Текст книги "Оружие фантома"

Автор книги: Вячеслав Денисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 14

– Приехали. – Водитель резко, как лошадь перед барьером, остановил «восьмерку» у первого подъезда дома по улице Селезнева.

Мишка вылез и осмотрелся.

Прикол, в натуре!.. У второго подъезда, словно на автостоянке, беспорядочно припарковались серая «Газель», две черные «Волги» и белая «Шкода». Они стояли так, что не оставалось сомнений – все вышедшие из машин зашли во второй подъезд.

– Ребятки, сколько же вас там?.. – пробормотал Саморуков и, как бык на тореадора, пошел на дверь.

«Серега, в какой же ты квартире? Мать моя… Так, спокойно, Саморуков, спокойно… Главное – угадать. Не промахнуться… Стоп! Оп-почки, а это что такое? Ага! Это следы крови. Куда они ведут? В подъезд. А это что? А это – следы размазанной крови, ведущие в подвал. Конечно, подвал! Какой я идиот! Он в подвале!»

Мишка вынул «ПМ» и стал мягко спускаться вниз, ощущая запах сырости и вонь от трупа давно сдохшей в подвале кошки.

Еще шаг, и он услышал голоса. Он позволил себе потерять секунд десять, которые, по его мнению, теперь уже ничего не решали, и прижался к шершавой стене…

… – Выживет или нет?

– Я не доктор…

Дальше Мишка слушать не стал.

Пинком выбив дверь, он влетел в подсобку подвала.

– Милиция! На пол, суки!

Уже произнося первое слово, он понял, что из этого подвала его вынесут только на носилках и в черном полиэтиленовом мешке. В девятиметровой комнате находилось человек шесть. Трое из них были в одинаковых черных куртках «пилот» и черных свитерах, двое или трое – в костюмах. При появлении неожиданного гостя они проявили фантастическую ловкость: едва Мишка распахнул дверь, они уже держали его под прицелом.

– На пол!!! – повторил упрямый Саморуков и выстрелил в забитое фанерой оконце под потолком.

– Не стрелять! – скомандовал стоящим один из тех, кто носил костюм. – Не стрелять! Это свой, мать его… Миша, опусти «волыну»!

Саморуков опешил. Больше всего на свете ему хотелось именно стрелять, но кто-то из находившихся в подвале знал его фамилию и назвал «своим».

– Миша, это я, Зотов! Да опусти ты «пушку», ради бога!

– Зотов?! Интерп…

– Я, я!

Саморуков медленно, словно не доверяя, вкладывал «ПМ» в подмышечую кобуру, и люди напротив, как в зеркальном отражении, повторяли его движения.

– Где Серега, Антон? Он мне позвонил и назвал адрес…

Стоящие по кивку Зотова слегка расступились, и опер увидел страшную картину…

Вербин лежал на полу и хрипло дышал. Его лицо представляло собой сплошную опухшую кровавую маску. На нем не было живого места. Закрытые веки, залитые кровью, мелко вздрагивали…

Вербин, этот могучий Вербин, одного вида которого боялся весь бандитский мир города, лежал, как кукла. Кукла, растерзанная жестоким ребенком.

Мишка почувствовал, как к горлу подкатывает ком…

– Кто?..

Зотов подошел к оперу и приобнял его за плечо.

– Они тоже здесь. – И повернул Саморукова направо.

Только сейчас Мишка понял, что затрудняло его дыхание. Запах сгоревшего пороха. Дым от него стоял под потолком сизыми слоями и резал глаза.

В углу лежали трое.

Один из них, в черной кожаной жилетке и черной рубашке, полулежал, упершись головой в стену. Казалось, он с удивлением рассматривал пулевое отверстие меж своих глаз. Его жилетка в трех или четырех местах была разорвана, и клочья кожи топорщились из дырок, как маленькие ежики. Мертв был и второй, что лежал на его ногах. Рубашка его побурела от крови. Он смотрел в потолок и зачем-то сжимал в ладони ручку эмалированного ведра.

