355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Вячеслав Грацкий » Разлом » Текст книги (страница 3)
Разлом
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 21:34

Текст книги "Разлом"


Автор книги: Вячеслав Грацкий



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

– Я чуть не заснула, слушая этот бред, – Инелия фыркнула. – Но вообще-то на костер мы не собираемся.

– Странная милость у вашего господа, – усмехнулась Ири.

– Я знал ваш ответ, – барон снова улыбался. – Поэтому я никогда не беру с собой сети.

Унгар взмахнул рукой, и его рыцари вломились во двор, разнеся хлипкий забор в щепки.


4

Воздух наполнился свистом мечей, боевым воем неко и железным лязгом. Рыцари попытались взять неко «в клещи», но те ловко выскользнули, а затем на землю рухнули несколько воинов, обливаясь кровью. Остальные немедленно отступили.

– У них карнелийские мечи! – воскликнул один из рыцарей. – Они положили троих!

– Вижу, – хмуро отозвался Унгар. – И что теперь?

– Но они режут наши доспехи как масло!

Барон не ответил. Его взгляд был прикован к улыбающимся девушкам. Обмотанные вокруг их бедер хвосты медленно распускались.

– Что-то не так, барон? – весело крикнула Ирия. – Проблемы?

– Это у вас, крошка, проблемы, – пробурчал Унгар. – А для нас это работа. Хотя я, конечно, не намерен терять людей только потому, что пара одичавших кошек стащили где-то эти проклятые клинки!

– Стащили? – Ирия приподняла бровь и махнула мечом в сторону убитого рыцаря.

– Да, это весьма любопытно, – признался барон. – Нечасто увидишь неко с мечом... К тому же ваша манера боя кое-что напоминает... С каких это пор в Карнелии обучают своих непримиримых врагов? Или тут не обошлось без какого-нибудь карнелийского изгоя? Я угадал?

– Мы зря теряем время, – сказала Инелия и шагнула вперед.

– Кто знает, кто знает... – пробормотал барон, бросив косой взгляд вверх.

Небо стремительно темнело. Налетел сильный ветер и бестелесного Роланда швырнуло на поленницу дров, где он и застрял.

– Все ко мне! – рявкнул Унгар.

Рыцари окружили барона плотным кольцом и сдвинули щиты. Готовые к атаке неко настороженно замерли. Из-за рыцарского заслона донеслось невнятное бормотание Унгара.

Сестры переглянулись.

– Он колдует?! – воскликнула Ирия.

– Молится или призывает силу Господа, – скривилась Инелия. – Кажется так святоши предпочитают называть свою магию.

Неко с тревогой смотрели в небо. Прямо над домом собиралась тяжелая грозовая туча, из глубины которой уже слышался глухой рокот.

– Ири, нужно остановить барона! Вперед!


5

Если бы Роланд имел голову, он бы непременно ею покачал. У девушек не было шанса прорубить рыцарский заслон. Если они и могли выстоять против дюжины или, с учетом выбывших, девятерых рыцарей, то только сразившись с каждым поодиночке.

Но атаковать плотно сомкнутый строй, пусть даже с карнелийскими мечами, было полным безрассудством. Тем более, без каких-либо доспехов.

Неко были обречены. И вряд ли они не понимали этого. Но Роланд уже понял, ради чего они это делают. Или, точнее, ради кого. Карнелиец уже знал, что жизнь человека, в теле которого он поначалу оказался, девушки ценят гораздо выше своей собственной.

Будь иначе, они давно сбежали бы в лес. Но они остались. Остались наперекор своим инстинктам и привычкам. И даже бросились в бессмысленную атаку.

Впрочем, Роланд поправил себя, определенный смысл в этом все-таки был. У девушек, очевидно, была слабая надежда, что, сразив их, рыцари уйдут прочь. Или тот человек, что находился в доме, успеет скрыться.

Роланд ощутил невольное уважение к этим хвостатым девушкам. На его памяти это был первый случай, когда неко готовы были пожертвовать жизнью ради спасения человека. Ради спасения представителя расы, объявившей неко порождениями Сатаны и нещадно их истреблявшей.

А еще Роланда разбирало любопытство. Ему очень хотелось снова увидеть человека, ради которого сражались неко.


6

С оглушительным грохотом с неба сорвались молнии и ударили в неко, когда те были уже в двух шагах от строя рыцарей. Девушек отбросило на землю, от одежды повалил дым, резко запахло паленой шерстью.

Строй рыцарей разомкнулся и вперед выступил барон. Бледный как полотно, с мокрым от пота лицом, но весьма довольный собой.

– Надеюсь, вы еще живы, мои кошечки?

Подойдя к неко, он отшвырнул в сторону карнелийские клинки, а затем потыкал девушек носком сапога.

– Эй, девочки, живы? Мне пришлось изрядно попотеть, чтобы вас не разнесло в клочья.

С земли послышался стон и сдавленные ругательства. Унгар довольно усмехнулся и оглянулся на своих воинов.

– Ну что? Много ли стоят карнелийские мечи супротив воли Господа?!

В доме громыхнула дверь и на крыльце показался уже знакомый Роланду мужчина. За то время, что карнелиец не видел его, мужчина успел преобразиться. Сбрил усы и бороду, волосы стянул на затылке в длинный хвост, и карнелиец наконец увидел его лицо – изможденное, с глубоко запавшими глазами, – почти череп, обтянутый кожей.

В руках мужчина сжимал карнелийский меч.

– Это что еще за привидение? – удивился барон. – Ты, парень, кто? С того света сбежал?

Мужчина молча спустился с крыльца.

– Ах, вот оно что... Не тот ли это тип, о котором ворковали наши строптивые девчонки?

Унгар присел на корточки возле Ирии и, скрутив ее ухо, силой приподнял голову. В глазах неко блестели слезы.

– Ингельд! – прохрипела она. – Беги!

С трудом оторвала от земли голову Инелия и с ее губ сорвались те же слова.

Роланд вздрогнул. Произнесенное неко имя было знакомо ему. Очень хорошо знакомо. Конечно, в Карнелии, да и в той же Армании это имя имело широкое распространение, да и выглядел этот Ингельд как-то по другому, но...

Барон поднялся и брезгливо вытер руки.

– Значит я угадал, – торжествующе сказал он.

Глядя на медленную и шатающуюся походку мужчины, Унгар с деланным сочувствием заохал.

– Бедняга... Ты-то куда лезешь, парень? Как там тебя, Ингельд?

Барон взмахнул рукой.

– Возьмите его! Будет сопротивляться – убейте. Мужчины меня не интересуют, – Унгар ухмыльнулся.

Зазвенела сталь, заскрежетали доспехи, и уже через пару мгновений барон перестал улыбаться. Его рыцари падали один за другим. Несмотря на неуверенную походку, несмотря на видимую телесную слабость, Ингельд разил их с невероятной точностью и силой.

На каждого из сраженных рыцарей у него не ушло больше одного удара. Воины казались совершенно беспомощными. Унгар не верил своим глазам. Его рыцари, закаленные во многих битвах, оказались не в состоянии хотя бы ранить этого болезненного вида человека.

Рыцари много суетились, отчаянно кричали, но их удары уходили в пустоту. Они походили на малых детей, шумно, но бестолково возившихся вокруг взрослого.

– Назад! Все ко мне! – заорал Унгар.

Но он спохватился поздно. Половина его людей лежали на земле, истекая кровью. Остальные, озверев от гнева и собственного бессилия, вновь и вновь с ревом бросались на Ингельда. Команд магистра они не слышали.

Барон торопливо отступил и, косясь на все еще темное небо, принялся шептать заклятие. И тут перед ним предстали, поддерживая друг друга, неко. Сейчас они выглядели ничуть не лучше Ингельда, но в глазах пылала такая ярость, что Унгар запнулся, напрочь забыв нужные слова.

– Сучки! – он выхватил меч. – Сейчас вы узнаете истинную силу Святой Инквизиции!

Неко набросились на него, но Унгар с легкостью отразил их атаку и атаковал в ответ. Ударил с такой силой, что девушек отбросило на землю. Будь у них простые мечи, они лежали бы уже мертвые, но карнелийские клинки спасли их.

Но не выдержали руки девушек. Мечи выскользнули на землю и барон захохотал, глядя как неко безуспешно пытаются снова стиснуть рукояти.

– Сдохните!

Рыцарь взмахнул мечом. И тотчас сильный удар в грудь отбросил его назад. Унгар поднял взгляд и увидел Ингельда. Переступив тело последнего рыцаря, тот медленно приближался к него.

Барон покосился на упавший меч Ингельда.

– Ты что, парень, промахнулся? Или хотел зарезать меня рукоятью?

Унгар откинул клинок Ингельда подальше.

– И что ты теперь будешь делать? Без оружия, без доспехов? Пальцем железо проткнешь?

Ингельд молчал, продолжая наступать на барона, и тот невольно поежился. В глазах мужчины читалась такая стальная уверенность в своей победе, что Унгар с трудом удержался от желания оглянуться.

– Именем Господа! – заорал барон.

Нервы его окончательно сдали, и он с рыком бросился в атаку. Ингельд уклонился от его могучего выпада, и в следующий миг Унгар с грохотом покатился по земле, а его меч оказался у Ингельда.

Роланд не поверил собственным глазам. Прием мужчины был прекрасно ему известен, ибо представлял собой разновидность тайной боевой техники его родной семьи!..

Ингельд сорвал с барона шлем и с размаха воткнул меч в землю, едва не порезав рыцарскую шею. Унгар дернулся, лицо его сделалось белым как мел.

– Что ты здесь делаешь, барон?

Ингельд говорил совершенно спокойным и ровным голосом. Ни затрудненного дыхания, ни единой капельки пота на лице. Как будто сражался не с профессиональными воинами, а с бумажными куклами.

Голос мужчины был чем-то знаком Роланду и в то же время казался абсолютно чужим. Карнелийцу очень хотелось снова увидеть глаза этого человека, но тот смотрел на барона.

– Я... – Унгар судорожно сглотнул. – Ты кто такой, черт тебя дери?!

Ингельд облокотился на рукоять меча. Барон сощурился, он уже представил, как легко можно сбить противника с ног и выхватить меч. В облике этого воина было столько усталости, столько болезненности и слабости, что поверить в то, что он легко уложил десяток рыцарей было невозможно.

Но барон лично видел, именно это удерживало его от решительных действий.

– Кто привел тебя сюда? – спросил Ингельд.

– Так я тебе и сказал, грязный карнелийский выродок!

Ингельд выхватил клинок и, с легкостью пробив толстенную грудную пластину, пригвоздил Унгара к земле. Барон захрипел, горлом хлынула кровь, тело забилось в агонии.

За спиной Ингельда переглянулись сестры.

– Странно... – прошептала Ирия.

– Возможно, он еще не до конца выздоровел и не смог рассчитать силу удара? – неуверенно предположила Инелия.

Провожаемый недоумевающими взглядами неко, Ингельд выбрался со двора и остановился возле зарослей боярышника.

– Ты надеялся отсидеться здесь? – бросил Ингельд в сторону кустарника.

Раньше, чем из-за переплетенных ветвей появилась косматая фигура инура, вперед бросились сестры.

– Я же чуяла эту проклятую псину! – бросила на ходу Ирия. – Как я сразу не сообразила?

В считанные секунды они настигли беглеца и швырнули его на землю. Тот не успел даже достать оружия, как инура скрутили и потащили к Ингельду. Ему оставалось только злобно клацать зубами, так что неко старались держаться от его оскаленной пасти подальше. В отличии от неко, челюсти инуров были таким же серьезным оружием как и у их предков.

Заломав пленнику руки, сестры заставили его пасть на колени пред Ингельдом.

– Зачем ты это сделал, инур? – спросил мужчина. – Разве Святая Инквизиция не сжигает твоих братьев также как неко? Почему ты помогаешь им?

Инур зарычал и сделал отчаянную попытку вырваться, но сестры удержали его на месте.

– Разве карнелийцы не убивают неко? – отрывисто пролаял инур. – Почему же ты им помогаешь?

Ингельд вскинул брови, но инур уже смеялся.

– Чего ты добиваешься, инур? Ты хочешь быстрой смерти?

– Я хочу твоей смерти! Быстрой ли медленной, мне без разницы. Если бы я знал, что здесь помимо этих кошек скрываешься ты, я уговорил бы барона прислать сюда сотню воинов!

– Вот оно что. Мы, похоже, встречались раньше?

– Встречались?! Если называть встречей ту резню, которую ты устроил в моей деревне, то – да, мы встречались! Я был еще щенком, но прекрасно запомнил тебя, человек! Ты сильно изменился, ты похудел... Видно, болел долго? Наверное, подцепил какую-нибудь дрянь от своих хвостатых шлюшек?

