355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Владимир Гончаров » Догая Дорога Гибели (СИ) » Текст книги (страница 7)
Догая Дорога Гибели (СИ)
  • Текст добавлен: 8 мая 2017, 06:00

Текст книги "Догая Дорога Гибели (СИ)"


Автор книги: Владимир Гончаров



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 24 страниц)

– Падме была беременна…

Асока охнула, как то совсем обречённо посмотрела на меня.

– Мы найдём их – поспешил, успокоит её я. Жаль, что сам я был не уверен в своих словах. Возможно, примерно, где искать, я знал. Но вдруг их там не будет, как найти двух детей в огромной галактике?

– Да… – коротко кивнула, девушка и, пошатнувшись, буквально упав на меня сверху. – Скажи Энакин, что бы ты сделал, если бы узнал раньше? Что бы ты сделал? – Спросила она, положив голову мне на грудь. Наросты на её голове, оказались неожиданно упруго-мягкими. В этом не было ничего эротичного.

– Это уже не имеет никакого значения, Асока. – Но я знал, что бы я сделал бы. Единственным выходом на тот момент был император. Теперь же это не важно, мёртвых не вернуть к жизни.

– Асока, расскажи мне…

– Что? – прошептала девушка…

– Расскажи мне, какой она была, – может быть, это искупит хотя бы часть моей ошибки. И моё чёрствое сердце что-то почувствует. Оно оставалось удивительно безучастным к трагедии этой нечастной женщины.

Асока приподнялась, посмотрела на меня, в её взгляде перемешалась обречённость, тоска и решимость. Что же ты решила, маленькая боевая хищница?

– Более храброго и решительного человека я в жизни не встречала…

Конец первой части.

Часть вторая. Властелин Ничего

Глава 7. Акела промахнулся

Интерлюдия. Планета Дагоба. Система Дагоба.

Дымка курилась над бесконечными джунглями, надежно скрывая от любопытных глаз небольшую просеку в бесконечных болотах. На стволе гигантского дерева примостилась крохотная хижина. Скоро и эта прогалина должна была быть поглощена джунглями. Треугольный звездолёт странно контрастировал с глинобитной хижиной, с крышей из дёрна.

Этот изящный красно-жёлтый кораблик, был явно чуждой деталью этой местности. Его посадочные стойки, плотно увязали в мягкой почве. Если бы некто не озаботился подготовкой площадки к посадке, кораблик обязательно бы утоп. Даже относительно твёрдая поверхность ствола древнего исполина, не была достаточно надёжна. На корпусе корабля была раскрыта небольшая антенна, а толстый кабель тянулся, куда-то вглубь хижины.

Было видно, что хижина с низким покатым потолком построена давно, но долгое время был заброшена. Сейчас новый жилец медленно и с каким-то маниакальным упорством приводил своё жилище в порядок.

За низким столом сидели двое, долговязому бородатому человеку в коричневом балахоне, пришлось пригибаться даже сидя. Но вот хозяин дома чувствовал себя вольготно. Зелёный старец с большими ушами, сидел, опираясь руками на свою клюку. На столе, стоял маленький голопроэктор.

– Предложение это должны принять мы, грандмастером стать ты должен, Ордена раскол предотвратить дабы – Проговорил Йода, задумчиво поджимая губы. Магистр Оби-Ван был явно недоволен таким решением мудрого старца. Чернокожий магистр коротко поклонился, и изображение погасло.

– Грандмастер, почему Вы не возглавите орден? – в голосе нетерпеливого Оби-Вана звучал ничем не прикрытый упрёк к старому мастеру.

– В изгнании мне остаться должно, молодым дорогу дать пора. Мы тень более бросать на Орден не можем. Битву мы проиграли, войну же выиграть нам нужно, – ответил Йода, вставая со своего места и ковыляя в сторону своей кладовой. И хотя старый магистр мог двигаться нормально, но привычка выглядеть немощным старцем, даже в одиночестве, не изжить сразу.