Третий лежал рядом и скулил, как собака. Сучил ногами, словно пытался растереть что-то меж колен. В отличие от своих друзей, с которых не сводил глаз, он понимал, что такое настоящее счастье. Это когда в течение трех секунд раздается около двадцати выстрелов, а ты остаешься живой. Это – как помилование при неудавшейся попытке расстрела. Две пули пощадили Смыка. Одна попала ему в руку, вторая в бедро.

– Убью, гад!!! – неожиданно для всех заорал Мишка и оттолкнул в сторону интерполовца.

Его едва успели скрутить. Выпущенная им пуля превратила в пыль половину кирпича в сантиметре от головы раненого.

Под свинячий визг Смыка Зотов пытался успокоить Саморукова, который рвался из рук трех «пилотов»:

– Мишка, нельзя! Он нужен нам! Придет время – он за все ответит! Успокойся, черт возьми, пока я тебе промедол не вколол!!!

Опера, обессиленного, посадили на кровать, но он встал и, как лунатик, медленно пошел к Вербину. Встав перед ним на колени, он вдруг снова пришел в себя.

– Врачи!!! Где врачи?!

– Едут уже. Мы ему обезболивающее ввели…

– Он будет жить?

– Я не доктор, Миша…

Саморуков уткнулся взглядом в руку Сергея.

– Где… где его палец?..

– Они отрезали его…

Мишка уже ничего не слышал. Он не слышал, как в подвал вбежали медики. Его оттолкнули, он сел на пол. В лужу воды, перемешанной с кровью…

Он сидел и тупо наблюдал за тем, как врачи укладывают Вербина на носилки и надевают на его лицо пластмассовую маску. Сергея стали выносить из подвала, Мишка упрямо поплелся за носилками. Вербина стали погружать в чрево медицинского «Форда», он полез за ними. Его остановили, он снова полез. Он не видел ни Макарова со Стариковым, трясших его за плечи, ни рыдающую Бородулину…

Он стоял и смотрел, как удаляется машина «Скорой помощи», увозящая заместителя начальника отдела по раскрытию убийств Сергея Вербина…

Часть II
Над пропастью во лжи

Глава 1

В один из последних июньских дней в кабинете капитана милиции Булгакова в городе Заболоцке раздался телефонный звонок. Булгаков отвлекся от написания справки по краже бензопилы из садоводческого общества «Заболотка», вздохнул и поднял трубку:

– Слушаю…

– Здравствуйте, вас беспокоят из ГУВД города Слянска. Макаров моя фамилия. Майор Макаров. С кем имею честь говорить?

– Со старшим оперуполномоченным уголовного розыска города Заболоцка капитаном Булгаковым.

– Очень приятно. У нас тут проблема небольшая. По нашим сведениям, в ваш город прибыл неделю, может, десять дней назад один гражданин. Но вы сами понимаете – информация на то и информация, чтобы ее проверять… Как вас зовут?

– Андрей Васильевич.

– Андрей Васильевич, человек этот нам очень нужен! Вы не могли бы по своим каналам «пробить» его местонахождение? Вам там, на месте, удобнее. Если, конечно, не трудно…

– Да почему – трудно?! Одно дело делаем… Проверю, как смогу. Давайте установочные данные.

– Заградский Вратислав Петрович. Это все.

– Мощно… – усмехнулся Булгаков. – Ну, хорошо. Через пару дней перезвоню. Устроит?

– Устроит. Вот еще что. Случится так, что обнаружите его, – ни в коем случае не подходите к нему. Никак не дайте ему понять, что обнаружили его. Он очень опасен. Лучше сообщите мне, и я с группой прибуду. Но если все-таки он поймет ваши намерения, попытайтесь его взять. Только не в одиночку.

– Устроим. Ваш телефон?

Булгаков записал данные и телефон Макарова и положил трубку.

* * *

«Секретно

Экз. единств.