– Тварь!

Ирия от души заехала ему кулаком в лицо. Из разбитого носа хлестнула кровь. Но инур только шире растянул губы, демонстрируя ряды крепких желтоватых зубов.

– Это все, что ты можешь? – презрительно бросил он.

Ирия вновь вскинула кулак, но ее остановила Инелия.

– О какой деревне ты говоришь? – сдвинул брови Ингельд.

– О той, где жили беженцы – люди и инуры! Все те, кому удалось ускользнуть от облав Инквизиции! Это была мирная деревня и там обитали мирные...

– Мирные?!

В голосе мужчины отчетливо прозвенела сталь.

– Ты называешь мирными тех, кто устроил травлю этих неко? Которые тогда были еще совсем детьми! Этих жителей ты называешь мирными?

– Они украли все деньги, с трудом собранные деревней и предназначенные...

– Заткнись!

Ингельд вскинул меч и тотчас вперед ринулся инур. Он вложил в этот прыжок всю свою силу, всю свою ненависть. Неко были отброшены, а зубы инура щелкнули в опасной близости от горла Ингельда. Но тот уже уходил в сторону, а его клинок ударил навстречу противнику.

Обезглавленное тело инура еще качалось, словно выбирая куда лучше упасть, а Ингельд уже отбросил меч и раскинул объятия.

– Ну, а теперь здравствуйте, мои милые! Я вернулся!

Неко, сильно смущенные тем, что инур все-таки вырвался из-под их опеки, расцвели в один миг и с визгом кинулись на шею мужчины.

Минутой раньше звеневшая в голосе воина сталь и отчужденность исчезли, и Роланд не мог не узнать этот голос. Это был голос человека, несколько лет назад изгнанного из Карнелии за страшное преступление. Голос человека, из-за которого он был вынужден покинуть Карнелию и которого он поклялся убить. Это был голос Ингельда, старшего брата Роланда.

А потом сильный порыв ветра выдул бестелесный дух Роланда из поленницы и увлек в сторону леса. И мир вокруг стал стремительно меркнуть.

Последнее, что Роланд увидел – невероятно счастливые лица девушек, прильнувших к его брату. А еще, уже темнеющим взором, Роланд успел заметить то, что не могли видеть неко. Огненный, обжигающий взгляд Ингельда, который он устремил в небо. Прямо туда, куда уносило Роланда. Вряд ли старший брат видел его, и все-таки сердце карнелийца, находившееся сейчас где-то совсем в другом месте, болезненно сжалось.

Глава четвертая

1

Роланд проснулся засветло, зябко поеживаясь. Костер едва теплился, а значит Тирри следовало задать хорошую трепку – уж что-что, а подбрасывать ветки в костер тот наловчился давным-давно.

Но карнелийцу было не до Тирри. Он вспоминал брата. Что это было, сон? Но это не очень-то походило на сон.

Плеснув на руки воды из фляжки, Роланд умылся.

Но если это все-таки сон... Роланд вдруг похолодел. Это сон-напоминание?

Положа руку на сердце, долго ли он на самом деле искал брата? Ему казалось это легкой задачей – выходцев из Карнелии жило за ее пределами не так уж и много. Ингельда или кого-то, похожего на него, видели то в Лютении, то в Бардии, то в Тургалии. И первые несколько месяцев Роланд носился по его следам как угорелый.

А потом... Потом он стал привыкать к новой жизни. Оказалось, что меч карнелийца стоит очень дорого. Его услуги в качестве охранника оплачивались весьма неплохо, а тихая и размеренная жизнь в той же Армании – в сравнении с суровыми буднями Карнелии – пришлась ему по вкусу.

Когда же пятнадцатилетний подросток вырос в статного красивого юношу, пользовавшегося неизменным успехом у девушек из самых разных сословий, жизнь Роланда превратилась в настоящий мед.

А та боль, из-за которой он покинул Карнелию, постепенно затихла, затушевалась. Но, возможно, именно этого он и хотел? Возможно, именно из-за этого он ушел?

Он сдавил ладонями виски. Неужели это правда? Неужели он действительно хотел все забыть?

А сон, может это души неотмщенных друзей пришли напомнить ему о долге?

Роланд хрустнул костяшками пальцев. Что ж, теперь все будет по-другому! На этот раз он найдет Ингельда!

Карнелиец поискал глазами Тирри. Поблизости звереныша не было, и Роланду волей-неволей пришлось подкармливать огонь самому. Затем он поднялся, огляделся и, наконец, обнаружил Тирри, приникшего к дверям храма.

– Тирри! Ты что там делаешь?

– Бегом сюда! – пропищал Тирри. – Быстрее!

В голосе звереныша слышался страх, и Роланд, подхватив ножны с мечом, бросился к церкви.

– Что стряслось?

– Наконец-то проснулся! – проворчал Тирри. – Тебя не добудишься! Я уж было решил, что ты помер!

– У меня... – Роланд запнулся. – У меня был сон...

Почти человеческим жестом Тирри приложил лапку ко рту.

– Тсс! Твой сон подождет. Слушай!

Роланд кивнул. Тирри был совершенно прав. Оставалась невыполненная работа и ее следовало закончить. А поисками Ингельда он займется чуть позже.

Карнелиец приложил ухо к двери и волосы на его голове зашевелились. Из глубины церкви несся приглушенный звериный рык.

– Что за чертовщина?!

Рука карнелийца упала было на меч и тут же отдернулась.

– И она еще закрылась на засов! – застонал он.

Он отошел, окидывая взглядом дверь. Тяжелая дубовая дверь, окованная железом, была серьезным испытанием даже для карнелийского клинка.

– Роланд, она сказала не входить, чтобы не происходило, – напомнил ему Тирри.

– Да, я помню! – процедил карнелиец. – Но ты никак считаешь, что я должен позволить дикому зверью растерзать Селену и Дану?

– Вряд ли это дикое зверье, – тихо заметил Тирри.

Из-за двери донесся пронзительный женский вопль. Роланд зарычал и, вырвав меч, собирался уже ударить по двери, когда Тирри метнулся вдоль стены.

– За мной!

– Куда ты?

– Я видел дыру неподалеку!

Тирри оказался прав. Обежав храм, Роланд обнаружил небольшую пробоину у самой земли. Не раздумывая, карнелиец упал на землю и пополз внутрь. Лаз оказался довольно-таки узким. Несколько раз Роланд застревал и только ценой невероятных усилий, а также ободранных коленей, локтей и кулаков ему все-таки удалось протиснуться внутрь.

Выхватив меч, он какое-то время стоял на месте, прислушиваясь. Церковь была окутана тревожной тишиной. Если тут и были звери, сейчас они явно затаились.

– За мной, к алтарю, – прошептал Роланд и бросился вперед.

Но не успел он сделать и двух шагов как сверху послышалось шуршание. Карнелиец мгновенно прыгнул в сторону, ударив не глядя мечом, и тишину разорвал оглушительный рев.

Ночное зрение хорошо подготовленного карнелийца мало чем уступало зрению неко, так что Роланд без труда разглядел множество длинные щупалец, склизкое тело и пару дюжин коротких ножек. Карнелиец поежился, настолько омерзительной выглядела тварь.

Он на мгновение замер. С чудовищами Роланд сталкивался лишь однажды. Десять лет назад, незадолго до того, как покинул Карнелию, он вместе с небольшим отрядом оказался в Черных Землях. Именно там он наконец уяснил простую истину, которую с малолетства вдалбливали им в голову наставники воинских искусств – убить можно любую тварь, какой бы ужасной и непобедимой она ни казалась. Неуязвимых не бывает, любили они повторять...

А кроме того... Кроме того, Роланду показалось, что тварь двигалась несколько скованно. Он, конечно, не был в этом уверен, но, учитывая ее размеры и сложение, она могла бы действовать пошустрее.

Роланд ринулся вперед. Навстречу метнулись щупальца, но, как и ожидал карнелиец, двигались они довольно вяло, так что он без труда полоснул их мечом и отскочил в сторону. На полу забилось в судорогах обрубленное почти под корень щупальце.

Тварь издала невнятный хлюпающий звук. Было ли это криком боли или ярости, Роланд не знал, но это уже не имело никакого значения. Теперь он был уверен – тварь была серьезно, возможно, смертельно ранена еще до него. Ему оставалось только добить ее.

Спустя пару минут, оставив за собой груду изрубленной плоти, Роланд ворвался в главный зал.

