Текст книги "Стальная бабочка"

Автор книги: Вячеслав Шалыгин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 6
Терранова Рема

Теоретически Сайрус мог плюнуть на приказ и перекрыть кислород мароманнским разведчикам еще в Реццо, но практически это было равносильно самоубийству во имя спасения неких абстрактных, никем пока не тронутых жизней. Убьют ли кого-нибудь диверсанты, когда выберутся из подземелий посреди Терраполиса, большой вопрос, а вот трибунал за нарушение приказа светил Рему без вопросов. И Вита ничем Сайрусу не поможет. Ведь соврать, что не отдавала приказа, у нее не получится, все разговоры, даже секретные, записываются Агентством безопасности при Мининфе. Так что этакое самопожертвование, возможно, было благородным шагом, но Сайрус предпочитал шаги практичные. Поэтому, ну и конечно, потому, что так требовал устав, приказ госпожи стратега он выполнил и рванул на максимальной скорости прямиком к терминалу «Восхода». Спешить необязательно, подземным гостям до окрестностей терминала было не меньше часа пешего ходу, но Сайрус почему-то решил, что лучше перестраховаться. И оказался весьма прозорлив.

Едва командирский летун коснулся лапами гладкого покрытия посадочной площадки, в боевом потоке инфопространства загудел сигнал тревоги, и перед Сайрусом зависла объемная картинка с десятком текстовых подсказок. Судя по противоречивому содержанию комбинированного рапорта, на «Восходе» случилось нечто еще более странное, чем недавняя бессмысленная жертва мароманнов в космосе или мгновенное исчезновение вражеской разведки на планете. Модифицированный организм космического класса «левиафан», внутри которого находился орбитальный терминал «Востока», докладывал о высадке на его обшивку и успешном проникновении внутрь большой группы «враждебных прямоходящих». Более того, враги сумели вскрыть несколько отсеков и добрались до передающей платформы, после чего «левиафан» был вынужден отключиться от энергетической пуповины, которая связывала его с планетой в целом и с принимающим терминалом в частности. То есть в этой части рапорта почти все выглядело логично. Вопросы вызывал только один момент – как враги сумели вскрыть несколько отсеков, не имея дактианского генкода?

Но это ладно, вскрыли и вскрыли. В конце концов, мароманны отменные технари и взломать инфопотоки дактианцев могли без труда. А уже через виртуальность могли влезть в систему управления отсеками «левиафана». А вот какого дьявола планетарные службы вдруг восстановили подачу энергии через десять минут после захвата мароманнами передающего терминала – логическому объяснению не поддавалось. Если бы к этому времени на грунте была сформирована мощная группа зачистки – куда ни шло. Врубили подачу, подбросили отряд наверх, уничтожили противника. Но энерголуч врубился, когда из нижнего терминала даже еще не вывели всех гражданских! Явный прокол на грани саботажа. Или диверсия?

Сайрус склонялся ко второму варианту. О чем и сообщил младшим тактикам прибывшей из гарнизона Эпсилон-13 противодиверсионной группы.

– Я уже отправил к энергоблоку все доступные стаи биоников, но зверье только оцепит объект. Выбить противника можно лишь оружием.

– А сколько их там? – спросил самый молодой из тактиков.

– Предположительно до шести десятков.

– Нам потребуются еще стволы, – заметил тактик четвертого уровня Бруно, единственный в отряде член старой команды Сайруса. – Мы сможем привлечь бойцов из портовой охраны?

– Обойдется очень дорого. Охрана «Восхода» частная. Вряд ли нам позволят мобилизовать ее задаром, это незаконно без объявления на планете военного положения, а взять их в аренду не получится, стратком скорее удавится, чем выделит на это деньги.

– То есть нам за них лезть под мароманнский огонь можно, а им за самих себя – нельзя? – снова спросил самый молодой.

– У каждого своя работа, тактик седьмого уровня Сепко, – спокойно парировал Сайрус. – Не нравится – пишите рапорт и переходите на службу в охрану.