НАЧАЛЬНИКУ УУР МВД РФ

СПРАВКА

Докладываю, что, работая по факту убийств гр. гр. Вирта А. В., Верникова А. С., Милешиной Е. М., оперативная группа ГУВД и прокуратура Слянской области установили следующее:

20.06.2001 г. произведено нападение на заместителя начальника ОРУ капитана милиции Вербина С. С. Вербин С. С. был похищен в тот момент, когда выходил из квартиры проходящего по делу доктора Муромова В. К., несмотря на выставленную у дверей охрану. После похищения Вербин С. С. был доставлен тремя похитителями в подвал второго подъезда дома 12 по ул. Селезнева, где ему были причинены физические страдания (пытки) с целью выяснения обстоятельств расследования указанного выше уголовного дела.

Группой взаимодействия во главе с офицером российского отделения Интерпола, работающей параллельно по этому делу и преследующей собственные официальные интересы в рамках международной борьбы с преступностью, капитан Вербин С. С. был освобожден. В ходе его освобождения погибли двое из трех похитителей. Личности всех установлены.

а) Бенедиктов Степан Федорович, 27.10.71 г.р., ур. г. Слянска,

б) Кролов Игорь Антонович, 15.02.74 г.р., ур. г. Слянска,

в) Смыков Олег Олегович, 20.11.75 г.р., ур. г. Йошкар-Ола.

Смыков О.О. был ранен и помещен в лазарет при ИВС ГУВД г. Слянска. После оказания первичной медицинской помощи он дал показания, из которых следует:

все вышеуказанные фигуранты являлись активными членами слянской организованной преступной группировки, находящейся под контролем преступного авторитета Степенко И.М., известного в криминальных кругах как Степной. Все они на данный момент проверяются на причастность к совершению неочевидных преступлений. Одним из заданий было похищение капитана Вербина С. С., получение от него информации о ходе расследования с последующей ликвидацией.

Кроме того, нашей группой установлено, что главный врач Центральной психиатрической лечебницы Пацифеев В. Р. причастен к убийствам гр. Вирта А.В., Верникова А.С. и Милешиной Е.М. В настоящее время Пацифеев В. Р. скрылся и выставлен в федеральный розыск.

В отношении Пацифеева В.Р. и Степенко И.М. ведутся оперативно-розыскные мероприятия, направленные как на установление местонахождения данных лиц, так и на их причастность к совершению иных неочевидных преступлений.

По согласию сотрудника Интерпола между его группой и нами установлено формальное оперативное взаимодействие. Наши интересы пересекаются лишь в части задержания гр. Пацифеева В.Р.

24.06.2001 г.

Исполнитель: начальник ОРУ ГУВД Слянской области м-р мил. Макаров А.

Начальник ГУВД Слянской области ген. – м-р мил. Смыслов В.»

– Макаров, сынок, знаешь, сколько мне до пенсии осталось?

– Никак нет, товарищ генерал-майор!

– Ровно полгода. Без недели.

Саша молчал.

– Ты хочешь, чтобы меня выкинули как собаку из-за одной сраной бумажки, которую написал где-то в туалете какой-то майор?!

Макаров покраснел.

– Во-первых, я себе плохо представляю, как можно писать в туалете, если только в слове «писать» ударение стоит не на первом слоге, а во-вторых, я не «какой-то» майор, а майор российской милиции. Начальник отдела по раскрытию убийств. Я понимаю, что до вашего звания мне очень далеко, но все-таки попрошу вас подбирать выражения.

– Ну, так ты им не станешь, этим самым целым майором! Будешь инспектором по малолеткам!

– Или опером по «угонам». Но перед этим я все-таки отправлю эту бумагу в Москву. Если не служебной почтой и за вашей подписью, так обычной, в почтовом конверте. А на вопрос из Москвы – почему я такой идиот, я отвечу, что начальник ГУВД отказался отправлять эту информацию. Сколько вам до пенсии осталось?

Александр пошел ва-банк. Он понимал, что допускает очевидное хамство, что после этого он может стать просто безработным, а не опером по «угонам», но речь шла о человеческих жизнях. О жизни и здоровье Сереги, на которого Смыслову было наплевать по той простой причине, что до пенсии осталось полгода без недели.

Масштабы уголовного дела вышли за пределы области. Ситуация кризисная. В любой момент может произойти ужасное – на свободе свихнувшийся убийца и живодер Пацифеев. Следующие капли крови могут упасть на землю где угодно – в Питере, Саратове, Москве… В конце концов подонков задержат, но сколько еще людей будет предано мучениям? И куда потянется ниточка? В Слянск. Саша не боялся за свою карьеру: после случившегося с Вербиным его перестали интересовать звезды и должности. Ему просто нужно было во что бы то ни стало найти убийцу. Но сколько еще прольется крови? Имеет ли он право зажимать информацию в области, если Пацифеев за ее пределами, а след маньяка так и не найден? Нет, не имеет. И уж кто в большей степени должен быть заинтересован в решении этого вопроса, так это Смыслов. Понимает ли генерал это?

Нет. Не понимает.

– Сопляк!!! Ты понимаешь, с кем разговариваешь?! Ты на кого клык оголил?! – Смыслов перешел на свистящий шепот. – Я тебя, сучонка, сегодняшним же приказом уволю!.. По статье!..

Макаров подошел поближе и почти беззвучно сообщил:

– А я продам свою машину и на вырученные средства пошлю в Генпрокуратуру двух проституток, которые тебе минет делали в бане, на «слете шишкарей», по случаю празднования Дня города. Помнишь, на обкомовских дачах дело было? В сентябре прошлого года? В Генпрокуратуре сейчас очень трогательно относятся к подобным вещам.

Смыслов, выпучив глаза, опустился в кресло.

Откуда этот подонок знает?!

Макаров наклонился над столом.

– Думаешь, блефую?.. «А что наш масик такой дряблый? Женушка масика расшевелить не может? Масик как хочет?». Масик, бля! Тьфу!… – Александр смачно сплюнул в начальственную урну и отступил на шаг. В его глазах снова светилась покорность и уважение к старшим. – Так подпишете бумагу или нет, товарищ генерал-майор? Или мне попозже зайти, когда вы освободитесь?

Глава 2

Пацифеев не мог уехать, не изменив своей биографии. Саша был в этом уверен. И вот когда он понял, что Витольд Романович исчез из города, он отправился с Саморуковым в… морг ЦПЛ. Расчет был прост до глупости.

Сколько больных умерло в лечебнице за последние три года? Тридцать восемь.

Сколько из них мужчин? Семнадцать.

Какое количество из них имело возраст от пятидесяти до шестидесяти лет? Девять.

Сколько из них носящих славянские фамилии? Семь.

Холостые есть? Двое.

Это, конечно, было только предположение. Но достаточно весомое. Пацифеев не мог знать заранее, когда ему придется перестать быть «Пацифеевым». Может быть, завтра, а может, через год. Поэтому вряд ли он подбирал себе паспорт на свой год рождения. Плюс-минус три года. Естественно, он искал славянина и, само собой, холостого. Не хватало еще встречи с вдовой!

После первой же проверки произошло то, что на языке оперов называется «выстрел», или «в цвет». Отправленный на железнодорожный вокзал Стариков привез сенсационную новость. 21.06.2001 года в 20.00 от Центрального железнодорожного вокзала города Слянска отошел пассажирский поезд Слянск – Заболоцк, уносящий во втором купе четвертого вагона некоего гражданина Заградского.

Заградский Вратислав Петрович был одним из тех двоих, с чьими данными отправился Стариков на вокзал, а Саморуков – в аэропорт.

Повезло Старикову.

Игорь приехал в ГУВД с этой новостью за двадцать минут до того, как в районном отделе внутренних дел города Заболоцка капитан Булгаков сел за стол в своем кабинете, чтобы написать справку по краже из садоводческого общества «Заболотка» бензопилы…

Написав справку, Булгаков вышел на крыльцо райотдела и размял затекшие плечи. Прикуривая, исподлобья посмотрел по сторонам. Нужно было с чего-то начать поиск фантома Заградского, а с чего – он пока не знал. Решение появилось из-за кустов, не успел Андрей выкурить и половину сигареты. Раздвигая ветви, на дорогу вышел вор Кислый, попавшийся на мелкой краже, но пока гулявший на свободе.

– Кислый, ко мне! Амнистию хочешь?

Кислый насторожился. Ничего хорошего ждать от этого опера не приходилось.

– А че сделать?

– Сообразительный. Короче, в городе находится некто… – Булгаков достал из кармана блокнот. – Некто Заградский Вратислав Петрович. Нужно найти и сообщить о месте его нахождения.

– Нектоградский?

– Идиот… За-град-ский! Вра-тис-лав! Пет-ро-вич! Повтори.

– Заградский Владислав Петрович. Че тут повторять?

Булгаков вздохнул и полез за ручкой.

– Ты, Кислый, как Буба из Одессы. Пишу тебе на бумажке… Если в течение суток найдешь – амнистия.

– Начисто?

– Гадом буду, – пообещал Булгаков. – И не лезь там на рожон, а то башку оторвут.

Через секунду Кислый уже косолапил по одному ему известному маршруту.

Глава 3

Остаток дня Александр со своей группой провел, занимаясь бестолковой работой. Горожане, не на шутку встревоженные появлением в Слянске нового «потрошителя», проявляли чудеса наблюдательности и исполнения гражданского долга. Из всех районов, с периодичностью в полчаса-час, поступали звонки – «видели человека в сером плаще». Патрули рассекали дороги города и привозили в дежурную часть райотделов всех подозрительных. Саша с коллегами был вынужден мотаться из райотдела в райотдел для «отработки» сообщений. Им приходилось вести разговоры со всеми, кто доставлялся в серых одеждах. Тут были и мужики в серых костюмах, и подростки, оттенки свитеров которых хотя бы отдаленно напоминали серый цвет, и работники ЖЭУ в серых фуфайках. Понятно, что ничего общего с подозреваемым эти люди не имели, но реагировать на инициативу граждан было нужно.

На улицах стало заметно меньше беззаботной детворы, подростки ходили группами, а женщины и вовсе не выходили из дома без мужского сопровождения. Лишь бездомным собакам была безразлична людская настороженность. Они бегали повсюду, стараясь обеспечить себя более-менее сносным пропитанием и общением с сородичами.

Одна из таких собак, испуганная машиной с синей полосой на борту, отскочила в сторону от подъезда дома, прижавшись к решетке подвала. Она наблюдала за тем, как двое людей в форме разговаривают у подъезда с «кормилицами» – старушками на лавочке. Собака давно заметила в руке одной из них хлебную корочку, поэтому не торопилась убираться прочь. Нужно выждать момент, когда уйдут эти опасные на вид люди, тогда, виляя хвостом, можно будет приблизиться и в обмен на преданный и несчастный взгляд получить корочку, которая наверняка припасена для этой цели.

Но люди уходить не торопились. Они все что-то спрашивали. Из подвала, через вентиляционную решетку, потянуло теплом. На улице сгущались сумерки, холодало, поэтому собака, нежась, легла и прижалась боком к решетке…

Внезапно она почувствовала запах, перебивший все остальные. Это был запах получеловека-полуживотного, и собака в беспокойстве встала, прядая ушами. Она знала запах человека, ей был знаком запах животного, но чтобы так пахло существо… Она со страхом отпрянула от решетки. Это был запах поврежденного разума. Запах, который собаки ненавидят всем своим существом. Он несет боль и смерть.

– Иди сюда…

Поджав куцый хвост, собака повернула голову к решетке. Сквозь ее прутья на нее смотрели ужасные желтые глаза.

– Кс, кс… – раздалось из подвала.

Леденея от ужаса и забыв о корочке хлеба, собака затрусила прочь. Она еще долго бежала, взъерошив холку и поджав хвост, подальше от этого опасного места, пахнущего живодерней…

Булгаков для начала проверил все нелегальные конторы – «Сдаем комнаты, квартиры на час, на сутки». Потом переместил свое внимание на гостиницы.

Их в городе было три. Наибольший интерес в данном случае представляла гостиница «Восток». Проживал здесь самый разношерстный люд.

За сто долларов тут можно было приобрести подержанный «ТТ» со спиленным номером, за пятьдесят – поставить «липовую» визу в паспорт, а за три – поймать триппер. Во дворе гостиницы на совещания собирались братские сообщества, а в подвале круглосуточно функционировал катран. Здесь выигрывали и проигрывали машины, дачи и зоны влияния. Одним словом, гостиница «Восток» была самым настоящим притоном.

Именно сюда направился в первую очередь Андрей Булгаков.

– Андрю-ю-юшенька! – пропела восьмидесятикилограммовая администраторша. – Чтой-то забыл ты нас совсем!

– Анна Степановна, здравствуйте. Сколько проституточек сегодня по номерам распустили?

– Честно сказать?

– На пять можете сказать меньше.

– Две. Честно.

– Малолеточки-цветочки?

– Боже сохрани! Я сама мать!

– Регистрационную книжечку, будьте любезны… – Булгаков протянул руку к амбарной книге. Взяв ее, стал листать в обратном порядке. – В каких номерах девочки, говорите?

Заградский, Заградский, Заградский, Заградский…

– Андрюшенька, – заговорщицки зашипела администратор, – может, коньячку бутылочку с собой прихватишь? Мне тут поднесли ребята…

Просмотрев книгу, Булгаков положил ее на стол.

– Я, Анна Степановна, взятки исключительно щенками лабрадора беру.

Выйдя на улицу, Булгаков зашагал к отделу.

Гражданин Заградский Вратислав Петрович проживает на третьем этаже гостиницы, в триста втором номере.

– Слянск? ГУВД? Это из Заболоцка беспокоят! Старший оперуполномоченный Булгаков. Как соединиться с Макаровым? На совещании? А когда освободится? Понятно… Передайте ему – пусть срочно свяжется с Заболоцком… С За-бо-лоц-ком! Он знает, с кем.

Ровно через минуту Булгакова ждал сюрприз. Этот был расслабляющим. В кабинет оперативника вошел вор Кислый. Он сообщил следующее: Заградский Вратислав Петрович проживает в частном секторе, на территории соседнего райотдела.

Опер опешил. Или он, Булгаков, ошибся в гостинице, или Кислый гонит шнягу с целью скорейшего обретения свободы. Отослав преданно глядящего ему в глаза Кислого домой, Андрей сел в недоумении на стул.

В любой момент позвонит этот Макаров. Что ему говорить?

Упрямый коллега из соседней области не заставил себя ждать.

– Алло… Макаров? Тут вот какая катавасия получается…

Выслушав историю до конца, трубка спросила:

– Все?

– Все… – растерялся Булгаков, не привыкший к таким поворотам.

– В общем, так, Андрей! Приеду послезавтра утренним поездом, на месте и разберемся. Договорились?

– Конечно! – обрадовался Булгаков. Ему Макаров был уже почти как родной. – Я расписание узнаю и встречу. Как тебя узнать?

Трубка некоторое время молчала, потом Булгаков услышал:

– В форме майора милиции, с портфелем и гитарой.

– С какой гитарой?.. – опять растерялся заболоцкий сыщик.

– С семиструнной! Андрюха, ты чего как маленький? – В трубке раздался смех. – Встанем мы с ребятами втроем на перроне, в сторонке, да будем курить! Ты что, мента среди толпы не вычислишь, что ли?

Что может быть вкуснее котлет, приготовленных женой? Макаров за разговором с Таней не заметил, как тарелка опустела.

– Ой, Саша, уже три часа! Мне же завтра, то есть уже сегодня, вставать в половине седьмого! Кошмар! Опять синяки под глазами будут…

Уже войдя с женой в спальню, Саша сказал:

– Танюша, я назавтра командировку выбил…

– На сколько? – Таня отрешенно вздохнула.

– На три дня.

– Значит, на неделю. – Таня выключила светильник. – Целуй меня и давай спать.

Макаров сомкнул усталые ресницы и прижался к жениному плечу.

– Куда?

– В Заболоцк… Заболоцк… На три дня… Булгаков звонил… – ответил он, засыпая.