Текст книги "Милая грешница"
Автор книги: Виктория Александер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Ты права, как всегда. Зачем, черт возьми, мне нужна очаровательная, красивая и умная женщина?
Она прищурила глаза.
– Терпеть не могу, когда ты ведешь себя так, как будто не понимаешь, о чем я говорю.
– Это единственное оружие, имеющееся в моем распоряжении, – сказал он, тяжело вздохнув. – Дорогая тетя, я ценю твою заботу. Я знаю, что, по-твоему, я должен активно заняться поисками жены, хотя при одной мысли об этом в моем представлении возникают картины охоты на диких зверей в дебрях Африки. Откровенно говоря, я не вижу особых причин торопиться…
– Если, конечно, ты не умрешь скоропостижно и твои кузены не получат все, что по праву должно принадлежать твоим сыновьям.
– Уверяю тебя, я сделаю все, что в моих силах, чтобы избежать скоропостижной кончины и сохранить наследство этих, пока еще не существующих сыновей.
– Ты снял с моей души огромную тяжесть, – сказала она и допила свое бренди.
– А как же иначе? – Он взял из ее руки пустой бокал, наполнил его вновь и передал ей. – Даю тебе слово, что не умру, пока не обеспечу продолжение нашего рода. – Она насмешливо фыркнула. – Однако до тех пор я намерен встречаться с тем, с кем пожелаю, особенно с леди Честер.
Она покачала головой:
– Ты совершаешь ужасную ошибку, Гидеон.
– Вовсе нет, тетя Луиза. Я нахожу ее… – «Волнующей. Ранимой. Завораживающей», – подумал он и сказал: – Весьма бодрящей.
Она бросила на него проницательный взгляд:
– Ты в нее влюбляешься?
Он рассмеялся:
– Чего нет, того нет. Я ни в малейшей степени не заинтересован в любви, она тоже. Если уж чем мы и ослеплены, – он бросил на тетушку озорной взгляд, – так это похотью.
– Нечего так смотреть на меня. Как будто ждешь, что я упаду в обморок от одного упоминания слова «похоть». Если тебе кажется, что удалось шокировать меня, то ты глубоко ошибаешься. Я не такая уж неженка. К тому же с похотью я и сама немного знакома.
– Я предпочитаю не знать подробностей. Однако, – он задумчиво посмотрел на нее, – если уж ты знакома с похотью, то кому, как не тебе, распознать ее.
– Я ее вижу, но вижу также кое-что еще. – Она дол го смотрела на него пытливым взглядом. – Пойми, Гидеон, мне леди Честер очень нравится. Я согласна со всем, что ты о ней сказал. Она умна, мила и красива. Если бы ставки не были так высоки, я смирилась бы с твоими чувствами к ней…
– У меня нет никаких чувств, – торопливо сказал он.
– Возможно, я бы даже поощряла тебя. А сейчас я уверена, что все это плохо кончится.
– Вздор!
– Мне не хотелось бы, чтобы твое сердце снова было разбито, – тихо сказала она.
– Мне тоже. Но сейчас мое сердце ни при чем.
– Ты слишком много протестуешь, мой мальчик, – вздохнула тетя. – У тебя вид человека, который вот-вот бросится с очень высокого обрыва, не думая о том, что внизу его ждут скалы.
– Это весьма поэтичное сравнение, но должен повторить, что я не собираюсь бросаться с обрыва. Я не влюбляюсь, и сердцу моему ничто не угрожает. Леди Честер и я провели еще очень мало времени вместе, но пойми, дорогая тетушка, что я намерен исправить такое положение. Как я уже сказал, я ценю твою заботу, хотя ты заблуждаешься. Ты должна понимать, что я не тот человек, каким был девять лет назад. Я стал старше и мудрее. И что бы ни случилось, мое сердце не будет разбито. Я не допущу этого.
– Ты самонадеянный человек, Гидеон Пирсолл. Какими до тебя были твой отец и наш отец до твоего отца. – Она покачала головой: – Самонадеянность погубит тебя, так же как когда-то погубила их.
Гидеон рассмеялся:
– Мой дед скончался в собственной постели в весьма преклонном возрасте, а мой отец умер от инфлюэнцы. Ни то ни другое нельзя отнести на счет самонадеянности.
– Это всего лишь вопрос времени, – заявила она.
– Мне казалось, что ты считала, будто меня доведет до погибели женщина, – сказал он.
– Это одно и то же, Гидеон, одно и то же.
Спорить с леди Рэдбери было бесполезно. Она признавала вескими только собственные аргументы. Давно пора было закончить разговор, по крайней мере на сегодня.
– Что-то я устал, тетя, – сказал Гидеон и, допив бренди, поставил бокал на стол. – Нам обоим давно пора быть в постелях.
– По-моему, ты уже…
– Что такое? – В его голосе прозвучала угрожающая нотка.
– …слишком долго находишься на ногах. – Тетя Луиза улыбнулась с самым невинным видом. Опасная это была улыбка. Она была оружием, против которого ему было нечем защищаться, а потому особенно выводила из себя. Если бы не это, спорить с тетей было бы даже удовольствием. – Желаю тебе приятного сна, Гидеон.
– Тебе тоже, тетя Луиза. – Гидеон кивнул, повернулся и направился к двери.
– Ты знаешь, что у тебя дыра на брюках? – крикнула она ему вслед.
Он стал подниматься по лестнице, решительно игнорируя последовавшие замечания по этому поводу. Разумеется, он знал о дыре в проклятых брюках. Он поплатился всего лишь брюками, зато провел поистине великолепный вечер. Правда, было несколько трудных моментов, когда Джудит отказалась рассказать о своем прошлом. Он еще никогда не встречал женщины, которая бы так упорно отказывалась говорить о своей жизни, тем более что, судя по всему, ей практически нечего было скрывать. Очевидно, Джудит была не такой уж открытой книгой, как утверждала. Возможно, Хелмсли оказался прав. Наверное, было что-то не в порядке с ее мужем и ее браком.
Он с отсутствующим видом открыл дверь своих апартаментов и вошел внутрь. По счастью, со слугой у него существовала давняя договоренность о том, что его помощь требуется исключительно в тех случаях, когда излишне шумное возвращение Гидеона домой означало, что милорд слишком много выпил и не в состоянии раздеться сам. Гидеон порадовался также, что комнаты его тетушки находятся в противоположном крыле дома.
Самым мудрым и самым простым решением было бы подчиниться желанию Джудит и оставить прошлое в прошлом. К тому же он никогда прежде не проявлял особого интереса к прошлому женщины. Почему же это его так заинтересовало теперь? Он не смог бы ответить на этот вопрос. Ему просто хотелось знать о ней все. Возможно, это было праздное любопытство. Человеку всегда хочется раскрыть тайну.
Едва ли, конечно, кто-нибудь согласится с тем, что это праздное любопытство. И тетушка, и его друзья настойчиво твердили, что Джудит разобьет его сердце или он разобьет сердце Джудит. Пропади все пропадом, он был уверен, что любовь его не интересует. Ее любовь тоже не интересовала. Они сказали об этом друг другу с самого начала. Разве не так? Может быть, не так многословно, но смысл был ясен. Он сбросил с плеч сюртук. И все же было бы неплохо узнать, что она думает о возможности перехода их отношений в нечто большее.
Ему неожиданно пришло в голову, что было бы неплохо для начала определить поточнее, что он сам думает по этому поводу. Несмотря на все, что он сказал своей тетушке или Хелмсли, в данный момент он совсем не был уверен, что знает ответ на этот вопрос.
Глава 7
– Это зашло слишком далеко, Гидеон, – заявила Джудит, сидя напротив Гидеона в его экипаже, двигавшемся в неизвестном направлении. Она пыталась заставить свой голос звучать властно, но подозревала, что он звучит скорее радостно, чем требовательно. Что соответствовало действительности. – Я настаиваю на том, чтобы ты немедленно сказал мне, куда мы едем.
– Я похищаю тебя и тайно увожу на юг Испании, где мы будем всю оставшуюся жизнь резвиться на солнечных пляжах практически обнаженные, – сказал он в непринужденной манере, как будто предлагал всего лишь обычную загородную прогулку.
– Могут возникнуть кое-какие проблемы, – с задумчивым видом сказала она.
– Ты так думаешь? – Было слишком темно, и выражения его лица она не видела, хотя по голосу чувствовала, что он улыбается.
– Видишь ли, я не захватила с собой ничего подходящего для пребывания на солнечных пляжах Испании, тем более для того, чтобы там резвиться.
– Но там требуется очень мало одежды, – фыркнул он. – Думаю, ты быстро к этому привыкнешь.
– Вполне возможно, – сказала она, сразу же представив себе белые песчаные пляжи, пальмы и разные экзотические растения. Яркое солнце сияет на синем небе, отражаясь в еще более синем море. Картина была исключительно понятная, теплая и немного грешная, потому что из синих вод ей улыбался абсолютно нагой Гидеон. Кожа его сильно загорела, волосы были взлохмачены ветром. Он совсем не был похож на английского джентльмена, а его смех проникал ей в самую душу. Сама того не заметив, она мечтательно спросила: – Мы действительно едем в Испанию?
Он рассмеялся:
– Не сегодня. Сегодня будет сюрприз.
– Вот Испания была бы сюрпризом, – пробормотала она, решительно выбрасывая из головы воспоминание о сбросившем с себя налет цивилизации Гидеоне.
– Согласен. Сегодняшний сюрприз не так экзотичен. – Он на мгновение задумался. – Экзотичен по-своему, но до уровня солнечных пляжей Испании ему далеко.
– Жаль, – вздохнула она. – Но ты говоришь, что он все-таки экзотичен?
– Ты совсем как ребенок в Рождество.
– Ты прав. Я люблю сюрпризы, приятные, конечно. А ты разве не любишь?
– Наверное, люблю. Хотя я об этом никогда не думал.
– О сюрпризах не думают. Ими наслаждаются.
Он хохотнул:
– Придется мне почаще устраивать для тебя сюрпризы.
– Да уж, постарайся, – сказала она, пытаясь скрыть охватившее ее волнение. И дело было не в сюрпризе, а в том, что именно он устраивал ей сюрприз. Негодяй этакий.
Прошло уже почти три недели после их ссоры, и это были удивительные недели. По существу, ни с той ни с другой стороны не было никаких извинений. Ей было не за что извиняться, а он, очевидно, думал то же самое о себе. Между ними было безмолвно заключено своего рода перемирие: они не касались вопросов, которые она не желала обсуждать, хотя без конца говорили на все прочие темы: о политике, искусстве, литературе, о сплетнях. По многим вопросам они соглашались друг с другом. Например, обоих интересовала фотография, и оба были обеспокоены неизбежностью войны с Россией. Но если их мнения не сходились, то они яростно отстаивали каждый свою точку зрения. И процесс достижения общего мнения доставлял огромное удовольствие.
Она почти каждую ночь проводила в его объятиях, ослепленная страстью или завороженная нежностью и любовью. Он еще раз сопровождал ее в театр. Она каталась с ним верхом в парке. Они вместе побывали в нескольких музеях. Там их мнения тоже иногда расходились, но споры были также приятны, как и все остальное. Он сопровождал ее на еще один из бесконечной цепи вечеров Сюзанны, где хозяйка, увидев их вместе, была несколько смущена, что было совсем на нее не похоже. Правда, она с самого начала не одобряла их отношений. Когда он не был рядом с ней собственной персоной, он присутствовал в ее мыслях. А в те редкие ночи, когда его не было в ее постели, он ей снился. И она просыпалась с улыбкой на губах. Вообще жизнь Джудит никогда еще не была такой наполненной. И никогда еще в ней не было столько страсти.
Экипаж остановился. Выйдя из него, Гидеон повернулся, чтобы помочь ей выйти.
– Вот мы и прибыли, – сказал он с явным удовлетворением в голосе. Он сделал шаг в сторону, и она увидела ступени очень знакомой лестницы.
– Вот так раз! – вздрогнув, воскликнула Джудит.
– Это Садоводческое общество, – гордо заявил Гидеон. – Сегодня здесь состоится лекция о новых разновидностях орхидей, обнаруженных в Южной Америке. Лекцию прочтет тот самый человек, который руководил экспедицией.
– Правда? – Джудит изобразила приятное удивление. – Как интересно!
– Я подумал, что тебе… – Он прищурил глаза. – Ты уже знала об этом?
– Извини, Гидеон. Конечно, я знала. Просто не верится, что я совершенно забыла об этом.
– Ты, наверное, даже являешься членом этого общества, не так ли? – По тону его голоса чувствовалось, что он уже знает ответ на этот вопрос.
– Была им в течение многих лет, – извиняющимся тоном сказала она.
Подавив вздох, он взял ее под локоть, и они стали подниматься по ступеням.
– Пропади все пропадом, но тебя невероятно трудно чем-нибудь удивить.
– Вот Испания была бы сюрпризом, – пробормотала она.
– Я-то думал, что это будет идеальный сюрприз.
– Я действительно очень удивлена тем, что совсем забыла об этом мероприятии. – Она одарила его самой лучезарной улыбкой.
– Могла бы хотя бы притвориться, – сказал он.
– Мы договорились быть честными друг с другом.
Он презрительно фыркнул:
– Только до некоторой степени. Я точно помню, как ты сама сказала, что слишком много честности испортит все удовольствие. – Он улыбнулся с недовольным видом. – Полагаю, что будет легче тебя удивить, если избегать тех мест, куда ты уже намеревалась поехать, и не дарить тебе растений, которые уже являются твоей собственностью.
– Орхидея меня очень удивила, – сказала она, стараясь не улыбнуться.
– Само собой. – Он хохотнул. – В следующий раз я придумаю что-нибудь получше.
– Независимо от того, удалось ли удивить меня или нет, сама мысль была очень милой, и я это очень ценю. Я рада, что сегодня тебе пришло в голову сопровождать меня сюда. Мне известно, что ты далеко не такой страстный любитель экзотических растений, как я.
– Я вообще довольно равнодушен к растениям.
– Вот именно. – Она окинула его пытливым взглядом. – Эти лекции могут показаться утомительными даже специалисту, но для человека непосвященного они должны быть смертельно скучными.
– Полагаю, мне скучно не будет, – сказал Гидеон. – Ведь я буду с тобой.
При этих его словах она ощутила радость.
– А ведь вы дьявол-искуситель, милорд, – сказала она.
– Я знаю.
– После лекции будет прием, – сказала она, стараясь хоть чем-то соблазнить его.
– Я обожаю теплый лимонад и черствые бисквиты, – сказал он и, понизив голос, добавил: – Ради тебя я готов с радостью пережить это.
– Несомненно, это цена, которую приходится платить за собственное обаяние.
– Несомненно.
Двери распахнулись, как только они приблизились к ним. Она взглянула на Гидеона, поражаясь тому, что он готов провести вечер, делая то, что его абсолютно не интересует, для того лишь, чтобы доставить ей удовольствие В это было трудно поверить, но это было удивительно приятно. Еще труднее было поверить в то, что впервые бог знает за какое время она чувствовала себя счастливой Нельзя сказать, что она до этого была особенно несчастной, но здесь крылось нечто совсем другое. Это было ощущение… блаженства. Она вдруг подумала, что к этому не следует привыкать, а надо просто наслаждаться этим состоянием, пока оно длится.
– А теперь быстренько верни на лицо свою обаятельную улыбку, – задорно сказала она, – и думай об Испании.
Видит Бог, Гидеон раньше мог бы поклясться, что не бывает ничего скучнее, чем слушать на вечерах у леди Динсмор стихи и пение ее бесчисленных бездарных родственников. Он проиграл бы, если бы заключил такое пари.
Он некоторое время стоял один, послушно отхлебывая из стакана то, что почему-то именовалось пуншем, и наблюдал, как Джудит грациозно продвигается по залу, на удивление переполненному публикой. Он и понятия не имел, что в мире, не говоря уже о Лондоне, так много людей, интересующихся растениями. Он даже встретил там несколько знакомых. Очевидно, тайные ботаники.
Но больше всего в этот вечер его поразила сама Джудит. Ему было известно, что она страстно любит свой зимний сад и свои орхидеи, но он и не догадывался, что она так много об этом знает. А здесь он с удивлением увидел, как она ведет умные разговоры на равных с джентльменами, которые, судя по всему, являются экспертами в этой области, и еще больше его удивило то, что они реагируют не на ее женское очарование, а на обширную эрудицию Гидеон знал, что она умна, но, наблюдая за ней сейчас, понял, что понятия не имел о том, как много она знает. Эта женщина сама была экспертом, хоть и тщательно скрывала это. Он вдруг подумал, что было бы интересно узнать, что еще может она скрывать.
– Для человека непосвященного все это довольно скучно, – сказал немолодой джентльмен, останавливаясь рядом с ним.
– Это с лихвой компенсируется пуншем, – улыбнулся ему Гидеон. – Лорд Торнкрофт, если не ошибаюсь?
– Он самый, Уортон. Давненько мы не виделись. – Граф Торнкрофт фыркнул. – Пожалуй, с тех пор, как та актриса…
– Пожалуй, – торопливо сказал Гидеон. Все знали, что у Торнкрофта была слабость к актрисам… Прежде их пути не раз пересекались, однако подробности этих эпизодов было лучше оставить в прошлом. – Я и не знал, что вы интересуетесь орхидеями.
– Меня вообще интересует жизнь экзотических растений. Особенно флора Древнего Египта и тропиков. Однако о моем увлечении знают немногие. Меня это больше устраивает. – Пожилой джентльмен улыбнулся. – Не хочется, чтобы меня считали скучным старым ученым. Это испортило бы мою репутацию.
Гидеон рассмеялся.
– Эту репутацию ничто не сможет испортить, – сказала, подходя к ним, Джудит. Она нежно улыбнулась Торнкрофту и протянула ему руку. – Насколько я понимаю, репутация эта вполне заслуженная.
Торнкрофт поцеловал руку и, улыбнувшись ей озорной улыбкой, сказал:
– Она была бы тем более заслуженной, если бы мне представился удобный случай.
Джудит рассмеялась и, обращаясь к Гидеону, сказала:
– Хотя он и впрямь скрывает это, но милорд считается экспертом по флоре Древнего Египта.
Торнкрофт скромно пожал плечами:
– По сути дела, это всего лишь мое хобби.
– Никто, кроме вас, не назвал бы это хобби. Лорд Торнкрофт очень помог мне, когда я начала подбирать растения для своего зимнего сада. – Джудит улыбнулась пожилому джентльмену с искренней теплотой. Гидеон почувствовал что-то похожее на укол ревности, но постарался не думать об этом.
– Она и сама стала настоящим экспертом, – сказал Торнкрофт, с нежностью и гордостью взглянув на Джудит. – Ее коллекция, как и ее познания в этой области, впечатляет.
– Я это заметил, – пробормотал Гидеон. Ревновать ее к графу было по меньшей мере глупо. Он годился ей в отцы. Правда, судя потому, что слышал Гидеон, возраст для Торнкрофта не был помехой. Можно было бы даже сказать, что Джудит для него старовата. Однако этих двух людей связывала общая страсть и возникшая на ее основе дружба, которая не имела ничего общего с обычными отношениями между мужчинами и женщинами. И Гидеон вдруг понял, что именно этому он завидовал.
Джудит нахмурилась.
– Вы, кажется, должны были сейчас находиться где-то на Амазонке, разыскивая редкие разновидности лилии?
– Мне пришлось изменить планы. Мой племянник и единственный оставшийся в живых родственник решил наконец вернуться в Лондон. Он не был здесь много лет. – Он покачал головой. – Путешествие в дебри Южной Америки может подождать.
– Не знаю, сколько еще я смогу ждать, – вздохнула Джудит. – Мне хочется собственными глазами увидеть орхидеи в Колумбии.
– Я слышал, что в Париже собирают экспедицию, – сказал Торнкрофт, задумчиво глядя на Джудит. – Но что, если мы организуем собственную экспедицию? – В его голосе чувствовалось волнение. – Я понимаю, что эта идея может показаться бредовой, но ее нельзя сбрасывать со счетов. Мы с вами могли бы совместно финансировать…
– Когда я был ребенком, мне хотелось стать исследователем джунглей, – сказал не подумав Гидеон и сам поразился своим словам. «Мне хотелось стать исследователем?» Спятил он, что ли?
Джудит и лорд Торнкрофт пристально на него посмотрели.
– С годами я совсем об этом забыл, – улыбнулся Гидеон.
– Жаль, – сказала Джудит, которой не удалось подавить усмешку.
– Может быть, мечта еще сбудется, мой мальчик. Если мы действительно решим объединить свои усилия и финансовые средства, чтобы снарядить собственную экспедицию, почему бы вам не присоединиться к нам?
– Отличная мысль, – решительно заявил Гидеон. Экспедиция для поиска каких-то цветов в джунглях? Это, черт возьми, маловероятно. Однако он не собирался отпускать Джудит в дебри Южной Америки ни с кем, тем более с Торнкрофтом.
Граф смотрел на него так, словно точно знал, о чем думает этот молодой человек.
– Хотя, возможно, я кажусь стареющим неисправимым повесой и, признаться, во многом таковым являюсь, к Джудит я испытываю нежность, которая не имеет никакого отношения к моей скверной репутации. Я люблю ее так, как любил бы члена своей собственной семьи.
– Как дочь? – спросил Гидеон, приподняв бровь.
– Упаси Господь, нет, – содрогнувшись, сказал Торнкрофт. – Видел я папаш, у которых есть дочери, и не имею ни малейшего желания побывать в таком аду. – Он задумчиво покачал головой. – Скорее как племянницу.
– Почту за честь, Фредерик, – сказала Джудит и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала его в щеку. – А вы были бы моим любимым дядюшкой.
– Я так и думала, что ты здесь сегодня будешь, – сказала, подходя к Джудит, высокая блондинка.
Джудит напряглась, и Гидеон сразу это заметил. Она заставила себя улыбнуться и повернулась, чтобы поприветствовать незнакомку.
– Добрый вечер, Александра. Я и не знала, что ты интересуешься орхидеями.
Блондинка улыбнулась приятной улыбкой, которая Гидеону показалась отнюдь не приятной.
– То, что интересует тебя, сестрица, интересует и меня. «Сестрица»?
– Добрый вечер, мисс Честер, – сказал лорд Торнкрофт в подчеркнуто вежливой манере, прикрывающей некоторую резкость.
«Мисс Честер»?
– Извините, я там вижу кое-кого, с кем давно собирался поговорить. – Граф улыбнулся Джудит ободряющей улыбкой и взглянул на Гидеона: – Оставляю леди Честер в ваших надежных руках. – Встретившись с ним взглядом, Гидеон увидел в них явное предостережение, однако не понял, относилось ли оно к мисс Честер или к Джудит. Возможно, к ним обеим. Как-никак этот человек считал Джудит кем-то вроде своей племянницы.
– Похотливый старый козел, – пробормотала мисс Честер.
– Ошибаешься, – решительно возразила Джудит. – Он очень добрый человек.
Мисс Честер пренебрежительно хмыкнут и повернулась к Гидеону:
– А вы кто?
– Милорд, позвольте представить вам мою золовку, – сказала Джудит, – мисс Александру Честер. Александра, это виконт Уортон.
– Очень рад познакомиться с вами, мисс Честер, – сказал Гидеон и взял протянутую руку. Он не мог сказать почему, но эта женщина ему не понравилась. Она была довольно хороша собой, на несколько лет старше Джудит, ее белокурые волосы были немного светлее, а фигура чуть стройнее, но было в ее манерах и глазах нечто такое, от чего Гидеону становилось не по себе. Он прикоснулся губами к тыльной стороне ее ладони и выпустил ее. Однако она не отпустила его руку.
– Вы друг Джудит, не так ли? – спросила она, с любопытством глядя на него.
– Да, я считаю себя ее другом, – сдержанно произнес Гидеон.
– Ты здесь сегодня со своими друзьями, Александра? – быстро спросила Джудит.
– Люсиану он не понравился бы, Джудит, – сказала мисс Честер, окидывая Гидеона оценивающим взглядом.
Гидеон приподнял бровь:
– Вот как?
– Он слишком красив, – покачала головой мисс Честер. – Нет, Люсиану он совсем не понравился бы.
– Александра! – резко остановила ее Джудит.
Мисс Честер отпустила его руку и провела пальцами по его плечу. Он с трудом подавил желание стряхнуть ее руку.
– Плечи у него весьма впечатляющие. Люсиан бы позавидовал. – Она встретилась взглядом с Гидеоном. – Скажите, ваши плечи действительно такие широкие, или во всем виновато мастерство вашего портного?
– Ну хватит, – оборвала ее Джудит.
– Хороший портной всегда найдет что исправить, – миролюбиво сказал Гидеон.
– Александра! – В голосе Джудит послышалась угрожающая нотка.
– Я просто веселюсь, Джудит. Милорд отлично понимает, что я его поддразниваю. Не надо ворчать на меня. – Мисс Честер многозначительно взглянула на Гидеона и повернулась к Джудит: – Ты не была у меня с прошлого Рождества.
– Извини меня за небрежность, – сдержанно, без эмоций сказала Джудит.
– Ты скоро приедешь? – спросила мисс Честер. – Может быть, завтра?
– Не уверена, – сказала Джудит, глядя на нее пытливым взглядом. – У тебя возникли проблемы?
Мисс Честер взглянула на Гидеона:
– Она мне платит, понимаете?
– Я выплачиваю Александре достаточно большое пособие, чтобы она ни в чем не нуждалась, – сказала Джудит.
– По правде говоря, пособие слишком щедрое, я такого не заслуживаю. Понятия не имею, на что оно уходит, – пожала плечами мисс Честер.
– Ты здесь одна или с друзьями? – повторила Джудит.
– Ты уже спрашивала об этом. Одна я ни за что бы не пришла сюда, даже если бы хотела встретиться с тобой. Я пришла с друзьями. У меня множество друзей, Джудит. Я не сижу целыми днями одна в доме, – пояснила она, обращаясь к Гидеону.
– Разумеется, мисс Честер. Я уверен, что леди Честер тоже этого не думала. – Гидеон улыбнулся ей самой обворожительной улыбкой. – Однако ваши друзья, наверное, заждались вас.
– Возможно, – недовольным тоном сказала она, улыбнувшись озорной улыбкой. – Знаете, я ведь совсем сумасшедшая.
– Ты не сумасшедшая, – остановила ее Джудит, – но свести с ума можешь кого угодно.
– Пусть будет так. Не все ли равно? Вы согласны со мной, милорд? – Она взглянула на Гидеона.
– Мне вы не кажетесь ни сумасшедшей, ни раздражающей окружающих, – галантно заявил Гидеон, хотя и то и другое явно можно было сказать о мисс Честер.
– Вы так думаете? Значит, мне надо приложить больше усилий. – Мисс Честер взглянула на свою сноху: – Я скоро зайду к тебе, Джудит.
– Буду с нетерпением ждать встречи, – пробормотала Джудит.
Гидеон посмотрел, как мисс Честер пробирается сквозь толпу.
– Кажется, она тебя не любит, – понизив голос, сказал он – Да и ты, похоже, от нее не в восторге.
– Она невзлюбила меня с того момента, как я впервые встретилась с ее братом. А мне так хотелось иметь сестру. Я старалась изо всех сил стать ей другом. – Джудит пожала плечами – А потом это перестало иметь значение. – Она искоса взглянула на него. – Знаешь, человек привыкает к тому, что его не любят.
– И все же ты ее поддерживаешь, – медленно произнес он.
– Ее брат не сделал никаких распоряжений на ее счет на случай своей смерти Она осталась без наследства, без перспектив замужества и без собственных денег. – Джудит бросила взгляд вслед удаляющейся золовке. – Но я бы поддержала ее, несмотря ни на что.
– Несмотря ни на что?
– Несмотря на ее неприязнь ко мне, – помедлив, сказала Джудит.
– Она говорит о брате… – Гидеон отлично знал, что Джудит не хочет обсуждать мужа и свои брак, однако это был удобный случай что-нибудь узнать, и он не собирался его упускать, – покровительственно. Скорее, по-хозяйски. Она старше его?
– Хуже. – Джудит взглянула ему в глаза. – Они близнецы.
– Это, конечно, многое объясняет.
– Больше, чем ты думаешь, – пробормотала Джудит. По огоньку в ее глазах он понял, что эта тема закрыта. – Так, значит, ты хотел быть исследователем?
– Я был тогда слишком молод. Не надо над этим смеяться.
– Я вовсе не смеюсь. Я думаю, что это очень хорошо о тебе говорит. – Она понизила голос: – Если повезет, то мы еще сможем выявить в тебе исследователя, которым ты хотел стать в детстве.
– Это было бы настоящее приключение, – усмехнулся он. – А мне все-таки удалось устроить тебе сегодня маленький сюрприз.
– Возможно, сегодня, чуть позже, я смогу отблагодарить тебя тем же.
– Я никогда не был большим любителем сюрпризов, – усмехнулся он, – однако готов изменить свое мнение.
По дороге к дому Джудит, сидевшая напротив него в экипаже, была что-то подозрительно тихой, и Гидеон решил не тревожить ее и оставить наедине со своими мыслями. Она и без того, наверное, сказала больше, чем намеревалась. К тому же ему самому надо было о многом подумать.
Пока что это был и впрямь вечер сюрпризов, хотя и довольно неожиданных для него самого. Он знал, что у Джудит была золовка, но Александра Честер оказалась совсем не такой, какой он ее себе представлял. Он не был уверен, что видел когда-нибудь ненависть в чьих-либо глазах, но не сомневался, что глаза мисс Честер, когда она смотрела на Джудит, горели ненавистью. Эта женщина явно была опасна, и Гидеон поклялся себе, что сделает все, что в его силах, чтобы защитить Джудит.
Мисс Честер оказалась, несомненно, сюрпризом, однако далеко не таким потрясающим, как познания Джудит в области цветоводства. Увидев впечатляющие размеры ее зимнего сада, он понял, что она не просто копающийся в земле дилетант, выращивающий хорошенькие цветочки. Однако объем ее познаний в этой области и уважение, которое вызывали эти познания у других, его не просто удивили, а потрясли. Он сильно недооценивал ее. Будь он менее самоуверенным человеком, его могли бы отпугнуть интеллект Джуди г и уважение к ней со стороны столь избранного сообщества, которое он имел случай наблюдать сегодня. Однако Гидеона это ничуть не отпугнуло. Напротив, это вызвало у него гордость. Он гордился, что его видят с ней, гордился тем, что она держит его под руку, сколько бы это ни продлилось. Ему вдруг пришло в голову, что он надеется, что это будет продолжаться очень долго.
И это открытие было для него самым большим сюрпризом.
