Текст книги "В отражении глаз цвета неба (СИ)"

Автор книги: Виктория Вольская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 16

– Женя, я хотел бы завтра же забрать Иру домой…..

– Это исключено – четко и безапелляционно произношу я. Я ожидал, что дед сразу перейдет к сути вопроса, и целый день к этому готовился морально. Противостоять такому человеку, чревато последствиями. И я осознаю это.

– Ты не понял, Женя. Это не обсуждается. Ира будет жить в моем доме – давит своим спокойным, но железобетонным тоном Игорь Владимирович. Только я тоже так умею. И демонстрирую ему это с легкостью.

– Это вы, не поняли – нахожу взглядом Аню, убеждаюсь, что у нее все в порядке. Она так же продолжает стоять рядом с Максом и пить апельсиновый сок – Ира моя жена и будет жить со мной.

– Зачем она тебе? – прям добрый волшебник, решивший избавить меня от жены – изменщицы.

– Хочу спасти семью…. ради дочери – такой аргумент ему крыть не чем. Воспользовавшись тем, что он задумался над моими словами, спешу удалиться – Извините, Игорь Владимирович, хочу пригласить жену на танец.

Прохожу мимо толпы людей, знакомые здороваются со мной по пути, а я вижу только одну. И иду к ней, не отвлекаясь на посторонние раздражители. Да, точно, они все меня сейчас раздражают, нет желания приторно улыбаться, поддерживать тупые светские беседы, потягивая бокал шампанского.

Анечка стоит ко мне полубоком, улыбаясь, слушает своего собеседника. А Макс по – моему, травит анекдоты. Я слегка замедляю шаг, чтобы полюбоваться ее улыбкой. Мне определенно нравится ее улыбка. Почему она не улыбается мне? Хотя, ответ на этот вопрос я знаю. Но все же…

Подхожу к ним, молча беру бокал сока из ее рук, передаю его брату.

– Пойдем, потанцуем, дорогая – и нежно тяну ее за талию поближе к оркестру.

На сегодняшний вечер у меня был план и пора перейти к его исполнению. Здесь, среди сотни гостей, она – моя жена и никто не осудит, если во время танца моя рука немного спуститься чуть ниже спины или я поцелую ее при всех. Вот поцелуй – это прямо то, что нужно, чтобы убедить ее родственников в серьезности наших отношений.

Играет прекрасная мелодия, и я привлекаю к себе желанную девушку. Никогда не любил медленные танцы, не видел в них смысла. Кроме одного. В студенческие годы на вечеринках, медленный танец для меня был лишь способом поскорее затащить девушку в свою постель. Наплетешь ей в ушко за четыре минуты такого, что порой она сама не могла дождаться окончания танца и тащила меня в укромное место, где я с легкостью получал желаемое. Сейчас же, я и не жду, что Аня мне отдастся после танца где– нибудь под лестницей, я и не шепчу ей ничего на ушко. Я просто, как бы невзначай касаюсь губами мочки ее уха. Мне хорошо с ней даже молчать. Получаю чистый кайф только от ее близости. Оказывается дело не в самом танце, дело в партнерше. С Аней хочется танцевать вечность. Вот так прижимать ее к себе, то нежно, то настойчивее, вдыхать аромат ее кожи и волос. Это просто магия какая – то. Впервые мне хочется, чтобы музыка не умолкала. Прикрываю глаза от удовольствия, только, что мурлычу, как кот…

– Что он тебе сказал? – не выдержала все – таки. Любопытство? Нет. Волнуется.

– Сказал, что хочет забрать Иру домой – ровно и без эмоций произношу ей на ушко.

– И ты отпустишь? Так просто отдашь? – ее спина напрягается.

– Отдам – тихо говорю я, улыбаясь краем губ.

Неожиданно она останавливается посреди танца, тем самым привлекая к нам ненужное внимание. Смотрит еще на меня удивлёнными своими глазками. Я лишь ближе ее привлекаю ее к себе и, применив небольшое усилие, продолжаю танец – Конечно, я отдам. Только для начала ему надо будет ее найти. Но это теперь не моя проблема – чувствую, как девочка моя расслабляется. Глупенькая. Думала, что я решил ее сплавить деду на попечение. Нет, милая, ты теперь от меня вряд – ли отделаешься. Мне слишком хорошо рядом с тобой. И я не готов терять это ощущение. Более того, я этого не хочу.

Анна

По словам Макса, маме Ирины стало не хорошо, и я она покинула праздник еще до моего приезда. Узнав об этом, я почувствовала облегчение, что не нужно притворяться еще перед одним членом этой семьи.

Максим рассказывал какие – то байки из прошлой жизни, сопровождая их анекдотами. И я на время забылась для чего я здесь. Но Евгений очень быстро мне об этом напомнил, поцеловав меня в засос в конце танца. Кто – то даже присвистнул, а кто – то зааплодировал. Только я не обезьянка в цирке и не надо со мной так….

Поборов в себе эмоции и желание залепить ему звучную пощечину, улыбаясь, беру его под руку и веду к накрытым столам.

Хватит с меня танцев.

Но и за столом меня ждал сюрприз. Ладонь «супруга» практически сразу легла на мою коленку и постепенно продвигалась вверх к бедру. Сей факт не остался не замеченным официантом, который разливал напитки.

– Так надо – тихо сказал мне Женя, и нежно чмокнул в носик.

Я только сейчас заметила, как пристально за нами следит виновник торжества. Думаю, что официант доложит ему о наших играх под столом. Для поддержания легенды – это хорошо. Удивительно, как Женя все досконально продумал. Каждый его жест говорил о его желании и любви. Он поедал меня глазами. Было неловко, но я подыгрывала, как могла. Убедившись, что именинник не сводит своего взгляда от нашего столика, отсалютовала ему бокалом и сама положила голову на плечо «мужа», он в ответ не растерялся. Снова поцеловал. На это раз нежно, без языка.

Но почему – то именно от этого поцелуя отнялись ноги. Кровь по венам побежала быстрее и запульсировала, там, где не надо. Сжав коленки, я практически залпом выпиваю бокал воды.

****

Еще час и мы, попрощавшись с родственниками, едем домой. Точнее, это Женя едет домой, а я возвращаюсь в тюрьму. Не успела машина толком припарковаться, я распахнула дверь и выбежала из машины. Водителю даже пришлось резко затормозить, от чего Женя потерял координацию на пару секунд, но мне их хватило, чтобы скрыться.

Он настиг меня у лестницы, резко развернул к себе лицом. Он молчал, вглядываясь в мое лицо. Я молчала, не в силах пошевелиться, крепко прижатая к твердому телу мужчины. Не говоря ни слова, он снова потянулся к моим губам. А я не могу сопротивляться ему. А должна. Потому, что все, что было между нами сегодня – бутафория, спектакль. Я должна действовать, иначе сдамся. И я со всей силы впилась зубами в его нижнюю губу.

От боли его глаза потемнели. Он прервал поцелуй и отпустил мою руку, доставая из кармана носовой платок…вижу на белой материи красные пятна, прокусила я ему губу до крови. Так и хочется сказать ему «прости». Но, пока он так же смотрит на платок, я убегаю вверх по лестнице и хлопаю дверью в комнату, закрыв ее на замок.

Глава 17

Евгений

Она снова сбежала. Может и к лучшему, на сегодня ей потрясений хватит. Я еще со своими поцелуями… Как же хочется подняться к ней и просто уснуть рядом.

Но вместо этого иду в кабинет. Подхожу к рабочему столу и включаю ноутбук. Судя по множеству писем в моем почтовом ящике, работы мне предстоит много. За последние дни я уделял времени делам катастрофически мало. И теперь надо наверстывать. Это даже хорошо, займу голову работой. А не женщиной, которая наверняка сейчас на втором этаже … Работа – это то, что нужно. Снимаю пиджак и бросаю на кожаный диванчик, закатываю рукава рубашки по локоть и загружаю документы с облака. Посмотрев расписание, освежаю в памяти, что на завтра у меня назначена встреча с новым клиентом, мне очень важен этот клиент, и проигнорировать я его просто не имею права. Я полтора года добивался этой сделки. И я не я один. Над этим проектом работала куча сотрудников и их подвести я не могу. Они ждут от меня внеочередную премию за работу в вечернее, а иногда и в ночное время. Да, что скрывать, премировать я люблю. Люблю смотреть в довольные и счастливые глаза соратников по бизнесу. Достойная заработная плата, причем полностью белая, гарантированный отпуск и оплата больничных – не каждый работодатель сейчас может похвастаться этим. В наше время работодатели ориентированы на быстрый заработок и минимизацию расходов, связанных с персоналом. Я же давно понял, что вкладываться надо не в офисы с кожаными диванами и кофе автоматом, а в первую очередь в персонал. Если персонал подобран правильно, то и до кожаных диванов не далеко. Я окружил себя профессионалами, которые своими мозгами приносят мне многомиллионную прибыль. Мне нет нужды экономить и все это благодаря грамотным сотрудникам, которые знают, что за свой труд они получат очень достойную оплату. В сложившейся ситуации, потеря одного из них, для меня равносильна потере руки или ноги. И я четко осознаю это, поэтому я никогда не обижаю своих коллег по части премий и внеочередных бонусов. Финансовая мотивация творит чудеса. Люди держаться за свои места и отдаются работе со стопроцентной отдачей. И мне бы не мешало отдаться работе.

За три часа я просмотрел два контакта, сделал пометки на полях для доработки юридическим отделом. Еще осталось просмотреть последний договор с новыми поставщиками. Но перед глазами начинает рябить текст. Глаза устали от безотрывной работы на компьютере и просто требуют сна. А я его себе сейчас не могу позволить. Контракт кровь из носа должен быть подписан завтра. Смотрю на часы – три часа ночи. До утра еще уйма времени. Успею. Главное не уснуть. Встаю с кресла, открываю окно. Ночная прохлада немного приводит меня в чувство, но боюсь, что без кофеина не обойтись. Открыв окно пошире, для, того чтобы кабинет проветрился, я направляюсь на кухню.

Анна

Как только я заперла за собой дверь, осела на пол прямо у дверей. Прислонив голову к дереву, прислушивалась к шагам. Но было тихо. Не пошел за мной. Хорошо. А если бы пошел? Открыла бы я ему дверь? Разум говорит – нет, а тело – да. Меня колотит мелкой дрожью от воспоминаний сегодняшнего вечера. Мне было безумно хорошо в этой сказке. Я сошла с ума. Мне нравится Женя!!! Мне нравится с ним целоваться. Мне нравится, как он ко мне прикасается. Очнись, Аня. Евгений не рыцарь на белом коне. Это человек, который надругался над тобой. И тот факт, что он думал, что я Ира, его не оправдывает. Вот ни капельки. Я здесь в заточении до определенного момента. Придет время, и он вышвырнет меня взашей из этого дома. Вероятно, найдет свою жену и будет с ней жить припеваючи. А мне останутся лишь воспоминания. Значит надо делать так, чтобы воспоминаний этих было, как можно меньше.

Очень долго не могу уснуть и спускаюсь на кухню выпить горячего молока с медом.

– Не спится? – слышу я за спиной. Женя. А он – то почему не спит.

– Нет. Перенервничала наверно. Решила выпить молока с медом – Женя сам достает из холодильника пакет молока, наливает в бокал и ставит его в микроволновку на сорок секунд. Все эти сорок секунд мы молча смотрим друг на друга. Когда микроволновая печь оповестила нас о завершении своей работы, я отвела взгляд от его лица – Вам, тоже не спится?

– Наоборот – он достает бокал и ставит передо мной. Я беру ложечку и накладываю мед – Глаза слипаются. А спать мне сейчас никак нельзя.

Он берет в руку турку, кладет в нее три столовые ложки молотового кофе, и это очень много. Видимо, очень хочется спать, мне бы так. Пью свое молоко и наблюдаю за ним. Странно, на столе стоит очень дорогая и многофункциональная кофемашина, а он варит кофе в турке. Стоит ко мне спиной, а мне так и хочется подойти сзади, обнять за плечи и прислониться щекой к горячему телу. От подобных мыслей мне становится жарко, и я перевожу взгляд на магнитики на холодильнике.

– Нравятся? – спросил меня Женя, стоя от меня в трех шагах, уже с кружкой ароматного кофе.

– Это магниты городов, где Вы были – предполагаю я.

– Именно – невероятно, холодильник практически полностью покрыт географией его передвижений по миру. Еще немного и под магниты придется покупать новый холодильник.

– И где Вам нравится больше всего? – жду ответа вроде Парижа или Лондона. Но слышу в ответ другое.

– Дома. Я не люблю путешествовать. Но работа обязывает к частым командировкам. Как подумаю, что опять надо ехать куда – то – аэропорты, вокзалы, отели, гостиницы, рестораны. Жуть. Не люблю ресторанную еду, не люблю спать в гостиничных номерах, на кроватях, в которых до меня черт знает кто – то хрен знает, чем занимался. Если честно… – он наклоняется к моему уху и тихо шепчет – брезгую. Поэтому Ольга всегда в командировку в чемодан кладет комплект постельного белья и полотенце.

– А я нигде раньше не была. Это мое первое путешествие – говорю, осознавая, что на моем холодильнике будет только один магнитик. И будет ли вообще? – Много работы?

– Хватает. До утра надо проштудировать один договор, а он на испанском.

– Разве это проблема? Вы отлично говорите на этом языке.

– В том то и дело, что я отлично владею разговорным испанским. А вот юридическим как – то не очень, как оказалось.

– Давайте я вам помогу. Все равно не спится – и зачем я ему это предлагаю. Наоборот, надо бежать от него, сверкая пятками. Но пятки мои стоят на одном месте, и двигаться не собираются.

– Ты опять мне начала выкать – улыбаясь, сказал Женя.

И улыбка у него красивая. Пей, Аня молоко и успокойся.

– Прости. Ну, что помочь?

– Не откажусь – вот так просто «не откажусь». А мог бы и отправить меня спать, три часа ночи как никак.

Мы выходим из кухни и Женя, пропуская меня вперед, плетется сзади, попевая свой кофе. Но у дверей в кабинет оказывается впереди меня, сам открывает дверь, пропуская меня. Джентльмен. В кабинете невероятно холодно. Окно нараспашку. Пришлось обнять себя за плечи, чтобы немного согреться. Этот мой жест не остался незамеченным Женей. Он спешно подошел к дивану, взял свой пиджак и накинул его мне на плечи. И меня накрыло волной его аромата. Мужского и терпкого. Не хочу снимать эту вещь…. Никогда.

Женя закрывает окно и садится в свое кресло. Я же присаживаюсь напротив Евгения, и он подает мне распечатку договора.

– Как тебе проще, печатать перевод в компьютере или писать от руки?

– Я буду писать – если я заберу у него единственный ноутбук для перевода, тогда что будет делать он? Сидеть и смотреть на меня. Ни к чему. Пусть займется другими делами, а я попишу на бумаге.

Евгений

Делаю вид, что работаю, а сам украдкой смотрю на девушку. Сидит прямо, держа осанку, непослушную прядь волос убрала за ушко, слегка хмурит брови, иногда покусывает колпачок ручки. И пишет она ровненько и красиво. Почерк у нее практически каллиграфический, каждая буковка прописана правильно. Как в прописях. Точно, именно так нас учили писать наши первые учителя в школе. Смотрю на нее и понимаю – идеальная. Идеальная во всем, даже в таких мелочах. Опустил взгляд на свои записи и неловко прикрыл их чистым листом. Стало стыдно за свой размашистый почерк.

Спустя час Анна передала мне готовый текст.

– Иди, Анечка, спать. Уже пятый час утра.

– Хорошо – она сняла со своих плеч мой пиджак, аккуратно положила обратно на диван и скрылась за коричневыми дверьми. А мне так стало одиноко, ну, хоть волком вой. Перелистываю бумаги, исписанные ею, и продолжаю восхищаться. Тринадцать страниц, а буковки все, как одна. Ни разу не вышла за строчку. Дочитываю текст и засыпаю прямо за столом….

Глава 18

Анна

– Что это? – я смотрю на синюю коробочку из ювелирного магазина, которую Евгений протянул мне с довольным видом. Он нашел меня на кухне. Я слышала, как хлопнула входная дверь, но не поспешила на встречу с Женей. Я стою у большого стола, собираясь сделать себе бутерброд.

– Я заключил контракт с испанцами, получил приличный аванс и вот – он снова переводит свой взгляд на футляр – оплата за работу. Я привык оплачивать труд людей.

– Не стоило. Я это сделала не за деньги.

– Я знаю, именно поэтому я не подаю тебе конверт, наполненный купюрами, а делаю этот подарок. Это благодарность. Ты меня очень выручила – видит в моих глазах сомнения, решил сыграть на моей тактичности – Между прочим, сам выбирал, потратил на это все свое обеденное время, но нашел, то – что хотел – мне стало безумно любопытно, и я открываю, манящую меня коробочку и достаю золотую цепочку с небольшой подвеской. Подвеска небольшая, но оригинальная – три в одном: крест, якорь, сердце.

– Что это?

– Вера. Надежда. Любовь – его голос упал до шепота. Не видя в моих глазах радости, немного тушуется.

Как символично. Потому что именно вышеперечисленного у меня и нет.

Нет веры, так как последние события напрочь отбили во мне желание доверять кому – либо.

Нет надежды, так как я боюсь мечтать и надеяться. Я не знаю своего будущего. Если, вдруг, я окажусь беременной, моя жизнь превратиться в ад. Он заберет ребенка, которого я выношу, а меня выставит за дверь.

Нет любви…. Ее просто нет. Я боюсь любить.

– И вот ещё что – он достает из внутреннего кармана пиджака сиреневый конверт – приглашение. Я вопросительно поднимаю на него глаза.

– Это приглашение на выставку какого – то модного и современного художника. Дед Ирины постарался. Знает, что она любит подобную чепуху. Надеется, что если она окажется в знакомой обстановке, то воспоминания начнут возвращаться.

– Почему чепуху? На таких мероприятиях наверно можно найти партнёра по бизнесу – предполагаю я. Открываю конверт и вижу дату. Завтра. Отлично. Успею купить себе платье, так как ни одно из платьев Ирины я не смогу надеть. Сегодня утром на телефон пришло уведомление о пополнении моей карты, родители отправили мне деньги. Я не просила и в другой бы ситуации отправила бы их обратно. Но сейчас они для меня, как спасательный круг, так как покупать для себя вещи за счет Жени я не буду.

– На таких мероприятиях можно найти любовника, но ни партнёра по бизнесу. На такие тусовки обычно ходят папочкины сынки – дармоеды. Кичатся друг перед другом деньгами, к которым не имеют никакого отношения. Сами же ни рубля не заработали, а пантов... – его взгляд неожиданно задерживается на моих губах, я сегодня накрасила их помадой, оттенком темнее обычного – Но придется пойти. Ты как?

– Хорошо. Только...только не целуй меня больше – говорю и опускаю глаза.

– Не нравится? – шепотом спрашивает он. И в его вопросе нет нажима или претензии. Чистое любопытство. Я понимаю, что не могу ответить – «нет», да и Женя знает, что это не правда. Уж слишком трепетно и жадно я отвечаю на его поцелуи.

– Не в этом дело – краснею, как первокурсница на первой вечеринке. Вижу, что без объяснений никак не обойтись. Он буквально сверлит меня своим взглядом – Эти поцелуи они... Не настоящие. На публику. И целуешь ты не меня, а её.

Все!!! Сказала!!!

Он молчит несколько секунд.

– Анечка, ну что за глупость – он улыбается, слегка приподнимая губы. А я отворачиваюсь от него, не смея посмотреть в серые глаза. Стаю лицом к столу, нервно перебирая конфеты в вазочке: вот карамель, вот леденец, снова карамель, шоколадная…

Он подходит ближе, обнимает меня сзади за талию, прижимая к себе. Целует мои волосы, а мне хочется остановить этот момент. Я закрываю глаза от удовольствия.

– Я не вижу в тебе Ирину. Больше не вижу. Вы абсолютно разные. Вот смотри – он ставит передо мной два стакана, один из которых наполняет водой из графина до краев, а второй оставляет пустым – Это Ира, показывает на пустой стакан, а это ты, указывает на второй. Внешне вы, с первого взгляда похожи, как эти два бокала. Но посмотри внутрь – содержимое различается. Внутренний мир, мировоззрение, воспитание, восприятие жизни у вас разные. Между вами нет ничего общего, кроме цвета волос и глаз. Хотя и здесь бы я тоже поспорил. Когда я тебя целую, твои глаза становятся синими, синими, как море перед штормом – он трется носом об мою шею, целует ее, затем берет цепочку из моих рук и застегивает ее на моей шее – И я хочу в нем утонуть.

Не замечаю, как на моей талии уже нет его рук, и макушку не греет его дыхание. Ушел. Смотрю на два бокала и не могу удержать улыбку, перебирая пальцами три составляющие подвески, которая красуется на моей груди. Определенно, мне не хочется ее снимать. Снова вспоминаю каждое его слово, таких комплиментов мне ещё никто никогда не делал. Евгений, так сказать, наглядно продемонстрировал разницу между нами. Греет душу ощущение, что я для него лучше, чем она. Стоп. Обрываю эти мысли. Мечтательница. Не успеваю поругать себя за слабость, как его руки разворачивают меня, и он впивается в мои губы долгим и нежным поцелуем. Придерживает одной рукой меня за затылок, второй блуждает по моей спине, изучая каждый позвонок. Поцелуй прекращается, но он не убирает руку с моей головы. Смотрит в глаза, прерывисто дыша. Его манящие губы в миллиметре от моих. Женя чуть наклонил голову, и мне на мгновение показалось, что он хочет поцеловать меня снова. И, к моему разочарованию, он этого не делает.

Боже милостивый, я схожу с ума? Я жду нового натиска его губ?! Мне этого хочется. Очень.

Но лишь слышу его хриплый и тихий голос.

– Заметь, сейчас здесь никого нет, и я целую именно тебя, Аня – он поспешно отходит от меня и идёт к выходу. Но около дверей останавливается, бросает на меня игривый и лукавый взгляд – А про цвет глаз я был прав.... Синие.

Евгений

С трудом сдержался и не завалил девчонку на стол. А как хотелось. Она и со спины выглядит довольно соблазнительно. На ней сегодня обычный сарафан темно – синего цвета, чуть выше колена, со спины нет никаких вырезов, но ее прямая осанка придает этому наряду сексуальность. Так и хочется присесть на колени около нее, запустить руки под подол платья и направить их вверх, до бедер и не только…. От нахлынувшей фантазии я чуть не зарычал, только лишь обняв ее за узенькую талию. Застегивая застежку цепочки, зарываюсь лицом в изгиб ее шеи, веду влажным языком по бархатной и ароматной коже, прикусив слегка зубами шею. Мне отчаянно хочется оставить на ее теле свою метку, увидеть красную полосу от укуса. Если бы можно было поставить на женщине клеймо, я бы это сделал. Моя – она. Пусть она пока об этом не знает. Не отпущу. Мог бы, завтра же потащил девушку в ЗАГС, но проблема – я женат. И чтобы развестись, мне необходимо найти свою благоверную. А где ее искать? Сколько лет я еще буду искать Ирину? Согласится ли Аня выйти за меня? Хотелось бы, чтобы девушка по собственной воле стала моей женой, а иначе мне придется ее заставить. Так, как варианта отпустить Анну, для меня нет.

Возвращаюсь в свою спальню, поспешно принимаю душ, и спустившись в кабинет, берусь за работу. Завтра с Аней мы должны присутствовать на мероприятии, а это значит, что сегодня я должен поработать вдвойне. Принятый мной аванс требует от меня полной отдачи над проектом. И я не против, я люблю браться за новое дело. Но для начала я должен увидеть и услышать дочь. Открываю ноутбук и звоню по скайпу няне. К моему удивлению на звонок отвечает не Елизавета Дмитриевна, а моя красавица.

– Пивет, папочка – кричит от радости моя принцесса. Боже, как я соскучился по ней. Как же хочется прижать ее к своей груди и долго – долго не отпускать. Целовать розовые щечки, кудрявые волосики и курносый носик.

– Привет, моя куколка. Ты такая красивая, загорелая. Где Елизавета Дмитриевна?

– Я здесь, Евгений Борисович – услышал я в ответ. Няня подошла к дочери и попросила ту присесть на стул, чтобы было удобнее разговаривать по ноутбуку. Машенька послушно садится на стул и смотрит на меня обожающим взглядом. Она тоже соскучилась. Мы никогда не расставались так надолго. И если бы не видео связь я бы, наверно, загнулся от таски или поехал вместе с ними, наплевав на обязанности директора компании.

– Как вы, девочки? – хочу услышать длинный рассказ о дельфинах, горячем песке, голубом море и вкусностях, которыми няня балует Машу.

– Евгений Борисович, вы только не волнуйтесь, но у нас проблема. Я хотела как – раз вам звонить.

– Что случилось? – я напрягся. Не люблю, когда предложение начинают с фразы «ты только не волнуйся».

– В нашем отеле обнаружили кишечную палочку, и я подумала, может нам вернуться домой, пока Машенька не подхватила эту дрянь.

– Вы абсолютно правы. Возвращайтесь. Я сейчас же закажу вам билеты на ближайший рейс.

– Я узнавала, ближайший рейс будет только послезавтра в шесть утра.

– А раньше нет рейсов?

– Рейсы есть, но билеты уже распроданы заранее, отпускной период.

– Я понял, послезавтра – попутно бронирую билеты для них на своем смартфоне – Значит так, я сейчас сниму вам номер в другом отеле, желательно на другом конце города и вы переселитесь.

– Я пыталась, говорят, что мест нет.

– Для меня найдут – обрываю связь и загружаю список отелей Сочи. Спустя два часа мне удается найти свободный номер. Пришлось переплатить в три раза, так как номер был забронирован, но я уверил администрацию отеля, что это только на два дня, и они пошли мне на встречу. Снова отзвонился Елизавете Дмитриевне, дал координаты гостиницы и имя сотрудника, который уже ждет их. Девочки уже «сидели на чемоданах» и в течение десяти минут покинули отель.

Закрываю ноутбук, даю себе пятиминутную передышку, чтобы прийти в себя и, наконец, приступить к работе. Но мысли совсем не о работе, я думаю о Маше и Анне. Как мне их друг другу представить? Как отнесется дочь к появлению в доме посторонней женщины? Поладят ли они? И захочет ли Аня найти общий язык с Машенькой?

Одни вопросы, на которые нет ответа. Я могу только ждать их встречи и надеяться, что мир в моей семье не пошатнут никакие перемены.