Текст книги "Шарлатанка в Академии драконов (СИ)"

Автор книги: Виктория Миш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 11

Найти потаенный уголок в этой чертовой Академии удалось не сразу. Под ноги лезли студенты и обслуживающий персонал, который все время что-то натирал – то полы, то стены, то окна. Академия готовилась к новому учебному году, вот только мне эти приготовления лишь мешали.

Я хотела поговорить с розовым камушком в укромном месте, без свидетелей.

Наконец, после получасовых метаний нашла открытую кладовку.

– Что значит: он меня скрутит? – перешла я сразу к делу, – И что ты вообще такое?!!

Камешек на вытянутой руке обижено сверкнул. Потом в нем снова показались глазки и писклявый голосок пропищал:

– Я – дух этого кольца, призванный помогать своему хозяину.

– Раулю? А в чем?

– Кольцо рэусы – необычное, – могу поклясться, камешек вздохнул, – Оно связывает пару и позволяет более сильному партнеру влиять на более слабого. Связка сделана на магии и добровольном согласии. Невозможно надеть кольцо рэусы против воли…

– Мда уж! – в очередной раз поняла я, насколько глубоко влипла, – А снять его можно?

– Будь ты драконицей, сняла бы его по первому желанию, но ты – человек, и у тебя не хватит магических сил состязаться с драконом.

– А они у меня точно есть, эти силы?

– Да, разумеется! Хозяин говорил, что ты

– одаренная…

Несколько минут я раздумывала над ситуацией. Паршиво все это, как ни посмотри.

– А Рауль должен снять его сам? – уточнила я.

– Да, добровольно. Как надел.

Еще хуже! Кто же в здравом уме и рассудке отпустит меня? А смогу ли я повредить разум уже долбанутого на всю голову субъекта, похитившего меня из другого мира, – вопрос.

Но мне во что бы то ни было нужно заставить Рауля снять кольцо и вернуть в свой мир! Трудно. Ох, как трудно, если не сказать – невозможно!

И это в ситуации, когда ни единая душа не знает истинного положения дел, а если и узнает, то не факт, что будет в состоянии помочь…

– И почему ты мне все это рассказываешь?

подозрительно уставилась я на камушек, – Это ведь не в интересах твоего хозяина.

– А что он мне скажет, если не слышит? – возразил розовый плут, – Ты – единственный геммолог за последние сто пятьдесят лет, который умеет разговаривать со мной. И вообще, ты, может, мне нравишься! И я сочувствую тебе по-хорошему, как дух – духу. Обманули бедную Лизоньку на раз-два.

– Что ж ты сразу-то не предупредил? – я устало опустилась на деревянную бочку, – Еще на Земле? Ноги бы моей здесь не было!

– Так я только в родном мире и могу проявлять свой свои способности, – взгрустнул дух, – Здесь меня создали, этому миру я принадлежу.

– И часто ты сковываешь непослушных девушек?

– Тебя интересует, какая ты по счету рэуса? – хитро подмигнул камешек, – Что ж, никто не брал с меня клятву молчания. Я лишь подчиняюсь прямым приказам. Так вот, впервые Рауль подарил это кольцо драконице лет семь назад. Но у него ничего не вышло – вмешалась семья девушки, и хотя девица была влюблена в хозяина по уши, ей пришлось снять колечко.

– Он тоже хотел использовать ее в своих целях? А в каких?

– В любовных, – уклончиво ответил камешек.

– Облом случился, – довольно улыбнулась я.

– И не говори! – розовый сплетник оживился, – Во второй раз он подстраховался, и девушка была его любовницей целых два года.

– И что случилось потом?

Слушать о неудачных похождениях моего как бы мужа было неожиданно интересно. Пусть хоть кто-то его бортанул, уже приятно!

– К девушке посватался выгодный жених. Вмешались родители, тут все и вскрылось.

– Это не дракон, а бесчестный Казанова! – в сердцах я шлепнула ладонью по колену,

– Нет, чтобы жениться.

– Не знаю, что это значит, но совести у него совсем нет! – доверительно сообщил камешек, – Он мог бы жениться на второй влюбленной девушке – достойная партия, красива и богата. Даже его отец намекнул, когда узнал об этой веселой истории. Заводить любовницу можно ровно до того момента, пока об этом не узнает общественность.

