Текст книги "Ядвига (СИ)"
Автор книги: Янита Безликая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
«Мне кажется, это его колбасит», – заметил кролик.
– Ядвига.
– Угу.
– Чертовка, – выдохнул ведьмак, стремительно сокращая, между нами, расстояние.
– Что? – главное не выглядеть испуганной, я смелая ведьма, и совсем не боюсь.
– Как ты посмела сбежать после таких слов?
Притянул в свои объятья, смотрит, а мне голову приходиться задирать, чего он такой высокий? Раньше не замечала.
«Да их обоих торкнуло», – поморщился кролик.
«Любо-о-оф», – протянула кровожадность.
– А чего мне сидеть ждать, пока ты отойдёшь? – усмехнулась.
– Невыносимая ведьма, – закатил глаза ведьмак и хотел меня поцеловать, как его мобильный ожил.
Я почувствовала такую злость к этой бездушной побрякушке.
– Да, – ответил ведьмак.
Его лицо изменилось, он напрягся, натянулся, как струна. Отошёл от меня и подошёл к окну.
– Собирай всех, буду через пять часов, – голос ведьмака звучал незнакомо, властно.
Подошла к окну, хотела спросить, что случилось, любопытно ведь. Покосилась в окно и замерла. Красное солнце. Сердце тревожно кольнуло.
– Кто? – вырвался вопрос.
– Ведьма в соседнем городе, нашли в лесу, сожжённую на костре.
– Костре? Это инквизитор?
– Нет! Мои люди никогда бы не причинили вреда и не нарушили договор перемирия.
– Твои люди?
«Только не начальник инквизиторов, только не он», – шептала кровожадность.
– Да.
– Ты?
– Да!
«У бабки зубы последние от этой новости выпадут», – простонал кролик. «Она и так инквизиторов терпеть не может, а тут сам начальник на её внучке жениться хочет».
Ёжики – пыжики.
– Собирайся, поехали, нас уже ждут, – сказал ведьмак, направляясь в свой кабинет.
– Куда?
– Ядвига, я тебя здесь не оставлю, одну, без защиты.
«Много о себе мнит, защитник», – фыркнул кролик.
– Я не оставлю территорию, – нахмурилась, пропуская мимо ушей о защите.
– Ты поедешь со мной, матери сообщу.
– Нет!
– Как хочешь, там будет полно ведьмочек, может и к лучшему, – хмыкнул ведьмак.
«Вот козел!», – раздражённо сказала Логика, а кролик с кровожадностью посмотрели на неё с уважением.
– Я поеду!
– Отлично, – улыбнулся ведьмак.
«Сделал, как девчонку», – раздражённо сказал кролик.
«Ничего, и на нашей улице будет праздник», – успокаивала кролика кровожадность.
«Если подумать, то мы только выигрываем: проветримся, узнаем первые новости о ведьме. Поэтому смотрим на все с положительной стороны», – сказала Логика.
«Как меня иногда твоя жизнерадостность бе-е-есит», – сказала кровожадность.
Как вам?
***
Перепроверяю защиту ещё раз только для того, чтобы побесить ведьмака, вон как зубами скрипит.
Люблю раздражать людей, особенно ведьмака, приятно. Чёрная душа радуется.
– Ядвига, что случится с городом, пока тебя не будет часов 10? Скажи мне?
– Откуда я знаю?
– Тогда зачем мы торчим здесь час? – рычит.
Совсем нервы не к черту у ведьмака, нужно лечить, травки там всякие попить.
– Чтобы ехать со спокойной душой, все тебе нужно объяснять, – закатила глаза.
Ведьмак подошёл ко мне, хотел сжать мою шею, но мой предупреждающий взгляд его остановил.
– Быстро в машину! – рявкнул.
Что так орать-то? Как будто я глухая!
– Хорошо, – мой тон спокоен в отличие от его, вот как себя должны вести воспитанные и адекватные люди.
– Хорошо? – приподняв бровь, спросил ведьмак, когда я села в машину. – Так просто?
– Ну да, тебе стоило раньше попросить, – мило улыбнулась.
Ведьмак сжал руль и закрыл глаза.
Эх, мне чуточку даже стало жаль, но потом вспомнила, как он меня провоцирует на ревность. Жалость пропала без следа, оставляя вместо себя огромное желание сделать гадость. Не люблю, когда мной манипулируют. Особенно, когда по больному! Ревность я контролировать не могу!
– Мы поедем или как? – улыбнулась.
