Текст книги "Последняя невеста (СИ)"

Автор книги: Вики Филдс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

– Как давно? – Собственный голос показался мне голосом из загробного мира. Страшным отголоском, эхом. По коже поползли мурашки.

– Исиар, – Кассиопея захихикала, и я недоверчиво бросил на нее взгляд, но тут же сосредоточился на дороге. Мы уже были в Старом городе, поэтому до дома оставалось всего ничего. Минут десять не больше. Скоро мы с Касси сможем нормально обсудить происходящее.

Машина уже пересекла мост.

– Ну что, Кас? – Не вытерпел я, стреляя в нее тревожным взглядом.

Мост позади. Вокруг никого – ни машин, ни людей – все спят.

Она снова рассмеялась.

– Да в чем дело?

Она взяла мою ладонь в свою и переплела пальцы. Поцеловала. Я продолжал хмуриться, но уже не так сильно. Если она не встревожена, а судя по прикосновению ее губ к моей ладони – это так, значит, ничего страшного не случилось.

– Ты специально меня напугала?

– Помнишь, – она проигнорировала меня, – ты признался мне в любви?

– Да. Это было полчаса назад. С тех пор ты ведешь себя странно.

– Нет, – Касси качнула головой, продолжая улыбаться, – ты помнишь, почему это сделал?

– Я же… – я нахмурился, ни черта не понимая. – Мм… не мог больше терпеть?

– Вот и я не могу.

Наверное, я так и умру, не научившись понимать женщин.

– Ну, и?

Кассиопея подняла свой топ до груди, и я растерянно бросил взгляд на ее оголенный живот. Затем она положила мою ладонь на свою кожу, и я шумно втянул в себя воздух. Кожа приятная на ощупь, гладка и желанная.

– Я мог сделать это и дома, Касси, – буркнул я, продолжая держать руку на ее голом животе. Касси в голос расхохоталась, отчего я совсем перестал соображать, что происходит. Чувство такое, будто ей известен какой-то забавный секрет.

– Ну и глупый же ты, Исиар! – воскликнула она сквозь смех и, продолжая хохотать, продолжила: – Я…

4

16.07.2015

03:00

Удар.

Взрыв боли.

Я не понимаю, что происходит, но в сознание стучится одна-единственная мысль: «Что-то с Кассиопеей». Я повернул голову в ее сторону и увидел, что она не дышит. Ее глаза закрыты, а по виску стекает кровь. Она все еще держит мою руку. Сжимает до боли. Мне бы хотелось этого – чтобы она сжала мои пальцы и попросила спасти ее.

– Касси?

Я думал, что произнес эти слова вслух, но нет. Я лишь подумал. Или думал, что думал – все смешалось. Мир перевернулся. Что-то вспыхнуло, а потом погрузилось во мрак. Я моргнул, и больше не смог открыть глаз.

Кассиопея ведь тоже не может.

На небе погасла еще одна звезда.

***

16.07.2015

03:45

Я закашлялся и приоткрыл веки. Вокруг была жуткая тишина. Я мертв? Касси мертва?

Какой-то звук заставил напрячься каждую нервную клетку. Оказывается, это я дернул ногой. Я могу шевелиться. Я не мертв. Несколько секунд спустя – прошла целая вечность – я смог понять, где нахожусь. Это старый заброшенный склад в Старом городе. Здесь слишком опасно находиться, потому что как раз в середине помещения вырыта громадная яма. Кажется, хотели сделать бассейн.

Я шумно втянул в себя воздух и выдохнул.

Потому что сидел как раз на дне этого бассейна.

Я не был связан, но почти не двигался, казалось, каждая клетка в теле стонет от боли, вопит в мозгу, чтобы я прекратил.

– Касси? – приглушенно позвал я, и услышал стон откуда-то слева. Повернул голову, и заметил ее, лежащей на боку лицом вниз. Ее тело было в крови – я видел это даже во тьме. Мое сердце сжалось, а на глаза выступили слезы. От злости, вины, стыда.

Но это не я не справился с управлением – кто-то впереди. Некая красная машина с откидным верхом пролетела на красный свет. Мою грудь пронзила острая боль, когда я все вспомнил: скрежет металла, запах гари, душераздирающий вопль Кассиопеи.

– Касси? – я вновь сосредоточился на ней. – Ты можешь двигаться?

В последнюю секунду я выставил руку вперед, чтобы защитить ее от удара, но она все равно могла пораниться от ремня безопасности, стекла… чего угодно. Боже, я не знаю, что делать.

– Касси? – вновь позвал я.

– Изи… – прошептала она. Сначала я решил, что мне мерещится, но потом она повторила: – Изи, я не…

Она замолчала, но я услышал слезы. Хныканье. Будто бы ей не хватало сил на полноценный плачь, рвущийся из груди. Словно нет груди, нет мышц, которые можно было бы напрячь.

Я оттолкнул собственную боль назад и попытался двигаться к Касси. Я понял, в чем дело – в моем теле, казалось, застряли сотни тысяч осколков. Они мешали двигаться, словно кандалы, приковавшие меня к месту.

– Касси, я здесь, – прошептал я, подбираясь все ближе.

Мы не просто так здесь оказались. Я вскинул голову вверх, во тьму, и изо всех сил крикнул:

– СПАСИТЕ! НА ПОМОЩЬ!

Касси была близко. Я с трудом приподнял ее за плечи, боясь побеспокоить, и перевернул. Из моей груди вырвался всхлип: она вся в крови. Из ее живота торчал огромный осколок от лобового стекла. Разве это возможно? Минуту назад мы были счастливы.

– НА ПОМОЩЬ! – заорал я. Опустил взгляд на Касси и убрал с ее лица волосы, пропитанные кровью. – Девочка… детка, ты меня слышишь?

Ее руки едва пошевелились. Она положила ладони на свой живот, но, когда пальцы наткнулись на кусок стекла, из ее груди вырвался всхлип.

– Изи…

– Я знаю, Кас. Все будет хорошо, – заверил я таким уверенным тоном, какой от себя никогда в жизни не слышал. Мой голос дрожал. Я вскинул голову и вновь выкрикнул:

– НА ПОМОЩЬ! Кто-нибудь…

– Изи… – Касси всхлипнула. – Наш ребенок.

Я опустил взгляд на девушку, лежащую на моих коленях. Не сразу понял, что она произнесла, но до моего тела сразу дошло. По спине пополз холодок, в желудке свернулось нечто огромное, сильное и яростное.

– Что?

Я судорожно выдохнул. Попытался втянуть в легкие воздух, но не смог, будто бы что-то застряло в горле. В глазах защипало, когда я вновь опустил взгляд на живот Кассиопеи.

– Изи, наш ребенок умер, – повторила она, шумно всхлипывая и постанывая от боли.

Я склонился к девушке и поцеловал ее в лоб. Сморгнул огромные, словно горошины, слезы. Они были горячими и противными.

Она хотела мне что-то сказать. Смеялась надо мной. Предложила потрогать ее живот, а я так ничего и не понял. Слишком поздно.

Я всхлипнул и издал звук, который не слышал от себя никогда. Вскинул голову и заорал:

– СПАСИТЕ! КТО-НИБУДЬ! КТО-НИБУДЬ, НА ПОМОЩЬ! СПАСИТЕ!

У меня мог быть ребенок.

– Изи, я люблю тебя.

– НА ПОМОЩЬ!

– Кристал, ты слышала?

Я затаил дыхание и услышал в голове лишь пульсацию крови.

Мне послышалось, или я действительно слышал какие-то звуки? Я слышал голоса? Голос девушки. Я точно слышал его.

– Эй, Алиса, ну и что будем с ними делать?

– Мое похмелье как рукой сняло.

– Надо было остаться в том клубе.

– Кейт, ты серьезно? Это же ты ныла, что хочешь домой.

– Потому что вы стервы.

– Это из-за тебя мы попали в аварию.

– Это Алиса напилась.

– Лола, прекрати, этим ты ничего не добьешься.

– Кристал, сама прекрати! Я должна была встретиться со своим парнем, а не с тобой.

– Со мной, сестричка, потому что твой парень – идиот.

Я едва не потерял сознание. И от злости, и от облегчения.

– ЭЙ! СЮДА! МЫ ЗДЕСЬ!

Голоса оборвались как по команде, будто кто-то внезапно выключил звук. Я вновь услышал пульсацию крови. К ней примешался страх. Болезненный страх потерять Кассиопею, как нашего ребенка. Она ведь может истечь кровью. Уже истекает.

– СЮДА!

Послышались шаги, затем мне в лицо посветило сразу четыре фонарика. Я зажмурился, затем свет сместился, и я смог рассмотреть лица.

Две блондинки и две брюнетки. Все смотрят на меня, как на какую-то диковинку. Я провел по волосам Касси ладонью, защищая ее от этих девушек. Они смотрели на нас не как на людей.

– Алиса, – начала брюнетка слева, и другая брюнетка оборвала ее:

– Прекрати, Кейт. – Голос был раздраженным. – Просто. Прекрати.

– Мы же не оставим их здесь? – спросила одна из блондинок. Две сестры – Лола и Кристал. Вторая сестра ответила ей точно таким же равнодушным, заторможенным голосом:

– Они видели наши лица.

Они под кайфом.

Мое сердце заколотилось словно сумасшедшее:

– Мне плевать, – громко произнес я. – Мне плевать на ваши лица. Моя девушка истекает кровью. Я ничего никому не скажу, только вызови скорую.

– Мой отец убьет меня, – сказала брюнетка по имени Кейт. – Ну зачем я с вами пошла?! Мне следовало остаться дома и дождаться своего парня.

– Он уже три недели подкатывается ко мне, – оборвала ее Алиса резким тоном.

– Вызовите скорую, – повторил я. Моя грудь горела огнем, потому что я едва дышал. Касси тоже едва дышала.

– Твоя девушка умерла, – бросила Алиса безжалостным тоном.

– ЗАТКНИСЬ!

– По-моему, если он выберется, то и нас убьет, – пробормотала одна из блондинок.

На моих глазах вновь выступили слезы.

Я не могу потерять этот шанс.

– Я не… – я прочистил горло и сказал: – Нет. Я просто хочу спасти свою девушку.

Моего ребенка больше нет.

Я не мог заплакать, хотя отчего-то знал, что им понравится представление.

– Я никого не стану трогать. Клянусь. Я просто хочу забрать отсюда Касси.

– Ну что, Кейт, хочешь порцию неприятностей на ночь? – с издевкой спросила Алиса, повернувшись к Кейт. Та скрестила руки на груди. Она даже не смотрела на меня. Я судорожно вздохнул и попытался обратить на себя внимание:

– Касси… она была беременна. У нас бы родился ребенок. Пожалуйста…

– Ну вот, – вздохнула одна из блондинок. – Алиса, что ты наделала?

– Я?!

– ТЫ БЫЛА ЗА РУЛЕМ! – рыкнула Кейт. Я понял, что на нее можно надавить, потому что она, очевидно, из их компании самая здравомыслящая.

– Кейт, – начал я, но она вдруг завопила:

– НЕТ! НЕ РАЗГОВАРИВАЙ СО МНОЙ! – и убежала.

Я моргнул. Слезы градом брызнули из глаз.

Она убежала.

Я склонился к Кассиопее и поцеловал ее в лоб.

Она больше не дышала. Она не слышала, как я умолял их отпустить нас, вызвать скорую.

– Я люблю тебя, Касси. Пожалуйста…

Что?

Она уже мертва и уже не слышит меня. Но я могу… могу представить, что она слышит.

– Касси, это я виноват. Я во всем виноват, Кас, прости.

Мир отступил на второй план. Я понял, что никто не спасет нас с Кассиопеей, потому что никому нет до нас дела. Как и всегда. Всегда были лишь мы друг у друга – когда мне было больно у меня была она, когда ей – я. Теперь у меня ее нет. Я один.

Мои плечи содрогнулись от слез.

– … В итоге он тоже истечет кровью, – услышал я заключение Алисы. И никто не возражал против этого приговора.

Потому что миру плевать.

5

17.07.2015

Утро или день? Или вечер? Глубокая ночь?

Мои глаза не открываются, чтобы проверить, но я, кроме прочего, чувствую рядом чье-то присутствие.

– Касси? – голос был слабым. Некто пошевелился рядом и взял меня за руку. – Габс? – спросил я. Пусть это будет Касси. Пожалуйста. Пусть это будет Касси. Пожалуйста.

– Да, это я, – он сжал мои пальцы и в ту же секунду я почувствовал, как под моими веками собирается раскаленная жидкость.

– Отойди, – произнес я, глядя на брата в упор.

Ярость опалила легкие и глаза. Габс смотрел на меня изумленно. И он словно бы испугался, потому что отшатнулся от меня и отпустил мою ладонь.

Мое дыхание участилось.

Это не Касси.

Потому что Касси больше нет.

– ОТОЙДИ! – заорал я во все горло. Габс так резко вскочил на ноги, что опрокинул стул. В палату тут же ворвались медсестры.

– ПОШЛИ ВОН! – вопил я словно сумасшедший. Где они были, когда умирала Касси? Зачем сейчас возятся со мной?! Мне плевать! Плевать!

– КАССИ! КАССИ! КАССИ!

Я продолжал вопить, пока кто-то не вырубил меня.

***

19.07.2015

– Габс? – теперь я в упор смотрел на старшего брата. – Где Касси?

– Ты не можешь сейчас увидеть ее, – ответил он. Парень выглядел уставшим. То ли от того, что уже который день сидит в моей палате, действуя мне на нервы, то ли потому, что он устал говорить мне одно и то же.

– И где она? – продолжил настаивать я. Мне никто ничего не говорит.

– Изи, где ты был? – Габс проигнорировал мой вопрос, что делал на протяжении этих двух дней. Он не приближался ко мне, а стоял в дверях со скрещенными на груди руками. Боялся, наверное, что я нападу, и откручу его башку. И так и будет, если он не скажет где Касси.

– Где я был?

– Ты знаешь, кто с тобой это сделал?

– Что сделал?

Я не мог взять в толк, чего он ко мне прицепился. Почему держит здесь.

– Я в порядке.

– Ты не в порядке, – мигом возразил Габс. Он начинал бесить меня сильнее и сильнее. – У тебя три перелома, сотрясение мозга, тебе наложили тысячу швов. Ты не можешь двигаться.

– Чтобы дать тебе под зад много сил не нужно, – отрезал я. Мною овладело беспокойство.

Что-то происходило, но я не мог понять что. Знал лишь, что это что-то плохое.

Габс наблюдал за мной прищурившись. Будто бы изучал. Как дикое животное, которое притаилось и может напасть в любой момент.

– Кто это сделал с тобой, Изи? – в сотый раз спросил он. И прежде чем я в сотый раз уточнил что именно, он раздраженным тоном добавил: – Кто напал на тебя? Ты запомнил его? Их?

– Никто на меня не нападал, Габс, – я закатил глаза. – Просто скажи мне где Касси и позволь уйти, знаешь ведь, что я ненавижу больницы.

Я был полностью здоров. Все равно, что Габс только что перечислил те кошмарные травмы, я не чувствую ничего. Все скованно. Не болью – чем-то другим. Беспокойством. Тревожным состоянием. Безнадегой.

– Где Касси? – повторил я.

Габс молча выпрямился. Он пялился на меня так, будто у меня выросли рога. Смотрел так долго, что биение моего сердца разогналось до тысячи ударов в минуту.

– Что-то случилось? – спросил я, попытавшись приподняться с койки. – Поэтому я здесь? Что-то случилось с Касси, и поэтому ты не пускаешь меня домой?

Габс моргнул, будто очнувшись. Он качнул головой, все еще пристально разглядывая меня:

– Нет, она уехала заграницу.

6

– Что за бред? – выпалил я. – Касси не могла уехать заграницу без меня!

– Эй, успокойся, – Габс надавил мне ладонями на плечи, возвращая на постель, потому что я даже не почувствовал, как сел. Зато теперь ощутил, как каждая клетка тела взрывается болью.

– Она и не хотела. Но ты все забыл, приятель.

– Я что сделал? – недоверчиво выдохнул я. – Я не мог забыть Касси.

– Эй, – Габс повторил еще спокойнее и нежнее, что выводило из себя. Я же не ребенок. – Ты попал в жуткую аварию, парень. А Касси… ты забыл, что Касси уехала в Италию. Она отправилась туда на год… вы договорились потом встретиться.

– Что за чушь? – я не мог успокоиться, потому что Габс нес откровенную ерунду. Касси уехала без меня? На год? В Италию? Я забыл ее?

Бред.

– Кто был в той машине? – осторожно спросил Габс нависая надо мной.

– В какой машине? – я смотрела на встревоженное и даже немного нетерпеливое лицо старшего брата, но думал о Касси.

– Кто был в машине, которая врезалась в твою?

– В мою машину кто-то врезался?

Габс резко выпрямился.

– Я должен поговорить с врачом о твоем состоянии.

Плевать с кем.

Я не могу поверить, что Касси уехала даже не предупредив, даже не попрощавшись.

***

Я сосредоточился, пытаясь выудить из головы последнее воспоминание. Помню, как мы с Касси валялись на диване в ее квартире. Было двенадцать часов дня, и она пришла ко мне полусонная со спутанными волосами:

– Почему ты не спишь в постели?

Я скептически изогнул бровь:

– Почему? Потому что ты не позволила. – Быстренько подсчитал в уме и выдал: – Четыре раза толкнула меня и два раза свалила с кровати.

– Прости, – лицо Касси исказилось виноватой гримасой. – Когда я жутко устаю, то…

– Жутко себя ведешь, – закончил я. – Я помню. Поэтому просто пришел на диван. Смотрел телик, потом спокойно уснул и никто не донимал меня. Касси присела рядом, и я пододвинулся. Но ей этого было мало, потому она взобралась на мои колени, и обхватила рукой за шею. Скосила на меня взгляд:

– Я уже почистила зубы.

Я рассмеялся:

– Ладно. И?

– Ничего. Не хочешь меня поцеловать? Утренний поцелуй самый романтичный. После пробуждения он будто сливки и глазурь.

– Фу.

– Ты ничего не понимаешь.

– Я хорошо целуюсь.

– Только поэтому мы еще вместе.

Я снова рассмеялся, и произнес:

– Ну ладно, надеюсь, теперь ты осмелела и готова сказать то, что тебя тревожит. По отношению ко мне.

– Ммм… – она нахмурилась и отвела взгляд. Я терпеливо ждал, потому что это какая-то ерунда. Касси всегда тревожится что я что-то не так пойму или просто не стану слушать, хотя я всегда ее слушаю. Какую бы околесицу она ни несла. – Скоро будет пляжная вечеринка, – выпалила она, будто решившись на что-то. – Ну, ты знаешь.

– Ну да.

– И?

– И что?

– Не хочешь со мной пойти?

Она покраснела? Из-за этой тупой вечеринки?

– Что-то не так?

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что ты краснеешь. А ты никогда не краснеешь, с тех пор, как в шестнадцать я…

– ИЗИ! – возмущенно воскликнула Кассиопея, прижимая к щекам обе ладони. Я сцепил свои руки на ее талии в замок. – Прекрати.

– Тогда скажи в чем дело.

– Я мечтала об этой вечеринке всю жизнь. И не нужно скептически смотреть на меня, Изи! Это… это… самая восхитительная вещь, которая могла бы у меня быть.

Я все еще ничего не понимал. Казалось, она имеет в виду что-то другое. Может, что-то хочет мне сказать, но стесняется?

– Касси, что происходит? – я перестал улыбаться. – Расскажи мне это, я… нормально отреагирую, – добавил я, потому что не знал, какой реакции она от меня ждет. Она соскочила с моих колен и покачала пальцем перед лицом:

– Не. Сейчас.

– Что это значит?

– Какой же ты глупый все-таки, Исиар, – она хихикнула и ушла в комнату. Я поднялся на ноги и направился вслед за ней. Не потому, что собирался приставить в физическом плане, а потому что начал беспокоиться. Но когда увидел, как Кассиопея переодевается, я передумал.

Обхватил ее руками за талию и прижал к себе. По моему телу тут же прокатилась волна возбуждения.

– Прекрати, Изи, сейчас не время.

– А когда будет время? – Я поцеловал ее в шею, и Кассиопея тут же рассмеялась, попытавшись увернуться. Она ужасно боится щекотки. – Когда будет для этого время?

– Лучше заправь кровать, – произнесла она укоризненным тоном, расцепила мои пальцы на своем животе и обернулась. – И прекрати приставать ко мне. Я проснулась минуту назад.

Я хмыкнул, а девушка направилась в ванную. Склонился над кроватью, потянул на себя одеяло. Оттуда выпала тетрадь с надписью: «Личный дневник».

– Спала, говоришь? – язвительно протянул я, обращаясь к Кассиопее в ванной комнате. Дверь все еще была открыта. – А вот твой дневник говорит об обратном.

Внезапно случилось что-то странное: Кассиопея запищала, и я жутко испугался, что что-то случилось. Вопль был страшный. Но едва я успел сдвинуться с места, Кассиопея выбежала из ванной и вырвала дневник из моих рук.

– Чт?..

– ИЗИ! – она запыхалась и попятилась. – Не читай.

– Да я и не думал, – заверил я, чувствуя в груди все еще неприятное чувство под названием страх. Кассиопея покачала головой, а мне казалось, что она все еще собирается напасть на меня и разорвать в клочья. Но тут до меня дошло: – Кас, ты что-то скрываешь от меня?

– Нет. Просто это личное.

– У нас же нет секретов.

– А свои журналы с голыми…

– Кас, я серьезно, – перебил я, в упор глядя на дневник, который она по-прежнему прижимала к груди. Повторил: – Ты что-то скрываешь от меня?

– Изи, нет. – Касси ответила мне взглядом, в котором сквозила настойчивость. Со вздохом подступила ко мне, и провела пальцем по моему лбу, разлаживая морщину между бровей. – От тебя у меня нет никаких секретов. Ты бы почувствовал его сквозь нашу связь.

По-моему, она просто пыталась сбить меня с толку своими прикосновениями. Приподнялась на носочки и поцеловала в шею. Я положил руки на ее талию, и отодвинул от себя:

– Кас, скажи, это ведь не что-то плохое?

– Нет, – она рассмеялась, затем коснулась губами моих губ. – Это не плохое. Ты мне веришь?

Наши взгляды встретились. Магнетические зеленые глаза Кассиопеи прожигали меня насквозь.

– Да, верю, – я кивнул, и девушка тут же прильнула ко мне. Она целовала меня, а я не мог выкинуть от головы то, что она скрыла от меня.

Это что-то важное?

***

20.07.2015

– Габс, я вспомнил! – выпалил я.

– Что ты вспомнил?! – он подскочил на стуле так, словно я сказал, что пристрелю его, если он не пошевелится. – Что это? Что ты вспомнил? Кто это был?

– Касси что-то скрывала от меня. – Лицо брата перекосилось, но мне было все равно. – Она что-то от меня скрывала. Что это?

– Это… – он моргнул, и я тут же нахмурился. – Это… она хотела рассказать тебе об Италии.

В низ моего живота бухнулся огромный и мерзкий ком льда. По спине разлился холод.

– Нет.

– Да, Изи, – настойчиво повторил Габс, вновь склонившись надо мной. – Кто. Был. В той. Машине.

– В какой машине? – отрешенно спросил я, продолжая думать о дневнике Касси.

Я все думал и думал, а потом понял, что Габс ни слова не произнес. Я поднял на него взгляд. Брат думал о чем-то сосредоточенно и быстро. Я видел это в его глазах. Принятие решения.

Секунду, две, три он размышлял, потом уголки его губ дрогнули.

– Ничего. – Он принял решение. Потом склонился, поцеловал меня в лоб и выпрямился. Встрепал волосы. Вел себя со мной, словно я ребенок. – Ничего, – повторил он.

Принятое решение пустило в нем корни. Я не знал, о чем именно он думал, единственное, что мне хотелось выяснить, почему Касси уехала ничего мне не сказав.

Я ведь люблю ее. Люблю до смерти.

– Ничего, – повторил эхом Габс. В этот раз уже для себя.

7

13.07.2016

Лето в этом году было жарким.

Я не мог поверить, что это мое первое лето без Касси. Она не звонила мне из Италии, и я не мог дозвониться ей. Она внезапно исчезла. Стала недоступной, забрав из моих легких кислород.

Мне казалось я забыл что-то. Нечто очень важное, что помогло бы в ее поисках. Я ходил к психотерапевту, пытался восстановить воспоминания. Мне никто не мог помочь. Никто не хотел помогать.

Кроме Габса. Он внезапно окружил меня заботой – думал, после аварии я совсем слечу с катушек, но я веду себя почти прилично. В последний раз он забрал меня из полиции, когда меня поймали за взлом квартиры Касси, три недели назад.

Но сейчас со мной все в порядке. Это не значит, что я перестал искать ее.

Ни за что.

Я все еще думаю о ней круглые сутки. Не хожу в университет, потому что в каждой девушке мне видится она. Не выхожу на улицу, потому что боюсь – вдруг она придет, а меня не будет дома.

Иногда Габс затаскивает меня в клуб – проверяет все ли в порядке.

– Я не буду в порядке, пока не найду Касси, – упрямо повторяю я раз за разом. А потом Габс пытается меня познакомить с какой-нибудь приличной девушкой.

– Мне никто не нужен, Габс, мне нужна Касси.

Я все говорю и говорю это, но забываю упомянуть лишь об одном – если в ближайшее время не найду ее – просто свихнусь. Просто сойду с ума. У меня больше нет сил. Я устал бороться с безнадегой, которая давит мне на голову, устал бороться с дырой в груди.

– Почему она не звонит мне? – спрашивал я брата почти каждый день. Он устал отвечать на мои вопросы, но все равно отвечал:

– Изи, у нее все хорошо.

Габс женился. Я пытаюсь не думать о том, что возможно, в своей Италии Кассиопея тоже нашла кого-то и тоже собирается выйти замуж. Наплевав на нашу с ней связь. Это ведь она в нее верила. Она, а не я.

– Хочу, чтобы ты пришел в клуб, – сказал Габс, позвонив мне вечером.

– У меня нет депрессии, – прервал я. Габс тихо усмехнулся:

– Я знаю, приятель.

– Я видел рекламки, – продолжил я. Этот тип меня не обманет. – Ты всерьез думаешь, что у меня депрессия? Я просто пытаюсь найти Кассиопею и все.

– Изи, ты должен продолжать жить дальше.

Я резко сел. Так резко, что закружилась голова. Матрас подо мной скрипнул, но я скорее почувствовал это, чем услышал – мое сердце колотилось так громко, что я слышал лишь его стук.

– Ты звучишь как… приговор.

– Брось, – отмахнулся Габс, но я почувствовал в его голосе напряжение и лишь сильнее нахмурился. – Я просто хочу, чтобы ты вышел на улицу.

– Касси может вернуться.

– Касси… – начал он резко, но тут же вздохнул. Я с клокочущим сердцем прислушивался к знакам. Тону голоса, вздоху, даже представлял лицо старшего брата. Здесь что-то не так. – Она в Италии, Изи. Все. Она никогда не вернется.

– Не говори так! – отрезал я. – Кроме нее у меня никого нет! Она бы… так не поступила.

Габс вздохнул. Очень глубоко и печально. Он думает, Кассиопея бросила меня. Он неправ, он лжец. Она не могла меня оставить. Не после тех слов, которые она сказала мне напоследок.

– Изи, я люблю тебя.

Мое сердце пропустило удар.

Я моргнул, торопливо попрощался с братом и откинул от себя телефон подальше. Опустил голову между коленей, потому что знал: сейчас вновь начнется. Адская боль, разрывающая грудь и легкие.

Врач говорит это симптом аварии, что-то психосоматическое.

Я сжал голову руками и зажмурился.

– Изи, я люблю тебя.

Вдох. Выдох.

– Не хочешь меня поцеловать? Утренний поцелуй самый романтичный. После пробуждения он будто сливки и глазурь.

Вдох. Выдох.

– Изи, я люблю тебя.

Я резко выпрямился, потому что почти услышал голос Кассиопеи. Покрутил головой по сторонам, продолжая слышать ее голос.

– Касси? Это ты?

– Изи, я люблю тебя.

– КАССИ?! – Я вскочил на ноги и обернулся вокруг себя. Голову мгновенно прострелила боль, и я упал на пол, ударившись коленями.

– Изи, я люблю тебя.

Я попытался повернуться на спину, но боль стянула все тело. Сшила тесными стежками.

– Изи, я люблю тебя.

Голос Касси – последнее, что я слышал до того, как потерял сознание.

***

15.07.2016

Я очнулся на полу в своей комнаты. За окном уже стемнело, и я перевел взгляд с потолка на часы. Одиннадцать. Кажется, я должен был встретиться с Габсом?..

Я с трудом перевернулся на живот и встал на четвереньки. Закашлялся, будто только что выбрался из воды, и, пошатнувшись, принял вертикальное положение. Голова болела так, словно я хорошенько приложился ею обо что-то. Скорее всего, о пол. Я провел ладонью по волосам и, к счастью, не обнаружил крови.

Нашел телефон под подушкой, и набрал номер брата.

– Эй, – ответил он немного удивленным голосом. – Ты в порядке?

Как же меня достал этот вопрос.

– Ты не просил встретиться? – Повисло молчание. Оно показалось мне насыщенным мрачностью и тревогой. Не с моей стороны, а со стороны Габса. Я быстро сделал тон голоса легкомысленным: – Нет? Значит, мне приснилось.

Я уже собирался отключиться, но Габс крикнул в трубку:

– Изи!

– Что?

– Что это был за сон?

– Просто сон, приятель, – усмехнулся я. – Как и у других людей.

Я засунул телефон в карман, взял ключи от машины и вышел за дверь.

Голова все еще гудела не переставая. Каждая мышца горела огнем, грудь сдавливало чувство тревоги. Я ведь слышал голос Касси. Точно слышал, мне не могло показаться. Я же не совсем еще свихнулся, верно?

Это Габс думает, что у меня депрессия. Думает, что я попал в аварию из-за развода родителей. Но я давно привык к их ссорам, и когда они расстались окончательно, я подумал: «Теперь им должно быть спокойнее. Поодиночке. Некоторые просто не должны жить вместе». Или, может, Габс думал, что я решил покончить с собой, потому и врезался во что-то на машине.

Сначала он повторял, что там была еще одна машина, но потом, очевидно, устал. Нашел для себя другое объяснение, ведь никакой машины не было. Ее не было, это я что-то сделал не так.

А теперь Кассиопеи нет.

С чего мне в голову пришла эта мысль?

Я слетел по лестнице на первый этаж, даже не обратив внимания на то, закрыл ли дверь квартиры, и выскочил на улицу. Обогнул дом и забрался внутрь новенькой машины. Габс не хотел позволять мне водить, но я предоставил ему справку от врача (того самого, который подтвердил, что у меня синдром какой-то там), и брат успокоился.

Я завел двигатель, отпустил сцепление и выехал на дорогу, включаясь мгновенно в поток машин, маячивших желтыми огоньками.

Сначала я не знал, куда еду. Я просто должен был выйти из квартиры. Но теперь понял – я ищу ее. Я никогда не переставал, но теперь я должен во что бы то ни стало найти ее. Она должна быть дома, ведь так? Я слышал ее голос – это знак.

В этот раз я не стану вламываться в ее квартиру как идиот. Я не пьян, как в прошлый раз, и в состоянии держать ключ. Меня даже никто из соседей не увидит. Касси там. Это точно.

Год назад ее там не было. Три недели назад ее там не было. Но сегодня она там.

Зазвонил мой телефон, и я выхватил его из кармана куртки.

– Изи, – голос брата был спокойным и рассудительным. – Я подумал, что тебе позарез нужно попробовать запеканку Эбби. Ее первая в жизни запеканка. Там есть чуть-чуть гари, но это лучше, чем тот ядовитый суп, от которого мне сделали три укола. Давай, приятель. Я тебя жду.

– Чего тебе, Габс? – спросил я. По сравнению с голосом брата, мой голос был напряженным и едва не дрожал от нервного возбуждения.

– Изи, в чем дело?

Я тяжко вздохнул, торопливо объясняя:

– Я думаю, Касси дома.

– Изи.

– Просто молчи, ладно? Передай Эбби привет. Я зайду чуть позже. Вместе с Касси.

– Эй, стой…

– Что? – не выдержал я.

Габс тяжело вздохнул.

– Изи… ты должен знать. Дело в том, что я говорил с твоим врачом, и я… ты не злишься?

– Нет.

– Хорошо. Он сказал, что в годовщину может что-то случиться.

Повисло молчание, и я понял, что Габс сказал то, что хотел.

– В какую годовщину? – рассеянно спросил я. Я уже подъезжал к Старому городу. Скоро появится дом Кассиопеи. Еще немного Кас, подожди. Я близко.

– Изи, я люблю тебя.

– Я знаю.

– Что? – переспросил Габс, и я мотнул головой:

– Ничего. Мысли вслух. Так чего тебе?

– Просто… это особенная дата. Год прошел, Изи. Что-то может начать происходить.

– Слушай, мне действительно пора. Я запомню твои слова. О годовщине и прочем. Передай привет Эбби, и скажи, пусть оставит два куска запеканки. Только пусть срежет гарь – мне лишние уколы не нужны.

Я даже рассмеялся. Рассмеялся.

Я был удивлен, потому что не смеялся уже сто лет. Габс тоже удивился, но прежде чем прокомментировал мое поведение, я отключился и отбросил телефон на заднее сидение.

Мои мысли были только о Касси.

Это знак. То, что я услышал ее голос – знак. И дело не в какой-то дурацкой годовщине (при чем здесь она?!) дело в ней. Дело в нас. В нашей связи, в нашей любви.

– Изи, я люблю тебя.

***

16.07.2016

00:01

Моя машина пересекла мост.

Я видел тысячи, миллионы светящихся окон многоэтажных домов. Дом Касси среди них.

– Изи, я люблю тебя.

Я едва не выпустил руль из рук, когда голова вспыхнула болью. С прошлого раза она усилилась, и теперь моя голова будто пылала изнутри. Не знаю, что происходит, но этим приступам нужно подождать. Еще немного. Я увижу Кассиопею, и все – после этого могу хоть в Ад отправиться.

– Изи, я люблю тебя.

Я вскрикнул, а затем случилось это: мою машину крутануло в сторону. Я испугался, ухватившись обеими руками за руль. Повернул голову в сторону, и увидел капот красного мустанга.

Через секунду мой мир превратился в едкий дым, и я закашлялся. С трудом разлепил руки и опустил на соседнее сиденье. Резко повернулся.