Текст книги "Призвание – опер"

Автор книги: Вячеслав Жуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 15

Поначалу Василий Туляков очень обижался, что кореша дали ему кличку Аська. А все из-за имени, которым его наградили папашка с мамашкой.

Сначала пацаны звали его просто Васькой. Но потом кому-то взбрело в голову выбросить из его имени букву «в», и прилипло это противное погоняло, схожее с бабским именем. Хорошо еще, что бог не обидел мужским достоинством, и Аська «харил» девок направо и налево.

Раньше он работал в ресторане на Арбате. Должность хоть и лакейская, зато карманы не пустые. Но две недели назад к нему на хату завалил Ленчик Пузо, местный авторитет, и, ничего толком не объяснив, велел срочно поменять место работы, сказав только:

– Ты нам там нужнее.

Аська хотел возмутиться. Променять ресторан на какое-то захудалое кафе может только идиот. Что они, в самом деле, держат его за идиота? Этот Пузо…

Но стоило Ленчику только взглянуть на Аську, как тот сразу закрыл рот. Знал, с кем имеет дело. Пузо – браток крутой, не из простых. К его слову надо прислушаться и поменьше базарить. И Аська позволил себе только робко спросить:

– А чего я там делать буду, в этом кафе?

Пузо махнул сто граммов коньяку, предложенного Аськой, и расхохотался.

– Видать, совсем у тебя котелок не варит, – тюкнул он Аську пальцем по голове. – За стойкой стоять. Барменом будешь. А тебе что, очень нравится в лакеях быть?

В лакеях быть Аське не нравилось. Унизительно это, слов нет. Но жизнь заставляла, и кормовое место терять не хотелось.

– Там одна телка работала. Так я ее вчера натянул как следует, вместе с пацанами, а сегодня она сбежала. Не захотела сука на нас работать. Сечешь? Так что место для тебя мы приготовили. Присматривайся к рожам. Есть сведения, что один авторитетный пацан ссучился. С ментом снюхался, паскуда.

– А я-то тут при чем? – искренне удивился Аська. Вроде бы за ним ничего подобного не водилось.

– К тебе у нас будет поручение одно. Смотри не подведи, – предупредил Пузо и поднес палец к губам. – И никому ни-ни. Сечешь?

И опять Аська не посмел возразить, хотя ему дела не было до этого авторитетного пацана и тем более мента. Но Ленчик Пузо не терпел возражений. Для него садануть кулаком в рыло – это всего лишь выражение любезности, и Аська уже один раз испытал такое на себе. Неделю потом челюсть болела.

– Ладно, давай трудись. Я как-нибудь зайду. Покормишь? – Пузо расхохотался и уехал на своем «мерсе».

Таких, как Пузо, Аська ненавидел и боялся. Если б можно было, всех бы перебил разом. Они только нормальным людям жить мешают. Но хоть как-то выступить в открытую не решался. Это было бы настоящим безумием. Поэтому с такими, как Пузо, приходилось уживаться.

Глава 16

В тот вечер, около шести часов, Аська увидел в окно «Мерседес», на котором раскатывал Пузо. И на душе стало тревожно. Лучше бы вообще не видеть его никогда. Ничего хорошего нельзя ожидать от такого типа. Но постарался натянуть на лицо улыбку, тем самым показывая, что он рад встрече.

В окно Аське было хорошо видно, как из машины вылез сам толстый Ленчик и с ним еще трое: двое мужиков и парень, годами такой же, как Аська.

Эти трое зашли в кафе, сели за столик в углу. Один подошел к Аське и тихонько сказал, чтоб официантка не услышала:

– Выйди на минуту. Разговор к тебе есть. – Он кивнул на дверь, за которой, как догадался Аська, его поджидал Пузо.

У бармена руки сразу стали холодными. Почувствовал – ничего хорошего этот разговор не обещает. Но ослушаться не мог. Слово этого мужлана – слово Ленчика Пузо.

– Ладно. Сейчас иду, – ответил ему Аська и, повернувшись к официантке, бестолковой наркоманке, сказал ей: – Оль, прими заказ. Я на минуту отойду, – и пошел в коридор, где возле стеклянных дверей его поджидал Пузо.

Когда Аська подошел, он несильно ткнул его кулачищем в живот вместо приветствия и сказал:

– Ты чего с такой кислой рожей?