Взбешённый взгляд и мы сорвались с места. Ха, напугал, да я на метле такую скорость разгоняла, что этой машинке и не снилось. Наоборот, сижу, наслаждаюсь. Сытая, отдохнувшая, почти замужняя. Теперь точно знаю, что есть человек, у которого я всю жизнь буду пить кровь. Значит, буду довольная и счастливая, ВСЕГДА.
Ведьмак все косился на меня, бесил его наверно мой счастливый вид.
«Она ещё не понимает да?» – усмехнулся кролик.
«Нет, зачем настроение портить раньше времени?», – с улыбкой спросила кровожадность.
«Вы тоже до конца не понимаете, забыли, наверное», – усмехнулась Логика.
«Мы просто раньше времени не паникуем, тем боле её не так просто забыть», – хмыкнул кролик.
Мы ехали пару часов, сидеть надоело, спать тоже, я сидела и доставала ведьмака о его предпочтениях.
– Фу-у-у-у! Как можно любить клубнику, – скривилась я.
– Клубника вкусная, – настаивал ведьмак.
– Кислая и безвкусная.
– Ничего, ты ещё её полюбишь, – на губах заиграла хитрая улыбка.
– С чего это?
– Я измажу тебя сливками и буду проводить клубникой по твоему телу, – голос у ведьмака охрип.
А я глазами хлоп – хлоп, когда дошло, покраснела, как помидор. Ну его, отвернулась, лучше в окно посмотрю. Ведьмак хмыкнул
«А-а-а-а-а-а!»
«Тише кролик, ну ты чего, он ведь просто сказал», – успокаивала трясущегося кролика кровожадность.
«О…он не просто сказал, он это ПЛАНИРУЕТ!», – закричал кролик, потянул за уши.
«Это ожидаемо», – осторожно сказала Логика, и кролик от эмоций потерял сознание.
«Что я такого сказала?», – спросила Логика, когда кровожадность посмотрела на неё осуждающе.
До города мы больше не разговаривали, я все представляла эту самую клубнику по моему телу, краснела и снова представляла.
«Прекрати-и-и-и-и», – умолял кролик.
«Ого, у неё фантазия», – присвистнула кровожадность, оценив позу в голове ведьмы.
«А-А-А-А-А-А-А! Я не выживу! Вырубите меня, ПРОШУ».
Кровожадность долго просить не нужно. Тресь, и кролик отдыхает.
«Зачем ты?», – спросила Логика.
«Считай, что у него сегодня внеплановый выходной», – хмыкнула кровожадность и продолжила с интересом смотреть за фантазиями ведьмы.
Когда мы приехали к месту, где сгорела ведьма, щёки перестали пылать, а вот бледность на лице появилась не случайно.
– Ты чего? – заметил ведьмак.
– Родненький, увези меня отсюда, – умоляла я, глаза ведьмака расширились.
«Дошло», – злорадно протянул очнувшийся кролик.
– Ты чего боишься? Не бойся, я ведь с тобой, да и, навряд ли, тот, кто это сделал сейчас здесь, – успокаивал меня ведьмак.
– Здесь моя бабушка, – с ужасом прошептала я.
Глаза ведьмака распахнулись.
– О!
– Увези.
– Не могу.
– Прокляну.
– Прости, нас уже заметили.
– Я труп, – простонала и вышла из машины следом за ведьмаком.
Мало того, что не была на семейном празднике, ещё и приехала с инквизитором. Мне точно хана.
***
Вот чем я думала, когда согласилась ехать с ведьмаком? Уж точно не головой! Глупая ведьма. Все знают, что если случается что-то из ряда вон выходящего, совет сильнейших сразу же выезжает.
Да, мне не повезло, что бабуля входит в этот совет и не просто входит, она им руководит. Статная, седые длинные волосы до поясницы, точёная фигура, но вот лицо. Бабуля приметила меня сразу, и напаривалась к нам.
– Вижу, начальник инквизиторов не торопится на место преступления, – едко протянула бабуля, а я, не отрываясь, смотрела на её нос.
Притронулась к своему, захотелось сплюнуть.
– Ильмара, вы не правы, мои люди давно на месте, и если вы не помните, то именно они нашли ведьму, а я приехал, как только смог. Меня задержала невеста, – последняя фраза в мой гроб.
Бабушкина голова дёрнулась, один глаз смотрел в упор на меня, второй сканировал территорию вправо-влево, вправо-влево.
«Представляю, какой у неё диапазон зрения», – промолвил кролик.
Кровожадность и Логика сжались.
– Ядвига, объяснись, – от её тона, кровь стынет.
– Я… Он… Мы…
– Моя невеста хочет сказать, что мы любим друг друга и хотим пожениться, – уверенно сказал Дмитрий.
Ёжики – пыжики, что он несёт?!
– Никогда, – улыбнулась бабуля.
– Я бы на вашем месте не был так самоуверен, – усмехнулся ведьмак.
– Можешь ухмыляться, сколько хочешь, мальчик, но я никогда не дам согласие на этот союз. А Ядвига не посмеет мне перечить! – отчеканила бабуля и снова посмотрела на меня – Сегодня же ты возвращаешься домой и выходишь за Янислава.
– Бабушка!
– Я хотел по-хорошему, – сжал губы ведьмак и повернулся ко мне, чтобы тихо прошептать. – Скажи «Да».
«Не вздумай это сказать!», – закричал кролик.
«Ох, что же сейчас будет», – занервничала кровожадность.
– Да, – так же тихо ответила я, пусть меня сейчас прибьют, но выбор хотя бы будет мой.
***
Яркая вспышка и стремительная боль от поясницы до шеи. Я знаю, что теперь у меня на спине расцвели цветы моей силы, специально для мужа.
Черт знает, откуда такая традиция. Ведьмы говорят, что спина становится особо чувствительной.
Ёжики-пыжики, о чем я думаю? Смотрю на свои руки, на правой красуется символ замужества, как и у ведьмака. Вот тебе и свадьба, даже грустно, никаких тебе платьев, девичников с пьяными ведьмами, а все в старых джинсах рядом с взбешённой бабушкой и да прахом ведьмы. Ничего не забыла?
– Как? – закричала бабушка, вцепившись в мою руку.
Для пожилой женщины она слишком сильная, так сдавила кисть, что у меня кости затрещали.
Дмитрий расцепил пальцы, за что ему большое ведьмовское спасибо.
– Молча и обошлись без вашего разрешения, – усмехнулся и показал силу ведьмака.
Бабушка сузила глаза. Да её таким трюком не проймёшь, она у меня тёртая. Эх люблю её, но она сама виновата, не оставила мне выбора. Кто отдаёт в невесты ребёнка, которому две недели отроду. Моя бабуля.
Янислав, чтобы ему пусто было, хотел взять в жены бабулю. Он ведьмак сильный, и род его ого-го, да бабуля хвостом махнула и меня предложила. Этот смекнул, что молодая, лучше и согласился. Ждали они значится до моего восемнадцатилетия, чтобы сказать. Сказали и спровоцировали мой первый побег. Вернули, ещё раз убежала.
Чтобы я да за старого хрыча, да не в жизнь. Так бабе и сказала, она мне пощёчину залепила, да силой пригрозила. Я обиделась и уехала от них. Приезжала каждый раз с новым женихом и каждого ломали.
Первый раз приехала с любимым и единственным мужчиной, которого полюбила, он отказался от меня за деньги. Бабуля тогда хотела проучить, но я запомнила и больше никого к себе не подпускала. Сейчас смотрю на бабулю и понимаю, что её первый раз поставили в тупик, потому что теперь самой придётся за Янислава выходить, слово ведьмы дала.
– Это невозможно, – усмехнулась. – Даже твоя сила не смогла бы без разрешения сильнейшей заключить брак. Это подделка, – указала на наши руки.
– Так разрешение было, – усмехнулся теперь уже муж и обнял меня за плечи.
Вот что он ко мне жмётся, если бы не бабуля получил бы по своим рукам.
– И кто тебе разрешение дал, мальчик?
– Мама, – как лучезарно улыбнулся, аж в глазах зарябило.
– И кто у нас мама? – предвкушающе улыбнулась бабуля, готовая мчаться оспаривать.
– Верховная, – поставил точку в этом разговоре ведьмак и стер улыбку с лица бабули.
Бабушка вновь посмотрела на меня. Могла бы, убила. Подошла ближе и залепила пощёчину.
Ай, больно же!
Хотела вторую, да ведьмак перехватил ладонь.
– Ещё раз и я сломаю вашу руку, – угрожающе сказал ведьмак, глаза горели зелёной яростью.
– Ты нас опозорила, – бросила бабушка и вырвала свою руку, – Мы уходим, не ждите нашей помощи.
Бабуля и 12 ведьм ушли с большой поляны.
– Ты как? – участливо спросил ведьмак.
– Нормально, – выдохнула, нет, я не плакса, плакать не буду. Все пройдёт и это забудется.
