Текст книги "Личное дело студентки (СИ)"

Автор книги: Виктория Селезнева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Глава 11

– Кристина, что-то не так?

– А? – я подняла на маму взгляд, пытаясь понять, что она спросила. – Нет, все замечательно.

– Ты уже полчаса ковыряешься в тарелке, с трудом верится.

Я вздохнула, наматывая спагетти на вилку. Ну не говорить же правду.

– Нет, мам, правда, все в порядке. Просто учебы сейчас много, голова забита.

А правда заключалась в том, что сегодня пятница, была пара у Матвея Дмитриевича, и ничего… Он вел себя как обычно, на меня ноль внимания. И не то, чтобы он меня избегал, нет, он просто общался, как и со всеми.

За всю неделю мы ни разу не списывались. И, похоже, все идет к тому, что наш флирт окончился ничем.

Субботние пары – самое большое зло на земле. И меня явно все поддерживают, судя по хмурым лицам моих одногруппников, которые мне пришлось наблюдать на следующий день.

– Ты что-то совсем расклеилась, – плюхнулась рядом со мной Юля. – Нужно развеяться.

– Ага, – я легла головой на парту, желая побыстрее оказаться дома.

– Я серьезно, – произнесла подруга. – Мы сегодня с девчонками в клуб идем, давай с нами?

– Что-то не хочется, – с кислым лицом произнесла я.

– Так, – Юлька больно ткнула меня ручкой под ребро, – подняла свою тощую задницу, и вперед с песнями. Устроила тут марафон депрессии.

Я улыбнулась. И правда, что-то я совсем в себе закрылась. Развеяться никому еще не мешало.

– Хорошо. В какой клуб и во сколько?

– Вооот, – довольно протянула девушка, откидываясь назад, – это другой разговор. В десять вечера в Лондон.

– Хорошо, договорились.

Вечером я окончательно решила, что пора возвращать в себя веселую незакомпексованную девчонку. Выпив с мамой вина для настроения и выслушав папины нотации, я начала поиск наряда. Достав самое открытое в моем гардеробе платье, которое обтягивало меня, как вторая кожа, я посмотрелась в зеркало.

– Да все мужики мои, – произнесла я, лукаво улыбаясь своему отражению.

А потом вино дошло до мозга, временно остановив его мыслительную деятельность, потому что другого объяснения своему поступку я найти не могу.

Сфотографировав себя во всей красе, я открыла вконтакте и отправила это фото своему преподавателю, убедившись, что он онлайн. Затем, дождавшись пока он откроет сообщение, быстро набрала второе:

«Простите, это не вам»

Ехидно улыбнувшись, я отложила телефон и начала дальше свои сборы. Через пару мгновений мобильный зажужжал, и я бросилась к нему, опрокинув содержимое своей косметички.

«Ничего страшного, я не расстроен»

Я закусила губу и отложила мобильный. Не буду больше ничего писать, пусть и правда думает, что я ошиблась адресатом.

Телефон снова завибрировал, вызвав у меня учащенный пульс.

«Куда собираешься, если не секрет?»

«Не секрет. В клуб Лондон».

И, немного подумав, добавила:

«Вы сегодня тоже отдыхаете?»

Ну а что? Ему можно любопытничать, а мне нет?

«Да. Но я в бар, в Лофт»

Я быстро открыла карту Москвы, с сожалением отмечая, что заведения находятся далеко друг от друга.

«Удачно вам отдохнуть» – написала я, тяжело вздыхая.

«И тебе. Будь аккуратна»

Я улыбнулась. Как это мило! И пусть ничего не изменилось, но, как минимум, мой преподаватель дает втянуть себя в переписку. Правда, я, наверное, больше не буду так делать, я и так уже первый шаг совершила.

Юля со своими подругами уже была там, когда я вошла в клуб. Звуки музыки обрушились на меня, заставляя скривиться. Я не очень люблю клубы, предпочитаю уютные кафе, ну, или бары, в конце концов. Но Юлька права, мне нужно как следует отдохнуть.

