Текст книги "Унисон наших сердец (СИ)"
Автор книги: Виолетта Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)
Глава 3.
Глава 3.
Глава 3.
Егор вышел из столовой, дошел до своей машины. Щеку жгло от пощечины. Он скривил лицо в злой ухмылке. Второй слишком доходчивый урок от судьбы. Который снова что-то сломал в груди Егора, взорвал и осыпался пустотой. Ну что же, теперь ни одна девчонка не услышит от него этих слов. Он завел машину и медленно отправился домой. Пока ехал, в его голове мысли складывались в план.
В институте он появлялся только в дни экзаменов. Ему было все равно, как на него смотрели, что говорили за его спиной. Он никого не подпускал к себе, даже тех девчонок, кто так желал «успокоить» его. Он просто мрачной глыбой приходил на экзамены, получал свои оценки и уходил. А потом забрал документы.
Когда он сообщил отцу о своем решении, тот сначала долго кричал на сына, но потом махнул рукой. У самого Юрия Леонтьевич тоже были не лучшие времена – свою молодую жену он поймал с любовником и теперь разводился с ней. Жена не хотела уходить просто так, требовала отступных, в том числе получить часть суммы от той квартиры, которую Юрий покупал для сына. Пока шли войны в суде между отцом и его молодой, но уже бывшей женой, Егор продал свою квартиру и уехал в М-ск.
Здесь он поступил в академию МЧС. Из-за этого у него произошел конфликт с отцом, который надеялся видеть сына своим продолжателем. Но заниматься бизнесом Егор не хотел.
После академии он поступил на службу в отряд МЧС* (прим.такие подразделения имеют другие названия, но называть их названия автор не будет, так как это на сюжет не влияет никаким образом) в Западном округе города.
Три года тренировок, дежурств, выездов изменили Егора почти до неузнаваемости. Друзей у него не было, только приятельские отношения с коллегами по службе. В свои выходные дни он просто бродил по городу, читал книги (бабушке все-таки удалось вбить в него любовь к книгам). Он загрубел душой, возмужал, раздался в плечах. По-прежнему носил очень короткую стрижку, предпочитал темную одежду, только сменил кроссовки на грубые ботинки, поменял машину на мотоцикл, на котором часто выезжал за город и просто подолгу сидел где-нибудь на берегу реки. Иногда заходил в клубы, когда после трудных выездов нужна была разрядка. С девушками он не знакомился, просто покупал «любовь». Об Александре он заставил себя забыть.
* * *
Дежурство выдалось тяжелым. Было много выездов, последний особенно трудным. В ДТП на трассе при въезде в город погибла семья. Он уже привык к смертям, но сегодня почему-то вытаскивать трупы из раскуроченных машин было весьма трудно морально. После смены он долго стоял под душем, смывая усталость и какую-то щемящую душевную боль. Он вернулся домой, даже не стал есть, просто упал на постель, но заснуть никак не получалось. Тогда он поднялся, оделся и вышел на улицу. Ему нужно развеяться. Он долго бродил по городу, не разбирая дороги. В какой-то момент он остановился перед небольшим зданием, возле которого стояли крутые тачки. Из распахнутой двери неслась музыка, у входа стояли компании, громко разговаривались, смеялись. Он остановился, долго смотрел на вход. Этого клуба он раньше не видел, да и в Северном округе города, куда его сегодня занесло, он почти не бывал. Егор тряхнул головой и пошел в клуб. Почти сразу же с порога на него обрушилась музыка, чем ближе он подходил к залу, тем больше становилось жарко, пахло чем-то непонятно сладким, смесью множественных духов, потных тел, спиртным. Довольно большая площадка танцпола забита народом, все столики по кругу зала заняты. Егор нашел себе местечко за барной стойкой, заказал коньяку.
Он пил коньяк и через плечо наблюдал за танцующими. В темноте зала, разбавляемой огнями стробоскопа, толпа казалась каким-то живым монолитом, двигающейся в едином рваном ритме. В какой-то момент к барной стойке подошла девчонка, заказала себе водки, быстро выпила и отправилась в толпу танцующих. Егор и сам не понял, что привлекло его в ней. Высокого роста, довольно крепкого телосложения, но не толстая, а жилистая, как спортсменка легкоатлетка, фигура затянута в черный лонгслив, джинсы и ботинки с высокими берцами. Короткая, почти мальчишеская стрижка, темные, почти черные волосы, бледное лицо, которое в полутьме зала казалась еще бледнее. Она вклинилась в толпу и продолжила танцевать, закрыв глаза. Егор наблюдал за ней, не отрывая взгляда.
– Кто такая? – спросил Егор у бармена, когда попросил налить еще коньяку.
– Не знаю, – парень пожал плечами. – Но иногда бывает у нас. Приходит одна, ни с кем не общается, просто пьет и танцует, потом уходит. Некоторые парни пытались приклеиться к ней, но она быстро их отшивала. Кому-то даже в морду заехала.
Егор усмехнулся, одним глотком выпил свой коньяк, расплатился с барменом и направился в толпу, остановился напротив девчонки, которая продолжала танцевать с закрытыми глазами. Она танцевала с каким-то отчаянием, словно выплескивала свою боль. Сменилась музыка, на мгновение она открыла глаза и увидела Егора. Он приподнял бровь, словно приглашая девчонку на танец, потом хлопнул в ладони, сделал движение бедрами, повел плечами. Девушка ухмыльнулась, повторила следом за ним движения точь-в-точь. Егор продолжил свой танец. Хотя он не ходил на все эти танцы, но двигаться умел и любил. Девчонка смотрела ему прямо в глаза и продолжала за ним его танец с грацией дикой пантеры. Она не ошиблась ни на одно движение, казалось, что они стали каким-то единым целым, словно чувствовали друг друга на подсознательном уровне. Она принимала его вызов, отвечала ему дерзко, продолжая смотреть ему в глаза. Лицо оставалось совершенно спокойным, только в глазах горел огонь.
Музыка закончилась, Егор хотел сделать к ней шаг, чтобы познакомиться, но вдруг она схватила его за запястья и потянула за собой. Рука девчонки была довольно сильной, на ладони кожа плотная с мозолями. Егор не стал сопротивляться, просто шел следом, подмечая все больше в ней – на вид одного с ним возраста или на пару лет младше, довольно высокий рост, она всего сантиметров на пять-семь ниже его, сильные руки, гибкая талия, темные глаза, плотно сжатые губы. И что-то всколыхнулось в нем, просто захотелось эту девчонку, до одури, до боли, словно это желание было самым последним в его жизни. Они вышли в коридор, ведущий на выход, здесь девчонка резко остановилась, развернулась к нему, обняла за шею и впилась в него губами. Он обнял ее в ответ и не отказался от этого безумного поцелуя. Казалось, что они летели в какую-то темную пропасть страсти. Кто-то толкнул их, заходя в клуб. Девчонка отпустила его, но снова схватила его за руку, переплетая их пальцы, потянула за собой. Егор шел за ней, как за судьбой. В голове не было ни одной мысли, только желание быть с ней. Она повела его куда-то в сторону от клуба, Егор только успел заметить, как они прошли через два сквозных двора, подошли к какой-то старенькой пятиэтажке, зашли в подъезд, поднялись на второй этаж. Девушка открыла дверь. Егор не стал ждать, когда она снова потянет за собой, просто схватил ее за талию, прижал к себе, поднял и внес в квартиру. Срывая друг с друга одежду, они ввалились в комнату и упали на диван.
Егору казалось, что он горит в этом ощущении, пропадает и возрождается вновь. Сгорала вся его прежняя жизнь, сгорала память об Александре, словно ее никогда не было в его жизни. Сейчас был только он и эта девчонка, их молчание, их стоны и рыки, когда они вместе улетали к звездам. Такого с ним никогда не было, ни с одной из его многочисленных любовниц. Он бы все отдал, чтобы это продолжалось вечно.
За всю ночь они не сказали ни слова. Просто вместе теряли голову, потом падали на постель в бессилии и засыпали на пару минут. Потом снова одновременно открывали глаза и набрасывались друг на друга. Уже когда за окном зарозовел рассвет, девушка поднялась с постели, окинула Егора каким-то непонятным взглядом.
– Я сейчас иду в душ, – наконец сказала она чуть хриплым голосом, – и чтобы я не увидела тебя в своей квартире, когда вернусь.
Она ушла в душ, а Егору хотелось догнать ее, схватил за плечи и встряхнуть хорошенько. Злая обида со всей силы ударила его в грудь. Он тяжело вздохнул, быстро поднялся, резкими движениями натянул на себя одежду и вышел из квартиры. Впервые его выставляли после такого умопомрачительного секса. До этого все было наоборот, это он говорил девчонкам в номерах мотелей – «Я в душ, а ты на выход». А сейчас его выгнали, как собаку, которая больше не нужна, даже пинка дали. Он шел и сжимал от злости кулаки. Егор с трудом помнил, как добрался до своей квартиры, долго стоял под душем, стараясь унять злую дрожь, что била его. А потом он поднял голову и расхохотался. Смеялся долго, до слез, выплескивая остатки своей прежней жизни и этой ночи.
* * *
Прошло три месяца с той ночи. Несколько раз у Егора возникали мысли найти эту девчонку, он даже приходил в тот клуб, пытался найти дом, где она жила. Но память отказывалась сотрудничать с ним. Все дома и дворы в этом районе были одинаковыми. Иногда ему казалось, что эта ночь просто привиделась ему в тяжелом сне, в который он упал после душа. Потом плюнул на все. Снова тренировки, выезды, работа на грани с подвигом, чужая боль, одиночество.
– Внимание! Все бригады на выезд, – прозвучал голос дежурного по отделу через сеть оповещения. – На химзаводе взрыв, присвоена высшая категория опасности.
Егор вместе с другими бойцами выбежали из зала, где проходила их тренировка, бегом направились в раздевалку, быстро надевая на себя комбинезоны.
– Всем взять баллоны с кислородом, средства химзащиты, – приказал их командир.
Егор надевал комбинезон, что-то внутри дрожало от предчувствия. За считаные минуты они собрались у машины, которая их уже ждала. Завод находился на территории Северного округа, но, судя по тому, что подняли их подразделение, «северные» не справлялись своими силами. Еще издалека Егор увидел огромный столб дыма, который накрывал город. Вокруг завода, который, казалось, горел по всей площади, уже стояли машины «северных», «восточных», множественные машины с бочками подкатили как можно ближе к огню, парни из пожарных подразделений заливали огонь пеной, отвоевывая у него метр за метром. Команда, получив вводные от своего командира, разошлись по своим местам. Было жарко, пот заливал лицо, но Егор упорно шел туда, где была нужна его помощь. Казалось, что это никогда не закончится. Была подняла авиация, которая помогала тушить огонь. День, ночь продолжалась борьба с огнем. Подъехали машины полиции, следственного комитета, за ограждением, как всегда, толпились самые любопытные. Огонь удалось сбить ночью, но до самого рассвета шли поиски пострадавших.
Когда по рации сообщили отбой, Егор трясущимися от напряжения руками собрал свой инструмент, которым он резал арматуру, чтобы достать пострадавших, наблюдал, как парни пожарные скатывают рукава. Он нашел свою машину, подошел к ней. Парни из команды начали потихоньку подтягиваться, снимали шлемы, скидывали с плеч комбинезоны чтобы хоть немного охладится после этого огненного ада. Начальство еще разбиралось, что делать дальше, получало ЦУ от верхнего руководства.
В ожидании команды на убытие Егор отошел за машину, устало опустился на какой-то бетонный блок, расстегнул на груди комбинезон, вытер рукой лицо, размазывая по нему пот и следы гари. Рядом с ним присел молодой мужчина, не старше тридцати пяти, кивнул Егору с усталой улыбкой.
– Справились, – сказал мужчина. Потом протянул руку, – Виктор Горчаков. Спасибо, парни, что помогли.
– Егор Богданов. Не за что, – Егор в ответ пожал протянутую руку и тоже улыбнулся. – Ты «северный»?
– Да, командир отряда вот этих оболтусов, – он с какой-то улыбкой кивнул в сторону парней, которые стояли у своей машины и чему-то смеялись.
Егор тоже улыбнулся, хотя казалось, что даже на простое движение губами у него не осталось сил.
– Много погибших? – спросил он у Виктора.
– Пока не знаю. Там наши еще считают, – с тяжелым вздохом ответил Горчаков.
В это время Егор увидел, как к команде «северных» подходит еще один боец. К нему тут же от компании подошел другой, обнял и что-то стал говорить. Егор не слышал слов, но удивился такому поведению, скривился. Вдруг тот, первый, что шел к отряду сделал резкое движение, освобождаясь от «объятий» второго, крутанул через бедро и со всей силы впечатал обутую в тяжелые берцы ногу в землю между ног валяющегося на спине.
– Еще раз дотронешься до меня, – до Егора отчетливо донесся крик «первого», – и я не промахнусь. Ты понял меня, Степанов?
– Ты больная, – почти прокричал Степанов, стараясь отползти подальше от «первого», даже не делая попыток подняться.
Стоящие у машины бойцы засмеялись, а Виктор помотал головой.
– Говорил же я этому уроду, чтобы не трогал Алексу.
– Алексу? – переспросил Егор, все еще не понимая, кого напоминает ему этот «первый».
– Ага, Сашка Маркелова, мой боец. Но предпочитает, чтобы ее называли Алексой, и не любит, когда кто-то подкатывает к ней. Она вообще парней не любит, никого не подпускает к себе. А этот придурок Степанов решил, что ему все можно, хотя она его предупреждала.
– Не любит парней? – спросил Егор, наблюдая за тем, как девчонка, которая продолжала стоять к нему спиной, скинула с плеч тяжелый комбинезон, оставляя висеть его юбкой. Потом она достала из накладного кармана на бедре бутылку с водой и стала жадно пить.
– Ага, – как-то тяжело вздохнул Виктор. – Хорошая девчонка, но вот не повезло ей. Первая несчастная любовь. Теперь терпеть не может, когда парни к ней подкатывают, всех бортует. Нескольким рожу набила, которые не сразу поняли, что ее трогать не надо. Вот только Степанов все никак не может понять.
В это время девушка повернулась так, что Егор наконец увидел ее лицо и невольно выпрямился, губы сжались в тонкую полоску, он скрипнул зубами. Несмотря на грязь и копоть на ее лице, он узнал девчонку – его ночная незнакомка. Виктор не заметил реакцию парня, так как поднялся с бетонного блока и направился к своей команде, что-то на ходу говоря им. Степанов отошел за машины так, что Егор его больше не видел, зато Алекса увидела Егора и замерла. Он продолжал сидеть, не двигаясь. Девушка подошла к нему.
– Мне очень не хотелось бы, чтобы о нашей встрече узнал кто-то еще, – в голосе девушки звучала угроза. – Думаю, что ты понял меня.
Егор не ответил, продолжал смотреть на нее с тяжелым прищуром. Она пару секунд пристально смотрела ему в глаза, потом отошла. В это время вернулся командир «западных», команда стала грузиться в машину. Егор сидел, безучастно глядя в окно. Накатывала усталость, им пришлось выложиться полностью на этом выезде. А еще больше била злость на эту Маркелову. Он снова долго стоял под горячими струями душа, смывая пот, гарь, ощущение от этой встречи.
Через месяц руководство городским управлением ГО и ЧС решило устроить общий зачет для всех округов. Принимался зачет на тренировочном полигоне «северных». Когда Егор со своей командой прибыл на полигон, даже позавидовал «северным». Все здесь было сделано по уму, на совесть. Рядом казармы, закрытый зал. Везде порядок. Он увидел Виктора Горчакова, который тоже узнал Егора и махнул ему рукой. Они немного поговорили, потом разошлись по командам. В толпе «северных» он заметил Маркелову. На ней был спортивный костюм, который обтягивал ее стройную крепкую фигуру. Егор видел, как парни косятся на девчонку, некоторые из других округов даже попытались заговорить с ней, но Алекса просто отшила всех.
Он с интересом наблюдал, как Алекса быстро проходит полосу препятствий, четко выполняет все нормативы и снова вспоминал ту безумную безмолвную ночь. «Она никого к себе не подпускает», – слышались слова Виктора. А почему она тогда сама выбрала его? Егор тяжело вздохнул. Он не стал подходить к девушке, чтобы поговорить, даже ответил ей тяжелым взглядом, когда она посмотрела на него и первой отвернулась. Когда закончилось мероприятие, команды собрались на площадке, становясь в «коробочки», чтобы услышать речь руководства. «Северные» оказались рядом с ними, Алекса стояла через бойца от него. Но Егор смотрел прямо перед собой, не поворачивая голову в ее сторону. Когда речь командиров была закончена, и бойцы стали расходиться, он вдруг увидел, как Алекса сделала движение, словно хочет подойти к нему. Он просто отвернулся и направился на стоянку, где их ждали машины.
* * *
Через пару недель после этого зачета руководство «западных» сменили почти полностью, пришел новый командир – молодой и амбициозный, который сразу же невзлюбил Егора. Егор долго не мог понять такого «трепетного» отношения к себе, пока один из его отряда сказал: «Да он просто ревнует. Наши девки так и мечтают оказаться в твоей постели, а ему отказывают. Вот он и бесится».
С каждым днем новый руководитель доводил Егора придирками, сыпались наказания одно за другим. Он уже хотел набить морду этому неудовлетворенному жизнью, как случай помог Егору. В управлении, куда он отправился по поручению кадров, встретил Виктора Горчакова.
– О! Егор! Привет, – Виктор первым протянул руку для приветствия.
– Привет, – Егор пожал его руку.
– Я тут слышал, что твое новое руководство тебя не слишком любит.
Егор не ответил, только дернул щекой.
– Не злись, Земной шарик слишком маленький, сплетни разлетаются слишком быстро. Я предлагаю тебе перейти к нам в отряд. Если что, согласия твоего руководства на перевод не потребуется, у меня есть кое-какие связи в управлении.
Егор не стал долго думать, просто кивнул головой. И уже через два дня он вышел на смену в отряде «северных». Его сразу же представили всему коллективу. Егор успел заметить, что нет Степанова, но есть Алекса, которая смотрела на него слишком пристально. Уже позднее Егор узнал, что Виктор выгнал Степанова за какой-то косяк, из-за которого чуть не погиб один из бойцов.
Начались будни. База «северных» нравилась Егору. Здесь он быстро сошелся с другими парнями, иногда после смены они по пути домой заходили в небольшое кафе чтобы выпить по бокалу пива. Ему нравились отношения – ровные, доверительные. Все парни были без гнили, готовы прийти на помощь в любой момент. Алекса никогда не ходила с ними в компании.
– Она одиночка, – сказал Славка, один из бойцов. – Не обращай внимание, она ни с кем не общается, но боец она классный. Знаешь, сколько на ней спасенных? Я пару раз был с ней в паре, не отказался бы работать на постоянке. Не смотри, что она девчонка, она посильнее многих парней будет.
Егор ничего не стал расспрашивать у парней об Алексе, чтобы не вызывать у них вопросы. Он просто делал свое дело, приходил на смену, отправлялся на выезды, тренировался в зале и на полигоне. С Алексой они были в разных сменах, поэтому встречались с ней не так часто, только на пересменках. И снова он не разговаривал с ней, только молча кивал и отворачивался. Все еще в груди крутилась обида на то, как она выгнала его, словно нерадивую собаку под дождь.
Однажды после тяжелой смены Егор снова долго стоял под душем, закрыв глаза. Парни, что были с ним на выезде, уже успели вымыться, одеться и убежать по делам. Когда он вышел в раздевалку, то там уже никого не было. Он вытерся, стал медленно одеваться. Усталость сказывалась, хотелось отправиться домой и лечь спать. Погруженный в свои мысли он даже не обратил внимание, что открылась дверь и в раздевалку кто-то вошел. Егор уже успел надеть джинсы, зашнуровать свои берцы, потом поднялся, чтобы надеть лонгслив.
– Егор, – раздался тихий чуть хрипловатый голос, – прости. Я была не права.
Он внимательно посмотрел на Алексу, которая стояла у двери, прислонившись к ней спиной. Он молча натянул лонгслив, достал из своего ящичка куртку, надел ее, потом достал рюкзак и шлем.
– Егор, – снова проговорила Алекса, – извини. Я обязательно все расскажу тебе, но сейчас прошу прости меня.
Он подошел к ней, остановился в шаге от девушки, внимательно вглядываясь в ее глаза. Молчание давило на них обоих. С каждой минутой он замечал, как горевший в ее глазах огонь начинает затухать. Потом она медленно опустила взгляд, закусила губу и сделала шаг в сторону, освобождая ему проход. Егор открыл дверь, потом схватил ее за запястье и потянул за собой. Снова ни слова не говоря, они шли друг за другом. Теперь вел он. Они дошли до его мотоцикла, Егор достал шлем, протянул Алексе. Она надела его. Потом Егор сел на мотоцикл, девушка села позади него, обхватила его за талию, крепко прижалась к его спине. Взревел двигатель и мотоцикл выехал с территории базы. Они даже не замечали, с каким удивлением их провожают взглядами. Егор только чувствовал, как в ее груди бухает сердце, которому такт в такт вторит его собственное.




