«Не забудется», – грустно сказал кролик.
«Мы имеем право жить, как хотим», – сказала кровожадность.
«Имеем», – выдохнула Логика, обняв кровожадность.
«Идите ко мне, я вас тоже обниму», – сказал кролик.
– Точно? – не спускал с меня глаз ведьмак.
– Точно, пойдём, посмотрим на место, где сжигали ведьму, может, чем помогу.
Нужно отвлечься, срочно.
– Конечно, жена, – заулыбался ведьмак.
А меня аж перекосило. Как я успела забыть, насколько попала?
***
Ведьмак, пока мы шли через поле, пытался прижать меня к себе, обнять, взять за руку. Я шла и закипала все больше, ощущая себя, в этот момент, любимой мягкой игрушкой, которую так и хотят затискать.
– Отстань! – практически рычала я.
– Нет, – с наглостью отвечает ведьмак и снова крепко обнимает.
Взгляды подчинённых инквизитора устремляются на нас. Мои – на них. Они все поочерёдно вздрагивают, узнав мою известную персону. А я счастливо улыбаюсь, узнавая всех своих инквизиторов за сотню лет. Ух вы мои лапотулечки.
– Будешь им так улыбаться, накажу, – прошептал на ухо ведьмак.
– Почему это?! – возмущаюсь.
– Потому что ты моя, – отвечает ведьмак.
Смотрю в наглые глаза, и не могу оспорить сей факт. Беси-и-ит!
Поворачиваюсь к инквизиторам с хмурым выражением лица, они бледнеют.
– Расслабитесь, я не по вашу душу, – говорю достаточно громко, чтобы услышали все, и направляюсь к месту, где сжигали ведьму.
Пока ведьмак даёт люлей инквизиторам и отчитывает их, я осматриваю прах, столб. Рука сама тянется к праху, закрываю глаза. Вижу ведьму, испуганную.
Меня это настораживает, я знала эту змею подколодную. Уж что-что, а страх ей неведом.
Пытаюсь увидеть, кого она боится, но лицо скрыто под маской, мужчина или женщина непонятно. Вижу только мантию инквизитора, которую не носят уже лет двести. Ведьма кричит возле столба, умоляет оставить её в живых.
Ничего себе, умоляет.
С интересом смотрю дальше. Ага, поджигатель не оценил сей отчаянный поступок одной из самых гордых ведьм. Зажигает солому возле столба.
Никакой фантазии, а где новое креативное решение?
Дальше смотреть скучно, ведьма горит, кричит, поджигатель смеётся. Фу, как будто посмотрела малобюджетную страшилку. Смех такой противный, не могу понять, женщина или мужчина. М-да…
Открываю свои очи и встречаюсь с взглядом ведьмака, он переживает за меня, за то, что я увидела. Мордашка такая, ути-пути. Тьфу, за кого он меня принимает?
– Не смотри на меня так, – морщусь.
– Что ты увидела?
Эх, какая жалость, что ты сам этого не можешь увидеть, не правда ли. Улыбаюсь. Сказать – не сказать, сказать – не сказать. Я даже не знаю.
– Ядвига!
Ох, ну что ты такой скучный, а пытки? Можно и поцелуи вход впустить, я даже не буду противиться, есть у ведьмака в поцелуях опыт. Так, что-то мне уже это не нравится.
«Меня пугают её мысли», – признался кролик.
«Не тебя одного», – призналась Логика.
«Расслабьтесь и получайте наслаждение, не пойму ваших истерик», – морщиться кровожадность.
«Чем наслаждаться?», – взвизгнул кролик.
«Тому, что дальше поцелуев они ещё не зашли. Понимаешь, о чем я?», – улыбается кровожадность.
«Стерва!», – отрывисто говорит кролик и отворачивается.
– Если старушенции посмотрели то, что им так стремились показать, то я могу с уверенностью сказать, что они думают на инквизиторов.
– Почему?
– Мантия инквизитора, которую стащили с ваших складов. Маска на лице, которую использовали инквизиторы во время сжигания ведьм. Страшненькая такая, совсем у инквизиторов не было фантазии.
– Дорогая, не отвлекайся.
– Да я все рассказала, там не понятно, мужчина или женщина. Но знаешь, что меня удивило.
– Что?
– То, как Серафима (сожжённая ведьма) боялась. Я бы, может, подумала, что она играет на публику, но было видно, что страх присутствует, хотя она все же подыгрывала тому, кто в маске.
– С чего ты взяла?
– Она стала умолять.