Здесь было посветлее. Вдоль стен чадили древние светильники, давая больше дыма, чем света. Впрочем, и его было достаточно, чтобы разглядеть в центре зала чернеющий провал.

– Проклятие! Что это значит? – прошептал Роланд.

На краю провала лежали окровавленные человеческие останки. Даже видавший виды карнелиец отвернулся, не желая смотреть на то, что осталось от девушки.

– Проклятие! – Роланд ударил кулаком в стену. – Зачем вы закрыли дверь, девочки?

– Это не Селена! – воскликнул Тирри. – Это Дана...

– Дана...

Сердце Роланда болезненно сжалось. Ему было жаль несчастную девушку, но все же...

– Где же тогда Селена?

Он огляделся.

– Селена!

Его крик эхом пронесся по залу, и, будто в ответ, под потолком мелькнуло крылатое существо. Роланд не успел толком его разглядеть, как оно камнем рухнуло вниз и упало за алтарь.

– Это еще что за...

Карнелиец осторожно обогнул черный провал. Из-за алтаря донесся слабый стон и сердце Роланда забилось как в лихорадке.

– Эта тварь хочет убить Селену! – он бросился к алтарю.

– Осторожно! Это может быть ловушка! – закричал ему вслед Тирри.

Но Роланд вряд ли это услышал. С воинственным криком карнелиец запрыгнул на алтарь, да так там и замер с отведенным для удара мечом. Селена лежала на полу, ее белое платье было изорвано в лохмотья и обагрено кровью.

На жертвенник запрыгнул Тирри и покосился на окаменевшего Роланда.

– Роланд, так и будешь изображать химеру или все-таки поможешь ей?

Карнелиец вздрогнул, выходя из оцепенения, и кивнул. Он бегло осмотрел девушку и облегченно вздохнул. Кровь на ее одежде была чужая. Если не считать пары царапин, Селена была совершенно цела и невредима.


2

В сознание Селена пришла к полудню. О том, что произошло в храме девушка практически ничего не помнила. Известие о гибели Даны потрясло ее, она долго плакала, несмотря на все попытки Роланда успокоить девушку.

Она плакала до тех пор, пока на удивление молчаливый в этот день Тирри не забрался к ней на колени и позволил себя погладить.

– Я не могу понять. Я все сделала правильно, – прошептала Селена. – Конечно, это был не обычный ритуал, все-таки Святая Печать, но... Я же не первый раз... Я многое знаю и умею. Почему это произошло, Роланд?

– Ты так ничего и не вспомнила?

Она покачала головой.

– Я все сделала как надо. Я не могла ошибиться, я выучила молитву наизусть!

Роланд протянул ей измятый кусок бумаги, подобранный в храме.

– Эту бумажку нашел Тирри. Здесь та самая молитва?

Селена кивнула.

– Эта молитва написана на древнем языке, которым сейчас никто не пользуется, на нем говорил сам Спаситель, – сказала она.

– Ты знаешь этот язык?

– Нет, все церковные службы, все священные церемонии проводятся на современных языках, но Райнхард тут все подробно расписал – как, с какими интонациями это надо произносить.

– Но если ты не ошиблась, зачитывая текст по бумажке, значит мог ошибиться тот, кто ее писал?

– Что ты говоришь! – возмутилась Селена. – Да как ты можешь! Его преосвященство один из самых мудрых и образованных людей в мире! На встречу с ним монархи выстраиваются в очередь! А когда он проводит службы, сбегаются все окрестные жители!

– Прости-прости! Я просто пытался понять, что же произошло.

Селена тотчас поникла и всхлипнула.

– Я, кажется, понимаю... Хотя, наверное, я понимала и раньше, но боялась в этом признаться... Я все-таки ошиблась! Я ошиблась и обрекла Дану на смерть!

Селена заплакала. Роланд поморщился.

– Возьми себя в руки, Селена. Или собираешься остаток жизни провести в слезах?

– Оставшуюся жизнь я буду молить Бога простить меня-а-а...

– Мне кажется, до молитв дело дойдет позднее. А пока, насколько я разбираюсь в ваших религиозных делах, тебе лучше задуматься о суде Святой Инквизиции...

– Да, я готова понести любую кару. Моя ошибка не простительна, и я не вправе ожидать снисхождения-а-а!

– Да успокойся же наконец!

