Текст книги "Бриллиант предсказателя"

Автор книги: Влада Ольховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Пьяный мужчина ее увидел.

– Ты! – гаркнул он и неуверенно зашагал к ней.

Марк попытался перехватить племянницу, но Вика удержала его.

– Не лезь, – прошептала она. – Она знает, что делает!

На самом деле такой уверенности не было. Просто если бы Марк начал мельтешить рядом, сосед бы точно выстрелил. Он же однозначно не в себе, глаза красные, дурные! А молоденькую девушку, может, и не тронет…

Хотя нет, создавалось впечатление, что Ева бесит его гораздо больше, чем все остальные.

– Из-за тебя все, – бормотал он, приближаясь к ней. – Все из-за тебя… Это твоя вина… Это ты! Ты сделала!

Ева тоже не стояла на месте. Уверенная и невозмутимая, она продолжала двигаться к нему навстречу, пока они не остановились друг напротив друга. Вика от ужаса даже дышать не могла, почему-то на ум приходили все случаи, когда Ева ошибалась в своих расчетах. Что, черт побери, она делает?!

– Я тебя убью! – объявил мужчина.

Ева только усмехнулась, рукой подвела ствол ружья к своей груди.

– Убивай. Только ты не убьешь. Ты не из тех, кто убивает.

– Убью! – возразил сосед, но без должной убежденности. – Потому что все из-за тебя!

– Может. Не знаю, о чем ты. Может, из-за меня. Но ты меня не убьешь.

– Смогу!

– Нет. Даже если заставил бы себя, не смог бы. Там патронов больше нет. Ты выстрелил два раза.

Она напала прежде, чем до затуманенного алкоголем мозга мужчины дошел смысл ее слов. Резким движением отобрала ружье, прикладом ударила в солнечное сплетение и почти сразу – в живот. Мужчина захрипел, сгибаясь пополам от боли. Удержаться на ногах он не смог, ему пришлось опуститься на колени. То ли от удара, то ли от резкой смены положения его желудок отказался удерживать содержимое, которое вскоре оказалось на дороге…

Ева сделала шаг назад. На ее лице не было ни гнева, ни отвращения. Только бесконечное равнодушие. Она сразу же передала ружье подбежавшему Марку, который не выдержал и обнял девушку.

– Сколько ты меня будешь так пугать? – тихо произнес он.

– Столько, сколько ты будешь излишне сентиментален. Я правду сказала. Не было там патронов.

Сосед больше не нападал и даже не реагировал на них. Когда его перестало рвать, он остался на коленях и тихо плакал. Вика, не рискуя подходить слишком близко, спросила:

– Почему вы напали на нас? Мы же вам ничего не сделали…

– Не сделали?! – вскрикнул он. Его голос дрогнул. – Вы сына моего убили! Вы что с ним сделали?! От лица ведь ничего, ничего не осталось! От моего Сережи! Его же по зубам опознавать пришлось!

Часть II
Необыкновенная

Глава 7

– Надеюсь, ты оценишь усилия, – буркнул Вадим, передавая ему конверт с фотографиями.

– Уже оценил. Без тебя я бы вообще не знал, как к этому подступиться, – признал Марк. – Если бы после того, что сотворил его отец в поселке, я бы начал открыто интересоваться этим делом, меня бы вообще в подозреваемые записали.

Они встретились в поселке, примерно на одинаковом расстоянии от домов обоих. Марк не хотел, чтобы кто-то из домашних видел эти снимки. Вика знала о них, но посмотреть не рвалась; Еву вообще никто не предупредил.

Хорошо еще, что на территории элитного поселка хватало беседок и лавочек, на которых можно было спокойно поговорить.

– Никто бы не стал записывать тебя в подозреваемые, – отмахнулся начальник охраны. – У тебя стопроцентное алиби, ты все время на виду. Так что глупостей не говори. Так ты хотел на это взглянуть, чтобы иметь возможность оправдаться?

– Еще чего не хватало! Я не настолько рьяно записывалась в подозреваемые. Мне… мне нужно было убедиться, что это сделала не Ева.

Признаваться в этом было тяжело, но необходимо. Раз уж Вадим помог ему, то имеет право знать расклад.

О том, что с Сержем у Евы были конфликты, Марк знал. Причем в отличие от отца этого парня знал об обеих стычках. Ева сама рассказала ему, когда он утром увидел следы борьбы по ту сторону забора.

Когда она говорила о Серже, то никакой затаенной злости не демонстрировала. Создавалось впечатление, что ей на него плевать, серьезной угрозой девушка его не считала. Хотя… это же Ева, с ней никогда не поймешь!

Однако тогда Марк отмахнулся от этой истории и забыл. Теперь же стало известно, что Серж был убит, причем достаточно жестоко. Спрашивать об этом Еву напрямую было страшно; он не знал, что будет делать, если она ответит «да» на его очевидный вопрос.

Поэтому он и пошел обходным путем. Попросил Вадима поговорить с экспертами, следователем и по возможности привезти фотографии трупа.

– Да не могла это сделать Ева! – Вадиму само предположение показалось нелепым. – Паренька этого убили примерно в часе езды от нашего поселка!

– Она умеет водить машину.

– Я в курсе. Но чтобы водить машину, ей сначала надо угнать машину, своей-то нет! Если бы она все это успела проделать незамеченной, я бы вообще стал подозревать, что она не человек! Ева тут ни при чем, поверь чутью бывшего мента.

– Хорошо, бывший мент, а кто тогда при чем?

– Пока не знаю, но точно какой-то больной ублюдок.

Марк к этому моменту уже достал фотографии из конверта и имел прекрасную возможность убедиться в справедливости слов Вадима.

Что ж, отец Сержа, даже в пьяном угаре, серьезность ситуации не преувеличил. От лица молодого человека осталось кровавое месиво, даже кости были вдавлены внутрь, а череп треснул. Зубы и те пришлось собирать, если его действительно опознавали по челюсти. Фотографии, которые привез Вадим, были сделаны уже в морге, на столе, поэтому сказать, как именно лежал труп, не представлялось возможным.

Но тут на помощь пришел начальник охраны:

– Его нашли на улице, рядом с его же тачкой. Документы были при нем.

– Тогда почему его отец сказал, что по зубам опознавали?

– По зубам скорее подтверждали. Его батя как этоувидел, так сразу отказался верить, что это его сын. Заявил, что какой-то неопознанный труп переодели в одежду Сергея и бросили возле его машины, а самого Сергея похитили.

– Он сам себя Сержем звал, – автоматически поправил Марк.

– Суть картины это не меняет. Вот и пришлось задействовать снимок зубов, чтобы доказать, что это и правда он. Учитывая, в каком состоянии пребывали зубы, задача не из легких.

– Уж представляю. Кого-нибудь подозревают?

– Пока рабочая версия – групповое нападение.

– Даже групповое? – удивился Марк.

– Там уж сложно сказать, сколько их было, но двое точно. Первый удар был сделан лицом об руль. Похоже, Сергей сидел за рулем, об который его кто-то и приложил. Причем удар был достаточно слабый, Сергей однозначно даже сознание не потерял, только нос разбил.

Марк еще раз посмотрел на снимки, на которых было запечатлено нечто неузнаваемое.

– Как вы вот по этому поняли, что удар был слабый?

– Не по этому, а по рулю. На нем остались следы крови. Так вот, тот, кто ударил Сергея об руль, был человеком достаточно слабым, потому что серьезного урона не нанес. А потом уже водителя вытащили из машины и разбили ему голову о бордюр.

– Что, вот так просто?

– Это совсем не просто, – заметил Вадим. – Как минимум «силушка богатырская» нужна. Сергей этот был парнем совсем не хилым. Тем не менее кто-то буквально сорвал его с сиденья, оттащил на пару шагов в сторону и бил лицом о бордюр до тех пор, пока у парнишки череп не разлетелся.

Что ж, это исключало Еву. Не потому, что она не могла украдкой угнать машину и поехать за Сержем. И даже не потому, что она слабая – ведь физически она совсем не слабая, ей, как и любой сумасшедшей, силы не занимать.

Просто она не убивает так жестоко. Марк давно уже убедился, что убийства и истязания не доставляют ей удовольствия, и это не могло не радовать. Она наслаждалась охотой, выслеживанием – тем, что они называли цивилизованным словом «расследование». Если нужно было причинить кому-то вред, она делала это так, как того требовал общий план.

Но убить Сержа с подобной жестокостью только потому, что тот дважды пытался пробраться к ним во двор… Нет, Ева бы этого не сделала. Тут Марк даже не сомневался.

Парню просто не повезло нарваться на каких-то психов. Он вообще, судя по его поведению в поселке, не слишком осторожный был.

– Ограбили небось?

– Как ни странно, нет, – ответил Вадим. – Кошелек с немалой суммой наличности остался при нем, новый смартфон – тоже.

– Ого! Уже интересней. И что это тогда было? Зачем он вообще на эту улицу приехал?

– Он нам теперь вряд ли ответит, а больше никто и не знает. Это промышленная зона, а он туда ночью приехал. Явно же не просто так!

– Девицу мог привезти, – пожал плечами Марк. – Не слишком романтично, но те девицы, которые на ночь в машине остаются, романтику не особо и ценят.

– Мыслишь правильно, но неверно. В данной ситуации, в смысле. Вечером накануне убийства Сергей действительно был в ночном клубе, но один. Ни с кем не общался и с девушками даже не пытался познакомиться.

– Так он мог просто коротать время накануне встречи, назначенной заранее.

– Бинго, – усмехнулся начальник охраны. – Что заманили его туда, это однозначно. И, вероятнее всего, именно для такой показательной расправы. Причин много может быть… Сам он кому-то не угодил или бизнес его отца в деле замешан – это неважно для нас. Ты не думай об этом, вас с Викой или Еву никто даже не собирается в официальные подозреваемые записывать! Может, допросят один раз, но больше по факту нападения на вас этого безумного папаши. Его пока тоже закроют, а потом я прослежу, чтобы он жил мирно или не жил здесь вообще.

– Спасибо. Не первый мой долг перед тобой.

– Да брось, какие между своими людьми долги?

В расследовании убийства Сержа Марк участвовать не собирался. Ему важно было в первую очередь убедиться, что Ева тут ни при чем, что это не ухудшился ее психоз, что она не теряет над собой контроль. Здесь все оказалось в порядке.

Что же до Сержа… Его, безусловно, жаль. Молодой и глупый… был. Но его смерть никак не связана с ними. Марк не собирался записываться в самоотверженные детективы, которые помогают всем подряд. Тут бы со своими проблемами разобраться!

* * *

Такие поездки нельзя отменять, но можно отложить. Именно это и пришлось сделать из-за нападения соседа. Даниил пошел им навстречу и тоже в тот день не поехал в загородный дом Жалевского.

И это был не детский каприз в стиле «посмотрим вместе, а то мне потом неинтересно будет». Первый разговор многое решает – человек не знает, к каким вопросам готовиться. Важны не только его ответы, но и жесты, взгляды. Неизвестно, кто из них заметит это, и лучше, чтобы присутствовали все.

Вика в какой-то момент ожидала, что и Агния присоединится к ним. Однако после стрельбы в поселке она не собиралась оставлять детей только под присмотром няни – даже при том, что соседа пока поместили под стражу.

Зато они заставили поехать Еву. Она по-прежнему не выказывала особого интереса к этому делу, речь о том, чтобы оставить ее одну, уже не шла. Ведь именно ее сосед считал главной виновницей гибели Сержа! Что, если он уже озвучил эту версию кому-то из родственников или близких друзей? Вполне могут найтись люди, которые в этот бред поверят. Вике и Марку было спокойней, если Ева находилась с ними.

Сама девушка вероятность нападения на себя даже не рассматривала. Ее согласие на поездку можно было рассматривать как жест доброй воли, который она обязательно припомнит, когда ей самой что-то понадобится.

В итоге все-таки получилась «колонна» из двух машин. Впереди ехали Даниил и Вадим на внедорожнике последнего. Начальник охраны лучше всех знал дорогу, к тому же он утверждал, что любую засаду или ловушку на расстоянии почувствует. Вика в этом сомневалась, но не спорила.

Следом ехали они с Марком и Евой. Ева не ныла, она вообще ничего не говорила, просто смотрела в окно на мелькающие деревья. Понять, о чем она думает, не представлялось возможным.

– Жалко все-таки, что мы позже едем, – заметила Вика.

– Почему?

– Потому что его жена уже двадцать раз могла его предупредить! Даже если там нет телефона, она могла туда съездить!

– Могла, – кивнул Марк. – Но вряд ли съездила. Жена эта его – клуша, не думаю, что она в курсе всех его дел. Она бы не сообразила, что надо ехать, мы ведь ей сказали, что это чистая формальность. А с другой стороны, если она поехала его предупреждать, значит, мы для них угроза. Так что, даже если так окажется, это будет прогресс для нас: поймем, что вышли на правильного подозреваемого.

– Да, но если так окажется, то мы об этом не узнаем, – проворчала Вика. – В этом и есть весь смысл подготовки!

Здесь мужчине возразить было нечего.

Пока что версия, озвученная супругой Жалевского, казалась вполне точной. Загородный дом бизнесмена идеально подходил для уединения и отдыха от цивилизации. Похоже, сделан он был на основе модернизированного хутора. Крепкий деревянный дом, но не дизайнерский, а типично деревенского типа. Высокий забор, тоже из дерева. Заросший участок с парой неуклюжих грядок, сделанных явно непрофессиональным садовником. Видимо, самому Жалевскому нравилось покопаться в земле.

Снаружи к дому вплотную подступали деревья, в основном лиственные, среди которых особенно эффектно смотрелись старые тополя. Дорога сюда от шоссе вела всего одна, и из-за этого казалось, что ты где-то далеко-далеко в заброшенных лесах, где о больших городах и не слышали. Однако карта неумолимо показывала, что хутор этот расположен совсем недалеко от сразу нескольких деревень и поселков.

Калитка была закрыта, но не заперта. Двор пустовал. Траву не так давно косили, однако она уже успела отрасти. На окнах висели легкие занавески, через которые сложно было на расстоянии рассмотреть, что происходит внутри.

– Евгений? – крикнул Вадим, все еще оставаясь по внешнюю сторону калитки. – Вы здесь? Мы бы хотели поговорить с вами!

Вике в этот момент подумалось, что они напоминают какую-то преступную группировку: шестеро человек, среди которых только две женщины. Жалевский, даже если его никто ни о чем не предупреждал, занервничать может!

Пока же он не то что нервничать – отзываться не спешил.

– Что-то такое равнодушие угнетает в свете последних событий, – прокомментировала Вика.

– Не то слово, – отозвался Вадим, доставая пистолет. – Я уже ничему тут не удивлюсь. Я первый, вы чуть поодаль.

– А оружие обязательно?

– Лишним не будет!

Девушка перевела взгляд с него на Еву. Та улыбалась – едва заметно, самыми уголками губ. А это означало, что пистолет все-таки лишний.

Ее реакция несколько успокаивала. Понятно, что Ева тоже может ошибаться, у нее свои проколы случались. Но не в такой ситуации!

Первыми в дом заходили мужчины. Вика намеренно отстала от них, чтобы поравняться с Евой. А та вообще продвигаться в здание не спешила. Она стояла во дворе и смотрела в небо, словно наслаждаясь чудесным безоблачным днем.

– Как ты думаешь, он там? – спросила Вика.

– Был бы там, уже вышел бы. Когда услышал подъезжающие машины. Эта дорога ведет только к нему. Только сюда. Каждый гость должен его интересовать.

– Мы могли его напугать?

– Да.

– Он поэтому сбежал?

– Я не говорила, что он сбежал. Я просто сказала, что мы могли его напугать. Могли бы.

– То есть ты опять решила говорить загадками? – укоризненно вздохнула Вика.

– То есть да.

– Вот и стой тут тогда!

Вика понимала, что подобная реакция напоминает детскую и Еву ни в коей мере не побеспокоит. Однако хотелось хоть как-то выказать протест против такого отношения.

Оказавшись внутри, она обнаружила, что угрозы больше не ждет никто. Вадим убрал оружие, и они просто осматривали дом. Хозяина внутри действительно не было.

Жалевский обустраивался здесь скорее уютно, чем роскошно. Мебель самая обычная, из техники не то что компьютера нет – телевизор отсутствует. Зато очень много книг на полках и фотографий на стенах. Старых еще, черно-белых… Какая-то нетипичная сентиментальность для такого человека.

Внутри было чисто, не имелось следов борьбы или запустения. Напротив, создавалось впечатление, что хозяин только-только вышел: чайник стоял на плите, Жалевский достал из ящиков крупу и сахар, видно, собирался готовить.

– Нас не ждали, – констатировал Марк. – Когда вернется, сюрприз будет.

– Не факт, что вернется, – отметил Вадим. – Меня смущает закрытая дверь.

– Почему? Он же тут один, от кого запираться?

– Но на планете-то он не один! Шоссе рядом, в любую минуту кто-то свернуть может – по ошибке или из любопытства. Видел я этого Евгения… невротик и истерик. Он бы закрыл дверь на три замка, даже если бы просто вышел отлить!

– А что, туалет во дворе?

– Ну, в доме я его не вижу!

– А вы не могли бы на секунду отойти от обсуждения сантехнической ситуации? – вмешалась Вика. – Меня вот как раз смущает другое – ложечки.

– Многозначительно прозвучало, – усмехнулся Даниил.

– А ты не умничай, сам лучше посмотри, – девушка указала на подвесную раковину, в которую Жалевский составлял грязную посуду. – Всего по одному… Глубокая тарелка, мелкая тарелка, чашка, миска… а чайные ложечки две.

– И обе в чае, похоже, – посерьезнел Вербицкий. – Я тебя понял.

Незначительное вроде бы замечание на самом деле означало очень много. Одиноко живущий мужчина вроде Жалевского в жизни не будет брать чистую ложку, чтобы размешать чай. Если, конечно, он не испытывает панического страха перед микробами. Но тогда он бы не оставлял грязную посуду вообще, а мыл сразу!

Создавалось впечатление, что Жалевский здесь принимал гостей. Но то ли он сам, то ли гость хотел это скрыть и спешно вымыл одну из чашек. А ложечки… просто ускользнувшая от глаз мелочь.

– Все равно следов борьбы нет, – сказал Вадим. – Посуда – сплошь фарфор. Если бы он хоть раз дернулся не так, то обязательно бы что-то разбил. Кого бы он ни принимал, если вообще гость был, все было тихо и мирно.

– Тихо и мирно не всегда заканчивается хорошо, – рассудила Вика. – А есть шанс снять отпечатки пальцев с этих ложечек?

– Что-то ты в детектива заигралась!

– А у меня причин хватает, – парировала девушка.

– Кстати, об отпечатках пальцев… Я вот спросить хотел: нашли отпечатки убийцы в машине Сержа? – поинтересовался Марк.

– Там столько отпечатков было, что создавалось впечатление, будто парень таксистом работал, – фыркнул Вадим. – Пару человек даже удалось узнать – ранее привлекались за хранение наркотиков, нарушение общественного порядка… мелочи, словом. Сплошь девицы, и никто на роль убийцы не подходит. Может, отпечатки настоящего убийцы там тоже есть, но… чтобы человека таким образом обнаружить, недостаточно просто увидеть его отпечатки. Нужно, чтобы они были в архиве. Получается, убийца этого пацана ранее не привлекался.

– Даже если на ложках что-то и сохранилось, может быть та же история, – добавил Даниил. – И вообще пока ничего трогать не будем. Еще имеется вероятность, что Жалевский вернется целым и невредимым. Уже то, что мы в его доме, вызовет у него предсказуемые вопросы. Наши попытки перемещать его имущество – тем более.

– Сам виноват, не нужно дверь оставлять открытой, – пожала плечами Вика. – Но чтобы он меньше скандалил, можно и выйти. Погода хорошая, снаружи подождем!

В доме все равно не было ничего такого, что заслуживало бы внимания. Даже ложечки – аргумент не слишком сильный. Так что здание они покинули без сомнений.

А уже во дворе их ждал сюрприз: Евы нигде не было. Девушка, только что стоявшая на дорожке, словно в воздухе растворилась!

– Этого только не хватало! – возмутился Марк. – Ева! Ты где?!

– Да успокойся ты, – Вадим положил руку ему на плечо. – Чего сразу паниковать?

– Потому что это Ева, тут при любом раскладе паниковать придется!

– Если бы на нее напали, мы бы услышали…

– Ага, а если напала она?

Они могли бы спорить и дальше, своими криками отпугивая и без того затаившегося Жалевского, если бы не вмешался Даниил:

– Спокойно, ни на кого она не нападала! Разве что на дерево. Вон она, акробатка ваша.

Его определение было весьма удачным. Тонкая, ловкая и быстрая, Ева действительно напоминала цирковую акробатку. Используя кожаный ремень, который она, похоже, достала из собственных джинсов, девушка проворно забиралась вверх по гладкому стволу тополя.

Зрелище было настолько завораживающим, что несколько минут никто не мог вымолвить и слова. Создавалось ощущение, что Ева давно уже обучалась такому «древесному скалолазанию», настолько удачно у нее все получалось. Уверенность ее движений и мастерство производили впечатление, что это всего лишь шоу, все происходит не по-настоящему.

Первым заговорил Вадим, и, судя по фразе, он еще от шока не оправился:

– Вот и на фига ей был ремень, если штаны и без него не сваливаются?!

– Это же Ева, она всему двадцать применений найдет, – машинально отозвалась Вика. – Браслетом убьет, если придется…

– Вы считаете, что нам сейчас об этом думать надо?! – возмутился Марк. – Нужно ее как-то отсюда снять! Если она упадет с такой высоты, то точно себе шею свернет!

– Ну и как ты ее предлагаешь снимать? – осведомился Даниил. – Ствол настолько гладкий, что никто из нас и двух метров по нему не пролезет! А даже если бы нам и удалось, любая попытка стащить ее вниз – и грохнутся оба.

– Он прав, – подтвердила Вика. – Мне самой неприятно это признавать, но мы ничего сделать не можем. Нужно ждать, пока она сама слезет!

«Вот ведь существо… – мелькнуло в голове у девушки. – Только начнешь думать, что она уже ничего такого не выкинет, и – пожалуйста!»

Ева же, как всегда, действовала невозмутимо и целенаправленно. Добравшись до одной из веток, она сильнее сжала ремень, чтобы держать вес собственного тела одними руками, а ногой начала пинать эту ветку. Наблюдая за ней, Вика в очередной раз поразилась, насколько она все-таки сильная. Понятно, что весит она немного. Но и сила ее должна соответствовать весу! Обычная девчонка оттуда бы свалилась через минуту… да что там свалилась – не долезла бы!

А вот Ева падать не собиралась. Она продолжала целенаправленно пинать ветку, пока та с треском не надломилась.

– Все-таки сломает! – присвистнул Вадим. – Чем вы ее кормите – анаболиками?

– Мы себя успокоительным только кормим, – мрачно отозвался Марк. – Вот что мне с ней сделать, в кандалы заковать, чтобы она такого не вытворяла?

– Сдается мне, что она бы туда и с кандалами залезла, – заметила Вика. – Только использовала бы их вместо ремня. Ничего ты с ней уже не сделаешь! Тут природа постаралась…

– Поглумилась, я бы сказал!

Несчастная ветка наконец сдалась. Потрескивая соседними ветками и шелестя листвой, она полетела вниз. Ева тут же потеряла к дереву всякий интерес. Чуть ослабив хватку на ремне, она грациозно соскользнула по гладкому стволу.

Внизу ее уже ожидали. Как только ноги девушки коснулись земли, на нее тут же обрушился шквал вопросов со стороны мужчин:

– Чем ты думала?!

– Жить надоело?

– Ну и что тебе там понадобилось?

– Предупреждать вообще можно?

– Ты Жалевского с той высоты не видела?

Вике тоже хотелось спросить, и много о чем. Но она молчала. Потому что уже научилась по глазам Евы понимать, когда та не собирается отвечать; и сейчас был как раз такой случай. Нужно… ждать, как и в случае с деревом.

Стратегия сработала. Ева проигнорировала их всех напрочь. Мягко оттолкнув со своего пути Вадима, она направилась к ветке, которую сшибла. Судя по частому дыханию девушки, проделанный трюк дался ей тяжело. Раз она пошла на такое, причина должна быть очень серьезной!

Ева наклонилась над своим «трофеем» и стала копаться в переплетении веточек и мелкой листвы тополя. Вскоре она выпрямилась, держа в руках круглое воронье гнездо – их на тополях хватало.

– Тебе вот это понадобилось? – поразился Вадим. – А игрушку подоступней выбрать не могла?

– Мне? – равнодушно переспросила Ева. – Это не мне. Это вам. Вы ради этого приехали. Я здесь при чем?

– Мы не ради вороньего гнезда приехали…

– Мы приехали ради Жалевского, вот только я не понимаю, как это связано с ним, – призналась Вика.

В ответ Ева ничего не сказала. Она просто запустила тонкую руку в переплетение темных веток и достала оттуда два небольших предмета: почти полностью обглоданную кость и очень крупный золотой перстень, покрытый пятнами засохшей крови.

* * *

– Приплыли, – объявил Максим.

Ему никто не ответил по той простой причине, что отвечать было просто некому. Он стоял на крыльце у запертой двери.

На этот раз дома не было даже Евы, получается, и ее куда-то с собой потащили! Раньше они всегда предупреждали его, если такое случалось. Он был вроде как на уровне доверия члена семьи: мог приехать в любое время и ему были рады.

Обычно были.

Обвинять в этом только их не получалось. Максим признавал, что он сам значительно сократил общение с ними. Не то чтобы у него имелся конкретный план, парень действовал практически инстинктивно, на эмоциях. Равнодушие Евы настолько раздражало, что он заигрался с провокациями.

Теперь вот понимал, что зря. С самого начала было всего два варианта: либо заканчивать эти отношения раз и навсегда, либо принимать как данность. Самое смешное заключалось в том, что даже сейчас, стоя перед закрытой дверью, он не мог решиться на что-то конкретное.

Он догадывался, куда они могли отправиться. Марк упоминал, что они будут искать бизнесмена, раньше работавшего с подельниками Дениса Келя. Но что с этого толку сейчас? Адреса Максим не знал, предполагал только, что это далеко. Даже если он, переборов гордость, позвонит и узнает, куда ехать, то банально не успеет. Да и не нужен он там…

А где нужен? С этим дела обстояли сложнее. Даже ведь с Надей встречу в клубе не назначишь! Девушка заболела: по телефону говорила слабым голосом, быстро прервала разговор. Поэтому клубы и бары для нее исключались. А Максиму нужно было себя чем-то отвлечь! Если оставаться одному, то даже в центре толпы можно опять в депрессивных мыслях утонуть.

Можно сделать что-то особенное… Кстати, хороший вариант! Новизна отвлекает лучше всего, к тому же внезапная идея казалась ему очень удачной для всех, кто в нее вовлечен.

Он хочет с кем-то пообщаться. Заболевшая Надя, скорее всего, скучает одна. Так почему бы им не помочь друг другу?

Он знал, где она живет. Один раз девушка попросила подвезти ее практически к дому. Она вышла раньше, чтобы родители, не дай бог, чего лишнего не подумали. Но Максим видел, куда она потом направилась.

Парень не стал снова ей звонить. Он решил, что сюрприз в данном случае будет как нельзя кстати.

По пути к ней он остановился в цветочном магазине: являться с пустыми руками было как-то неловко. Максим понятия не имел, какие цветы ей нравятся, поэтому остановился на букете розовых роз. Девушки любят розы, вопрос закрыт.

Он полностью осознавал, что этот его поступок очень похож на намек, который он делать не хотел. Их с Надей отношения всегда были легкими и дружескими, они уважали просьбы друг друга. Если он явится вот так, то в некотором смысле подставит ее перед родителями. А самое главное – Надя может подумать лишнее.

Обманывать девушку ему не хотелось, поэтому Максим решил сразу же ей все подробно объяснить, как только они окажутся наедине. Ну а то, что он явился в ее дом без приглашения… Она поймет, что ему очень нужно было отвлечься. Должна понять.

Совесть все еще покусывала его даже в тот момент, когда он нажимал нужную кнопку на домофоне. Дом был небольшой, изящный, построенный недавно – это неудивительно, ведь Надя упоминала, что ее отец занимается недвижимостью. Домофон здесь был тоже необычный: возле каждого номера квартиры стояла фамилия владельцев. Это очень помогло сейчас.

Но скоро ему ответил женский голос, и путь назад был закрыт.

– Кто там?

– Здравствуйте, меня зовут Максим. Я приехал навестить Надю.

Открыли ему сразу же. Женщина ничего больше не спрашивала, не стала даже уточнять у Нади, есть ли у нее такой знакомый. Видимо, девушка не преувеличивала: одно лишь упоминание мужского имени действовало на ее мать как красная тряпка на быка.

Заходя в подъезд, Максим слышал, как где-то наверху щелкнул замок в двери. Значит, встречать его будут на лестничной клетке.

Благодаря этому он и узнал, что останавливаться нужно на втором этаже. Там его уже встречала невысокая коренастая женщина азиатской внешности; сходство между ней и Надей было очевидным. Несмотря на то что увидела она его впервые, женщина улыбалась.

– А я вот знала, что у Наденьки есть друзья, которые не оставят ее одну в трудную минуту! – всплеснула руками она. – Дочь у меня просто очень скрытная, слова от нее не добьешься! Но ты хорошо сделал, что пришел… Максим, да?

– Да.

– Заходи, не стесняйся. Я очень рада, что есть еще такие умные мальчики! Лилия Александровна меня зовут, но ты, наверно, это знаешь уже.

– Знаю, – соврал Максим. – Надя очень тепло о вас отзывалась.

– Она домашняя девочка, замкнутая… Я стараюсь отучить ее от этого, потому что таким тяжело жить. Раз ты появился, значит, действую я правильно!

Она общалась с ним как с четырнадцатилетним подростком. Максим предпочитал никак не реагировать на это, хотя в глубине души находил даже забавным.

Женщина пригласила его в квартиру и закрыла дверь. Обстановка внутри была в равной степени дорогая и лишенная вкуса. Даже Максим, который стремлением к дизайнерским изыскам похвастаться не мог, замечал это. Как-то слишком много всего нагромождено: стеклянные бра на стенах, картины, скульптура в углу, две фарфоровые вазы, золотая роспись на потолке. И все это только в коридоре!

Создавалось впечатление, что обитатели этого дома стремились во что бы то ни стало доказать, что деньги у них есть.

– А ты же у нас ни разу и не был, – продолжала ворковать Лилия Александровна. – Надина комната – последняя справа. Она уже знает, что ты пришел, я предупредила. Только ты помни, что она еще неважно себя чувствует!

– По телефону Надя не сказала мне, что с ней случилось…

– Простудилась, ничего заразного, не бойся. Задержалась допоздна, вот и продуло где-то. Бывает! Она же у меня нежная, как цветок.

Максим даже догадывался, когда это могло произойти. Надя сама ему тогда звонила, спрашивала, сможет ли он пойти с ней в клуб. Но у Максима было много работы, пришлось остаться в офисе. Он обещал, что подъедет подвезти ее, если будет такая возможность, но возможности не было. Впрочем, особого стыда он тогда не испытывал, потому что девушка сразу сказала, что ей есть к кому обратиться.

– Я пойду сделаю вам чай, – сказала мать Нади. – Ей полезно, а тебе наверняка понравится! Заодно и вазочку для роз принесу!

Она отправилась на кухню, а Максим прошел к указанной двери. Прежде чем войти, постучал, и в ответ донеслось глухое «Входи».

Когда он вошел, Надя только заканчивала убирать кровать. Такой он девушку еще не видел… Обычно она всегда очень внимательно подходила к выбору аксессуаров, макияжа, прически и косметики. Надя полностью осознавала свою некрасивость и умела скрыть не самые удачные черты. Теперь же, заявившись без предупреждения, он не дал ей возможности подготовиться. Пока он поднимался на второй этаж и беседовал с ее матерью, девушка только и успела, что сменить ночнушку на свободное платье и застелить постель.