– Да я так… мысли вслух…

– Дурные это мысли, юноша. Паникерские. Лучше молчи, чтобы слабаком не выглядеть. Теперь слушайте все внимательно, повторять и разжевывать некогда. План работы будет такой…

– Господин тактик! – вдруг послышался вопль откуда-то со стороны терминала. – Мароманны прорвались!

Вопил администратор терминала «Восход-грунт». Подкреплял свой вопль он отчаянной жестикуляцией. Выглядело это забавно, хотя по смыслу в его вопле ничего смешного не было. Слабонервных гражданских и новобранцев такое поведение администратора даже сильно растревожило бы.

Как раз по этой причине в строю тактиков и наметилось оживление. Бруно и другие опытные бойцы остались на месте, а вот молодежь заметно разволновалась и пришла в броуновское движение. Еще несколько секунд – и они могли без приказа сорваться с места и ринуться в бой.

Вита Рем была права – «дисциплинка»! Но это была беда не только колониальных подразделений. Вся армия Демократической Империи Аррадакта страдала этим недугом. Тактики позволяли себе спорить со стратегами, а приваты иногда пытались доказать, что умнее младших командиров. Ведь все считали себя исключительными и свободными… вернее, слишком устойчивой была иллюзия свободы. Как в обществе, так и в армии. Поэтому дактианцы зачастую проигрывали «задавленным диктатурой» мароманнам даже там, где, казалось бы, нельзя проиграть.

– Всем стоять смирно! – рявкнул Сайрус, рискуя назавтра оказаться в списке тактиков «позволяющих себе непозволительные методы руководства» – именно так бездарно формулировались претензии военной полиции к тактикам, которые пытались внедрить нормальную, настоящую, боевую дисциплину. А еще подливали масла в огонь наблюдатели из Министерства информации, которые называли жесткую дисциплину «подражанием врагу». Ни больше ни меньше. Их бы, идиотов, на фронт! И предложить поднять в атаку бойцов, каждый из которых имеет свое представление о «целесообразности данного мероприятия», не имея при этом полноценного военного образования, от силы – военный факультет при университете. – Слушать план действий в здании энергоблока! А вы, господин администратор, идите работайте.

– Как же так… – Администратор утер кружевным платком крупный пот. – Там ведь… противник!

– В энергоблоке тоже противник, – смерив штатского спокойным взглядом, сказал Сайрус. – Нам важнее восстановить контроль над источником энергии. Не так ли?

– Так. Но… Но ведь там эти ваши мароманны! Их полный терминал!

Вообще-то этого гражданина второго класса следовало послать куда подальше, чтобы не мешал работать, но Сайрус сегодня уже и так наговорил и наделал столько непотребного, с точки зрения Мининфа, что лучше было не усугублять.

– «Наши» мароманны засели в энергоблоке, – терпеливо пояснил Рем. – А этими пусть занимаются охранники и полиция. Должен же наступить праздник и на их улице. Разве не справедливо?

– Справедливо, но… эти мароманны такие страшные, огромные, все в броне, и оружие у них… мощное такое. – Администратор едва не закатил глаза то ли от страха, то ли от восторга. Его явно возбуждали брутальные мужчины с большими пушками. Недавно сменил пол? Скорее всего. – Думаете, полиция справится?

– Думаю, нет. И очень надеюсь, что у полиции хватит ума пропустить мароманнов, а не ввязываться в бой.

– То есть как пропустить?! – Администратор опешил. – Пусть идут, куда им захочется?!

– Так точно. Пусть идут, куда хотят. А мы вырубим субпортал и нагоним их там, где не так многолюдно. Чтобы избежать потерь среди мирного населения. Замысел понятен?

– Да. – Администратор кивнул, но не успокоился и затараторил ну точно как бывшая женщина: – А если они что-нибудь взорвут? Или начнут стрелять во все стороны. Представляете себе, что будет? Весь город вверх дном! Кошмар! Как быть тогда?

– Тогда прятаться и не высовываться. Кстати, лучше это сделать заранее. Так и передайте всем, включая полицию. Все ясно? Тогда не мешайте работать.

