Текст книги "Сверх (СИ)"

Автор книги: Виталий Останин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Один есть. – тем временем произнесла Маша. – Второй убегает.

Черт, точно. Она же с самого начала говорила, что в квартире было два сверха. Из-за их близкого родства, она как раз и не могла определить, с каким типом нам предстоит столкнуться. По той же, вероятно причине, второго почувствовала только сейчас, когда телекинетик потерял сознание.

– За ним. – коротко приказал Герман. – Я с задержанным останусь.

Мы с Машей рванули с места, как профессиональные бегуны. Только она по лестницам полетела, почти не касаясь их ногами, а я на кухню. Третий этаж, прямо под окном газон с цветами – чего не спрыгнуть? Особенно, если ты, еще окно выбивая, начал переходить в боевую форму.

Сгруппировавшись в прыжке, я приземлился ровно так, как и планировал, на обе ноги. Ставшими невероятно сильными мышцы легко амортизировали нагрузку, разве что только в землю по щиколотки ушел.

"Одежду жаль, – мелькнула мысль. – Потом обратно, а тут Маша. Неудобно!"

У тела в боевой форме ничего лишнего не было. В смысле, ни первичных, ни вторичных половых признаков. Пластиковый пупс, что и правильно – что это за боевая форма, если у тебя между ног отросток болтается? Так что смутить барышню в образе Халкова я не боялся. А вот потом – нужно будет где-то искать тряпку, чтобы прикрыться.

Но в любом случае, так я оказался на улице раньше, чем туда выскочила Маша. И сразу засек улепетывающего во весь дух парня. Разбрасывая ногами комья грязи, огромными прыжками я бросился за ним.

Силы были неравны изначально. Я не знал, какой тип у преследуемого мной сверха, но бежал он со скоростью обычного человека. Я же, по самым скромным прикидкам, с места выдал не менее сорока километров в час. И продолжал ускоряться. За какие-то секунд пятнадцать, я настиг беглеца, и ухватил его поперек корпуса здоровенной зеленой ладонью, и…

В последний миг, когда мои пальцы уже смыкались на его теле, он повернул голову и я столкнулся со взглядом черных, лишенных белка, зрачка и радужки глаз. Чернота эта, казалось, вытекает из наружу, пятная прожилками мертвенно-бледное лицо, и перетекая на мою руку.

А еще, схваченный улыбался. Мерзко и радостно. Так, будто это он меня догнал, а не наоборот. Когда тьма из его глаз расползалась по всей моей руке и перебралась на грудь, я понял, что попал в ловушку. Рука, которой я его удерживал, стала рассыпаться, превращаясь в черный пепел.

Глава 12

Меня охватил такой ужас, которого я не испытывал уже давно. Страха-то я в прошлой жизни натерпелся, но это дело привычное, один из основных инстинктов человека. Который, при должной подготовке, можно поставить себе на службу. А вот настоящий ужас, когда отнимаются руки и ноги, а в голосе стучит лишь одна мысль – это конец – ощущал только один раз.

Много лет назад, я стал свидетелем катастрофы – военный борт, полный эвакуируемых беженцев, на высоте около полутора сотен метров получил "стингера" под крыло и стал медленно, словно во сне, падать. А я, пять минут назад затолкавший туда последнего чернокожего мальчишку лет семи, стоял и смотрел, как это происходит. До сих пор помню то чувство неверия в реальность происходящего, и полного бессилия, которое я тогда испытывал.

Примерно так я себя ощущал сейчас, когда моя правая рука, без всяких болевых ощущение, превратилась в черный пепел и стала рассыпаться. Быстро, за какие-то секунды ее не стало. А чернота уже расползалась дальше по телу.

Понимая, что источником порчи является мой беглец, я попытался отбросить его от себя. Но тело не слушалось. Вообще. Я совсем его не чувствовал. Застыл, не в силах ни рукой, ни ногой пошевелить, а уж тем более – помешать распаду. Только и было сил стоять и смотреть на процесс. Даже закричать не мог!

А мой убийца стоял напротив и смеялся. Теперь уже он держал меня. Правда, смеха его я не слышал, только видел, как искажается в злобной гримасе его лицо. Звуки вообще куда-то пропали – ни ночного шума города, ни шума дыхания или биения моего сердца. Все происходило в полнейшей тишине.

"Это бред… Бред… Сверхи, суперсилы – это понятно. Это физика, экстраординарная мутация, способность организма изменяться или управлять полями. Не магия… Не магия! Такого быть не может, просто не может!"

Неверие в происходящее, тем не менее, не отменяло ее реальности. Черная смерть неумолимо ползла по моему телу. Вслед за рукой стала рассыпаться на черные лепестки, тут же подхватываемые ветром, правая часть груди. Вскоре порча добралась до живота. Быстро, как на съемке в ускоренном режиме, перепрыгнула на левую часть и ноги. При этом, лишившись уже половины тела, я почему-то не умирал.

И вдруг я почувствовал боль. До этого, надо сказать, распад тела происходил без всяких неприятных ощущений – просто превращалось в пепел и разлеталось. А тут – прям резкая такая!

Опустив глаза, я увидел торчащий из бедра нож. Очень знакомый нож. Кажется, именно им Маша распорола ногу телекинетику, которого мы поджидали в квартире. Как он тут оказался, и почему торчит в моем бедре, я понять никак не мог. У моего противника обе руки были заняты, лежали на моем предплечье, а больше, вроде, и некому.

Но именно боль меня и спасла. Благодаря ей, я вдруг увидел, что рассыпавшиеся пеплом части моего тела никуда не делись. Находятся на своих местах, не почерневшие и никаким иным образом не поврежденные. А вот поверх них как раз висит черная, просвечивающаяся взвесь. Словно миллионы крохотных капелек воды, только не очень характерного для воды цвета.

И беглец стал выглядеть иначе. Не пугающий своей чуждость маг с чернильными глазами, а совсем молодой паренек, со злым лицом. Более того, он, оказывается, не давил на мои руки, вминая в землю – так мне казалось еще секунду назад. Просто стоял рядом, с трудом обхватывая толстое запястье боевой формы обеими ладошками.

Последней я заметил Машу. Девушка находилась шагах в двадцати от нас, бежала со всех ног, с каждой секундой сокращая расстояние. И ее правая рука сейчас опускалась из того положения, из которого очень удобно метать нож.

"Менталист!" – понял я в один миг.

Не было никакой магии. Никакого черного пепла, в который превращалось мое тело. Не было ужаса и беспомощности. Был только сверх, со способностью управлять чужим разумом, что заставил меня во все это поверить. Всего одним касанием.

Больше не тратя времени на размышления – они могут подождать – легким ударом руки, я сбил противника с ног. Для меня, в смысле, легким, а так-то кровушка из носа хлынула рекой. И зубы, наверняка, не все на месте остались.

Черная водяная взвесь, иллюзия того, как разрушается мое тело, неконтролируемый ужас – все пропало в один момент. Был я, целый и невредимый. Была Маша, добежавшая-таки до меня, ее извиняющаяся гримаска на лице, мол, прости за то, что нож пришлось бросить. И был парень, с разбитым в кровь лицом, лежащий на асфальте.

Скрытница быстро скользнула мимо меня, упала на колени и, с невероятной сноровкой, нацепила на беглеца браслеты-подавители.

– Сильно приложило? – спросила она, поднимаясь.

Я тряхнул головой. Фантомы пережитого растворялись, хотя от них меня все еще потряхивало.

– Жуть. – пересохшим горлом сообщил я. – Показалось, что меня на атомы разбирает.

– Да? Интересное воздействие. Ну ты с ним в контакте был. Слишком уж вперед вырвался. В следующий раз осторожнее будь. Ментаты – они вообще все опасные. А этот – тем более. Шестерка, где-то. – пояснила девушка. – Повезло, что он только в контакте мог на тебя влиять. Представь себе семерку, которая на дистанции метров десять способна мозги закрутить?

Я вздрогнул. Если уж слабенький менталист так на меня воздействовал, что же говорить о его старших коллегах.

– Но все равно богатый улов. – продолжила между тем Маша. – А ты первый раз с ними столкнулся? Я по поведению сужу, ты не обижайся. Смотрю, ты замер, и с этим гавриком за ручки держишься. Сразу поняла, что ментат. Прости за нож.

– Наоборот, спасибо тебе.

Выдернув из ноги клинок, я покрутили его в руках и отбросил в сторону. А сильный у моей новой знакомой бросок. Почти на все лезвие вошел. Хотя, для боевой формы это пустяшная рана. Кровь перестала течь, стоило удалить инородное тела, а края стянутся раньше, чем мы дойдем до квартиры, где нас ждал Герман.

– Менталистов вообще мало. – продолжила говорить Маша. – Так что, трофей стоящий. Ребята из ККС скажут большое спасибо.

– От них как-то защитится можно? – воспоминание о том, насколько беспомощным я стал в контакте с ментатом, заставляло искать способы борьбы с подобными угрозами.

– С контактниками просто. Разорвать зрительный или тактильный контакт, переключить разум на другой источник раздражения – как я с ножом и поступила. А вот с дистанционщиками все сложнее. Там к каждому подход нужно искать. Был у нас с Германом один "клиент", лет десять назад. Мог проникать в сон своих жертв, и не давал из него выйти. По сути – кому. Человек просто умирал от голода и обезвоживания, и разбудить его никак нельзя было. При этом сам ментат мог находится от жертвы в нескольких километрах.

– Кошмар. И как вы его взяли?

– Долго искали. – хмыкнула Маша. И решила сменить тему. – Хватит болтать. Вить, ты его не донесешь? Не хочу в крови пачкаться.

– Конечно. – запоздало сообразил я.

Закинул бесчувственное тело сверха на плечо, и мы с напарницей зашагали к дому. По пути она болтала, будто мы не на боевой операции были, а вышли прогуляться по ночному городу.

– А ты молодец, быстро реагируешь. Только вот из окна не стоило выпрыгивать. Или хотя бы заранее его открыть. Герман очень не любит беспорядок, все макушку тебе сейчас в кровь расцарапает. Кстати, Вить, а почему такая вот форма? Ну, большой-то понятно, мышечная масса в любом случае требует объема, но зеленая кожа? Для маскировки? Ты же с Краснодарского края, да? По лесам бегал, когда первый раз в нее перешел?

Я ничего не отвечал, посмеиваясь про себя. Девушка болтала без умолку, и я удивлялся, как ей удалось сохранить такую живость характера и неугомонный нрав, прожив столь долгий срок.

А уже возле подъезда, когда я понял, что мне придется в обычный размер возвращаться, замер. Стал оглядываться по сторонам, в тщетной надежде увидеть сохнущую на общей бельевой площадке одежду. Ее, конечно же, не было. Как и самой площадки. Не восьмидесятые, чай.

– Чего застыл? – удивилась Маша, пройдя несколько шагов, и повернувшись ко мне.

– Понимаешь… – ответил я. – Одежду порвал. Сейчас выйду из боевой формы голым. Неудобно получится.

– Боже ж ты мой! – рассмеялась напарница. – Чего я там, по твоему, не видела? Но, если серьезно, отрасти себе новую. Я, кстати, удивлена, что ты с голой зеленой задницей бегаешь. Советский сверх не должен так себя вести. Сейчас-то ладно – ночь. А если бы операция днем проходила? Да посреди людного места?

Как говорила молодежь в моем прежнем мире – рука-лицо. Мне прямо захотелось врезать себе по лбу, до того большим идиотом я себя почувствовал. Отрастить одежду! Я метаморф высокого ранга – это же такое очевидное решение! Как оно раньше-то мне в голову не пришло? Одни только кулаки пудовые и костяные клинки на ум шли.

Практики в этом вопросе у меня не было, поэтому я решил не особенно мудрить, и отрастил на бедрах что-то вроде набедренной повязки. Держа перед собой этот образ, скинул боевую форму. Едва удержался от того, чтобы не вскрикнуть от радости – от талии до колен я был укутан в темно-синее банное полотенце. Проведя по которому рукой, я ощутил прикосновение к собственной коже. Другими словами, полотенце только выглядело, как ткань, но была неотъемлемой частью меня. И, кстати, развязаться не могло по этой же причине.

Ну, так тоже хорошо. Видимо, ни разу в жизни не видев именно набедренную повязку, я выдал из подсознания этот образ. И разум послушно исполнил требуемое. Маша, во время моей метаморфозы, деликатно отвернувшаяся, сейчас вскинула в ироничном удивлении бровь. Мол, а так-то зачем? Может лучше штаны или шорты хотя бы? Но ничего не сказав, первой вошла в подъезд. Я же, обещая себе плотно заняться тренировками в данном направлении, проследовал за ней.

В квартире ничего не изменилось. Герман сидел в прихожей, охраняя кейс с препаратом ЭМ, и стонущего в забытье сверха в браслетах. Когда я сгрузил нашего пленника на пол, наш начальник спросил.

– Кто?

– Ментат. Шестерка, не меньше. Витя под воздействие попал.

– Вот, даже, как. Редкая птица. Ну что? Вызываем транспорт?

– Ну, наша работа закончена.

Остаток ночи мы провели уже на рабочем месте. Сперва, конечно, дождались эвакуационную группу ККС. Пока делать было нечего, я отлучился на кухню и там, с пятой или шестой попытки, отрастил на себе что-то отдаленно напоминающее спортивные шорты и футболку.

Вышло немного кривовато – если шорты еще смотрелись более-менее, то футболка казалось нарисованной краской прямо по телу. Но в целом, направление было признано перспективным. С моей склонностью рвать одежду, я был просто обязан овладеть им в совершенстве.

Сдав дежурной группе находки и задержанных, мы отправились писать отчеты. Герман требовал, чтобы все было сделано "горячим следам", пока впечатления и детали не забылись.

– В свободной форме. – напутствовал он меня. – Никто не требует от нас полного официоза.

В итоге, переписывать отчет мне пришлось четыре раза. Вроде и помнил все, и старался подробно, чуть ли не каждый наш шаг описать, а все равно выходило то коротко и рвано, то многословно и непонятно. Маша, управившаяся с писаниной за двадцать минут, пришла помочь.

– Ты чего вручную набиваешь? – удивилась она. – "Ожегов" же есть!

Нейросеть для преобразования голоса в текст на служебных ЭВМ стояли. Но пользоваться ими я не умел. Точнее не так – сложности в том, чтобы запустить программу не было. Они начались, стоило начать диктовать.

– Да я пытался! Но когда начинаю диктовать, вообще ерунда какая-то получается!

– Тут надо сосредоточится и говорить короткими понятными фразами. Паузы делать не бойся, лучше сформулируешь. Вот, смотри! – она подсела поближе, ничуть не смущаясь близости, и стала говорить. – Проведен рейд. Адрес – Пионерская, 78, квартира 21. Подозрение на хранение наркотиков в особо крупном размере. В ходе оперативно-розыскных мероприятий, обнаружен препарат ЭМ. Сорок капсул объемом по пять миллилитров.

И так далее. С ее помощью, я действительно закончил быстрее. Положил распечатку на стол Герману, который выглядел так, будто сон ему вообще не нужен. Удостоился короткого кивка и фразы.

– Можете отдыхать, товарищ Глебов. Марианна Дмитриевна довезет вас до вашей квартиры. После обеда, если никаких неожиданностей не возникнет, она поможет вам с обустройством жилья.

– Я так понимаю, что проверку прошел? – спросил я у девушки, когда мы ехали по уже просыпающемуся городу.

– Какую проверку? – недоуменно нахмурилась она.

– Ну, это задержание. – пояснил я. – Вы же могли этих наркодилеров и до моего приезда взять.

– Ах, вот ты о чем! Нет, Витя. Конечно, мы, конечно, будем за тобой наблюдать и направлять, но именно это проверкой не было. Информация о том, что банда связалась препаратом ЭМ, появилась у нас вчера вечером. День ушел на то, чтобы выявить всех фигурантов и принять решение о силовой операции. А там уже и тебя Окелла прислал.

– Совпадение? – с недоверием произнес я.

– Да какие тут совпадения! – в сердцах, девушка легонько ударила по рулю. – У нас, что ни неделя, то вот такая катавасия! Все словно с ума посходили! Дались им эти сверхспособности, идиоты малолетние!

За ее словами стояло нечто большее, чем нервный срыв уставшего от работы человека. Какая-то личная трагедия, в которую я соваться не собирался. И так понятно, что у Маши, этой неунывающей жизнерадостной красавицы, за спиной осталось много чего, что сгорело и стало руинами. Когда долго живешь – это неизбежно.

– Меня бы поплотнее в курс дела ввести. – произнес я уже почти у своего дома. Ехать было всего ничего, так что долгого разговора не получилось. – А то я, как слепой кутенок, тычусь моськой и ничего не понимаю.

– А Герман разве не?..

– Герман рассказал все, что посчитал нужным. Мне бы хотелось поглубже понять.

– Конечно, Витя. Завтра с обеда заеду, покатаемся по магазинам, заодно и поболтаем. Лишь бы только опять чего-нибудь такого не случилось. А пока иди отдыхай. Я тоже баиньки поеду.

На том мы и расстались. Я поднялся в свою однушку и, не "раздеваясь" упал лицом вниз на кровать. День, начавшийся еще в Сибире, затянулся на полтора суток. И каким бы сверхсильным не был организм, мозг требовал отключения и отдыха.

Проснулся я спустя четыре часа. Выспавшийся, отдохнувший и без капли сна в глазах. Похоже, перестройка организма продолжалась в пассивном режиме, и теперь я уже не нуждался в восьмичасовом сне.

Тело при этом требовало действия. Буквально жаждало куда-то бежать и что-то делать. Посмеявшись над этим побочным эффектом, я встал посреди комнаты и стал создавать одежду. Пообещал себя, что не выйду из дома до тех пор, пока не научусь делать это хотя бы на удовлетворительно.

И слово свое сдержал. Ко времени, когда приехала Маша, я встретил ее в довольно приличном наряде – свободных легких брюках и пестрой пляжной рубахе-гавайке. Почему-то именно она удавалась мне лучше всего.

– Неплохо! – девушка оглядела меня и сразу поняла, что одежда "выращенная". – Только вот тут небольшой брак.

Она протянула руку к моей шее и подергала за воротник. Ощущение было такое, будто меня за ухо тянут. Не понимая, что она имеет ввиду, я попросил у нее зеркальце и стал рассматривать этот участок одежды.

– А. – выдал через несколько секунд. – Понятно.

В отражении было видно, что воротник буквально вырастает из кожи – жутковатое зрелище. Правда, заметить это можно было только вблизи. Сосредоточившись, я устранил "заводской брак", сунул в карман бумажник с карточкой, на которой лежали выписанные мне вчера подъемные, и бодро произнес.

– Ну, что? По магазинам?

Глава 13

Поездка за покупками с девушкой само по себе испытание. А если под личиной юной красавицы прячется опытная дама в серьезном таком возрасте, к тому же, получившая задание хотя бы по минимуму обставить холостяцкую берлогу, пусть и не своего, но мужчины – это уже экзамен на профпригодность. Который пройти сможет не каждый. По крайней мере, двадцатилетний парень, по логике вещей, еще не сталкивавшийся в своей недолгой жизни с такими вот вызовами.

Я старался вести себя сообразно возрасту. То есть, торопился взять все по быстрому, зачастую первое, что попадалось на глаза, и спешил поскорее закончить это утомительное дело. Но, видимо, делал все недостаточно убедительно. Из-за чего несколько раз ловил на себе удивленные взгляды Маши.

На самом деле этот вторничный шоппинг меня нисколько не утомлял. Время имелось, деньги тоже выдали в достаточном количестве, а уж про компанию и говорить нечего. Мне доставляло настоящее удовольствие бродить с ней по мебельным магазинам, слушать ее рассуждения о том, как с помощью различных полочек, подставочек и навесных прищепок оптимизировать крохотное пространство кухни. Просто находится в обществе девушки, из которой энергия жизни буквально брызжет, было очень приятно.

Особенно это было приятно на контрасте с недавним прошлым. Когда я только попал сюда – ни минуты свободной не было. Беги, если хочешь остаться на месте. Если хочешь куда-то добежать – беги еще быстрее. Бандиты, шпионы, учебный лагерь, метания по всей нашей огромной стране. И это я еще про сверхспособности не говорю, к которым понемногу стал привыкать.

А тут настоящий спокойный день. Мирный, бытовой поход по магазинам. Выбор полочки для ванной комнаты, где будет стоять моя зубная щетка. Все это очень умиротворяло.

– А ты странный. – в какой-то момент сказала вдруг Маша.

Игриво так, по девчоночьи. Если бы я не знал, что ей лет под сотню, подумал бы, что она со мной флиртует.

– Да мы все довольно странные. – усмехнулся я, думая, что она говорить о моих сверхспособностях. – Мутанты же.

Точнее, я думал, что она в очередной раз решила пройтись по поводу моего маниакального желания ходить на людях в "выращенной" одежде. Я, поначалу, тоже нервничал, ведь, по сути, голый шлялся по общественному месту. Пусть одежда и выглядела довольно реалистичной, даже развевалась от ветра, но все равно – кожа поверх кожи. Плюс еще риск, что утратив контроль, я окажусь в довольно пикантной ситуации.

С другой стороны – мотивация. Ничто так не заставляет мобилизоваться, как реальная угроза. В моем случае – опозориться.

– Нет, я не про то, что ты здоровенный зеленый сверх. – рассмеялась она. – Хотя это тоже странно. Не могу представить, что творилось в твоей голове, когда ты выбирал боевую форму. Но я о другом. Ты терпеливый. Нет, даже не так – спокойный. Основательный. Уже третий час ходим по магазинам, а ты будто и не устал от этого. Германа на такое затащить даже не реально, а ныть он начнет уже через десять минут.

– Компания хорошая! – отшутился я, понимая, что "Штирлиц был довольно близок к провалу".

– Спасибо, конечно, но… Витя, ты же не клинья ко мне подбиваешь? – вдруг разулыбалась Маша. – Не обижайся, парень ты, конечно, симпатичный, но я же тебе даже в матери – в бабки гожусь!

– А по виду не скажешь. – я дернул плечом. – Марианна Дмитриевна, у меня и в мыслях не было устраивать шашни с коллегой по службе.

– Вот! – воскликнула она. – Вот! Мало того, что ведешь себя так спокойно в магазине, так еще и разговариваешь, как дед!

– В смысле?

– Шашни! Никто так уже давно не говорит!

– У нас на Кубани говорят.

– Да? – сразу же сдала назад девушка. – Ну, может быть, конечно… Ой, у тебя рукав рубашки к плечу приклеился.

Сосредоточившись, я вернул "одежде" первоначальный образ, и выдохнул. Вот же цепкая какая! По косвенным деталям почти вычислила! Надо с ней поосторожнее, а то ведь и раскрыть может. Кстати, даже интересно – и что будет? То есть, в этом мире и так достаточно много странного – удивит ли кого-то переселенец из другого мира, когда тут сверхи и "демоны" есть? Лучше, конечно, не проверять…

Маша не только помогла мне все это купить и организовать доставку, но еще и вернулась со мной на квартиру, чтобы расставить все по правильному.

– А то знаю я вас, мужиков. Сгрузите все в коробки, и они так и будут годами стоять нераспакованными. Герман, например, полтора года шкаф в прихожей собирал!

Болтушкой она была страшной. С ее слов я узнал, что все сверхи в нашей маленькой команде – холостяки. И даже получил объяснение почему так.

– Первого мужа или жену похоронишь, сам поймешь. – почти без горечи в голосе сказала девушка. – А между собой у нас плохо контачить получается. По работе еще ничего, а вот отношения… Есть по Союзу несколько пар, но это больше пропаганда, чем настоящие чувства. Ученые говорят, что все сверхи ужасные индивидуалисты, поэтому так.

Под разговоры мы привели мое служебное жилье в относительный порядок. По крайней мере, теперь возвращаться сюда из рейда будет не так уныло.

– Давай я тебя хоть ужином угощу? – предложил я, когда мы закончили. – А то продуктов накупили, а есть мне их одному, что ли?

– Ой, а ты еще и готовить умеешь? – картинно приложила руки к щекам Маша. – Ну мечта, а не парень! Была бы помоложе, уже бы захомутала!

– Ну, в армии кое-чему научился… – скромно протянул я.

– Готовь! Я голодная после всех этих походов!

Удивительно, но контролировать или хотя бы смотреть, как я кашеварю, девушка не стала. Уселась на диван в единственной комнате, открыла экран "польки" и принялась что-то там читать. Я же занялся готовкой. Решил, что особо выделываться не буду, чтобы проницательная и подозрительная коллега не решила, что я таким образом за ней ухаживаю. Вкусно, сытно, просто – по этим трем параметрам у меня в арсенале было только ризотто.

Название итальянского блюда только звучит так пафосно, на деле же представляет из себя творческое переосмысление рисовой каши. Да, там есть нюансы, сыр опять же, но по сути – именно она. Да и готовится быстро, а я, как и Мария, за день ужасно проголодался.

– Маша? – позвал я, обжаривая рис в сегодня же купленной кастрюле. – А что ты там вчера говорила про то, что все будто с ума посходили?

– Много обращений. – донеслось из комнаты. – Сыворотку везут в Союз буквально отовсюду, а всякая шваль ее не боится принимать. Раньше такого не было. То есть, дураки-то всегда находились, но этим дуракам для начало нужно было найти препарат ЭМ, что было непросто. Сейчас, такое ощущение, его в каждой подворотне продают.

– Неужели его так просто через границу провезти?

– А ты, умник, протяженность тех самых границ видел? Семьдесят тысяч километров! Ты в голове эту цифру уложи сперва, а потом вопросы задавай.

– Ну, есть же средства обнаружения… Технологии опять же… – максимально нейтрально произнес я.

– Они, конечно, помогают, вопросов нет. Вот только, Витя, в тех же горах, толку от них чуть. Засечь с воздуха караван можно только в хорошую погоду. И только, если они настолько дурные, что прут по исхоженным тропам и перевалам. Подожди, вот позовут нас пограничники в усиление, сам все увидишь. И это только здесь, у нас с британского Пакистана. У тебя на малой родине тоже ведь не все гладко, верно?

– Ага. Турция. – Маша без сомнений читала мое досье, и прекрасно знала, что я, пусть и ведомый за ручкой КГБ, задержал вражеского шпиона.

– Вот об этом и речь. Там Турция, тут Пакистан с Китаем, на западе свои особенности. Везде, короче, весело.

– М-да. – протянул я, добавляя немного воды в рис и убавляя газ. – Прямо атака по всем фронтам.

– А это атака и есть, Вить. Никому в мире не нравится Советский Союз. Мы же для них, как кость в горле. Мало того, что отхапали под себя большую часть ресурсной базы, так еще и процветать имеем наглость! И друзей у нас, если посмотреть, нет. Вот, смотри, что коллеги с Монголии пишут. Накрыли караван в степи с обычной наркотой – там целый "шелковый путь" через Монголию на Сибирь и Дальний Восток. А его целых четверо Красных Мастеров сопровождали. Резня была страшная – семь наших пограничников убили, и сверха из тамошней ОТГ ранили серьезно. Причем, каким-то ядом еще отравили, который регенерацию блокирует. Врачи до сих пор за его жизнь бьются.

– А Красные Мастера – это кто? – уточнил я, занимаясь нарезкой овощей. Решил, что вопрос не будет выглядеть подозрительно, по Поднебесной же в открытом доступе данных почти не было.

– Китайские сверхи. – голос девушки сделался жестким. У меня возникло такое ощущение, что конкретно к ним у Марианны Дмитриевны очень серьезные счеты.

– Слушай, а про Китай же вообще мало информации. Режим Красного Неба, Совет Восьми Бессмертных – больше же ничего нет. Не расскажешь?

– Дэн закрыл страну. – видимо, имея ввиду Дэн Сяопина, пояснила Маша. – У них там культ построение правильного коммунизма с личным восхождением к бессмертию и прочей мистической белибердой. Медитации, духовные практики, ци и еще черт знает что. У нас, конечно, там есть разведчики, но в элиту пока никому войти не удалось – очень закрытая каста. А Красные Мастера – это такая низовая гвардия. Первая ступень на пути восхождения. И, в своем роде, расходный материал.

– Погоди. Так у нас же с Китаем вроде мир? Чего тогда эти Красные Мастера сопровождают караваны с наркотой?

– Мир-то мир… – вздохнула девушка. – Только вот ты поди докажи, что эти сверхи действительно Красные Мастера. Посол их скажет, что дикие, сами где-то сыворотку достали и обратились.

– Но зачем? Мы же им не враги, вроде.

– Но и не друзья. В большой политике их вообще не бывает. Так что – целая куча вариантов "зачем". Отсев кандидатов на возвышение, прощупывание границ, дестабилизация пограничных территорий, ухудшение криминальной обстановки на них же. Другими словами – чем нам хуже, тем им лучше.

Картинка выстраивалась не очень радостная. Даже не будучи аналитиком, судя только по двум-трем направлениям, получалось, что СССР находится в обороне, которую постоянно проверяют на прочность. И вбросы препарата ЭМ – составная часть этих проверок. Впрочем, ничего нового. Расшатать, ослабить, создать пятую колонну внутри – враги делали тоже самое, что и в моем мире.

– А мы почему на это не отвечаем? – задал я вопрос.

– А кто сказал, что мы не отвечаем. – из комнаты донеслось фырканье. – Вить, ты долго будешь девушку вопросами терзать? Кормить когда будешь?

– Пять минут, Марианна Дмитриевна!

За стол сели все же через десять. С сервировкой я не слишком заморачивался, просто плюхнул в тарелки по хорошей порции ризотто, и положил приборы. Посреди стола поставил бутылочку соевого соуса – мое личное изобретение, от которого настоящие итальянцы, вероятно, схватились бы за сердце

Маша оглядела кашу с кусочками мяса и овощей с подозрением. Зачерпнула слипшуюся массу кончиком ложки, с настороженностью положила ее в рот. И через пару секунд удивленно воскликнула:

– А вкусно как! Ты что, в рис сыра насыпал?

– Ага. Тертого, двух сортов. И сливок. И еще много чего. Ты кушай. Приятного аппетита.

Тарелку, в которую я положил такую же порцию, как и себе, девушка опустошила вдвое быстрее меня. И потребовала добавки и рецепт блюда.

– Ты очень странный, Витя. – сообщила она, расправившись и со второй порцией. – Очень странный. В двадцать лет так готовить… И вопросы так умело задавать… Что-то ты о себе не договариваешь.

Вроде говорила она все это в шутку, смотрела на меня с улыбкой, но было понятно, что девушка предельно серьезна. Несмотря на эту маску веселой болтушки, она имеет богатый жизненный опыт вкупе с острым и все подмечающим умом.

Кроме того, ясно было и то, что просто так столетний или сколько ей там лет, сверх, не будет становиться гидом новичку. Марианна Дмитриевна решила провести со мной этот день, чтобы понять, кто такой Виктор Глебов, чем дышит и можно ли ему доверять. В войне меня уже посмотрели, теперь решили в мире прощупать.

– Это все воспитание. – стараясь говорить небрежно, словно мы продолжали перешучиваться. – Правильное.

– И немного старомодное. – все так же с улыбкой кивнула она. После чего вдруг спросила. – Витя, а ты точно обратился совсем недавно?

Шах. Еще не "шах и мат", но уже близко.

– В каком смысле, Маша? – "удивился" я. – Ты же читала мое досье…

– Читала, конечно. И очень сильно удивлялась. – улыбка с ее лица не сходили, но глаза смотрели на меня без отрыва. Как два рентгеновских лазера. Интересно, а у скрытников бывает способность читать мысли? – Молодой человек возвращается из армии. Девушка его не дождалась, уехала на комсомольскую стройку, что разбило парню сердце. Он, как и все дембеля устраивает алкогольный марафон, только вот длиться он не пару дней, а несколько недель. После чего продолжает катится вниз по наклонной, связывается с плохой компанией, принимает препарат ЭМ, который вожак банды получил от турецкого шпиона. И вдруг – меняет свое поведение на сто восемьдесят градусов.