Текст книги "История государства и права. Комментированная хорология"
Автор книги: Владимир Сивицкий
Соавторы: В. Максимов,Михаил Зуев
Жанр:
Юриспруденция
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 8
Государственнополитическое развитие и право России в начале XX в
Конец XIX – начало XX в.
«Замораживание» системы власти и управления при усилении влияния отдельных ее звеньев. Первое место по формальному статусу среди высших государственных учреждений страны, не считая, разумеется, самодержавного и полновластного императора, на рубеже столетий попрежнему принадлежало Государственному совету, созданному еще в 1810 г. Но задуманный когдато М. М. Сперанским как верхняя палата парламента, он постепенно превратился в некий «заповедник» и своеобразный «отстойник» высшей бюрократии. Члены и председатель Совета назначались именными царскими рескриптами, а по должности в его состав входили министры. Госсовет являлся высшей законосовещательной инстанцией. Предварительное обсуждение законопроектов, вносившихся по воле царя, происходило в департаментах, которые играли роль подготовительных комиссий. Затем рассмотренные законопроекты поступали на общее собрание Государственного совета. Мнения большинства и меньшинства членов оформлялись в виде «меморий» и представлялись императору на утверждение, причем иногда он даже соглашался с мнением меньшинства.
До 17 октября 1905 г. в России фактически не существовало полноценного объединенного правительства, хотя формально действовали Комитет министров (с 1802 г.) и Совет министров (учрежденный еще в 1857 г. для рассмотрения стратегических вопросов). Если Комитет министров, призванный заниматься совместным обсуждением дел, которые требовали согласования между несколькими ведомствами, все же иногда собирался, то Совет министров с 1882 по 1905 гг. вовсе бездействовал. В случае необходимости согласования действий правительственных органов (преимущественно по вопросам внешней и оборонной политики) собирались Особые совещания под председательством царя или одного из приближенных к нему лиц. Состав Особых совещаний не был постоянным, и созывались они обычно для решения какоголибо одного важного для судеб государства вопроса.
К высшим государственным учреждениям относились также и сохранившиеся с петровских времен Сенат и Синод. «Правительствующий» Сенат к началу XX в. окончательно потерял свое значение высшего органа государственного управления и превратился в орган надзора за законностью в действиях правительственных лиц и учреждений и высшую кассационную инстанцию по судебным делам. Святейший Синод попрежнему под жестким бюрократическим надзором самодержавия руководил Русской православной церковью.
Среди центральных государственных учреждений России самым влиятельным в конце XIX – начале XX вв. являлось Министерство внутренних дел. Особое положение этого министерства было обусловлено стоявшей перед ним задачей «охранения внутренней безопасности». Департамент полиции, образованный в 1880 г. на базе III отделения Канцелярии Его Императорского Величества, был руководящим органом политического сыска. Министру внутренних дел принадлежало право учреждения гласного полицейского надзора, право административной ссылки, разрешение или запрещение периодических изданий и наложение на них взысканий, контроль не только за законностью, но и за целесообразностью постановлений органов земского и городского самоуправления. В начале XX в. роль министра внутренних дел значительно возросла и он стал своеобразным первым министром правительства.
Видное место в системе высшего государственного управления занимало еще одно ключевое ведомство – Министерство финансов, особенно усилившееся в 1890х и в начале 1900х гг., когда во главе его стоял крупнейший политический деятель и талантливый реформатор последних двух царствований С. Ю. Витте. До 1905 г. в Министерстве финансов, помимо заведования источниками государственных доходов и распределения их между ведомствами, было сосредоточено и управление всей внутренней и внешней торговлей, таможней, а также промышленностью, являясь, по сути, «штабом индустриализации», за исключением отраслей подведомственных по принадлежности военному и морскому министрам и Кабинету императора.
Весьма значимой особенностью организации аппарата управления Российской империи являлась его крайняя бюрократизация: к 1917 г. в системе государственных учреждений разных уровней служили около 500 тыс. чиновников, на содержание которых ежегодно расходовалось до 15 % госбюджета. При этом лишь 3,4 тыс. чел. из них относились к высшим 4 классам «Табели о рангах».
Существенных изменений в системе управления территориями не произошло.
Конец 90х гг. XIX в.
Стеснение автономии окраин Российской империи. В XIX в. управление окраинами России, как отмечалось выше, отличала достаточно высокая степень автономии. Однако в конце века были приняты меры по ограничению их автономии. Прежде всего это касалось великого княжества Финляндского. Там последовательно реализовывалась программа, предусматривавшая ограничение прав местного парламента (сейма), введение русского языка в делопроизводстве, упразднение таможни и финской марки, объединение армии и др. Централизации подверглось также управление народами Западной Сибири и Центральной Азии, где ужесточилась регламентация административнотерриториального устройства огромных Туркестанского и Степного краев (соответственно с 1886 и 1882 гг. – генералгубернаторств). Эти тенденции были закреплены во введенном в 1891 г. особом «Степном положении». Наконец, в связи с нарастанием революционного движения в период первой российской революции в феврале 1905 г. было восстановлено Кавказское наместничество, которое возглавил наместник, подчинявшийся непосредственно императору и получивший широкие административносудебные и полицейские полномочия. Все это немало способствовала подъему общественного и революционного движения на окраинах.
Конец XIXначало XX в.
Формирование структурированной политической оппозиции в России. Программы переустройства политической и экономической системы России в общих чертах разрабатывались различными общественными силами. И прежде всего земскими либералами, главной идеей которых являлось введение в органы государственной власти элементов «народного» представительства. Их наиболее активные деятели создают в 1903 г. «Союз освобождения». Если в 90е гг. XIX в. либеральное движение ограничивалось в основном подачей адресов и ходатайств на имя Николая II, то в 1900е гг. появляются новые формы деятельности. В ноябре 1899 г. в Москве возник кружок «Беседа», объединивший руководителей земского либерального движения. В ноябре 1903 г. в Москве умеренными земцами в ходе работы земского съезда был организован «Союз земцевконституционалистов», а в январе 1904 г. в Петербурге состоялся учредительный съезд «Союза освобождения», объединившего либеральных земцев и интеллигенцию. Выступая за мирное преобразование государственного строя России, члены «Союза» выдвигали в своей программе умеренные социальноэкономические требования, в частности в аграрном вопросе. Для давления на власть в соответствии с планом «Союза освобождения» в ноябре – декабре 1904 г. была организована так называемая «банкетная компания», приуроченная к 40летию проведения в России судебной реформы. Посвященные этому событию банкеты прошли в различных городах страны. На банкетах принимались резолюции в поддержку решений земского съезда, резко критиковалась политика правительства.
В 90е гг. XIX в. вновь активизировалось народничество, в котором существовало несколько различных течений. Если либеральные народники стремились оказать практическую помощь крестьянству (организация земледельческих артелей, ссудосберегательных товариществ и т. п.), то левое крыло социалистовнародников избрало нелегальную деятельность – группы социалистовреволюционеров (эсеров) и их кружки действовали во многих городах. В конце лета 1900 г. в было провозглашено создание Партии социалистовреволюционеров («Южная партия»). Однако у партии не было ни руководящего центра, ни печатного органа, поэтому она была объединением скорее символическим, чем реальным. В декабре 1901 г. было принято решение об объединении «Южной партии» и Союза социалистовреволюционеров в единую партию социалистовреволюционеров. В мае 1904 г. в «Революционной России» был опубликован проект программы этой партии, который вместе с уставом был утвержден на I съезде партии в декабре 1905 – январе 1906 гг. (Финляндия). Программа партии эсеров имела много общего со взглядами революционных народников. Она провозглашала конечной целью партии экспроприацию капиталистической собственности и реорганизацию производства и всего общественного строя на социалистических началах. Оригинальность эсеровского социализма и его национальная особенность заключались в теории социализации земледелия, основанной на идее некапиталистической эволюции крестьянских общин к социализму и «прорастании» социализма в деревне раньше, чем в городе. Преобразование России в демократическую республику эсеры намеревались осуществить законодательным порядком, через учредительное собрание. Как и народники, эсеры считали индивидуальный террор одним из основных средств революционной борьбы.
1– 3 марта 1898 г. в Минске состоялся первый съезд социалдемократических рабочих организаций. На съезде было принято решение об образовании Российской социалдемократической рабочей партии (РСДРП). Съезд, однако, не сумел выработать ни устава, ни программы новой партии, отсутствовал и единый центр, который бы смог определить ее тактику. Новая попытка создания социалдемократической партии была предпринята на II съезде РСДРП, который проходил в июле -августе 1903 г. Съезд принял программу, содержавшую важнейшие задачи буржуазнодемократической революции (свержение самодержавия, установление демократической республики, провозглашение политических свобод и т. д.) и социалистической революции (установление диктатуры пролетариата). Одновременно на съезде произошел раскол социалдемократов на большевиков и меньшевиков. Сторонники В. И. Ленина – «твердые искровцы», получившие большинство при выборе центральных партийных органов на II съезде РСДРП, стали называться большевиками, а их оппоненты – «мягкие» марксисты, сторонники Мартова – меньшевиками. Процесс организационного обособления этих двух фракций начался в августе – сентябре 1903 г. и продолжился в 1904 и начале 1905 гг. Данные организации носили нелегальный характер. Исходной точкой возникновения легальных политических партий в России стало 17 октября 1905 г. – дата появления царского Манифеста о даровании политических свобод (см. ниже). В 1906 г. в Российской империи уже насчитывалось до 50 партий.
Конституционнодемократическая партия (кадеты) аккумулировали в своих рядах цвет российской интеллигенции, мечтавшей о преобразовании России парламентским путем, на основе общечеловеческих ценностей. Учредительный съезд кадетской партии состоялся 12-18 октября 1905 г. в Москве по инициативе «Союза освобождения» и «Союза земцевконституционалистов». Главной идеей кадетской программы было ненасильственное развитие России по пути либеральных парламентских реформ. В январе 1906 г. на II съезде партии к ее названию было добавлено: «партия народной свободы», а в программу внесен следующий пункт: «Россия должна стать конституционной и парламентской монархией». Программа кадетов предусматривала превращение России в конституционную монархию, перестройку местных органов власти на началах самоуправления, судебную реформу, культурное самоопределение наций, демократические свободы, а в аграрной части – частичное отчуждение помещичьей земли за выкуп.
«Союз 17 октября» (октябристы) как политическое течение начал оформляться в конце октября – начале ноября 1905 г. на основе умеренного крыла земскогородских съездов, представители которого после издания Манифеста посчитали, что созданы все необходимые предпосылки для продвижения России к конституционной монархии. Основные программные положения этой партии предусматривали сохранение единства и неразрывности Российской империи, сильную монархическую власть, сохранение помещичьего землевладения, уравнение крестьян в правах с другими сословиями, облегчение им выхода из общины, содействие расселению и переселению крестьян и т. д.
Партия прогрессистов оформилась в ноябре 1912 г. и приняла программу, которая предусматривала конституционномонархический строй с ответственностью министров перед народным представительством, расширение прав Государственной думы и т. д. Появление этой партии (между октябристами и кадетами в политическом спектре) стало попыткой консолидации либерального движения.
Возникали и черносотенные организации, деятельность которых в целом была направлена на поддержку правящего режима. В средневековой Руси «черной сотней» называлось податное посадское население. В начале XX в. так уничижительно стали называть наиболее ревностных приверженцев самодержавия, участников патриотических манифестаций и погромов, а затем под черносотенцами стали подразумевать определенные политические партии. Первая из черносотенных партий, «Русское собрание», появилась в 1900 г. и провозгласила своей целью защиту славянской и русской культуры. В эту организацию входили представители высшей знати, высокопоставленного чиновничества и творческой интеллигенции. Революционные события 1905 г. дали новый импульс черносотенному движению: в ноябре в Петербурге была создана самая крупная из черносотенных партий – «Союз русского народа». Общие принципы движения нашли краткое выражение в нескольких лозунгах: «Россия для русских!», «За Веру, Царя и Отечество!», «За исконные начала: Православие, Самодержавие, Народность!», «Долой революцию!». В начале 1908 г. разногласия внутри лидеров монархического движения привели к формированию новой черносотенной организации – «Русского народного союза имени Михаила Архангела».
К началу XX столетия, когда социальнополитические процессы в стране крайне обострились, для наиболее дальновидных представителей самодержавной власти стало очевидно, какую опасность может представлять соединение на почве общего отрицания существующего строя трудящихся, требовавших социальной справедливости, и революционной интеллигенции. Стремясь вбить клин между ними, российская монархия пошла по пути «попечительства» в отношении рабочих, внедряя так называемый «полицейский социализм», основанный на идее создания легальных рабочих организаций под опекой полиции. Идея их создания принадлежала жандармскому полковнику Сергею Васильевичу Зубатову (отсюда организации назывались «зубатовскими»). Эти организации призваны были удержать рабочее движение в рамках сугубо экономической борьбы, обеспечивая при этом поддержку ими монархии. В 1902 г. зубатовцы заметно потеснили социалдемократов в Москве, на Украине и в Белоруссии. Но деятельность этих организаций вызывала недовольство промышленников. С другой стороны, рабочие постепенно убедились в бессилии легальных организаций, неспособных добиться реального улучшения их положения. Летом 1902 г. зубатовские организации под благовидным предлогом были распущены.
Начало XX в.
Российская империя вступила в фазу ускоренной экономической (капиталистической) модернизации. Она уверенно вошла в пятерку ведущих индустриально развитых держав мира. По степени концентрации производства в рамках догоняющей модели индустриализации Российская империя к началу века вышла на первое место в Европе. Этот процесс всемерно поощрялся царским правительством, заинтересованным в создании крупных предприятий, способных выполнять государственные, и прежде всего военные, заказы. Параллельно с концентрацией производства и созданием промышленных монополий в стране складывается система монополизированного банковского капитала (5 ведущих банков страны контролируют основную массу финансовых средств).
Бурные темпы промышленного подъема были во многом обусловлены проведением последовательной финансовоэкономической реформы, идеологом которой являлся министр финансов С. Ю. Витте. (Еще в 1892 г. он пообещал Александру III в течение 20 лет сделать Россию крупнейшей промышленной державой, не проводя при этом радикальных политических преобразований.) Основным внутренним ресурсом индустриализации страны выступал аграрный сектор экономики. При этом сохранение общинного землевладения сдерживало подвижность и социальную мобильность крестьянского населения, что ограничивало развитие промышленности.
Социальная структура России в конце XIX – начале XX в. отражала еще не завершившийся процесс становления в стране индустриального, по сути буржуазного общества. Многоукладность российской экономики обусловливала обилие социальных слоев и групп, большое число лиц с временным социальным статусом. Самым многочисленным классом в общественной структуре страны оставалось крестьянство, причем его численность и в начале XX в., несмотря на усилившийся отток населения в города, продолжала возрастать, хотя и более медленными темпами, чем прежде. В состав зажиточных верхов деревни входили как представители торговоремесленного капитала (лавочники, ростовщики и т. п.), так и собственно аграрного капитализма. В процессе буржуазной эволюции и имущественного расслоения российской деревни формировался и сельский пролетариат. Вместе с тем продолжала увеличиваться в абсолютных размерах и численность середняков. Полярные социальные группы в деревне в полной мере еще не оформились.
Быстрый рост российской индустрии в конце XIX – начале XX в. сопровождался ростом численности промышленного пролетариата. Состав рабочего класса России был неоднороден. В крупной промышленности преобладали потомственные пролетарии. В строительстве, на водном транспорте и т. п. было много недавних выходцев из деревни. В целом связь рабочих с сельским хозяйством неуклонно ослабевала, а доля тех, для кого труд в промышленности был основным занятием, увеличивалась. При этом более половины промышленных рабочих было сосредоточено на крупных предприятиях. Быстрыми темпами росла численность лиц, занятых неквалифицированным трудом (чернорабочие, поденщики и другие категории). Доля высококвалифицированных и соответственно высокооплачиваемых рабочих была сравнительно невелика.
Характерной чертой социального развития России в конце XIX – начале XX вв. был рост маргинальных слоев, т. е. групп людей, утративших традиционный статус (бродяг, нищих, уголовников). Эти явления, будучи закономерным следствием стремительной индустриализации, неизбежно оказывались одним из факторов общественной нестабильности, создавая благоприятные условия для распространения самых радикальных идей, в том числе – нацеленных на решительный разрыв с самодержавным прошлым страны.
Бурные темпы социальноэкономического развития превратили торговопромышленные круги российского общества (отечественную буржуазию) в самый экономически мощный и влиятельный слой. При этом прослойка средних предпринимателей была весьма невелика, а сама элита российских капиталистов – еще крайне немногочисленна. В начале XX в. торговые элементы в составе российской буржуазии преобладали над промышленными. Промышленная буржуазия сформировалась в немногих крупнейших экономических центрах и в основном на базе отраслей легкой индустрии. Важнейшим центром притяжения национального промышленного и торгового капитала стала московская буржуазия, сложившаяся на основе стихийного, естественного роста «капиталистого» купечества «снизу». Московские предприниматели (Рябушинские, Морозовы, Мамонтовы и др.) обладали многомиллионными состояниями и успешно претендовали на роль лидеров российского делового мира. Однако в представителей финансовой олигархии они еще не превратились, оставаясь владельцами крупных семейных предприятий. Узкий и обособленный слой российской финансовой олигархии формировался главным образом за счет петербургской буржуазии, сложившейся в результате «насаждения» капитализма сверху и оперировавшей в сфере тяжелой индустрии. Среди представителей петербургского делового мира преобладали не потомственные российские предприниматели, как в Москве, а выходцы из среды технической интеллигенции, чиновничества, а также иностранные капиталисты. Представители этой группировки российской буржуазии были теснейшим образом связаны с царской бюрократией.
При этом абсолютная власть попрежнему принадлежала императору при большом влиянии крупного дворянства. Николай II, вступивший на престол в 1894 г., пытался следовать курсу своего отца – Александра III, на сохранение неограниченной самодержавной власти. В стране отсутствовали основные политические и гражданские свободы. Первые политические партии, образовавшиеся в конце XIX – начале XX вв., находились на нелегальном положении. Быстро росший и набиравший экономический вес слой промышленной, торговой и финансовой буржуазии не имел не только власти, но и какихлибо политических прав.
На положении первого сословия империи попрежнему находилось потомственное дворянство (около 1,2 млн чел.), сохранявшее свой привилегированный статус. Вместе с тем экономическая сила этого классасословия, многие представители которого оказались не в состоянии приспособиться к процессу капиталистической эволюции российского народного хозяйства, неуклонно падала. «Оскудение» дворянства громко заявляло о себе, в частности, быстро прогрессировавшим размыванием среднего и мелкопоместного землевладения. Однако, несмотря на ослабление экономических позиций поместного дворянства, оно попрежнему было сильно своими связями с монархией и бюрократией, своими сословными организациями, определяющим влиянием в местном самоуправлении. Абсолютное большинство российской бюрократии вышло в основном из среды потомственного дворянства. Однако выходцев из помещиковземлевладельцев даже среди высшей чиновной элиты было немного: абсолютное большинство царских чиновников находилось полностью на казенном жаловании, состоя таким образом в жесткой зависимости от самодержавной системы власти и одновременно являясь ее надежной опорой. На местах царская администрация – генералгубернаторы, гражданские и военные губернаторы, градоначальники, судебный персонал, земские начальники, офицерский корпус в армии и полиции – также комплектовалась в основном из дворян. Значительную роль в системе губернского и уездного управления играли предводители дворянства, избиравшиеся на сословных дворянских выборах. Уездный предводитель дворянства был первым лицом в уезде, он председательствовал в важнейших коллегиальных административных органах, в воинском присутствии, на уездном земском собрании и др. Дворянепомещики были полными хозяевами и в земстве.
1905– 1907 гг.
Первая российская революция . Политический кризис, вызванный обострением внутренних противоречий и усугубленный неудачным для России ходом войны с Японией, вылился в события 9 января 1905 г. в Петербурге – Кровавое воскресенье, когда войсками на Дворцовой площади была расстреляна мирная демонстрация рабочих. Весть о событиях в столице разнеслась мгновенно, в разных концах страны начались грандиозные забастовки. В январе 1905 г. в них участвовало 440 тыс. человек, в ряде мест имелись случаи баррикадных боев. Активизация крестьянского движения сопровождалась образованием на учредительном съезде 31 июля – 1 августа 1905 г. Крестьянского союза. Волнения и открытые вооруженные выступления вспыхивали в армии и на флоте. Высший подъем революционного движения приходится на конец 1905 г. Начавшаяся в октябре в Москве забастовка охватила всю страну и переросла во Всероссийскую октябрьскую политическую стачку: 12-18 октября в различных отраслях промышленности бастовало свыше 2 млн человек. Во время октябрьской стачки возникли Советы рабочих, а в ряде случаев и солдатских и крестьянских депутатов (всего 55), которые из органов забастовочной борьбы превращались в параллельные (альтернативные) органы власти. Вспыхнувшие в ходе политической стачки в Москве баррикадные бои (Декабрьское вооруженное восстание) продолжались до 19 декабря. Революционные проявления то возникали, то затухали до 1907 года.
17 октября 1905 г.
«Высочайший Манифест» о даровани «незыблемых основ гражданской свободы». В условиях нарастания революции царское правительство пыталось начать преобразования государственного устройства. Рескрипт Николая II от 18 февраля 1905 г. возложил на А. Г. Булыгина, министра внутренних дел, «предварительные распоряжения по осуществлению государственных преобразований». А. Г. Булыгин возглавил выработку проекта закона о Государственной думе и выборах в нее. Дума должна была стать представительным органом, принимающим участие в разработке и обсуждении законопроектов, «при непременном сохранении незыблемости основных законов Империи», то есть сохранении самодержавия. В конце июля 1905 г. работа над проектом была завершена, а 6 августа 1905 г. появился манифест о созыве Думы. Большинство участников революционного движения не удовлетворили ни характер Булыгинской думы как исключительно законосовещательного органа, ни «Положение» о выборах в Думу (выборы были многостепенные, проводились по трем куриям: землевладельцы, горожане, крестьяне; устанавливался высокий ценз для участия в выборах; в составе губернских избирательных собраний, на которых должны были избираться члены Думы, было 42 % выборщиков от крестьянской курии, 34 % – от землевладельческой и 24 % – от городской). Началась активная агитация за бойкот Булыгинской думы, выборы в нее так и не состоялись.
К середине октября обстановка в стране настолько накалилась, что правительство уже начало утрачивать контроль над ситуацией. Повсюду проходили митинги и демонстрации с требованием введения конституции. В этих условиях Николай II вынужден был пойти на уступки. 17 октября 1905 г. «Высочайшим Манифестом» России были дарованы «незыблемые основы гражданской свободы»: неприкосновенность личности, свобода совести, слова, печати, собраний и союзов, законодательная Государственная дума. Одновременно создавалось объединенное правительство – Совет министров (которого, по сути дела, раньше не было) во главе с С. Ю. Витте, на который возлагалось введение «конституционных порядков» в стране. У значительной части рабочих и демократической интеллигенции Манифест вызвал конституционные надежды. В результате революционное движение стало терять массовость.
19 октября 1905 г.
Реформирование деятельности Совета министров. Одновременно с Манифестом 17 октября 1905 г., содержавшим обещания привлечь к участию в законодательной Государственной думе «по мере возможности» те слои населения, которые были лишены избирательных прав, был утвержден указ «О мерах к укреплению единства в деятельности министерств и главных управлений». В соответствии с ним Совет министров превращался в постоянное высшее правительственное учреждение, призванное обеспечивать «направление и объединение действий главных начальников ведомств по предметам законодательства и высшего государственного управления». Устанавливалось, что законопроекты не могут быть внесены в Государственную думу без предварительного обсуждения в Совете министров, кроме того, «никакая имеющая общее значение мера управления не может быть принята главными начальниками ведомств помимо Совета министров». Относительную самостоятельность получили военный и морской министры, министры двора и иностранных дел. Сохранялись «всеподданнейшие» доклады министров царю. Совет министров собирался 2-3 раза в неделю; председатель Совета министров назначался царем и был ответствен только перед ним.
1905– 1906 гг.
Становление отечественного парламентаризма и формирование основ конституционной (дуалистической) монархии. Как отмечалось, Манифест 17 октября 1905 г. предусматривал избрание Государственной думы. 11 декабря 1905 г. был утвержден избирательный закон, расширивший избирательные права путем установления четвертой курии (помимо предусмотренных булыгинским проектом) – рабочей. Более 40 % депутатов Думы избирало крестьянство, которое попрежнему считалось главной опорой государства и престола. Выборы оставались многоступенчатыми, не всеобщими и не равными. Один выборщик приходился на 2 тыс. душ населения земледельческой курии, 4 тыс. – городской, 30 тыс. – крестьянской и 90 тыс. – рабочей. От рабочей курии избиралось 3 % депутатов Думы.
20 февраля 1906 г. были утверждены Законы «Учреждение Государственной думы» и «О переустройстве учреждений Государственного совета». Первый определял срок деятельности Думы (5 лет), при этом царь мог досрочно распустить ее и назначить новые выборы; он же определял продолжительность сессий и сроки перерыва в их работе. Статья I определяла «предмет ведения» Государственной думы: «обсуждение законопредложений, восходящих к верховной самодержавной власти», в том числе вопросы, требующие издания законов и штатов, а также их изменения, дополнения, приостановления и отмены, государственную роспись доходов и расходов и т. д. «Учреждение» ограничивало право законодательной инициативы: «Государственная дума может возбуждать дело об отмене или изменении действующих или издании новых законов, за исключением основных государственных законов». Изданные в марте 1906 г. «Бюджетные правила» ограничивали права Думы в области утверждения бюджета. Члены Думы распределялись по партийным группам – фракциям. Начиная со II Государственной думы практиковались совещания представителей фракций и групп. На заседаниях Думы могли присутствовать и выступать министры. Депутаты (не менее 50 человек) имели право обращаться с запросами к председателю Совета министров.
Учреждение Государственной думы вызвало реформу Государственного совета. Законодательными актами от 20 февраля и 23 апреля 1906 г. он провозглашался законодательным органом, имел равные с Думой права, мог отклонять любой законопроект, принятый Думой (что стало особенно характерным для деятельности I и II Думы). Половина членов Государственного совета избиралась от земств, дворянских собраний, буржуазии и интеллигенции, вторая половина назначалась царем. Выборный состав Совета обновлялся в течение 9 лет на 1/3 каждые три года, но царь мог досрочно распустить выборных членов Совета и назначить новые выборы. В составе назначаемых царем лиц преобладали крупные чиновники, представители «Объединенного дворянства» – созданной в 1906 г. политической организации поместного дворянства. Царь ежегодно назначал председателя и вицепредседателя из состава Государственного совета.
