Текст книги "Великие мужчины XX века"

Автор книги: Виталий Вульф

Соавторы: Серафима Чеботарь
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Все это лишь подогревало ажиотаж вокруг его имени. Билеты на последнее турне The Jaksons «Victory»были раскуплены за считанные дни – и это при том, что тур прославился своей отвратительной организацией и спасло его только участие Майкла. Его синглы один за другим становятся «номером один» в чартах, например, записанная дуэтом с Полом Маккартни песня «Say, Say, Say». С Маккартни Джексона связывала дружба, пока однажды экс-битлз не рассказал Майклу, что большинство доходов он получает в качестве авторских отчислений за имевшийся в его владении каталог песен. Джексон оказался хорошим учеником – в 1985 году он купил контрольный пакет акций компании ATV Music Publishing,владевшей огромным каталогом песен – в том числе большинством песен The Beatles.Маккартни сам хотел выкупить каталог, но у него не хватило денег – сделка была оценена в 47,5 миллиона долларов. По современным оценкам, в последнее время каталог ежегодно приносил Джексону почти восемьдесят миллионов и ныне оценивается в сумму, не в один десяток раз превышающую его первоначальную стоимость.

В 1987 году Майкл Джексон выпустил альбом Bad,а затем отправился в турне в его поддержку – всего он посетил 15 стран, и в каждой выступления проходили с неимоверным успехом. К этому времени Майкл Джексон окончательно был признан «королем поп-музыки» – кстати, так Джексона назвал вовсе не он сам, а Элизабет Тэйлор: однажды на церемонии вручения American Music Awardsона, представляя Джексона, вопреки сценарию объявила его как «короля музыки поп, рок и соул». В том же году Майкл снялся у режиссера Френсиса Форда Копполы в трехмерном фильме Captain ЕО:эта яркая космическая фантазия продолжается всего 17 минут, а на ее производство было затрачено около 20 миллионов долларов – итого каждая минута фильма была самой дорогой в истории кинематографа. Картина более десяти лет демонстрировалась в парке Диснейленд, и, по слухам, давно окупила все вложенные в нее деньги. По настоятельным просьбам поклонников Джексона в 2010 году калифорнийский Диснейленд возобновит показ «Капитана Эо».

В марте 1988 года Джексон за 17 миллионов долларов купил в Калифорнии огромный участок земли, который назвал «ранчо Неверленд» – в честь волшебной страны из книг о Питере Пэне – и построил там огромный дом, зоопарк и парк аттракционов, куда постоянно приглашал детей, особенно больных раком. «Бесчисленному количеству неизлечимо больных детей хотелось встретиться с Майклом, – писала Ла Тойя. – Это было их последним желанием. Он навещал этих детей в клинике или дома, или даже приглашал их к нам в Хейвен-херст, где они могли оставаться сколько угодно. Каким счастьем светились детские лица, когда наши маленькие гости узнавали, что они могут посмотреть в нашем частном кинотеатре любой фильм или выбрать любимое лакомство из нашей кондитерской. Майкл уделял им очень много времени: показывал экзотических зверушек, играл с детишками в новые видеоигры. Короче говоря, он делал все, чтобы обреченные дети хоть на какое-то время почувствовали себя счастливыми… Когда Майкл узнавал о смерти одного из детей, он рыдал. Он их по-настоящему любил». Пресса упивалась подробностями жизни «черного Питера Пэна» – особенно когда в клипах к новому альбому стали заметны перемены во внешности Майкла: его кожа посветлела, лицо и нос изменили форму. Сам Джексон утверждал, что это – следствия вегетарианской диеты, здорового образа жизни и постоянного нахождения под софитами. Он даже выпустил свою автобиографию Moonwalk(немедленно ставшую бестселлером), где подробно описывал произошедшие с ним перемены. Говорят, что Дженнет Джексон, младшая сестра Майкла, тоже ставшая к этому времени звездой, предлагала ему несколько миллионов долларов за то, чтобы он не упоминал ее в книге, однако тот отказался. Впрочем, книга не предотвратила появления новых слухов: говорили, что Майкл Джексон спит в барокамере, чтобы сохранить молодость и здоровье (сам он утверждал, что это – последствия одной неудачной шутки, когда его сфотографировали лежащим в музейной витрине), что он воздвиг на своем ранчо алтарь в честь Элизабет Тэйлор (с которой певец был дружен многие годы), что он предложил миллион долларов за кости человека-слона Джозефа Меррика, и еще много чего. В конце концов Майкл высмеял все эти сплетни в клипе Leave Me Alone,где сам Джексон был показан гигантским аттракционом для развлечения досужей публики… Недаром Боб Гелдоф, знаменитый музыкант, однажды сказал о Джексоне: «Это самый известный человек на планете. Помоги ему Господь».

В 1992 году Джексон выпустил альбом Dangerous,сопровождавшийся выходом необыкновенно масштабного клипа Black or White,полного революционной по тем временам компьютерной графики. Однако песня вызвала немало насмешек: строчка «Какая разница, белый ты или черный» дисгармонировала с обликом самого певца, который к этому времени стал совершенно белым. Сам Джексон объяснял столь разительные перемены в его внешности генетическим заболеванием витилиго, при котором из кожи пропадает пигмент. В 1998 году представители нескольких изданий даже осмотрели Джексона на предмет следов пластических операций, однако ничего не нашли и принесли певцу свои публичные извинения. Следом за Black or Whiteбыл выпущен клип на песню Remember the Time,где спецэффекты были еще более сложными, а в ролях египетского фараона и его супруги снялись знаменитый комик Эдди Мерфи и топ-модель Иман.

В 1993 году тринадцатилетний Джордан Чандлер – один из детей, гостивших на ранчо певца, – заявил о том, что Майкл предпринимал по отношению к нему развратные действия, и его отец предъявил Джексону иск на 20 миллионов долларов. Пресса неожиданно оказалась на стороне Майкла: журналисты раскопали, что Эван Чандлер сильно нуждался в деньгах, и решили, что он просто хотел поживиться за счет богатого певца. В итоге дело было урегулировано во внесудебном порядке (говорят, Джексон просто выплатил Чандлерам запрошенную сумму), однако для Джексона все не закончилось. Из-за судебного дела он был вынужден прервать мировой тур, из-за чего потерял контракт с «Пепси-колой», а его душевное равновесие было серьезно нарушено. Лишь после смерти певца Джордан Чандлер признался, что по настоянию отца солгал ради получения денег, и принес свои извинения семье Джексонов…

В эти тяжелые дни главной опорой Майкла, по его собственному признанию, была Лайза-Мари Пресли – дочь «короля рок-н-ролла» Элвиса Пресли и давняя подруга Майкла. С ней Джексон познакомился еще в 1975 году, когда Джексоны выступали в Лас-Вегасе, и снова начал общаться в начале 1993 года: как рассказывают очевидцы, они ежедневно созванивались и вели долгие беседы. Она не верила обвинениям Чандлеров и сделала все, что могла, чтобы Майкл смог достойно выйти из ситуации. Однажды Майкл спросил, сможет ли Лайза выйти за него. Она была в то время замужем за музыкантом Дэнни Кью, с которым у нее было двое детей. Однако Лайза не только сказала «да» Майклу, но и развелась с Дэнни в рекордно короткие сроки, а уже через две недели она и Майкл Джексон тайно поженились в Доминиканской Республике.

Майкл Джексон и Лайза-Мари Пресли.

Когда об этом стало известно прессе, она буквально сошла с ума: никто не верил, что это брак по любви, и журналисты бросились обвинять Майкла во всех смертных грехах: что он пытается женитьбой скрыть свои педофильские (или гомосексуальные, кому как нравилось) наклонности, что он браком с дочерью Короля хочет упрочить свои права на музыкальный трон, что он просто пытается этой шумихой прикрыться от новых обвинений… Непонятно лишь, что в таком случае надо было от этого брака Лайзе-Мари. Судья Хьюго Альварес, женивший пару, вспоминал: «Вы не представляете, как она на него смотрела. В ее глазах читалась любовь, долгая и бесконечная». Вместе Майкл и Лайза снялись в клипе You Are Not Alone —оба были полуобнажены, а у Майкла даже выросли крылья. Впрочем, уже в начале 1996 года супруги развелись – оставшись друзьями и продолжая встречаться и общаться по телефону. Позже она призналась в интервью журналу Playboy:«Это было глупо, но я поняла это только через год. Он совершенно непривлекателен в сексуальном плане, но что-то в нем было загадочное, и мне показалось, что я влюблена».

По воспоминаниям близких Майкла, одной из причин развода стало нежелание Лайзы иметь детей: «Он настаивал на том, чтобы завести ребенка, но когда я пыталась представить себе его будущее, все, что я видела – это бесконечные суды по поводу опеки над ним», – заявляла она.

В рамках поддержки альбома History: Past, Present and Future,соединившего в себе новые песни с подборкой старых суперхитов, Майкл записал сингл вместе с сестрой Дженнет: к этому времени она уже была суперзвездой и, в отличие от Майкла, ее репутация не была подмочена никакими скандалами. Черно-белый футуристический клип обошелся в семь миллионов долларов с лишним – еще один рекорд, не побитый до сих пор. Через год вышел сборник ремиксов Blood on the Dance-floor —в Европе он пользовался огромным успехом, однако в США прошел почти незамеченным.

Майкл Джексон и Дебби Роу объявляют о своей помолвке, 1996 год.

В ноябре 1996 года, находясь на гастролях в Австралии, Майкл женился вторично – на тридцативосьмилетней ассистентке своего дерматолога Деборе Джейн Роу, причем невеста была на пятом месяце беременности. В феврале родился их сын Майкл Джозеф Джексон-младший (после развода имя изменили на Принс Майкл Джексон), на следующий год Дебби родила дочь, названную Пэрис Кэтрин Майкл Джексон, а еще через год супруги развелись. По поводу детей ходили всевозможные слухи, пока сами родители не подтвердили, что дети появились в результате искусственного оплодотворения. Дебби же рассказала историю их брака: они были знакомы с середины восьмидесятых, и она всегда поддерживала Майкла. Однажды она увидела его сильно расстроенным – по его словам, он переживал, что Лайза-Мари не хочет иметь ребенка. Дебби пожалела Майкла и предложила родить ему детей. После развода дети остались с отцом, как и предполагалось их соглашением, а Дебби получила денежную компенсацию и дом в Беверли-Хиллз. Позднее стали ходить слухи, что ни Дебби, ни Майкл не являлись биологическими родителями Принса Майкла и Пэрис Кэтрин, однако Дебби сумела отстоять свое материнство в суде.

Майкл с новорожденным сыном, 1997 г.

В 2002 году было объявлено о рождении у Майкла третьего сына, названного Принс Майкл Второй – отец обычно звал его Бланкет (т. е. Одеяло). «Это такое выражение, которым я пользуюсь в разговорах с моей семьей, с моими работниками, – объяснял Джексон. – Я говорю: «Ты можешь укрыть меня» или «ты можешь укрыть ее», имея в виду, что одеяло – это благословение. Это способ проявить любовь и заботу». Его мать осталась неизвестной; сейчас говорят о том, что его отцом – как, возможно, и старших детей, – был не Майкл, а его дерматолог Арнольд Кляйн, ассистенткой которого была в свое время Дебби Роу. Но пока ни подтвердить, ни опровергнуть эти слухи никто не смог. Впервые

показывая Бланкета публике – дело было в Берлине, – Майкл, держа сына, протянул руки из окна отеля, что породило новый скандал. Пресса обвиняла Джексона чуть не в попытке выкинуть ребенка с пятого этажа, сам он извинялся, объясняя, что просто хотел показать сына фанатам. Кстати, лицо Бланкета было закрыто салфеткой: Майкл настолько опасался папарацци, возможных похитителей и сглаза, что всех своих детей выпускал из дома исключительно в масках на лицах, да и сам в последние годы чаще всего показывался на публике с закрытым лицом.

С каждым годом шумиха вокруг имени Джексона росла, а интерес к его записям падал. Его песни по-прежнему занимали первые строчки чартов, однако такого ажиотажа, как прежде, не вызывали. И все же факт: Джексон был единственным из звезд восьмидесятых годов, кто успешно продолжал карьеру в девяностые и не потерялся даже в новом тысячелетии. Музыкальный критик газеты New York TimesДжеф Лидс писал об этом: «То обстоятельство, что Джексон продолжает пользоваться успехом, несмотря на судебный скандал и странное поведение, является свидетельством того, что он обладает устойчивой и преданной ему аудиторией. Поэтому король будет жить дольше, чем это предполагали многие».

Джексон очень много надежд возлагал на альбом Invincible,однако из-за конфликта со звукозаписывающей компанией реклама альбома была свернута, клипы не снимались и продажи были очень низки. Джексон немедленно развернул против главы корпорации Sony,занимающейся записью и распространением диска, кампанию по обвинению в расизме: хотя Invincibleпродавался хуже всех альбомов Джексона, эта кампания сильно подняла его репутацию среди цветных американцев.

Однако неприятности на этом не закончились. В 2003 году на него снова подали в суд за сексуальное домогательство к детям: все началось с телефильма британского телевидения, снятого Мартином Баширом, Living with Michael Jackson,в котором можно было увидеть

Майкла, нежно обнимающего за плечи двенадцатилетнего мальчика Гэвина Арвизо. По словам Майкла, Гэвин был болен раком, но излечился – не без финансовой помощи Джексона – и с тех пор часто гостил с семьей в Неверленде, причем мальчик иногда ночевал в спальне Джексона. Через несколько месяцев после выхода фильма семья Арвизо подала на Майкла в суд, обвиняя его не только в растлении, но и спаивании несовершеннолетнего. На ранчо был обыск (причем в процессе обыска имуществу Джексона был нанесен немалый ущерб), а сам певец был арестован, однако вскоре выпущен под залог. Вскоре Джексону «припомнили» еще одни случай возможного совращения, случившийся аж 20 лет назад. Суд длился пять месяцев, и в результате присяжные признали его невиновным (хотя некоторые из них сразу по окончании процесса заявили, что они считают певца виновным, и пообещали написать об этом по книге). Решающими были выступления Элизабет Тэйлор, рассказавшей, что она не раз присутствовала в спальне Джексона, когда там были дети, и никогда не видела ничего неподобающего, и психиатра доктора Каца, который заявил, что психическое и эмоциональное развитие Джексона остановилось на уровне десятилетнего ребенка, так что он никак не подходит под определение педофила.

Устав от травли, которую устроили ему журналисты, Майкл с детьми уехал в Бахрейн по приглашению сына тамошнего короля, шейха Абдулла бин Хамада Аль-Халифа.

Майкл Джексон выступает в суде по делу Гэвина Арвизо, 2003 г.

В Бахрейне Джексон продолжал писать песни и, по собственному заявлению, «никогда не был более доволен и счастлив». К своему пятидесятилетию Джексон переиздал Thriller,выпустил альбом песен на стихи Роберта Бернса и несколько удачных синглов, а в двух десятках стран были выпущены юбилейные сборники, состав песен в которых выбирали голосованием сами слушатели отдельно для каждой страны. Говорили и о выходе нового сольного альбома, однако охотнее журналисты писали об ухудшении здоровья Джексона. Еще в молодости у певца начались проблемы с легкими, мешавшие ему петь, со временем к ним добавились последствия многочисленных травм, витилиго и – по слухам – проблемы с наркотиками. Говорили и о найденном у певца раке кожи, и о необходимости пересадки легкого. Кроме этого, на него один за другим посыпались финансовые иски – от адвокатов, сотрудников звукозаписывающих студий, слуг, и даже от сына короля Бахрейна, которому Джексон – по подписанному втайне контракту на семь миллионов долларов – обещал записать альбом и автобиографию, но так и не сделал. Все это практически привело певца на грань банкротства. Он был вынужден продать часть своих акций и даже заложить ранчо Неверленд. Чтобы поправить финансовое положение – а заодно вновь возвестить о себе как о короле поп-музыки – были запланированы масштабные выступления на лондонской арене 20. Сначала объявили о 10 концертах, однако билеты на них разошлись столь быстро, что число выступлений увеличили до 50, а цену на билеты подняли в несколько раз. Прессе рассказывали, с каким упорством и радостью Джексон репетирует, фанаты всего мира замерли в ожидании 13 июля, когда должен был начаться тур… Но Майкл Джексон не дожил до него.

Утром 25 июня 2009 года Майкл Джексон потерял сознание и упал. Приехавшие по вызову медики обнаружили певца, который уже не дышал. Реанимационные меры результата не дали, и в 14:26 по местному времени было объявлено о смерти короля поп-музыки. Доктора, осматривавшие тело, сообщили, что Джексон был в ужасной форме: изъеденный болезнями, истощенный, отравленный препаратами, которые, по заявлению его продюсеров, должны были помочь ему подготовиться к шоу.

Известие о его кончине привело к настоящим интернет-пробкам на крупнейших поисковых серверах, а все запасы его записей были раскуплены в течение суток. Церемонию прощания, прошедшую 7 июля в Лос-Анджелесе, посмотрели по телевидению более миллиарда человек – в разы больше, чем инаугурацию президента Барака Обамы. Газеты выходили с некрологами на первых полосах. «Мое сердце и сердца детей разбиты. Это такая утрата, которую не выразить словами», – говорила Лайза-Мари Пресли. Поп-звезда Мадонна признавалась: «Я не могу перестать плакать… Я всегда восхищалась Майклом Джексоном. Мир потерял одного из великих, однако его музыка будет жить вечно». А режиссер Стивен Спилберг сказал: «Так же, как не будет другого Фреда Астера, Чака Бери или Элвиса Пресли, не будет никого, кто бы мог сравниться с Майклом Джексоном. Его талант и его тайна сделали его легендой». Известный ведущий CNNЛарри Кинг сравнил смерть Джексона с убийствами Кеннеди и Леннона. Журнал Timeвыпустил специальный памятный номер с певцом на обложке (последний раз подобный выходил после терактов 11 сентября 2001 года). Конгресс США почтил память Джексона минутой молчания. Поклонники певца собирались на Таймс-сквер в Нью-Йорке, устроили флэшмоб в Лондоне, массово изобразив на улице «лунную походку», а полторы тысячи заключенных в одной из филиппинских тюрем исполнили в честь Майкла танец зомби из клипа Thriller.

Месяц ходили самые разные слухи о том, где же Майкл найдет свое последнее пристанище: говорили, что Майкла похоронят на семейном ранчо под Лос-Анджелесом, или что семья выкупит для этих целей Неверленд и устроит там мемориал, подобный Грейсленду Элвиса Пресли. Были версии, что из праха Джексона по новейшим технологиям сделают алмазы и продадут с аукциона, или что пепел певца будет развеян над океаном – во избежание участи, постигшей Чарли Чаплина и того же Элвиса, чьи тела несколько раз пытались украсть из могил ради выкупа. Журналисты писали, что семья столь долго не предавала тело Джексона земле, чтобы было проще проводить экспертизы, – ходили упорные слухи о том, что кого-нибудь из врачей Майкла могут обвинить в убийстве поп-короля. В официально выданном свидетельстве о смерти в качестве причины гибели указано «убийство посредством инъекции препаратов посторонним».

Дети Джексона на церемонии прощания с Майклом, 2009 г.

Похороны Майкла Джексона состоялись 3 сентября 2009 года – он упокоился на кладбище Glendale Forest Lawnв пригороде Лос-Анджелеса, в «Великом мавзолее», где похоронены такие звезды Голливуда, как Кларк Гейбл, Кэрол Ломбард, Джин Харлоу и Хамфри Богарт.

Согласно завещанию певца, львиная доля его состояния отходит к его матери и детям, солидные суммы достались и благотворительным фондам. Опекунами детей были назначены мать и сестра Дженнет – Дебби Роу, имевшая формальное право претендовать на опеку, отказалась от детей за сумму в несколько миллионов долларов. По оценкам специалистов, даже после выплаты долгов наследство Майкла Джексона приближается к миллиарду долларов, немалую долю из которого составляют авторские права на его песни, в том числе на сотни неизданных композиций.

Все это породило новую волну слухов: от того, что Майкл был убит продюсерами, опасавшимися провала турне, до того, что Джексон инсценировал свою смерть, предпочтя безвестность и покой шоу-бизнесу и долгам, – кстати, то же самое когда-то говорили про Элвиса. Как бы то ни было, после смерти он снова стал столь же невероятно популярен, как когда-то, снова получив ту любовь и преданность, которой ему так не хватало в последние годы. Король умер – да здравствует Король!

Литература

Фрэнсис Скотт Фицджеральд

Жизнь по обе стороны рая

Он остался в истории литературы и как летописец «века джаза» – пышного и трагического десятилетия накануне Великой депрессии, и как его жертва. Он был последовательно воплощением американской мечты и крушения ее надежд. Он воспел свое поколение в романах, полных грусти и любви, но уже скоро никто не нуждался ни в любви, ни в грусти. Казалось, он пережил свою славу, однако уже через двадцать лет оказалось, что слава надолго пережила его…

Фрэнсис Скотт Ки Фицджеральд родился 24 сентября 1896 года в городе Сент-Пол, столице штата Миннесота. Его предками были выходцы из Ирландии – Фицджеральды по отцовской линии и Макквилланы по материнской. Оба его деда прибыли в Америку в погоне за мечтой, оба сделали состояние на торговле, но если Филип Фрэнсис Макквиллан оставил своим пятерым детям наследство в четверть миллиона долларов, то Фицджеральды, успевшие вписать свое имя в историю США (двоюродный прапрадед будущего писателя был автором текста американского гимна, а его многочисленные потомки – видными деятелями в законодательных органах колоний и членами губернаторских советов) денег не нажили. Эдвард Фицджеральд – красавец-щеголь с изысканными манерами и некоторой вялостью выходца из старинного южного рода, окончил университет Джорджтауна, работал в Чикаго и, наконец, перебрался в Сент-Пол, где стал управляющим предприятием по производству плетеной мебели American Rattan and Willow Works.Он влюбился в Мэри, или по-домашнему Молли, старшую из дочерей Макквиллана, однако своенравная девушка, не отличавшаяся ни особой красотой, ни умом, выжидала лучшей партии и не спешила осчастливить самого верного своего поклонника. Когда она, наконец, в 1890 году согласилась стать женой Фицджеральда, ей было уже тридцать лет. Медовый месяц молодые провели на Ривьере. Они произвели на свет двух дочерей и были, казалось, счастливы в своей спокойной и размеренной жизни.

Когда Молли ждала своего третьего ребенка, обе дочери скончались во время свирепствовавшей тогда эпидемии. «За три месяца до моего рождения, – вспоминал позже ее сын, – мать потеряла двух детей. Именно это горе явилось моим первым ощущением жизни, хотя я и не могу сказать точно, каким образом оно ко мне пришло. Мне кажется, что тогда и зародился во мне писатель». Мальчика назвали в честь его прославленного предка – автора американского гимна Скотта Фицджеральда Ки, и мать никогда не уставала напоминать друзьям сына, да и ему самому, что он потомок такого великого человека.

Нет ничего удивительного в том, что Молли обожала своего сына – на долю родившейся через пять лет дочери Аннабел не досталось и половины обрушившейся на Скотти любви. Каждый шаг сына она описывала в дневнике: первое слово «дай», как это следует из дневника, он произнес 6 июля 1897 года, а в три года он спросил: «Мама, когда я стану большим, можно мне будет иметь все, что мне не положено?»

Фрэнсис с отцом.

Уже скоро выяснилось, что бизнесмен из Эдварда Фицджеральда был никудышный: в начале 1898 года его предприятие разорилось, и семье пришлось перебраться в Буффало, где Эдвард устроился в фирму Procter&Gamble.В Буффало Скотти пристрастился к театру – родители его приятеля были дружны с одним из актеров местной труппы, и по субботам Скотти посещал театр, а затем дома заново разыгрывал представление. Он обладал прекрасной памятью, позволявшей ему с первого раза запоминать огромные диалоги, и немалыми актерскими способностями, благодаря которым с помощью подручных средств мог перевоплощаться во всех героев его импровизированного спектакля. Вспоминают, что юный Фицджеральд одевался лучше всех мальчиков в городе: одежду ему покупали не в местном магазине, а заказывали из Нью-Йорка. Его отец тоже был известным всей округе щеголем, а вот мать печально прославилась своей неряшливостью и плохими манерами. В городке ее называли «растрепой Фицджеральд» – она вечно ходила с прической набекрень, в платьях, подобранных без вкуса и надетых кое-как, и к тому же совершенно не умела вести беседу, нередко допуская непозволительные промахи. Так, однажды она заявила соседке, муж которой был тяжело болен (и весь городок из сострадания скрывал этот факт от жены), что пытается представить, как та будет выглядеть в трауре. Ее несообразность вкупе со своеобразной походкой и манерой смешно поджимать губы делала ее объектом насмешек для всей округи. Скотти, который, как и все дети, тонко чувствовал отношение соседей к своим родителям, разрывался между любовью к ним и стыдом. Он пообещал себе добиться всеобщего признания – чтобы никто и никогда не осмеливался потешаться над ним из-за угла.

Скотти увлекался чтением и даже пробовал писать сам, однако по примеру друзей теперь он все больше времени уделял спорту, которого раньше избегал. Его страстью стало регби, его кумирами – знаменитые игроки. И, тем не менее, он был совершенно не похож на спортсмена – хрупкий, изящный юный красавец с тонкими чертами лица, огромными серо-зелеными глазами и копной золотистых кудрей, он, как вспоминали, был совершенно чужд грубости и вульгарности – его отец даже предлагал пять долларов всякому, кто услышит от его сына грубое слово. Он любил танцы, которым обучался в танцклассе, и впервые влюбился в свою партнершу по мазурке Кити Уильяме. Он наслаждался жизнью, и она, казалось, отвечала ему взаимностью.

Однако у его отца дела шли все хуже и хуже, наконец, в марте 1908 года его уволили.

Однажды в полдень, – вспоминал Фицджеральд много лет спустя, – раздался телефонный звонок, и мать подняла трубку. Я не понял, что она сказала, но почувствовал, что нас настигло несчастье… Затем, опустившись на колени, я стал молиться. «Милостивый Боже, – взывал я к всевышнему, – не допусти, чтобы мы оказались в доме для бедных». Через некоторое время вернулся отец. Мои предчувствия оправдались: он потерял место.

Он вспоминал, что его отец, который утром ушел на работу молодым преуспевающим человеком, вечером вернулся сломленным стариком. От полученного клейма неудачника он не смог оправиться до конца своих дней. И его сын чувствовал, что отныне именно на него возложены все надежды семьи – это подстегивало его, но в то же время пугало.

Фицджеральды вернулись в Сент-Пол, где достаточно безбедно жили за счет наследства дедушки Макквиллана. Пока над родителями втихомолку потешался весь городок, Скотти стал одним из самых популярных подростков в своем кругу: его красота, утонченность, обаяние и не по годам развитый ум привлекали к нему друзей всех возрастов. Довольно скоро он уверился в том, что превосходит остальных людей – как в уме, так и во всем остальном. Когда его отдали в местную школу, он старался блистать во всех областях. Мистер Уиллер, один из его преподавателей, вспоминал Фицджеральда как «жизнерадостного, энергичного светловолосого юношу, который еще в школьные годы знал, что ему предначертано в жизни… Он проявлял необычайную изобретательность в пьесках, которые мы ставили, и остался в памяти как сочинитель, вечно декламирующий свои произведения перед всей школой… Именно его гордость за успехи на литературном поприще помогла ему найти свое подлинное призвание». В 1909 году школьная газета опубликовала его первый рассказ «Тайна Рэймонда Мортгейджа», а потом еще три, и с тех пор Фицджеральд окончательно уверился в том, что станет великим писателем. При этом он болезненно жаждал признания, восторгов и славы – и пока ее не удавалось достичь литературой, пытался добиться успеха в спорте. Его данные не позволяли ему блистать в регби, но он брал напором и решительностью, не раз получая травмы в единоборстве с более сильными противниками.

После двух лет школы в Сент-Поле Скотти отправили в Нью-Джерси, в школу Ньюмена, – пансион для детей из респектабельных католических семей. Здесь его ждало жестокое разочарование: то превосходство ума и личного обаяния, которое знал в себе Скотт, никто не оценил, а его успехи в регби были ужасны: после того как он, испугавшись, уклонился от столкновения с противником, его сочли трусом и подвергли настоящему бойкоту. Лишь на второй год Фицджеральд нашел свою нишу: три его рассказа были опубликованы в школьном журнале, он с увлечением писал песни и скетчи для местного драмкружка и, хотя из-за плохой успеваемости ему не позволяли играть самому, с удовольствием режиссировал, готовил декорации и придумывал шутки. В спорте он тоже преуспел: выиграл состязание по легкой атлетике и очень удачно выступил в нескольких матчах. В одном из репортажей победа школы Ньюмена приписывалась главным образом его «резким и неожиданным рывкам».

Летом 1913 года он поступил в Принстон – во многом выбор этого учебного заведения был обусловлен успехами тамошней команды по регби, однако он выбыл из команды уже через несколько дней – по его собственным словам, «ретировался с полупочетом и вывихнутой лодыжкой».

Жизнь первокурсников состояла из лекций, покера, занятий в библиотеке, пьянок, розыгрышей и чтения. Вспоминали, что в то время Фицджеральд почти не пил – его организм плохо переносил спиртное, зато постоянно разыгрывал однокашников. Он стремился попасть в литературные университетские журналы, буквально преследуя редакторов и засыпая редакции нескончаемым потоком стихотворений, эссе, скетчей, рассказов и заметок. Наконец ему удалось добиться первых успехов: он победил в конкурсе на лучший сценарий, а когда университетский театр «Треугольник» гастролировал по соседним штатам, его имя появилось в газетах, которые хвалили «талантливые стихи Ф. С. Фицджеральда». Газета Louisville Postдаже писала: «Слова песен написаны Ф. С. Фицджеральдом, которого ныне по праву можно поставить в ряды самых талантливых авторов юмористических песен в Америке». Эти похвалы вскружили ему голову. «Успех «Треугольника», – признавался он позднее одному из однокашников, – самое худшее, что могло со мной произойти. До тех пор пока я неизвестен, я довольно приятный малый, но стоит мне приобрести хоть чуточку популярности, и я надуваюсь как индюк».

Джиневра Кинг.

Однако успехи в учебе были далеко не так блестящи – ему едва удавалось переползать с курса на курс. К тому же он влюбился и стал уделять учебе еще меньше внимания. Его избранницей стала шестнадцатилетняя Джиневра Кинг из Чикаго – красавица-брюнетка, обладавшая репутацией «ветреницы» и «легкомысленной девицы». Все то время, что Фицджеральд считал ее своей девушкой, она была окружена поклонниками и даже не думала скрывать это от Скотта. Наконец ему прозрачно намекнули, что он не пара для столь блестящей девушки (а Джиневра была из богатой аристократической семьи), и они расстались. Фицджеральд остался навсегда ранен этой историей. Неудачное окончание их романа стало одной из причин, по которой Фицджеральд остался на втором курсе на второй год. Университет он так и не окончил – в апреле 1917 года США вступили в Первую мировую войну, и Скотт Фицджеральд немедленно записался добровольцем. Считают, что он сделал это, опасаясь провала на экзаменах; сам он утверждал, что им двигал искренний порыв: