Текст книги "История военно-монашеских орденов Европы"

Автор книги: Вольфганг Акунов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

5.
ОБ ОРДЕНСКОЙ ИЕРАРХИИ ТАМПЛИЕРОВ

Орденское братство рыцарей Христа и Храма Соломонова имело строго иерархическое устройство.

Во главе ордена тамплиеров стоял Великий Магистр (Великий Мастер, Гроссмейстер, Гранд-Мэтр, Грэнд Мастер, Гран Маэстро, Гранде Местре) храмовников (Magister Templariorum), избираемый простым большинством голосов особым комитетом (советом), состоявшим из членов Капитула и утверждаемый Капитулом в должности, по своему рангу уравненный папой римским с независимыми владетельными государями, а по достоинству – с епископами Римско-католической церкви. Хотя во всех важнейших вопросах требовалось согласие Капитула, решавшего их опять-таки большинством голосов, и Магистр был обязан повиноваться ему, он все же обладал чрезвычайно широкими полномочиями – например, правом самому назначать высших должностных лиц (официалов, или офицеров) ордена Храма. Его ближайшую свиту составляли:

1) капеллан (духовник),

2) искусный писец-клирик, в совершенстве владеющий латынью,

3) сарацинский (то есть арабский) писец или европеец, владеющий арабским,

4) два оруженосца,

5) два личных конных слуги из числа членов ордена Храма,

6) рыцарь, исполнявший обязанности ординарца,

7) кузнец-оружейник, ковавший и чинивший доспехи и оружие магистра,

8) два конюха, в обязанности которых входил уход за его боевым конем,

9) личный повар,

10) двое так называемых адъюнкта – орденские рыцари из благороднейших родов, составлявшие ближайший совет магистра.

В случае отсутствия Магистра по каким-либо причинам (отъезд, болезнь, смерть в бою или плен) его заменял сенешал(ь).

Сенешалу прислуживали два оруженосца, орденский «брат» из числа низших чинов, капеллан, писцы (скрибы) и 2 пеших слуги.

Маршал был главным полководцем ордена Храма и заведовал его военным делом. В военное время братья-рыцари состояли под его непосредственным началом, вооруженные услужающие братья – под началом подчинявшегося ему под-маршала, о которым пойдет речь ниже.

Великий прецептор Иерусалимской области был хранителем орденской казны тамплиеров. В этом своем качестве он ведал также размещением братьев по различным орденским замкам-монастырям и надзирал над всеми орденскими поселениями, фермами и имениями. Под его начальством находились также принадлежавшие ордену Храма корабли, стоявшие на якоре в порту Аккона (Акры). Он же распоряжался военной добычей. При нем находился орденский «портной» (интендант или ризничий), ведавший снабжением братьев ордена Храма одеждой, а их коней – сбруей.

В обязанности командора Святого града Иерусалима входило выполнение первоначальной общеорденской задачи тамплиеров. Вместе с 10 рыцарями, под черно-белым главным орденским знаменем «Босеан», он должен был сопровождать паломников к реке Иордану, снабжая их необходимыми припасами и лошадьми.

Подобные же высшие орденские должности («официи», исполнители которых, как указывалось выше, именовались официалами, или, по-нашему, офицерами) были введены позднее и в провинциях, с XII в. вошедших в состав ордена Храма, а именно в Триполи, Антиохии, Франции, Англии, Пуату, Арагоне, Португалии, Апулии (Южной Италии) и Венгрии.

Каждая орденская провинция управлялась особым командором, которому были подчинены командоры отдельных, более мелких орденских территориальных единиц.

Магистру подчинялись Великие приоры, Великим приорам – байлифы (именовавшиеся также «бальи» или «пилье», что буквально означает «столпы», «опоры»), байлифам – приоры, а приорам – командоры (или комтуры). Следует, однако, учитывать, что титулатура высших должностных лиц ордена Храма в разные времена и в разных странах существенно варьировалась. Так, Великий приор мог именоваться командором провинции, магистром или Великим прецепто-ром, а командор (комендант орденского замка-монастыря) – прецептором («порученцем»).

Название должности прецептора происходит от того, что он был обязан выполнять порученную ему магистром задачу (от лат.: praecippimus tibi, то есть «поручаем тебе»).

Как мы уже знаем, члены ордена Храма подразделялись на рыцарей, капелланов-священников и услужающих братьев-сервиентов («фратрес сервиентес», лат.: fratres servientes), от названия которых произошло впоследствии слово «сержант».

Сервиенты, в свою очередь, подразделялись на оруженосцев, или вооруженных услужающих братьев («сервиентес арморум», лат.: servientes armorum), сопровождавших братьев-рыцарей в военных походах, и на разного рода слуг и ремесленников.

Наряду с этими тремя разрядами членов ордена Христа и Храма Соломонова существовал еще и четвертый – светские члены ордена Храма. В их число входили как дворяне, так и люди простого звания, мужчины и женщины, которые по собственной воле выполняли целиком или частично орденские предписания, но жили в миру, а не в орденских замках-монастырях (подобно монашествующим в миру). К числу этих светских членов ордена Храма, кроме упомянутых выше полубратьев-«семифратеров», принадлежали также донаты (лат.: donati) или донаторы (лат.: donatores), добровольно оказывавшие ордену Храма какие-либо услуги, и так называемые облаты (лат.: oblati), уже с детства, согласно принесенному обету, предназначенные родителями ко вступлению в орден Храма и воспитанные в духе верности его Уставу.

Каждому рыцарю Храма, как уже говорилось, полагалось иметь три лошади, оруженосца и шатер. Все члены ордена получали одинаковые по качеству и количеству пищу, оружие и одежду.

Из числа братьев-сержантов, которые, в отличие от белых одеяний братьев-рыцарей, носили черную и коричневую одежду и такой же плащ (также украшенные красным орденским крестом), назначались пять низших должностных лиц ордена Храма:

1) так называемый одмаршал (низший маршал), в непосредственном подчинении у которого в военное время находились все вооруженные сержанты (servientes armorum),

2) знаменосец ордена Храма,

3) управляющий земельными владениями ордена Храма,

4) главный кузнец ордена Храма,

5) комтур порта Аккон.

Назначаемый из числа сержантов подмаршал считался помощником главного орденского Маршала. Он был обязан обеспечивать орден Храма оружием и содержать это оружие в порядке. Знаменосец, возивший в боях главное орденское знамя «Босеан» за Магистром Храма, был в то же время начальником всех оруженосцев, которых он приводил к присяге, а по окончании срока их воинской службы увольнял.

Уставом было точно определено, сколько каждому орденскому брату полагалось одежды, постельных принадлежностей и оружия; был точно установлен порядок дня в отношении молитв, посещения храма, трапез и т. д. Столь же строго и подробно регламентировались все военные обычаи в походе, при осаде, в лагере, на поле боя, распорядок дня и работа капитула. За престарелыми, слабыми и больными орденскими братьями был установлен чрезвычайно внимательный уход.

Орденский «Альмоньер» (милостынедатель), то есть попечитель о бедных, получал ежедневно десятую часть всех хлебных запасов для раздачи нуждающимся. Существовало также специальное Уложение о наказаниях, предусматривавшее различные кары за нарушение орденских правил.

6.
ОБ ОРДЕНСКИХ ПРАВИЛАХ

Преступления (воровство, убийство, бунт, побег, кощунство, трусость перед лицом врага, сообщение постановлений Капитула не допущенному к участию в заседаниях Капитула брату, симония и мужеложество) карались исключением из ордена Храма, а менее тяжелые проступки (неповиновение начальникам, клевета на брата, оскорбление действием брата или другого христианина, общение с продажными женщинами, отказ брату в пище и питье) – временным лишением права на ношение орденской одежды. Изгнание из ордена Храма означало для изгнанника лишение источника существования – ведь, вступая в орден, тамплиер вносил в него все свое имущество, которое обратно уже не возвращалось.

Кто лишался орденского плаща, был обязан трудиться вместе с рабами, есть на голой земле и не сметь прикасаться к оружию. Даже после того как ему возвращали орденский плащ, он уже никогда не мог достичь в ордене Храма высшей должности или давать показания против кого-нибудь из братьев по ордену.