Я познакомилась с двумя другими девочками – Дашей и Алисой, и сразу нашла с ними общий язык. Вечер протекал замечательно, и в какой-то момент мне стало весело и легко. Алкоголь, веселая музыка и хорошая компания сделали свое дело.

Мне как раз девчонки рассказывали, перекрикивая музыку, как они однажды на каблуках шли по какой-то грязи, потому что им не понравилась вечеринка, устроенная их одноклассником где-то в деревне, как из туалета вернулась Юля.

– Ты не поверишь, кого я встретила, – возбужденно барабаня пальцами по столу, произнесла она, перебивая своих подруг, – нашего Матвейку.

Сердце застучало как бешеное. Он здесь? Из-за меня?

– Что ты ему сказала? – спросила я, стараясь выглядеть как можно беззаботнее.

– Да ничего особенного, – усмехнулась Юлька, допивая залпом вино в бокале, – он, как всегда, попробовала меня подколоть. Говорит такой: «Кузнецова, да вы меня преследуете!», а я ему: «Что вы, Матвей Дмитриевич, это заведение же для молодежи, вас вообще сюда пустить не должны были».

Подруга рассмеялась, показывая официантке на пустую бутылку, намекая, что нам нужна снова полная.

– А он что? – нетерпеливо спросила ее я, в надежде, что он спрашивал меня.

– Сказал, что он на парах разберется, у кого из нас старческий маразм, – хмыкнула Юлька, – у нас же война.

Я махнула рукой.

– У вас не война, а взаимный интерес к остроумию.

Тема про нашего преподавателя замяли. Я старалась поддерживать искренний интерес к дальнейшему разговору, но, конечно же, не могла перестать думать о том, что Покровский где-то близко.

– Я в туалет, – шепнула я подруге, отправляясь на поиски мужчины. Но по дороге я его не встретила, хотя даже возле бара покрутилась. Решив, что не судьба, я пошла обратно к своему столику.

Но не дошла. Путь мне преградил мужчина, годившийся мне в отцы.

– Девушка, давайте потанцуем.

Я только сейчас поняла, что играет медленная композиция. А как я уже говорила, я не люблю, когда меня трогают посторонние неприятные мне типы.

– Я не танцую, – с улыбкой произнесла я, пытаясь пройти мимо.

– Да ладно тебе, – протянул мужик, снова не отпуская меня, – один танец.

– Нет, – твердо ответила я.

– А что так категорично? – с вызовом произнес этот неприятный тип.

– Девушка со мной. Вопросы есть? – послышалось сзади. Несмотря на громкую музыку, моему преподавателю даже не пришлось кричать. Вот что значит поставленный голос.

Мужик, вроде, вначале хотел залупиться, но потом, что-то пробубнив себе под нос, удалился. А я медленно развернулась к мужчине моей мечты.

Глава 12

Покровский притянул меня к себе, начав медленно двигаться под заунывную музыку.

– А ты в курсе, что столь провокационный наряд не может не привлекать к себе неприятности? – тихо спросил он меня.

– Это всего лишь платье, Матвей Дмитриевич, – я тихонько провела пальцем по его плечу. Мужчина напрягся, придвигаясь ко мне чуть ближе. – На самом деле, я здесь с Юлей, и она сейчас наблюдает, как мы танцуем, – со вздохом заключила я.

– Это просто танец, – хмыкнул преподаватель.

– Почему вы здесь? – спросила я, заглядывая мужчине в глаза.

Он пожал плечами.

– Один из моих друзей предложил продолжить отдых в клубе, я был не против.

– И из сотни клубов Москвы вы выбрали тот, что находится в десяти километрах от бара? – улыбнулась я.

– Ты смотрела расстояние? – подловил меня Покровский.

– Смотрела, – не стала я скрывать.