– Испугалась за свою жизнь.
– Ты плохо знаешь ведьм. Ни одна перед смертью не будет терять своё достоинство. Здесь больше похоже, что убрали свидетеля. Но ничего, мы найдём засранца, – улыбаюсь.
– Мы? – приподнимает бровь ведьмак.
– Мы!
– Нет!
– Да!
– Я сказал, НЕТ!
Ага, так значится.
– Я так всегда мечтала стать следователем, – пускаем скупую слезу. – Пожалуйста, миленький, исполни мою мечту. Что тебе стоит? Тем более я всегда буду рядом, под присмотром?
Глаза такие честные, слёзки бегут, мужское упрямство даёт трещину. Инквизитор ещё не понимает, что если он сейчас согласится, то даст мне рычаг управления на века.
– Хорошо, – тяжело вздыхает ведьмак и обнимает меня, с заботой вытирает мои слёзы, не представляя, что сейчас натворил, так и тянет улыбнуться, но я доигрываю до конца.
– Спасибо, милый, – томный взгляд, лёгкий поцелуй в уголок губ.
Инквизитор поплыл. Ха!
– Поехали домой, тебе нужно собрать вещи, – хрипло говорит ведьмак, не отрывая взгляд от моих губ.
– Поцелуй меня, – вырывается у меня.
Ой! Это ведь не я попросила?
Но ведьмак с радостью исполняет мою просьбу, и я забываю обо всем. Мягкие губы, дарующие столько удовольствия.
«Вот надо было так все испоганить», – ворчал кролик, закрыв глаза.
«Себя не переиграешь», – довольно сказала кровожадность.
А, Логика молчала, млела и отдыхала.
– Поехали, – прошептал ведьмак, прервав поцелуй.
Мама, где я нахожусь? Что это так голова кружится?
– Пошли, – тихо отвечаю я, позволяя обнять себя за плечи и увести к машине.
Что ж это творится? И кто из нас, в конце концов, выиграл, я или он?
Глава 2
Дмитрий
Ты смотришь на неё и понимаешь, что она пытается тобой манипулировать. Красивые глаза смотрят на тебя с надеждой, губки дрожат, вот-вот по щеке прокатится первая слезинка. А каких трудов ей стоило заплакать. Разве не мило? Но я всё равно не устоял. И не потому, что повёлся, а потому что не смог препятствовать тому, чего она хочет. Поиграем в сыщиков, поймаем убийцу, вместе.
Для меня одна выгода, влюбить в себя жену, будет предостаточно времени, и она не сможет убежать, скрыться, потому что будет занята делом. А я в это время, как паук, раскину свои сети и буду ждать, пока добыча сама в них угодит.
Я согласился и сделал вид, что совсем не увидел, каким триумфом заблестели ведьмины глаза, и губы совсем не растягиваются в улыбку. Сжимает, борется, умница. Я бы засмеялся, да эти губки моя слабость, нельзя прикусывать нижнюю губу, она моя.
Наверное, я слишком откровенно смотрел, моя жена поддалась чувствам, исходившим от меня, и сама попросила то, чего я хотел больше всего на свете. Увидев, что она сама испугалась своих слов, не мешкая поцеловал, чтобы не успела соскочить.
Застонал, прижимая к себе ведьму. Как можно не стонать, когда пробуешь самое изысканное блюдо? Мягкие губы, одурманивающий вкус, острый язычок. Я сражён. Если сейчас от неё не оторвусь, весь план полетит к черту. Возьму, не стесняясь никого, в машине, в нескольких позах, доведу нас обоих до пика и никуда не отпущу, пока не услышу, что я небезразличен ведьме.
Рано.
Оторвался от Ядвиги, повёл к машине. Я должен идти к своей цели и не искушаться лёгкой победой, которая отдалит от цели, а может и перечеркнёт её навсегда. В моём сердце живёт любовь, но если сердце ведьмы не зажжётся ответным чувством, моей любви не хватит на двоих.
Ядвига была растеряна, надеюсь, своим откликом на мой поцелуй. Рассматривает меня, закусывает губу.
– Не делай так, – говорю с хрипотцой в голосе.
– Как? – озадачилась.
Сжимаю руль одной рукой, второй притрагиваюсь к нижней губе ведьмы.
– Не закусывай её!
– Почему это? – в глазах ведьмы вспыхивает пламя бунтарки.
Увидев её бабку, теперь прекрасно понимаю, почему она так не любит, когда ей указывают, хотя я всего лишь попросил, наверное.