Всякий человек, желавший вступить в орден тамплиеров в качестве полноправного члена («белого плаща»), должен был обладать отменным здоровьем, происходить от законного брака и из рыцарского рода. Он также должен был удовлетворять следующим требованиям:

1) не состоять в браке,

2) не быть отлученным от церкви,

3) не быть связанным присягой с каким-либо другим духовным орденом,

4) не добиваться приема в орден Храма при помощи посул или подарков.

Перед торжественным приемом в орден Храма кандидата, успешно отбывшего год предварительного искуса (послушничества, или новициата), два «брата-рыцаря» отводили его в особую комнату при орденском храме на собеседование о серьезности его намерений и обременительности тех обязанностей, которые он собирается взять на себя. Если же кандидат, вопреки всему, оставался твердым в своем решении, то с разрешения Капитула его вводили в храм, приводили к присяге на Святом Евангелии и с соблюдением торжественных церемоний облачали в белый орденский плащ.

Самовольно выходить из ордена Храма было строжайше запрещено. Если храмовник, выбывший из ордена тамплиеров, снова хотел в него вернуться, он должен был в любую погоду стоять с непокрытой головой у входа в Орденский Дом («Храм») и, преклоняя колена перед каждым входящим и выходящим храмовником, слезно молить о прощении.

По прошествии определенного времени милостынедатель предлагал кающемуся изгою подкрепиться пищей и питьем и сообщал Капитулу, что брат-отступник молит проявить милосердие и принять его обратно в орден Храма. В случае согласия Капитула, кающийся проситель, обнаженный по пояс (или, выражаясь современным армейским языком, «с голым торсом») и с пеньковой веревкой («вервием») вокруг шеи, являлся перед собранием Капитула, на коленях и со слезами сердечного сокрушения молил о приеме и заявлял о своей готовности понести самое суровое наказание. Если он затем в течение назначенного срока приносил «достойный плод покаяния», Капитул возвращал ему его прежнюю орденскую одежду.

Как уже говорилось выше, Великий Магистр тамплиеров принимал важные решения не единолично, а лишь посовещавшись с Генеральным Капитулом (в особо экстренных случаях – с Иерусалимским конвентом, то есть с общим собранием всех тамплиеров, несших службу в Иерусалиме) и только с их согласия мог объявлять войну, заключать мир, совершать торговые операции и т. п.

Генеральный Капитул состоял из высших должностных лиц всех орденских областей и наиболее опытных братьев-рыцарей, приглашаемых на совет Великим Магистром. Этот Капитул созывался лишь в особо важных случаях вследствие сопряженных с ним чрезвычайных расходов. Орденские дела, касавшиеся отдельной провинции, обсуждались на заседании провинциального капитула под председательством прецептора данной провинции.

7.
О ХАРИЗМЕ ТАМПЛИЕРОВ

Орден рыцарей Христа и Храма, благодаря своему воинственному характеру, привлекавшему к вступлению в него многочисленных представителей знати, в наибольшей степени отвечал тогдашним представлениям об идеальном рыцарстве, расцвеченным самыми яркими красками поэтической фантазии того времени – не случайно в поэмах «Парцифаль» Кретьена де Труа и Вольфрама фон Эшенбаха хранителями Святого Грааля выступают рыцари-храмовники!

В анонимном рыцарском романе «Перлесво» из цикла о Святом Граале его главного героя – юного Перлесво – в замке Грааля встречают 30 рыцарей в белых плащах с красным крестом (орденском облачении тамплиеров). В «Перлесво» имеются и другие аллюзии с реальной историей ордена Храма. Там, к примеру, говорится о человеческих «головах, сделанных из серебра», и о «головах, сделанных из золота». Упоминается и таинственная повозка с мумифицированными головами, среди которых – голова праотца Адама. В этих образах нетрудно при желании увидеть намек на ту загадочную «мужскую голову», в поклонении которой под пытками французских королевских инквизиторов признавались многие члены исторического ордена Храма.

