Роман о девочках (сборник)

Текст добавлен: 10 октября 2016, 03:57

Текст книги "Роман о девочках (сборник)"

Автор книги: Владимир Высоцкий

Жанр:

Современная проза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Назад к карточке книги

– Ага, – пробормотал Алексей. Он что-то разнервничался дорогой, но уверенно пошел к девятиэтажному дому.

На четвертом этаже он нажал на звонок и, подмигнув Николаю, таинственно приложил палец к губам и просвистел:

– Тсс!

Лена открыла дверь и обмерла…

– Это суприз, – вместо приветствия торжественно возгласил Алексей, наслаждаясь ее растерянностью, и ткнул в Николая пальцем: – Это, Ленка, тот самый тип, который меня позавчера спаивал, а сегодня… Ну, об этом потом! Знакомьтесь! Это, значит, Николай, то есть суприз, то есть вот такой парень, а это, как ты, конечно, догадался, товарищ Суприз, – это моя Ленка, Елена, Леночка.

Во время всей этой тирады Николай глядел на Лену так, словно увидел Черчилля. Целая гамма чувств пронеслась по его лицу, гамма, какой мог позавидовать самый гениальный мим. Лена мимировала немного скромнее, но тоже ничего себе.

Первой, конечно, очнулась Лена. Она протянула Николаю руку и осторожно сказала:

– Лена.

– Николай. – Он осторожно пожал ей руку. А что ему оставалось делать? Ничего.

– Ленка, ты, может быть, впустишь нас? Лестничная клетка, конечно, часть нашей квартиры, но все равно – пусти! А? Леночка!

– Да, конечно! Что ж стоите? Проходите! – Она почти совсем взяла себя и руки, только глаза немного выдавали волнение.

Мужчины вошли, разделись, Николай сразу закурил, а потом уже спросил, входя в комнату:

– Да! Простите. У вас курят? Я ведь здесь первый раз…

– И я тоже, – печально подхватил Алексей. – Мы с тобой, Коля, в абсолютно одинаковом положении.

– Ну нет, конечно, что ты! – Николай произнес это, глядя на Лену.

– Да, курите, пожалуйста, – ответила Лена тоном приветливой хозяйки, – и садитесь – в ногах правды нет.

– Ты погоди, Ленка моя, Леночка! Надо же разглядеть, как ты живешь! Вот и Коле тоже интересно! Правда, Коля? – И он таинственно позвал: – На кухню!

И они начали осматривать квартиру. Ходили гуськом – Лена, за ней Алексей, а потом Николай, который все курил и прикуривал у себя же.

Осмотрели кухню, Алексей заглянул в холодильник и отметил:

– Так! Придется сбегать!

Потом он покрутил ручки газа, Николай зачем-то сделал то же. Дальше заглянули в совмещенный санузел и поахали на малые габариты, а Алексей даже сказал:

– Сегодня в моем ящике было куда просторнее.

Наконец все вернулись в комнату и расселись в кресла, но Алексей моментально вскочил и начал рассматривать книги, потыкал в клавиши пишущей машинки, а у письменного стола спросил:

– А это чья девчушка?

– Моя! – сказала Лена.

– Ну да? – удивился Алексей. – А как зовут и почему не говорила?

– Зовут Катя, а не говорила… Просто как-то не пришлось.

– Значит… дочка Катя… Катерина… Катюша… Катенька, в простонародье будет – Катрин. – Алексей улыбнулся, а потом что-то вспомнил и сказал: – Коля, слыхал? И у нее дочка!

Николай вдруг напрягся, как будто решил что-то сказать или сделать.

Лена сразу почувствовала это и быстро спросила:

– А у кого еще дочка?

– У него, – провозгласил Алексей. – То есть пока не у него, но будет – у него. Я уверен! Ты, Коля, как считаешь?

Николай уже перерешил и снова прикуривал от своей сигареты. Он пробурчал что-то невнятное.

– Вы очень много курите, – мягко сказала ему Лена. – Вы всегда так?

– Нет! Только сегодня. – Он старался не смотреть на нее.

– Ленка, ты знаешь, какой у нас сегодня день? Ну, во-первых, мы пришли к тебе. Это самое главное. Во-вторых, как бы это попроще выразиться… Ага! Вот! Я сегодня побыл в его шкуре, – Алексей кивнул на друга, – в прямом смысле этого слова… – Каждая такая фраза била по нервам и Николаю и Лене, но держались они молодцами. – Этот парень, – продолжал Алексей, – то есть Коля, то есть мой лучший друг, – это золотой парень! Коля, ну что, откроем ей государственную тайну? А?

– Как хочешь, только – покороче и меньше эпитетов.

– Так я – с тайной целью, Коля! Ведь потом – ты про меня, – Алексей сам засмеялся и продолжал (он сегодня вел себя немного в более шутовской манере, чем обычно): – Видишь ли, Елена! Сей муж, друг мой Колька, придумал такую хреновину – грубо говоря, скафандр. Нет, конечно, скафандр придумал не он, его придумали пришельцы, которые и оставили нам громадные наскальные изображения. Но он придумал гениальный скафандр – девяносто процентов подвижности!

– Восемьдесят шесть, – буркнул Николай.

– Я округляю, – нашелся Алексей, – а потом, я уверен, что девяносто. Я ведь все-таки сидел в этой могиле, и вокруг меня выкачивали все, и я проделывал весь гимнастический комплекс из «Пионерской правды»… Ой! – вдруг закричал Алексей. – Это же ты расскажешь! Так. Далее! Сей гений гуттаперчевых скафандров…

– Хватит! – вдруг оборвал Николай, как-то слишком резко – так, что все замолкли, а потом Лена сказала:

– Почему! Мне очень интересно послушать о вас!

– Итак, я продолжаю. Сей гений, сказал я… – Алексей поднял палец вверх.

– А я говорю – хватит паясничать. – Николай сдерживал себя, но все равно вышло грубо.

– Вы впервые разговариваете со мной в подобном тоне, – притворно грустно сказал Алексей, – я чувствую – нужно сбегать, – и вдруг серьезно добавил: – Я тебя понимаю, Коля. Но все будет как надо! Увидишь!

– Ты извини, Леха. Я правда что-то сегодня не в себе!

– Хотите, я сварю вам кофе? Это помогает! Хотите? – предложила Лена.

Оба разом обернулись к ней, как будто забыли, что она здесь.

– Да. Пожалуйста. Сварите! – Николай выговаривал слова отдельно, как выдавливал, но его даже хватило на улыбку. – И, пожалуйста, тоже извините. Я сегодня… Ну, словом… вы понимаете?

– Да! Да! Конечно! Кое-что понимаю. – Лена вышла на кухню.

– Ты, может, правда хочешь выпить? Я сбегаю, – предложил Алексей.

– Да ты что! А я что буду делать?

– А ты поговоришь с Леной! Хочешь?

– Не надо никуда ходить, Алеша! Попьем кофе.

– Как вам варить кофе, Николай, как вы любите? – спросила из кухни Лена. – И тебе, Алеша?

– Мне – турецкий! – крикнул Алексей.

– А мне – покрепче, – тоже громко сказал Николай.

– Сколько ложек на стакан?

– Да я не знаю… Ну ладно, разрешите – я сам. – Николай поднялся и прошел на кухню.

– Ты не знаешь, какой я люблю кофе? – спросил он шепотом.

– Я забыла, – тихо ответила Лена.

– Завтра в восемь приезжай в «Чайку». Будет окончательный разговор. Теперь он нужен! Правда?

– Хорошо, – просто ответила она.

– Я надеюсь, ты уже не скажешь «не знаю»! – Он еще острил… – Ну вот, теперь достаточно, – громко сказал Николай, всыпав в кофейник почти полпачки; тихо добавил: – До завтра! – и вышел.

Алексей рассматривал какую-то нерусскую книгу.

Когда вошла Лена, он спросил:

– Что это?

– Это и есть «Могила для благих намерений».

– Та самая? – почему-то обрадовался Алексей и с уважением посмотрел на переплет. – Как дела с ней?

– Все так же.

Николай ревниво взглянул на обоих: он ничего не слышал об этой «Могиле».