Администратор удалился. Правда, почему-то не в сторону терминала, а в направлении безопасной гостиничной пристройки. Сайрус тем временем коротко обрисовал замысел и распределил роли. Молодежи не досталось ничего героического, но возразить младшие тактики не посмели. Все-таки хоть что-то святое для них в мире существовало. Если не военная дисциплина, так хотя бы авторитет Сайруса.

Впрочем, идеального выполнения приказов Рем от подчиненных так и не добился. Пока отряд выходил на позиции, все шло нормально, а вот когда Сайрус отдал приказ начинать штурм, слабые звенья тут же лопнули. В отличие от ветеранов молодежь имела слишком узкую специализацию, и этот недостаток не компенсировался ничем.

Бойцы с опытом вроде Бруно тоже не были профессиональными штурмовиками, но у них имелся боевой опыт. В настоящих, а не учебных операциях чего только не приходилось делать! Штурмовать объекты в том числе. Так что ветераны не подкачали, и даже с парой лопнувших звеньев цепь достаточно хлестко ударила по противнику и смяла его передовые позиции.

Первым делом в ход пошли инженерные гранаты – уникальное защитное изобретение. В небольших пакетах содержались хрупкие капсулы с семенами орфийских кустарников, плавающих в питательном растворе. Когда капсула разбивалась и семена попадали на почву, начинался их бурный рост, а затем зеленая масса каменела, образуя плотное надежное укрытие полутораметровой высоты и ширины, как раз для одного-двух человек. И на весь процесс уходило максимум секунд пятнадцать, а в среднем – десять. Разбросав такие «созидательные» гранаты в шахматном порядке по направлению к позициям врага, можно было за считаные минуты создать безопасный коридор вплоть до окопов противника.

Дактианцы так и поступили. Враг оборудовал на подходах к энергоблоку несколько позиций, но все они очень скоро оказались заблокированы заслонами из орфийских зарослей. И никакой ответный огонь противнику не помог. Диверсанты жгли из легких винтовок, импульсы которых не пробивали окаменевшие заросли укрытий.

Вдохновленные успехом дактианцы набросали еще орфийских семян, теперь почти вплотную к зданию, и затаились, выжидая, когда кустарники прорастут, сформируются и окаменеют.

– Они не ожидали такого натиска, – заметил Бруно, заняв позицию рядом с Сайрусом.

– Сомневаюсь, – Рем окинул взглядом занятую территорию. – Возможно, они просто держат паузу. Молодежь отклонилась от маршрутов. Левый фланг занесло куда-то в сторону, а правый отстал.

– Правый фланг никак не может подавить огневую точку. Видите, сколько там дыма? Диверсанты палят из всех стволов, не дают голову поднять. А чего ждут основные силы врага?

– Когда мы все подтянемся к энергоблоку. – Сайрус указал на верхушки ближайших каменных кустов. – Заметь, как стреляют. По кроне.

– Просто понимают, что в ствол лупить бессмысленно, не пробьет. – Бруно пожал плечами. – Надеются подловить кого-нибудь, срезать, если встанет в полный рост.

– Нет, Бруно, чувствую, что главный калибр они придерживают. Хотят накрыть нас, когда мы «на волне успеха» потеряем осторожность и втянемся в зону поражения всем отрядом. Жаль, что здание энергоблока неживое, нельзя взглянуть на противника изнутри, хотя бы одним глазком.

– Да, такие здания положено строить капитально… только… там ведь все равно полно живых систем. Неужели ни с одним модификантом нет связи?

– Нет, Бруно, в том-то и фокус. И стрекозы не могут туда проникнуть. Диверсанты поставили силовой купол. Он блокирует связь и сжигает все живое на подлете.

– Но… тогда и наше оружие его не пробьет. – Бруно с сомнением посмотрел на свою живую винтовку.

Та подмигнула хозяину маленьким индикаторным глазком, как бы заверяя, что сделает все возможное. Игл в желудке было много, энергии в курдюке-аккумуляторе тоже предостаточно, и глотка с электромагнитными железами была в порядке и готова разогнать костяные иглы-пули до запредельных скоростей. Расстраивать боевой модорганизм, объясняя, что его костяные пули, конечно, способны пробить даже танковую броню, но сгорят в силовом поле, Бруно не стал. Он просто быстренько сменил желудок-магазин.

Винтовка мигнула трижды. Это значило, что стальные иглы, которыми был наполнен новый желудок, ей не нравятся, от них быстро перегреется глотка и хозяин на какое-то время останется безоружным (к запасным иглометам пистолетной компоновки винтовки относились с презрением, как к маломощным недомеркам), но если надо, значит, надо. Только, хозяин, не забудь вернуть «кости», когда отпадет необходимость в «железках»!

– Это верно. – Сайрус сунул руку в карман. – Верная мысль, Бруно. Стальные иглы, конечно, не панацея, но сквозь поле пройти смогут и даже убойную силу сохранят. Правда, на уровне арбалетных болтов, исключительно для незащищенных наноброней целей. Но все равно ты дал хорошую подсказку.

Рем достал небольшую, размером с сувенирную монету металлическую шайбочку и резко подбросил ее вверх. Шайба начала быстро вращаться и зависла на высоте примерно пяти метров. Сайрус щелкнул пальцами и раскрыл ладонь. Над ней тотчас возникло уменьшенное, полупрозрачное, но цветное и объемное изображение – вид сверху на орфийский каменный лабиринт, выросший за последние минуты вблизи энергоблока.

– Это же… – Бруно осекся, зачем-то оглянулся и перешел на полушепот. – Это же… мароманнская «муха»… фликриг!

– Так точно, трофей. – Сайрус чуть наклонил ладонь. Фликриг медленно двинулся в сторону здания энергоблока. – Давно в кармане таскаю на всякий случай, вот он и пригодился. Отличный разведчик, между прочим.

– Мароманнский… – Бруно покачал головой. – Стратком на разборе обязательно даст взбучку за использование вражеских технологий.

– До разбора еще дожить надо.

– В том-то и дело, что доживем. В первый раз, что ли?

– Значит, надо победить, и все обойдется. Победителей не судят. Нам нужна информация, и получить ее можно только с помощью военной хитрости. Мароманнские энергокупола четко распознают, кто свой, кто чужой. Фликриг поможет нам понять, где у противника слабое место.

К этому моменту «муха» подошла вплотную к куполу, и Сайрус получил первую ценную информацию. Жаль, что она стала и последней тоже. Но и этого Рему вполне хватило для ценных выводов. Он увидел нескольких диверсантов, затаившихся в помещении без крыши, своего рода внутреннем дворике здания. Увидел, зафиксировал три характерных момента и в очередной раз сказал себе, что гениален. Все разведчики были в нейтральной униформе без опознавательных знаков, как и положено, так что вдохновил Сайруса не камуфляж, а два других момента. На лицах у диверсантов не было мароманнских нанотатуировок, а в руках бойцы второй линии держали чудовищно громоздкие, но грозные, поскольку довольно эффективные, вильдерские пулеметы.

«Все сошлось. Это вильдеры, причем не местные аборигены, а наемники мароманнов. Скорее всего, с Гамилькара».

Сайрус приказал фликригу двигаться дальше, но тут случилось непредвиденное. «Муха» коснулась силового поля и вспыхнула, а затем с громким хлопком рассыпалась на множество искрящихся кусочков. Рем довольно явственно представил, как в его стройном понимании происходящего образуется некрасивая трещина. Устойчивости воображаемого здания она пока не угрожала, но фасад портила.

«Почему силовой купол не узнал своего дрона? Управляющий синтетик понял, что фликриг работает на противника? Неужели даже в простейшей аппаратуре у мароманнов сидят искусственные умники такого уровня? Или дело в чем-то другом?»

– Сгорел, – констатировал Бруно с сожалением, но одновременно и с оттенком облегчения в голосе. – Только непонятно, почему купол его не узнал? Может, эти диверсанты не на мароманнов работают?

«Или дело в чем-то другом… – продолжил свою мысль Сайрус. – Например, в том, что озвучил Бруно. Но если не на мароманнов, тогда на кого работают эти вильдеры? И почему их действия настолько четко синхронизированы с орбитальными проблемами и высадкой мароманнов? Впрочем, сейчас это вопросы второго порядка. Я ошибся с «мухой», но оказался прав в самом главном – нас заманивают в котел».

– Бруно, бери всю правофланговую молодежь и уходи к передвижному ангару-черепахе. В инфопотоке сообщается, что там уже собрались все нужные бионики. Если охрана выполнила предписания на случай боевой ситуации, туда должны были привезти «носорогов». Выпускайте их прямиком на энергоблок, сами идите следом.

– «Носорогами» трудно управлять, – заметил Бруно. – Проломят стену – не остановятся. Вынесут на рогах все оборудование с противоположной стороны.

– Я знаю. Проломят стену, командуй им «стоп». Не остановятся – пристрели.

– Перерасход биоников не одобряется, – напомнил Бруно. – Могут вычесть стоимость…

– Я все беру на себя. Мне нужен шум с восточной стороны. Сам пройду вдоль западной стены.

– А здесь… кто останется?

– Левый фланг. Диверсанты скоро пустят в ход главный калибр – вильдерские пулеметы. Пусть левофланговые узнают, что такое пулеметы вильдеров.

– Там юные все как один. Могут побежать, и тогда им не выжить.

– Могут побежать и не выжить, – Сайрус кивнул. – Зато выжившие станут бойцами, а не сопливыми выпендрежниками.

– Вильдеры сотрут все заросли в порошок и землю свинцом перепашут на метр в глубину. – Бруно с осуждением взглянул на командира. – Никто не выживет.

– На левом фланге удачный рельеф, склон. Кто успеет уползти под горку, выживет. Выполняй приказ!..

Сайрусу вдруг вспомнилось, как во время одного рейда пару лет назад он случайно услышал типичную мароманнскую музыку. В ней было очень много басов, какого-то скрежета, и все это объединял четкий тяжелый ритм. Сначала Сайрус решил, что это ужасная какофония, но, привыкнув, изменил мнение. Музыка была очень даже боевая и наполненная энергией. Под нее так и хотелось ринуться в атаку и сокрушить врага любой ценой. С тех пор дактианский тактик иногда тайком нырял в какой-нибудь нелегальный инфопоток, где можно было поймать смаглерские контрабандные передачи, и слушал вражескую музыку. Не потому, что нравилась, – чтобы «подзарядиться».

А еще ему иногда казалось, что такая звуковая дорожка хорошо подходит к боевым действиям без участия людей. Пару раз Сайрус мысленно приклеивал «саундтрек» к записям реальных сражений, в которых сшибались лоб в лоб робокриги и бионики. Получалось неплохо. Причем мароманнская железная музыка даже больше подходила не к тяжелой, но все равно «очеловеченной» поступи робокригов, а к атакам дактианских монстров, например таких, как «носороги».

Когда эти массивные чудовища в толстой броне и с десятком прочнейших рогов на уродливых мордах мчались по полю боя, то и дело изрыгая по настильной траектории плазменные сгустки, грохот стоял неимоверный, а людей охватывали самые сильные и самые разные эмоции. От ужаса у тех, на кого надвигались эти живые танки, до высочайшего душевного подъема и боевого азарта у тех, кто мчался за «носорогами» в «скатах» – небольших экипажах-экранопланах или верхом на «гепардах», двухместных скоростных биониках.

Что там ощутили вильдеры, увидев, как к захваченному ими зданию приближаются «носороги», осталось загадкой. За минуту до того, как Бруно погнал вперед огромных биоников, диверсанты были уверены, что все идет по плану. Убедившись, что дактианцы втянулись в ловушку, вильдеры «неожиданно» вывели на огневые позиции стрелков с пулеметами, которые открыли шквальный огонь по легким укрытиям противника. Скорострельное оружие вильдеров за считаные секунды превратило все каменные заросли в пыль.

Будь все дактианцы на месте, от них остались бы мелкие клочья и в воздухе вместе с каменной пылью повис бы кровавый туман. Но свинцовый шквал не нанес дактианцам значимого урона. Как и опасался Бруно, несколько новобранцев дрогнули, попятились и, попав под огонь врага, превратились в фарш. Но основная масса левофланговых вовремя залегла и сползла в достаточно глубокую ложбину.

Вильдеры не видели реальной обстановки, поскольку подступы к энергоблоку теперь застилала плотная пыль, но справедливо считали, что свинцовый ураган как минимум отбросил дактианцев куда подальше. Видимо, поэтому они не стали сразу же контратаковать и зачищать площадку перед зданием. Решили дождаться, когда сядет пыль.

Этой самоуверенностью противника Сайрус и воспользовался. Его группа заранее вышла на позицию у западной стены, в мертвой зоне для вильдерских пулеметов, и, когда от топота «носорогов» под ногами ощутимо дрогнула земля, Рем скомандовал «вперед». Даже если вильдеры очнулись и все же решили пойти проверить, не осталось ли под стенами здания выживших, теперь им пришлось срочно поменять планы и перебросить всех стрелков на восточную стену, с которой открывался пугающий вид на зеленое поле, по которому мчалось больше дюжины здоровенных «носорогов».

Какое-то время вильдеры, похоже, не знали, что им делать, но затем все-таки решили драться и открыли огонь по приближающимся чудовищам. Новый свинцовый шквал был таким же интенсивным, как и первый, но одно дело сточить в пыль «каменный цветок» и совсем другое – пробить многослойную живую броню биоников. Пули, даже ложась очень кучно, застревали на разной глубине в роговых пластинах или нижних слоях защиты биоников и не причиняли им особого вреда. Бывало, что бешеная очередь все-таки просверливала глубокую выемку и «носорог» чувствовал боль, но это не останавливало, а лишь распаляло бионика.

Меньше чем за минуту «носороги» преодолели километровую дистанцию, и два самых быстрых почти синхронно врезались в стену здания. Дрожь земли превратилась в настоящее землетрясение, здание тоже дрогнуло, а по перепонкам ударил совсем уже невыносимый грохот. Сайрус подключился к каналу инфопотка, в котором показывалась картинка, с точки зрения идущих за «носорогами» бойцов, и успел увидеть, как вильдеры исчезают из оконных проемов и с крыши здания. Возможно, они просто не удержались на ногах и повалились на пол и на плоскую крышу энергоблока, но Рем на всякий случай предположил, что произошло нечто не настолько очевидное. Например, что вильдеры решили уйти. Как? Видимо, как и пришли, подвалами.

Только в этот момент Сайрус понял, что допустил непростительную ошибку. Он не задумался над простой вещью – диверсанты не были замечены охраной или полицией в Терраполисе. Они исчезли в тоннелях неподалеку от Фианто, а появились сразу на территории энергостанции. То есть прошли по «несуществующим» тоннелям прямиком к цели. Сайрус Рем, сам опытный диверсант, был просто обязан первым делом проанализировать эту существенную деталь.

«С другой стороны, и что дальше? – попытался найти себе оправдание тактик. – Искать в коммуникациях под землей дверцу, через которую мы тоже могли бы войти в энергоблок, некогда. Да и необязательно она имеется. Вход может существовать лишь один, из старых тоннелей. Аборигены дали вильдерам нужные планы подземелий, а то и вовсе проводили до точки. Значит, у нас имелся только один вариант – взять тех же аборигенов за уши и заставить провести тем же путем. Но! Ни аборигенов, ни тоннелей для нас как бы не существует. Как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Спасибо Министерству правды с его дурацкими выдумками о «первопроходцах». Так что моей вины здесь нет. И если вильдеры сейчас ускользнут, тоже не будет. Только неприятный осадочек останется. Но это я переживу».

Сайрус вроде бы взбодрился, но почти сразу его вновь охватила тревога. Все-таки он упустил не только упомянутый выше момент, а что-то еще. Нечто более важное. Группа Рема в этот момент начала зачистку, и Сайрус на время отвлекся от размышлений, но, когда бойцы проверили все здание и не нашли никаких следов вильдеров, кроме россыпей похожих на горелые конфетти гильз и оставленных диверсантами простейших мин, тактик вернулся к тяжелым думам. Вернее, это думы вернулись и сразу же в виде яркого озарения. Такого яркого, что Сайрус на миг зажмурился, а потом почувствовал, как в животе сначала холодеет, а затем разливается нестерпимый жар.

«Это все была провокация! – дошло до Рема. – Вильдеры… эти тупые дикари с отсталой планеты обманули всех! И меня, и стратком! Они спровоцировали мой отряд уйти из гарнизона и подкинули нам десант из настоящих мароманнов, чтобы задержать в порту. И даже то, что я не поддался на вторую фазу провокации, а начал охотиться на вильдеров, ничего не изменило. Пока часть диверсантов делала вид, что удерживает энергоблок, помогая мароманнам высаживаться на Терранову… другая часть их отряда… наверняка сейчас вскрывает подвалы Эпсилона-13!»

Рем лихорадочно отбросил ненужные больше каналы инфопотока и сформировал объемную картинку центрального пульта охраны на базе Эпсилон-13. Там вроде бы все было спокойно. Сайрус переключился на камеры слежения нижнего яруса и, не обнаружив ничего подозрительного, переключился на камеры лабораторий, казарм, арсенала, вивариев и складских помещений, а затем еще и виртуально прогулялся по периметру. База жила и работала в нормальном режиме. Все охранные датчики молчали, а бионики-псы не чуяли присутствия чужаков. Они могли, конечно, принять вильдеров за аборигенов, на которых обычно почти не реагировали, но, даже когда Сайрус торопливо внес в программу безопасности поправку, ничего не изменилось. Псы остались спокойны, и значит, на десять километров вокруг не было никого, кроме дактианцев или дружественных модорганизмов.

Сайрус немного расслабился, но опасения не отбросил. Похоже, вильдеры действовали всем отрядом, но это не давало повода успокоиться. Версия о том, что диверсия на энергостанции «Террановы-Восход» была только подготовкой отвлекающего маневра, по-прежнему не давала Сайрусу покоя. И снять озабоченность, как выражались дипломаты, а по их примеру и большие стратеги, можно было только одним способом – уничтожив наконец диверсантов. Не будет потенциального источника проблемы – не возникнет и самой проблемы. Только так.

«Осталось решить, как будем устранять этот источник. Теперь ничто не мешает спуститься в подземелья и пойти по следам вильдеров, точка доступа где-то под нами. Но… не слишком ли это прямолинейный вариант? Сомнения опять неопределенные, но почему-то навязчивые».

Сайрус снова углубился в инфопоток и довольно быстро нашел причину своих подспудных сомнений. Даже три причины. И все три получили косвенное подтверждение из уст стратега Виты Рем. Она опять в самый неподходящий момент всплыла на поверхность своего столичного болота, почему-то названного Оперативный штаб страткомандования. Как она умудрялась это делать? Фамильная интуиция?..

– Ты уверен, что это были наемные вильдеры и что они опять ушли в подземелья? – выслушав доклад брата, спросила госпожа стратег.

– Абсолютно.

– И что ты намерен делать? Преследовать их? По тоннелям?

– Даже если ты разрешишь преследование, я не пойду по тоннелям.

– Вот как? – Вита вскинула тонкие подрисованные брови. – Ты наконец понял, что с Мининфом лучше не шутить?

– Я просто не хочу попасть в засаду. К тому же потеряю время. Я приказал усилить оборону Эпсилон-13 и собираюсь лететь туда, чтобы встретить диверсантов.

– При чем тут Эпсилон-13? – Вита поморщилась. – Я не отменяла приказа насчет диверсантов. Выловить их, а не встретить, вот штатная задача твоего отряда. А помогать охране Эпсилона-13 – это ваша побочная работа. Плата за то, что вы там дислоцируетесь. Если вы на месте – участвуете в охране, если нет – они обязаны справляться самостоятельно. Так что забудь пока о базе, Сайрус. У тебя и без того удвоилась нагрузка. Кроме отряда диверсантов… как выяснилось, вильдеров, нанятых мароманнами… я правильно поняла?

– Так точно.

– Так вот, кроме этой группы, в подземелья могут уйти высадившиеся с «левиафана» мароманны. Так считает стратком.

– Замечательно, – Сайрус усмехнулся. – Все, как я и предполагал.

– Что тут «замечательного»?!

– Не один я упустил цель. Охрана и полиция тоже обделались. А все почему?

– Не начинай опять! – отрезала Вита. – Возможно, оно и к лучшему! Не будь тоннелей, мароманны ринулись бы на прорыв по городу. Помнишь, ты боялся, что будут жертвы. Так вот, можешь радоваться, серьезных жертв удалось избежать.

– Но мароманны ушли.

– Пока не ушли. Могут уйти.

– Неважно.

– Хорошо. А если бы мы признали, что тоннели существуют, в чем была бы выгода? Нам пришлось бы перекрывать этот путь отхода, и мароманны устроили бы большую драку. Да еще эти твои вильдеры… их тоже пришлось бы уничтожать на месте, возможно, пожертвовав заодно и энергоблоком. Это было бы лучше?

– Думаю, нет.

– Вот и молчи тогда! Молчи и слушай новый приказ страткома – преследовать мароманнов! Если потребуется – по подземельям. Можешь привлечь к делу десант. Ведь ты восстановил контроль над подачей энергии на «Восход»? Перебрось с «левиафана» тех, кто упустил мароманнов, пусть отрабатывают свой должок.

– Подкрепление я переброшу без вопросов. – Сайрус ухмыльнулся. – Но ведь тоннелей не существует! Как не было и нет никаких аборигенов. Или стратком убедил «Министерство правды» изменить официальную позицию? Поясни, будь любезна, пока я окончательно не запутался.

– Подземелья существуют. Это коммуникации Терраполиса. А тоннели – секретные путепроводы из колониальной столицы в стратегический квадрат Эпсилон-13. Их проложили бионики модификации «борейский крот». Эта версия утверждена приказом страткома.

– Опять приказная ложь? – Сайрус ухмыльнулся. – Как у вас от этого вранья головы не вскипают? Для справки, стратег. «Борейские кроты» оказались настолько прожорливой моделью, что были выведены из эксплуатации десять стандартных лет назад. Их не осталось даже на самом Борее. Но в остальном, будем считать, все более-менее сходится, если не заглядывать в сами тоннели. Молодцы, выкрутились.

– Нам неинтересно твое одобрение, Сайрус, – строго сказала Вита. – Останови мароманнов, прежде чем они выйдут из подземелий где-нибудь на другом краю Терраполиса или в другом стратегически важном квадрате и натворят бед. Это все, что от тебя требуется.

– Они не станут партизанить. – Сайрус отрицательно качнул головой. – Мароманны лишь воспользуются тоннелями, чтобы покинуть обитаемые квадраты. Я видел репортаж из терминала. На планету высадилась штурмовая группа. Эти бойцы не готовы к длительной диверсионной работе. В первую очередь – у них слишком мощное оружие, но нет автономных генераторов. Без подпитки энергией от тяжелых робомашин огневой поддержки они бойцы на час. Так что мароманны пойдут к границе, это я гарантирую. Нам важнее остановить не мароманнов, а их наемников, вильдеров, которые, как я понял, намылились проникнуть в Эпсилон-13, пока я гоняюсь за мароманнами. Они с самого начала все так и спланировали. Атака на энергоблок, высадка отвлекающего отряда мароманнов и штурм базы – комбинация простая, но вполне рабочая.