– Ты уверенна, что хочешь знать?
– Да.
Другого ответа я и не ожидал. Останавливаюсь возле обочины и перетаскиваю не ожидавшую ведьму к себе на колени.
– Ты что творишь? – шипит.
Ухмыляюсь и целую, смакую её вкус, позволяя себе чуть-чуть больше чем обычно, провожу ладонями по спине, талии, бёдрам, сжимаю ягодицы и добавляю страсти в поцелуй, чтобы поняла, что творит со мной. Чтобы использовала это, когда хочет поцелуя, но не хочет об этом говорить вслух.
Убираю руки с аппетитной попки, поцелуй становится медленным тягучим, провожу руками по волосам, пропускаю их сквозь пальцы, наслаждаясь их силой и мягкостью. Отстраняюсь, смотрю в затуманенные глаза своей жены.
Так я хочу просыпаться утром и доводить её до исступления, смотреть в эти глаза, затуманенные страстью. Так я хочу засыпать, утонуть в совместной страсти, прижать к себе и уснуть.
Не говорю ни слова, чтобы не ранить её уязвимое самолюбие. Пересаживаю на своё место и завожу машину. Моё сердце ещё долго пытается выскочить из груди, а руки горят от прикосновений к любимой женщине.
Ядвига молчит. Отвернулась к окну, думает о своём. Так страшно не знать о чем она думает. Вдруг я ей противен.
Да, даже у меня иногда бывают минуты неуверенности и отчаянья.
Как тогда, когда Ядвига отдала себя ведьмаку, подарила самое ценное, что может быть у девушки. Я выл от боли. Для меня это был самый тяжёлый период за всю мою долгую жизнь. Я впал в отчаянье, много пил, колдовал, так что изводил себя откатами.
Меня спасла мать. Она выбила всю дурь из меня. Отец не мог. Он понимал, что я чувствую, а вот мама. Она всегда была мудрее и хитрее всех, иначе не управляла бы ведьмами, так виртуозно.
Нашла она меня тогда в лесу измотанного, всего в крови. Когда много колдуешь, кровь идёт из носа и глаз, от переизбытка, организм не справляется, энергии не хватает. Вот и я тогда немного перестарался. Мама своей силой схватила меня за грудки и подтащила к себе, чтобы посмотреть в глаза.
– Никогда не думала, что мы сын настолько слаб.
– Мама она…
– Замолчи! – хлёсткая пощёчина. – Сила проявляется в умении ждать, не спеша двигаться к своей цели, уверенными шагами. Она будет твоей, ведьма всегда откликается на сердце инквизитора. Дай ей вкусить свой опыт. Дай обжечься. Иначе она никогда не станет собой. Уймись, хватит себя изводить. Работай над собой. Становись лучше. Докажи, что именно ты достоин, быть рядом. Придёт время, и она увидит тебя, оценит и полюбит.
– Мам, душа рвётся.
– Это хорошо. Не бывает любви без боли, сын. Каждый идёт своей дорогой боли к своему счастью. Ты вступил на эту дорогу, значит, ты рано или поздно придёшь к счастью.
Я настолько погрузился в воспоминания, что не обратил внимания на стон, вскоре он повторился, только стал громче. Повернувшись к Ядвиге, увидел, как из её носа бежит кровь
Резко затормозил.
– Что с тобой? – спросил, вытирая платком кровь.
Её всю лихорадило, трясло.
– Защита, моя защита, – сколько тихой ярости в её словах.
– Что мне сделать?
– Езжай быстрее и не останавливайся, пока мы не будем на месте, чтобы не происходило.
Ну, уж нет! Посмотрев на Ядвигу взглядом ведьмака, увидел не до конца разорванные нити силы, связывающее её с защитой. Использовал свою и вплёл её в нить, укрепляя, соединяя порванные.
– Что ты творишь? – тихо спросила ведьма, ей стало намного лучше, из носа перестала бежать кровь.
– Всего лишь помогаю своей жене, – ответил и нажал на газ.
Мы превышали положенную скорость, но мне было наплевать, нужно как можно быстрее быть на месте.
На дорогу вместо двух часов у нас ушел час. Остановил машину в начале города, чтобы Ядвига могла восстановить защиту и узнать, кто это сделал. Мне запретили выходить из машины. Я решил послушаться, она сейчас зла, как никогда.
Вернулась Ядвига через 10 минут, с таким видом, что ясно, без слов убьёт. Защита восстановлена, причём усилена, моей силой, и ведьма это знает, может из-за этого злиться.