– Вот почему Веленция так удивилась! Он представил меня своей любовницей, даже

не стесняясь. Вот гад! – вспомнила я шок в глазах секретарши, – И что же теперь делать?

– Наши средства должны быть такими же действенными, как средства хозяина, – гордо и с намеком произнес камешек.

Ага! То есть мне предлагается побить Рауля его же методами – нечестной игрой. Вот только, смогу ли я?…

Никогда таким не занималась!

Я не удержалась и благодарно улыбнулась. С каждым словом этот камешек нравится мне все больше и больше! Какое счастье, что у меня есть способность слышать его! Тайный помощник незаменим в подпольной борьбе.

– Шпионаж и шантаж? – погладила я камешек.

Тот довольно заурчал.

– И освобождение меня из кольца, чтобы все было по-честному. Ты будешь свободна и я!

Черные пуговки подмигнули.

– Легко! Ненавижу, когда кого-то держат в клетке насильно. А для тебя заточение здесь – хуже тюрьмы.

– Точно! Рауль еще что! – вздохнул камешек, – Ты еще не знаешь о похождениях его папаши… Вот уж,

правильно говорят: крыло к крылу. Одинаковые упертые строптивцы.

– А у нас обычно говорят так: вишенка от яблоньки недалеко падает, – хмыкнула я, – То есть мне никак нельзя злить Рауля и показывать, что знаю о кольце?

– Лучше не надо. Скручивание магией – это больно! Как будто тебя пронзает миллион острых колючек, – взволновался камешек, – Я делал такое пару раз, но не по своей воле. Не хочу, чтобы тебе было больно…

И розовый камешек так моргнул, что у меня непроизвольно выступили слезы благодарности. Впервые кто-то в этом страшном месте заботится обо мне и переживает!

– Спасибо! – шмыгнула я носом.

– И держись подальше от Марии, секретаря Рауля. Она – непростая штучка. Лучше не общайся с ней, – посоветовал напоследок камешек.

Не удержалась, поцеловал розового шалопая. Тот лишь на мгновение сменил цвет, блеснув пурпурным.

– Хорошо! Теперь в бой?

– Да! И не пугайся так, если я тебе что-нибудь скажу, – напутствовал камешек, когда я выходила из кладовки.

– Хорошо, не буду, – шмыгнула я и аккуратно прикрыла дверь.

Теперь осталось придумать линию сопротивления и отомстить Раулю по полной!

– Не будешь – что? – раздался злой мужской окрик у меня за спиной.

Я медленно обернулась. Позади стоял злющий как сто чертей Вилберн и его черный квадрат. Причем, на лицах студентов то и дело читалось тщательно скрываемое любопытство. Еще бы – новенькая в Академии, и неясно пока – кто она.

Все, включая Вилберна, в черной спортивной одежде – наверное, идут на тренировку. Вот и шли бы дальше, чего цепляться ко мне?!!

– Разговаривать сама с собой вслух! – невозмутимо парировала я, складывая руки на груди, – Есть у меня такая пагубная привычка. Всегда получается некстати…

– Что ты делала в кладовке? – в лоб спросил Вилберн, даже не стесняясь шестнадцати человек, безмолвно стоящих за его спиной.

Тишина воцарилась – адова! Парни внимали нашему разговору, только что, не раскрыв от любопытства рты.

Интересно, это я на них такое впечатление произвожу или сама ситуация?

– Обязательно обсуждать при всех? – попыталась увильнуть я, но не тут то было.

– Рамш! – отрывисто крикнул Вилберн, и из первого ряда по-военному выступил студент, – Веди квадрат на поле. Тренируйтесь, как обычно. Я подойду позже.

Как мне всё это не понравилось! Прямо печенкой почувствовала, что Вилберн не отвяжется просто так. И что я ему скажу, чем объясню свой визит в пресловуюу кладовку? Что решила поболтать сама с собою без свидетелей? Даже я понимаю, что звучит бредово. А уж в глазах главного по безопасности!…

Парень кивнул, квадрат снова соединился и потопал на выход.

Я изо всех сил вцепилась ногтями в локти, чтобы не задрожать. Будем стоять на смерть, нам не привыкать. Важно в такой ситуации одно – врать слажено и уверенно. Тогда никакой Вилберн не подкопается!

Брюнет хищно нахмурился и кивнул в сторону кладовки.

Серьезно, собирается провести допрос без свидетелей? А я выживу или не как пойдет?

Нет. На просматриваемой и нейтральной территории! -

безапелляционно заявила я.

Вот еще, буду я вести с ним разговоры в кладовке! Кроме того, что небезопасно, так еще обязательно кто-нибудь увидит, и слухи пойдут, что зажимаюсь в углу с симпатичным преподавателем. Никто ж не поверит, что он – изверг и хам, и докапывается до меня на пустом месте!

– Тогда пойдем в мой кабинет, – нахально усмехнулся брюнет, – Там для тебя достаточно нейтральная территория?

Ага, как же! Кабинет с закрытыми дверьми и на вражеской территории никак не может быть безопасным местом! Издевается надо мной, что ли? Или просто хочет выбить почву из– под ног, чтобы я созналась во всех грехах?

– Нет, лучше пойдем на свежий воздух! – категорично заявила я.

– Тебе не угодишь! – вспылил почему-то Вилберн и резко развернулся, – Пошли.

Мы вышли из Академии так быстро, что я не успела продумать пути отступления. Этот невозможный дракон подавлял мою волю и разум, а его чеканный шаг не оставлял времени на раздумья. Я семенила за ним, едва поспевая.

На красивой зеленой лужайке перед Академией о чем-то переговаривались два садовника в серых рабочих костюмах, невдалеке маячила фигура женщины в длинном платье и с солнечным зонтиком.

С радостью отметила, что люди – свидетели, вернее, драконы в людском обличье все-таки на улице были. И я надеялась, что Вилберн тоже заметил этот факт.

А еще то, что на улице поднялся сильный ветер, рьяно сгибающий верхушки деревьев. Но рассерженного неизвестно почему преподавателя абсолютно не пугала надвигающаяся непогода: не сбавляя шага, он упрямо вел меня вправо. Мы прошли мимо клумб и открытого проглядывающегося пространства, и остановились у лавочки за большим можжевеловым кустом.

– Садись! – отрывисто приказал дракон, и меня взяла досада.

– Не буду! – уперла руки в боки я.

– Надо поговорить!

– Можно это сделать и стоя!

Сдаваться в мелочах – значит, проиграть сражение. А я не собиралась поддаваться этому типу и пугаться снова. Пусть только попробует влезть в мою голову – таких гадостей про него надумаю, что покраснеет!

– Почему ты такая упрямая?!! – в сердцах выпалил Вилберн и плюхнулся на деревянную лавку, – Никак не могу понять, что ты есть.

Я опешила. Прозвучавшая формулировка добила окончательно и бесповоротно. Я что ему – неодушевленный предмет? Совсем тут с ума все посходили из-за своей драконьей сущности?

– Кто я есть – так нужно говорить. Я – одушевленное существо, к вашему сведению. И пусть я – всего лишь человек, но у меня тоже есть чувство собственного достоинства и гордость! А ваш приказной тон и беспардонность – грубы и неуместны!

Мне думалось, что после такой тирады нормальная личность устыдится и скажет что-то примирительное, но не сделала поправку на драконов. Чем больше узнаю эту расу, тем меньше она мне нравится – потому что Вилберн сначала серьезно смотрел на меня, как будто вместо моей фигуры, ему демонстрировали фильм, а потом откинул голову назад и рассмеялся.

Причем так свободно и искренне, что я снова опешила.

– Драконам совесть не выдавали?

После моего вопроса Вилберн рассмеялся еще пуще – до слез. Причины такого безудержного веселья я не понимала.

А еще начал накрапывать дождик.

– Ну отчего же!… – отсмеявшись и вытирая слезы из глаз, ответил он, – Выдавали когда-то, но я променял ее на звание. Теперь у меня нет деликатности, так необходимой тебе, и лишних треволнений нет. И я плохо понимаю, как ее должен проявлять по отношению к тебе.

– Почему вы притащили меня сюда?

– Может, перейдем на «ты» – раз я второй раз застаю тебя на месте преступления? – с намеком улыбнулся Вилберн.

На душе заскребли кошки. Я подавила очередную волну дрожи и хмуро спросила:

– Какое еще преступление?!

– Как сообщила мне охранная система, из кладовки, в которой была ты, в неизвестном направлении переместился субъект, укравший документы со стола ректора, – уже серьезней произнес Вилберн, – Понимаю, что вряд ли ты обучилась так быстро пользоваться магией и телепортироваться, но я должен задать тебе несколько вопросов…

Смахнув попавшую в глаз крупную каплю дождя, я перебила дракона:

– Документы, которые принес Юнор?

Секунда испепеляющего взгляда и улыбка окончательно спала с лица Вилберна. Как будто невидимый бог взял и стер ее ластиком.

– Откуда ты знаешь? – напряженно спросил он и поднялся со скамьи. Нависая надо мной черной грозовой

тучей, он неожиданно схватил меня за плечи и потряс, – Признавайся! Тебя подослали?

Пальцы его были грубыми и сильными. И мне стало крайне неприятна эта фривольность. К тому же, от подобных нажатий остаются синяки.

– Нет, дурак! – зло бросила в лицо, – Ясновидящая я!

Вырвать плечи из его захвата оказалось несложно. А вот уйти – мне не дали. Взбешенный мужчина переступил дорогу.

– Врешь! – вскипел он, – Ты знала о похищении. И нападении на студента Академии, очевидно, тоже.

Я взвыла с досады: такое ощущение, будто разговариваю с глухим человеком. Он совершенно не готов выслушать и понять меня.

Сколько же упертости хранится в этой голове!

– Нет! – жестко ответила я. Надоело прятаться и юлить. Избегать этого нахала только потому, что он ведет себя грубо и напористо – тоже, – Я без понятия, что документы украли. Мне нужно было… поправить чулки, вот я и зашла в кладовую. Никого там не видела и документы никому не отдавала. Пойми уже, я тут – ни при чем!

– А это мы сейчас выясним! – хмуро заявил он и перехватил мою руку.

Решимость в его взгляде напугала меня, и я поддалась панике:

– Отстань! Что ты делаешь?!!

– Проверяю твои слова! – рыкнул он и поднес мою ладонь к глазам, – Тихо!

Две большие капли упали мне на нос и подбородок, я недовольно качнула головой.

– Не мешай сосредотачиваться! – рыкнул дракон, вцепляясь в мою ладонь, словно клещ.

«Черт с ним! Постою спокойно, может, быстрее отстанет!» – подумала я и замерла.

Дождь усиливался, дракон не обращал на него внимания. А мне стало уже все равно

– промокну я там, заболею ли… Нужно прояснить вопрос и расставить все точки над и. Если для этого мне следует промокнуть и слечь в первый рабочий день с насморком – то сам виноват. Пусть и объясняет ректору, почему я завтра буду в не кондиции.

Вилберн меж тем внимательно рассматривал ладонь, только что, не пробуя ее на зуб. Глаза зажглись азартом и предвкушением. Думает, что я – преступница, и сейчас он подловит меня на горяченьком. Ну-ну.

Что он там мог видеть – я не понимала. Конечно, как и все земляне, когда-то слышала о такой псевдонауке, как хиромантия, но разве можно ею пользоваться при допросе?

Бред какой-то!

Ладно! – отмер дракон, и я почувствовала, что он слегка расстроен, – Ты непричастна к этому ограблению. Линия судьбы привела к Юнору с какой-то внутренней, то есть личной целью.

Отлично!

Не стала сдерживать победной улыбки. Теперь моя очередь пройтись по чьему-то самолюбию.

– Хм… – ласково улыбнулась я, отнимая ладонь, – То есть сейчас ты принесешь мне извинения?

Его глаза вспыхнули зелеными огоньками.

– За что это? – недовольно буркнул он.

– Как это! – я притворно изумилась, – Ты подозревал меня, честную девушку, в шпионаже, в грабеже, в злом умысле… Не знаю, как у вас, на Земле – это довольно серьезные обвинения. Мне очень неприятно было оправдываться и разубеждать тебя…

– Когда это мы перешли на ты? – дракон отступил, напряженно разглядывая меня,

– И вообще, я не сделал ничего необычного. Мне не за что извиняться. Обеспечение безопасности в Академии, к твоему сведению, моя должностная обязанность…

Я снова мило улыбнулась и сделала шаг вперед.

Ясно, что передо мной тип, ненавидящий извинения и не признающий своих ошибок. Знаю таких, встречалась даже с ними… Тем приятнее будет его добить.

Сама не знаю, почему меня охватил азарт. Я почувствовала себя хищницей, загоняющей зайца в клетку.

– Ну как же, когда? Ты сам стал обращаться ко мне на ты. Должность у тебя повыше, да и старше ты меня лет на… – я критично оглядела фигуру дракона. Мужчина попятился, – Пятнадцать. А желание старшего коллеги перейти на неформальное общение – закон. Принято идти на встречу, знаешь ли. Так вот… Я не слышу извинений.

– Не говори глупости. Мне не за что извиняться! – рыкнул дракон, но его глаза предательски забегали.

– Странное у вас общество. Невежливое! – покачала головой я, – Или это кто-то один совсем невежливый?… Плохое воспитание получил? Не научили уступать девушкам?

Я с жалостью вздохнула:

– Хорошо, что Рауль – не такой. Он всегда извиняется, если набедокурит.

Надо было видеть, как изменилось лицо Вилберна! Его просто перекосило от отвращения. Решался он несколько долгих мгновений.

Да, тяжело признавать свои ошибки.

Дракон начал говорить едва слышно, через силу…

– Прошу… – он шумно втянул воздух, – прощения… Лиза.

Неплохо. Однако, недостаточно, чтобы усладить мой слух. Я переспросила с самым наивным видом:

– Что-что ты сказал? Не расслышала.

– Прости меня за грубое обращение! – скороговоркой произнес дракон, и тут внезапно заметил, что дождь уже превращается в ливень, – Непогода усиливается. Ты промокнешь. Идем в Академию!

И он попытался подхватить меня под локоть. Ха! На такую уловку я не попадусь.

– Ладно, я тебя прощаю! – царственно произнесла я и, таким образом, поставила точку, – В следующий раз подумай прежде, чем обвинять меня во всех грехах…

Зубной скрежет дракона окончательно привел меня в хорошее расположение духа. Так ему и надо! Пусть знает, что грубое обращение со мной я ему не прощу и не забуду. А то, ишь, расслабился – прикрывается безопасностью и грубит всем на право и налево.

Мы развернулись, чтобы вернуться в замок. Дождь уже косил тяжелыми струями, и мое платье изрядно намокло. Коса отяжелела, и несколько выбившихся прядей прилипло к лицу.

Вилберн двинулся вперед, я медленно – за ним. На дорожке успели образоваться лужи и грязь, и теперь противно хлюпали под ногами. Испугавшись, что могу растянуться посреди аллейки и вконец опозориться, я пыталась ступать в наиболее сухие места.

– Лиза, встань к кусту! – вдруг услышала напряженный голос Вилберна; над нашими головами пронеслась молния. Я замерла на месте от ужаса: она могла попасть в нас! – Вставай быстрее и не дергайся. Это нападение!

А я как раз перебралась на серединку аллеи, где был почти сухой островок из песка. Подняла голову и обомлела: на фоне черных свинцовых туч летали серебряные молнии. Причем, они извивались, двигались подобно змеям, и будто бы высматривали добычу.

Высматривали нас!!!

Подпрыгнув на месте, я тут же бросилась к кусту. Нога поскользнулась, проехав по грязному песку, и я стала заваливаться на спину. Крепкие руки Вилберна перехватили меня на уровне коленок в самый последний момент.

И я бы возрадовалась и поблагодарила такого ловкого и заботливого дракона, но сверху на нас неслась словно бы ожившая змея – молния… Она явственно видела нас и собиралась познакомиться ближе.

От ужаса я потеряла дар речи.

Глава 12

Странное нечто неслось на нас, а в руках не было щита или оружия. Никогда не думала, что встречу смерть в чужом мире и чужих объятьях! От страха я зажмурила глаза и приготовилась к самому плохому.

Но меня тем временем поставили вертикально на землю и подтолкнули к кусту, в который я впечаталась носом и снова чуть не завалилась на колени. Крупные ветки замедлили падение. Я выставила вперед руки, расцарапывая их и пытаясь удержаться на ногах.

Сзади раздался странный хриплый звук, и, цепляясь за ветки, я в ужасе обернулась.

Позади меня не было никакого Вилберна. Огромный черный дракон перехватывал лапами серебряную молнию и угрожающе рычал. Именно его рыка я и испугалась.

Молния извивалась как живая змея и пыталась вырваться. От нее шли электрические разряды, и

распространялось бледное сияние. Ничего более странного я в своей жизни не видела!

Дракон не оставил молнии шанса: он скрутил ее в дугу, пусть и не сразу, и засунул в свою пасть. В ужасе я смотрела, как черная махина закрывает челюсть и проглатывает нападающего.

Мне даже поплохело от этого зрелища!

– Она же заразная! – крикнула я.

Черный дракон медленно обернулся. Зеленые глаза пару раз удивленно моргнули, а потом изображение дракона поплыло… Небольшое мерцание, искажение реальности, и вот передо мной снова стоит высокий мужчина с черными, абсолютно мокрыми волосами.

– Чистая энергия не может быть заразной,

– возразил он, – Впрочем, ты же не в курсе.

Зачем-то кивнула, соглашаясь. После пережитого и увиденного спорить совсем расхотелось.

Между нами повисло какое-то неловкое молчание. Вроде бы угроза миновала, жить будем. А что делать дальше – неясно. Холод пробирает до самых костей, платье промокло и противно липнет к телу. Дождь как лил, так и льет, а дракон не делает попытки добраться до Академии.

Рано еще?

С опаской взглянула на небо. Там все еще летали серебристые змеи.

– А эти тоже могут на нас напасть? – негромко спросила я.

Вилберн оторвал от меня взгляд и оценивающе поглядел на кишащие в облаках молнии.

– Вряд ли. Эту настроили так, чтобы она напала на меня. У нее был адресный приказ. Предлагаю медленно пойти к черному входу. Если охотник проснется снова – я замечу. Только держись поближе ко мне.

Еще раз кивнув – скоро я стану настоящим китайским болванчиком, подошла к дракону. Тот подцепил меня под локоть и, постоянно оглядываясь на серебристых змей, потащил не к центральному входу, а куда-то за Академию.

– Охотник? Кто это? – все-таки спросила я.

– Чистая энергия, направленная на уничтожение. Маги очень любят творить такие вещи, – недовольно ответил Вилберн, – Можно совершать убийства, оставаясь относительно чистым. Не пачкая рук…

– Как будто ядерная ракета, – осенило меня, – Даже показалось, что она живая.

– Так и есть, – кивнул Вилберн и вывел меня к абсолютно обычной стене, – Чистая и живая высвободившаяся энергия.

Он нажал на камешек, и маленький кусочек стены отъехал, образовывая темный, я бы даже сказала, зловещий проход.

– Как много странного в вашем мире! – прошептала я, и первая вошла в темноту.

Внутри пахло плесенью и сыростью. Каменный пол был мокрым и скользким, я чуть не поскользнулась снова. Казалось, что здесь давно никто не ходил.

Вилберн нажал что-то за моей спиной, и тьма окончательно захватила нас в свои объятья.

– Иди вперед! – приказал он и положил правую руку мне на талию, – Буду направлять тебя.

Возмущение вспыхнуло и угасло в тот же момент, когда моя нога внезапно оступилась и неприятно подвернулась. Хорошо, что Вилберн удержал меня в вертикальном положении, прижав к себе.

– Ты в порядке? – спросил он, и в его голосе мне послышалось волнение.

Я почувствовала себя крайне неуклюжей и беззащитной. Хожу, спотыкаюсь на каждом шагу, чуть ли не заставляю чужого человека патронировать меня.

– Пол очень неровный.

– Ступай медленно, держись правой стороны, – серьёзно сказал он, – я подстрахую.

Мы прошли в беспросветной тьме несколько шагов, а потом Вилберн развернул мое безвольное тельце направо. Там оказался туннель, в котором, как мне показалось, было еще темнее, чем вначале.

Уже две руки покоились на моей талии и направляли меня.

Близость дракона была неправильной, давящей. Я чувствовала себя вором, застигнутым на горячем. Сама не знаю, почему мне было неловко.

Не мои горячие руки властно сжимали талию и не мое дыхание касалось затылка, но все это нещадно распаляло воображение.

А еще от Вилберна доносился такой приятный терпкий аромат, что непроизвольно краснели щеки.

Рауль пользовался разными одеколонами и духами, но я не замечала, чтобы его запах так волновал меня.

Это было дико и странно, и, в конце концов, я не выдержала испытания.

– Давай ты пойдёшь первым! – каюсь, мой голос прозвучал несколько нервно.

– Хорошо, но я не могу оставить тебя без поддержки в незнакомом месте, прозвучал бархатистый голос у меня над ухом. Я вздрогнула, как ошпаренная: вот что он себе позволяет?! Зачем говорит со мной в таком интимном тоне? – Так что теперь твоя очередь крепко держаться за меня.

Слабый протест не был услышан. Вилберн сам положил мои руки себе на талию, закрепил их поверх своими, а потом мы паровозиком, очень медленно, двинулись в непроглядную мглу.

Чувствовала я себя преотвратно! Хотела несколько раз выдернуть руки из захвата, но не тут-то было! Меня держали так крепко, словно от этого зависела наша жизнь.

Пару раз плитки на полу вздыбливались, и я ойкала, спотыкаясь. Вилберн умело обходил эти выступы, но не предупреждал меня о них. После третьей кочки я справедливо возмутилась, мол, если ты знаешь, что сейчас будет выступ – скажи, не молчи.

– Прости, забыл, – самым спокойным голосом произнес этот врун, и я в сердцах попыталась больно ущипнуть его. Только и тут меня ждало фиаско – костюмная ткань оказалась жесткой, а дракон – слишком крепким, чтобы среагировать на мои слабые зажимы.

Впрочем, после второй попытки он хохотнул:

– Ой, не щекочись! До смерти боюсь щекотки.

Оставалось только возмущенно пыхтеть. Вот за что мне выпало такое наказание?

Выход появился внезапно и очень вовремя. От неприятного затхлого запаха, висевшего в заброшенном запасном ходу, у меня кружилась голова. А от постоянно встречающихся кочек заныли мыски: налетать на камни в летней обуви – не самое приятное дело.

Мы вышли в Центральный зал и остановились. Гул голосов оглушил, и меня даже замутило. А от ослепившего света буквально замелькали мушки перед глазами.

Вилберн ловко развернулся в моих одеревеневших руках и напряженно спросил:

– Как ты?

Я бы промычала, что все в порядке, но язык отчего-то не шевелился. Усталость навалилась внезапно и все свои силы я сконцентрировала на том, чтобы не упасть. А значит, еще сильнее вцепилась в талию Вилберна.

Меня мало волновало, как это выглядело со стороны. Главное – не упасть! Не опозориться еще больше!…

– Где ты ходишь? На Академию напали охотники! – раздался возмущенный голос невдалеке, – Боевая готовность номер два, я уже раздал приказы, раз ты где-то пропадаешь…

Очень знакомый голос, который приближался к нам.

– И почему с тобой Лиза?… – требовательно спросил Рауль, а потом рывком оторвал меня от Вилберна. Его силуэт я по-прежнему видела смутно – зрение не возвращалось, – Почему она в таком состоянии?!! Что ты с ней сделал?

– Мы немного прогулялись по черному туннелю, – невозмутимо ответил Вилберн.

– С ума сошел?!! – взвизгнул Рауль и подхватил меня на руки, – Лиза, ты слышишь меня? Милая, ответь!… Идиот!

– Хотел поскорее добраться до пульта управления, – холодно ответил Вилберн и, судя по звукам, быстрым шагом покинул нас.

– Самоуверенный придурок, – плевался злостью Рауль, таща меня куда-то на руках, – Не волнуйся, Лизонька, сейчас Боня тебя подлечит. Не засыпай только… Хорошо? Кивни мне!

Я честно попыталась сделать движение головой, но вместо этого, уплыла в тяжелый сон.

Возвращение в реальность было стремительным и не слишком приятным – словно тебя выдернули из теплого, пушистого пледа.

– А еще я подавал прошение ректору, – раздался недовольный старческий голос, -

Очистить эти катакомбы. Вызвать наряд магов. Заплатить им и пусть работают…

Откуда-то сверху полилось тепло и окутало меня легкой дымкой. Меня так необычно лечат?…

– Дядя еще тот жмот, – ответил Рауль, – Как все Дроуны.

– Хм… Она приходит в себя. Лиза, вы меня слышите?

Сквозь расплывающийся свет я видела два очертания. Бонифация, старика-лекаря, я узнала сразу. Высохшая худая фигура, державшая надо мной руки. Вот уж и вправду довелось ощутить на себе прелесть лечения руками. Никогда не думала, что это работает, а вон оно как…

Кажется, я лежала на той самой кушетке, на которой еще недавно видела Юнора. Мужчины нависли надо мной, вглядываясь, а Рауль так вообще погладил по волосам.

– Пара минут, и зрение вернется, – пообещал лекарь, – Но ты обязан поднять вопрос о туннелях. Нельзя оставлять их в таком состоянии… Нужно вычистить.

– Дядя скажет, что никто ими не пользуется, – фыркнул муж, – И придумает еще сто поводов сэкономить деньги.

– Тогда пусть Лиза возмутится и потребует вычистить туннели! – повысил голос

Бонифаций, – Она – пострадала, хоть и является преподавателем Академии…

– Формально, пока не провела ни одного урока, она им не считается, – вздохнул Рауль, – К тому же, вы сами знаете – на дракона удушающий газ не действует. Причин для вызова бригады магов – нет. К тому же, именно маги прислали охотников. Дядя ни за что не согласится впустить хоть одного из магов внутрь.

Лекарь топнул ногой.

– Ты на моей стороне или на их?! разъярился Бонифаций, и в этот момент я была с ним солидарна, – Твою любимую чуть не отправили на тот свет, ты знаешь, в чем причина – так почему не хочешь ударить палец о палец, чтобы разрулить ее?!… Я не понимаю твоего спокойствия!

Муж вздохнул и взял мою руку. Померил пульс.

– Я просто скажу Лизе, чтобы она не ходила по черным туннелям, – упрямо протянул Рауль, – Милая, как ты себя чувствуешь?

Как и обещал чудо-лекарь, зрение вернулось ко мне. Теперь я отчетливо видела, что нахожусь в апартаментах Бонифация, и впервые, увидев миллион склянок-банок, я испытала благодарность.

– Спасибо! – прошептала я лекарю, тот деловито кивнул, не отводя нависающих над моим телом рук.

Он водил ими вдоль и поперек и продолжал меня лечить, что было очень приятно.

– Лиза, как ты? – прозвучал настойчивый вопрос, и я внимательно прислушалась к своим ощущениям.

Честно? Как будто переехало самосвалом, – ответила я, – Тормозила головой. Она гудит и, кажется, меня сейчас стошнит… Нет сил, чтобы поднять руку или ногу.

– Тазик тут, – услужливо пододвинул мне серебряную посудину муж, – Прости меня, дорогая, я не уследил. Понятия не имею, как Вилберн затащил тебя в туннель и почему. Он дорого заплатит мне за это!

Руаль в сердцах сжал мою ладонь, и я ойкнула.

Почему-то когда муж сказал слово «заплатит», я восприняла его в самом буквальном смысле.

– Он не имел права подвергать твое здоровье опасности, – продолжал Рауль, – И прекрасно знал, что удушающий газ пагубно действует на всех существ, кроме драконов…

– Откуда же он там взялся? – встряла я в возмущенную отповедь мужа, – Какой смысл его распылять, если в Академии одни драконы?

Рауль поморщился.

– Когда-то здесь учились разные существа, и люди, и эльфы. Даже вампиров пару раз принимали в виде исключения. А потом произошел тот несчастный случай, и…

– Давай расскажешь в следующий раз, – перебил Бонифаций, – Лизе вредно волноваться.

– Ну уж нет! – я даже дернулась на кушетке, – Рассказывай срочно и прямо сейчас, что натворили драконы, раз маги так взъелись на них.