355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Вера и Марина Воробей » Мечты сбываются » Текст книги (страница 3)
Мечты сбываются
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 20:49

Текст книги "Мечты сбываются"


Автор книги: Вера и Марина Воробей



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

После кастинга парень набрался смелости и перехватил девушку у самого выхода. Она была почти одного с ним роста.

– Такая жара. Может, выпьем чего-нибудь прохладительного? – спросил он, заглядывая в ее бездонные глаза.

Девушка согласилась, на ее лице читалась растерянность.

– К сожалению, я пью только воду, – попыталась отказаться она.

– Очень хорошо, – мгновенно согласился юноша. – Вода так вода – газированная, без газа, комнатной температуры, прохладная, со льдом и без льда, из стакана или из бокала? Выбор за тобой! – Его белые зубы блеснули.

Девушка почувствовала себя свободнее и улыбнулась в ответ.

О, это был незабываемый вечер! Они пили воду, весело болтали, их щеки раскраснелись от удовольствия. Но ход времени имеет свойство убыстрятся, когда нам хорошо. Они расставались. И оба знали, что расстаются навсегда. Им даже не нужны были слова, они читали ответ в глазах друг друга. Их взгляды говорили – нет никаких шансов.

Вернувшись домой, девушка сбросила с ног туфли и, устало застонав, подошла к зеркалу.

– Ну и денек! Видишь, чем все заканчивается, когда приходит в голову поразвлечься на собеседовании? – спросила она у своего отражения. – Найти родственную душу в этом огромном мире и отказаться от нее! И почему? Только потому, что так уж случилось, что этой родственной душой оказался ПАРЕНЬ! Жизнь несправедлива! Актерская жизнь несправедлива вдвойне!

Девушка вздохнула, взяла ватный тампон и стерла красную помаду с губ. Потом она сняла платье, стянула с головы парик, и стали видны коротко подстриженные черные волосы и длинный шрам на высоком лбу. Когда превращение было закончено, в зеркале отразилась вовсе не белокурая девушка, а пропорционально сложенный юноша с рельефными мыщцами и грустными глазами.

А в это время второй участник этих событий, погруженный в невеселые размышления, возвращался к себе домой. Возле подъезда его окликнула девушка.

– Эй, Алиса! Что за маскарад? Почему ты одета, как ПАРЕНЬ?

Юноша в мешковатых джинсах обернулся и сделал несколько шагов навстречу блондинке.

– Ну… В общем, хотела поразвлечься… Ты же знаешь, как я люблю играть на публику. Вот только… боюсь, что эту игру я проиграла.

У Туси, мурашки побежали по коже, когда она прочитала последние строчки. Необычный рассказ. Нет, необычный – это не то слово, которое отвечало бы ее состоянию. Туся не ожидала от Лизы такого полета фантазии. Такие чувства, такой резкий поворот в сюжете и такой неожиданный финал. Вот только все равно чего-то недостает.

Лиза вошла в комнату:

– Ну что, прочитала?

– Да, – серьезно сказала Туся. – Знаешь, у меня такое ощущение, что в рассказе чего-то не хватает.

Лиза впервые увидела подругу такой сосредоточенной и в то же время обеспокоенной, ей это польстило, – значит, рассказ проник в душу, зацепил за живое.

– Конечно, не хватает, – согласилась Лиза. – В нем не хватает концовки, одной ключевой фразы, и вот как она звучит: «Что же мне сказать в конце этой истории? Не стоит выходить на сцену, если не готов играть до конца!»

– Да, – вздохнула Туся, задумчиво глядя вдаль. Это действительно история о любви. Завтра же посылай в молодежную редакцию, и пусть только попробуют не присудить тебе первую премию!

6

Туся долго ворочалась в мягкой постели не в силах заснуть. Она испытывала самую настоящую боль, вспоминая, как Толик целовал Вику. Она злил ась на себя за то, что; пока он был рядом, она не видела, какой он замечательный. Злилась на то, что он не хочет ей звонить, проявляя не известно откуда взявшийся характер, злилась на то, что на месте Вики могла бы быть она сама, и тогда бы Толик обнимал ее. Может быть, все еще можно переиграть, мелькнуло у нее в голове, но тут в спор вступил здравый смысл. Вспомни, сколько раз ты его отталкивала, сколько времени не замечала его чувств? Он принес тебе гвоздики в больницу; а ты решила, что это сделал Егор. Он помог тебе с контрольной, ввязавшись в сомнительную авантюру; а ты сказала ему только спасибо. Он буквально спас тебя от религиозной мафии, а ты пригласила его к себе на день рождения и поссорилась с ним из-за какой-то ерунды.