– Бездействовать будем мы? – передразнив старого мастера, спросил Оби-Ван. Йода недовольно покачал головой, отчего его массивные уши забавно задрожали. Оби-Ван юный всегда был слишком нетерпелив. Он же, за семь сотен лет стал слишком медлителен. Нет, решение отойти от дел было полностью правильным. Да и время его на исходе. Подготовил он себе смену, поддержкой он должен стать ей.

– Нетерпеливый Оби-Ван, не может больше Орден в открытую действовать, Ситх у престола, законов щитом отгородился, дитя выбрать тебе должно… Подготовить, в нужный момент, с орденом его связать никто не должен что бы. – Усевшись на небольшой пенёк в кладовой, старый джедай осторожно погладил большие, ещё не достаточно сухие листья. Даже под инфракрасным обогревателем листья сохли слишком долго. Йода тяжело вздохнул.

– Мальчик сильнее, – проговорил Оби-Ван недовольно.

– Девочка искусна более будет… – ответил старый джедай. Он достал из складок своего балахона маленькую деревянную заготовку – в ловких пальцах блеснуло короткое лезвие, уверенным движением снимая стружку. – Выбор должен будешь сделать ты, чьею судьбою пожертвовать. Ситхов победить нам нужно.

Маленький кораблик, покидал планету. А в руках старого джедая курительная трубка начинала обретать свой облик. Удивительно, но она была неизменна для всех из миров.

Конец Интерлюдии.

– Вы готовы? – короткий голос в динамике. Что же, почему бы мне не быть готовым: процедура, предстоит быстрая, и я надеюсь, что последняя. Полгода прошло в каком-то тумане. Слишком много медицинских операций. Забот и работы. Слишком мало жизни.

– Да… – я стоял на своих двоих в небольшой круглой комнате. Был я абсолютно наг. Время, проведенное в виде беспомощного куска плоти, стало просто страшным сном. После установки протезов ног жизнь уже начала налаживаться, пусть её чуть не прервал один беглый джедаи.

– Закройте глаза, начинаем процедуру, постарайтесь не шевелиться. – Покраска искусственной плоти, ответственное занятие. Местная высокотехнологичная искусственная плоть была хороша во многом. Осязание, болевые эффекты, да и на ощупь в точности повторяет настоящую, вот только она не имеет пигмента.

Из стен ударили невидимые глазу лучи, напыляя красящий элемент на молекулярном уровне, пропитывая верхний слой искусственного эпидермиса. Продвинутая версия автозагара. Цвет я оставил на откуп Асоке, и что удивительно, торгута выбрала вполне естественный для не слишком загорелого человека колер.

Тело потихоньку начало припекать, не слишком приятное ощущение. Чувствительность искусственной плоти и кожи, что покрывает моё тело и протезы, не может не радовать. Кажется она слегка, слишком чувствительна, ох как припекает.

– Готово… – прозвучал голос РиТу и я открыл глаза. В комнату неуклюже семеня, вошел протокольный-дроид с полотенцем в его руках, намотав полотенце на бёдра, прикрыв таким образом протез, я вышел.

– Неплохо… – проговорила, Асока, окидывая меня придирчивым взглядом. Мне самому было интересно, что же такого получилось в результате. Торгута обошла меня по кругу, прикасаясь ладонью к плечу, проводя ладонью по руке. От её прикосновений стало немного щекотно.

– Как самочувствие? – из операторской вышел, РиТу выглядел он озабочено.

– Неплохо, док, вот только… кожа всегда будет такая чувствительная? – спросил я, едва не отскочив, когда видимо увлекшаяся Асока провела ноготком по левому плечу.

– К сожалению, придется потерпеть, пока мозг не привыкнет интерпретировать сигналы от искусственных нервных волокон, – менторским тоном ответил мне врач.

– Не желаете оценить полученный результат? – поинтересовался РиТу и дождавшись кивка, вызвал голографический экран во всю стену. На экране был я и Асока, она что-то задумчиво разглядывала сзади. Можно было предположить, что позвоночный экзоскелет, вот только взгляд её был несколько низковато.

На экране отражался очень высокий, хорошо сложенный человек. Что ж, мечта сбылась, и теперь я обладатель почти идеальной мускулатуры. Как жаль, что мой здесь только едва намечающийся пресс, результат регулярных тренировок с Асокой. В общем и целом, если знать, как было раньше, получилось довольно неплохо.

