Текст книги "Простить или полюбить (СИ)"

Автор книги: Вероника Стужина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Глава 19

Спустя десять минут мы уже ехали в машине к моему дому. Максим, как и обещал, не стал ввязываться в драку, а твердо и ясно дал понять, что Ване нужно уйти. Тот упорно сопротивлялся, пытаясь вывести Максима из себя. Пару раз он даже кидался в сторону машины, чтобы открыть пассажирскую дверь и вытащить меня оттуда. Но Максим не дал ему сделать этого. Ему не нужно было применять силу, чтобы доказать Ване свое превосходство над ним. Его уверенный и невозмутимый вид говорил сам за себя. В итоге Ваня сдался и, выкрикивая в наш адрес грязные ругательства, скрылся за подъездной дверью.

Все это время я наблюдала за ними, а по моим щекам без остановки текли слезы. Как я оказалась в такой ситуации? Почему это случилось именно со мной? Ведь все, о чем я по-настоящему мечтала, – это спокойная и стабильная жизнь. А в итоге я стала причиной конфликта двух взрослых мужчин. Может, какой-то женщине это и льстило бы, но только не мне.

– Ты плачешь, – произнес Максим, нарушив повисшую между нами тишину, – почему?

– Просто… – ответила я тихим, дрожащим голосом, – сегодня был такой прекрасный вечер, а он умудрился так испортить его.

Максим убрал с руля руку и ласково вытер слезы с моих щек.

– Ничто не испортит того, что случилось между нами, – прошептал он. – Сегодня был самый лучший мой день за очень долгое время. Давно я не чувствовал себя таким живым и счастливым.

Его слова пробили во мне брешь, и я разразилась рыданиями.

Мы как раз подъехали к моему дому, и он, припарковав машину, обнял меня. Я уткнулась лицом ему в грудь.

– Тише, – прошептал он. – Клянусь, если он еще раз заставит тебя плакать, в следующий раз я не сдержусь.

– Спасибо, – ответила я, немного успокоившись в его объятиях.

– За что? – удивленно спросил Максим.

– За этот вечер, за то, что заступился за меня. Боже, мне так стыдно перед тобой. Я совсем не ожидала увидеть его, обычно в это время он уже ложится спать.

– Прекрати, – успокоил меня Максим, – это не твоя вина. Я тоже не подумал об этом. Надо было найти более подходящее место для нашего первого поцелуя.

Я оторвалась от него и улыбнулась.

– Что ж, мы оба хороши, – усмехнулась я. – И о чем мы только думали?

– Видимо, ни о чем, – улыбнулся в ответ Максим и снова поцеловал меня.

– Будешь чай или кофе? – спросила я спустя время, когда мы сидели у меня на кухне. – Есть еще компот. Я сама варила.

После нашего поцелуя мне совсем не хотелось отпускать Максима, и я пригласила его к себе в гости.

– Буду компот, – улыбнувшись, заявил он. – Сто лет его не пил.

Я достала из холодильника графин с вишневым компотом и разлила его по стаканам.

– Есть еще шарлотка, сама пекла, – я поставила на стол тарелку с яблочным пирогом, нарезанным на аккуратные треугольники.

– Ты очень хозяйственная, Аня, – беря кусок, произнес Максим. – Мне это нравится.

Я села напротив него, любуясь тем, с каким аппетитом он уплетал приготовленную мной выпечку.

Максим доел кусок шарлотки и посмотрел на меня внимательно, чуть прищурившись.

– Аня, давай поговорим.

Мое сердце екнуло от волнения – пульс тут же ускорился.

– Ты мне нравишься, – спокойно произнес Максим, будто не признавался мне в симпатии, а говорил о погоде. – И мне плевать на то, что суд еще не развел тебя. Я хочу, чтобы мы были вместе.

Я потеряла дар речи. У нас было всего несколько свиданий, а мужчина, сидящий передо мной, уже заявил о серьезности своих намерений.

– Это все так неожиданно, – опешила я. – Так быстро…

– Ты все еще любишь мужа? – задал он вопрос прямо в лоб.

– Нет, нет, – я покачала головой из стороны в сторону. – Все, что я чувствовала к нему, осталось в прошлом.

– Тогда что тебя смущает? Может, я не нравлюсь тебе?

Я опустила глаза в пол и залилась румянцем.

– Нравишься, – прошептала я. – Разве наш поцелуй не убедил тебя в этом?

Максим довольно улыбнулся.

– Пожалуй, и правда убедил, – ответил он. – Тогда в чем дело? Ты еще не готова к серьезным отношениям?

– Понимаешь, мы ведь еще недостаточно хорошо знаем друг друга.

– Мы можем узнавать в процессе, это не проблема. Да и за время нашего знакомства, я уже убедился в том, что ты – та, кого я так долго искал, – он взял мою ладонь в свою руку. – Если хочешь узнать меня получше, спрашивай, я отвечу на любые твои вопросы.

Я набралась смелости и посмотрела ему в глаза. Пришло время поговорить с ним начистоту.

– Ты был женат? – спросила я, не отводя от него взгляда.

– Да, – кивнул он. – Развелся два года назад.

– Почему? Ты ведь не изменял своей жене? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, Аня, – улыбнулся он. – Браки не всегда распадаются из-за измен. Мы просто не подошли друг другу.

– Ты хотел вернуть ее? – вопрос вырвался раньше, чем я успела подумать.

Пауза затянулась. Максим смотрел куда-то в сторону, на пионы, стоявшие в хрустальной вазе.

– Сначала да, – сказал он наконец. – Первое время я хотел вернуть все как было, ведь это она приняла решение уйти от меня. Но вскоре понял, что тех чувств, которые я испытывал к этой женщине, уже нет, осталась только привычка.

– У вас есть дети? – спросила я, заранее опасаясь его ответа. Ведь ребенок, хочешь ты того или нет, навсегда связывает двух людей вместе.

– Нет, – покачал он головой. И добавил: – К счастью или к сожалению – не знаю. Раньше мне казалось, что дети могли бы спасти наши отношения. А теперь думаю, что мы все равно неизбежно пришли бы к разводу.

– А что насчет работы? Почему ты не говорил мне о том, что являешься владельцем юридической фирмы?

– А я все думал, когда твои коллеги расскажут тебе об этом, – усмехнулся он. – Знаешь, наше знакомство случилось в сложный для тебя период, и тогда не было подходящего момента дать тебе узнать меня лучше. Да я и не был уверен, что ты хотела этого, – он тяжело вздохнул, а затем продолжил: – А потом я не хотел говорить. Ты относилась ко мне так по простому, по-доброму, я уже и забыл, как это – когда женщина видит в тебе не кошелек с деньгами и статусность, а обычного человека.

– Ты боялся, что я стану иначе относится к тебе?

– Глупо, правда? – Максим провел руками по волосам. – Теперь-то я знаю, что ты не похожа на тех, кто встречался на моем пути.

Мы еще немного поболтали, а потом я проводила его домой. В коридоре он нежно прильнул к моим губам и пообещал увидеться завтра. Закрыв дверь, я оперлась о стенку и сползла на пол. У меня кружилась голова, а в животе порхали бабочки. Неужели и в моей жизни наконец наступила белая полоса?

Глава 20

Я чувствовала себя такой счастливой, порхая возле шкафа в поисках подходящей блузки. Наконец остановив свой выбор на нежно-голубой, которая отлично подходила к моей белой юбке, поставила телефон на громкую связь и начала одеваться.

– Я тебя не понимаю, – вздыхает в трубку мама. – Неужели одной лучше, чем с мужем? А что люди скажут?

– Почему меня это должно волновать? – отвечаю я, довольно разглядывая свое отражение в зеркале.

– Ванечка звонил мне недавно, – осторожно начала она. – Он так обрадовался этой отсрочке.

– Мама, не начинай, – прервала ее я. – Можешь передать своему дорогому Ванечке, что он окончательно утратил мое доверие, и надежды на наше воссоединение больше нет.

– Вот зачем ты так, Аня? – воскликнула она. – Вы могли бы сходить к семейному психологу.

– Мама, он сам все испортил. За что мне бороться? Чтобы потом снова столкнуться с тем же? – фыркнула я. – Ради всего святого, если ты так и будешь продолжать лезть в мою жизнь, то семейный психолог скоро понадобится вам с папой.

Это была чистая правда. Последнее время они с отцом много ссорились из-за меня, потому что оба заняли разные стороны в нашем с Ваней конфликте.

Мама тяжело вздохнула. Я затронула больную для нее тему. Она решила перевести разговор в другое русло.

– Дочь, может, ты уже кого-то нашла? – поинтересовалась она.

– Мама, мне пора на работу. Передавай папе привет. Целую, – я быстро сбрасываю звонок. Делиться с мамой своей личной жизнью мне совсем не хотелось. Сейчас она не в состоянии порадоваться за нас с Максимом.

Смотрю на часы. Времени на кофе уже нет. Придется забежать в кафе рядом с работой. Быстро обуваю туфли и выбегаю из дома.

До работы мне нужно было добираться полчаса на автобусе, но Максим настоял на том, чтобы каждое утро заказывать мне такси. Сам он, к сожалению, не мог подвозить меня, так как его фирма находилась на другом конце Москвы. После десятиминутной поездки на машине я уже брала кофе в кофейне неподалеку от офиса.

– Ваш заказ, – говорит бариста. – Хорошего дня.

– Спасибо, вам тоже, – улыбаюсь я и беру в руки стаканчик капучино с моим любимым ореховым сиропом.

В сумке звонит телефон. Видя имя Максима на экране, я улыбаюсь и беру трубку.

– Доброе утро, красавица, – говорит он радостным тоном.

– Доброе, – отвечаю я.

– Ты уже на работе?

– Почти, взяла себе кофе и выбегаю. А ты?

– Еду в офис. Сегодняшний день обещает быть загруженным, – вздыхает он.

– Если у тебя много работы, мы можем перенести нашу встречу на другой день.

– Ну уж нет, – смеется он. – Я успею закончить все дела и обязательно заберу тебя с работы. У меня для тебя сюрприз.

– Заинтриговал, – ответила я. – Тогда до встречи!

– До встречи! – произнес Максим.

Я кладу телефон обратно в сумку, поворачиваюсь к выходу и застываю на месте. На входе в кофейню стоит моя бывшая подруга, которую три месяца назад я застала в спальне со своим мужем. Она стоит и смотрит на меня испуганным взглядом.

Сначала мне кажется, что Татьяна – просто плод моего воображения. Оптическая иллюзия.

Я моргаю раз, другой, третий – в надежде прогнать наваждение.

Не помогает.

Она стоит на том же месте.

«Просто пройди мимо, – стучит у меня в висках. – У тебя нет к ней вопросов».

Лена не раз говорила: надо поговорить с ней, выяснить все до конца. «Закрыть гештальт», – так она выражается. Но я не собиралась этого делать. Ни тогда, ни сейчас.

Что выяснять? И так ясно: два близких человека предали меня, растоптали все, во что я искренне верила. Зачем мне ее оправдания? Чтобы мне вновь стало больно?

Нет уж, спасибо.

Татьяна тем временем приходит в себя первая. Делает шаг, другой в мою сторону. Я вижу, как ее взгляд мечется туда-сюда, скользит по моим волосам, новой одежде. Ее брови чуть хмурятся.

Что, удивлена, что я не в депрессии? Что я не лежу в темной комнате и не оплакиваю своего мужа?

Из нас двоих она больше походила на ту, кого предали. Вид у нее был какой-то бледный и уставший.

– Привет, – она первой подает голос. На круглом лице появляется фальшивая улыбка. – Рада тебя видеть, – после короткой паузы неуверенно произносит она.

Как еще наглости хватает?

– Не могу ответить тем же, – холодно отвечаю я.

Бывшая подруга резко теряет свой пыл и нервно сглатывает.

– Слышала, ты устроилась на работу? – предпринимает она очередную попытку начать разговор.

– Интересно, где это ты слышала? – хмыкаю я. – По радио передавали?

Если так посмотреть, точек соприкосновения у нас с ней больше не осталось. Я сознательно отошла от компании, с которой раньше общалась. Во-первых, потому что она всегда была ее центром – этакая солнечная, веселая, всех объединяющая. Во-вторых, это друзья Вани, а мне не хотелось общаться с людьми, которые его поддерживают.

– Зачем ты так? – обиженно спрашивает она, обиженно надувая свои пухлые губы. – Я просто хочу…

– Чего именно? Дружеской беседы? После того, что случилось? – воскликнула я. – Серьезно?

Не хочется признавать, но при виде нее я мысленно переношусь в тот день. Такое не так-то просто взять и забыть. Хотя отныне тот день я называю днем освобождения, началом своей свободы.

– Хотя, знаешь что, забей. Все, что ни делается – все к лучшему. Можешь забирать его себе, если хочется. Мне все равно.

На самом деле я искренне верю в то, что говорю. Ваня больше не причиняет мне боль. Он стал для меня чужим человеком. Больше всего меня цепляет то, что Таня даже не раскаивается в своем поступке. Она ни разу не попыталась поговорить со мной, извиниться. А сейчас стоит как ни в чем не бывало и пытается завести со мной диалог. Да на ее месте я бы провалилась сквозь землю.

– Если тебе все равно, почему ты так со мной разговариваешь? – с ноткой укора спрашивает она.

– А ты на что рассчитывала? Думала, я буду вести с тобой светские беседы? О погоде? О новинках кино? Или, может, обсудим твои новые туфли? Уж извини, Тань, но у меня нет на это ни времени, ни желания. Мне пора.

Я демонстративно обхожу ее, но не успеваю дойти до выхода, как слышу у себя за спиной:

– Я беременна.

Все вокруг замирает. Сердце пропускает удар. Потом еще один. Медленно оборачиваюсь и смотрю на нее в упор. Может, мне послышалось? Может, это какая-то шутка?

– Что? – переспрашиваю я.

– Ты слышала. Я беременна, – Татьяна показывает на свой живот.

Я только сейчас замечаю, что она действительно чуть пополнела в талии. Это совсем на нее не похоже – она всегда следила за фигурой, ходила на пилатес, не ела после шести. А тут – мягкий, едва округлившийся живот, виднеющийся из-под обтягивающего фигуру платья.

– Срок три месяца.

– Не могу поверить… – в горле застревает ком. – А кто отец?

– Ваня, – тихо отвечает она.

– В каком это смысле? Вы же… вы же, – шепчу я, – не были вместе. Просто целовались, но дело не дошло до…

– Это он так сказал? – спрашивает она, и я слышу, как дрогнул ее голос. Она что же, обижается на него? – Тот вечер был не единственным.

– Но он клялся, что между вами ничего не было, – от шока у меня начинают подкашиваться ноги, и я опираюсь на ближайший ко мне столик.

– Я давно хотела тебе сказать, но все не могла набраться смелости.

– Что ж, поздравляю вас… – хрипло выдавливаю из себя я, чувствуя, как на глаза уже наворачиваются жгучие слезы.

Я не могу позволить себе заплакать. Только не здесь. Не перед ней.

– Мне надо идти… – быстрым шагом я выхожу на улицу. Сердце колотится так, что, кажется, вот-вот и оно выпрыгнет из груди. Легкие отказываются дышать. Не хочу здесь находиться. Не хочу видеть ее живот. Не хочу представлять, как она была с моим мужем.

Зачем он тогда приезжал в суд? Зачем ему нужна была отсрочка? Почему он так цепляется за наш брак? Им движет чувство вины? Жалость? Или ему просто жалко терять удобную жену, которая готовила ужины, стирала рубашки, сидела дома и не задавала лишних вопросов?

– Аня! Подожди!

Я слышу позади ее голос, но продолжаю идти. Меня колотит так, что хочется крушить все вокруг. Разбить витрину. Закричать. Срываться на беременной – последнее дело. Но я почти на пределе.

– Отпусти его, слышишь? – Татьяна с силой хватает меня за локоть и разворачивает лицом к себе. – Я люблю его. Давно. Я больше не могу бездействовать, когда ты пытаешься отобрать его у меня.

Что за бред она несет?

– Ты показываешь характер, крутишь им, а он просто хочет счастья, – Таня заглядывает мне в глаза. – Зачем ты уговорила суд дать вам время? Зачем? То уходишь, то возвращаешься. Пойми: он тебя не любит. Он хочет быть со мной. У нас скоро будет ребенок.

Я сплю? Это розыгрыш? Тогда где скрытая камера? Единственное, в чем она права – Ваня меня не любит. Он вообще никого не любит. Только себя. Если бы он сейчас был здесь, я выбила бы ему все зубы.

– Зачем цепляться за то, чего уже нет, Ань? – продолжает сыпать вопросами бывшая подруга. – Я хочу, чтобы ты поняла: мы любим друг друга. Это случилось внезапно, никто не виноват, что все так… – она закусывает губу. – Мне жаль, что я разбила твой брак, я не хотела. Просто любовь победила. Понимаешь?

– Не очень, – упрямо мотаю головой я. – Объясни, как можно разбить чужой брак и говорить, что не хотела? Мы каждый день болтали с тобой по телефону, переписывались. И все это время ты спала с моим мужем у меня за спиной! Это называется «не хотела»?

Пульс бешено стучит в висках. Я стараюсь дышать как можно спокойнее, но воздуха все равно не хватает. – Таня, я не понимаю, чего ты от меня хочешь, – дрожащим голосом говорю я. – Мы и так разводимся. Да нас уже развели бы, если бы он не ныл в суде, что хочет сохранить нашу семью. Он ни разу не упомянул о вашем… – я киваю на ее живот, не в силах произнести это вслух.

– Это неправда! – в глазах Татьяны появляются слезы. От обиды, а не от раскаяния. – Зачем ты мне врешь? Это ты его не отпускаешь!

– Ты так в этом уверена? – кричу я. – Это он так сказал? – я добиваю Таню ее же оружием.

Потом резко разворачиваюсь и ухожу в сторону офиса, оставив стоять бывшую подругу посреди тротуара одну – злую, растерянную… беременную.

Глава 21

– Бред какой-то, – Ленины глаза, и без того большие, становятся как два блюдца. Она сидит напротив меня в своем кабинете, отодвинув в сторону клавиатуру. – Как ты от нее отделалась?

– Просто сбежала, воспользовавшись ее замешательством, – я откидываюсь на спинку стула и просто дышу.

Голова сейчас треснет от количества новой информации и переизбытка эмоций. Таня беременна от Вани! Какой кошмар…

Лена взволнованно поглядывает на меня поверх очков.

– Знаешь, в этом идиотизме есть и что-то утешительное, – говорит она после долгого молчания.

Как тонко Лена охарактеризовала мою жизнь. Идиотизм.

– Что тут утешительного? – фыркаю я, устало потирая виски. На дворе еще утро. Как отработать день и не сойти с ума? – Объясни мне, потому что я окончательно запуталась.

– Теперь у тебя есть в руках козырь, который сто процентов положит вашему браку конец, – снисходительно поясняет подруга. – Ваня ничего не сможет противопоставить этому. Не сможет больше выставлять тебя ревнивой дурочкой, которая что-то себе напридумывала.

Я промолчала, пытаясь переварить слова подруги. В конце концов, она права. Тогда почему же не наступает облегчение? Почему эта новость так огорошила меня? Ведь я уже давно все для себя решила.

– Ань, – окликнула меня Лена. – Ань, скажи, что именно так тебя загрузило? Только не говори, что у тебя еще оставались надежды на ваш брак.

– Нет, но… Это все равно очень больно – узнать, что мужчина, который по ночам делит с тобой постель, сделал другой женщине ребенка. Ребенка, – я перешла на шепот, – о котором в последнее время я так мечтала.

Лена встала из-за стола, подошла ко мне и, опустившись на корточки, взяла меня за руки.

– Анют, дорогая, я понимаю, что для тебя эта больная тема… но ты должна радоваться, что у вас так и не вышло завести детей. Представь: ты растишь ребенка, а он в это время изменяет тебе с секретаршей. Или с твоей лучшей подругой – тут вариантов много. А теперь у тебя новая жизнь. Посмотри, чего ты добилась за такое короткое время! Так что ты явно сделала правильный выбор, бросив его.

По моим щекам потекли горячие слезы, и я прикрыла ладонью рот, чтобы весь офис не услышал мои рыдания. Все, что я так долго копила в себе, наконец вырвалось наружу. Подруга крепко обняла меня и погладила по голове.

– Тише, родная, тише. Они не стоят твоих слез. Все, что ни делается, все к лучшему, – шептала Лена. – Теперь в твоей жизни наконец появился достойный мужчина, готовый носить тебя на руках.

– Не преувеличивай, – возразила я.

Но подруга лишь отмахнулась от меня.

– Ань, ну почему ты такая упрямая?! – ласково ворчит Лена. – Ты вообще понимаешь, кто такой этот Максим? И тем не менее он бегает за тобой, как мальчишка, уделяет все свободное время, заботится. А ты сидишь и плачешь из-за какого-то Вани, который даже и ногтя твоего не стоит. Пусть с ним теперь Таня твоя разбирается. Это больше не твоя головная боль.

День пролетает на удивление быстро. После разговора с Леной я немного успокоилась и с головой погрузилась в работу над новым проектом – рекламой известного бренда косметики. Я настолько увлеклась этим, что не заметила, как ко мне подошел Андрей.

– Трудишься в поте лица? – громко поинтересовался он.

Я вздрогнула от неожиданности.

– Ой, Андрей Борисович, – обернувшись, выдохнула я, – нельзя же так пугать людей.

– Ну, извини, – рассмеялся он, – я не хотел. Начальник склонился над экраном и удовлетворительно закивал головой, рассматривая макет. – Отлично, мне нравится, – заключил он, – ты не перестаешь удивлять меня.

– Спасибо, – улыбнулась я. – вы как всегда вогнали меня в краску.

Начальник сощурил хитрый взгляд.

– Надеюсь, завтра мы перейдем на «ты», – подмигнул мне он. – Пусть субординация остается исключительно в пределах офиса.

– Не понимаю, о чем вы, – мои брови взлетели вверх. – Что такого должно случиться завтра?

– Как это? – удивленно воскликнул Андрей. – Завтра же будет корпоративная вечеринка в честь юбилея фирмы Максима. Я тоже там буду. И я подумал, будет глупо, если мы весь вечер будем выкать друг другу, тем более теперь ты – девушка моего близкого друга.

Я растерянно уставилась на него.

– Впервые об этом слышу.

Я вижу, как начальник суетится и смущенно отводит взгляд.

– Наверное, Максим еще не успел предупредить тебя… Ну что ж, пожалуй, я пойду. Хороших выходных, – неловко бросает он и уходит, оставив меня наедине с беспокойными мыслями.

Почему Максим не говорил мне о вечеринке? Не хочет звать меня на нее? Может, у нас с ним не так уж все и серьезно, как я думала?

В ответ на мои мысли на экране телефона высвечивается номер Максима.

– Привет, – отвечаю я на звонок.

– Привет, солнышко. Ты уже освободилась? – его голос звучит так мягко, так ласково. Этот приятный звук проникает в самое сердце, вызывая волнение и желание слушать его снова и снова.

– Да, до понедельника я полностью в твоем распоряжении, – говорю я. Все мои переживания уходят на второй план, и я расплываюсь в теплой улыбке.

– Рад это слышать, – после небольшой паузы смеется Максим. В трубке слышен шум мотора – он уже ехал в машине. – Значит, могу украсть тебя на все выходные?

– Украсть? – переспросила я.

В трубке снова послышался его заливистый смех.

– Я ведь говорил, что тебя ждет сюрприз, – отвечает Максим. – Так вот, это он. Думаю, тебе понравится.

– Ты меня заинтриговал.

– Я так и планировал, – произнес он. – Не волнуйся, скоро обо всем узнаешь. Жди, через десять минут я буду у тебя.