Разумеется, судьба не прощает таких ошибок!

И нужно смириться с тем, что капитан «Торнадо» навсегда потерян для нее. А злиться, между прочим, гораздо лучше, чем плакать и жалеть себя. С этой мыслью Туся уснула, так и не признавшись даже самой себе, что давно по уши влюблена в Толика.

Но не стоит ее осуждать, ведь в пятнадцать лет так трудно отличить любовь от влюбленности, влюбленность от дружбы, дружбу от чувства привязанности.

Резкие телефонные звонки безжалостно вырвали Тусю из крепкого сна. От неожиданности она подскочила на постели, схватила будильник на тумбочке и уставилась на его красные стрелки. Десять часов сорок минут. Долго же она спала, хотя недолго, учитывая, что уснула она не раньше двух. Голова раскалывалась от телефонной трели. Туся подняла трубку и, сонным голосом пробормотала:

– Слушаю вас.

На другом конце провода послышалось шипение, затем мужской голос спросил:

– Могу я поговорить с Натальей Крыловой?

– Это я.

Туся окончательно проснулась.

– Вас беспокоит телевизионная студия «Ардо». Меня зовут Константин Сергеевич.

«Случайно, не Станиславский?» – хотела спросить Туся. Видимо, мужчине часто приходилось отвечать на этот вопрос, потому что он поспешно добавил:

– Моя фамилия Коробов. Я видел вас в Останкино, Наташа, а затем связался с Казимиром Ивановичем Слуцким, посмотрел куски ролика с вашим участием, вы меня слушаете?

– Да, да, я вас слушаю…

– Так вот. Я предлагаю вам попробовать себя в телевизионном сериале для молодежи.

– И кем же я стану на этот раз? – не сдержалась Туся.

– На этот раз вы станете королевой десятого «Б», если, конечно, приедете завтра на «Мосфильм» в час дня и пройдете пробы. Вы согласны?

– Приехать на пробы? Согласна.

– Замечательно. В это время я буду находиться в пятом павильоне. Знаете, где это?

– Найду! – уверенно ответила Туся.

– Отлично. Позвони мне по номеру семь-пять-семь из вестибюля. За тобой спустятся, – плавно перешел на «ты» представитель фирмы «Ардо» перед тем, как раздались короткие гудки.

Сердце бешено стучало, собираясь выпрыгнуть из груди. Туся положила трубку и только сейчас осознала, что ей позвонили со студии «Мосфильм» и предложили стать КОРОЛЕВОЙ!

«Вот увидит меня капитан на экране и поймет, что потерял!» – промелькнуло у нее в голове.

Туся вскочила и, весело напевая, побежала умываться.

На следующий день ровно в час она стояла в вестибюле пятого корпуса и набирала номер 7-5-7. Длинный :гудок, затем трубку сняли.

– Я Туся Крылова. Константин Сергеевич…

– Ты внизу? – перебил ее женский голос.

– Да.

– Жди, я сейчас спущусь.

Туся принялась ждать. «Сейчас» растянулось минут на десять. В помещении было прохладно, японские кондиционеры работали безупречно. У Туси даже появились мурашки от холода, а может быть, от волнения. Ей захотелось выйти на улицу, где светило солнышко, согреться, оттаять в его щедрых июньских лучах, но она боялась сдвинуться с места.

Туся в который раз посмотрела на дверь, и та, словно услышав ее просьбу, распахнулась. Из недр «Мосфильма) появилась молодая особа с удивительно колоритной внешностью. Туся думала, что после Казимира Ивановича ее уже никто не может удивить. Оказалось, может! Очень худая, очень высокая и очень подвижная девушка лет двадцати, с короткими волосами ярко-красного цвета, в откровенном мини, с татуировкой в виде браслета на правой ноге подхватила ее и закружила в вихре вопросов и ответов.

– Ты Наташа Крылова?

– Я.

– Ты автоответчик включаешь хоть иногда?

– Иногда, да.

– А сегодня включала?

– Нет.

Тут Туся заметила, что точеный носик девушки украшает крошечный бриллиант.

– Тебе же утром сегодня перезвонили. Коробова, вызвали на совещание, срочно. Ты уж извини, дорогуша, что так получилось.

– Да ничего, я понимаю, – мямлила она, чувствуя, как настроение ее падает, словно стрелка барометра перед штормом.

– Тебе придется его подождать.

– Ах, подождать, – разулыбалась Туся, – конечно, конечно.

Когда формальности с пропуском были завершены, лифт поднял Тусю и Серафиму-хлопушку (как она сама себя называла) на пятый этаж. В холле на потертых коврах живописно расположились мягкие кожаные кресла, журнальные столики из дымчатого стекла вечнозеленые фикусы.

– Вот, сиди здесь, – приказала Серафима, бросая ей «Космополитен», – читай, а мне некогда.

Уверенной походкой она пошла по длинному коридору с множеством дверей по обеим сторонам.

Туся взяла журнал, открыла его на первой попавшейся странице и уставилась в текст невидящим взглядом. Сколько ей здесь сидеть? До обеда, до конца дня, недели… может быть, века?

Она закрыла журнал. Потом внезапно вспомнила о том, как они с Лизой загадывали на строчку. «Пятая снизу на сорок седьмой странице», – решила Туся, открыла журнал, нашла нужную страницу и прочитала: «Судьбе противиться нельзя». Здравая мысль! Туся свято верила в судьбу, в гороскопы и в предсказания.

И тут открылась одна из дверей, и из нее вышли двое мужчин, ругаясь и размахивая руками. Один из них был похож на Денни де Вито – такой же низенький, кругленький и лысенький.

– Что ты мне лапшу на уши вешаешь, я тебе не девица на выданье! Нет у него типажа под рукой! Да их тысячи, сотни тысяч вокруг! Работать не хочешь? Так и скажи, вылетишь в два счета, как кукушка из будильника.

И тут взгляд мужчины заметил ее, сидящую в кресле.

– Вот! Это тебе что, не типаж? И никуда ходить не нужно! Сама пришла!

Второй что-то промычал. Туся не разобрала.

– Девушка, вы хотите стать звездой рекламы? Туся непонимающе вытаращила глаза.

– О! Какие глазищи! Натуральный нефрит! И фигурка, как у Барби! Так хотите или нет?! – напирал де Вито, рассматривая ее все более откровенным взглядом.

– Я жду, Станисла… – Туся от волнения чуть не перепутала имя режиссера, пригласившего ее на студию. – Константина Сергеевича Коробова, – поправилась она.

– А, Коробова. Он на совещании проторчит еще невесть сколько. Идемте со мной! Я ваш•шанс!

Туся понимала, что идти никуда не должна. Но какой-то чертик засел у нее внутри и дразнил, толкал к безумным соблазнам. Звезда рекламы звучит ничуть не хуже, чем королева 10 «Б». Коробов еще проторчит на совещании, и потом ей же ясно сказано: нельзя противиться судьбе. Туся встала и пошла, превратившись в зомби.

– Значит так, сценарий ролика примерно такой же, как крутят по НТВ. Девочка и мальчик рекламируют удобную джинсовую одежду с помощью раздевания и одевания. Видела?

– Видела, – задохнувшись, произнесла Туся, – а что, я тоже…

– Ты тоже будешь рекламировать одежду вместе с симпатичным мальчиком, – торопливо прервал ее режиссер.– Меня зовут Александр Александрович, а эту бездарность, – он бросил взгляд назад, – Юрик. Тебя-то саму как величать?

– Наташа.

– И сколько тебе лет, Наташа?

– Пятнадцать.

– Ты первый раз здесь или уже снималась?

– Снималась, в ролике… я…

– Неважно, – отмахнулся режиссер. – Важно, что полууится у нас. Учти, тратить время на репетиции я не собираюсь! – сказал он. – Проба, один дубль, максимум два, и все!

Тусе было не до разговоров, она почти бежала за коротышкой «де Вито», торопливо перебирая длинными стройными ножками.

Через минуту они оказались в студии, среди аппаратуры и проводов.

– Вот, прочитай сценарий, – режиссер ролика подал Тусе несколько листов текста.

Она прочитала.

– Вы сказали одежду? – решилась уточнить она. – А тут разговор идет о нижнем белье.

– Нижнее белье тоже одежда, девочка. И что плохого в том, что ты будешь лицом фирмы «Слай», которая выпускает трикотажные комплекты для подростков?

– Ничего плохого, конечно.

– Ты появишься на рекламных щитах, в журналах. Ты хочешь стать звездой или не хочешь?

– Хочу, но…

– В общем, думай. Возьми сценарий, почитай его повнимательнее, если надумаешь, завтра приезжай сюда в двенадцать часов, заодно и с партнером познакомишься.

Туся подумала: «Лиза бы сейчас сказала, что я опять вляпалась, а Толик решил бы, что я угодила в очередную историю». А на самом деле… что же происходит с ней на самом деле? Почему она готова на все, лишь бы вновь оказаться под светом прожекторов?

Этим же вопросом Туся Крылова задавалась и на следующий день, когда оказалась в студии в двенадцать часов.

Вчера она так и не дождалась мифического Коробова. Промучившись целый вечер, читая и перечитывая сценарий рекламного ролика, она дала себе обещание, что никуда не пойдет. И, естественно, как и положено девушке с необузданным темпераментом, утром все переиграла. Подумаешь, появиться на миг перед камерой в трусиках и маечке. Это все равно, что на пляж сходить в бикини.

Внутренний голос все же пытался напомнить Тусе о том, что она совершает непростительное безумство. Но призывы к благоразумию были так слабы, что их трудно было расслышать. И вот результат. Она нервничает, но теперь уже в студии.

– Не волнуйся, детка, – неожиданно проворковал «де Вито», – ты сыграешь так, что к тебе выстроится очередь из кинорежиссеров. Тебя засыплют ролями и предложениями.

– Не думаю. – Внезапно услышала Туся грозный голос мамы.

Она повернулась и увидела, как ее мамочка похлопывает по руке скрученным в тугую трубочку сценарием. Ее суженные глаза не предвещали ничего хорошего.•Режиссер, бедняга, этого не знал.

– Почему на съемочной площадке посторонние? – требовательно спросил он, выискивая виновного.

– Это не посторонние, это моя мама, – прошептала Туся.

– Ах, мама. – Режиссер расшаркался. – Очень приятно, но все равно, вам лучше не мешать мне сейчас. Поговорим позже, хорошо?

– Нет. Поговорим сейчас. – Инна Дмитриевна угрожающе шагнула вперед на своих высоченных шпильках. – Я случайно наткнулась на этот, если можно так выразиться, сценарий.

Туся отошла и спряталась за камерой – просто так, на всякий случай, если мама вдруг начнет здесь все крушить.

– И у меня к вам возник естественный вопрос: вы бы согласились, чтобы ваша дочь снималась в подобном ролике?

– Искусство…

– Не увиливайте. Я главный редактор женского журнала и я не хуже вашего знаю, что такое искусство. Разрешили бы вы ей сниматься или нет?

– Да, разрешил бы, – ответил режиссер.

Он ничем не рисковал, у него не было дочери, у него вообще не было детей.

– А я не разрешил бы…

– А вы кто такой? – обернулась Инна Дмитриевна, пылая от гнева.

Перед ней стоял симпатичный мужчина в очках с дымчатыми стеклами.

Инна Дмитриевна окинула его торопливым взглядом: высокий, плотный, интеллигентный… с виду.

И все равно! Ее дочери здесь не место!

– Вы почему вмешиваетесь? Я вполне могу сама разобраться с этим вопросом.

– Охотно верю. И не буду вам мешать, – успокоил мужчина, потирая гладко выбритый подбородок. – Я, собственно, оказался здесь не случайно и только поэтому позволил себе вмешаться. Видите ли, в некотором роде виновник этих событий я…

– Вы?– ощетинилась Инна Дмитриевна.

– Да. Дело в том, что именно я пригласил Наташу приехать на «Мосфильм». Я режиссер нового сериала для подростков.

– Еще одни «Простые истины»?

– Смею надеяться, что смогу создать нечто особенное, не повторяя и не копируя предыдущую работу: И мне бы очень хотелось, чтобы одну из основных ролей в телевизионном спектакле сыграла ваша дочь.

– Все это замечательно, но не мешало бы спросить и мое мнение, – встрял-таки специалист по видеороликам.

– Ваше мнение никого не интересует, – царственно заметила Инна Дмитриевна. – Я могу подать на вас в суд за использование несовершеннолетних подростков в рекламе без согласия их родителей. Хотите?

– Нет.

– Как всегда: деловито, быстро, четко, – прокомментировал режиссер сериала, с улыбкой наблюдая, как испаряется его незадачливый коллега.

– Как всегда? – переспросила Инна Дмитриевна, вопросительно приподняв бровь. – Вы так это произнесли, будто мы с вами знакомы.

– Именно так. Вы, Инна Дмитриевна, прекрасно знаете, кто я, – произнес мужчина, снимая очки.

Инна Дмитриевна посмотрела на него внимательно и невольно отступила назад, потому что действительно узнала, кто стоит перед ней. Она подняла руку к груди, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, и воскликнула:

– Костик!

Туся не знала, что чувствовала мама в этот момент, но сама она испытала огромное облегчение оттого, что ей не придется становиться рекламным лицом фирмы «Слай».

– Ну разумеется, Костик! – рассмеялся Константин Сергеевич, распахивая объятия.

Что же оставалось делать маме, как не упасть в них? Что она и проделала не без изящества. Туся вышла из укрытия. Теперь она могла без опасения показаться маме на глаза, потому что все ее внимание сосредоточилась на Костике.

– Господи, совсем не изменился, – вздохнула она, разглядывая припорошенные сединой вески.

Ее взгляд скользнул по Тусе, посуровел и снова смягчился, как только режиссер сериала взял ее за руку и вывел из студии.

– А ты стала еще красивее.

– Не лги. Я частенько смотрюсь в зеркало.

– Ты же знаешь, я не умею лгать.

– Так уж и не умеешь?

– Тебе – не умею. К слову сказать, из тебя получилась прелестная блондинка.

– К слову сказать, я стала ею несколько дней назад.

Они переглянулись и рассмеялись.

Туся следовала за ними на некотором расстоянии. Ее никто не удерживал в студии и препятствий не чинил.

– Может, поужинаешь со мной сегодня, если, конечно, твой муж не будет возражать. «Давай, скажи ему, что ты три года как не замужем», – внушала Туся из-за спины, но мама вместо этого произнесла:’

– Он не будет возражать.

– Тогда встретимся в восемь, на нашем месте.

Туся навострила уши. Хочешь, не хочешь, а такое насторожит кого угодно.

– Договорились.

– Надеюсь, ты доверишь мне свою дочь на некоторое время?

– Тебе доверю. Ты всегда умел находить с детьми общий язык.

«Мама избрала правильную соглашательскую позицию», – радовалась Туся, убыстряя шаг.

Скоро мама убежала на работу, пообещав Тусе разобраться с ней позже, а Константин Сергеевич повел Тусю в свои, пенаты, где властвовало его режиссерское слово.

Туся два часа провела в студии рядом с Коробовым и Серафимой-хлопушкой, его незаменимой помощницей. О маме за это время не было сказано ни слова, но Туся заметила, каким задумчивым становился взгляд режиссера, когда он смотрел на нее. Может быть, он думал в это мгновение, что она могла бы быть его дочерью. А может быть, у Туси опять разыгралось воображение.

7

– Ну, как ты меня находишь?

Туся осмотрела маму придирчивым взглядом. На маминой отшлифованной шейпингом фигуре весьма эффектно смотрелось шелковое платье миди темно вишневого цвета с боковым разрезом вдоль ноги. Классический вариант вечернего платья, разница лишь в том, что оно из Парижа, а не из московского Дома моды.

– Выглядишь великолепно!

– Спасибо, – поблагодарила она. – Платье не узковато?

– В самый раз.

– А разрез?

– На месте.

– А прическа?

– И прическа, и маникюр, и макияж, все о’кей! – успокоила Туся, разглядывая лирический беспорядок на маминой голове: было ясно что обошелся он в кругленькую сумму.

Мама волновалась, как девчонка, в ожидании, когда за ней заедут. В столице шумел Московский международный кинофестиваль. И Константин Сергеевич пригласил маму на презентацию российского фильма. Туся не сомневалась, что поздние возвращения домой на этой неделе связаны вовсе не с маминым журналом, а с мечтой о хорошем.

В минуты меланхолии мама любила повторять: «Запомни, дочь, женщине, чтобы быть счастливой, нужно всего три вещи: вера в себя, мечта о хорошем и увлажняющий крем». Ну, веры в себя и увлажняющего крема у мамы всегда было предостаточно, а вот мечта о хорошем до недавнего времени оставалась «слабым звеном».

– Мам, а у тебя с Коробовым был роман? – спросила она.

– Семнадцать лет назад, – ответила Инна Дмитриевна, разыскивая сигареты на столике, заставленном скляночками, баночками и коробочками, наполненными секретами женской красоты.’

– Я так и предполагала, услышав: «На нашем месте». А можно спросить: почему вы расстались?

Мама пожала плечами, сунула пачку «Вог» в сумочку.

– Почему люди расстаются? Французы в таких случаях говорят: «Се ля ви». Русские все сваливают на судьбу.

Она присела на венский стул с изогнутой спинкой, но тут же вскочила, испугавшись, что помнет платье.

Туся спрятала улыбку: желание выглядеть безупречно не покидало маму ни на минуту. И еще Туся вспомнила, как на днях Константин Сергеевич сказал ей очень похожую фразу: «В жизни часто так получается: люди встречаются и расстаются, и в этом никто не виноват».

– Ну все же, – настаивала Туся, желая услышать мамину версию. – Как вы познакомились с Коробовым? Расскажи.

– На дне рождения у моей подруги познакомились. Он заканчивал ВГИК, режиссерский, я – МГУ; журналистику. Мы проговорили целый вечер. Он проводил меня домой, так мы начали встречаться. Как видишь, все до нелепости банально. А потом… – мама поймала ее взгляд в зеркале, – потом появился твой ослепительный папа, и Костик затерялся в его тени.

– А ты знаешь, что он ни разу не был женат?

– Знаю. Мы с ним много в эти дни беседовали, в том числе и о личной жизни.

– А сейчас у вас снова любовь?

– Туся! – вспыхнула мама. – У меня с ним ничего такого нет.

– Я не возражаю, – успокоила Туся. – Я достаточно взрослая, чтобы понимать, что существует физическое влечение.

– Это хорошо, что ты понимаешь. Но взрослые тем и отличаются от подростков, что умеют это физическое влечение контролировать.

Туся фыркнула и пошла открывать дверь, в. которую настойчиво позвонили.

Константин Сергеевич сделал маме какой-то замысловатый комплемент, а Тусю просто щелкнул по носу. У них установились вполне дружеские отношения, но Коробов успел предупредить, что это только до тех пор, пока они не оказались на съемочной площадке. На площадке нет друзей, нет жен, там есть режиссер, его команда и актеры. Все личное – в сторону. Тусе нравился такой подход к делу.

– Когда вы вернетесь? – поинтересовалась она, провожая их к выходу.

– Рано не жди! – подмигнув, сказал Константин Сергеевич.

– И чем же мне заниматься целый вечер?

– Вот, – Коробов достал из внутреннего кармана пиджака свернутые листы, – почитай на досуге сценарий пилотной серии, позже обменяемся мнениями.

Туся была польщена. С ней, как с равной, будут обмениваться мнением! Вот это фишка!

Но самое интересное произошло намного позже, когда в половине первого ночи мама вернулась домой. вместе с Коробовым.

– Представляешь, – рассказывала она сонной Тусе, кутавшейся в халат. – Приходим мы на стоянку и находим машину вскрытой, магнитола и документы исчезли:

– А сигнализация? – Поинтересовалась Туся.

– Специалисты работали. Хорошо, что паспорт оказался во внутреннем кармане пиджака, – радостно заявил режиссер, блестя глазами.

– Веселится, как мальчишка, – укорила мама без всякого энтузиазма. – А вот ключи от квартиры, водительские права и многое другое…

– Это да! Это все украли, – подтвердил Константин Сергеевич. – Завтра придется побегать.

– Сначала к слесарю, чтобы попасть в собственную квартиру, – напомнила мама.

Туся откровенно зевнула.

– А сейчас, может все пойдут спать? – предложила она.

– Действительно, что это мы, первый час. – Всполошилась мама, вспомнив, что на дворе уже ночь. Я устрою Константина Сергеевича в гостиной. Ты слышишь, Туся?

Туся согласно кивнула. В гостиной удобная софа – вполне выдержит его внушительный вес.

Утром она проснулась от шума воды и мужского голоса, который напевал что-то бодрое. Солнце вовсю светило в окошко, пробиваясь сквозь плотные шторы. Туся улыбнулась: быстро КС (так она сократила имя отчество Константина Сергеевича после этой ночи) освоился у них в квартире. Но это было только начало.

Оказавшись на кухне, Туся просто остолбенела: ее мама – в фартуке!– пекла оладьи. Этого она не видела уже лет пять!

– Сейчас сварю кофе, – как ни в чем ни бывало сообщила мама, мимоходом взглянув в зеркало, – и прошу к столу. Туся!

– А?! – Туся обрела наконец дар речи.

– Иди, умойся, через пять минут будем завтракать.

Туся пошла умываться. В дверях она столкнулась с КС. Он потрепал ее по растрепанным волосам и улыбнулся:

– Доброе утро, соня.

– Будем надеяться, что доброе, – ответила Туся, закрываясь в ванной.

Все было так по-домашнему, так здорово, что у нее все запело внутри, и она скрестила пальцы, чтобы ненароком не сглазить«доброе утро».

Когда она села за стол, КС уже пил вторую чашку кофе и нахваливал мамины кулинарные способности. Мама скромно молчала и иногда розовела от счастья. Туся пила свой кофе, ела аппетитные оладьи с джемом и мысленно перебирала свой гардероб. Джинсы и кофточка – отпадает, юбка и блузка – слишком обыденно, платья – чересчур нарядно, может быть, брючный костюм? Да, летний брючный костюм именно то, что нужно: и элегантно, и просто! Сегодня в два часа дня должен был состояться финальный матч между «Торнадо» И «Медведями». Туся собиралась пойти на него вместе с Лизой.

– Телефон звонит! – сказала Туся, не собираясь, однако, вскакивать и бежать.

– Я подойду, – предложил КС, поднимаясь со стула; – Спасибо, все было очень вкусно.

Тусе показалось, что он сейчас поцелует маму, но нет – КС всего лишь тепло улыбнулся ей.

Через секунду Туся услышала:

– Туся! Это тебя.

Она торопливо допила кофе и отправилась к телефону. Все-таки кто-то достал ее ни свет ни заря. А вдруг Толик? Нет, он не станет звонить. У него теперь есть магнит попритягательнее.

– Да.

– Туся, – услышала она голос отца и сжала трубку в руке так, что костяшки пальцев побелели.

В последний год папа не баловал ее вниманием, а вот, пожалуйста, взял и позвонил. Нашел время! – Туся, – позвал он ее снова.

– Да, это я, – ответила она бодро.

– У вас в доме мужчина?

У Туси на языке вертелось несколько вариантов ответа, которые папа заслужил, но потом она просто сказала:

– Это Константин Сергеевич, мамин институтский приятель.

– И что он делает у вас в десять часов утра?

Туся прислушалась. Из кранаяакухне лилась вода.

– В данную минуту он моет посуду после завтрака. Но я не уверена. Хочешь схожу посмотрю?

– Не нужно.

Наступила•пауза. Папа что-то обдумывал, Туся решила ему не мешать.

– Туся, мы давно с тобой не виделись.

– Это точно, – подтвердила она.

– Извини, я был очень занят. А сейчас вот отправил своих на дачу, – это «своих» укололо Тусю, – и подумал, что мы можем сходить куда-нибудь. В парк, например.

– Я сегодня не моту. Я иду на баскетбол.

– Ты стала заниматься баскетболом?

– Нет, мы с Лизой пойдем болеть за нашу школьную команду.

– А-а, конечно. – Папа заметно растерялся: он не привык, чтобы Туся отказывалась от встреч с ним; «Ничего, привыкай, – жестко подумала она, свой среди чужих, чужой среди своих».

– Тогда, может быть, как-нибудь в другой раз.

– Хорошо. В другой раз, – согласилась Туся и уже собиралась положить трубку, как папа попросил:

– Туся, позови маму.

– Мам, твоя очередь, – крикнула Туся, передавая трубку маме.

– Алло, привет. Что?

Туся бессовестно прислушивалась к разговору, стоя за ее спиной..

– Ну, знаешь, это просто смешно! – заметила мама, даже не повысив голоса. – Наша дочь воспитывается в нормальной, здоровой обстановке.

Не нужно было обладать умом Эйнштейна, чтобы понять – папа распекает маму за мужчину в доме. Глупо! Он давно утратил на нее все права.

– Я больше не желаю разговаривать на эту тему. Тоже мне моралист нашелся.

Мама положила трубку, прервав разговор.

– Чего он хотел? – спросила Туся.

– Ну, ты же все поняла, – ответила мама, обнимая ее за талию. – Не стоит повторять эти глупости вслух. Мы с Константином Сергеевичем уезжаем. Хочешь поехать с нами?

– Нет уж! Увольте! Мне не интересно взламывать двери в его квартире. У меня свои грандиозные планы.

Мама насторожилась. Она развернула Тусю к себе и посмотрела ей прямо в глаза:

– Туся! Поклянись моим здоровьем, что ты не придумала ничего предосудительного!

У них в доме так повелось, если маму что-то не устраивало в поведении дочери, она требовала от нее этой страшной клятвы.

– Мам! – обиделась Туся.

– Что, мам? Когда я вернулась домой за забытыми документами и наткнулась на сценарий о нижнем белье, мне чуть дурно не стало! – упрекнула мама не в первый раз за эти дни.

– Клянусь, что ничего похожего больше не случится. Я буду играть пай-девочку в сериале, и на моем примере станут воспитывать нынешнее поколение.

– А вот это вряд ли, – заметил КС, выходя в коридор. – Дело в том, что тебе предстоит играть заводилу в классе. Ты лидер среди девчонок, тебя ждут различного рода приключения, разочарования и радости первой любви, школьные интриги, в которых ты в центре внимания и которые зачастую ты весьма умело создаешь сама. В общем, тебя ждет насыщенная, увлекательная жизнь десятиклассницы Вероники Воронцовой, у которой весьма сложный характер.

Мама и Туся в растерянности переглянулись.

– Как ты там говорила: противиться судьбе нельзя? – спросила мама.

– Это не я, это «Космополитен» утверждает, один из женских журналов, – хитро прищурившись, сказала Туся.

8

– Смотри, Миша с Маргариткой пришли за наших болеть, – возбужденно шепнула Лиза, поправляя золотистый локон.

– Они теперь Сергеевы, – напомнила Туся, наблюдая за подругой.

– Да, я и забыла, что у них медовый месяц. – Лиза рассмеялась, но взгляд ее, направленный на Мишу и Риту, оставался какое-то время задумчивым.-

Туся неожиданно вспомнила о том, что ведь это она устроила первое свидание Лизы и Михаила Юрьевича, подбросив в карман его пальто записку, будто бы написанную подругой. Она хотела помочь Лизе, влюбленной в практиканта, но ее помощь обернулась медвежьей услугой. Практикант, правда, на какое-то время подпал под очарование серых выразительных глаз, однако вскоре разобрался, что любовь всей его жизни вовсе не Лиза, а его близкая подруга Маргарита. Тусе было жаль Лизу, но на Маргариту Николаевну она обижаться не могла: та рисковала собственной жизнью, чтобы спасти Тусю от маньяка-убийцы. Даже страшно подумать, что могло бы произойти, если бы вовремя не подоспела милиция. Да! Воспоминания не всегда приносят радость – это Туся знала по себе…

Туся еще раз взглянула на Маргаритку и ее Мишу: улыбаются друг другу, ну просто голубки.

– Не повезло тебе, Лиза, – сказала она, не понимая, что это ее распирает на такие разговоры.

– К чему это ты?

– Влюбился бы Михаил в математичку, ее бы замучили угрызения совести, и она бы ставила тебе одни пятерки по алгебре и геометрии. А по литературе и русскому у тебя и так пятерка с плюсом.

Лиза коротко рассмеялась и покачала головой:

– Смешная ты, Туся. Нельзя же во всем искать практическую сторону.

– Еще как можно, – возразила Туся, обиженно надув губки, умело подкрашенные золотисто-бежевой помадой. – Моя мама, например, на все смотрит практическими, глазами. Хотя ты права. Скучно жить ради того, чтобы у тебя все было не хуже, чем у других.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю