Текст книги "Всё по книге (СИ)"
Автор книги: Виталий Ячмень
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)
– Иван Алексеевич, как я понимаю, это вырезки из газет, с описанием массовых убийств?
– Да, Олечка. Именно так. А также билеты на имя Вячеслава Григорьева и обложки книг, как вы и сами можете это понять. Славик был во всех этих городах. Его, как магнитом тянет туда, где через небольшое время должно произойти описанное, в последствии, в газетах убийство. Правда, он присутствует только в одном городе, так что к остальным убийствам, произошедшим за год, он точно не причастен. Я уже даже придумал такую шутку, если такое определение уместно: «Григорьев едет к вам в город? Ждите море крови и трупов!». А вот это и есть его самая большая загадка, ответа на которую он не дал ни разу. Десятки журналистов пытались подловить его на общении с жертвами или убийцами, отслеживая его перемещения. Безрезультатно. Сотни вопросов на презентациях и встречах. Ответов ноль. Некоторые состоятельные читатели даже обещают кругленькую сумму за вытянутую с него информацию, но деньги так никто и не получил. Признаюсь, даже я хотел разгадать эту загадку, но не смог… Я тоже спрашивал его об этом, но он просто улыбался в ответ и говорил, что всё написано в книгах, нужно просто уметь читать. Пару раз родственники погибших пытались обвинить его в сотрудничестве с убийцами, но все их попытки были тщетны:
полиция ничего не нашла, а он продолжил писать дальше свои кровавые романы. Вы хотели сложное задание? Сложнее я вам, точно, не дам. Рискнёте?
Оля встала со своего места и подошла к шкафу с книгами. Она достала одну из них, обрамлённую в жёлтую обложку. Надпись на книге гласила: «Вячеслав Григорьев. Парижская резня». Она положила книгу на стол и прочитала аннотацию. Всё это время шеф молчал, наблюдая за её действиями.
– Двадцать три человека… Это всё о том же? Да?
– Да, – кивнул шеф, принимая серьёзный вид. – Десять книг о десяти
массовых убийствах. Все совершены ножом и простым человеком, не похожим на психа. Как после этого не поверить в идею Славика про одержимость?
Оля отошла к окну и посмотрела куда-то вдаль. По крайней мере, именно такой вывод сделал редактор, понимая, что особо далеко с его окна не посмотришь. Оля улыбалась, предчувствую победу. Вот оно, дело её жизни! Скоро всё решится и определиться её цена.
– Я согласна! – проговорила девушка и повернулась к шефу. Тот снова принюхивался, оглядываясь по сторонам.
– Определённо, что-то горит. Олечка, закройте окно.
Выполнив его просьбу, Оля снова заняла своё место и взяла в руки «Кровавую мессу».
– Я вижу, что вы довольны, девушка, но смею вас заверить, что всё не так просто.
– Ну, я уже поняла, что он не рассказывает об этом своём секрете. Я так понимаю, что мои шансы стремятся к нулю… Но, знаете, что? Меня это ещё ни разу не останавливало. У вас есть данные Вячеслава? Где он бывает и как его найти? Хотя, я и сама разберусь с этим. Так будет даже интереснее.
Шеф заулыбался, и положил руки на стол. Пальцы сомкнулись в замок. Он смотрел на девушку с очень серьёзным видом, побуждая её также принять подобный.
– Олечка, вот тут-то и есть одна из самых главных загвоздок. Славик и раньше был нелюдим, а вот в последнее время, так и вовсе заперся в своём доме, изредка отвечая на звонки. Он помешан на компьютерных играх, так что скупил в своё время все известные консоли и всё свободное время проводит за игрой. Я так думаю, что он скоро полностью уйдёт в виртуальный мир. С ним сейчас фактически нереально пообщаться. Мне известны три случая, когда в этом году он отказывал журналистам, тогда, как до этого постоянно встречался с ними и с радостью давал интервью.
– То есть, это будет сложнее, чем я думала?
– Да, Олечка. Но вы не забывайте, что у вас есть я. Мы с ним хорошо знакомы и частенько сидели в кафе рядом с нашим офисом, за кружечкой кофе. Я постараюсь вам его достать, но… Мне не нужно простое интервью! Мне нужен ответ на вопрос: почему он всегда появляется в этих городах? Что его туда тянет? Вариант о его одержимости меня не устроит! Вы понимаете, что это будет не просто эксклюзив? О, нет! Это будет раскрытием одной из тайн, не побоюсь пафоса, человечества, за прошедшие десять лет!
Ольга закивала, как бы подтверждая его слова, при этом, никакой особой цены в этой информации она не видела. Иван Алексеевич наслаждался достигнутым результатом.
– Кошмар… – Оля посмотрела на книгу, как на что-то жуткое и снова перевела взгляд на редактора. – Когда я могу приступать?
– Я надеюсь, что это будет скоро. В любом случае, как только я с ним созвонюсь и договорюсь о встрече, то сразу вам об этом сообщу. Конечно, если он не откажет и мне, как это проделывал с другими. А сейчас, пожалуйста, продолжайте выполнять свою работу. Помнится, Василий хотел, чтобы вы съездили в областное ГАИ и порасспрашивали там по поводу происшествия на сдаче экзамена. Кажется, машина упала при заезде на эстакаду и девушка теперь в больнице…
Оля поднялась с кресла и картинно поднесла руку к голове, как будто отдавала честь старшему по званию.
– Слушаюсь! – проговорила она и улыбнулась одной из своих самых обворожительных улыбок. – Разрешите выполнять?
– Как говорят в армии: «К пустой голове руку не прикладывают». Идите, Оля. Я вам сообщу, если всё получится.
– А, вот, насчёт головы, я, как-то, не совсем поняла…
– Идите… Интернет вам в помощь. Скоро Василий придёт, так что успейте задать вопрос поисковику.
Девушка вышла из кабинета, и его хозяин откинулся на кресле. Странно, почему он всё же решился озадачить её чем-то тяжёлым и нереальным? Ведь уже и Василий согласился, что она хорошо справляется со своей работой. Но она так хотела этого… Чёрт… Снова показалось, что это не просто желание ей помочь, но и что-то ещё. Да и запах дыма пропал после её ухода. Странно всё это… Но, так как слова Иван Алексеевич на ветер не привык бросать, то достал из сумки телефон и начал листать список контактов.
Григорьев… Вот ты где. Давненько не созванивались, надеюсь, что ты со мной ещё дружишь.
Набрав номер, редактор выслушал длинные гудки и отложил телефон в сторону. Ну, что же, как он и говорил, гарантий никаких нет. Похоже, придётся позвонить попозже.
***
Так закончилась рабочая неделя. Оля ждала радостной новости от шефа, а тот, по известной причине, всё ещё молчал. Один раз, он даже предложил Оле другое задание, но она отказалась, та как начала уже прорабатывать в своё свободное этот «объект». Девушка сообщила шефу, что уже прочитала большую часть книги и перековыряла большую часть общеизвестной информации о Григорьеве. Как она говорила, для неё теперь это дело чести. Иван Алексеевич только кивал в ответ на её слова и шёл дальше по своим делам.
Оля справлялась с работой на твёрдую пятёрку, так что шефу очень бы не хотелось, чтобы это дело её погубило и, дождавшись начала новой рабочей недели, он решил поговорить с ней по-серьёзному. Придя, как всегда, немного раньше, он занял своё место в кабинете и стал ждать, прислушиваясь к звукам из коридора. Ему казалось, что, поддавшись какому-то странному импульсу, или просто женским чарам, он совершил ошибку. Долг перед бывшей женой, который он, как говорил заместитель, придумал себе сам, нависал над ним, как топор над жертвой палача. Так что, он сидел и ждал, теребя в руках свой телефон.
Вполне ожидаемо, в начале десятого по коридору застучали каблучки. Шеф прислушался за направлением их движения и обрадованный поднялся со своего места. Открыв дверь, он выглянул в коридор и махнул рукой, стоящей немного вдалеке, девушке.
Оля, уже успевшая вставить ключ в замок, проследила за тем, как шеф снова скрылся в своём кабинете. Он оставил дверь открытой, что в паре с размахиванием рукой, девушка оценила, как приглашение зайти. Пожав плечами, она положила ключ в сумочку и пошла в сторону кабинета шефа. По дороге ей пришла в голову мысль о том, что ему удалось поймать неуловимого писателя, и теперь он зовёт её сообщить радостную новость.
– Вы дозвонились ему? Что он сказал? – с этими словами она переступила порог кабинета редактора.
– Ничего он не сказал, Оленька. Ни-че-го… Он не отвечает на мои звонки, хотя раньше такого не было. Возможно, подготавливает новый материал, поэтому и ушёл от мира. Правда, раньше за ним такого не замечали.
– Жаль… Я нашла несколько телефонных номеров, в различное время приписываемых ему, но там никто не отвечает.
Иван Алексеевич протянул к ней руку и проговорил:
– Дайте мне их. Я сейчас их проверю.
Оля извлекла из сумочки бумажку, на которой, среди прочей информации, виднелись и несколько телефонных номеров. Шеф внимательно посмотрел на них и отложил лист в сторону.
– Да, один из их его, но я вам не скажу какой. Остальные мне попросту неизвестны. Олечка, зачем я вас позвал? Как вы думаете?
– Ну, сначала я подумала, – опустив глаза, проговорила девушка, – что вы договорились с ним о встрече, но сейчас даже не знаю…
Шеф встал со своего кресла и подошёл к окну. Ему нравилось смотреть на улицу, рассматривая торопящихся куда-то прохожих. Часто, стоя возле этого окна, он наблюдал за протекающей вокруг него жизнью и думал… Это приносило ему массу удовольствия, но только не сейчас. В данный момент, он должен был сказать то, что очень не любил говорить своим сотрудникам. Одним словом, этому можно было присвоить только одно определение: «сдайся». Он не любил этого делать сам, и не любил этой черты в других. Всю жизнь Иван Алексеевич считал, что если человек сдался, то он не достоин того жизненного пути, на который встал. Ну что же, всё-таки пора.
Он подошёл к двери кабинета и прислушался к звукам в коридоре. Там было тихо, так что никто не должен был узнать о его временной слабости. Подойдя сзади к креслу, которое сейчас занимала Ольга, он облокотился руками о его спинку и заговорил с девушкой.
– Оленька, тут такое дело, – он потёр свою вмиг вспотевшую шею, – даже не знаю, как вам и сказать про это. Ну, в общем, я пожалел о том, что дал вам это задание. Не надо ничего говорить… Я вижу ваше желание спорить, но послушайте меня… Я вам дам другое задание и обещаю быть вашим куратором при его выполнении. А если вы захотите, то я буду работать над ним вместе с вами. Это будет справедливее по отношению к вам, так как шансов получить ответ сейчас не больше, чем взять у Григорьева интервью. Он не отвечает на мои звонки, а наши общие знакомые утверждают, что он находится дома, но, по непонятной никому причине, ушёл от мира. Я переживаю, что этим делом я просто отобью у вас желание к такого рода работе.
Он замолчал и посмотрел ей на затылок. Его внимание привлёк лёгкий дымок, временами появлявшийся над её головой в момент его разговора. Что это было? Показалось? Но тогда, откуда этот вновь появившийся запах дыма? Неужели, его пресловутая фантазия сама дорисовывает ему этот дым, чтобы хоть как-то объяснить взявшийся откуда-то запах?
Ольга, между тем, встала со своего кресла и отошла к окну. У редактора проскочила мысль, что она поняла его заинтересованность дымом над её головой, так что решила отойти от него подальше, но тут же эта мысль была изгнана. «Иван, головы просто так не дымят, так что успокойся и послушай её ответ, так как она уже что-то говорит» – кричал его внутренний голос.
– ... хотелось бы. – Ольга смотрела в окно, даже не догадываясь, что он не слышал её первых слов. – Я не привыкла отступать, и здесь не собираюсь. У вас получится дозвониться. Я в этом просто уверена. Вот возьмите сейчас телефон и позвоните ему.
– Оля, не выдавайте желаемое за действительное, – Иван Алексеевич прошёл к своему креслу. Он повернулся к ней и взял в руку свой телефон. Сомнений в том, что Григорьев не ответит, у него просто не было, так как всю прошлую неделю все его попытки остались бесплодными.
– Звоните. Сейчас же. Убедитесь, что я не вру.
Надо было больше отдыхать на выходных, а он провёл всё время у своей сестры, развлекая её внуков. Надо же было попереться с этими хулиганистыми подростками в парк, и проторчать с ними там целых два дня. Ну, естественно, с передышкой на ночь. Был ли такой аттракцион, на котором он с ними не прокатился? Сегодня, кажется, что нет. Вот теперь и мерещится с усталости всякое… Ну, и возраст берёт своё, куда уж без этого? Почему-то ему показалось, что первое слово было сказано не Ольгой. Но он же сам видел, как она открывала рот… Бред какой-то. И этот тон...
Он поднял телефон и поднёс его к уху. Снова знакомые гудки, но Оля смотрит на него с ожиданием, так что он тоже ещё подождёт. Оператор всё равно скоро сам разъединит не отвеченный вызов, так зачем нервировать девушку? Он убрал телефон от уха и уже собирался что-то сказать Ольге, как в трубке раздался голос его давнего знакомого.
– О, Славик, привет! – радостно проговорил он в телефон, наблюдая, как Оля подходит к столу и становится рядом с ним. – А я слышал, что ты пропал где-то… А, тогда понятно… Да, понял я всё… Понял… Звоню? А, ну, да! Я уже не ожидал, что ты ответишь, так что все мысли подрастерял. Слушай, у меня есть новая сотрудница. Это подающая надежды молодая журналистка. Так вот, лето идёт, не так долго осталось до передачи тобой нового материала в издательство… Может, дашь ей интервью?... Та нет! Про новую книгу расскажи ей. Да и там, помаленьку обо всём. Ну, как обычно бывает, не мне тебе рассказывать. Учитывая, что ты пропадал долгое время, читатели нашего раздела о литературе будут рады… Вот и хорошо! Когда ей подъехать?... Всё, в назначенное время она у тебя… Давай, до связи.
– Ну, что там? – от нетерпения Оля чуть ли не танцевала на месте.
– Ух… Какой-то он нервный. Кого я обманываю? Он просто на иголках… Снова ушёл в игры и забыл об окружающем мире. Но, у вас праздник, молодая особа. Этот затворник, всё же согласился с вами встретиться. Он ждёт вас завтра в своём доме в пять вечера.
Оля подпрыгнула на месте и подхватила свою сумочку. Оглянувшись на шефа, она улыбнулась и подошла к нему.
– Я вам этого никогда не забуду, – спокойно проговорила она и поцеловала его в щёку. Затем, как будто спохватившись, развернулась и пошла к двери.
– Оля…
Девушка остановилась у порога и, как показалось Ивану Алексеевичу, подмигнула ему. Он ошарашенно посмотрел на неё и, как ни странно, не смог выдержать этого взгляда.
– Да, я всё помню. Работа прежде всего! Сейчас же доделаю задание Василия и только после этого буду готовиться к завтрашней поездке. Не волнуйтесь, так и будет.
С этими словами она вышла из его кабинета, озадачив шефа своим поведением. Ну, что сказать… Женщины – извечная загадка для мужчин. А он ей про человека-загадку рассказывает…
– Но мне нужен ответ! – прокричал он уже закрывшейся двери. – А не просто интервью!
Говорил он это для очистки совести, так как чувствовал на себе тяжёлый груз ответственности. На девяносто девять процентов шеф был уверен в неудаче завтрашней встречи, так что жалел, что не смог отговорить Олю от возможного крупного краха в её жизни. Что после этого скажет Катя? Ну, если так посудить, то он ей ничего конкретного и не обещал, так что за результат, достигнутый её дочерью, ответственности не несёт.
Откинувшись в кресле и посмотрев на картину на стене, изображавшую тихое и спокойное море, он скрестил руки ладонями на груди. Не сделал ли он ошибку, направляя её туда? Человек-загадка был не так прост, так что Иван Алексеевич сам старался несколько последних лет наедине с ним не оставаться, а тут такое… Ладно, попробуем Катю подбить, чтобы повлияла на дочь, а то мало ли? И с чего это он решил её озадачить именно этой работой, имея в запасе ни одно сложное задание? Женская магия и … Что ещё, он так и не понял, но порадовало, что перестало вонять дымом. Не от этого ли запаха у него разболелась голова? Странно, но запах был здесь даже при закрытом окне, а теперь исчез… Может быть Ольга была на вылазке и провонялась там дымом? Нет, вряд ли такая девушка не привела бы себя вчера вечером в порядок, смыв с тела все посторонние и раздражающие запахи. Очередная загадка в его жизни... Но шеф издательства так к ним привык, что через пять минут уже напрочь забыл об том инциденте, усердно взявшись за свою работу.
***
Недалеко от источника в Саржином Яру, располагался частный сектор, почти полностью застроенный домами состоятельных людей. Они лезли поближе к центру города, занимая для своей повседневной жизни всю возможную территорию, до которой дотягивались их руки. Здесь жили депутаты (бывшие и настоящие), бизнесмены (в большинстве своём тоже депутаты), а также различные известные и состоятельные люди города. Жили здесь и простые харьковчане, но только лишь те, кто ещё не продал свои участки более состоятельным людям. Здесь же расположился и дом человека-загадки, как выразился о нём Иван Алексеевич. И именно сюда, на следующий день после разговора, ровно без десяти пять вечера, подъехало такси. Оля знала, что Григорьев купил здесь территорию двух домов и построил на ней свой особняк, оборудованный техникой и системой безопасности по последнему слову. Просто так, оказаться незамеченным на его территории было просто невозможно.
Дверь машины открылась, и из неё показалась девушка, державшая в правой руке сумочку красного цвета. Её ноги, обутые в красные туфли, ступили на пыльную дорогу, так и оставшейся просёлочной, несмотря на статус живших здесь людей. Она стояла рядом с такси и крутила по сторонам головой, намереваясь понять, какой именно из этих домов ей нужен. Ольга давно просмотрела в интернете карту и фотографии здешних домов, так что визуально понимала, как выглядит её цель. Ну да, вот табличка чёрного цвета, с которой белые цифры кричат во всё горло: ты приехала. Забор дома номер тридцать пять располагался всего в нескольких метрах от неё, так что у девушки перехватило дыхание. Вот она, её цель и её путь к новой жизни!
Захлопнув дверь в такси, она направилась медленной походкой к входной двери, рядом с которой виднелась кнопка звонка и глазок камеры. Её красное обтягивающее платье подчёркивало все изгибы её фигуры, и таксист, смотревший на неё украдкой в окно, не торопился отъезжать. Ну ничего, пусть рассматривает, это вместо чаевых, которые она ему не оставила…
Нажав на кнопку звонка, девушка огляделась по сторонам. Так и есть, улица пустая, только машина такси с водителем в ней, представляли собой свидетелей её триумфа. Свидетели долго не живут, так что придётся с этим водителем когда-то встретиться… Улыбнувшись таким мыслям, она посмотрела в глазок камеры. Динамик всё ещё молчал, но она чувствовала на себе взгляд, который точно не принадлежал водителю. Глядя в камеру, девушка откинула рукой волосы, которые сегодня были распущены и, как результат, небольшими прядями свисали на глаза. Она надеялась, что жест получился более чем эффектным и, возможно, именно из-за этого, начались некоторые изменения.
– Здравствуйте, вы к кому? – заговорил динамик, искажая голос мужчины, находившегося с другой стороны.
– Я к Вячеславу Григорьеву. Ему звонил Иван Алексеевич и договаривался о встрече.
На той стороне повисло молчание. Оля слышала дыхание, которым говоривший обдавали микрофон, рассматривая её через камеру. Ну и ладно, пусть смотрит. Она повернулась к нему задом, сделав несколько спокойных шагов к дороге. Пусть любуется, как она виляет для него своим телом, как будто просто прогуливаясь по дороге. Она посмотрела на туфли и в негодовании покачала головой. Да, пыль с дороги в богатом районе, была также губительна для дорогой обуви, как и самая простая, лежавшая у неё возле дома. Все приготовления коту под хвост… Ну, хоть платье не подводит, выделяя своим фасоном именно те участки, которые надо выделять.
Динамик снова ожил и проговорил знакомым голосом:
– Что у вас в сумке?
Ольга раскрыла змейку и предъявила камере содержимое сумочки, которое не было особо интересным даже ей. Блокнот, две ручки и кошелёк… Есть ещё кое-что, но об этом знать хозяину не надо. Удовлетворившись увиденным, человек на той стороне нажал на кнопку. Дверь щёлкнула и девушка, потянув её на себя, сделала свой первый шаг на территорию, которая принесёт ей славу. Сзади завелась машина и таксист, понимая, что здесь уже нечего смотреть, двинулся поближе к большой дороге, чтобы расположиться там в ожидании заказа.
Оля зашла во двор и закрыла за собой дверь. Перед ней был роскошный двухэтажный особняк, на ступенях перед входными дверями у которого сидели два грифона, охранявшие вход в дом. Птички были жуткими, но она уже была о них наслышана, так что абсолютно не удивилась их присутствию. По всей территории валялись разбросанные окурки и бутылки от пива, хотя сам двор выглядел довольно убранным. Зелёный газон резал глаза искусственностью своей зелени, а пара редких кустов и деревьев, выглядели весьма сиротливо на всей этой огромной территории. Возле беседки бутылок было больше всего, и Ольга сделала вывод, что именно там хозяин дома и проводил большую часть времени, играя на приставке, расположенной возле огромного телевизора. Одна из колонок валялась на боку, так что можно было только догадываться, какие развлечения помимо игры предпочитал владелец дома.
Оля подошла к беседке и заглянула внутрь, рассматривая скрытое от глаз. Небольшой стол тоже перевёрнут, и накрыт одним из трёх пластиковых стульев. Пепельница вывернута и всё её содержимое рассыпано на ковёр, сделав его из ярко-красного, дымчато-серым.
Оглядевшись по сторонам, Ольга не заметила ни одного человека, хотя о её визите знал, как минимум человек, говоривший с ней через динамик. Под крышей дома было установлено несколько видеокамер и, как поняла девушка, все они сейчас смотрели на неё. Чего ждёт хозяин или его работники было не понятно.
Ольгу даже посетила шальная мысль: не умер ли писатель раньше, чем она смогла до него добраться? Страшный беспорядок, перевёрнутая мебель, тишина во дворе – неплохое начало фильма ужасов, учитывая тематику романов хозяина дома.
Она обошла беседку, и краем глаза заметила небольшое изменение слева от себя. Резко повернув голову, Ольга встретилась взглядом с Вячеславом Григорьевым, человеком-загадкой, как его называл Иван Алексеевич. Когда он открыл дверь девушка так и не поняла, так как ни скрипа петель, ни щелчка замка она не услышала. Но он стоял рядом с дверью, высокий, молодой мужчина, который не так давно перевалил за тридцать лет. На нём был строгий костюм чёрного цвета, абсолютно никак не гармонировавший с салатовый рубашкой и оранжевым галстуком в синюю полоску. Возникало чувство, что хозяин дома собирался на скорую руку, так что сейчас был одет в то, что попалось первым. О, Боже, ещё и вьетнамки на ногах… Ну, хоть носков он не надел, а то это было бы просто невероятным дополнением картины. Он поправил чёрные очки, с абсолютно чёрными стёклами, похожими на очки кота Базилио из известной экранизации, и поправил прядь чёрных волос, выпавших с его такой же чёрной и длинной шевелюры. Ольга наблюдала за ним, как во сне, и даже подумала, что для запугивания читателей и обычных журналистов, его внешний вид подходит как нельзя кстати. А очки ему зачем? Сильно яркий свет в доме? Или он боится солнечного света на улице? Скорее всего, прикрывает глаза после бесконечных возлияний.
– Так и будем стоять, или, может, зайдёте? – проговорил Вячеслав и снова коснулся очков. – В гляделки мы уже поиграли, за что вам моя огромная благодарность. Вы оценили меня, я оценил вас… Хорошее платье, красивое. Но вы не забывайте, время идёт к вечеру, а мне мама не разрешает на ночь оставлять незнакомых девушек.
Он указал ей на дверь, а сам отошёл немного в сторону. Оля в полной растерянности от его поведения направилась в дом.
– А разве вы с мамой живёте? – спросила она, переступая через порог.
– Нет, но видели бы вы своё лицо, – проговорил писатель, и закрыл за ними дверь.
Оля стояла посреди просторного холла с красивым мраморным полом. Все стены были увешаны картинами, в которых Ольга вообще не разбиралась, но, как ей показалось, все они были чрезмерно современными. Пара журнальных столиков стояло у двери, а также красивый стул, ни то старинный, ни то выполненный под старину, стоял возле такого же зеркала непонятного возраста. В принципе, Вячеслав, имея свои заработки, мог себе позволить антикварную мебель, но Ольга мало что слышала об этом его увлечении. Многие покупки он делал через знакомых или через подставные имена, что увеличивало слухи о нём в разы, так как мало кто понимал, зачем ему книга по истории Древнего Египта, купленная в Лондоне через двух человек. Причём книгу привезли чартерным рейсом и доставили прямо к нему в дом на дорогом автомобиле. Такую книгу можно было купить в магазине на Пушкинской за триста гривен, а не выбрасывать на её доставку тысячи долларов. Некоторые люди умеют привлечь к себе внимание.
Вячеслав стоял в двух метрах от неё и просто смотрел перед собой. Ольга покрутила головой по сторонам и услышала его голос, раздавшийся почти рядом с ухом:
– Можете не разуваться. Нас с вами уже ждёт чай в гостевой комнате справа от вас. Надеюсь, вы пьёте зелёный китайский? У меня прямые поставки.
Ольга прошла в комнату, находившуюся с правой стороны, и сразу увидела столик, уставленный вазочками с фруктами. Там же стоял и маленький беленький чайник, соседствовавший с двумя беленьким чашками на блюдцах. Подойдя к столу, она развернулась и развела в сторону руками, кивая на стол.
– Просто великолепно! И, да, чай я буду.
Вячеслав, подходящий к столику, легонько ухмыльнулся, снимая с глаз очки. Да, его глаза выдавали бесконечные бессонные ночи и долгие часы возлияния горячительных напитков. Он указал Ольге на кресло, стоящее рядом со столиком, сам же направился ко второму. Они сели почти одновременно, однако Вячеслав, вопреки мыслям девушки, не стал подвигать ей кресло, а сам, фактически, рухнул в своё. Он налил чай в обе чашки и придвинул одну гостье. Ольга, молчаливая и полностью в раздумьях о своих планах на сегодняшний вечер, наблюдала, как Вячеслав залпом выпивает содержимое своей кружки. Она же, взяла аккуратно свою и придвинула её почти на самый край. В нос ударил аромат, который и до этого разливался по комнате, но сейчас стал ещё сильнее. Да, чай действительно пах хорошо и Ольга отпила один глоток. Вкусно, обжигающе, волнующе… Что ещё сказать про этот глоток? Он был явно медленнее и спокойнее, чем сделанный до этого Вячеславом и явно принёс больше удовольствия пьющему. Григорьев точно также мог выпить любую бурду из магазина, стоящую не больше двадцатки, и получить для себя тот же эффект. Хотя девушка рассчитывала, что бодрящий напиток подействует на писателя пробуждающе.
– Ну? Как вам чай? – спросил хозяин дома, вальяжно раскинувшись в кресле. Он скрестил вытянутые ноги, и Ольга увидела, что они не только босые, но ещё и очень грязные. Похоже, что он ходил босиком по двору, или ещё в каких-то грязных местах.
– Очень хороший. Может перейдём сразу к делу? Время идёт к вечеру, как вы сами говорили, так что…
– Да валяйте уже, – Григорьев потянулся и опустив руки сложил их на груди, – задавайте свои вопросы. Вы же сами понимаете, что всё уже было задано и не один раз. Но, раз уж мы всё же встретились… Раз уж меня выловили ради вас… У меня возникает такое чувство, что здесь всё не так просто, как может показаться на первый взгляд. Такое чувство, что наша встреча была запланирована свыше, вам так не кажется? Как по-другому её объяснить?
– Я даже не знаю, – Ольга качнула головой, – но отрицать ваши слова не буду, так как вас сейчас очень тяжело найти. Что случилось? Куда вы пропали? Обычно, такой большой любитель внимания, и на тебе! Пропадаете на несколько месяцев! Кстати, можете считать это первым вопросом, а я пока достану письменные принадлежности.
Ольга опустила руку в сумку и достала оттуда блокнот и ручку. Также на столе появился телефон, на который она планировала записать их разговор. Григорьев внимательно следил за её действиями и по их окончанию заговорил.
– Не поверите, но я вдруг решил, что мне не нужен этот мир в привычном смысле. У меня есть в доме абсолютно всё, что может пригодиться для нормальной жизни. А связь с издательством я могу поддерживать и через интернет. Так зачем мне туда идти? В этом мире, наполненном смертью, ужасами и кровью, для меня нет места. Я выше этого.
– Но этот мир наполнен и вашими героями. Это же вам интересно? Вы же ездили по миру, путешествовали. А ваша известная особенность, появляться за пару месяцев в тех местах, где произойдут события вашей будущей книги? Кстати, по совместительству места будущих кровавых боен. И теперь вы утверждаете, что хотите уйти от этого мира? Не верю. Думаю, что наши читатели тоже не поверят. Ваши герои – реальные люди. Как можно уйти от мира при таких условиях?
Ольга наблюдала, как меняется лицо Вячеслава. Сначала он слушал с интересом, затем с какой-то усталостью. В конце он уже сидел с раздражением на лице, но, всё же, улыбнулся, когда она закончила свою фразу.
– Вы извините, мы не познакомились… Как вас?
– Ольга, – девушка держала в руках блокнот, делая там какие-то пометки. Телефон лежал на столе и записывал их беседу.
Вячеслав налил себе ещё чаю и снова осушил кружку в один глоток. Отодвинув чайник подальше от себя, он снова раскинулся в кресле и глядя на журналистку, проговорил:
– Мне пофиг. Понятно? Даже не так. Мне абсолютно пофиг. Я знаю точно, что, как минимум, одну книгу я ещё напишу, а вот дальше… Возможно, мне придётся завязать с этим, так как… Да что там говорить, жизнь очень переменчива, и мои интересы тоже меняются.
– Так. Минуточку… То есть, получается так, что вы ещё ничего не написали на этот год? У вас же остаётся не так много времени, чтобы отдать книгу в издательство.
Вячеслав снова ухмыльнулся и хрустнул пальцами. Медленно, как будто в замедленной съёмке, он поднялся со своего места и прошёл к книжному шкафу. Ольге это напомнило ситуацию в кабинете у шефа, и она уже приготовилась отклониться от летящей на стол книги. Но ничего не произошло. Писатель стоял напротив шкафа и смотрел в него. Ни одного звука не сорвалось с его губ. Ольга смотрела ему на спину и ожидала продолжения.
– Времени, действительно, осталось не так много… – проговорил писатель, как показалось девушке, очень грустно. Когда он повернулся, то его лицо было абсолютно спокойным. Он посмотрел на Ольгу, но так и не проявил никаких эмоций, оставшись, как ей показалось, абсолютно непричастным к тому, что сейчас происходило в его доме.
– Вячеслав, может мне позвать кого-то из ваших работников? Что с вами? С вами всё хорошо?