Включили телевизор, потому что все время возникали какие-то паузы, а телевизор – он их заполняет. Пили кофе. Николай вперился в экран и внимательно смотрел «Спокойной ночи, малыши», а Алексей тихо рассказывал Лене:

– Нет, Лена, ты знаешь, он действительно золотой парень; чуть угрюмый, но это уж… Я его знаю ну… несколько дней. Познакомились в кабинете у начальства и обнаружили общность взглядов. Правда, это уже потом, в «Якоре». Вот когда я тебе звонил. А <сегодня> был эксперимент. Он сделал изумительный скафандр…

– А ты? – спросила Лена. – Что ты сделал?

– Я? Ничего. Я просто напялил эту штуку и сидел в ящике.

– Алеша! Почему ты так мало говоришь серьезно? Это иногда утомляет!

– Я могу, – с готовностью сказал Алексей. – Прямо сейчас!

Лена снова улыбнулась, как всегда с ним.

– Ладно, – сказала она, – сейчас не надо. И вот еще. Давай больше без «супризов»!

– Почему? Он тебе не понравился? – серьезно спросил он.

– Он мне нравится. – Лена подумала. – Нравится, но… в доме ничего нет…

– Ты что-то другое хотела сказать.

– Нет, нет!

– Хорошо! Супризы отменяются.

– Вы извините, – прервал их Николай, – я пойду. У меня… – Он так и не сказал, что у него, и стал собираться.

– Погоди, Коля! Почему так быстро?

– Пойду, – повторил Николай, ни на кого не глядя.

– Правда, побудьте еще, отдохните. У вас ведь сегодня трудный день! – сказала Лена.

– Да! Очень! И я пойду!

– Тогда я с тобой, – сказал Алексей.

– Как хочешь…

– Что значит «как хочешь»? Ты сегодня какой-то странный. Я с тобой. – Алексей тоже встал.

Они попрощались за руку, и Лена сказала:

– Звоните!

Николай промолчал, а Алексей сказал:

– Конечно! Ты отдохни! Привет дочке Катрин! И познакомь! Она где?

– У мамы. Ладно! До завтра, – сказала Лена неизвестно кому.

Они вышли из подъезда. Было тепло и сумеречно. Перед домом еще бегали ребятишки, загоняемые домой криками охрипших родителей из окон.

– Ну, как она тебе? – спросил Алексей. – Скажи, Коля?

– Понравилась, – мрачно ответил тот. – Слушай, Леха! Ты знаешь…

Он вдруг остановился, Алексей тоже.

– Да, ладно! – махнул рукой Николай.

– Что? Что? Ты говори!

– Да нет. Передумал. Очень, Леха, ты – мой человек.

– Как это?

– Ну, мне легко с тобой… Обо всем. А сейчас трудно.

– Да я понимаю.

– Ни хрена ты не понимаешь! – Николай что-то стряхнул с себя, как будто какой-то груз. – Знаешь что, приходи завтра в «Чайку». Это только недавно открыли такой ресторан.

– Я знаю, – сказал Алексей.

– Ну вот. Завтра в восемь. Будет разговор. И будет моя Елена.

– Хорошо! Обязательно приду. Только зря ты не сказал раньше. Я бы пригласил Ленку.

– Ты позвони, – усмехнулся Николай и закурил.

– Сейчас. – Алексей побежал к автомату и почти сразу вышел.

– Ну что?

– Сказала – не может… Я только начал, говорю: «Новый ресторан открылся…», а она: «Я, Леша, завтра не могу!» Она вообще сегодня была не в себе, но все равно она – замечательная! Правда?

– Правда, – согласился Николай.

– Я тогда завтра тоже не пойду, Коля.

– Нет-нет, – вдруг испугался Николай, – обязательно! Без тебя нельзя!

Алексей внимательно посмотрел на него и очень серьезно сказал:

– Хорошо, я приду… Обязательно.

Они вошли в метро.

Лена в комнате убрала чашки, потом машинально прошла вдоль полок и провела пальцем по корешкам книг, потом зачем-то вышла на лестничную площадку, потом обратно, подошла к столу, взяла фотографию дочки и улыбнулась. <3атем – > к окну, потыкала пальцем в клавиши машинки, подошла к телефону, сняла и снова повесила трубку.

Все это время по телевизору был музыкальный антракт. На экране было изображение Ленинградского проспекта и играла очень веселая музыка. Лена выключила телевизор, и вдруг раздался звонок…

– Да! Я знала, что ты вернешься.

Николай стоял в дверях и не входил.

Потом он сказал:

– Ты считаешь, что я вел себя глупо?

– Нет, напротив, ты вел себя достойно!

– Наверное, нужно было все сказать, устроить скандал? Считается, что это действует на женщин. Эдакая решительность! – спросил он.

– Действует, – ответила Лена.

– Значит, все-таки нужно было?

– Не знаю!

– Ты пойми, это мой друг, это великолепный парень. Я не смог. Он сегодня жизнью рисковал. Фактически для меня. Теперь тебе понятно? – Николай закурил и глубоко затянулся.

– Я знаю, он поступил бы так же, – ответила Лена.

– Я уверен.

– Ты не зайдешь?

– Нет! Смешно! Я первый раз попал к тебе – и сразу в такую ситуацию! – Николай усмехнулся.

– Так получилось. Я ведь недавно разъехалась. И только устроилась. А там ведь ты бывал!

На их этаже остановился лифт, но из него никто не выходил, только раздавались какие-то звуки. Оба удивленно взглянули в сторону дверцы.

– Подожди, Серега, дай выйти, – раздался оттуда девичий голос.

Потом дверца все-таки раскрылась, и из нее вышли Серега и девушка, совсем молодые. Они целовались даже выходя и продолжали, двигаясь в сторону Николая и Лены. Потом увидели их, сказали: «Извините», при этом ни капли не смутившись; она отперла дверь соседней квартиры, потом дверь захлопнулась за ними и из-за нее донеслось:

– Ну! Дай же раздеться, Серега.

– Молодожены! – сказала Лена не улыбаясь. – Поверь, Николай, я не виновата в сегодняшней ситуации. То есть…

Николай не дал ей договорить.

– Ты так считаешь? – насмешливо спросил он. – Ладно, до завтра. В восемь – не забудь!

– Поговорить можно и сегодня, зайди, – предложила она.

– Это было бы уже слишком на сегодня. – Николай затоптал сигарету и ушел.

А Лена не закрыла дверь, а так и стояла, и ей слышно было, как от соседей доносится смех, потом заиграла музыка. Она немного послушала и захлопнула наконец дверь.

В ресторане «Чайка», вновь открытом и потому похожем на коробку из бетона и стекла, к нашим друзьям сразу ринулся швейцар. Николай поздоровался с ним, – он, вероятно, бывал здесь часто, несмотря на то, что ресторан открыли недавно. Сравнительно недавно. Они сняли плащи, поднялись наверх, и к ним, в свою очередь, разбежался метрдотель и усадил их за очень удобный столик в углу.

Мебель была выполнена в стиле модерн, поэтому скатертей не было. Столы были из пластика.

Они сели, подскочил официант, тоже поздоровался, но Николай бросил:

– Потом!.. Тебе здесь нравится, Лех? – спросил он.

– По-моему, ужасно! Помесь паркета с детским конструктором. Зачем мы сюда пришли, Коля? Лучше бы уж в «Якорь»! – Алексей подмигнул. – Я, <Коля>, вообще люблю все старинное, добротное, фешенебельное. Вот, например, «У Максима» в Париже, – мечтательно закатил он глаза.

– А ты что, был в Париже?

– Никогда, – ответил Алексей, не меняя выражения.

Оба расхохотались.

Занято были еще несколько столиков. Один общий, банкетный, вероятно, отмечали чью-то диссертацию. Там были люди солидные, а герой дня – в очках. К тому же они только начинали и еще не шумели. Еще два столика. За одним – трое военных, в чине не старше капитана. Они бурно жестикулировали. Бойцы вспоминали минувшие дни, хотя «минувших дней» у этих бойцов не было. Все трое были молодые – и выпивали, и закусывали, а потом опять выпивали. За другим столом сидели двое штатских с двумя же штатскими женщинами. Эти были трезвенники, но зато ели и спорили крест-накрест: он с ним, а она с ней.

Он говорил:

– Зря не взяли выпить.

А другой ответствовал:

– Погоди, к десяти – к Катковым, там – хоть залейся.

Она говорила:

– Да что ты мне говоришь, ноги у ней – как у лошади!

А вторая, напротив:

– Да ты что, Клава! Как спички. – И при этом свои – спрятала под стул.

Ну и так далее.

Еще два стола были в большом подпитии и униматься не собирались. Пока между ними контакта не было, но, судя по всему, скоро должен был возникнуть: за одним столом был один парень и три одинаково крашенные девицы, а за другим – три парня. Все, включая девиц, не пропускали и не недоливали.

Остальных столов не видно было Алексею и Николаю, и они бросили созерцать общество.

– Так почему все-таки мы – сюда? – снова спросил Алексей.

– Ей удобно, от дома близко, – ответил Николай.

– Так, понятно, а тебе – от работы. Так сказать, районный принцип. А ты знаешь, Коля, сегодня будет скандал. – Алексей улыбнулся.

– Где? У кого? – насторожился Николай.

– Здесь, у нас, в ресторане, – Алексей кивнул на одинаковых девиц и парней рядом.

– Ликвидируют, – пообещал Николай, – здесь милиция, швейцары, повара, официанты, оркестранты. А там – пьянь одна.

Оркестр играл:

Если друг оказался вдруг
И не друг, и не враг, а так…

Пела женщина преклонных лет, пела переживательно, имея в виду, вероятно, какого-то определенного друга.

– Посмотри, кто пришел! – сказал вдруг Николай и как-то странно взглянул на друга.

Тот посмотрел в направлении входа. Там стояла Лена, оторопевшая и растерянная, как Николай, когда они вдвоем пришли к ней. В ту же секунду Алексей вскочил и бросился к ней.

– Ленка! – радостно закричал он. – Как ты нас нашла?

– Я не искала. – Лена не знала, что сказать. Потом сразу решилась: – Я пришла…

– Стоп! – Он не дал ей договорить. – Угадаю. Методом дедукции, как Шерлок Холмс. – Он повел ее к столу.

– Вы услышали по телефону: «только что открытый ресторан», – и ваша подруга сказала вам, что это «Чайка». Сегодня у вас освободился вечер – и вы пришли. Не отпирайтесь, вы разоблачены! Верно?

Они подошли к столу.

– Не смущайтесь, мадам, его присутствием, это мой друг доктор Ватсон. Так я верно рассказал?

– Верно, – сказала Лена и взглянула на Николая. Тот почему-то ничего не сказал, а сразу закурил и сел.

– Здравствуйте! – сказала ему Лена, как бы продолжая вчерашнюю игру.

– Здравствуй, – ответил Николай и опять посмотрел на друга.

– Здравствуй, – повторила эхом Лена. Теперь оба уставились на Алексея – неужели и теперь не понял?

– А что вы на меня глядите? Молодцы! – сказал он весело. – Давно бы так!..

Они опешили, а Алексей продолжал:

– Я терпеть не могу, когда мои друзья на «вы». А вы – молодцы! Сразу, даже не дождавшись брудершафта… Коля, что-то к тебе запаздывают… – Он заговорщически наклонился к Лене: – Он тоже кое-кого ждет… Ну ладно, зови пока официанта!

– Я выйду позвонить, – сказал Николай и быстро вышел.

– Я так рад, Ленка, жутко! Вот это действительно суприз.

– Я тоже рада, Алеша! Только, ты знаешь…

– Подожди, пока не забыл: я сегодня думал и понял, почему ты мне не сказала про дочку. Ты думала – я пожиратель детей! Ведь так?

– Ты – балда! – улыбнулась она наконец.

– О-о-о! – протянул Алексей. – И у нас будет скандал!

– Почему? Какой скандал? Пожалуйста, не надо, Алеша! Я лучше уйду!

– Да ты что! Просто заволновались вооруженные силы. – Он указал ей на офицеров, которые как по команде разом обернулись и уставились на Лену.

– Ах, это? – Она облегченно вздохнула.

– А ты думала – что?

– Нет, я просто так!

– Ко мне не придут, – мрачно объявил подошедший Николай.

– Почему, Коля?

– Ко мне, – он сделал ударение на слове «мне», – не придут. Все, давайте развлекаться. – Он позвал официанта.

Официант подбежал, согнулся, обнажил десны и спросил, обращаясь к Лене:

– Как обычно?

– Что значит «как обычно»! – напустился на него Алексей. – Как обычно – это как всегда, а нам – как никогда!.. Прально я горю, Коля? – спросил он, подражая пьяному.

– Правильно, как никогда. – Николай был бледен, но спокоен внешне. Он начал что-<то> тихо говорить официанту.

– Да что ты, Ленка, на них косишься?! – сказал Алексей, заметив, что Лена искоса смотрит на офицеров. – Счет будет в нашу пользу. Мы пить не будем, а они – на взводе.

– Я пить буду! – объявил Николай.

– Много? – спросила Лена.

– Очень.

– Понятно, – сказал Алексей. – Я тебя понимаю.

– Не надо слишком, – попросила Лена.

– Какое тебе дело? – вдруг зло спросил он. Алексей даже закашлялся, но сказал только:

– Ого, вы уже ссоритесь?

А они продолжали.

– Ты всегда так грубишь? – спросила Лена.

– А ты не знаешь?

– Откуда?

– Всегда!

– Слушайте, перестаньте собачиться. С чего это вы? – попросил Алексей.

– Извини. – Николай взял себя в руки.

У Лены глаза зажглись нехорошим огнем. Она откинулась на спинку. Эта игра начинала ее забавлять, или она просто приняла ее правила.

Официант принес закуски и коньяк. Начали есть, а Николай еще и пить.

– Коля, – попросил Алексей, – не части! Я все понимаю, но…

– Что ты заладил, Леха: «понимаю, понимаю»! Если честно говорить, не понимаешь ты ничего! Ешь! – Он снова налил себе.

Подошел офицер – капитан – и спросил у Николая:

– Разрешите пригласить вашу даму?

– Не разрешаю, – ответил тот.

– Что это за ханско-байские пережитки! – весело возмутился Алексей. – Елена, хочешь? Иди!

– Я хочу есть.

– Извините, товарищ капитан, дама хочет есть. На голодный желудок не пляшется!

Капитан извинился и отошел, но тут же подскочил лейтенант, помоложе и посамоувереннее, и с тем же предложением.

Николай спросил его ехидно:

– А если бы вас сидело все училище? Тогда как?

– Такую девушку каждый счел бы за честь пригласить, – галантно ответил лейтенант.

– Не выйдет! Девушка уже обещала мне. Пойдем. – Николай встал, и лейтенант отступил.

– Я хочу есть, – ответила Лена.

– Лена! Пойди! Я тебя прошу! Я никогда не видел, как ты танцуешь, – попросил Алексей.

– Хорошо, идем!

Они танцевали, а Алексей сидел и внимательно следил за ними.

– Зачем ты это сделал? Не можешь без сцен? – спросила Лена. – Не проще ли было просто сказать?

– А почему ты не сказала?

– Я… я… не знаю.

– Твое вечное «не знаю»! У меня – просто язык не повернулся. Он так обрадовался, когда ты вошла!

– Нет, я спросила – зачем ты вообще пригласил его? Ты же хотел поговорить.

– Я хотел все расставить по своим местам.

Места было много, танцующих мало, но они почти не двигались, увлеченные разговором.

– «По местам»… – повторила она. – А ты знаешь, где чье место?

– Я – нет. Это знаешь ты. Только ты можешь решить и сказать. Леночка, – вдруг попросил он, – я ведь так ничего и не понимаю. Я понял только, почему весь этот месяц ты… Как вы познакомились?

– Он подошел и сказал: «Не грустите, девушка, возьмите цветы и сразу не прогоняйте». У меня были скандалы с Виктором. И еще с тобой. И я не прогнала. Вот и все.

В этот момент кончилась музыка, но они не заметили.

– Давай сейчас подойдем и скажем, – предложил он.

– Что скажем?

– Это знаешь только ты!

– Я ничего не буду делать, решайте сами. Я – женщина.

Они заметили, что стоят одни в центре зала и на них удивленно смотрят. Тогда они подошли к столу.

– О чем это вы так самозабвенно беседовали? – спросил Алексей. – Наверное, про культуру древних майя?

– Почему? – спросили оба.

– Потому что это ужасно интересно. Вы продолжайте! Я люблю, когда про древних майя!

– Ну? – Николай посмотрел на Лену.

– Ничего, – ответила она.

– Знаешь что, ты должна…

– Я ничего не должна.

– Слушайте! Вы – опять? – Алексей начал нервничать. – Коля, ты, знаешь, брось! Ты два дня какой-то… дурной, что ли. И я серьезно тебе говорю: не части!

– Отстань! – ответил Николай и выпил. – Пойдем танцевать, Лена!

– Погоди, друг, теперь погоди. Я тоже люблю танцевать. Я даже в детстве мечтал быть Улановой.

– Будь, – разрешил Николай. – Уланова уже не танцует. И ты посиди!

– Я еще мечтал быть в ансамбле Моисеева, а он – танцует. – Алексей натянуто улыбался.

В это время из-за стола, где отмечали диссертацию, отделился пожилой человек, подошел к ним и пригласил Лену. Она встала и пошла с ним.

– Вот ты, танцор, и упустил партнершу. Ни себе ни людям, – неестественно засмеялся Николай и налил себе снова.

– Ты больше пить не будешь, Коля, – Алексей отставил рюмку, – хватит!

– Поставь на место, Алексей.

– Брось!

– Поставь!

– Не строй из себя алкоголика. Алкоголизм приводит к гибели миллионов смертельных жертв. – Алексей пытался превратить все в шутку.

– Слушай, ты – комик и танцор… – Николай заводился.

– И твой друг, – напомнил Алексей.

Николай как-то сразу отрезвел и сказал:

– Извини, Леха, не в себе я. Ты – друг, это самое главное!

– И ты извини, Коля. Я просто забыл на минуту, что тебе плохо.

Лена танцевала с пожилым интеллигентом и наблюдала за друзьями.

В середине спора она вдруг попросила своего партнера:

– Пожалуйста, проводите меня домой!

– Почему? – Тот опешил. – У вас такая чудесная компания!

– Я прошу нас!

Он внимательно взглянул на нее и сказал:

– Идемте.

Они вышли. А Алексей и Николай даже не заметили этого. Потом они оглядели зал, заглянули в соседний. Ее нигде не было.

– Ушла! – сказал Алексей. – Она из-за тебя ушла, Коля! Что ты ей сказал? Говори!

Снова закипала ссора, но Николай примирительно сказал:

– Не сердись, Алеша, я извинюсь. Но только я ничего обидного ей не сказал. Поверь. И я не знаю, почему она ушла.

– Я верю. Ладно, разберемся. Пойдем и мы!

Они расплатились, и официант ощерился на чаевые.

Неподалеку сидели три одинаковые девицы, в одиночестве. Ни их спутника, ни соседей за столом не было.

Спускаясь по лестнице, Николай вдруг остановился и сказал хрипло:

– Леха! Поедем домой к моей Елене… Так надо, Леха. Надо с этим кончать! Это чертовщина какая-то. – Видно, в голове его созрело окончательное решение, и ему стало легче. – Едем! Сейчас!

– Конечно, поедем, Николай.

Внизу три молодых человека разговаривали с тем, что сидел с одинаковыми девицами.

– Старик, – убеждали они, – старик, их же трое. Оставь себе любую, зачем тебе остальные две?

– Но мы вместе пришли, братцы!

– Ну и что? И вместе уйдем. Они не против, ей-богу. Они хорошо на нас смотрели.

– И никакой драки, тихо, мирно.

– Так, может, лучше сдвинуть столы – и все? Там видно будет, – предложил кавалер трех девиц.

– Гениально, прекрасно, качать! – заорали все вместе и убежали наверх сдвигать столы.

Друзья вышли на улицу, остановили машину.

– Только по проспекту, сворачивать не буду! – сказал шофер.

– Да мы дойдем, там недалеко, – сказал Николай, – и погода благоприятствует.

Они уехали.

