Текст книги "Брат за брата"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

* * *

– Значит, вы утверждаете, что это пытались убить вас? – спросил тщедушного вида следователь в роговых очках.

Широкие кустистые брови сведены к переносице, линия губ прямая. Он явно пытался произвести на Андрея впечатление сурового и принципиального служителя закона. Только глазки его предательски прятались за толстыми линзами очков.

Сегодня рано утром Андрей прибыл в Черноземск. Поймал частника – и в прокуратуру. А она закрыта. Пришлось объяснять дежурному, что он прибыл издалека по повестке и в настоящий момент нуждается в защите. Его впустили внутрь. И усадили на жесткую лакированную скамью.

Никто не пытался штурмовать прокуратуру. Не обстреливали ее из пушек и гранатометов. Андрей дождался следователя. И с ходу выложил ему историю, приключившуюся в поезде.

– Я не утверждаю. Я всего лишь предполагаю.

– В бутылке был этот... как его...

– Карбиломинхолинхлорид.

– Вот-вот... Откуда вы это знаете?

– Так попутчик признался.

– Вы что, его допрашивали?

– Да нет, он просто мне сказал.

– Значит, говорите, скорый поезд Ростов – Черноземск, вагон седьмой, купе пятое... Ладно, разберемся...

Следователь вышел из кабинета. Вернулся минут через пятнадцать. В руках какой-то талмуд. Никак материалы уголовного дела, возбужденного по факту убийства, которое произошло на глазах у Андрея.

– У меня к вам ряд вопросов. Думаю, вы догадываетесь каких...

– Если бы не догадывался, не приехал бы...

– Тогда начнем...

В течение нескольких часов Андрей давал подробные ответы на вопросы. Следователь напоминал ему адвоката, который пытался запутать свидетеля. Но Андрей не путался. Потому как говорил о том, что было на самом деле.

– К сожалению, виновник преступления нами не установлен, – сказал в заключение следователь. – Но мы ведем работу. Возможно, в скором времени вы понадобитесь нам для проведения опознания... Если это вас не затруднит, вы не могли бы пожить какое-то время в нашем городе?

– Запросто... Только если вы оплатите мне гостиницу и проезд из Ростова в Черноземск и обратно.

– Хорошо, – неожиданно быстро согласился следователь.

Или даже подозрительно быстро.

– Только остановитесь в гостинице «Восток».

– Почему именно там?

– Потому что с этой гостиницей у нас договоренность. Стоимость вашего проживания нам обойдется в минимальную сумму.

– Да я не возражаю...

– Тогда подождите, я сейчас сделаю звонок администратору.

Следователь снова вышел из кабинета. А ведь у него на столе телефон. Мог бы и отсюда позвонить. Нет, он хочет сделать это вдали от ушей Андрея.

Не нравилось это Андрею. Ой как не нравилось. Он даже начал винить себя, что согласился остаться в Черноземске. Надо ноги отсюда уносить, пока голову не оторвали. Слишком опасен для него этот город. Случай в поезде – серьезное тому подтверждение.

Следователь вернулся минут через десять.

– Все, я сделал соответствующие распоряжения. В гостинице вас ждут. Номер одноместный, с удобствами. И даже с телефоном. Вы будете довольны... А вот проезд вам оплатить мы не можем. По закону обязаны, но сами знаете, нет средств...

Интересно, а на похороны у них деньги найдутся?.. Андрей погнал прочь от себя мрачные мысли. Не собирается он умирать. Не дождутся враги его смерти...

– Значит, гостиница «Восток»?

– Да-да, тут совсем рядом. Остановка в двух шагах, троллейбус семнадцатый, ровно три остановки.

– Спасибо, вы очень любезны.

– А я вам сегодня позвоню. Спрошу, как вы устроились....

Наверняка он хочет узнать другое. Не сдох ли еще гражданин Северцев от поноса или внезапной остановки сердца?.. А ведь именно это его и ждет. Или с ним расправятся менее изобретательным способом?..

Из прокуратуры Андрей вышел со скучающим видом. Вялой походкой направился к остановке. Внутри все напряжено. Чутье, инстинкты настроены на волну опасности. Не зазвучит ли в голове сигнал тревоги?

Зазвучал. В троллейбусе. Слабый-слабый сигнал, едва уловимый. Андрей почувствовал на себе взгляд. А вскоре вычислил человека, который на него смотрел. Молодой парень в джинсах и дешевом пиджаке. Невысокого роста парнишка, худощавый, усредненной наружности – идеальной для «топтуна».

Андрей «снял» его профессионально. Паренек явно не понял, что его заметили.

Позади уже три остановки. Но Андрей продолжал ехать дальше. И следил за парнем. Тот, похоже, занервничал. Видимо, его ориентировали на сопровождение Андрея до гостиницы «Восток». А объект слежения поехал дальше.

Зря Андрей сунулся в Черноземск. Слишком большая сила против него. Он уже не сомневался в том, что следователь прокуратуры заодно с мафией. И вызвал он его в город на допрос, чтобы подставить под удар.

Андрей сам попал в ловушку. Из-за своей упертости. Сможет ли он вырваться из нее – большой вопрос...

Чем дальше ехал троллейбус, тем меньше в нем оставалось людей. Андрей увидел, как парень достал из пиджака мобильный телефон.

Сейчас мобильником никого не удивишь. У каждого пятого такая штука. Андрей бы и сам таким аппаратом обзавелся. Только ему звонить некуда. Нет у него ни родных, ни близких. А все друзья – в Чечне, им не дозвонишься.

А вот парню есть куда звонить. Есть до кого дозваниваться. Может, это у него даже не телефон, а радиокорректировщик артиллерийского огня. Сейчас скажет пару слов – и на троллейбус обрушится огневой шквал... Шутка...

Андрей сошел на ближайшей остановке. Парень устремился за ним.

Какой-то новый микрорайон. Коробки высотных домов. Широкий тротуар, стеклянные витрины универмага на первом этаже дома из белого силикатного кирпича.

Он сделал вид, что магазин его нисколько не интересует. И уверенным шагом обогнул дом, зашел во двор. Парень двинулся за ним след в след.

С видимым спокойствием Андрей зашел в ближайший подъезд. Одновременно с ним туда вошел какой-то мужчина, направился к лифту. Андрей же затормозил возле двери, закрывавшей вход в подвал. Она была открыта. Невероятное везение.

Андрей спрятался за этой дверью. Едва успел закрыть ее за собой, как появился парень. Остановился. Достал мобильник.

– Зашел в подъезд... Не знаю... На лифте поднимается... Понял...

Парень спрятал мобильник. Открыл дверь в подвал. И тут же нарвался на кулак. Его нос сработал в режиме рубильника. Щелк – и сознание вырубилось...

Под пиджаком у парня Андрей обнаружил пистолет. Двенадцатизарядный «ПММ». Неплохая машинка. «Пистолет Макарова модернизированный». Девятимиллиметровый высокоимпульсивный патрон. Повышенное пробивное и останавливающее действие, уровень пистолета «ТТ».

Андрей внимательно осмотрел ствол. И обнаружил нарезы для глушителя. Значит, и сам глушитель где-то рядом. Он обыскал парня. Точно – в кармане пиджака металлический цилиндр.

Значит, парень не просто за ним следил. При определенных обстоятельствах он должен был грохнуть Андрея. Именно это ему и велено было сделать, когда он в последний раз звонил по мобильнику.

Андрей взял телефон, вывел на дисплей последний номер, по которому звонил парень. Постарался запомнить его.

Затем привел парня в чувство. И приставил к его щеке ствол.

– Не ожидал?

Парень испуганно таращился на него. И потирал рукой изуродованный нос.

– Вопрос первый. Ты должен был убить меня?

Пленник резко дернулся и подался назад.

– Значит, должен был, – решил Андрей. – Сейчас ты позвонишь своему шефу... Или кто там у тебя... В общем, скажешь, что задание выполнил... Вопросы?

Андрей очень сильно надавил на него пистолетом. Парень кивнул. И в его руку лег мобильник.

– Давай, звони...

Парень набрал номер, приложил трубу к уху. И спокойно:

– Задание провалено...

Андрей оторопел от такой наглости. И на какой-то миг ослабил контроль за парнем. А тот вдруг сильно лягнул его ногой. Андрей отлетел к распределительному шкафу. Руками смягчил падение. И не очень сильно стукнулся головой о закрытые створки шкафа.

А парень уже шустро карабкался вверх по бетонной лестнице.

За это время Андрей мог пристрелить его не один раз. Но это не входило в его планы. Парень ему нужен был живым. Поэтому ему ничего не оставалось, как рвануть за ним.

Но он даже не успел подняться на ноги, как вдруг в руках парня рванул мобильник. Яркая вспышка, грохот взрыва, ударная волна, усиленная замкнутым пространством. Все вокруг заволокло едким дымом. Запах паленой человеческой плоти.

Андрей все слышал, ощущал запахи. Только с трудом соображал. В голове звенело, как будто кто-то давил на уши. Перед глазами – сплошная красная пелена. Взрыв – не то чтобы очень мощный. Но парень – труп. Андрея же контузило. Как будто танком проехалась по нему ударная волна.

В мобильник была заложена взрывчатка. Небольшой заряд, но для одного человека на минимальном расстоянии вполне достаточно. Парень сообщил о провале своей миссии. Спустя несколько секунд на мобильник пришел кодированный сигнал. И раздался взрыв. Все очень просто.

Только и на этот раз Андрей уцелел.

Кто-то обязательно обратит внимание на взрыв. И сейчас в подвале появятся люди. Андрею же вовсе не хотелось давать какие-то объяснения.

Он нашел в себе силы подняться, шагнул в подвальный отсек, по колено залитый водой. До взрыва над распределительным шкафом горела лампочка. В ее свете Андрей видел проем, в который уходили трубы. Сейчас он шел к этому проему наугад. Ослепленный, да еще в кромешной темноте. Добрался до лаза и сумел втиснуть в него свое тело.

Глава седьмая

1

– Здоровье у вас в полном порядке, – сказал врач.

– Так я в этом и не сомневался...

– Заболеваний, передающихся половым путем, не обнаружено...

– Спасибо, успокоили, – усмехнулся Егор.

Целую неделю его обследовали. Все что можно проверили. Все что можно рентгеном просветили. Кал, моча, кровь из пальца и вены – это само собой. Но все это ерунда по сравнению с компьютерной диагностикой. Ну и оборудование в этом центре! Чего здесь только нет, и все самое современное.

Ему объяснили, что пациентки проходят всестороннее и углубленное медицинское обследование. Где-то в глубине сознания мелькнул вопрос: зачем им все это, если только психику лечат? Но этот вопрос тут же погас. Ни его это ума дело. И нечего забивать себе голову всякой ерундой.

«Твое дело маленькое. Охрана вверенных объектов, – каждый день внушал ему Георгий Данилович. – Служба у вас не сложная, даже интересная. Вас хорошо одевают, кормят, заботятся о вас. Вам хорошо, вам очень хорошо...»

Георгий Данилович стал неотъемлемой частью его существования. День для Егора начинался с визита к нему. Он интересовался, как адаптируется Егор к новому месту, как у него складываются отношения с товарищами. Он хотел знать о Егоре все. Поэтому все спрашивал и спрашивал. И при этом постоянно держал его под прицелом магнетических глаз.

Его взгляд и убаюкивающий голос успокаивали Егора. После каждой встречи с Георгием Даниловичем на душе становилось легко, даже радостно. Жизнь воспринималась в радужных красках. Никакой тревоги, никакого беспокойства насчет будущего. Ему хорошо в этом психотерапевтическом центре, ему очень хорошо. Он благодарен людям, которые устроили его сюда и заботятся о нем, делают его жизнь интересной. Он благодарен им и предан как собака. Любому за них горло перегрызет...

Только он не знал, кто они, эти люди. О каких таких благодетелях говорит Георгий Данилович. Но ему не надо этого знать. Его дело маленькое. Служить верой и правдой своим благодетелям. И всегда помнить добро, которое они для него сделали.

Егор не собирался «делать ноги» из центра. Ни к чему это. Да и лучшего места, чем здесь, ему не найти на всей земле. Георгий Данилович внимательно следил за состоянием его души, за ходом его мыслей. Он уже не сомневался в благонадежности Егора. И другие в этом не сомневались. Поэтому вчера ночью он патрулировал территорию с настоящим автоматом «узи». Боевое оружие для него – это символ наивысшего доверия. И он оправдает его...

– Ты спасибо говори не за то, что я тебя успокоил, – выразительно посмотрел на него врач. – Спасибо надо говорить за то, что ты допуск получил...

– Какой допуск?

– Ни какой, а к кому... К женскому телу...

Егору с первого дня обещали женщину. Но больше к этому разговору никто не возвращался.

– Без женщины мысли дурные в голову начинают лезть, – сказал врач. – Поэтому завтра у тебя свидание...

А сегодня вечером он заступал на ночную вахту.

– Женщина – это хорошо, – прокомментировал еще не наступившее событие Эдик.

Они шли по проходу между внутренним и внешним ограждением. У каждого – автомат, по две гранаты «РГД-5», нож разведчика. Бронежилет второй степени защиты. И средства связи – мобильная радиостанция «уоки-токи».

Егор – часовой. Эдик – вроде разводящего. Сейчас они вместе обойдут сектор охраны. Один – останется на четыре часа на посту, второй – скроется в караулке на КПП.

В караулке есть что-то вроде помещения для начальника караула – в ней пульт, на который выведены мониторы видеокамер наружного наблюдения. И еще какие-то экраны. Все это Егор видел из-за приоткрытой двери – в саму комнату его не пускали и в курс дела не вводили. Вроде как еще рано ему знать все. Впрочем, он и не настаивает. Есть одно золотое правило: меньше знаешь – крепче спишь.

Не пытался он узнать, почему для охраны душевнобольных задействованы значительные силы. Только в одном внешнем секторе караул из четырех человек. И еще внутренняя охрана – два-три парня в строгих костюмах, с пистолетами и с радиотелефонами. И это только дежурные силы. А всего за безопасность центра отвечают не меньше двух десятков крепких боевых парней. Оружие, бронежилеты, мобильные средства связи, сложная аппаратура внутреннего и внешнего слежения.

Даже психушки для буйнопомешанных так не охраняются. Там только безоружные санитары да несколько вохровцев с «наганами» – вот и весь расклад. А здесь охрана почти как на зоне. Разве что нет колючей проволоки, пулеметных вышек, служебных овчарок. Но вряд ли какая пациентка сможет бежать отсюда.

Не хотелось вникать Егору во все это. Не тянуло на выводы. Его дело маленькое... Этот принцип достаточно прочно вошел в его сознание. И стал чуть ли не жизненным кредо...

– Женщина – это хорошо, – повторил Эдик.

– А откуда здесь женщины? – спросил Егор. – Из города привозят?

Он думал, что ему придется иметь дело с проституткой.

– Нет... Пациенток под нас подкладывают...

– Пациенток? – удивился Егор.

Подобное и в голову ему не могло прийти.

– Я и сам поначалу не понимал, – сказал Эдик. – Пациентка, она для того и пациентка, чтобы ее лечили. А не под мужиков подкладывали. Но мне потом объяснили. Для нас пациентка в удовольствие, а для нее это что-то вроде сексотерапии. Говорят, чрезвычайно полезная штука...

– Кто говорит?

– Какая разница, кто говорит? – недовольно покачал головой Эдик. – Говорят, и все... А еще секс для пациентки – это некий рубеж на пути к излечению. Если она готова безоговорочно принять мужчину, значит, лечение проходит успешно. Если нет – значит, над ней еще надо работать...

Странная какая-то версия, мелькнуло в сознании Егора. Но тут же мысль эта погасла.

– Сколько у меня этих девчонок было – и все принимали как надо. А недавно, еще до того, как ты появился, одна была, так та сырая оказалась. Вроде бы не против, да только ноги раздвигать – ни в какую. А девчонка очень даже ничего. Есть, конечно, и получше. Но куда больше тех, которые похуже...

– А как часто к нам пациенток подводить будут?

– Подводят коров к быкам, – усмехнулся Эдик. – А у нас свидания.

– И как часто свидания?

– Раз в неделю, строго по графику. А пропуск венеролог выписывает...

И Егор через венеролога прошел, он ему «добро» на женщину дал.

– Не очень это приятное дело.

– Не вопрос... Только без венеролога нельзя. А вдруг ты какую бяку девчонке подаришь?

– Или она мне...

– Нет, это исключено. За ними постоянный контроль. Все очень строго.

– Почему так строго?

– А это не твоего ума дело, – жестко отсек Эдик.

И тут же смягчился.

– Если честно, я и сам не все понимаю. Да в принципе и не пытаюсь вникнуть. Сам знаешь, наше дело маленькое...

И Эдик, и все другие бойцы из охраны каждый день встречались с Георгием Даниловичем. Им тоже забивали голову стерильной синтетической ватой...

* * *

С Иркой Вероника жила в одном отсеке – их кельи одна против другой через узкий коридор. И в столовой они за одним столом сидели. И на обследование в медкорпус вместе ходили. Только почему-то с каждым днем отношения между ними становились все прохладней. Они уже почти не замечали друг друга. И все другие девчонки становились какими-то чужими. Все реже они сбивались в стайки по вечерам. Все больше времени проводили в одиночестве, в своих кельях. К телевизору мало кого тянуло, а про газеты и книги все уже и забыть успели.

Иногда Вероника перекидывалась вялыми фразами. И сегодня она спросила у нее. Совершенно бесцветно.

– Когда нас в Америку повезут?

Их всех подвергли углубленному медицинскому обследованию. Все, что только можно, проверили. Но посещения медкорпуса продолжались. Не так часто, как раньше, туда ходили. Но все же ходили. И отдавались на волю врачей. Вероника даже не задумывалась, какой врач, что именно он обследует и держит под постоянным контролем. Ей было все равно. Ей вообще было все равно.

– А ты хочешь? – с ленцой вопросом на вопрос ответила Ирка.

– Да нет, мне и здесь хорошо.

– Мне тоже. И я никуда не хочу.

– Я тоже, – с тупым серым восторгом подхватила Маринка, их соседка по столу. – Ни в какую Америку я не хочу. Мне здесь очень хорошо.

Вероника не спорила. Им всем здесь действительно хорошо. У каждой своя комната. Спи сколько хочешь, ешь сколько влезет. Опять же медицинское наблюдение. Одним словом, санаторий. Можно спортом заниматься, на природе гулять, телевизор смотреть – только не хочется ничего. И работать нет никакого желания. Да их особо трудиться не заставляют. Разве что за порядком в общежитии следить да на кухне помогать. Но девчонок много, поэтому вкалывать приходится не часто, раз в неделю, в порядке очередности.

– Одно плохо, – сказала четвертая соседка.

Люба, хорошенькая блондиночка с большими красивыми глазами.

– Мужского начала не хватает...

Она глупо улыбалась и с видом озабоченной нимфоманки тупо смотрела куда-то вдаль.

– Как это не хватает? – пресно удивилась Марина. – Я вот вчера с одним красавчиком встречалась. Мне понравилось...

Для Вероники не было секретом, что все девчонки уже с кем-то переспали. И к ней самой какого-то парня приводили. Только она отказала...

– Ты вчера встречалась, – покачала головой Люба. – А когда следующий раз будет?

– Не знаю. Но жду не дождусь...

– А вот я ждать не буду. У меня теперь будут постоянные встречи.

– Я тоже хочу... – вяло отреагировала на это Марина.

– С Игорем Васильевичем поговори.

Игорь Васильевич – их личный психотерапевт. Сегодня Вероника встречается с ним. И завтра встретится, и послезавтра, и каждый день. Он будет говорить с ней, убаюкивать ее сознание, рисовать радужные картины будущего.

Для нее и всех ее подруг Игорь Васильевич – царь. А над ним есть еще бог, неведомый Благодетель, к воле которого все должны относиться с благоговейным трепетом.

После завтрака Вероника отправилась в медкорпус. Сегодня у нее по списку посещение четырнадцатого кабинета, время – девять тридцать. У них график, все расписано строго по минутам.

Четырнадцатый кабинет. Врач-гинеколог. Приятной наружности женщина, только взгляд у нее какой-то холодный. Сколько помнит ее Вероника, она всегда держалась с ней высокомерно.

Как всегда, она обследовала ее на кресле. Что-то записала в карту.

– Свободна... – И показала на дверь.

Зачем она обследует ее раз в три дня, каковы результаты – на этот счет ни ответов, ни комментариев. Догадайся, мол, сама... Впрочем, Вероника не переживает. Ничего плохого с ней случиться просто не может. Она уверена в этом...

И вот наконец встреча с Игорем Васильевичем. Снова она в его кабинете, снова смотрит на нее – ясным проницательным взглядом. В глазах – магическая сила подавляющего очарования...

– Вероника, вы что, хотите в Америку, на хлопковые плантации? – спросил он.

Голос мягкий, убаюкивающий. В самую душу проникает.

Вероника вспомнила разговор за завтраком. Да, она спрашивала Ирку насчет Америки. А та, конечно же, рассказала все Игорю Васильевичу. Ничего удивительного. От него ничего не скроешь. И если он сейчас попросит Веронику рассказать все, что она слышала сегодня от соседок по столу, она, не задумываясь, перескажет весь разговор. Это не ябедничество, не стукачество. Просто Игорь Васильевич – человек, от которого у нее не должно быть никаких тайн.

– Нет, в Америку я не хочу, – сказала она. – Мне здесь очень хорошо...

– А как насчет общества мужчин?..

Значит, он знает и про то, о чем говорили Марина и Люба. Ну что?..

– У меня раньше были мужчины. Только все они воспринимали меня как вещь. Я разочаровалась в них. Поэтому мысли о них не доставляют мне удовольствия...

– А как насчет женщин?

– Вы имеете в виду лесбийскую любовь?

– Может быть...

– Нет, женщины меня не интересуют. Я просто устала от секса...

Как будто вся ее жизнь состояла из одного сплошного секса. Это не так. Но на мужчин Веронику не тянуло.

– Это называется фригидностью...

– Пусть будет так. – Она с полнейшим равнодушием приняла эту версию.

– А если Благодетель попросит вас ублажить верного ему человека?

Вероника не могла забыть тот случай. Комната, примыкающая к кабинету Игоря Васильевича, парень с развитой мускулатурой, она голая... Не должна была она отвергнуть этого парня. Она должна была принять его, как принимали ему подобных ее подруги. Но не смогла она сделать этого. В чем искренне раскаивалась.

Игорь Васильевич, казалось, забыл о том инциденте. И больше не сводил ее с мужчиной. Но сегодня он вернулся к этой теме.

– Воля Благодетеля для меня закон...

Вероника покорно склонила перед ним голову.

– Вы же знаете, Вероника, какой принцип я исповедую. Доверяй, но проверяй...

– Я готова доказать это делом...

Она поднялась со своего места. И сама подошла к двери, которая вела в соседнюю комнату.

– Молодец, – услышала она довольный голос Игоря Васильевича.

Не хочет Вероника мужчину. Но деваться некуда. Она обязана исполнить свой долг перед Благодетелем. И она его исполнит. И если ее сейчас ждет свидание с чудовищем о трех головах, даже перед ним она раздвинет ноги...