Текст книги "6-Великие Спящие(СИ)"

Автор книги: Виталий Зыков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Но позлорадствовать Олег не успел. Понимая, что для опытного Айрунга он представляет собой лёгкую цель, враг подал какой-то сигнал и... Истинному магу стало резко не до него. Из-за гребня скал в расщелину гигантскими прыжками сиганули две угловатые фигуры, в которых любой островитянин мог узнать нолдских боевых големов. Да не обычных штурмовых великанов, а их гораздо менее крупных собратьев, предназначенных для убийства вражеских магов и командиров. Подвижные, скоростные, прикрытые надёжными Щитами и вооружённые, как артефактными метателями, так и заговорёнными клинками, они были идеальными помощниками для команд убийц Наказующих. И полностью оправдывали имя Бестии.

Вот только какого мархуза они здесь делают?! Чужакам этих големов не продавали, да и у самого Нолда их было не так много: механические выкидыши Бездны стоили бешеных денег. Олег, к примеру, видел Бестию лишь однажды, причём не на поле битвы, а во время обучения на курсах для офицеров Наказующих. Так что оказаться в руках врагов они просто не могли...

Если Олега появление Бестий откровенно шокировало, то Айрунг воспринял всё так, словно ничего особенного не произошло. Стремительно развернулся к новому противнику и выпустил из посоха очередное заклинание.

Им оказалась Стена. Со скал с обеих сторон расщелины выдвинулись огромные каменные глыбы и отгородили Айрунга от големов. Только созданный барьер тотчас сотряс мощный удар колдовского тарана, которым механические воины собирались сокрушить мага. Впрочем, неудача ничуть не обескуражила их железные мозги, и Бестии снова взвились в воздух. Вот только чародей именно этого и ждал. Свитая из Силы Воздуха петля, зацепила одного из големов и отшвырнула обратно на камни. Второй оказался более удачлив и приземлился сам, всего в полусажени от Айрунга. Клинки тут же устремились к цели, но маг был быстрее. Чары Разгона позволили ему увернуться от зачарованных лезвий, поднырнуть под многосуставную конечность, приблизиться к корпусу и... вколотить в стык бронепластин сжатое в плотный комок плетение. От места попадания заклинания по металлическому телу мгновенно растеклось золотое свечение – точно такое же, как и во время укрощения посоха Олега – и словно бы впиталось внутрь сложного механизма. Этого Бестия не пережила. Боевая машина, призванная выдерживать самые головоломные и искусные чары, уступила всего одному заклинанию. И Чимир, пожри его Тёмный Оррис, понятия не имел, что оно собой представляло.

Он уже начал надеяться, что с первым големом Айрунг расправится столь же легко, но что-то пошло не так. Оставшаяся в одиночестве Бестия не только почти не пострадала от падения, но и чрезвычайно быстро вернулась в сражение. На высокой скорости, прикрывшись Щитами и пластуя перед собой воздух, она вихрем налетела на Айрунга, и тот был вынужден уйти в глухую оборону. Олег только и мог разглядеть, что мелькание своего посоха, используемого сейчас вместо боевого шеста, и всполохи самых примитивных чар из арсеналов адептов Воздуха.

– А где маг?! – вдруг вспомнил Олег и завертел головой в поисках недобитого чародея.

Пальцы же словно сами собой принялись сплетать потоки в заготовку под заклинание. Медитация не прошла впустую, и он ощутил в себе достаточно сил, чтобы принять в битве несколько более деятельное участие. Например, разобраться с куда-то запропастившимся вражеским колдуном.

Противник обнаружился совсем не там, где Олег ожидал его увидеть. Пылевое Облако заставило чародея покинуть подготовленную позицию, и теперь он стоял в тени скал в нескольких саженях от укрытия Чимира. И со зверским выражением лица примеривался для удара Голубой Жемчужиной.

Холодея от мысли, что мог прозевать удар столь мощным заклинанием, Олег пробкой из бутылки выпрыгнул из своего убежища и покатился по пыли. Тут же грохнуло, и над головой полетела шрапнель перемолотого в мелкий щебень камня. Ни Щит, ни сотворённые магией стены не смогли устоять перед чужим колдовством. Мархуз знает, какой ранг был у этого адепта Воды, но, по крайней мере, плетением Жемчужины он владел мастерски.

Вот только для победы над Олегом этого было недостаточно. Чимир на одних инстинктах открылся Земле и так усердно познаваемому Огню, соединил обе Стихии в одном потоке, влил его в заготовленную структуру и... не поднимаясь с колен, плюнул в сторону врага. Комок слюны стал материальной компонентой чар, уже в воздухе трансформировавшимся в нечто гораздо более смертоносное и могучее. В Плевок Вулкана. Небольшой пульсар, по сути сгусток магмы, смёл только формирующееся вражеское защитное заклинание, пробил поле амулета и накрыл фигуру врага жарким как сам тасс пламенем колдовского огня.

– Передавай поклон Кали, гадёныш! – прорычал Олег и медленно поднялся.

Противник ещё шевелился, но он уже выкинул его из головы и теперь обеспокоенно искал взглядом Айрунга. Всё-таки его противником была Бестия, а тех не зря считали убийцами магов. Голем вполне мог выкинуть какой-нибудь смертоносный сюрприз...

Но нервничал Чимир зря – как раз в этот момент Айрунг добивал механического воина в рукопашной схватке. Чары Разгона, помноженные на мощь посоха, уравнивали возможности противников, а опыт реальных схваток и отточенный ум Истинного мага были слишком серьёзным преимуществом. На глазах у Олега друг сначала с помощью артефакта обрушил на спину голема кучу камней, а когда тот потерял равновесие, в длинном выпаде воткнул пяту колдовского оружия в ту часть корпуса, где располагался магический движитель. Удар сопровождался концентрированным выбросом энергии Земли, после которого раздался скрежет выворачиваемой наизнанку брони, полетел ворох искр из раненого механического сердца, и... Бестия мёртвым грузом повалилась на бок.

Олег уже собирался крикнуть другу и бывшему Наставнику поздравление с победой, но тут у того в руках лопнул со звоном не выдержавший нагрузок посох, и он произнёс совсем другие слова.

– Да чтоб ты сдох, Айрунг!! Чтоб Тёмный Оррис тебя Кали подарил!!! Ты чего наделал?! Ты знаешь, сколько он стоил?! – заорал Чимир.

Злость от потери подарка льера Бримса заставила забыть об усталости, боли и слабости. Хотелось только ругаться и богохульствовать. Проклятье, с его жалованием, тратами на учёбу и семью, он сможет купить что-то похожее хорошо, если через пару лет. Пару лет!

Его напор был столь силён, что Айрунг даже растерялся. Как-то обескуражено повертел в руках обломок посоха, зачем-то осторожно пристроил его на ближайший камень и... ответил приятелю непристойным жестом тарков. И на этом конфликт был исчерпан. Олег свою жизнь и жизнь немногочисленных близких ценил гораздо выше любого оружия, и все его крики были не более чем отходняком после пережитых эмоций. Каждый ведь переживает по-своему. Он вот орал и матерился, Айрунг же хоть и молчал, но его заметно потрясывало. Да и немудрено, сегодня они прошли по грани. Капелька удачи, и у убийцы вполне могло получиться задуманное. Во всяком случае, будь Чимир один, то сейчас его душа уже летела бы на встречу с предками.

– Кто ж тебя так не любит из наших? – спросил Айрунг, спустя некоторое время.

В компании с Олегом они пытались разобраться с личностью нападавшего, изучили ещё дымящиеся останки вражеского чародея и покопались внутри превратившихся в металлолом големов, но внятного ответа так и не нашли. Механические воины вроде бы нолдского производства, но командовавший ими человек – хотя бы это они выяснили совершенно точно – к числу граждан островной республики не принадлежал. Во всяком случае им не приходилось слышать о членстве в Ложе магов темнокожих женщин.

– Или не из наших... – пробормотал Олег, чем вызвал у друга тихий смешок.

– Ну здесь-то, по крайней мере, понятно, – сказал Айрунг с намёком.

Чимир помянул мархуза. Да, список его прегрешений перед Длинноухими велик. И они вполне могли попытаться устроить на него покушение при первом удобном случае. Узнали про его отлучки на остров и послали наёмницу хотя бы из того же Братства Отрекшихся или из числа своих людских выкормышей. Их, Тьму им в душу, не жалко... Но големы, долбанные нолдские големы!

– Ладно, чего мозги крутить, двигаем к пузырю. Хотя что-то мне подсказывает, если его команда не прибежала на устроенный нами фейерверк, с ними явно не всё в порядке, – сказал Айрунг решительно, похлопав Олега по плечу. Немного помедлил и добавил: – И давай смотреть в оба. В нашем нынешнем состоянии ещё одну неожиданную атаку мы можем не пережить.

Олег понятливо кивнул. Что бы там ни говорил Айрунг, но новое нападение не переживёт именно адепт Земли. Участие в бою отложило восстановление его способностей почти на седмицу, и до этого дня следовало забыть о Даре. Если он, конечно, не хочет стать инвалидом с перекорёженной энергетикой или вовсе сгинуть от ярости неподконтрольной Стихии...

Однако, как вскоре выяснилось, опасались они зря – обошлось без новых драк. Просто потому, что оба Истинных мага были единственными живыми разумными на всём острове. Едва оказавшись в лагере, они обнаружили удручающую картину: "Ленивый бочонок" догорал у подножия скал, тело его капитана с дырой в груди валялось между палатками, а штурман с переломанным позвоночником лежал у входа в пещерку, использовавшуюся в качестве склада.

– Тун, что случилось?! – требовательно спросил Олег у раненого, после того как Айрунг отступил от него после нескольких бесполезных попыток наложить исцеляющие чары. – Кто это был?!

Жить единственному выжившему члену команды пузыря оставалось недолго, и им следовало выжать из оставшихся мгновений максимум возможного.

Видимо заклинания Айрунга немного помогли, потому как взгляд штурмана приобрёл осмысленность, и он с непонятным выражением уставился на Олега.

– Простите меня... льер... – с трудом проговорил он. – Я не... предатель!

– Да какой ты, к хфургу, предатель?! Не мели ерунды! Просто враг оказался... – не понял Олег, но гримаса раздражения на лице умирающего заставила его замолчать.

– Я не предатель! – повторил Тун и, секунду помедлив, продолжил: – Меня... заставили. Жена, дети... Они обещали их убить, если... не скажу... координаты острова. Сначала и вовсе хотели... хотели, чтобы... – Штурману страшно тяжело было говорить, но он упрямо выдавливал из себя слова, словно они жгли его изнутри. – Чтобы я "Бочонок" взорвал, но... но потом решили, что так будет надёжнее.

Он замолчал, и Олег, разом растерявший всю жалость к нему, немедленно потребовал.

– Кто?! Кто заставил, кто обещал?! – рявкнул он.

– Какой-то полукровка... Он маскировался, но Длинноухих... Длинноухих тварей я за версту чую! – прошептал Тун, заметно теряя силы. Глаза тускнели, по лицу разливалась бледность. – Обещали моих не трогать, нас с капитаном отпустить... Обманул... хаффов сын... Как есть, обманул... – Речь становилась всё более тихой и невнятной, Олегу приходилось вслушиваться, чтобы разобрать хоть что-то. – Баба... после нас появилась... Сюда пришла и сразу... сразу убивать начала... Дочь Кали...

Последовала длинная пауза, после которой Тун вдруг вытянулся в струнку, выкрикнул: "Обманул Длинноухий!" и обмяк, прямым ходом отправившись в Нижние миры.

– Троллье дерьмо! Всё-таки Длинноухие, – выдохнул Айрунг, разом потеряв интерес к штурману.

– Мстительные, твари! – кивнул Олег, не сводя взгляда с Туна.

Ему вдруг подумалось, что он вполне мог бы оказаться на месте этого несчастного. Особенно если бы кто-то угрожал жизни его семьи... Хотя нет! Он бы идти у них на поводу точно бы не стал, и если бы не справился сам, то обратился бы за помощью к Айрунгу или льеру Бримсу. Всё-таки он не какой-то "крохобор", он – Истинный маг. И врагам не сделать из него марионетку.

– Мстительные... – согласился Айрунг со странной интонацией. – Если же вспомнить, что тебя хотели взять живым, то и коварные.

– Живым?! – вскинулся Олег и почти сразу же сник, вспоминая подробности боя.

Действительно, всю мощь атаки темнокожая ведьма сосредоточила на Айрунге, ему досталось гораздо меньше. Даже последние мгновения схватки, когда она ударила Голубой Жемчужиной, не противоречили этому предположению. Если подумать, то пробив каменные блоки и Радужный Щит, плетение потеряло бы мархузову часть своей силы. И уже не способно было бы убить. Ранить – да, может быть даже тяжело, но не убить.

– Тьма! – выдохнул он.

– Вот-вот, а там вывезли бы тебя в укромное место, да передали в руки профессионалам своего дела. И хорошо если палачам. Гораздо хуже, если бы эльфы захотели бы влезть тебе в башку и хорошенько там покопаться. – Тяжело роняя слова, сказал Айрунг. – А там глядишь, и вот уже в свите льера Бримса агент Перворождённых. Как тебе перспектива?

Олег ответил ругательствами. Перспектива его откровенно напугала, и даже мысль о продолжении разговора на эту тему действовала на него угнетающе.

– Как выбираться отсюда будем? – Наконец выдавил из себя Чимир, переводя тему.

Айрунг на это не весело усмехнулся и ткнул пальцем в сторону входа в небольшую бухту неподалёку от лагеря.

– Готов поклясться, что там будет лодка нашей не состоявшейся то ли убийцы, то ли похитительницы. И я не вижу никаких причин, чтобы мы не могли воспользоваться ею для возвращения домой, – сообщил он. После чего многообещающе добавил: – Уж на корабле-то, надеюсь, нашей беседе никто не помешает...

Олег же с внезапной ясностью вспомнил, что Айрунг появился на острове совсем не ради участия в драках с наёмниками Светлых эльфов. И вполне возможно, что его собственные проблемы, меркнут на фоне чего-то гораздо более серьёзного и глобального.

Проклятье, жизнь становилась, всё сложнее и сложнее!

ГЛАВА 4

Дарг Великий, сын Великого Сохога и первый король объединённых Пяти королевств, как пафосно его начали именовать придворные лизоблюды, стоял на вершине холма и с сомнением изучал небольшую зелёную рощу в нескольких верстах от подножия. Ещё совсем недавно, всего год назад, он собственными глазами наблюдал за тем, как длинноухие покровители высаживали здесь первые за тысячелетия меллорны, и вот они уже превратились в зачатки нового Великого леса. Магическим деревьям, этим живым источникам Силы, древняя земля явно пришлась по вкусу, и они быстро пошли в рост.

Или тому причина старания эльфийских друидов? Взгляд то и дело цеплялся за мелкие фигурки светлоэльфийских колдунов, которые точно муравьи суетились на окраинах рощи, совершая малопонятные обряды, творя волшбу и принося в жертву пленников. Все недовольные, все враги и противники новой власти, обладающие хотя бы каплей Силы, отправлялись прямиком сюда, под нож к "адептам Добра".

Интересно, что бы на этот счёт сказали бесчисленные проповедники, призывающие со всех углов славить "любимых детей Света"? Обвинили во лжи и отравлении Тьмой, или того хуже, в пособничестве проводнику истинного Зла с юга? Хотя неважно, поверят ведь им, а не всем тем, кто вздумает возводить хулу на Светорождённых. Разумные ведь не любят, когда в их уютный, выстроенный из заблуждений и иллюзий мирок врывается суровая реальность. И любую неудобную правду они встретят лишь ещё большим количеством лжи.

Ещё недавно Дарг, чьи войска в кровопролитных боях брали города Саурмы и Узза, верил, что народ этих стран никогда не покорится новой власти, но прошло всего ничего, и пропаганда Светлых, подкреплённая изощрённой магией, вывернула наизнанку мозги людей. Вряд ли всех, в конце концов весь восток свежесозданных Пяти королевств до сих пор упорно сопротивлялся захватчикам, да и на уже занятых территориях было не всё гладко, но основная масса жителей смирилась с новыми реалиями. А смирившись, приняла и навязываемое им мировоззрение. Считать себя частью чего-то светлого и правильного гораздо удобнее и комфортнее, чем жить под гнётом понимания своей трусости и слабости.

Впрочем, Дарг никого больше не осуждал и не презирал. Сам-то он разве лучше? Гордый воин променял свободу и честь за дарованную власть и возможность приобщиться к чему-то большему, чем он даже мог осознать. В последнем гвонк окончательно уверился лишь недавно, когда благодаря способностям Мастера никерры начал замечать, как стремительно меняется энергетика местности вокруг сердца будущего нового Великого леса. Это было поистине грандиозное зрелище. И за возможность наблюдать за тем, как сдвигаются русла рек Силы, как меняются отклики Стихий, как расцветает в округе любая жизнь и наполняется магией сам воздух, он прощал Светлым всё, даже бесконечные призывы бросить дела и явиться на окраины рощи для очередного умиротворения духов. Благо с каждым разом его участие в мархузовых ритуалах становилось всё меньше и меньше, обещая в скором времени вовсе сойти на нет.

И тогда Дарг сможет, Тьма его побери, целиком сосредоточиться на непокорных ублюдках с востока! Накатившие вдруг ярость и раздражение заставили стиснуть рукоять клинка, но насладиться вспышкой он не успел – от лагеря с охраной позади холма поднялся Селерей.

– Наставник, прибыл посланник от Светорождённых. До конца сезона участие королевского величества в друидских обрядах больше не потребуется! – Доложил ученик с радостью в голосе.

Мальчишка жаждал приключений и подвигов, а потому бестолковое сидение в глубоком тылу его невыносимо угнетало. И любая возможность убраться отсюда становилась для него праздником.

Дарг кивнул, что понял, и едва парнишка отвернулся, мрачно нахмурился. Срок, когда Селерей должен будет принять своё предназначение и покинуть своего Учителя, неотвратимо приближался. И несмотря на все попытки держать с воспитанником дистанцию, сына Сохога нет-нет и царапало чувство вины. Убивая собственной рукой, посылая в смертельный бой и отправляя на плаху он всегда оставался спокоен и твёрд в своих решениях, потому как касались они либо его самого, либо понимающих на что идут воинов. Но Селерей... Судьба мальчишки оказалась предопределена задолго до того, как он успевал повзрослеть. И в этом было нечто глубоко неправильное, заведомо порочное и... преступное.

Вот только понимание данного факта ничего не меняло. Всё что он, король Пяти королевств, может сделать для этого не по годам развитого мальчишки, это нагрузить очередными тренировками и дать несколько уроков жизни. И не более того. Идти по стопам К'ирсана Кайфата и противопоставлять себя воле Перворождённых повелителей в его ближайших планах не было!

Воспоминание о бывшем рабе окончательно испортило настроение, и окрестности эльфийской рощи Дарг покидал мрачным как грозовая туча. Окружению подобное состояние государя было известно, и в такие моменты его сторонились все – не только свитские, но даже охрана и Селерей. Дарг родился и вырос в Лихоземье, в тени великого Сохога, и привычки отца не сдерживаться в проявлении царственного гнева, нет-нет и проскальзывали в поведении сына. А кому хочется попадать под горячую руку?

В результате при наличии целой толпы сопровождающих, ехать королю пришлось в полном одиночестве. Даже злость сорвать не на ком было, из-за чего в небольшой городок на полпути в Полот Дарг въезжал едва ли не кипя от сдерживаемых эмоций. Эмоций, которые будоражили разум и толкали на необдуманные поступки.

– Что там за сборище?! – крикнул Дарг Селерею, заметив толпу людей на краю базарной площади.

Собравшиеся там были настолько увлечены, что даже не заметили появления на проходящей мимо дороге вооружённого отряда. Что совсем уж ни в какие ворота не лезло!

– Кажется, слушают проповедника! – откликнулся мальчишка. – Но я могу точно узнать...

– Не надо, хочу своими глазами всё увидеть! – отрезал Дарг и спрыгнул с тирра.

Начальник охраны сунулся было к государю с возражениями, но поймав его обжигающий взгляд, замялся и вместо двух десятков телохранителей, приставил лишь троих бойцов. Дарг отказался бы и от них – Мастер меча он или кто?! – но статус накладывал определённые ограничения. В глазах подданных, король без охраны словно и не король вовсе!

Впрочем, мархузовым подданным было не до него. Всё их внимание оказалось целиком сосредоточено на проповеднике. Высокий сухощавый мужик в рясе с капюшоном, с седой окладистой бородой и открытым одухотворённым лицом – он в любом случае выделялся бы в толпе. Но боги наделили его ещё и сильным красивым голосом, который далеко разносился над площадью. И завораживал слушателей безо всякой магии. Хотя насчёт отсутствия колдовства биться об заклад Дарг бы не стал: уж очень характерно пульсировал Силой медальон на груди эльфийского выкормыша.

В любом случае, прекрасно отрепетированная речь бродячего оратора находила отклик в сердвах своих слушателей и вложенные в неё смыслы потихоньку оседали в зашоренных мозгах горожан. Приблизившись к задним рядам, Дарг краем уха то и дело выхватывал характерные обороты, вроде "Светлый выбор", "партнёрство во имя Добра", "барьер против Тьмы с юга", "там, где Свет в душе, там и богатство в кармане". Послушаешь, послушаешь, и аж плечи расправить хочется. А там и до сжатых кулаков недалеко. Особенно когда проповедник начал про "продавшихся Тьме восточников" задвигать. После его объяснений недавние соседи и последний рубеж сопротивления захватчикам вдруг превратились в этаких недочеловеков, предателей и врагов всего хорошего, что ни есть на белом свете!

Дарг, даром, что стоял едва ли не у истоков всего происходящего в Пяти королевствах, и тот начал верить в нарисованную проповедником картинку, что уж говорить про рядовых филистеров. Выступающий здесь оратор определённо был Мастером, Мастером Слова. И своими речами умел разить не хуже, чем сын Сохога собственным клинком.

Старания Длинноухих по обучению проповедников точно не проходили даром.

Дожидаться обязательных коллективных прыжков на месте, Дарг не стал: от зрелища скачущих разумных его мутило. Поэтому развернулся и неторопливо зашагал обратно к заждавшимся свитским... И именно в этот момент судьба решила разбавить скуку этого дня.

Над толпой, аккурат над головой проповедника, с поистине адским грохотом внезапно зажёгся маленький тасс. На долю секунды, не более, но её вполне хватило, чтобы ослепить и оглушить всех тех, кто смотрел в эту сторону. Поклонники Света, зеваки, случайные прохожие, даже охрана Дарга – все пострадали от одной и той же напасти. Резь и яркие круги перед глазами, шок, потеря ориентации и чувство полной беспомощности. Даже удивительно, что столь мощный эффект удалось достигнуть настолько примитивными чарами!

Поначалу Дарг решил, что это покушение на его монаршью особу, и, на всякий случай прикрыв глаза, выхватил клинки. Рядом встал в стойку ничего не понимающий Селерей, которому как и его Наставнику повезло отвернуться перед самой вспышкой. Позади что-то заголосила охрана, но эти были слишком далеко, и на их помощь рассчитывать даже не стоило. Если кто-то собрался заполучить голову правителя Пяти королевств, то отбиваться от него сыну Сохога предстояло в компании одного лишь мальчишки.

Впрочем, подобная перспектива Дарга не пугала. Уж чего-чего, а драки он никогда не боялся! И возможность скрестить с кем-то клинки, лишь приятно взбудоражила кровь.

Увы, неизвестные злоумышленники его надежд не оправдали – их целью был вовсе не его величество. Три фигуры с красными повязками на головах, не иначе как при помощи каких-то артефактов, сиганули с крыши ратуши прямо на помост к сжавшемуся в комок и перепугано скулящему молитвы проповеднику. И дружно взялись за ножи. Оставшиеся на ногах воины новоприбывших словно не интересовали.

– Восточное отребье или им сочувствующие, не иначе! – Дарг, уже успевший оценить движения и скрытые навыки всей троицы, раздражённо сплюнул. Разбираться с ними было оскорбительным не только для его королевского достоинства, но и для статуса Мастера Меча. – Кажется решили всем показать, что бывает с особо рьяными сторонниками Светлых эльфов.

Сын Сохога с интересом посмотрел за тем, как враги его власти примериваются, чтобы половчее снести что-то почуявшему бородачу голову, после чего вздохнул и спрятал мечи. Вмешаться всё-таки придётся. Слухи про спокойно наблюдающего за гибелью своего подданного короля будут гораздо более разрушительнее, чем любая акция повстанцев.

Но и руки марать он тоже не собирается.

Нашарив в кошеле на поясе несколько мелких гильтов – фарлонгов там было гораздо больше, но не разбрасываться же золотом! – он один за другим запустил их в головы убийц. Да с такой силой, что один из них не удержался и заорал от неожиданности.

– Так, внимание привлекли, теперь твой выход... – произнёс Дарг и покосился на Селерея.

Мальчик понятливо кивнул и стрелой сорвался с места. Прямо через толпу. Где-то уворачивался, где-то проскальзывал, а где-то пускал в ход силу. Даром, что сопляк сопляком, но людей со своего пути отшвыривал со сноровкой взрослого вышибалы. Троица убийц – или всё-таки палачей? – оглянуться не успела, как он оказался уже перед ними... И не сбавляя скорости принялся раздавать удары.

Первому противнику, стоящему к нему спиной, Селерей влепил с прыжка ногой между лопаток. Обычно сюда бьют не одоспешенных врагов кастетом, гирькой или рукоятью кинжала, желая не убить, а оглушить. Мальчику оказалось достаточно окованного металлом ботинка – здоровый парень рухнул как подкошенный.

Селерей тоже упал, перекатился через голову и тут же подсёк ногу второму. Правда, не лезвием, а тыльной стороной клинка. Когда же враг потерял равновесие и завалился вперёд, добавил по затылку рукоятью. На помосте растянулся ещё один охотник за проповедниками.

Единственному оставшемуся на ногах противнику сейчас следовало бы бежать отсюда со всех ног, но он зачем-то в довесок к ножу потянул из-за спины небольшой топор. И начал что-то выговаривать Селерею. То ли грозил какими-то карами, то ли оскорблял – Дарг подробностей не расслышал, да они были и не важны. Всё, что короля интересовало – это необычный выбор оружия. Он даже сделал несколько шагов вперёд, не желая пропускать ни одну подробность схватки, однако, ученик оказался достоин своего учителя. И там, где враг желал классического поединка, повёл бой по своим правилам.

Широко улыбнувшись красноповязочнику, Селерей вдруг приложил к губам извлечённую из рукава трубочку и резко выдохнул. В шее растерявшегося противника словно по волшебству расцвело оперение коротенькой стрелки. Выдернуть её воин ещё успел, но затем яд, покрывающий острие, подействовал, и он, точно столб, рухнул на помост.

Чистая победа! На всё про всё ушло не более нескольких минут. Люди ещё не успели продрать слезящиеся глаза, а тирры охраны не преодолели и половины пути, как опасность была устранена.

– Учитель, как я их?! – с гордостью воскликнул Селерей, едва Дарг поднялся на помост.

Бредущих следом за королём телохранителей, кое-как сумевших вернуть себе боеспособность, он удостоил лишь презрительного фырканья.

Вот только, Наставник его чувств не разделял. Дарг, ещё недавно размышлявший о невесёлой судьбе парнишки, даже в этом успехе воспитанника видел лишь очередное проявление слабости. Свою ошибку и недоработку, не позволяющую считать Селерея готовым к грядущим испытаниям.

– Никак! – резко бросил Дарг и пнул носком сапога под рёбра тому из красноповязочников, которого "приласкали" ударом в затылок.

– Н-никак? – растерялся Селерей, явно рассчитывавший на другой ответ.

– Ты кем себя возомнил? Слугой Альме, который всех спасает и прощает?! – ответил Дарг, свирепея. – Перед тобой были враги. Убийцы, не побоявшиеся поднять руку на подданного твоего короля и посланника Перворождённых, Детей Света! – Противореча самому себе, король плюнул в сторону всё ещё завывающего проповедника и посоветовал ему заткнуться. – Почему они до сих пор живы?!

– Н-но, Наставник!.. Я думал... надо захватить пленных. Для дознания, поиска сообщников... – начал оправдываться Селерей, но был безжалостно прерван.

– Ты – воин! Воин никерры и мой личный ученик! И твоя задача не играть в расследователей, а уничтожать любую угрозу тебе и твоему королю. Понял?! – рявкнул сын Сохога.

– Не очень... – помотал головой Селерей.

Дарг внутренне поморщился. По большому счёту мальчик был прав, и в другой раз его стоило бы похвалить, но... но, мархуз побери, гвонк слишком много повидал на этом свете, чтобы безоговорочно поверить в версию воспитанника. Это была лишь отговорка, паренёк просто не желал зря лить кровь. И вот эту-то черту его характера Даргу следовало немедленно переломить. В свете уготованного Селерею будущего, мысль пощадить врага даже не должна была возникать в его голове. Как там говорил лисоподобный Ханг Чессен? Гуманист нам не нужен, да?

– Тогда просто бери нож и режь им глотки. Если своих мозгов не хватает, думать за тебя буду я! – приказал Дарг и тяжёлым давящим взглядом уставился в лицо мальчишки.

Если у Селерея и имелись какие-то возражения, то он их оставил при себе. Авторитет Мастера был слишком высок, чтобы спорить с ним из-за жизней несостоявшихся убийц, и через несколько секунд юный воин потянулся за клинком...

* * *

Перевал Первого Искусника, некогда бывший частью караванной тропы из Союза городов в Суру, не использовался почти две тысячи лет. После постройки восточного тоннеля любые торговые маршруты через коварные и опасные горы Орлиной гряды окончательно потеряли привлекательность в глазах купцов и путешественников, и о перевале забыли. Разве что иногда здесь появлялись гномьи разведчики, обходящие территорию подгорных владык в поисках следов нарушителей границы. Или того реже заглядывали гости с Нолда, занятые обслуживанием самого крупного в этой части света артефакта, следящего за применением запретной магии.

Не то, чтобы последнее обстоятельство гномов сильно радовало, но и возражать самому могучему государству Торна они не могли. Слабый не спорит с сильным, слабый соглашается и терпеливо ждёт своего часа. И угрюмые бородачи дождались. Однажды, мархузовы Истинные оступились на кривой дорожке Большой игры, и звезда их влияния стремительно покатилась под откос. Для подгорных жителей наступило время расправить плечи и немного показать зубы. В качестве же первого шага было решено избавиться от недреманного ока нолдских надзирателей.

Вообще следящий артефакт внешне представлял собой каменную пирамиду в четыре сажени высотой, облицованную пластинами из обсидиана. Какие энергетические структуры и плетения вложены внутрь, никто кроме Истинных не знал. Впрочем, чтобы разломать устройство, много ума не требовалось. Команда из двух десятков гномов с зачарованными на крепость молотами, разнесла бы мархузову постройку вдребезги, никакие защитные заклинания бы не помогли. Но задуманная акция носила демонстративный и статусный характер, а потому простые решения здесь не подходили. Требовалось нечто знаковое и громкое. Как, например, испытание возможностей нового гномьего оружия – сухопутного бронехода.