Погода действительно была великолепная. Это был теплый московский августовский вечер.

Лена ехала со своим сопровождающим и молчала.

– Что с вами случилось? – спросил тот вежливо.

– Так, неприятности… на работе.

– Какие, если не секрет?

– Не секрет. В редакции не дают переводить книгу, которую я хочу.

– Хорошая книга? Как называется?

– «Могила для благих намерений».

– Расскажите – о чем.

– Это очень длинно! Но… попробую.

За окнами машины мелькал Ленинградский проспект, очень красивый сегодня, и они попали в «зеленую волну».

– Коротко – так. Одну молодую женщину любят двое. А она выбирает. Они оба – прекрасные парни и друзья. То есть она случайно узнает, что друзья. Это тянется месяц. Надо что-то решать, а она не может. Ей даже нравится, что из-за нее двое таких парней сходят с ума. Потому что у нее это – в первый раз. И они очень разные. И ей нравится. Раньше у нее был один тип, ей казалось – она любит его. Но получилось так, что все делала она, даже ухаживала за ним. Потом типа не стало, а появился один из этих, а потом другой. Вот она выбирала, выбирала, решить ничего не могла, думала: пусть они решают сами, мне надоело решать за мужчину. А потом друзья стали ссориться из-за нее, и она ушла и осталась одна… Все.

– Какой печальный конец! – Пожилой интеллигент даже расстроился.

– Печальный, – согласилась Лена, – но все-таки конец. Мы приехали. Спасибо вам!

– Не за что! Желаю удачи с «Намерениями»! – Он уехал, а она медленно пошла к подъезду и скрылась в доме.

Машина остановилась на проспекте. Алексей и Николай, поглощенные спором, вывалились из нее и продолжали на ходу.

– Ты не прав, Коля! Ты совсем не прав. Чтобы добиться любимой женщины, можно вылизывать за ней асфальт, ползать на коленях, если, конечно, она стоит того; летать в другие города…

– И ты получишь нож в спину, – сказал Николай. – Как только она почувствует, что ты любишь, – все, кончено. Она будет знать, что ты здесь и никуда не денешься, и она может делать что угодно.

– Ерунда! Она всегда оценит настоящее. Мимо настоящего трудно пройти. Она даже может влюбиться, если любят ее.

– Может, но не будет. Поверь, ее всегда надо держать в страхе, что ты уйдешь, что любишь не до конца: еще немного и… И это должно быть всегда. Никогда не выкладывай все, что имеешь, в один прием. Придержи про черный день.

Они были почти около дома Лены. Но Алексей, поглощенный спором, не видел, где они идут.

– У тебя философия с гнильцой, поверь, Коля! Показывать до конца все, совершать безумства, мучиться!.. Стой, да мы около Ленки! Коля, погоди, я забегу, а лучше – вместе. Возьмем ее и встретимся наконец все вместе. А? Пошли! – И он первым побежал в подъезд.

– Погоди, Леха! – крикнул Николай и ринулся следом. – Леха! Слушай, мне надо сказать!..

Лифт не работал. Алексей взбежал но ступенькам первым. Слышались шаги Николая и его крик:

– Да пойми ты, чудак… – Он остановился пролетом ниже, тяжело дыша.

Алексей позвонил, и вдруг заработал лифт. Кто-то поднялся на этаж ниже.

Лена открыла. Она была спокойна на этот раз.

– Ленка, ты понимаешь… – начал Алексей. Лифт пошел вниз. – Вот Николай хотел тебе сказать, что… – Он обернулся. Николая не было. – Ушел, чудак! А хотел извиниться! Ты не обращай внимания, Елена, он вот такой парень! Просто эти два дня…

– Ты зайди, Алеша!

Алексей зашел.

– Мне надо тебе сказать… – Лена собралась с духом: – Я давно знаю Николая, и не только знаю. Я с ним…

– Я знаю, Лена, – серьезно сказал Алексей, – знаю все.

– Он тебе рассказал?

– Нет, я понял.

– Давно?

– В первый вечер.

– Почему же ты…

– Я не хотел тебя уступать. Мы были в равных условиях. Как говорят: игра была честной!

– И ты выиграл?

– Это знаешь только ты!