– Ждала? – уже совсем тихо, практически касаясь губами уха, спросил Матвей Дмитриевич.

Я ничего не ответила, пряча свое пылающее лицо. Это какое-то сумасшествие.

Дальше мы танцевали молча. Но это молчание было красноречивее многих слов. Расстояние, взятое нами в начале танца, неумолимо сокращалось. Я уже касалась своей грудью мужчину, а его рука то и дело скользила по моей спине. Хорошо, что музыка длится в среднем четыре минуты.

Покровский нехотя отпустил меня, смерив тяжелым взглядом, и удалился. Я же собрала свои мысли в кучу и вернулась за столик.

– Интерееесно, – протянула Юлька.

Я пожала плечами, делая большой глоток вина.

– Ничего такого. До меня мужик какой-то докопался, а Покровский рядом был. Он и танцевал-то со мной, чтобы этот мужик снова ко мне не пристал.

Мне кажется, Юля не поверила, но к теме больше не возвращалась. И на том спасибо.

Нужно ли говорить, что я вся извертелась, выискивая глазами Матвея. В конце концов, я снова пошла в туалет, надеясь в этот раз все же выведать место его обитания. Я не знала, зачем. Не буду же я к нему подходить. Но глаза помазолить можно.

Я вышла из туалета, и тут случилось дежа вю. Некто схватил меня за талию и оттащил в темный конец танцпола, как в день моего знакомства с группой в баре. Только в этот раз я четко знала, кто это, и желания вырываться не было.

Матвей Дмитриевич прижал меня к колонне, упираясь руками по обе стороны от моей головы. В его глазах был такой дикий огонь, что становилось даже слегка не по себе.

– Так ждала или нет? – спросил он, пододвигаясь еще ближе.

– Ждала, – не стала я врать, – правда не думала, что вы приедете.

– Здесь очень много народу, – тихо произнес он после небольшой паузы, касаясь губами моей шеи. Толпа мурашек рванула по всему телу, а внизу живота зародилось дикое желание.

Я схватила мужчину за рубашку, практически вжимаясь в него.

– Согласна, – ответила я, тяжело дыша.

Матвей провел пальцем по моим губам, медленно ведя другой рукой по моему бедру.

– Предложения? – спросила я, понимая, что если мы не уедем, то я его прямо здесь изнасилую.

Мужчина хмыкнул, пробираясь ладонью под юбку.

– Хочу тебя украсть, – прохрипел он, когда я закусила губу, чтобы сдержать рвущийся стон.

– Укради, – ответила я.

И в этот момент в моей сумке, висевшей у меня через плечо, завибрировал телефон. Так как время перевалило за два часа ночи, звонок для меня был очень странным.

– Прости, – произнесла я, ища телефон.

Мужчина не отодвинулся, чем совсем не облегчал мне задачу.

На дисплее засветилось «Папа».

Мои родители очень доверяют мне. Я же в свою очередь оправдываю их доверие. Если я где-то отдыхаю, мне никогда не будут названивать. Если я понимаю, что задерживаюсь совсем неприлично, то я просто строчу сообщение, что у меня все хорошо. И то, что папа звонит мне, зная, что я в клубе, значит лишь то, что на это есть причина.

– Прости, – с тревогой глянула я на Матвея, продвигаясь в сторону вестибюля. Здесь я навряд ли что-то услышу.

– Что случилось, пап? – спросила я, как только оказалась возле раздевалки.

– Кристина, – голос у моего отца был очень напряженный, – маму увезли в больницу, подозрение на инфаркт.

Внутри все оборвалось. На несколько секунд я разучилась дышать. Так не бывает! Моя мама никогда в жизни не лежала в больнице.

– Пап, я приеду в больницу, – глухо произнесла я.

– Не надо, – было слышно, как папа куда-то идет, – езжай домой, если что изменится, я тебе позвоню. Будь на связи.

На том конце провода повесили трубку, а я осталась стоять посреди холла, не понимая, что мне делать.