– Куда дальше?
– Ко мне.
– Извини, что влез.
– Спасибо, – яростно ответила Ядвига.
– Это из-за этого ты зла?
– Нет. Тот в маске был здесь. Решил поиграть со мной. Сейчас в моей квартире! – практически прорычала Ядвига.
Сила так и бурлила в ней. Погода испортилась, солнечный день стал пасмурным. Тёплый ветерок, стал ледяным и яростным, как и сама ведьма.
Мои глаза приняли зелёный оттенок. Никто не имеет права обижать мою жену, злить её. На заднем сиденье появился Цер, мой пёс.
– Взять, – приказал я, и на полном ходу открылась задняя дверь.
– Что? – удивлённо спросила ведьма, не уловив присутствия собаки, даже не услышала, как хлопнула дверь.
Ничего странного, Цер может скрывать своё присутствие, если захочет.
– Ничего, так мысли вслух.
Цер особенный пёс. Мама подарила мне его, когда я обуздал силы ведьмака. Пёс забрал всю мою тёмную силу, злость, которая постоянно мучает ведьмаков. Я стал свободней и сильнее благодаря ему. Мы одно целое, только Цер более тёмный, яростный.
Я ощущаю, как он передвигает своими сильными лапами, мчится на запах чужака. Не могу понять, это ведьма, ведьмак или всё же инквизитор? Кто ты?
Мы почти, возле дома ведьмы, но мой пёс уже проходит сквозь дверь и то, что он видит, заставляет меня со всей силы сжать руль. Он обнюхивает каждый уголок, ищет след, но тот, кто здесь был, обезопасил себя не только от ведьмы, но и от меня.
Кто-то знает, что я с ней!
Не успеваю остановить машину, как Ядвига вылетает из неё. Черт. Успеваю её догнать, даже не знаю, как предупредить. Ведьма толкает входную дверь и зажимает рот рукой.
***
Ядвига
После того, как я открыла дверь, мне показалось, у меня вырвали сердце. Кругом было всё разгромлено, кто-то вымещал свою злость на моей квартире, но это не так страшно. Мои вещи. Те, которые я собирала веками, уничтожили. Травы рассыпали по полу, словно какие-то специи. Села на пол, провела рукой по тому, что осталось, и заплакала.
Никто не поймёт, что это значит для ведьмы. Я ушла из дома с пустыми карманами, у меня не было семейного запаса редких трав, который передаётся по наследству. Я лично охотилась за каждым растением в определённый день, в определённом месте. Полная луна, убывающая, возрастающая. Веками собирала весь арсенал ведьмы. Гордилась, когда приезжала домой с окровавленными руками, мозолями. Гордилась, что смогла сама, без готовенького.
Посмотрела по сторонам, увидев сломанную метлу зажмурилась. Ведьмовскую метлу не так просто достать. Её делает только одна влиятельная семья ведьмаков. Бабушка знала, что мне понадобится метла, и попросила их завысить цену. Я копила на метлу семьдесят лет.
Положив метлу, поднялась с пола и побрела в спальню, догадываясь, что там увижу. Эликсиры разлиты, разбиты склянки. Половину я даже не смогу восстановить. Нет больше половины ингредиентов, вымерли. Разбитые амулеты.
Чем их разбивали? Молотком?
– Ядвига, – ведьмак сжал мои плечи.
– Я не чувствую кто это был. Но кто бы то ни был, он уничтожил мою прошлую жизнь. Все мои труды, – закрыла глаза и позволила опереться о мужскую грудь.
«Не плачь, милая», – шептал кролик, когда ведьма снова заплакала.
«Нужно найти смертника», – серьёзно сказала кровожадность.
«И убить», – добавила Логика.
Все понимали, насколько это серьёзно. Ядвиге бросили вызов, унизили честь ведьмы.
– Ты должна убить? – тихо спросил ведьмак.
– Да, иначе на мне будет печать позора, – выдохнула я.
– Иногда я ненавижу ваши традиции.
– Я тоже.
– Ты не обязана убивать, – начал ведьмак.
– Обязана! Сломанная защита, разгромленный дом.
– Ты замужем, – отчеканил ведьмак.
– Дима, ты же не… – первый раз назвала его по имени.
– Честь жены – моя забота. Кто это сделал – знал, с кем имеет дело.
Я почувствовала, как возле моих ног села собака ведьмака. Замерла.
– Что он здесь делает? – прошептала.
– Он искал след. Не нашёл. Сейчас, сев возле твоих ног, он выразил преданность. Цер будет защищать тебя ценой своей жизни.
«Какие жертвы», – нервно сказал кролик.
«Ну и морда у этого пса, ты видел глазища?»– сказала кровожадность
«Это хорошо, с таким защитником ничего не страшно» – сказала Логика.
«Когда она привыкнет и перестанет бояться, это только развяжет ей руки», – неожиданно усмехнулся кролик.
«Верно мыслишь, ушастый», – сказала кровожадность.
«Эй, кто ушастый? Что за расистские замашки? Я молчу про твою внешность».
«А ты попробуй не молчать», – зловеще протянула кровожадность.
«Хватит! Нам нельзя пока ссориться».
«Тебе повезло, ушастый», – хмыкнула кровожадность.
«Стерва», – сказал кролик, и кровожадность закатила глаза.
– Очень мило, – промолвила я, делая шаг в сторону.
– Не бойся его, – улыбнулся Дмитрий.
– Ничего не обещаю, – промолвила я, спрятавшись за ведьмаком.
Вот это энергетика у собаки, что даже у меня кровь стынет.
– Трусишка, – хмыкнул ведьмак и резко повернулся ко мне, прижал к себе и поцеловал в нос.
«Терпеть не могу эти приступы нежности», – проворчал кролик.
«Много ты понимаешь, ушастый».
«Ещё раз назовёшь меня ушастым, и я за себя не ручаюсь», – сказал кролик.
«Ушастый», – с подленькой улыбкой сказала кровожадность.
И кролик с боевым кличем бросился в бой.
«Твою ж … А я только сделала маникюр», – сказала Логика и пошла разнимать дерущихся.
– Собирай свои вещи, и поехали ко мне, завтра выезжаем из города. Будем искать смельчака.
– Мне и забирать нечего, – грустно улыбнулась и ещё раз осмотрелась.
Взгляд наткнулся на книгу с правилами ведьм, она единственная лежала нетронутой.
– Посмотри, – указала на книгу.
– А вот и первая зацепка, – довольно улыбнулся ведьмак, его глаза вспыхнули силой.
***
Ядвига
Книга с правилами перекачивала в мою сумку, как бы я не хотела её оставить, но прирождённое, ведьмовское не позволило проявить неуважение. Самое это чувство отвратительное, скажу я вам. Хотела бы я чхать на законы, но не могу. Плюс ко всему теперь моя свекровь сама Верховная.
Усложнила я себе жизнь, по-другому не скажешь. И вообще почему, я как послушная девочка собираю свои вещи, собираясь ехать прямо в логово этого гибридища?
«Может, потому что он твой муж?», – сказал кролик и поморщился, эта мысль доводила его до зубного скрежета.
Хотя какая разница. Может, сегодня я хочу быть послушной девочкой.
«Да что за сопли?», – раздражённо сказала кровожадность.
Растеряно села на диван и растрепала свои волосы.
– Что с тобой? – рядом раздался голос ведьмака.
– Не знаю, – честно ответила.
– Ты не хочешь ехать ко мне?
Я словно почувствовала, что для него важен мой ответ.
– Эта мысль не вызывает во мне негатив, – поморщилась.
«Враньё!» – проворчал кролик, лично он был настроен очень негативно.
– Я не могу ещё осознать, что сегодня вся моя выстроенная за многие века жизнь перевернулась с ног на голову. Ты знаешь, какие ведьмы гордые?
– Знаю, – ответил ведьмак, посмотрев мне в глаза.
– Поэтому я попрошу только один раз. И желательно, чтобы ты забыл, что я сейчас скажу.
«Мне одному это не нравится?» – спросил кролик.
– Хорошо.
– Не дави. Я сама сделала выбор, но это не означает, что я готова к…
– Не продолжай, я понял.
– Отлично, – поднялась, чтобы продолжить собирать вещи.
Непривычно чувствовать смущение так часто.
– Только… – медленно начал ведьмак.
«Вот и пожалуйста», – хмыкнул кролик.
«Ушастый, ты заткнёшься? Мы слушаем!», – прикрикнула кровожадность.
– Только?
Ведьмак подошёл ко мне, приобнял за талию и притянул к себе.
– Что…
Ведьмак поцеловал меня, не позволяя закончить фразу. Так властно и сладко.
– Я не буду переходить границу дозволенного, но целовать свою жену и обнимать, буду! – сказал ведьмак и вышел из зала, оставляя после себя, словно пустоту.
Я совру, если скажу, что мне не нравится его позиция. Целоваться я люблю.