Да что там, теперь у меня даже появились брови и волосы. Чёрная, всё ещё жёсткая щетина на голове, результат кропотливой работы дроида, вживившего в мою черепушку волосы. По ощущениям от процедуры, в меня воткнули, как минимум, несколько миллионов волосяных луковиц!

Лицо, к сожалении так и осталось весьма страшноватым, но тут даже прогресс далёкой-далёкой не мог сделать ничего лучше. Хотя РиТу предлагал полную пересадку от донора, я отказался.

Дверь вновь открылась, и в комнату, шлёпая тапочками, вошёл Трайн Кирк. Встав рядом с доктором, он принялся меня внимательно разглядывать. Чёрт, чувствую себя каким-то экзотическим экспонатом! Немного посмотрев на меня, инженер углубился в изучение чего-то на своём планшете.

– Приятно, когда тебя благодарят за хорошо выполненную работу, как закончите с самолюбованием зайдите ко мне, – бросил Трайн Кирк выходя из помещения.

– Он всегда такой? – спросила у РиТу Асока, снова касаясь моего плеча. Изображение в этот момент поменялось, показывая меня со спины, мда… полотенце немного коротковато. На спине, изрядным чёрным бугром, выделялся экзоскелет на позвоночнике. Смотрелся он конечно жутковато, но в матово-чёрном корпусе было какое-то мрачное изящество. Что же, если считать эту незначительную деталь – хотя бы внешне я мужчина.

Правда, только внешне, если знать, количество запихнутых в меня искусственных деталей. Метала, пластика, керамики, я нечто среднее между человеком и роботом. Просто бесполый киборг, интересно изменился бы я, если бы протез, не приводил мой гормональный фон в норму. Насколько человеком управляет его физиология?

– Трайн Кирк отличный специалист – сухо ответил ей РиТу. Если этот отличный специалист, желает меня видеть, лучше не заставлять его ждать – ещё одной тонкой настройки протезов я могу и не пережить. От одной мысли об этом по спине побежали мурашки.

– Асока, принеси, пожалуйста, мою одежду… – попросил я подругу.

– Зачем, Мастер, вам и так… – ещё один странный взгляд – неплохо, – ответила мне торгута, и показав свой длинный язык, удалилась, чертовка.

* * *

В простой синей одежде я стою на пороге кабинета Трайн Кирка и слегка робею. Прошлый мой визит не принёс ничего хорошего. К тому же, на этот раз у меня нет моральной поддержки в лице Асоки. Доктора утащили её на прохождение медицинских процедур. Торгута по моему настоянию прошла полное обследование, и совершенно неожиданно обнаружилось парочка неприятных болячек.

Плохо залеченное после ранения плечо, парочка неудачно сросшихся рёбер. Несколько переломов, обещающих стать проблемой в будущем. Думаю, всё это осталось бы незалеченым, если бы я не включил в перечень процедур сведение шрамов от ранений, не обработанных вовремя бактой.

Расставшись с почти половиной своих сбережений, я отправил Асоку на излечение. Когда ещё выпадет возможность, побывать в возможно лучшей лечебнице галактики. Несказанным чудом показалась изрядная скидка на лечение. Чёртовы крохоборы!

– Проходите, проходите… – позвал меня Трайн Кирк, казалось, он успел почувствовать моё присутствие, прежде чем дверь успела открыться. Инженер работал, сидя в глубоком кресле, над его столом медленно вращалась проекция некой полукруглой конструкции, повинуясь движению рук асогарианца.

– Минуту подождите, я скоро закончу, – попросил Кирк, не отвлекаясь от работы.

Обнаружив в углу стул и сняв с него коробку с протезами, я подтянул его поближе к рабочему месту инженера. Необходимость долго стоять до сих пор вызывала некоторый дискомфорт, но я питал надежду, что это скоро пройдёт.

Наблюдать за тем, как инопланетянин работает было всё так же занимательно. Наконец он закончил, и повернулся в своём кресле ко мне. Внимательно осмотрев меня, инопланетянин, похоже, остался доволен своей работой. У меня тоже не было каких-то нареканий.