Аська махнул рукой, чтоб Пузо на этот счет не загружал мозги. Не скажешь же этому толстому дебилу, что Аське приятней смотреть на мартышку в зоопарке, чем в его жирную харю. Все равно не поймет. А по зубам сразу схлопочешь.

– Не бери в голову. Не выспался я.

– А-а… – Пузо уставился на него с пониманием. – Небось телку драл всю ночь?

Аська не ответил, и Пузо сказал с безразличием:

– Ну, не хочешь, не говори. Дело твое. В общем так, слушай сюда. Сегодня придет вот эта харя, – Пузо достал фотографию, на которой был Федор Туманов. Фотография не отличалась хорошим качеством. Видно, фотографировали из проезжавшей машины. И лицо было запечатлено в профиль.

Пузо ткнул пальцем в лицо Федора и довольно жестко произнес:

– Запомни. И смотри не ошибись. Он будет торчать тут. Закажет водочки или пива, кинешь ему вот эту таблетку. Усек?

– Усек, – ответил Аська, но тут же озабоченно спросил: – А что за таблетка-то?

Пузо наставил на него свои крупные, похожие на бычьи, глаза. И Аська понял, зря он полез со своим дурацким вопросом. Попытался оправдаться:

– Вдруг он тут концы отдаст?

– Не бзди, Ася. Не отдаст, – успокоил Пузо, кивнул на столик в углу, который был хорошо виден, как и весь зал, сквозь стеклянные двери и сказал назидательно: – Там наши ребята сидят…

Аська обернулся на столик в углу.

Молодой парень уже разливал водку по стаканам.

– Если что, ты не вмешивайся. Усек? Твое дело положить таблетку, и все. Дальше не твое дело.

Аська кивнул головой, догадавшись, что речь идет о менте, о котором предупреждал Пузо. Но не удержался, чтобы не задать еще один неприятный для Ленчика вопрос:

– А тот авторитетный пацан?..

Пузо стал сверлить его своим грозным взглядом, норовя попасть в душу.

– Слушай, ты часом на ментов не работаешь? Смотри, тетя Ася! – предупредил Ленчик.

Чтобы разрядить напряжение, Аська расплылся в улыбке.

– Это я так, Ленчик.

– И я тоже, – сказал недружелюбно Пузо и, не прощаясь, ушел.

Аська видел, как толстый Леня сел в «Мерседес» и поехал. А он постоял в коридоре, пока не выкурил сигарету и немного не успокоился. После чего вернулся за стойку. Покосившись на столик в углу, заметил, что двое мужчин постоянно наблюдают за ним.

И только парень, сидящий с ними, вел себя непринужденно. Много пил водки и негромко что-то рассказывал. И сейчас не те двое, а именно он почему-то здорово раздражал Аську.

«Придурок задроченный!» – подумал о нем Аська, стараясь успокоиться. Но с этим получалось плохо. Хотелось, чтобы этот мент, с фотографии, сегодня не пришел. А завтра Аська обязательно возьмет больничный, дней на десять. В гробу он видел такую работу. Тут по большому счету копейки ни с кого не сорвешь, а нервотрепки хоть отбавляй.

«Надо вообще отсюда сваливать», – решил он.

Но Аськиным надеждам не суждено было сбыться. Около восьми он увидел, как открылась дверь и в зал вошел тот мент, с фотографии.

Бармен тихонечко вздохнул. «Вот невезуха», – подумал он, пытаясь получше рассмотреть вошедшего. Ведь Ленчик предупреждал, чтоб не ошибиться. Парень он с виду вроде и ничего. И лицо приятное. Такие девкам нравятся. Высокий. Но видно, уж очень достал кого-то из братвы. Хотя это решать не Аське. Его дело – положить таблетку.

Он сунул руку в карман. Не потерял ли, когда сигареты доставал.

Таблетка оказалась в кармане, там, куда Аська ее положил. Только вот легче от этого на душе бармена не стало. Предчувствовал, нехорошее дело затевается, и он, Василий Туляков, причастен к нему.

Когда официантка вернулась к стойке, получив заказ, Аська тихонько шепнул:

– Оль, чего он заказал?

Страдающая от ломки наркоманка покрутила пальцем у виска.

– Охренел совсем дядя. Давай, говорит, раков или креветок и пару бутылок пива.

Аська угодливо хихикнул, нашарив в кармане таблетку.

– Он чо, совсем, что ли? У нас такого нет в ассортименте.

– Вот и я ему то же самое сказала, – оживилась официантка, почувствовав поддержку бармена. – Хошь, говорю, принесу макароны с бройлером?

– Под пиво?

– Ну да. А чего я ему, за воблой побегу? – разошлась официантка.

Аська, согласившись с ней, кивнул головой и спросил:

– Согласился на макароны?

– А куда он денется, – улыбнулась официантка. – Как миленький согласился. Пойду на кухню. Там поскребу в бачке. А ты достань две бутылки пива из холодильника. Холодного просил, – сказала девица и ушла.

Аська вороватым взглядом обвел весь зал, потом откупорил две бутылки пива, достал из кармана таблетку, которую ему дал Пузо, и кинул в одну бутылку.

Странно, но таблетка растворилась прямо на глазах, и бутылку не пришлось взбалтывать.

Аська глянул. Под темно-коричневым, почти непрозрачным стеклом осадка на дне невозможно было разглядеть. Это успокаивало. Он аккуратно поставил обе бутылки на поднос, куда вернувшаяся из кухни официантка взгромоздила тарелку с макаронами и это все понесла посетителю.

А скоро выяснилось, для чего тут сидели эти трое, приехавшие с Ленчиком Пузо. Но драться им в кафе Аська не дал.

– Слышь, вали отсюда обратно за стойку, – угрожающе произнес один из мужиков, с которыми выпивал парень. Но Аська не думал отступать перед ним. Тоже нашелся. Они сейчас тут подерутся, стекла разобьют, а директриса заставит Аську выплачивать.

Но мужик оказался борзый.

– Пошел отсюда, пес, – зашипел он. И Аська понял, если сейчас не отойдет, этот борзый влепит ему по харе. Пришлось послушаться.

А когда парень с ментом вышли на улицу, оба мужлана последовали за ними.

Они обменялись многозначительными взглядами.

Официантка, мучаясь из-за отсутствия дозы, с глаз долой шмыгнула на кухню и вышла оттуда, когда стеклянная дверь с пронзительным визгом закрылась. Тогда она подошла к Аське и испуганно спросила:

– Чего они к мужику пристали? Вроде он на них не нарывался.

– Сами разберутся. Не забивай голову, – посоветовал Аська, протирая салфеткой стакан. Он старательно делал вид, будто все это его не касается, и только дрожащие руки указывали на то волнение, которое он тщательно скрывал.

Когда официантка принесла пару пустых бутылок со стола Федора, Аська взял их, вышел в коридор, где стоял ящик с битой посудой. Тщательно расколотив обе бутылки, он собрал веником в совок стекляшки и высыпал их в ящик.

Наркоманка Оля только хлопала глазами. В ее воспаленном мозгу появилась мысль, что все вокруг посходили с ума и только она – единственный человек, которого сия участь миновала.

– Ты чо? Совсем, что ли? Зачем посуду кокнул? – недоумевала она.

– Слушай, не лезь, а! Без тебя тошно, – огрызнулся Аська, откупорив бутылку пива «Балтика» и тут же осушив ее.

Не прошло и десяти минут, как к дверям кафе с воем сирены подлетел милицейский «уазик». Трое мордоворотов выскочили из него и побежали за угол кафе.

«Ну и дела», – поежился Аська, словно отыскивая, куда бы спрятаться. Ведь наверняка и сюда зайдут, будут приставать со своими дурацкими вопросами.

Официантка пошла поглядеть, чего они приехали. Минут через пять вернулась и, захлебываясь от восторга, рассказала:

– Представляешь, этот-то, который заказал макароны с пивом, грохнул из пистолета парня… Кровищи… Вот такая лужа!

От удивления Аська раскрыл рот.

– Какого парня? – спросил он, хотя в затаенном уголке сознания прекрасно вырисовывалось лицо того балагура, который сидел в углу за столиком с двумя все время молчавшими корешами, пил водку и что-то им рассказывал.

Странно, но, глядя на них, у Аськи появилась мысль, что заявились они сюда для какой-то не совсем понятной игры, проигравшим в которой должен стать этот молодой балагур. Может быть, они даже и не знакомы путем. И вот игра состоялась. Теперь проигравший мертв.