В подражание ордену Храма на разных «фронтах» войны с врагами христианства были учреждены другие военно-монашеские ордены под аналогичными или сходными названиями, члены которых носили белое облачение, напоминавшее тамплиерское и украшенное красными крестами, имевшими первоначально «тамплиерскую» форму (и лишь впоследствии изменившими свою конфигурацию): на Пиренейском полуострове – ордены Сантьяго (меченосцев Св. Иакова), Калатравы (Сальватьерры), Монтезы (Монтесы) и Богородицы Монжуа; в Италии – орден Св. Стефана; в Прибалтике – орден меченосцев (орден Меча, Бедное братство Христово в Ливонии), в польской области Мазовии – Добринский орден (Добринское братство Христово). Иногда эти военно-монашеские братства путали с собственно тамплиерами. Так, например, одно из упоминаний «братьев из Добрина» на страницах исторических хроник датируется 1240 г. – в связи с захватом города Дрогичина западнорусским князем Даниилом Галицким (коронованным папой римским королем Руси), заявившим, если верить древнерусскому летописцу: «Нелепо есть держать наше отчины крижевником, тепличем, рекомым Соломоничем» (то есть «Нехорошо владеть нашей вотчиной крестоносцам, тамплиерам, именуемым рыцарями Храма Соломонова». – В.А.).Из приведенных слов князя Даниила явствует, что он не отличал добжиньских рыцарей Христа от собственно тамплиеров (рыцарей Христа и Храма Соломонова).

В силу своего высокого авторитета орден Храма пользовался благоволением государей, щедро одаривавших его землями и привилегиями. Численность тамплиеров быстро возрастала.

Столь же стремительно росли богатства и владения их ордена, хотя и подчиненные его главному Иерусалимскому Храму, но разбросанные по разным странам, что оказалось позднее одной из причин его слабости. Со всех сторон стекались к ордену Храма богатые приношения в виде коней и оружия. По завещаниям ему отказывалась десятая часть крупных состояний, огромные земельные владения, процветающие хозяйства, важные привилегии. При дворах в Париже и Лондоне и во дворцах испанских королей храмовники занимали наиболее почетные должности.

К 1260 г. орден Храма насчитывал в своих рядах, по некоторым данным, до 20 000 одних только братьев-рыцарей, не говоря о священниках, слугах и воинах, и владел 9000 командорств, бальяжей (баллеев) и прецепторий (храмовых дворов). Последние представляли собой укрепленные усадьбы замково-монастырского типа, пользовавшиеся правом экстерриториальности.

Проживавшие в этих замках-монастырях тамплиеры, как рыцари, так и священники, в знак своего монашеского звания носили тонзуру (то есть выстригали себе волосы на макушке) и по указу папы римского с 1162 г. подчинялись не местным епископам, а только своему орденскому духовенству. Местные епископы не были вправе требовать церковную десятину с орденских земель. По могуществу и богатству орден Храма уже мог смело соперничать со всеми государями христианского мира. Но, сделавшись повсюду государством в государстве, со своим собственным и – самое главное! – постоянным войском, собственным судом, собственными церквями, собственной полицией и собственными финансами, он стал вызывать все большую зависть и недоверие как светских государей, так и князей церкви – тем более что римские папы, стремившиеся подчинить этих монархов своей власти, оказывали подчиняющимся только римскому престолу воинственным рыцарям-монахам в белых плащах с красным крестом всяческое покровительство.

Римские понтифики не находили слов для выражения своей благосклонности людям, искренне готовым умереть за веру и представлявшимся им искренне преданными папской тиаре. В ущерб многим епископам и общей массе монашества они осыпали орден храмовников неслыханными привилегиями и всевозможными отличиями, создавая ему совершенно исключительное положение и в религиозном отношении, но вместе с тем вызывая к нему ожесточенную вражду всех обиженных и обойденных папским вниманием, в том числе и других духовно-военных орденов; Дело усугублялось еще и тем, что знатное происхождение большинства братьев-рыцарей ордена Храма, их казавшиеся безграничными могущество, богатство и привилегии постепенно возбудили в храмовниках горделивое сознание своей избранности и чувство своего неприступного величия. Иными словами, многие тамплиеры впали в страшный грех гордыни.

Среди Великих Магистров – преемников Гуго де Пайена– наиболее выдающимися и доблестными были тамплиеры:

1) Бернар де Тремелаи (пал при взятии Аскалона в 1153 г.),

2) Одо де Сент-Аман (умер в 1179 г.),

3) Гийом де Боже (при нем крепость Аккон, последний оплот христиан в Палестине, была 18 мая 1291 г. захвачена магометанами, а сам он был смертельно ранен сарацинской стрелой),

4) Тибо Години, под чьим руководством орден Христа и Храма Соломонова перебрался из Святой земли на остров Кипр, под крыло титулярных королей Иерусалимских из династии Лузиньянов.

8.
РАЗГРОМ

Уже с начала XIII в., когда орден Храма еще безупречно и в полной мере выполнял свои уставные функции по защите паломников и границ Иерусалимского королевства, не было недостатка в жалобах на высокомерие, склонность к измене, лицемерие и беспутство храмовников. Широкое распространение нашла поговорка «пить как храмовник» (лат.: «бибере темпларитер», «bibere templariter»). Недоброжелатели обвиняли тамплиеров в том, что они, равнодушные к общему благу, руководствовались только своими узкоэгоистичными, своекорыстными интересами, стремились прежде всего удовлетворить свое властолюбие и алчность.

Храмовники нередко заключали тайный союз с мусульманскими государями Земли Воплощения (часть из которых платила им дань), из верности папскому престолу проявляли откровенную враждебность к римско-германскому императору Фридриху II Гогенштауфену (отлученному папой римским от церкви) во время его не санкционированного папой крестового похода в Святую землю в 1228–1229 гг., вели нескончаемые кровавые распри с иоаннитами и были постоянным объектом ненависти епископов, утративших над ними контроль вследствие папских послаблений.

К тому же и светские государи, как уже упоминалось выше все больше завидовали богатству и могуществу ордена Христа и Храма Соломонова. Последний сам подал пищу к дальнейшему росту недоверия и зависти, когда при Великом Магистре Жаке де Молэ с 80 братьями-рыцарями и 60 братьями-сержантами в 1306 г. перебрался во Францию, где ему, по мнению многих, нечего было делать. То, что Великий Магистр приехал не самочинно, а лишь по настоянию злокозненного короля Филиппа IV Красивого и во исполнение воли папы римского Климента V, в глазах тогдашней «общественности» мало что меняло.

Перебравшись во Францию, орден Храма неосмотрительно отдался во власть коварно заманившего его в ловушку короля Филиппа Красивого, прозванного своими подданными также Железным Королем, мечтавшего присвоить себе казну тамплиеров и вдобавок раздраженного позицией ордена Храма в его конфликте с папой Бонифацием VIII (орден Храма, как «международная организация», естественно, поддержал не французского короля, а своего сюзерена – римского папу, которого в духе идеологии времен Крестовых походов продолжал считать верховным главой всего христианского мира, «Первосвященником и Царем Царей по чину Мелхиседекову»). Но во Французском королевстве в описываемое время дули уже совсем иные ветры.

На рассвете 13 октября 1307 г., в ходе тщательно подготовленной акции, в Париже (а точнее говоря, в главном замке храмовников Тампль, расположенном за пределами тогдашних городских стен Парижа) были схвачены Великий Магистр Жак де Молэ и высшие сановники ордена тамплиеров, шедшие в храм на утреннюю молитву. Одновременно были арестованы почти все храмовники Франции. Их усадьбы и замки были разбросаны по всей стране, силы раздроблены и разобщены, так что они не смогли оказать никакого сопротивления королевским солдатам. Движимость и недвижимость ордена Храма была конфискована в пользу казны еще до начала так называемого судебного разбирательства.

Выбитые королевскими инквизиторами при помощи пыток «признания» арестованных храмовников (большинство из которых составляли, кстати, не братья-рыцари, а священники-капелланы, оруженосцы и услужающие братья) послужили поводом к обвинению всех членов ордена Храма в тех же «грехах». Собравшиеся в г. Туре Генеральные Штаты (тогдашний французский парламент) и находившийся у короля Филиппа в «авиньонском пленении» папа-француз Климент IV объявили выдвинутые против храмовников обвинения обоснованными. 12 августа 1308 г. папа Климент официально повелел инквизиции начать судебное преследование всех тамплиеров.

Король Филипп Красивый обвинил орден Храма в отречении от Христа, почитании идола Бафомета (до сих пор никто не знает, что это такое, но, по мнению инквизиторов, это и была упоминавшаяся выше «мужская голова»!), осквернении Святого Причастия, мужеложестве (вот где пригодилось изображение двух рыцарей на одной кобыле!). В пользу истинности данных обвинений могли свидетельствовать фривольные высказывания некоторых храмовников и претензии, предъявлявшиеся ордену Храма римскими папами и ранее (например, Иннокентием III в 1208 г.), однако отсутствовали подлинные, неопровержимые доказательства. Целый ряд обвинений, выдвинутых против ордена Христа и Храма, был связан с принятой в нем церемонией посвящения. Тамплиеров обвиняли в том, что новообращенные якобы торжественно обещали участвовать в мужеложестве и богохульстве (выражавшемся, например, в оплевывании креста, осквернении его мочой и т. д.). Обвинители рыцарей Храма утверждали, что тамплиеры поклонялись дьяволу – иногда в виде черного кота (которого они якобы целовали под хвост), а иногда в виде символического изображения (идола под названием Бафомет). Тамплиеры якобы натирали идола Бафомета (описываемого всякий раз по-разному: то как препарированную человеческую голову, то как украшенный драгоценными каменьями и укрепленный на деревянном фаллосе человеческий череп, то еще более диковинным образом) жиром, вытопленным из тел тайно убитых ими христианских младенцев. В свое время аналогичные обвинения выдвигались древнеримскими язычниками против первых христиан…

Как бы то ни было, остались по сей день недоказанными утверждения, будто храмовники исповедовали тайное еретическое учение, поклонялись одновременно двум «богам» – истинному небесному и другому, земному, дарующему мирские радости, которого и изображали в виде человеческой головы из благородного металла и т. п. (конечно, если не считать, как уже говорилось выше, выбитое под жесточайшими пытками «добровольное признание» обвиняемых «царицей доказательств», в духе позднейших воззрений кровавого сталинского прокурора Андрея «Ягуарьевича» Вышинского)…

Само слово «Бафомет», по-видимому, представляет собой искаженное имя мусульманского пророка Магомета, а обвинение в поклонении этому мерзкому идолу входило в качестве составной части в общее обвинение тамплиеров в тайном переходе в ислам. При этом следует заметить, что на протяжении своей более чем двухсотлетней жизни на Ближнем Востоке тамплиеры, вне всякого сомнения, восприняли и впитали многое из культуры своих извечных врагов. Многие тамплиеры говорили по-арабски и в противоположность большинству других «латинян» той поры придерживались арабской манеры ношения бороды.

Временами тамплиеры даже сражались – плечом к плечу с представителями уже упоминавшейся в нашей книге «еретической» мусульманской секты убийц-ассасинов (поддерживавшей с орденом Храма особые отношения, тайна которых не разгадана до сих пор) против других мусульманских сект в вечных усобицах (типичных, как и теперь, для исламского мира). Критики тамплиеров указывали на сходство в организации и одеяниях тамплиеров и ассасинов (носивших белые одежды с красными поясами и тюрбанами), доходя при этом до прямых обвинений тамплиеров в скрытом пособничестве ассасинам.

Большинство современных историков отвергает подобные обвинения (хотя известно, что по крайней мере один тамплиер – английский рыцарь Храма Роберт Сент-Альбане – принял ислам и возглавил мусульманское войско). Существует также устойчивая легенда о некоем «племени крестоносцев», происшедшем от дезертировавших тамплиеров, принявшем мусульманский закон и продолжавшем существовать на протяжении многих столетий на севере Аравийского полуострова.

По мнению некоторых историков, слово «Бафомет» происходит от арабского эпитета «Абу-ха-Фикамет» («Отец Мудрости»), прилагаемого мусульманскими мистиками-суфиями к Аллаху (то есть к Богу). Таким образом, обвинять тамплиеров в том, что они поклонялись Бафомету – не что иное, как обвинять их в поклонении… Богу! Известно, что до переезда ордена Храма с острова Кипр во Францию (состоявшегося по настоянию коварного короля Филиппа Красивого) тамплиер Жоффруа де Шарне (будущий прецептор Нормандии, сожженный на Еврейском острове в Париже вместе с Великим Магистром Жаком де Молэ) показывал придворным кипрского короля образ Спаса Нерукотворного, который при желании можно описать как «мужскую голову с бородой». Речь скорее всего шла об отпечатке земного тела Иисуса Христа на погребальной пелене, известном ныне под названием Туринской плащаницы (сложенной таким образом, что был виден только лик Спасителя). Вот что было предметом поклонения «бедных рыцарей Христа»! Неудивительно, что слуги французского короля не нашли ни в одном из тамплиерских храмов никаких изображений Бафомета. Образ Спаса Нерукотворного – небесного покровителя их ордена, получившего от Него свое название! – был своевременно укрыт храмовниками в надежном месте, пока не появился неожиданно в Италии, уже под названием Туринской плащаницы. Впрочем, довольно об этом…

На основании упомянутых выше обвинений приспешники короля Филиппа Красивого применили «меры физического воздействия», чтобы вырвать у тамплиеров признание в ереси. В течение считаных дней заточения тридцать шесть тамплиеров умерли от пыток, примененных к ним в королевских темницах. Через три года, в 1310 г., 54 тамплиера были сожжены на костре. Преследование рыцарей Храма продолжалось, хотя папа Климент был вынужден признать в 1312 г. факт отсутствия у Римской церкви достаточных оснований для доказательства уклонения членов ордена Христа и Храма в сресь. Тем не менее, вновь подчинившись давлению короля Франции, папа римский своим декретом объявил о прекращении деятельности ордена бедных рыцарей Христа и Храма упраздненным.

12 мая 1310 г. король Филипп, как уже говорилось выше, отдал приказ о сожжении 54 рыцарей Храма на костре. Хотя Вьеннский собор Римско-католической церкви, заседавший с 16 октября 1311 г. по 6 мая 1312 г., и отказался вынести приговор ордену Храма в целом, папа Климент V своей буллой от 22 марта 1312 г. объявил о роспуске ордена (обвинения в адрес которого так и остались недоказанными).

Тамплиерам, выжившим после пыток, которым их подвергли королевские палачи (а точнее, действовавшие по приказу короля палачи французской инквизиции), было разрешено вступить в другой орден или вернуться в мир. Последний Великий Магистр тамплиеров, долгое время стойко выдерживавший невыносимые для других пытки после своего взятия под стражу в парижском «Храме», но в конце концов признавший обвинения, выдвинутые против его ордена, Жак де Молэ, после предания гласности его личного признания, был приговорен к пожизненному тюремному заключению на «хлебе скорби и воде сердечного сокрушения». Однако де Молэ смутил и церковь, и государственных чиновников, публично объявив орден Христа и Храма невиновным. За этот свой последний поступок (не столь безрассудный, если учесть ожидавшие его «прелести» одиночного тюремного заключения на хлебе и воде), он был приговорен к сожжению заживо. 11 марта 1314 г. Великий Магистр Жак де Молэ, прецептор Нормандии Жоффруа де Шарни (Шарне) и целый ряд рыцарей Храма были по приказанию короля Франции сожжены на острове Ситэ (Еврейском острове) в Париже.

Уже почти полностью поглощенный пламенем инквизиционного костра, старый тамплиер громогласно обвинил папу римского и французского короля, предсказав, что скоро они оба будут призваны на суд Божий – папа Климент в том же самом 1314 г., всего через 40 дней после сожжения Великого Магистра Храма, а злокозненный король Филипп – через год. Как это ни странно, и король, и папа умерли точно в сроки, назначенные им сгоравшим на костре магистром де Молэ (который, однако, их не «проклял», а «вызвал на суд Божий»),

В соответствии с папской буллой Ad providam 1312 г. владения упраздненного ордена тамплиеров должны были перейти к иоаннитам. Многие светские князья, движимые низкой корыстью, игнорировали волю папы или исполнили ее не в полном объеме. Почти единственным исключением оказалась Германия, в которой орден тамплиеров владел 50 командорствами. Большинство из них в соответствии с папским указом, достались иоаннитам. Многие из рыцарей-тамплиеров этих командорств также вступили в орден Св. Иоанна Иерусалимского.