– Что случилось? – услышала я голос.

– Мне надо домой, – я подняла взгляд на преподавателя. – Маму забрали в больницу, подозрение на инфаркт.

– Я вызову такси, – серьезно проговорил мужчина, – скажи адрес.

Я назвала Матвею адрес, а сама двинулась на танцпол, чтобы предупредить Юлю. Шепнув девушке причину, по которой ухожу и уверив ее, что буду держать в курсе событий, я пошла на выход.

Покровский ждал меня на улице возле машины. Он открыл мне дверь и сам сел тоже рядом. На мой вопросительный взгляд, коротко пояснил:

– Я провожу тебя, потом тоже домой.

Я кивнула, отвернувшись к окну.

Мы добрались до моего дома довольно быстро. Все же по ночным улицам Москвы ездить гораздо приятнее.

Матвей вышел вместе со мной, попросив таксиста подождать пару минут. Он проводил меня до подъезда, где мы и остановились.

– Спасибо, что подвез, – тихо произнесла я

– Брось. – Мужчина провел пальцем по моей щеке, – если что-то будет нужно, звони.

– Спасибо, – кивнула я. Затем, поддавшись порыву, шагнула вперед, целуя его в губы. Матвей поймал мое лицо, заглядывая мне в глаза, как только я отстранилась.

– Все будет хорошо, – тихо произнес он. Я улыбнулась, правда, улыбка получилась вымученной.

После этого мужчина развернулся и пошел к машине, а я рванула на себя дверь подъезда, чувствуя, как усиливается страх.

Глава 13

Я нервно теребила телефон в ожидании новостей. Наконец, через час позвонил папа.

– Малыш, все хорошо, не переживай.

Я почувствовала, как слезы подбираются к глазам.

– Пап, что там?

– Инфаркт не подтвердился. Но твоей маме придется неделю полежать в больнице, чтобы провести обследование, – торопливо произнес папа. – Я через час где-то буду дома.

– Хорошо, папуль, жду, – произнесла я, чувствуя, как нервное напряжение постепенно отпускает меня.

Я дождалась отца, который еще раз успокоил меня, после чего легла спать.

Когда я встала, папы не было, по его записке я поняла, что его срочно вызвали на работу.

Я сделала себе кофе и набрала маму. Она меня тоже уверила, что все в порядке. Просто, видимо, переезд в ее возрасте не проходит без последствий для организма, вот он и дал сбой.

Я окончательно успокоилась, и вот тогда-то начало приходить осознание того, что произошло вчера до папиного звонка. По спине прошел холодок, а губы резко заныли, вспоминая вчерашний короткий поцелуй.

Словно в насмешку, телефон завибрировал, а на дисплее высветилось МД. Я тот еще шифровщик.

Я откашлялась и даже зачем-то гляну в зеркало.

– Да, – произнесла я, стараясь, чтобы мой голос позорно не дрожал.

– Привет, – услышала я в ответ. – Как мама?

– Все хорошо, – преувеличенно бодро ответила я. – Инфаркт не подтвердился, но она пока остается в больнице.

– Ясно, – ответил мужчина, – а ты как?

Я не совсем поняла, что он имеет в виду под этим «ты как?». То ли он интересуется тем, как на меня повлияла болезнь мамы, то ли, как я себя ощущаю после вчерашнего. Поэтому я коротко ответила:

– Все нормально.

– Хорошо, – произнес Матвей, – если что звони.

– Спасибо, – ответила я, не зная, что еще сказать. Даже больше, я не знала, как к нему обращаться: на вы или на ты.

– Пока.

– Пока.

Я положила трубку и попыталась прислушаться к своим ощущениям. Но там была такая гамма чувств, что я плюнула на попытки разобраться в себе. Время покажет.

В понедельник я, конечно же, нервничала. Но благо Юлька списала все на болезнь мамы.

– Ты что-то совсем, – покачала головой подруга, – сказали же что все хорошо.

Это было перед последней парой, которою ведет Покровский.

– Да. Просто в себя не пришла, улыбнулась я нервно.

В этот момент как раз вошел Матвей Дмитриевич, а я, находясь так далеко от него, почувствовала запах его духов, который очень хорошо изучила ночью в субботу. Или просто мое воображение подкинуло мне этот аромат.

– Всем добрый день, – произнес мужчина, на секунду задерживаясь на мне взглядом.

Пара началась, а я не могла отвести от него глаз. Блин, это настолько неправильно, что меня потряхивает от одной мысли, что между нами творится. И в то же время, мне было настолько наплевать. Я уже четыре года, как совершеннолетняя, и это моя жизнь, которую я не собираюсь менять, потому что кому-то что-то может не понравится.

Мой взгляд неожиданно переместился на сидящую впереди Олесю. Та выставила длинные ноги в короткой юбке в проход, чтобы их мог спокойно лицезреть Покровский. К слову, казалось, что ему абсолютно плевать.

– Вот же, – раздраженно произнесла я.

– Что такое? – тут же подключилась Юлька.

Блин. Нужно аккуратнее быть.

– Да тема, так и ускользает от меня, – выкрутилась я.

Юля поцокала языком.

– Нужно было тебе взять пару выходных, – произнесла она.

– Да нормально, – мне стало стыдно перед подругой, она переживает за меня, а я тут шуры-муры кручу.

Пара закончилась, все стали собираться домой. Я же не смогла придумать причину, чтобы задержаться, поэтому так же со всеми стала собиралась свои вещи, правда, если остальные делали это с радостью, то я как-то обреченно.

– Кристина, задержитесь, – донесся до меня голос преподавателя.

– Я тебя внизу жду, – произнесла Юлька, проходя мимо меня.

Я лишь кивнула, опустив смущенное лицо.

Все уже свалили, и лишь Олеся копалась, явно не позволяя мне остаться мне наедине с преподавателем.

– Олеся, а вы, я смотрю, не торопитесь, – усмехнулся Матвей, – так идите к нам, тоже получите задание.

– Спасибо, я уже ушла, – произнесла девушка, скривившись. За ней закрылась дверь, а я улыбнулась.

– Знаете вы, Матвей Дмитриевич, как поторопить студентов.

Он ничего не ответил, лишь сделал шаг вперед, приближаясь ко мне. Подойдя вплотную, он тихо произнес:

– Если ты так на меня будешь смотреть во время пар, я за себя не ручаюсь.

– Я не специально, – улыбнулась я.

Он притянул меня к себе за талию.

– Ты что творишь? – округлив глаза, спросила я, – сюда может кто-нибудь зайти!

– Ага, – ответил он, целуя меня.

Не знаю, как я оторвалась от него, все же хоть у кого-то из нас разум взял вверх.

– Ты с ума сошел, – строго произнесла я, отходя.

– Все воскресенье об этом думал, – усмехнулся мужчина, – имею право.

Я лишь с улыбкой покачала головой.

– Вообще, я тебя по делу вызвал.

– Да ладно, – усмехнулась я, удерживая себя от того, чтобы подойти к нему и продолжить начатое.

– Именно, – Матвей оперся спиной о парту, – ты думала, кто будет твоим дипломным руководителем? Вам же нужно в ближайшее время уже распределиться.

Я пожала плечами.

– Ты?

Мужчина улыбнулся, поедая меня взглядом.

– Вот об этом я и хотел поговорить. Не записывайся ко мне.

– Почему? – нахмурилась я. – Если ты думаешь, что я обнаглею и все на тебя свалю, то ты ошибаешься.

– Не поэтому, – покачал головой Матвей.

– А почему? – снова спросила я.

– Просто… если какая-то информация о нас дойдет, то и всю твою работу могут аннулировать, подозревая, что ее писала не ты.

Я как-то об этом не думала. Да я вообще не особо думала, когда связалась со своим преподавателем.

– Запишись к Смирнову, – посоветовал мне Матвей.

– Ему же лет десять назад сотня стукнула, – скривилась я.

Покровский улыбнулся своей кошачьей улыбкой.

– У него процентов восемьдесят на отлично защищаются. Ты точно сможешь.

– Хорошо, – скуксилась я, – поверю тебе на слово. – Немного помявшись, добавила, – надо идти, меня Юля ждет.

Мужчина кивнул, провожая меня до двери. И в самый последний момент прижал к стене, не дав выскочить за дверь.

– Ты сумасшедший, – одновременно укоризненно и возбужденно произнесла я.

– Так-то ты тоже, – усмехнулся Матвей.

Глава 14

– Малышка, мне очень не хочется тебя сейчас одну оставлять, да и маму в больнице надо навещать… – в голосе папы слышалось такое сожаление, что у меня сердце защемило от нежности.

– Папуль, все хорошо, твоя малышка давно уже взрослая и прекрасно справится. К тому же с мамой все хорошо, езжай и не переживай.

Папа подавил еще один грустный вздох.

– Мой поезд объявляют, – произнес он.

– Хорошей поездки, и позвони, как доберешься.

Я положила трубку, наконец-то позволив себе разочарованно вздохнуть. Я не привыкла находиться одна дома. Мама уже лет семь как не работает, она почти всегда дома. А сейчас она в больнице, а папу вызвали в срочную командировку. Мне бы радоваться свободе, да не особо-то она мне и нужна. Вот что происходит, когда ребенка не ущемляют в той самой свободе.

Я позвонила Юльке, пожаловавшись на свою горькую судьбу, потом поговорила с мамой, и вот ее как раз уверив, что я совсем не расстроена. Конечно, мой взгляд несколько раз натыкался на таинственное МД в списке вызовов, но я не могла переступить через себя и набрать ему. Хотя, после того, что мы творили сегодня в аудитории, за дверью которой стояла кучка студентов, глупо стесняться звонить. Но, увы, оно именно так.

Я отложила мобильный, решив посмотреть какой-нибудь легкий фильм, дабы отвлечься. Но мне не дал звонок.

Я улыбнулась, принимая вызов.

– Привет, чем занимаешься? – послышался голос с легкой хрипотцой. Такой голос еще сексуальным называют. Если Покровский когда-нибудь вдруг лишится работы, службы «секс по телефону» разорвут его на части.

– Привет. Да ничем, фильм собиралась посмотреть.

«Сказать или нет, что я одна дома? Черт, вот дилемма!»

Я не отношусь к той категории, которым надо месяц ходить за ручку, потом первый поцелуй и только через полгода секс. Нет, я совсем не ханжа, но и к первому встречному тоже в постель не прыгну, но скорее не из моральных составляющих, а из-за врожденной брезгливости.

Но просто с Матвеем все так быстро и так горячо проходит, если он придет ко мне, я же сама на него накинусь.

– Я тут просто недалеко от твоего дома, – прервал мои мысли мужчина.

Эх, была не была…

– Хочешь, заходи… Папа в командировку уехал, так что я одна скучаю…

Я это сделала?! Серьезно?!

Сердце быстро заколотилось в ожидании ответа.

– Хорошо, скоро буду, – глухо произнес Матвей, – скажи этаж и квартиру.

– Третий этаж, пятьдесят вторая квартира, – пробормотала я, устремляясь тем временем в ванную, – ты через сколько будешь?

– Минут через десять, – произнес Покровский.

– Жду, – быстро ответила я, бросая трубку.

Не знаю, как другие девочки, но я не всегда готова к спонтанному сексу. Поэтому за десять минут мне нужно по максимуму привести себя в порядок. Миссия невыполнима.

Но к тому моменту, как мужчина позвонил в домофон, я выглядела так, словно все это время, как истинная хозяюшка чинно ждала своего мужчину дома. Ничего не говорило о том, что я еще пару минут назад носилась как угорелая.

– Привет, – Матвей прошел в прихожую, и мне сразу стало трудно дышать. Духи у него явно с феромонами, нельзя просто так плыть от запаха.

– Привет, – произнесла я, делая шаг в сторону кухни. – Чаю?

– Можно, – ответил мужчина. Спасибо ему огромное, что не стал ко мне сразу приставать, мне нужно немного привыкнуть к нему.

– Садись, – произнесла я, когда мы вошли на нашу небольшую кухню.

– Милая квартира, – произнес Матвей, рассматривая картины на стенах.

– О, это папин друг рисовал, они раньше вместе работали, потом он вышел на пенсию, и оказалось, что у него безумный талант.

Покровский улыбнулся, встречаясь со мной глазами. Я же тут же отвернулась, занимая себя готовкой чая.

– Кем работает твой папа? – спросил он между делом.

Та-да-да-дам! Я надеялась, что в первое наше свидание удастся избежать этого разговора.

– Он военный, – ответила я, улыбаясь. – Ты уже готов сбежать?

– С чего бы, – хмыкнул мужчина, – мне кажется, в нашей ситуации, папа-военный – меньшее из зол.

Я хмыкнула, доставая чашки. И в этот момент позвоночником почувствовала, что мужчина подошел ближе ко мне. Он убрал мои волосы на одну сторону, придвигаясь ко мне вплотную.

– Матвей Дмитриевич, у меня тут горячий чай, – произнесла я.

– Угрожаешь? – прошептал преподаватель.

– Ни в коем случае, – ответила я, откидываясь на грудь мужчины, – просто предупреждаю, что нужно быть аккуратнее.

– Я всегда аккуратен, – ответил Покровский, целуя меня в шею.

– Я заметила. Особенно сегодня в аудитории, – хмыкнула я, закидывая свою руку за шею мужчины.

Матвей развернул меня к себе, крепко хватая за талию и наклоняясь ко мне в поцелуе.

Наконец-то! Нормальный поцелуй! Не урывками, а так как надо. Уже через несколько мгновений руки преподавателя задирали мою майку, а мои вытаскивали его футболку из джинс. Да уж, терпеливыми нас не назовешь.

Наше раздевание прервал звонок в домофон.

Матвей хмыкнул, смотря на меня.

– По закону жанра, вернулся папа военный?

– Нет, – я нахмурилась, – подожди секунду.

– Кто? – спросила я, подходя к домофону.

– Давай открывай, я сейчас обоссусь, – послышался Юлькин голос.

Я положила трубку, не открывая дверь.

– Это Юля! – ошарашено посмотрела я на Матвея.

– Да она издевается! – рассмеялся тот.

– Что ты стоишь?! – возмутилась я.

– Предлагаешь мне в шкаф спрятаться? – изогнул он бровь.

– Нет! Поднимись на этаж выше, а как Юля зайдет, уйдешь.

Домофон зазвонил вновь, даже как-то укоризненно, как мне показалось.

Мужчина снова наклонился ко мне, целуя.

– Ну, Матвей, – произнесла я, – я ее немного задержу.

– Хорошо, – хмыкнул тот.

– Юль, не открылось? – спросила я невинным голосом.

– Ты смерти моей хочешь?! – рявкнула подруга.

– Я сейчас спущусь, открою, что-то заедает он у нас.

– Быстрее! – произнесла Юлька.

Мы вышли на лестничную клетку с мужчиной, который тут же прижал меня к стене. Мартовский кот, не иначе.

– Брысь! – произнесла я, когда мысли пошли уже в ту сторону, что, может, вообще Юле не открывать.

– Садистка, – пробубнил преподаватель, поднимаясь выше. Я же сбежала вниз по ступенькам, надеясь, что Юлек не заметит моих распухших губ.