– Тот парень, который сидел вон за тем столом, – показала официантка на столик в углу, рассердившись на Аську за непонятливость. Под юбку влезть он мастак, а элементарного понять не может.

Аська сел на стул и откупорил вторую бутылку пива, но, прежде чем выпить, подозрительно поглядел в горлышко, не оказалось ли там чего. «Ну и вляпался я», – горестно подумал он, отхлебывая пивко.

Вечером он позвонил пузатому Ленчику по сотовому.

– Ты в курсах, чего у нас тут произошло? Во что ты меня втянул?

Пузо чуть не разорался на Аську. По крайней мере, такого тона у него раньше Аська не замечал.

– Я же тебе говорил, не бзди. Все нормалек. Только ты помалкивай побольше и работай, как работал. И не дергайся, – сказал напоследок Пузо и, не желая больше разговаривать, отключил телефон.

Аська слышал возле Пузо девичий смех. Понял, тот развлекается.

Глава 17

Димка Гришин отмотал свой срок в конце апреля. Дали шестерик, когда только-только исполнилось восемнадцать. Но, можно сказать, ему еще крупно повезло. Всего-то двадцать четыре года, а он уже на свободе.

Для начала Гришаня покрутился по своему району, осмотрелся.

Не осталось тут «старых» пацанов. Кого тюрьма да колония приняла, а кто уже и в землю лег. И Гришаня заскучал. Сидеть без дела в расцвете лет – это не для него. Да и деньги нужны.

Скоро он выяснил, что теперь вся братва их района ходит под толстым Ленчиком с погонялом Пузо. И Гришаня решил с ним познакомиться. Через знакомого пацана созвонился, и Пузо забил ему стрелку в ресторане «Аленушка».

Раньше они никогда не встречались, но Пузо отнесся к нему как к свойскому пацану, с уважением. Руку пожал. Пригласил за столик.

Водочки выпили за встречу. О себе Пузо ничего не рассказывал. Много пил и закусывал и внимательно слушал Гришаню.

А Димка, простая душа, ему как на исповеди всю свою жизнь разложил. И попросил взять его в дело. Себя в авторитеты не прочил. Рановато ему еще. Но со многими авторитетами на зоне Гришаня был в большой дружбе. И это не скрывал, похвалялся перед Ленчиком. И Пузо его уже как лучшего друга по плечу хлопает. А потом вытер сальный рот салфеткой и сказал:

– Вижу ты, Гришаня, парень ничего. А мне такие нужны. Но для начала придется тебя проверить в деле. Дело так себе, пустяк.

Гришаня поначалу даже обиделся, хотя и старался обиды не показать. Его тюрьма да зона проверяли и не сломали. Западло ему.

Но Пузо налил еще по стопке.

– Ты не серчай, браток. Но у нас со всеми пацанами так. Прежде чем взять в серьезное дело, проверяем на пустяковом. Потому и нет хероты среди моих братков. Если согласен, то разговор пойдет конкретный.

Не по душе Димону все это, да куда денешься? Тут он родился, рос, в люди вышел. И если Пузо не врет насчет порядка, что всех проверяют, то пусть. Раз всех испытывают, то пусть и его испытают. Гришаня не подведет. Не гнилой он пацан. И никого не подводил. Случалось, немного язык распускал не по делу, так за это учили его старшие братки, и Гришаня на них не в обиде. Сам знал, что любит поболтать. Такой вот грех. Таким мамаша родила.

– Ладно. Я согласен, – сказал Гришаня, хотя и без особой радости.

Ленчик Пузо широко улыбнулся, хлопнув Димона по плечу.

– Я рад, что в тебе не ошибся. Ты наш пацан. Давай еще по сто грамм, – и он плесканул из бутылки. Водка была хорошая. Давно Гришаня не баловался такой. Да и закусочка соответствующая.

Через пару дней они встретились опять. Только на этот раз Пузо был не один. С ним за столом сидели двое мужиков.

Гришаня на вид прикинул их возраст. Одному, по его прикидкам, за тридцать пять. А другому тридцать. Серьезные братки.

Пузо познакомил их. Того, что постарше, звали Нельсоном. А другого – Зубком.

Так сразу трудно было определить их масть. Гришаня почему-то решил, что оба из блатных. Да и подозрительные они какие-то. Все молчат и молчат, а глазами так и шныряют на Гришаню. Только ему на них плевать. Он себе цену знает и продаваться, как баба, не собирается.

– Пойдешь с ними, – не особенно пускаясь в подробности, сказал Пузо, как бы задумавшись о чем-то. – По хлебальнику надо одному настучать. Они покажут тебе его. Ну а потом поговорим о настоящем деле. Но сначала покажешь свои способности.

Гришаня чуть не рассмеялся Ленчику прямо в лицо. Ну и дело поручил ему пузатый. Знал бы он, как Гришаня дрался в тюряге, отвоевывая свою независимость.

– Слушай их, – кивнул Пузо на Нельсона с Зубком, так и не проронивших ни слова. – Они тебе объяснят все более подробно.

Потом Пузо отвез их в зачуханное кафе под названием «Весна», о чем-то переговорил с барменом и уехал. А они остались.

Зубок поставил на стол две бутылки водки, чему Гришаня здорово обрадовался. И на душе стало веселей, едва опростал пару стопарей. На сухую сидеть нудно. Хорошо хоть водочки прихватили.

– Ты хоть не наклюкайся, а то под стол упадешь, – последовало от Зубка короткое замечание. Он Гришане не понравился. Такие люди непредсказуемы. От них всегда следует ожидать опасности.

Но Нельсон был более снисходителен. Встрял за Гришаню.

– Ладно тебе. Оставь парня в покое. Пусть выпьет. Ему сейчас кулаками махать, – сказал он и налил Гришане очередную стопку.

Но Димон и сам за себя постоять может, если что, и уж за словом в карман не полезет. Всегда знает, что сказать.

– Ты еще не знаешь, сколько мне надо выпить, чтобы упасть под стол, – сказал он Зубку. Но тот не настроен был слушать его болтовню.

– Слушай, давай без выпендрежа. Лучше глянь, вон он пришел, за стол сел, – кивком головы показал он на Федора, потом продолжил: – Как закосеет, вытащишь его на улицу и с глаз долой на задворки. Там за кофейной уютно будет с ним толковать. Пару раз врежешь, а там поглядим, что с ним дальше делать. Все понял?

– Не маленький, понял, – не очень дружелюбно ответил Гришаня и налил себе еще стопарь. Выпил, потом обернулся.

Сразу определил, мужик тот не из слабаков. Высокий и широк в плечах. Да и ручищи, как рычаги. Если заедет в хавальник, мало не покажется. Только и с такими Гришане приходилось управляться, и сейчас он это докажет. Пусть Зубок с Нельсоном оценят его работу.

Потом, когда за кафе Гришаня врезал тому высокому в скулу, даже сам удивился, как легко он с ним управился. Возиться с таким неинтересно. Растянулся мужик на траве трупом и лежит не шевелится.

– Он чего, откинулся? – обеспокоенно спросил Гришаня, когда Зубок деловито стал обшаривать карманы у лежачего. Достал его ксиву.

– Гляди, такой откинется, – торопливо ответил Зубок, сунув руку Туманову под левую подмышку. – Дрыхнет, сука! Вырубил ты его.

И Гришаня растерялся, не знал, что дальше с ним делать. Бить лежачего не хотелось. Вдруг он увидел, что Зубок достал у лежачего из кобуры пистолет и передернул его затвор, закрутив конец ствола носовым платком. «Зачем он это делает?» – хотел спросить Гришаня.

Нельсон стоял рядом и посматривал по сторонам. Гришаня глянул на него, но Нельсон упрямо старался не замечать происходящего.

На территории завода маневровый тепловоз гонял по железнодорожному пути вагоны и от натуги громко тарахтел.

– Зубок, ты спятил! – крикнул Гришаня, увидев, как тот направил ствол пистолета на него. Догадка к нему пришла слишком поздно.

Из-за грохота тепловоза выстрела никто не услышал. Зубок вдруг резко, точно в спине у него была пружина, распрямился, поднес пистолет к груди Гришани и нажал на курок, всадив пулю ему в сердце.

Прежде чем умереть, Димон успел заметить, как все опрокинулось перед ним и стало погружаться в темноту.

А Зубок быстро стер платочком с рукояти пистолета свои отпечатки и вложил его в правую руку лежащему на траве Федору. Он – убийца.

Нельсон торопил его, опасаясь, чтобы их не заметили тут. Вдруг какой-нибудь идиот вздумает забрести сюда? И они быстро ушли.

За углом забора, огораживающего завод, стояли белые «Жигули» восьмой модели. Оба подошли, быстро сели в машину. Но прежде чем уехать, Зубок достал сотовый и набрал номер.

– Алло, милиция? Убийство рядом с кафе «Весна». Адрес?! – Он выглянул в окно, пробежал взглядом по углам близстоящих домов, отыскивая табличку с названием улицы, но так и не нашел и сказал: – Да это кафе возле завода «Монолит». Приезжайте, я вас жду за кафе.

Но дожидаться приезда милиции они с Нельсоном не стали.

Резко вырулив на проезжую часть, белая «восьмерка» быстро набрала скорость и, обгоняя машины, помчалась по проспекту.

Глава 18

Попался Виктор Верзников по-глупому. До этого он уже имел две ходки по серьезным статьям. Начал еще с малолетки. А потом закрутило его, как в водовороте, и понесло. Только успевай года отсчитывать. Но к двадцати восьми он уже стал уважаемым человеком, пользующимся авторитетом у братков. И, как оказалось, у ментов был под прицелом. Один сыскарь по фамилии Туманов так и сидел на хвосте.

Верные люди предупредили, что мент ночей не спит, беспокоится о нем, грешном. Но Верзила отнесся к этому несерьезно. В конце концов, на то они и менты, чтобы беспокоиться о таких, как он. Только вряд ли у него чего выйдет, потому как чист Верзила перед законом и цапануть ментам его не за что. Так, во всяком случае, думал он сам.

Но и опер Туманов оказался не промах.

Была у Виктора Верзникова одна страсть, отказать себе в которой любвеобильный Верзила не мог. Да и не в его это правилах – отказывать.

Обычно «телок» он снимал в ресторане «Славянский». Заезжал поужинать, и, пока ужинал, швейцар, бывший офицер-подводник, тем временем выбирал для него очередную красотку.

В этот раз швейцар Петруша подвел к столику Верзилы рыжеволосую длинноногую «телку» с пышным бюстом и изумительно голубыми глазами, в которых проявлялось нескрываемое желание отдаться Верзиле как можно скорей. Высокий парень ей понравился.

Верзила как раз заканчивал ужин. Похотливо глянул на аппетитную красавицу. Вроде раньше не видел ее здесь. Из новеньких, наверное. Решила подзаработать передком. А Верзила не против. Если рыжеволосая хорошо подмахнет, он не поскупится на «зелень».

– Я ее беру, – сказал он Петруше, наградив старика за труд десятью долларами. Выплатил положенную таксу, не нарушая порядка.

В ресторане сердобольный швейцар открыл свой маленький бизнес – поставлял нуждающимся клиентам девочек. С этого он имел хороший навар. Верзила еще как-то подумал подослать к нему ребяток, чтоб хорошенько тряхнули старого. Доход имеет, а не делится.

Но сейчас Верзила взял со стола бутылку шампанского и коробку шоколадных конфет с коньяком, решил побаловать рыжеволосую.

– Ну, пойдем, крошка, – сказал он, легонько хлопнув ее по упругой попке. Молодец Петруша, товар подкинул что надо.

В ответ девица только улыбнулась и походкой манекенщицы направилась к дверям. Верзила последовал за ней.

– Желаю приятно провести время, – расплылся Петруша в улыбке и с легким поклоном раскрыл перед Верзилой дверь.

Над городом нависла ночь. И, стоя под козырьком ресторанного подъезда, Верзила заскучал, поглядывая на томящуюся от скуки красавицу. Видно, в ее планы не входило терять время впустую. Ей платят не за это, а за конкретную работу. Ее она готова выполнить хоть сейчас, за углом ресторана. И она не понимала, почему клиент тянет? Если она его не устраивает, тогда зачем ее снимал?

А Верзила думал. Вести «телку» домой было нельзя. Сегодня мать вернулась из больницы, где провела почти месяц после очередного сердечного приступа. А другого жилья Виктор не имел.

Видя его нерешительность, девица вдруг предложила сама:

– Мы можем это сделать в машине. Если она у тебя есть…

Есть ли у Верзилы машина? Она что, насмехается над ним? Но мысль дельная, и Верзиле понравилась. Он посмотрел на свой «Форд».

«Да чего я голову ломаю? Разложить ее на заднем сиденье, и пяль сколько хочешь. Тем более, чувствуется, она к этому привычная», – подумал он, решив не утруждать себя длительной возней.

На все Верзиле понадобилось двадцать минут. Отъехали в темный переулок, и, разложив рыжеволосую, Верзила вдоволь насладился ее телом, успев за это короткое время изрядно выложиться. Оставалось только застегнуть штаны и выпроводить девицу из машины. Не до нее сейчас ему.

Верзила несколько отвлекся и вдруг услышал негромкий стук в боковое стекло. Сначала не рассмотрел рожу наглеца, расценив такие действия как посягательство на его спокойствие. За это и не жалко по роже съездить. Кто осмелился потревожить его?

– Чего тебе? – Верзила нажал кнопку стеклоподъемника и немного опустил стекло. И удивился. На него уставилась морда в милицейской фуражке. А рядом улыбающаяся харя сыскаря Туманова.

И сразу все внутри Верзилы опустилось. Неприятно засосало под ложечкой. «Неужели вляпался?» – спросил он у себя, глянув на голую девицу. Та с перепугу запуталась в колготках, никак не оденется.

– Дура! Ты сначала трусы надень, – рявкнул он на рыжеволосую. Мельтешит голой задницей перед ментовскими рожами. А те фотоаппарат приставили и пару кадров щелкнуть успели. Запечатлели ее, красавицу, во всей красе. А рядом его, Верзилу. Только Виктору на это плевать. Пусть поглядят на досуге, каких он баб имеет. Им таких иметь не придется. Не хватит ментовского жалованья.

Видно, пас его сыскарь Туманов, раз появился тут со своей сворой.

Но с другой стороны, что тут такого, если Верзила трахнул девчонку в своей машине? Разве это воспрещается законом? Чего удумал мент?

Об этом он тут же спросил у Туманова, а сердце уже почувствовало беду. Говорили ему, что сыскарь этот на выдумки мастак. Неужели придумал против Верзилы какую-то каверзу?

И Верзила не ошибся.

– Нет, трахать девчонок можно, – улыбнулся мент и тут же ошарашил: – Только это не тот случай. Разве ты еще не понял, парень?

Верзила занервничал. О чем он толкует, ментяра?

– Погоди, начальник, не гони. Какой такой случай? Про что ты? Я ведь ее силком в машину не тащил. Клянусь. Спроси у нее сам.

– Да тут хоть клянись, хоть нет… «Телка» твоя – несовершеннолетняя. Вот так, Верзила. Вляпался ты по самые яйца. Теперь сам делай выводы, – предложил ему Туманов, как будто подобрев.

А Верзила почувствовал, как рубашка от пота прилипла к спине. «Вот это да! Если мент не врет и эта тварь – малолетка…» – ему стало страшно додумывать. Попасть в третий раз, да по такой статье…

Он покосился на рыжеволосую, заправлявшую большие груди в лифчик, и вспомнил про швейцара. «Ну, Петруша, сука! Удружил. Подставу сделал, козел. На ментов работает».

– Ну, чего решил, развратник? – спросил Туманов, а сам уже рацию приготовил, машину вызвать.

Всю дальнейшую процедуру Верзила знал назубок: сейчас его отвезут в медицинское учреждение, чтобы врачи засвидетельствовали наличие полового акта. И эту рыжеволосую сучку сразу отвезут на мазок, чтобы не растеряла все то, что влил в нее Верзила. И тогда уже ни один адвокат не поможет ему отмазаться.

«А может, мент на понт берет? – появилась в голове Верзилы слабая надежда. – Глядя на эту девчонку, не скажешь, что она несовершеннолетняя».

– Послушай, – обратился Верзила к Федору, – а ты часом не лепишь мне по ушам? Что-то не похожа эта бабец на несовершеннолетнюю.

– А вот мы сейчас и проверим, – как бы с неохотой ответил Туманов и достал из папки паспорт, открыл его и показал Верзиле.

И проверять пришлось Виктору Верзникову. Сначала он глянул на фотографию, сличив ее с мордашкой молоденькой красотки. Сомнений быть не могло. Ее фотка. Похожа в тютельку. Потом Верзила прочитал фамилию, имя, отчество молодой шалашовки, год ее рождения и чуть не придушил девчонку. Спасибо, менты не дали.

– Тебе пятнадцать лет? – яростно заорал он на плачущую малолетку.

– Да, – ответила та, облачившись наконец в одежду.

Верзила схватился за голову.

– Ах ты, сука! И на кой черт я только связался с тобой?

Менты стояли рядом, посмеивались. Свою работу они сделали. Теперь Верзиле не отвертеться. И он сам это понимал, хотя и не оставлял надежды уладить дело. Менты ведь тоже люди. Если дать им много денег?.. И этой малолетке дать?..

– Можно с вами поговорить? – стараясь казаться вежливым, спросил Верзила у Федора, попутно кое-что придумав. В голову ему пришла и другая мысль. Правда, она, менее стоящая, чем первая. Но если с деньгами не получится, Верзила решил реализовать ее.

– Ну, давай. Попробуй поговори, – согласился Федор, улыбнувшись. Но за внешней раскрепощенностью скрывалось огромное внутреннее напряжение. Готов был ко всякого рода неожиданностям. Только Верзила не знал об этом. Недооценил оперуполномоченного уголовного розыска.

– Давайте отойдем. Не хочу при этих говорить, – кивнул он на трех сотрудников в гражданке и одного в форме с лейтенантскими погонами.

Федор не возражал против такого расклада. Это даже занимало его, веселило, что скажет ему Верзила? Хотя и догадывался. Все они, эти криминальные «бычки», одинаковы. Героев из себя строют, пока им не прищемишь яйца. Тогда они – самые добрейшие люди. С головы до ног готовы засыпать деньгами, лишь бы ты стал для них своим.

– Ну, давай отойдем, – сказал Федор, на всякий случай вынув правую руку из кармана, и шагнул за Верзилой под тень ближайшего дома.

Когда они отошли шагов на десять, Верзила сразу преобразился. На лице улыбочка, похожая на оскал, а в глазах не столько просьба, сколько готовность пойти с ментом на компромисс.

– Слушай, гражданин начальник, давай это дело уладим по-мирному. Я свой поступок готов загладить, ну, скажем, десятью тысячами долларов. Идет? Пять штук отдаю сразу. Сейчас с тобой заедем, тут недалеко, и получишь остальные пять. Штуку даю малолетке. Думаю, и тебе и твоим волкодавам хватит сполна. Согласен?

Но Федор был настроен на другое и ясно дал это понять. И Верзила понял, такого твердолобого долларами не проймешь. В башке сразу возникла та, другая мысль, которую он отложил на потом. Вот сейчас самое время…

– Ну, как знаешь. Я тебе предлагал лучший вариант, – без настроения проговорил Верзила и вдруг замахнулся. Но не сверху, как обычно, а снизу.

Удар у Верзилы был поставлен хорошо и предназначался Туманову в пуповину. Нож с выкидным лезвием Верзила выхватил из рукава пиджака. Когда его стали обыскивать, он нарочно поднял руки над головой. Только теперь Федор догадался об этом. Приготовился к захвату руки с ножом.

Кожаная папка, набитая бумагами, была у него в левой руке. Ее Федор и подставил под нож. Хотя, как он успел заметить, для Верзилы было не главное, уложит ли он мента или всего лишь заставит испугаться на какое-то время. Главное – убежать. Две-три минуты замешательства оперативника спасут его от тюрьмы.

Когда лезвие ножа воткнулось в папку, Верзила резко повернулся.

Такой прыти Федору еще не приходилось видеть. Рост у него не меньше двух метров, и иметь такую прыть не каждому дано. Рванул как первоклассный бегун. Его подгонял страх за собственную шкуру. Попасть на нары по такой статье и быть потом опущенным? Лучше смерть. А еще лучше смотаться сейчас и исчезнуть из Москвы. Хотя бы на полгода. А потом все утихнет, и он вернется.

Только недолгой оказалась дистанция прыткого бегуна. Пробежал он не более пяти метров, когда догонявший его Федор применил подсечку.

Верзила грохнулся на тротуар, слыша позади топот ментовских ботинок. Потом его окружили и немного потоптали ногами. Был повод забить до смерти, все-таки он покушался на жизнь капитана Туманова. Но Федор пожалел его.