– Не могу-у! Дана погибла из-за меня!

– Сомневаюсь, – хмуро отозвался Роланд.

– Да откуда тебе-то знать!

– Чутье, Селена. Карнелиец без чутья – мертвый карнелиец, понимаешь? Так вот, я не знаю, конечно, что случилось в храме, но чувствую – дело не в тебе. Твой отец сказал, что кто-то уже сорвал первую Святую Печать, возможно, те же силы вмешались в твой ритуал.

– Правда? Ты правда так думаешь? – она с надеждой заглянула ему в глаза. – Или ты просто хочешь меня успокоить?

– Да, Селена, я и правда хочу тебя успокоить. Но правда также и то, что ты не виновата в происшествии в храме. Ты кстати, уверена, что Печать сорвана?

– Да, уверена. То, что было запечатано Святой Печатью теперь на свободе!

– И на что это может быть похоже?

– Отец сказал, что в этом храме покоятся Крылья Сатаны, но это лишь символ.

– Символ никогда не бывает случаен. Скорее всего, то существо, что появилось на свет, кажется, я видел его...

– Видел?!

– Когда я влез в храм, на меня напало одно чудовище. Не знаю, что это было, но мне удалось убить его. Это было довольно легко, и это несколько смущает меня. Возможно, этот монстр был просто для отвода глаз. Но потом я увидел другую тварь. Она быстро исчезла и я не успел ее толком разглядеть, но, по-моему, она походила на крылатого человека.

– Наверное, ты прав. Теперь Черные Крылья на свободе и наверняка натворят немало бед...

Селена вновь начала было плакать и тут Роланд не выдержал.

– Да сколько можно! – рявкнул он. – Еще раз заплачешь, я сам тебя убью!

От неожиданности Селена замолкла и уставилась на карнейлица широко распахнутыми глазами. Больше она не плакала. Но разговаривала после этого только с Тирри. Роланда, впрочем, это вполне устраивало.


3

Они возвращались долго. Селена едва-едва передвигала ноги и Роланд не один раз помянул недобрым словом Церковь, некогда запретившую использование лошадей.

Он не рискнул возвращаться засветло. Представив какой взрыв страха и гнева вызовет известие о гибели Даны, Роланд счел за благо переждать до позднего вечера. Селена не прекословила. Вряд ли она даже слышала объяснения карнелийца. Всю дорогу девушка провела в молитвах.

Ближе к полуночи, когда в деревне погасли последние огни, они пробрались к дому Хальгара.

Сказать, что весть о неудаче расстроила Хальгара, это не сказать ничего. Какое-то время он пребывал в полнейшей растерянности, так что Роланду пришлось хорошенько его встряхнуть и даже наорать, прежде чем к святому отцу вернулась способность мыслить. Когда же это произошло, карнелиец сразу понял, что Хальгар не зря занимал должность мэра Лангбурга.

– Вам надо уходить, – заявил он после недолгих размышлений. – Причем уходить немедленно! Не приведи Господь наши узнают...

– Узнают о гибели Даны или о Печати? – уточнил Роланд.

– Каждое из этих известий способны напугать горожан до полусмерти, а сведенные воедино... – он покачал головой. – Может случиться паника! Да и тебе, Роланд, будет лучше не попадаться к ним на глаза. Отец Даны весьма уважаемый человек, к его мнению многие прислушиваются...

– Это я сразу сообразил, потому мы и сидели до вечера в лесу, комаров кормили, – проворчал карнелиец.

– Кормили... – повторил Хальгар. – Да, конечно, я накормлю вас, но потом вы должны будете уйти до наступления утра!

– Селена очень устала, ей бы поспать часок-другой, – заметил Роланд. – Думаю, до утра есть еще много времени...

– Да-да, ты прав, я сейчас накрою на стол, а потом уложу Селену спать. Ты сам-то не хочешь вздремнуть?

– Хочу, конечно, но могу и потерпеть. Святой отец, скажите лучше, куда это вы хотите спровадить нас? Ну, ладно меня, но дочку?

– Разве я не сказал? – удивился Хальгар. – Конечно же, к его преосвященству Райнхарду, архиепископу Лирнскому!

– Почему я не удивлен? – пробормотал Роланд.

– Вы должны все ему рассказать!

– Действительно, – закивал карнелиец. – Кто же еще нам поможет, если не архиепископ?

Хальгар не уловил его иронии.

– Именно так. Завтра я передам Селене письмо архиепископа, подготовленное на этот случай, оно позволит вам беспрепятственно пройти все патрули Святой Инквизиции.

– Отлично! Но письмо письмом, а путь-то неблизкий, нам понадобятся еще и деньги.

– Да-да, конечно, – Хальгар водрузил на стол приятно звякнувший мешочек. – Это вторая часть платы, о которой мы договаривались. Думаю, этого вам с лихвой хватит.

Роланд поскреб затылок и не стал говорить, что Хальгар фактически поручает ему новое дело, а значит оплачиваться оно должно отдельно.


4

После ужина Хальгар отвел Селену спать, а Роланд выбрался из дома и устроился на крыльце.

– Почему у меня такое чувство, словно меня забыли кое о чем спросить? – задумался карнелиец.

– О чем же? – Тирри бросил на друга удивленный взгляд.

– О том, согласен ли я провожать Селену!

– Но ты ведь и так был согласен? Зачем спрашивать?

– Но ему-то об этом не было известно.

– Ну и что?

– Да нет. Ничего. Но он мог бы спросить хотя бы ради приличия!

– Хватит тебе ворчать, Роланд. Тебе бы самому приплатить мэру за то, что тебе доверили сопровождать такую прекрасную девушку.

– Ты-то что понимаешь в девушках?

– Я кое-что понимаю в тебе. Ты едва не подпрыгиваешь от радости.

– Тирри, ты не знаешь, почему я до сих пор не прибил тебя?

– Потому что в нашей команде должен же кто-нибудь думать головой. И вообще не мешай мне спать!

Тирри спустился с плеча Роланда на крыльцо, свернулся поудобнее и закрыл глаза.

– Эй, Тирри! Подожди-ка. Недавно я видел сон...

– О-о, ради всех ваших святых, избавь меня от этого.

– Но я увидел во сне Ингельда! Представляешь? Все было как наяву. Ингельд, пара неко, крестоносцы...

– Успокойся, Роланд. Вы, люди, частенько видите в снах то, к чему страстно стремитесь. Ищешь брата, вот тебе и брат, захочется девушку, увидишь и ее.

– Тебе надо провидцем на ярмарке выступать, Тирри. Такое поразительное знание человеческих душ.

– Роланд! Я хочу спать.

– Ладно-ладно, дрыхни, животное.

– И тебе спокойной ночи, животное, – огрызнулся в ответ Тирри.

Роланд вгляделся в звездное небо и вдруг отчетливо увидел на его фоне женский силуэт. Он помотал головой, прогоняя наваждение, но видение никуда не исчезло. Напротив, оно приблизилось и стало «наливаться плотью».

Роланд вцепился в загривок звереныша и немного потряс его.

– Эй, Тирри! Смотри, девушка!

– Ну вот, как я и говорил, – проворчал Тирри, сделав безуспешную попытку укусить Роланда. – Теперь ему девушки мерещатся. Бьюсь об заклад, она – голая.

Девушка приблизилась, и Роланд судорожно сглотнул.

– Тирри, но она и впрямь не очень-то одета. Если, конечно, не считать за одежду пару тряпиц и ремней.

– У тебя, конечно, любопытные фантазии, но я бы предпочел предаваться во сне своим собственным. Меня знаешь ли, совершенно не привлекают человеческие самки.

Роланд сгреб Тирри за шкирку и поднял вверх, давая возможность воочию убедиться в существовании девушки.

– Это же... – ахнул Тирри.

– А я тебе что говорю!

Роланд опустил его на крыльцо.

– Это не похоже на видение, – пробормотал Тирри, закрывая и открывая глаза. – Вряд ли мы оба будем грезить одинаково.

– О том и говорю! А что это у нее за спиной?

Незнакомка тем временем подошла ближе и остановилась в нескольких шагах от крыльца. Роланд отчетливо разглядел огромные черные крылья, развернувшиеся за спиной девушки.

Впрочем, крылья интересовали Роланда меньше всего. Затаив дыхание, он беззастенчиво пялился на девушку. Она была прекрасна. Огромные черные глаза, роскошные черные волосы, обворожительная улыбка. А ее стройное тело, едва прикрытое одеждой, привело Роланда в трепет...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю