Текст книги "А жизнь так коротка!"

Автор книги: Владимир Колычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

– Зачем это?..

– В гангстеров будем играть... Не хочу телку мочить, а придется, если она сможет нас опознать...

– А, шапочки, типа маски, – догадался Мизинец. – Ладно, давай гангстеров изобразим, не вопрос...

Через полчаса с самодельными масками в карманах Леон, Мизинец и Бобер входили в последний подъезд дома. Поднялись на чердак, прошли по пыльным доскам, настланным на шумный керамзит. Беспрепятственно спустились на лестничную площадку пятого этажа нужного подъезда. Осталось спуститься на четвертый этаж. Хорошо бы при этом никого не встретить.

Но они встретили. Четвертый этаж. Квартира номер одиннадцать. Молодая женщина открывает ключом дверь. Домашний халат, тапочки на босу ногу, мусорное ведро в свободной руке. Стоит спиной к Леону, который шел первым.

Одного мгновения хватило ему, чтобы правильно оценить ситуацию. Это как раз та баба, которая им нужна. Сейчас она откроет дверь. И на ее плечах он вломится в квартиру. Она его даже не увидит, только почувствует... Расклад идеальный. Правильно говорит Бобер, им сегодня везуха прет.

Щелкнул замок. Девушка вынула ключ из скважины. И тут же Леон обхватил ее сзади. Не давая повернуть голову, втолкнул в квартиру. Следом за ним туда ворвались Мизинец и Бобер.

Бобер захлопнул за собой дверь. Так ничего и не успев сообразить, любовница Михея вырубилась: Леон аккуратно пережал сонную артерию на ее шее.

– Порядок... – довольный, пробасил Мизинец.

– Телку в чувство приводить надо, щас Михей заявится...

– Сначала маски...

Шапочки они должны были надеть перед тем, как Бобер готов был сунуть отмычку в замочную скважину. Но события развернулись по другому сценарию, удачному. Леону вдруг захотелось узнать, насколько удачному.

– Бобер, а ну-ка проверни свою закорючку, – кивнул он на запертую дверь.

Замок и в самом деле простой. Мечта домушника. Только как Бобер ни старался, отмычка оказалась перед ним бессильной. И с той стороны двери он бы, конечно, не смог его одолеть.

– Вот влипли б, – презрительно скривился Мизинец. – Луну ты нам втер, Бобер, а мы и уши развесили...

Еще неизвестно, кого он больше осуждал – Бобра или себя. Ведь, по сути, он лоханулся. Как и Леон. И если бы не фартовая случайность, они бы облажались по полной программе. Девка Михея вмиг бы почуяла неладное. Вон телефон на тумбочке – сняла бы трубку и «02» бы набрала. Или хорьку бы своему звякнула...

Что ни говори, а план был идиотским. Не было в нем твердого расчета. Наобум все. И, увы, это признали все. В том числе и Бобер. Он-то, конечно, мудак. Но он всего лишь пешка. Спрос с Леона.

– Ладно, не боги горшки обжигают...

Настроение упало. Но тут же поднялось. Все-таки их «лажа» чисто теоретическая. На самом же деле у них все пучком...

– Намордники, – напомнил Леон.

Мизинец стал натягивать шапочку. Бобер последовал его примеру.

Леон закрыл лицо и склонился над девкой. А баба она ничего. Роскошные волосы, смазливое личико, ладная фигурка. И годков ей этак двадцать пять. В самом соку девка. И наверняка в постели кое-что умеет. Не зря же к ней Михей зачастил.

Достаточно было помассировать определенные точки на шее, и она пришла в сознание. И со страхом уставилась на Леона.

– Ой, мамочки!.. – вскрикнула она.

За чудовище его приняла. И не мудрено...

– Михей когда придет? – спросил Леон.

– Не знаю никакого Михея, – помедлила она с ответом.

– Ты этта, целку тут не строй! – Мизинец достал из кобуры пистолет и навел на нее.

Девка стала белее мела. Глаза полезли из орбит. Не хочется умирать...

– Вы про Мишу? – выдавила она из себя.

– Ага, про Михайлу Григорьевича...

– Так он скоро должен прийти... Я его уже жду...

Из кухни доносился обалденный запах жареного мяса с луком. Леон невольно сглотнул слюну.

– Да похоже, что ждешь...

Квартира однокомнатная. Прихожая, из нее две двери – на кухню и в комнату. И еще дверь – совмещенный санузел.

– Он как, дверь своим ключом открывает? Или ты его по звонку впускаешь? – спросил Бобер.

Дельный вопрос.

– А кто вы? – Она явно не хотела отвечать.

Но и не отвечать боялась.

– Щас в дыню получишь, сразу врубишь... – зло ответил Бобер.

Ей стало еще страшней. Как говорится, куй железо, пока горячо. Вот он и ковал...

– Поняла, все поняла...

– Да мне по хрену, поняла ты, дура, или нет... Как Михей в хату попадает?

– У него свой ключ... Только он всегда в дверь звонит, а я открываю. Он так любит...

– Когда он будет?

– Не знаю... Может, сегодня...

– Телохранители Михея в хату заходят?

– Нет... Но до порога провожают. У него с этим строго... Вы что, убить его хотите?..

Еще немного, и девка забьется в истерике. Но Мизинец провел профилактику.

– Не твое дело, курва!..

Хлоп, хлоп ее по щекам. Это подействовало.

– Как зовут тебя? – спросил Леон.

– Таня...

– Жить хочешь, Таня?..

Она уже поняла, зачем они здесь. Чтобы грохнуть Михея. Но она должна сейчас думать не о нем. Ей о себе нужно заботиться. И Леон переключил ее мысли с любовника на собственную шкуру.

– Да... – Она с животным ужасом посмотрела на него.

– Мы побудем у тебя, сделаем свое дело и уйдем... А ты здесь останешься, живой и невредимой... Только если будешь умницей...

– Что я должна делать? – Она была готова на все, лишь бы ее не убили.

– Для начала умыться и привести себя в порядок... Вон тушь на глазах размазалась...

Леон говорил ровным голосом. Но Таня не успокаивалась. Напротив, ей становилось еще страшней. Этого он и добивался.

– Придет Михей, откроешь ему дверь... Ни взглядом, ни словом о нас ни-ни... Впустишь его в квартиру... Куда он сразу заходит?..

– В комнату...

– Значит, мы будем на кухне... А ты... ну... в сортир зайди... Короче, понимаешь?..

– Понимаю...

– Умница...

Мизинец достал из кармана пачку сигарет...

– Таня, а ты куришь? – спросил Леон.

В квартире запаха табачного дыма он не уловил.

– Нет...

– Братан, «бациллу» спрячь, – велел он Мизинцу. И ей: – Таня, давай на стол что-нибудь сообрази...

Сейчас в самый раз за стол. Жаркое с луком... А Михей обойдется. Ему пуля на закуску.

Прежде чем сесть за стол, Леон вставил ключ в замочную скважину. Михей сейчас на взводе – война как-никак. И мало ли что – вдруг ему вздумается открыть дверь своим ключом. Войдет в квартиру, а на кухне три идиота в масках его жаркое пожирают.

Поужинали. Таню заперли в ванной. Сами сняли маски. Сели на диван в комнате. Михея все не было.

Десять вечера. За окнами уже темно. Жертва не торопится попадать в заготовленные для нее сети.

Одиннадцать... Половина двенадцатого... Наверное, пора снимать засаду. Вытащить Таню из ванной – она сидит там тихо, может, заснула – и слинять. Все равно Михей уже не появится...

Леон уже был близок к такому решению, когда в дверь позвонили. Все пришли в движение. На ходу натягивая на себя маску, Мизинец пулей метнулся в ванную, вытащил из нее Таню, сам занял ее место. Бобер прошмыгнул в кухню, оттуда взял на прицел хозяйку. Только пусть попробует отвадить своего гребаря, сразу пуля. Он был настроен решительно. Таня спиной чувствовала это.

Себе позицию Леон выбрал в комнате. Вжался спиной в стену, в двух шагах от входной двери. Рука вытянута, в ней пистолет, приведенный к бою.

Таня открыла дверь. Леон не видел ее, только слышал.

– Ты одна? – спросил чей-то зычный мужской голос.

Она даже ничего не успела ответить, как в квартиру зашли – Леон это почувствовал нутром. Вошедший прямиком направился в комнату. Чутье, как точно настроенная антенна, уловило опасность.

Мужчина ворвался в комнату на полусогнутых. Неуловимо быстро развернул корпус на Леона, вцепился в него взглядом. У него пистолет, в двух руках. И пальцы уже жмут на спусковую скобу.

Но Леон опередил. «ТТ» дернулся в его руках, бесшумно изрыгнул из себя пулю. Она угодила мужчине в лоб. Но он успел дожать на спуск. Грянул выстрел. Смертоносный заряд всколыхнул воздух в нескольких миллиметрах от уха. Эту спасительную погрешность внес точный выстрел Леона – он не только уничтожил противника, но и сбил его с верной линии прицеливания.

Мужчина еще не упал, а Леон уже понял, что это не Михей. Двубортный костюм, белая шелковая рубашка, черный галстук. Наверняка это его телохранитель. Слишком уж он профессионально осматривал квартиру – пистолет с патроном в патроннике, прочесывание секторов возможного нахождения противника. Только не повезло бедняге...

В прихожей грохнул выстрел. Второй. Пистолет без глушителя. Кто это? Михей или еще один его телохранитель?..

Леон присел на корточки, шагнул в таком положении в дверной проем. «ТТ» в двух руках, в направлении к противнику. Но стрелять не пришлось.

Возле входной двери оседал на пол мужик в строгом костюме. В груди пулевое отверстие, из него пульсировал кровяной фонтанчик. На кухне кто-то едва слышно чихнул. И тут же в голове подстреленного мужика образовалась дырка.

Стрелял Бобер. Он также опередил своего противника. Первым достал его. Только, жаль, это был не Михей.

Таня сидела в прихожей. Забилась в угол и сидит, обхватив голову руками. Под ногами лужа... Только Леон на нее ноль внимания. Ему нужен сейчас Михей. Но тот ушел. Далеко ли?..

Он выскочил из квартиры, рискуя нарваться на пулю. Но на лестничной площадке никого не было. Зато слышны были длинные быстрые шаги. Кто-то бегом спускался по лестнице. Наверняка Михей...

Леон во весь опор помчался вниз. Нужно было бежать быстрей своей жертвы. Только тогда можно на что-то надеяться. Сзади слышался топот сразу двух пар ног. Это неслись через лестничные пролеты Мизинец и Бобер.

Когда он выскочил из подъезда на улицу, «бригадир» еще не успел сесть в свою машину. Он был совсем близок к ней – каких-то три-четыре шага. Джип у него крутой, может быть, бронированный. И водитель за рулем, по газам готов ударить. Машина для него крепость, поэтому он не должен туда попасть.

Джип стоит прямо под фонарем – ярко освещен. И Михея хорошо видно. Как на заказ.

Леон остановился. Вытянул в руках пистолет, прицелился. Широкая спина штангиста, мушка и прорезь прицела встали в одну линию. Леон затаил дыхание и нажал на спуск. Кчх! Кчх! Кчх!.. «ТТ» стрелял бесшумно. Одна пуля разорвала ткань кожаной куртки Михея, вонзилась в живую плоть под правую лопатку. Но он не упал, лишь сбился с ритма. И продолжал приближаться к машине. Сзади зачихали пистолеты Мизинца и Бобра. Еще одна свинцовая пломба утяжелила мощное тело бывшего штангиста. Еще одна... Но «бригадир» продолжал двигаться.

Истекая кровью, он добрался до машины, схватился за ручку. Но дверцу открыть не смог: не хватило сил. Он упал на колени, склонил голову. Одной рукой он держался за ручку дверцы, второй слепо шарил под пиджаком в поисках пистолета. Его водитель от страха был в шоке. Он уже завел машину. И готов был с места рвануть в карьер. Но уехать без хозяина в данном случае – верная смерть. Свои же растерзают. Он хорошо это понимал. И все же страх пересилил рассудок. Когда Леон вплотную подошел к машине, он сорвал ее с места. Михей мешком рухнул на землю.

Он был еще жив. И Леон должен был исправить эту ошибку.

Одно дело убивать в пылу схватки, когда силы обеих сторон практически равны. И другое, когда приходится стрелять в беззащитного. Прежде чем нажать на спусковой крючок, Леон сделал над собой усилие. Не хотелось убивать, но... Пистолет дернулся в руках. Пуля вошла Михею в голову. Отвратительное месиво из крови, мозгов и черепной крошки выплеснулось наружу, попало Леону на лицо. Его едва не стошнило.

Мизинец и Бобер в это время палили в джип. Оказывается, он не был бронированным – пули прошивали его насквозь. Но до водилы они не достали. Машина на полной скорости завернула за угол дома и была такова.

– Уходим! – скомандовал Леон.

Их «девятка» стояла там, где ей и положено было стоять. Мало того, двигатель был заведен. Кот не спал, видел, как они расстреливали Михея.

Леон занял место на переднем сиденье. Мизинец и Бобер на заднем. Одновременно хлопнули все три дверцы. Кот дал по газам – машина сорвалась с места и помчалась к выезду со двора. Леон глянул в окно. На улице никого – только лежит под фонарем труп «бригадира». Задание выполнено... Только от этого он не испытывал никакого удовлетворения. Лишь свинцовая тяжесть на душе. И чувство отвращения к самому себе...

– Кот, аптечка где? – грубо спросил Мизинец.

– Где, где... Все там же... Руку назад протяни...

– А-а, есть, – отозвались сзади.

– Зачем аптечка? – спросил Леон.

– Да Бобра зацепили...

Это было новостью.

Леон резко обернулся.

– Да ты не ссы, командир, – встретил его насмешливым взглядом Бобер. – Тебе же говорят, зацепили меня...

Он показал ему правую руку. Пуля прошла вскользь. Всего лишь сорвала кожу с предплечья и мяса самую малость вырвала. Ничего серьезного. Сейчас Мизинец сделает перевязку, и все будет в порядке.

– Я в него, козла, а он в меня... – рассказывал Бобер. – Я его наглушняк, а мне только ссадина...

А ведь могло быть и хуже. Леон вспомнил движение воздуха над своим ухом. Еще бы немного, и лежать бы ему сейчас в квартире Татьяны с пробоиной в черепе. Но ему повезло. Как повезло и Бобру. Они оба опередили профессионалов. Значит, они и сами профессионалы. Профессиональные бандиты... От этой мысли Леона передернуло.

– Этот пес церберов своих на нас натравил, – это Мизинец о Михее. – Он чо, в натуре, в курсах насчет нас был?..

– Да не, это, типа, перестраховка, – рассудил Бобер. – Счас же мочилово по всему городу конкретное. Вот и шугается Михей...

– А чо он, козел, так поздно к хорю своему зарулил? – спросил Мизинец.

– Да делов до задницы. Граф наезжает, то да се... Закрутился, дятел, а все одно к телке своей намылился, – засмеялся Бобер. – Палка, в натуре, зачесалась...

– Дел у Михея много, – согласился Леон. – Стволы бы надо сбросить, «замазались» они... Да нельзя...

– Чего?

– Предчувствие...

В душе у Леона смутно нарастала тревога. Разговор о делах Михея ее всколыхнул. Значит, от них беспокойство. И опасность. Как бы не схлестнуться с его пацанами...

К дому с конспиративной квартирой их «звена» подъехали в час ночи. Тишина, спокойствие, во дворе ни души. Фонарь одиноко светит. Кое-где в окнах свет. И машины на детской площадке ночуют.

– И мы свою здесь притулим, – решил Кот, подгоняя к ним свою «девятку».

Фальшивые номера он сменил на родные еще в дороге.

Леон не возражал. Впрочем, ему все равно. Заказ Вагонетки отработан, исполнители прибыли на место, так сказать, постоянной дислокации. Еще немного, и они поступят в полное распоряжение Будильника. Вот пусть этот ублюдок и решает, можно оставлять здесь тачку или нет...

Леон уже собрался выходить из машины, когда в глаза ударил свет фар. Во двор въезжала машина. Ничего необычного, казалось бы. Но он насторожился...

Машина остановилась возле их подъезда. Черный «БМВ»-«пятерка». Из нее вышел бритоголовый крепыш в кожаной куртке. Блин, да это же Вагонетка.

– Во, в натуре, «бригадир» подкатил, – лениво заметил Мизинец.

– Стволы подвез, как и обещал... – добавил Кот.

Точно, завтра разборка с баульскими – Вагонетка обещал ночью пополнить арсенал.

Появился и водитель. Он открыл багажник, разворошил какое-то тряпье, извлек из-под него большую спортивную сумку. Тяжелую. Вагонетка взял ее за одну ручку, водитель за другую – так и понесли.

– Может, помочь? – спросил Кот.

– Сами справятся, не маленькие, – покачал головой Леон. – А мы пока в тачке посидим, минут десять... Пусть на хате все утрясется...

Пацаны сейчас арсенал будут принимать. Это дело недолгое, но серьезное. Не надо мешать...

Только Вагонетка и его водила скрылись в подъезде, как появилась еще машина. Вслед за ней вторая. «Вольво» и «Ауди». Обе с выключенными фарами. Одно это должно насторожить.

– Чо-то здесь не то... – неладное почувствовал и Кот.

– «Маслины» в пушках по полной? – спросил Леон.

Его «ТТ» был заряжен. В пути он сменил пустую обойму на полную.

– Да не вопрос, – отозвался Мизинец.

И тут же достал свой «АПС», дослал патрон в патронник. То же самое проделал и Бобер.

«Вольво» и «Ауди» никому не понравились. Похоже, без пальбы дело не обойдется.

Обе машины остановились возле «БМВ» Вагонетки. Встали хитро. Одна спереди, другая сзади. Напрочь заблокировали.

Из иномарок выбрались качки с короткими стрижками. Один, два, три, четыре... Всего восемь. Спортивные штаны, кроссовки. Их можно было бы принять за спортсменов. Да только если на рожи их не смотреть. Спортсмены они все, да только бывшие, а ныне рэкетиры. И у каждого в руке по стволу. Пистолеты-пулеметы «узи» с глушителями. Круто «подкована» братва...

– Вот влипли, блин! – чуть ли не простонал Кот.

– Вагонетка баульских на «хвосте» притащил. – В голосе Мизинца также не было оптимизма.

– Чего сидите, уроды! – заорал на всех Леон.

Сейчас не время базлы гонять. Надо действовать. Вон баульские уже к подъезду рванули. А в том, что это люди Баула, он не сомневался. Больше некому за Вагонеткой со стволами гоняться.

Леон вывалился из машины. И, почти не целясь, открыл огонь из пистолета. Расстояние до баульских метров тридцать-сорок. Для «ТТ» это немало – попасть в цель не так-то просто. Но сейчас точность стрельбы не так важна. Главное, вспугнуть баульских, отвлечь от основной цели. А для этого нужно вызвать их огонь на себя...

Один бауловец вскрикнул. При всей беспорядочности стрельбы Леон засадил ему пулю в ногу. А рядом уже разряжали свои «АПС» Бобер и Мизинец. Кот еще только забегал за соседнюю машину, чтобы воспользоваться ею как укрытием.

Бауловцы вмиг вычислили источник опасности и открыли огонь. «Узи» с их бешеной скорострельностью залили «девятку» свинцовым дождем. Кот уже успел залечь за колесо, и пули не достали его.

Леон, Мизинец и Бобер также залегли. Но не остались на месте. Они перебрались к соседним машинам. Пули со скрежетом рвали металл, вышибали воздух из колес. Судя по плотности огня, бауловцы палили из всех восьми стволов. Но выстрелов не было слышно. Пистолеты-пулеметы все с глушителями. У Леона, Мизинца и Бобра также приборы бесшумной стрельбы. Тут во дворе бойня конкретная, а Вагонетка с водителем в ус не дуют. Поднимаются себе на восьмой этаж как ни в чем не бывало. О Будильнике с братвой вообще говорить не приходится. Окна хаты на другую сторону дома выходят...

– Где ствол твой? – заорал на Кота Леон.

– Да вот... – показал тот на пистолет в руках.

– Так хера ты не стреляешь?

– На себя посмотри, – огрызнулся Кот.

Все вчетвером они были прижаты к земле – истерзанные машины для них как укрытие.

– Звезды с неба сшибай, дятел!

У Кота ствол без глушителя. Вот в чем его ценность.

Воздух сотрясли выстрелы. В ночной тишине они прозвучали особенно громко. Кот стрелял вверх. Как ему и велено...

А баульские, возможно, приближаются. Еще немного, и они вчетвером сыграют в ящик. Ну что, страусы, пора вытаскивать голову из песка...

Леон резко подался вверх, сделал два выстрела – последние патроны в обойме – и снова залег. Пули обошли его стороной. Он начал менять магазин.

Нет, баульские не все приближаются к их машине. Их всего четверо. А куда делись еще четверо?.. Ответ прост – отправились по следам Вагонетки. У них еще есть шанс завалить его вместе с водителем и на их плечах ворваться в квартиру, где дрыхнут Будильник и его подопечные... А может, баульские и не знают про хату – им только Вагонетка и нужен...

Плотность огня заметно ослабла. Видно, сразу двое или даже трое из бауловцев начали менять магазины.

– Понеслась! – Леон первым воспользовался моментом и выскочил из машины.

Пистолет забился в руках. Есть, один баульский упал. Тот самый, с простреленной ногой. На этот раз он труп.

У Леона еще не закончились патроны, когда к нему присоединились Мизинец с Бобром. Их пистолеты стреляли в автоматическом режиме. «Стечкин» – это ведь тот же автомат, только с приставкой «мини». Баульские залегли.

– Валить всех. На хрен! – Бобра охватил азарт.

Они стреляли из-за машин. Бауловцы тоже. Перестрелка принимала затяжной характер. Впрочем, Леону это на руку. Вот-вот Будильник с толпой из хаты вывалится да бауловцев с дерьмом смешает. А он уже должен услышать пальбу... Кстати, а где Кот? Почему его «ТТ» не громыхает?..

Леон вставил в пистолет последнюю обойму. И снова подставил голову под пули. Но они его не достали. Он стрелял. Но и его выстрелы не достигали цели. Рядом стрелял Бобер. Он на полкорпуса высунулся из-за машины. И Мизинец разряжал свой двадцатизарядный магазин. Втроем они должны были заставить бауловцев залечь.

Но, видно, что-то не получилось. Один баульский поднялся во весь рост, прицелился и дал короткую очередь. Бобер дернулся, задрал кверху голову, что-то прорычал и стал заваливаться на бок. «Стечкин» вывалился из его рук.

Уже второй баульский высунулся из-за машины, вскинул свой «узи». И тут в воздухе что-то мелькнуло. Это «что-то» упало в нескольких шагах от бауловцев. И тут же раздался мощный взрыв. Над головой Леона просвистел осколок. Граната. «Лимонка». Оборонительная. Радиус разлета осколков – двести метров. И взорвалась так близко от баульских. Осталось ли от них что-нибудь?..

Леон посмотрел влево. И увидел Кота. В руке у него была еще одна граната. С разбега, в полный рост он послал ее в цель. И снова точняк. Взрыв еще не сотряс воздух, а Леон уже лежал на земле. И Кот залег.

Взрыв. Тишина. Бауловцы молчат. Всех ударной волной побило, осколками посекло. Это победа. И все благодаря Коту?

– Где «лимоны» взял? – Леон не торопился его благодарить.

– Да в тачке под седлухой валялись... Так, на всякий случай...

– Так какого ты, мля, их сразу не достал?..

– Да вспомнил не сразу...

– Забыл... Козел ты! Вон Бобра завалили из-за тебя...

– Да пошел ты! – Кот обиженно поджал губы и повернулся к нему спиной.

И, надо признать, обиделся он не напрасно. Ну забыл пацан, что у него под сиденьем гранаты лежат. Бросил их там по дурости – ментов на него не нашлось. Забыл о них, а теперь вспомнил. Только припозднился чуть. На каких-то полминуты. Зато как кидал. Сорок метров – с такого расстояния не всякий «лимон» в цель положит. А Кот положил. И трех козлов завалил.

– Ладно, не дуйся, – остановил его Леон.

Вдруг откуда-то с высоты до них донесся грохот автоматной очереди. Бил «АКМ». В этом нельзя было ошибиться. Значит, стрелял Вагонетка.

– В подъезд рванули...

Леон подобрал с земли ствол Бобра. В нем еще оставались патроны. С ним он побежал к подъезду. Кот и Мизинец присоединились к нему.

Они не успели преодолеть и половины пути: появились баульские. Трое из четверых. Один, видно, остался где-то на этажах.

Леон открыл огонь. Но тут же вынужден был залечь. Слишком плотным оказался огонь ответный. Мизинец с Котом также не стали рисковать. Они залегли и начали стрелять. Только ни одна пуля не дошла до цели.

Баульские сели в «Ауди». Леон не думал, что она на ходу – слишком крепко ей досталось. Пули, осколки в изобилии. Но нет, тачка завелась и с пробуксовкой дала задний ход. За рулем был ас – он довел заднюю скорость до предела и, не разворачивая машину, выехал со двора.

Только Леон не стал дожидаться, когда она исчезнет из виду. Он забежал в подъезд. Там достал из кармана платок и лихорадочно начал стирать пальчики с обоих стволов: со своего и бобровского. Мизинец и Кот встали рядом с ним. И тоже стирали с пистолетов отпечатки пальцев. Стволы сбросили на трупы бауловцев. Пусть потом менты ломают голову, кому они принадлежали...

Кстати, о ментах. Взрывы «лимонок» всполошили всю округу. И на место событий уже наверняка спешит группа немедленного реагирования. А может, еще нет. Но так или иначе, надо рвать когти.

Только Леон об этом подумал, как по лестнице сверху вниз загрохотали чьи-то шаги. Это мог быть Вагонетка со своим водителем. Или Будильник со своими подчиненными. А может быть, и бауловец, тот четвертый, не появившийся...

Но это был Вагонетка. Глаза зло прищурены, в руках автомат. Если бы Леон не подался к нему, показывая пустые руки, он бы, возможно, пристрелил его.

– Это я, Булат! – назвался он.

– Точно, Булат, в натуре, – облегченно вздохнул Вагонетка, опуская ствол автомата. – А еще кто с тобой?

– Кот, Мизинец... Бобра замочили...

– Так это вы шухер подняли?.. Ничтяк!.. А то бы завалили меня, сто пудов... Они, козлы, за мной по лестнице пехом гребли, а у меня стволы в сумке... А тут выстрелы внизу, я за пушку. И Пузырь тоже за ствол. Короче, отбились. Одного урода завалили... А остальные обратно на лифте съехали...

– А Пузырь где?

– Чайник ему разворотили...Такие вот дела...

Вагонетка сделал трагическое лицо. Погиб его водитель, жаль...

В это время на первом этаже остановился лифт, разомкнулись дверцы. Появился Будильник. Следом за ним возникли фигуры хирурга и Супца. Они помогали идти раненому Бесу. За ними нарисовалась Катюха. Процессию замыкал Карл. В руках он держал автомат, такой же, как и у Вагонетки. Значит, «бригадир» успел побывать на хате. Скорее всего это он расшевелил всех, сорвал с места. И оружие раздал. Вон и у Будильника автомат. А вон и сумка «бригадирская» у Супца на плече висит. Четыре дробовика там должно быть...

– Все? – спросил у «звеньевого» Вагонетка.

Он явно нервничал. Видно, не хочет встречаться с ментами. Уходить надо, вот и торопит всех.

– Ржаной остался, шмон на хате наводит... Сам понимаешь...

– Пустой?..

– Да, ствол я у него забрал...

– Ну все, рванули...

Вывалились из подъезда.

«БМВ» «бригадира» стоял со спущенными скатами. Стекла побиты, кузов в пробоинах. Никуда на нем не уедешь. И у Кота тачка не в лучшем виде. Можно было бы уехать на «Вольво» бауловцев: в замке зажигания торчал ключ. Но у него также пробито колесо.

Зато у «стихийной» стоянки на детской площадке суетились три мужика. Осматривали свои машины, побитые бауловцами. Думали, уже все закончилось, вот и выползли из домов. И ничего удивительного, два гранатных разрыва поставили всех жильцов на уши.

– Ну чо, мужики, тачки на ходу? – Будильник вмиг преодолел расстояние до автолюбителей.

Чтобы придать вопросу большую солидность, он наставил на них автомат. У тех и языки отнялись от страха. Супец и Кот с ходу позабирали у мужиков ключи. Две машины были в полном порядке.

Вагонетка и Будильник сели в одну машину. Там же оказались Леон, Мизинец и Катюха. Кот занял место за рулем. «Бригадир» устроился на переднем сиденье, «звеньевой» вместе со всеми на заднем. Медсестра оказалась у него на коленях. Сейчас она была заложницей. Ею и доктором собирались отделаться от ментов.

Но ментами и не пахло. Две машины беспрепятственно выехали со двора. Хотя бы откуда-нибудь издалека донесся вой ментовских сирен. Совсем закабанели «мусора», лень задницы от стула оторвать. Или просто глухими прикинулись...

– Долго катят, легаши. – У «бригадира» на этот счет была иная версия. – Я же не идиот, чтобы хату рядом с «мусорней» снимать...

– Куда едем? – спросил Кот.

– По Степной прямо, пока не скажу... – ответил Вагонетка. – «Яму» для вашего «звена» новую уже сняли, вот туда и катим... Ну так чо, Булат, базлай, как вы баульских от меня отвадили?..

– Приехали, смотрим, ты с Пузырем. Вы в подъезд, а за вами две тачки, восемь козлов с «узи». Ну мы шмалять... Кот конкретно выручил, троих «лимонами» грохнул...

– Чо скромничаешь, Булат? – отозвался Кот. Он был явно польщен похвалой. – Сам одного вальнул...

– Да, шорох подняли, без базара... Обломали баульских... Коз-злы! Выпасли меня... Э-э, а как с Михеем? Завалили?

– Все пучком, нет больше Михея...

– А! Красавчики! В натуре...

Будильник промолчал. Леон слышал его дыхание. Злится, сволочь. Если бы Леон провалил задание, он бы обрадовался.

– Михея завалили и двух его «быков». – Леону хотелось сильнее позлить его. – Водила ушел...

– Да на хрен он нужен, водила этот... – небрежно махнул рукой Вагонетка. – Главное, Михея вальнули...

– Бобра чуть зацепило... – мрачно изрек Мизинец. – На руке кожу сорвало... – Его голос становился все тише. – До свадьбы б зажило... Но не заживет... Грохнули Бобра...

Последние слова прозвучали едва слышно. Но их смысл дошел до всех.

– Да, отстрелялся Бобер, – вздохнул Вагонетка. – И Пузырь тоже... А сколько баульских сегодня за ночь типа на тот свет свинтились?.. Трое... Еще четверо... И я одного в гроб загнал... Восемь против двоих, не слабо, пацаны...

Только Леон не разделял радости «бригадира». Трупами могли бы сейчас быть и он, и Мизинец, и Кот. Вагонетка бы и тогда выстроил счет. Победный он или проигрышный, для Леона не имело бы никакого значения...

– Я с Графом перетру, надо вас, пацаны, «бабками» затарить. Штук по двадцать баксов на рыло, заслужили...

Двадцать тысяч долларов – щедрая награда. Но Леона она не волновала. Меньше всего сейчас он думал о деньгах. Муторно было на душе, гадко. Он посмотрел на свои руки, как будто ожидал увидеть на них чужую кровь. Но крови не было. Только от этого легче не стало...

– Будильник, ты этта, насчет Беса проясни, – обратился «бригадир» к «звеньевому».

– А чо Бес, с ним все ничтяк... Отлежаться ему надо, и все дела...

– Значит, «лепилы» нам на хрен не нужны...

– Не-а, можно валить...

Леон не поверил своим ушам. Хирурга и медсестру собирались отпускать. При переезде на новую хату. Хоть и в экстренном порядке, но они переезжают. А «лепил» не отпускают. Грохнуть их «звеньевой» собирается... Урод! Ему бы только безоружных валить...

– Да ты чо, гад, охренел? – взвился Леон.

Его лицо перекосило от ненависти.

– Урою, падлу! – И Мизинца сорвало с катушек.

Он готов был голыми руками вцепиться в глотку «звеньевому». И ему было жаль Катюху.

– Ша, бакланы! – заорал на обоих Вагонетка.

У «бригадира» авторитет неоспоримый. И Леон его уважал, и Мизинец. Поэтому оба успокоились.

– Чо волну гоните? – продолжал реветь Вагонетка. – Из-за какой-то суки на шефа наезд...

– Не надо «лепил» трогать, – процедил Леон сквозь зубы. – Не сдадут они нас, отвечаю...

– Правда, Катюха, не сдашь? – Мизинец развернул на себя ополоумевшую от ужаса медсестру и заглянул ей в глаза.

– Нет, что вы... – Ужас сковал ее губы.

От этого ее ответ прозвучал почти неразборчиво.

Вагонетка задумался. Взвешивал «за» и «против».

– Не, отпускать «лепил» нельзя, – заговорил он. – Пока нельзя. Пока баульских не умоем... А потом можно... Тогда и отпустим... А пока при Бесе пусть побудут. Хата большая, три комнаты. От тесноты не сдохнут...

Вагонетка целиком переключил внимание на дорогу, показывал Коту, куда ехать. Но прежде чем подъехать к дому, где братву ждала новая «яма», он заставил его попетлять по городу.

Дом высотный, стандартная девятиэтажка. Новый микрорайон, все та же удаленность от ближайшего ментовского отделения, откуда можно ждать группу немедленного реагирования.