, нужно мне это или нет? Справлюсь ли я морально или сломаюсь? Ты ведь в курсе испытания, которое проходит преемница? Я буду рисковать своей жизнью, за что? За твою прихоть? Как я могла ошибаться в тебе? – Ядвига смотрела в мои глаза и плакала.

– Прости меня.

– Нет, – жена покачала головой и пересела к своей бабушке.

Как возможно, что жизнь может разрушиться в одну секунду? Один взгляд, одно слово и невыносимая боль. Как может самый близкий человек в одно мгновение стать чужим.

Я был растерян. Что сказать? Что сделать?

Жена не смотрела в мою сторону весь полет и дорогу к дому матери. Она шла рядом и не замечала меня.

– Я требую, чтобы Вы сняли проклятие с моей бабушки, – холодно сказала Ядвига, стоило маме подойти к нам.

– Сначала я хочу во всем разобраться, – отчеканила мама, кинув на меня недовольный взгляд.

– НЕТ! Вы снимите сейчас, иначе сниму я.

– Как ты со мной разговариваешь? – повысила голос мама, подавляя Ядвигу своей силой, но жена даже не вздрогнула.

– Мама прекрати, – закрыл собой жену.

– Не утруждайся! – фыркнула Ядвига, обходя меня. – Я жду.

– То, что ты моя преемница не даёт тебе право так со мной разговаривать! – мама поняла, что Ядвига узнала.

– Ошибаетесь. Мне ничего не мешает свергнуть Вас с теплого местечка, поэтому советую разойтись мирно, иначе я здесь всё разнесу!!!

Ядвига

"Ну, вы что?", – суетился кролик возле поникшей Логики и кровожадности.

"Он…", – не договорила Логика и заплакала в ладошки, как маленькая девочка от обиды.

"Урод", – тихо сказала кровожадность в её глазах стояли слёзы.

Кролик понимал, что в первую очередь нужно поговорить, узнать, как всё было и эмоции здесь явно лишние. А если у Логики и кровожадности проснётся неуместная мстительность, то жди беды.

Кролик принял решение, что должен увести своих женщин от ведьмака на время, чтобы дать им возможность подумать. Встав у руля, он сжал свои лапки и с тяжелым вздохом принялся воплощать свой план.

***

Мне не было так больно, когда Иван отказался от меня ради денег. Мне не было так больно, когда собственная семья отвернулась от меня. Я привыкла держать удар. Но в этот раз он был слишком сильным. Такое ощущение, что меня не просто ударили, а плюнули в душу.

Собрав себя по кусочкам, я смогла держаться. Смогла, не смотреть на того, ради которого моё сердце отбивало свой ритм. Идти рядом с ним, ощущать такой родной запах. Не бросаться ему на грудь и не бить его, истерично крича.

Единственное, что мне осталось – это держать лицо и помочь своей собственной бабушке. Только потом, уехав подальше от него, я смогу выпустить свою боль наружу.

Мне не было страшно, разговаривать так с Верховной. Мне не было страшно, потому что самое страшное со мной уже случилось. Верховная тоже поняла моё настроение и со злостью на лице сняла с бабушки проклятье. Вновь со мной стояла гордая ведьма с седыми волосами, но молодым лицом. Я ощущала её силу и поддержку неведомую мне раньше. Одна кровь, одна семья.

Дима пытался поговорить со мной, но мой безразличный взгляд заставил его отойти от меня. Ему больно, я чувствую это. И от этого ещё сильнее страдаю.

Собрание, где всё выяснялось, проходило как в тумане. Даже Авдотья потеряла для меня какой-либо интерес. Верховная приняла решение сжечь весь совет, причем она не тянула с решением и уже через полчаса были сооружены костры. Дикость происходящего выходила за границу моего понимания.

– Мы можем уехать, – сказала бабушка.

– А ты?

– Верховная больше не будет собирать совет, я освобождена от своих обязанностей.

– Тогда я хочу убраться отсюда.

– Дитя моё, – совершенно в не свойственной манере начала бабушка. – Поговори с ним, она сказала, что не даст тебе развод.

– Я не спрашивала.

– Я спросила, когда мы разговаривали.

– Мне сейчас совершенно на это плевать, я хочу быть подальше отсюда.

Больше не было вопросов, не было разговоров. Бабушка вызвала такси до аэропорта, один Дима вертелся передо мной и пытался поговорить.

– Я не отпущу тебя, – перегородил дорогу к такси.

Бабушка молча его обошла и села в машину.

– Уйди, Дим.

– Не делай этого с нами, я совершил ошибку. Позволь объяснить, позволь исправить.

– Нет.

– Я люблю тебя.

Каждое его слово причиняло боль, меня словно пытались откачать, но делали только хуже.

– Я сейчас уеду, и ты этого не исправишь.

– Это конец? Что будет с нами?

– Я не знаю, – сказала едва слышно и села в машину.

Я держалась до дома, больше не плакала, как в самолете после слов Димы. Только приехав в дом своей семьи, увидев растерянную и взволнованную маму, я выпустила боль наружу и упала перед крыльцом на колени, завыв от боли.

***

Ядвига

Прошло три дня, как я приехала домой. Истерика прошла, слёзы больше не льются. Только вот душа болит.

– Не замерзала, сидишь здесь целый день? – спросила бабушка, накидывая на мои плечи плед.

– Всё в порядке.

– Врать ты никогда не умела, – усмехнулась бабушка, присаживаясь со мной рядом.

– Я думала, ты снесешь мою любимую беседку.

– Хотела, но не назло тебе, слишком больно было от воспоминаний.

– Почему ты не сказала?

– Каждая ведьма из совета приносила Верховной клятву о неразглашении. Я не могла её обойти, что только не перепробовала. Поэтому решила замуж выдать, чтобы спасти тебя дурную, а ты что сделала? Сбежала! Ох, я и злилась, как тебе не угрожала, ты только больше свой подбородок вверх поднимала. Нужно было сразу понять, что своим путем пойдешь, уж слишком на меня похожа.

– Могла хоть жениха получше выбрать, – усмехнулась, вспоминая старого ведьмака.

– Да тебя все боялись, как огня, один инквизитор, как привязанный ходил. Я даже проверила его, думала ты по глупости приворожила, так нет, любовь чистая из сердца идёт.

– Баб, какая любовь? Разве предают, когда любят?

– Молодая ты ещё, импульсивная, как и я, впрочем. Когда любят, могут и предать, если о последствиях не думают. Разум то его был затуманен, он видел только тебя и проложил к тебе дорогу, как мог. Глупость, конечно, что ведьмаком стал. Только душу исчернил, да и для своей матери тыл прикрыл. Он ведь не понимает, как она им крутит. Ты пойми, я, когда эту гадюку в первый раз встретила, сразу поняла, от неё ждать ничего хорошего не нужно. Она всегда делает то, что выгодно ей.

– Зачем ей нужна я?

– Думаю для отвода внимания от слабой дочери. Причем, скорее всего, не из-за того, что она за неё беспокоится, а чтобы не опозориться.

– Ты знаешь про Марьяну?

– Однажды случайно её увидела. Не стала это афишировать. Думала, воспользуюсь этим в нужный момент, но как-то не пригодилось.

– Можно объяснить, постараться понять, но он мог сказать, когда брал меня в жены. Кстати, ты вела себя так, словно ничего о нём не знала, я чётко помню, как ты удивилась.

– Из меня вышла хорошая актриса, – улыбнулась бабушка.

– Противно от всего. Наш мир настолько лживый, одни интриги, предательства.

– Мне кажется, что ты сама его сейчас так воспринимаешь.

– Я не хочу власти.

– Так это неплохо.

– Баб, я не справлюсь со всем.

– Я раньше тоже так думала, переживала о тебе. Ты всегда принимала всё слишком близко к сердцу. Черная ведьма с душой Белой. Думала, что это твоё самое уязвимое место, но я ошибалась. В этом твоя сила. Мир изменился, нам нужны перемены. Больно, но я признаю это.

– Не хочу.

– Ты уже не исправишь ничего. Но ты можешь сделать ВСЁ, чтобы повернуть в свою пользу. Ты любишь ведьмака?

– Не хочу об этом.

– Ядвига, ты любишь Дмитрия?

– Люблю.

– Тогда почему ты здесь?

– Ба, ты сейчас прикалываешься?

– Он твой муж, он оступился, Но без него тебе плохо. Зачем мучить себя из-за чужой ошибки?

– Совершенно не понимаю, к чему ты ведёшь.

– Я тебе говорю о том, чтобы ты вернулась и проучила своего ведьмака, чтобы он больше не думал, что может так с тобой поступить.

– Зачем мне вообще к нему возвращаться? Пускай теперь будет один.

– Нет, иногда я сомневаюсь, что ты вообще черная. Дорогая не забывай кто ты! Ну что ты сейчас делаешь? Сопли на кулак мотаешь, да и ноешь в подушку по ночам. Ты к нему все равно вернешься, потому что любишь, или простишь, когда он отойдет и прибежит добиваться твоего прощения. Ты не глупая девочка, подумай. Лучше выйти из этой ситуации победительницей, чем проигравшей.

"Бабка дело говорит!", – важно сказал кролик.

Кровожадность сидит с кислым выражением лица, Логика постоянно рыдает.

"Девоньки мои, ХВАТИТ ныть! Надо идти в атаку!", – сказала кролик.

"Уймись!", – фыркнула кровожадность.

"Кровожадность, неужели ты так и будешь сидеть на месте? Неужели ты всё проглотишь?!", – возмутился кролик.

"А ты Логика, будешь ждать, пока нашего ведьмака кто-нибудь утешит?"

"Чего?", – удивилась Логика.

"А вы что думали, он там один куковать будет? Сильный, красивый, печальный… Улавливаете угрозу?", – нагнетал кролик.

"Ну уже нет!", – подскочила Логика.

"Да черт с два! Он наш", – разозлилась Кровожадность.

"Другое дело", – улыбнулся кролик, глубоко внутри он надеялся, что ведьмак всё выдержит.

– Ты права, бабушка, хватит прятаться от проблем, они так не решатся, – сказала я.

Что ж, пора возвращаться в Москву.

***

Ядвига

Прощание с мамой вышло очень скомканным и неприятным. Мы давно стали чужими, нить соединяющая мать и дочь порвана ещё пару веков назад. Могу ли я за это винить маму? Скорее всего нет. Не все должны быть безупречными родителями, сильными ведьмами или людьми.

Мир разный и каждый из нас индивидуален. Поэтому обиду и боль, скрывающуюся глубоко внутри, я наконец-то смогла отпустить. И обрела свободу. Да было, но уже прошло.

А вот прощание с бабушкой затянулось, её крепкие объятия позволили мне почувствовать её скрытую любовь. Моя мудрая бабушка. Да, она не ангел воплоти, всегда была со мной строга, холодна, но всегда любила, хоть я этого и не замечала.

Благодаря этому я вынесла урок. Порой прежде, чем судить и обижаться, нужно узнать, что движет человеком, может не всё так плохо, как кажется на первый взгляд. И самое главное, если бы не она и её поступки, заставляющие меня двигаться вперед, я не была бы собой.

– Береги себя, бабуля, – улыбнулась.

– И ты береги себя, проучи ведьмака, как следует, – в глазах бабушки вспыхнула сила.

Ничего не ответив, а только кивнув, села в такси. И впервые, уезжая отсюда, чувствовала покой. Мне необходимо было обдумать произошедшее. Да, я виню мужа. Да, я обижена и считаю, что он меня предал. Даже повелась на бабушкины слова о месте, только вот, переспав с этими мыслями, поняла, что я не хочу мстить. Я хочу выслушать, а дальше решу, разрывать отношения или прощать.

Полет в Москву был изнуряющим, меня постоянно тошнило, голова кружилась и чувствовала себя я отвратительно. Беременность, которую я так ждала, была на лицо. В аэропорту, купив в аптеке тест, в туалете проверила свои стопроцентные догадки и оказалась права. Беременна.