– Думаю, нам следует обсудить несколько моментов. Но не здесь, следуйте за мной, – проговорил Инженер, выскальзывая из кресла и шаркая по полу тапочками. И вот мы оказались в просторном помещении, треть которого занимала круглая чёрная капля. Это устройство напоминало вполне стандартную медкапсулу, только раз в десять больше размером.

Инженер невесомо коснулся небольшой панели, и капсула разделилась на две части. Верхняя часть поднялась – в открывшемся проходе были видны белые стены. В центре камеры находилось большое наклонное кресло, прямо как стоматологическое, от чего рождались неприятные ассоциации.

– Проходите, присаживайтесь… – указал на кресло инженер, раздеваться не обязательно. Я осторожно зашёл в открывшийся зев этого устройства. Кресло на ощупь оказалось шероховатым. Стоило мне прилечь в него, как оно обхватило меня сзади. Лёгкий неприятный укол на уровне плеч – и руки перестали меня слушаться.

– Что происходит? – паниковать было рано, но вновь навалившееся чувство беспомощности было неприятным.

– Не беспокойтесь это вполне стандартная процедура. – Створки устройства начали смыкаться, отрезая меня от окружающего мира, по ушам ударила тишина. Дыхание стало оглушительным, помещение надёжно блокировало внешние звуки.

– Хорошо, доктор… – с трудом выдавил я.

– Сейчас вы подключены к внутренней сети вашего личного медицинского отсека, – голос инженера звучал, откуда-то из-под потолка.

– Теперь наличие подобного помещения будет залогом вашей долгой и полноценной жизни. Основная его задача – поддерживать всю машинерию вашего организма в рабочем состоянии. К сожалению, техника не способна к самовосстановлению, поэтому со временем изнашивается и только своевременная замена и техобслуживание может гарантировать её безотказную службу, – в голосе Трайна Кирка послышалось сожаление.

– Часто необходимо делать диагностику? – неожиданно навалившиеся чувство беспомощности прошло. Жаль, что новость была не из приятных.

– В идеальных условиях, ежедневно, диагностикой пренебрегать нельзя. Однако с этой функций может справиться и вполне стандартная медицинская капсула. Но я бы настоятельно рекомендовал, не пренебрегать и полным технических обслуживанием – скучающим тоном сообщил инженер.

– А что будет, если я не буду иметь такой возможности? – с любопытством поинтересовался я.

– В подобном случае, не могу гарантировать вам полноценного функционирования, – просто ответил Кирк, вгоняя меня в некоторый ступор. – до полной потери функциональности.

– Потери функциональности? – Невольно переспросил я, что-то мне не нравится, как это произнёс Кирк.

– Вы называете это смертью – в голосе инженера послышались скучающие нотки, словно он не понимал, почему люди её так боятся.

Из стен выскользнули многочисленные манипуляторы, кресло встало вертикально. Металлические руки, буквально разбирали меня по частям. Короткий болезненный укол, лазер разрезает плоть на левой руке.

Манипулятор, поднимает искусственную кожу, открывая жуткий вид на металлические части протеза. После чего другая клешня с недоступной разумному скоростью, начинает копаться в мешанине из метала и плоти. Боль пронзает меня насквозь, дыхание перебивает, чтобы в следующую секунду, грудная клетка поднялась сама собой в принудительном вдохе.

Флегматичная клешня, словно нарочито медленно, опускается из-под потолка. Неуловимо быстрое движение – и вот устройства ковыряются в моём животе. Ещё два манипулятора поменьше протыкают меня под рёбрами, и лезут куда-то под грудь. Нечто касается моей спины, боль пронзает спину, я пытаюсь выгнуться дугой, но не могу, кресло держит плотно, не пошевелиться.

Закрываю глаза, смахивая непрошено выступившие слёзы. Боль в теле сливается в один сплошной, постоянный поток. Неуловимо быстрый укол в пах, рот раскрывается в беззвучном крике, прерываясь очередным принудительным сокращением грудной клетки, выдох.

Сколько времени длилась эта пытка, не знаю, просто вдруг неожиданно всё закончилось. Манипуляторы так же быстро собрали меня, и только несколько красноватых пятен осталось в тех местах, где бесстрастная машина проткнула мою плоть.

– Это всегда будет так… неприятно, – голос был чуждым, слова дались мне с трудом, неприятное тянущее чувство в груди медленно отступало. Так, наверное, себя чувствуют заживо освежёванные.

– Сожалею, но использование обезболивающих во время процедуры полного технического обслуживания не рекомендуется, – бесстрастно ответил мне инженер, у меня возникло неожиданное желание его придушить.

– И часто мне нужно проходить через такое? Потихонечку, ко мне начало возвращаться самообладание. Я прикрыл глаза, наслаждаясь возможностью дышать самостоятельно.

– При интенсивной эксплуатации рекомендую раз в две недели, а так же по результатам диагностики. Я сброшу вам подробный технические спецификации и инструкции – неутешительно ответил Кирк.

Вновь лёгкий неприятный укол в плечи, и контроль над руками вернулся ко мне. Крышка медицинской камеры поднялась, позволив покинуть своё чрево. Инженер ожидал меня на выходе, его лицо сморщилось, я знал, что так он улыбается.

– Мои поздравления с успешным окончанием лечения – Трайн Кирк протянул свою длиннопалую руку. Что же, он выполнил своё обещание, теперь я действительно могу её пожать. Только почему-то радости у меня от этого нет никакой.

* * *

Космос! Я ожидал встречи с ним, но это произошло слишком буднично.

– Ну вот, я тут… – обзорная площадка фрегата типа «Пельта». Довольно большой корабль, почти триста метров в длину, с экипажем в девять сотен разумных. Сейчас здесь пусто, смотреть особо не на что, судно готовится к гиперпространственному прыжку. Только чернота бесконечного космоса и немигающие звёзды. Такое захватывающее, и одновременно, на удивление скучное зрелище.

Разочарование, ещё одна мечта детства оказалось бесполезным мусором. Что такое первый полёт в космос, для мира, где выход на орбиту обыденная вещь. Даже гражданские кары, при необходимости способны выходить на низкие орбиты, что уж говорить о космических кораблях.

Апатия медленно завладевала моим существованием. Прозрачная стена обзорной палубы. Лёгкий укол интереса, надо узнать, как называется этот материал. Но сейчас это не важно, просто он приятно холодит мне лоб.

Я одет в коричневый китель, на голове должна была быть фуражка, но я её где-то поселял. РиТу предупреждал, что депрессия это вполне обычно для ампутантов после выписки. Слишком большой контраст между ожиданиями и реальностью. В каюте у меня даже лежат таблетки, если мне станет совсем уж хреново.

– Сэр, вам необходимо вернуться в каюту, – нарушил мои размышления ФК001. Почти полгода прошло, а он всё так и не отошел до конца от операции. Черты его лица заострились, стали чётче. Характер ещё педантичнее, хотя, казалось бы, куда уж больше. Военная выправка ещё более жёсткая, смотрит на меня со спокойной уверенностью.

– Хорошо… – сказал я, отворачиваясь от обзорного экрана. Моя каюта, располагалась на верхней офицерской палубе, рядом с каютой Асоки. Неугомонная торгута, стоило ей оказаться на корабле, убежала знакомиться с камбузом этой большой посудины. Её явно особенно остро волновали вопросы пропитания.

– Через сколько мы пребудем на Корусант? – мой голос показался мне чужим.

– Через тридцать стандартных часов… – Ответил мне капрал. Времени в обрез, нужно было ещё посетить мой личный медицинский бокс. К сожалению, теперь это моя реальность, а ещё хорошо бы подумать, до встречи с императором осталось всего лишь тридцать часов. Меня что-то неуловимо тревожило, Сила ли это шепчет мне, а может быть, это просто страх?

– Проводи меня до моей каюты… – попросил я ФК001.

По корабельным отсекам я шёл неспешно, нехотя, всячески оттягивая встречу со своей личной мед. капсулой. Надеюсь, я когда-нибудь к этому привыкну. Нужно обязательно выяснить, почему даже просто диагностика так болезненна. Капрал бросал на меня недовольные взгляды, и посматривал на часы, по протоколу перед началом гиперпрыжка всему экипажу следовало занять посты по расписанию, а пассажирам оставаться в своих каютах. Но я чувствовал, что ещё вполне успеваю.

– Разрешите обратиться, сэр, – нарушил мерный звук шагов капрал.

– Что такое? – поморщился я, похоже, придется смириться с манерой общения ФК001. Капрал обогнал меня, было видно, что он о чём-то напряжённо размышляет. Моё же безразличие к происходящему вокруг достигло своего апогея.

– Спасибо… – офицер опустил взгляд, его руки были сжаты в кулаки. Затем словно набравшись решимости, он поднял свои глаза. – Я не подведу, оправдаю оказанное доверие. – Долго же он созревал для благодарности.

– Не сомневаюсь, – я положил руку ему на плечо. – У тебя будет ещё немало возможностей, – возможно, купленная ценой в руку жизнь окупится, только недавно я понял, какую цену заплатил. Не уверен, что знай заранее, решился бы на подобное вновь. Незнание легко позволяет быть храбрым.

Интересно, если я сейчас предложу ему предать Империю, и попытаться убить императора, он пойдёт за мной? Или так же с чувством выполняемого долга, отрапортует в необходимую службу. Достаточно ли он лоялен лично мне? Достаточно ли для лояльности один раз спасти чью-то жизнь? Вопросы, на которые мне нужен ответ.

Добрую половину небольшой каюты занимала сигарообразная капсула. Эта была слегка модернизированная стандартная капсула с медицинского корвета. К сожалению, в отличие от устройства, разработанного Трайн Кирком, снимать одежду она не умела.

Рубашку я стянул через голову, чтобы не мучиться с крючками. Жаль, что с брюками такой номер не проходил. Пальцы протезов были слишком неуклюжими для тонких манипуляций с пуговицей. Мелкая моторика ни к чёрту. К сожалению, это могли исправить только время и практика. А сейчас я тихо злился на свою вынужденную беспомощность.

Дверь открылась, вошла Асока, увидела меня, воюющего с брюками, тихо ойкнула и залилась краской.

– Ты немного поспешила, надо было прийти чуть позже, к основному зрелищу – проворчал я. Тугая застёжка никак не поддавалась. Эти чёртовы брюки, явно не были рассчитаны на увеченных офицеров. Хотя может быть, это тонкий расчёт инженера, чтобы даже если офицер замыслит, что-то крамольное, его жертва успела бы, тихо смеясь, убежать, пока тот возится с брюками.

– Чёртова пуговица… – одно короткое движение, звук рвущейся ткани и кусок штанов остается у меня в руке. Ну вот, опять, всего-то стоило слегка переборщить с усилием.

– Мастер, я конечно понимаю, что я обворожительна… – рука Асоки начала своё движение от талии, и соскользнула по крутом бедру, но стоило ей заметить мой взгляд, она замолчала.

Что же в эту игру, нужно играть вдвоем. Мои губы растянулись в плотоядной усмешке, один короткий шаг в направлении ученицы. Тано тихо ойкнула, ещё сильнее покраснела, попятилась, неудачно наткнувшись на кровать, завалилась в неё навзничь.

– Как я вижу, тебе совсем не терпится, – усмехнулся я, смотря как Асока, ворочается в кровати, всё сильнее запутываясь в ворохе одеял. Никогда не любил заправлять постель, к тому же, с моим текущим владением протезами, это черева-то. Не уверен, что третий комплект постельного выдадут мне.

– Мастер… – обвинительный возглас из живого кокона в момент, когда я прохожу мимо, забираясь в медкапсулу. Странно, а чего она вообще ожидала? Этим мысли отвлекали меня, пока я забирался в тесный, похожий на гроб медицинский агрегат. Если моё настроение и улучшилось, то ненадолго.

– Потом… – коротко ответил я, сам ещё не понимая, что только что сказал, легкий уже ставший привычным укол в плечи. Короткое нажатие клавиши, и непрозрачная крышка закрывается. Не стоит Асоке смотреть на то, что будет происходить дальше…

Металлическая пластина с нарочитой неспешностью поднимается, шевелиться не хочется, тело помнит неприятные прикосновения бесстрастных металлических пальцев. Сильно дёргает левая рука, вспыхивают болью места проколов, там, где манипуляторы прокололи искусственную плоть, чтобы обработать многочисленные стыки живой плоти и моего механического плеча.

– Это всё так же больно? – тихо спрашивает Асока. Не утерпела и сунула свой нос, её лицо выглядит озабоченным.

– Да… – просто отвечаю я, с трудом выбираясь из капсулы. Протезы сейчас ощущаются особенно чужими. Ещё один стимул постигать Силу быстрее, хотя мои успехи всё ещё оставляют желать лучшего.

Асока осторожно поддерживая меня, помогает дойти до кровати, мои ноги словно чужие, но с каждым шагом я иду всё уверенней. С невероятным облегчением, занимаю горизонтальное положение. Я засыпаю, пока торгута обрабатывает многочисленные места проколов, с этим мог бы справиться и дроид, но у меня нет сил на то, чтобы спорить.

* * *

Корускант. Вот уж воистину, этот город никогда не спит. На ночной стороне город горел ярче ночного неба, из космоса планета была словно покрыта светящейся паутиной. Только на линии терминатора виднелись мрачные свинцовые облака. Лёгкая дрожь, когда небольшой шатл, опустился в крытый ангар. Планета встретила нас хмуро. В этом секторе сейчас была ночь. Огромный город горел ночными огнями. Снующие в небе кары сливались в единые небесные трассы летящих светляков.

– Добрый вечер. Хозяин ожидает вас… – Дроид-секретарь, забавно семеня, приблизился. – Пройдёмте, пройдёмте, не следует заставлять его светлость ждать.

Асоке и ФК001 пришлось остаться в гостиной, в компании совершенно неожиданно оказавшейся здесь доктора Нимзоры. Она любезно согласилась скрасить их ожидание, пока дроид вёл меня куда-то вглубь квартиры.

Небольшой полукруглый зал, черные, покрытые странным, словно текущим рисунком стены. Красная трехгранная колона в центре. На полу две больших чёрных подушки, на одной из них спокойно восседает император, в его руках чашка, от горячего напитка поднимается пар. Дверь закрылась за мной, столь плотно, что дверного проёма не видно. Свет идет откуда-то из углов, подсвечивая помещение зловещим синим.

Император опускает свою чашку на небольшой поднос, стоящий между подушек, жестом приглашая меня присесть. Его желтые глаза бесстрастно отслеживают каждое моё движение. Кажется что сейчас меня разбирают по винтикам. Я неуклюже опускаюсь на своё место. Комната погружается в тягостное молчание, оно затягивается, всё усиливая неприятное предчувствие.

– Твои дети живы, вполне здоровые мальчик и девочка, – тихий голос Императора, едва не выбивает из меня дух, заставив кулаки сжаться. Мой жёлтый световой меч на поясе жжет бок, вот только я полностью уверен, что он мне не поможет.

– Дети? – стараясь, чтобы голос не прозвучал удивлённо, спрашиваю я. Император улыбается, видно, что это момент его триумфа. Жёлтые глаза горят в полутьме.

– Всё же, не Энакин…. – в голосе Ситха слышно удовлетворение и лёгкий привкус интереса. Тот самый, натуралистический, интерес коллекционера, разглядывающего занятную букашку, прежде чем приколоть её булавкой в свой альбом.

– Самообладание никогда не было сильно чертой моего покойного ученика… как занятно… – Император поднимает чашку с подноса. Делает глоток, смотрит, цепко отслеживая каждое моё движение. Чувство затягивающейся на шее удавки – неприятное чувство.

Я беру с подноса вторую чашку, терпкий запах бьёт в нос лёгкими нотками перечной мяты. Напиток оказывается неожиданно горьким и сладким, чем-то, отдалённо напоминая земной зелёный чай.

– Да, теперь я вижу. Всё же все мы, одарённые, слишком привыкли полагаться на Силу, – Император тихо вздыхает, пьёт… – Даже я не исключение, всё же, Энакин был слишком ярким.

– Нет, теперь я понимаю, неодарённый раскусил бы тебя сразу, но даже сейчас Сила настойчиво твердит, что ты именно Энакин Скайвокер. – Его голос, звучит мягко, в нём не слышно угрозы, просто небольшая досада.

– Когда вы поняли? – хотелось бы знать, на чём именно я прокололся.

– Начал что-то подозревать давно, ты не проявлял никакого интереса к судьбе возлюбленной Энакина. Но это не вызывало сильных вопросов, учитывая то, что она сделала. Ты вёл себя нетипично: слишком сдержанный, слишком спокойный, покорный. Но Сила твоя ослепляла мой взор. Окончательно же убедился только сейчас… – Император вновь приложился к своей чашке.

– Значит на этом всё? – мой голос прозвучал удивительно спокойно. Ну, куда мне, тягаться с монстром, что сидит напротив меня. Сейчас я отчётливо чувствовал, что если это существо, возжелает убить меня, шансов у меня нет.

– Почему же, хоть ты и не Энакин, ты всё ещё остаёшься Избранным… – император тихо рассмеялся, его каркающий смех звучал зловеще. – Избранный, призванный принести равновесие в Силу.

– Значит, вы не откажетесь от меня, учитель? – каким-то чудом мой голос прозвучал спокойно и ровно.

– Отказаться, о нет, мой Ученик… – ситх цедил слова, растягивая губы в улыбке… – Ты о-очень ценное приобретение, знаешь ли, я даже знаю, что с тобой могло произойти.

– Знаете… – горло сжало словно удавкой, боль пронзила грудь…

– Да, ты родился, рос, набирался опыта, а потом просто очнулся уже здесь. Возможно, у тебя была книга, фильм, может быть, компьютерная игра, по который ты мог узнать обо мне, об Республике, об Империи. Всё это для тебя было просто выдумкой. Ведь так? – Наконец спросил император, и в этот момент Сила, сжимавшая моё горло, немного ослабла.

– Да… – с трудом выдохнул я.

– Есть одна очень древняя техника, не знаю, откуда Энакин мог о ней узнать, и не думал я, что лично столкнусь с результатом её работы. Страшная в своей простоте техника, требующая огромную, даже непомерную плату, но невероятно эффективная. Она позволяет выжить тогда, когда это невозможно, и создает из себя орудие, способное повергнуть врагов применившего её. – Голос императора обволакивал меня, гипнотизировал. Комната словно плыла.

– Ты великий воин, полководец, или быть может, там, ты прославился как неординарный ум? – неожиданно громко спросил, даже скорее приказал ответить, император.

– Нет, просто чиновник, – слова сорвались с моих губ прежде, чем я осознал, что говорю.

Несколько мгновений император сверлил меня взглядом. Его горящие жёлтым глаза слегка притухли. А затем он рассмеялся. Император хохотал, будто обезумевший, придерживая вздымающиеся бока руками. Тем временем я медленно покрывался холодной испаренной. Император смеялся так, на его на глазах даже выступили слёзы.

– Чиновник? Энакин променял свою суть на простого чиновника? Сила… – Едва смог выдавить из себя ситх. А затем совсем неожиданно, замолчал. Как-то очень внимательно всмотрелся в моё лицо. Стены комнаты налились красным, колонна, наоборот, стала синей.

– Всё та же удивительная мощь, – задумчиво проговорил император, его глаза вновь налились ровным жёлтым свечением. – Неудивительно, что я так долго считал тебя Энакиным Скайвокером.

– Когда я отправлял агентов, чтобы расследовали загадочную смерть сенатора Падме Амидалы, я даже помыслить не мог, что они принесут мне информацию о том, что она была беременна. – Голос императора был слегка ироничным.

– Естественный ход вещей, – пожал я плечами, вновь прикладываясь к чашке, чтобы скрыть, что мои протезы дрожат. Никогда бы не подумал, что можно получить тремор механических конечностей.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю