Текст книги "Беглянка"

Автор книги: Вера Чиркова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Добрый вечер, – кротко приветствовала нас лже-Ванда, и я с приветливой улыбкой молча кивнула в ответ.

Нельзя же разговаривать, когда жуешь? А я как раз засунула в рот весь кусочек хлеба, которого мне хватило бы, чтобы доесть суп.

Сангирт очень бережно усадил принцессу рядом с магом, учтиво склонился к ней, подвинув тарелку, и нехотя направился к своему месту, а я на несколько секунд не только жевать, даже дышать перестала. Крайне редко, но случалось мне заметить в отношениях и душах людей нечто совершенно особое, и не важно, жесты то были, слова или просто взгляды. Всегда мимолетные, как проблеск молнии, но выразительные, как удар кинжала, на мгновение освещавшие такие сокровенные глубины чувств, каких никто и никогда даже не предполагал.

И теперь я точно, словно получив подробное сообщение, знала, почему маркиз Сангирт так упорно убегает от своих поклонниц. И подозревать его отныне могла только в одном – в преждевременной гибели жены.

Вот только сейчас важнее всего не то, кого подозреваю я, а в чем подозревают меня.

Вернее, обязательно начнут подозревать, едва Онгильена опознает меня по голосу. Да я даже сама не могу пока придумать, чем доказать, что я вовсе не шпионка императора или, еще хуже того, герцога Бетдино. Ведь именно герцог уже пять лет является официальным женихом Онгильены и весьма недоволен тем, что их свадьба не раз откладывалась по разным причинам.

И как раз Альгас Бетдино был тем самым клиентом «Женских тайн», из-за которого я вынуждена была бросить налаженное дело и бежать подальше от столицы, чтобы несколько лет пожить в глуши и заставить его о себе забыть.

Но кто из этих вежливых лордов, так мирно жующих жаркое за моим столом в моем доме, поверит, будто я купила Глоэн совершенно случайно, а не ради выполнения задания Бетдино?

Абсолютно невыполнимого, о чем я ему сразу сообщила. Но он только язвительно засмеялся в ответ и ядовито напомнил о не менее сложных заданиях, выполненных мной для знатных леди и лордов, и о том, что платит он такими же полновесными империалами.

В тот раз мне не хватило убедительных аргументов объяснить ему, насколько неточна эта информация и ошибочны сделанные им выводы, и пришлось отступить, получив жесткий намек, как сильно я пожалею, если попытаюсь с ним шутить.

Но я и сама это знала, герцог слыл весьма жестоким человеком и держал в трепете не только свое огромное герцогство, но и соседние восточные области, в которых числился наместником императора.

ГЛАВА 14

Ела я молча и неторопливо, очень надеясь, что лорды и леди, насытившись, первыми покинут столовую. Ничуть не бывало – они тоже смаковали поданные к чаю запеченные с медом и корицей яблоки так заинтересованно, словно это был изысканный десерт из самых редких свендимских фруктов.

И настал момент, когда мне стало ясно, что сидеть тут далее бесполезно, и пока лорды не убедятся в результатах затеянной ими проверки, спать никто из них не пойдет. Тяжело вздохнув, я отодвинула тарелку и только собралась встать, пожелать всем спокойной ночи и посмотреть, что за этим последует, как со своего места поднялся лорд дознаватель.

– У нас мало времени и много дел, – произнес он хмуро, подходя к двери и делая какой-то знак, – а леди Вельена, судя по всему, не желает с нами разговаривать. И это может означать только одно – она раньше встречалась с леди Вандой и не хочет в этом признаваться.

Я мрачно усмехнулась в ответ. Странно было бы, если бы старший дознаватель не смог сделать такой простой вывод.

– Но я могу дать честное слово не выдавать леди Вельену, – нежным голоском пообещала принцесса, и я ей сразу поверила.

Несмотря на кукольную наивность голубоглазого личика и хрупкость стройной фигурки, ее высочество обладала довольно твердым характером, хотя это и не помогло ей избежать нежеланной помолвки. Император, весьма обоснованно опасавшийся, что герцог Бетдино отделится от империи и объявит себя королем, желал с помощью этого брака склеить разваливающуюся империю. Мысли о том, что, женившись на Онгильене, герцог может потеснить с императорского трона и его самого, и несовершеннолетнего наследника, в голову правителя, похоже, не приходили. Или у него был приготовлен на этот случай еще один, более хитроумный план.

– Дайте, – немедленно согласилась я, рассмотрев в ее словах спасительный выход, и твердо добавила: – Тем более что я могу поклясться любой клятвой и на любом амулете, что никогда и ничего против вас не замышляла.

Глаза принцессы потрясенно расширились, но она очень быстро взяла себя в руки и не менее твердо произнесла:

– Клянусь никогда и никому не выдавать тайн леди Вельены и принимаю ее в число своих доверенных друзей.

– Спасибо, – благодарно выдохнула я, стараясь пока не думать, в какую западню сунула свою несчастливую голову.

– Онгильена! – слился с моим голосом возмущенный рык маркиза, от расстройства выдавшего возлюбленную. – Нужно было сначала проверить ее на амулете и взять клятву!

– Как вы неосмотрительны! – расстроенно вторил граф Мерелто.

– В следующий раз дождитесь, пожалуйста, нашего решения, – стараясь не встречаться со мной взглядом, хмуро вздохнул лорд дознаватель. – Ваши враги очень хитры и изобретательны.

– Враги с ее высочеством у меня общие, – сжав от обиды губы, сухо огрызнулась я.

– Я уверена в леди Вельене, – так же неуступчиво нахмурила тонкие бровки принцесса, – и вы прекрасно знаете, что мое предчувствие никогда не ошибается! Я еще в прошлый раз просила нас познакомить, не пришлось бы ездить туда-сюда.

– Вы можете звать меня мисс Вельена, или просто Велья, – почтительно предложила я. – И если сочтете нужным сообщить мне какие-то новости или пожелания – я к вашим услугам.

Онгильена была моложе меня почти на два года, зато много выше по статусу, и правила допускали такое упрощенное обращение. А кроме того, когда я была Эвелиной, ее высочество иногда называла меня просто Вели, и теперь не было смысла возвращаться к строгим правилам.

– Новости есть у лорда Хаглена, – властно оглянулась ее высочество на дознавателя. – Мы хотели вас подкупить, но сейчас я начинаю сомневаться в верности этого плана. Поймите меня правильно, Велья, последнюю луну вы были в наших делах… большой загвоздкой. Без Глоэна нам никак не обойтись, и его хозяину мы должны всецело доверять. Но если привезенные нами новости вас обрадуют, то я буду за вас очень счастлива. Теперь мне стало понятно многое из того, что раньше вызывало недоумение.

– А можно один вопрос?.. – На некоторое время я замялась, пытаясь понять, не слишком ли спешу. – Но если вы не пожелаете ответить, я не обижусь. Чем так ценен Глоэн? Ведь тут самая глушь… дальше только озера, болота и скалистые предгорья.

– Я сам могу ответить, – севший на свой стул магистр угрюмо крутил в пальцах десертную вилочку, – и думаю, мисс Вельена тоже догадалась бы, если бы задала себе простой вопрос: «Почему первый лорд Глоэн построил свой замок именно здесь?»

– Да на этот вопрос я могу найти десяток вполне правдоподобных ответов, – непримиримо усмехнулась я в ответ. – Например, он был трусом и желал жить в месте, куда никогда не доберутся никакие враги. Пятьсот лет назад нашу Равернскую империю раздирали распри, и она постоянно с кем-то воевала. Или лорд болел страшной болезнью и потому стал изгоем. Или разочаровался в людях и не желал с ними встречаться. Он мог заниматься каким-нибудь противозаконным делом, быть тайным многоженцем или немыслимым ревнивцем. Ну и еще примерно столько же объяснений.

– А на самом деле он был алхимиком, мы точно установили, – дружески улыбнулась принцесса. – И специально искал место, где можно усиливать зелья. Вам же известно, что у всех алхимиков есть магические способности?

– Ну… об этом я слышала, но никогда не думала, что ради усиления снадобий нужно забираться в самую глушь. – Неожиданная догадка ошеломила меня своей простотой.

– Это одна из тайн Сарканской цитадели, – не обращая внимания на сердито кашлянувшего магистра, пояснила Онгильена. – Чтобы не выпускать из рук прибыльный заработок, маги захватили все известные в империи источники чудесной энергии, и на каждом стоит башня, в которую можно попасть только за плату.

– Ваше высочество! – предупреждающе произнес Хаглен, но она небрежно отмахнулась:

– Мисс Вельена очень сообразительна и сама догадалась бы через несколько дней. А раз она теперь с нами, нечестно пользоваться ее помощью втемную. Или вы сами хотите все объяснить?

– Не нужно, – отказалась я. – Теперь мне многое стало ясно. Не пойму только, почему ваше высочество каждый раз трясется в карете или на лошади, если лорд старший дознаватель может открыть магический путь?

– Амулеты, – вздохнула принцесса. – Именные императорские. Если я пойду через портал, то и придворный маг, и цитадель в тот же момент получат точный отчет, откуда и куда я ходила, и будут обязаны доложить отцу. А мне обязательно нужно хотя бы раз в луну заряжать охранные амулеты и браслет личины, без них шпионы Бетдино мгновенно найдут мое укрытие.

– И долго вы собираетесь так прятаться? – поинтересовалась я затаив дыхание. – Ведь его терпение когда-нибудь лопнет. Он и сейчас, насколько мне известно, зол почти до бешенства.

– У нас есть план, – попытался заморозить меня взглядом маркиз Сангирт, – но вам знать его подробностей не нужно. Лучше выслушайте новость, которая касается лично вас.

Пришлось смолчать, хотя я была абсолютно не согласна с этим сердцеедом, пока еще не попросившим у меня прощения. Хотя и не знаю таких слов, какими лорд мог бы его вымолить. Но настойчивые упоминания о каких-то новостях заинтересовали меня не на шутку.

– Восемь дней назад имперский суд разбирал дело о наследстве леди Вельены ле Морнье, открытое по результатам расследования тайного дознавателя лорда Ултона, – сухим официальным тоном объявил лорд старший дознаватель.

«Так вот чем занимается граф Мерелто», – сообразила я, начиная понимать еще одну тонкость. Никогда не попадают в Глоэн люди, которым полностью не доверяет старший дознаватель и которым нет нужды тайно усиливать или зачаровывать оружие, амулеты и зелья.

И тут мне вдруг ясно припомнилось, откуда я знаю леди Ванду. Довольно высокая и крепкая немолодая леди, дальняя родственница императора, была одной из компаньонок принцессы. И судя по тому, как свободно чувствовал себя в этой личине старший дознаватель, пользовался он ею довольно часто.

– Вы желаете выслушать подробное постановление? – хмуро взирал на меня Хаглен.

– Нет. Только самое главное, – поспешила отказаться я.

– Хорошо. – В его голосе отчетливо прозвучало облегчение. – Вам возвращено все имущество, принадлежащее вашим родителям, и, кроме того, приданое вашей мачехи и все имущество дяди. Хотя он был очень небогат. Преступники приговорены к пожизненному наказанию за попытку обмана и оскорбление суда. Сейчас вашим имуществом управляет выбранный лордом Ултоном управляющий, но если вы желаете назначить кого-то другого, назовите имя.

– Меня устраивает выбор лорда, – снова качнула головой, ясно понимая, какой вопрос сейчас больше всего интересует сидящих вокруг меня людей.

Не откажусь ли я от Глоэна и не помчусь ли в тот дом, который много лет снился мне по ночам, заставляя горько плакать, когда оказывалось, что все было лишь сном. И не придется ли им снова искать человека, готового жить здесь, встречать их и провожать, крепко храня тайну.

– Мне давно хотелось пожить в таком месте, как Глоэн, – глянув в глаза принцессы, произнесла с улыбкой, – и покидать его я пока не желаю.

– Спасибо… – Внезапно губы Онгильены дрогнули, и она поспешно отвернулась к окну, но уже через пару мгновений повелительно махнула сотрапезникам: – Идите, мисс Вельена меня проводит.

Хмурые лица мужчин выражали явный протест и несогласие с таким решением Онгильены, но ослушаться ее не осмелился ни один. Хотя наверняка все не хуже меня понимали, как мало значит сейчас слово принцессы, которую ее собственный отец отдавал в уплату за мнимое спокойствие страны, как рабыню, как неодушевленную вещь.

– Вели! – едва за ними закрылась дверь, ринулась ко мне Онгильена, и я немедленно шагнула навстречу. – Как я рада… ты не представляешь. Я была просто в отчаянии, когда ты исчезла, ведь даже поговорить не с кем, все вокруг меня – отцовские шпионки. Он верит обещаниям Бетдино, но и я сама, и мои друзья не столь наивны.

– Ваш отец тоже далеко не наивен, – осторожно вздохнула я, на миг бережно обняв худые плечики принцессы. – Боюсь, он уже придумал план, как обвести герцога вокруг пальца. Но я заранее могу сказать, герцог стократ осторожнее, хитрее и коварнее, чем считает его императорское величество. И еще он весьма жесток, и поэтому я пока не знаю способа его обмануть. Ведь он не отступится и, даже если вы разыграете собственную гибель, потребует отдать ему Наэльсину.

– Мне невозможно устроить собственную смерть, – скорбно поджала губы ее высочество. – По требованию Бетдино помолвку провели магическими кольцами в храме Судеб. Пока мое кольцо не осыплется с его руки, герцог будет знать, что я жива. Никто не может снять эти кольца, кроме верховного магистра Саркана, и только с согласия жениха.

– И сколько у вас осталось времени? – поинтересовалась я, стараясь не показывать своей растерянности: как оказалось, положение принцессы намного хуже, чем мне представлялось раньше.

– Свадьбу назначили на осенний праздник урожая, – горько усмехнулась она. – Но Бетдино потребовал, чтобы ему выдали амулет переноса и шкатулку с напоенными силой камнями. Говорит, был бы последним дураком, если бы поверил, будто ни у кого не возникнет соблазна убить его тотчас после свадебного ритуала.

– Я же говорю, он осторожный и подлый гад, – вздохнула я.

В этот момент дверь приоткрылась, и появился красивый профиль маркиза, рассматривающего нас с самым подозрительным видом. Несколько секунд я раздумывала, стоит ли рассказывать Онгильене про его злую проделку, но не решилась огорчать ее еще сильнее. Девушке и так тяжело, а Кэрдон пока поддерживает в ней надежду на чудо.

Потом мы неспешно брели по двору за сердито сопевшим маркизом, тихонько шептались о всякой девичьей ерунде, и я старалась хоть немного развеселить ее высочество, восхищаясь про себя ее стойкостью и силой характера. Большинство попавших в такую же ситуацию девушек, приходивших в последние десять лет в «Женские тайны», могли лишь безудержно рыдать и не способны были не только выполнить простейший совет, но даже до конца дослушать нас с Луизьеной.

Возле донжона Онгильена со мной распрощалась, сообщив, что утром мы уже не увидимся. Они собирались выехать в обратный путь очень рано, как только напитаются магией ее амулеты.

И хотя мне очень хотелось ее проводить и поговорить еще раз, спорить я не стала. Пока не настолько безоговорочно доверяют мне защитники принцессы, чтобы не заподозрить какую-нибудь ловушку.

Едва дверь донжона захлопнулась, оставив меня в одиночестве, из темноты выскользнул Кыш, прижался теплым мохнатым боком, разом снимая с души половину печали.

– Идем домой, – шепнула я, устраиваясь на его спине и покрепче обнимая мощную шею.

Зверь за несколько секунд донес меня до крыльца, на миг замер, примериваясь, затем легко прыгнул на стену и вмиг оказался на подоконнике. Еще прыжок – и мы посреди комнаты, где все осталось точно так, как было в тот момент, когда лорд дознаватель вел меня на ужин. Но моя жизнь за эти пару часов успела сделать очередной, абсолютно неожиданный для меня крутой поворот, и теперь мне больше всего хотелось попытаться понять, куда может привести меня новая тропа.

ГЛАВА 15

Проснулась я перед рассветом от громкого стука в дверь и некоторое время лежала, не веря в неожиданную наглость постояльцев. Ведь за окном едва лишь начинал светлеть край неба, и мне можно было поспать еще не менее пяти часов.

Потом вспомнила про принцессу, резко вскочила с постели и, путаясь в широких полах пеньюара, помчалась к двери. Торопливо отодвинула засов, толкнула створку и оказалась лицом к лицу с бледным, взлохмаченным магистром.

– Что случилось? – Первым делом почему-то подумалось, что на Глоэн напали.

Не знаю кто – маги, люди Бетдино или гвардейцы императора, но нужно срочно куда-то бежать.

Лорд смотрел на меня, и его лицо с каждой секундой все мрачнело, а сквозившая в глазах тревога все быстрее сменялась растерянностью, потом досадой.

– Извините… мне показалось.

– Не извиню, – разозлилась я, отвернулась и направилась к стоящим у камина креслам. – Проходите и объясняйте, что произошло? И где принцесса?

– Леди Ванда, – хмуро поправил он, неспешно проходя в комнату. – Они уже уехали. А мне сообщили, что вы не пришли ночевать.

– Допустим, – обдумав его слова, сухо кивнула, начиная понимать, что нахожусь под постоянным надзором. – И почему же тогда вы стучали? Насколько мне известно, вам очень хорошо удается открывать запертые двери.

– Когда у меня есть запас энергии, – неохотно процедил лорд дознаватель, немного посомневался, подошел ближе и сел напротив. – А сейчас его нет. Я отправил лорда Ултона и остальных друзей в разные поселки и города, через которые будет проезжать леди Ванда, там мы держим запасных лошадей, а лорды садятся на место кучера. Потому и дорог перенос, что берет слишком много сил.

«Ну так идите отдыхать», – хотелось сказать мне, но удалось промолчать. Хаглен разговорился явно неспроста, и я начинала догадываться, какой вопрос его сейчас тревожит. Откуда ее высочество так хорошо меня знает?

– А кто сказал, будто меня нет дома? – так и не дождавшись объяснения, сама задала вопрос.

– Петерс. Он закрывал за нами двери, когда мы пошли в донжон, а парадный вход был заперт еще перед ужином. Нечего плотникам делать в доме по ночам.

– Каким еще плотникам?! – Я ошеломленно вытаращилась на магистра, и тот вдруг как-то расслабился, посветлел, и сразу стало понятно, как сильно он устал.

– Вы не против чашки чая, мисс Велья? – вовсе не ожидая моего согласия, пробормотал Хаглен и дернул за подлетевшую к нему кисть колокольчика, всего несколько дней назад появившегося в моей гостиной.

Линта появилась в дверях через несколько минут, и у нее в руках был накрытый салфеткой поднос.

Кухарка молниеносно придвинула ближе столик, расставила чашки и тарелки с едой, потом, заметив, как я кутаюсь в тонкий пеньюар, бросила в камин нечто невидимое, и по поленцам сразу побежал веселый огонек.

– Линта, разве ты маг? – изумилась я, начиная понимать, как много до сих пор было вокруг меня тайн.

Куда мне, – добродушно улыбнулась женщина. – Просто подмастерье. Но огонь и вода повинуются, здесь хороший источник.

– Я за тебя рада. – По-видимому, улыбка у меня получилась слишком жалкой, раз кухарка поспешила сбежать.

– Так где у нас плотники? И сколько их? – От растерянности я вспомнила про принесенную лордом новость лишь к тому моменту, когда чая в моей чашке осталось на донышке.

– Всего шестеро, а спят они в казарме, это такое небольшое каменное здание возле конюшни, – намазывая на лепешку масло, спокойно пояснил дознаватель. – Мы с Петерсом немного подновили там пару каморок, остальные они отремонтируют сами. Но сначала построят оранжерею.

– Может, сначала им все же следует сделать комнатки себе? – засомневалась я, но лорд только усмехнулся в ответ:

– Спать здоровые мужики вполне могут и в конюшне на сене, а сюда через четыре-пять дней придут дожди. Нужно к этому моменту подвести оранжерею под крышу, иначе балки намокнут. Я их специально в дороге сушил.

– Как-то мне становится не по себе от всех этих ваших благодеяний, – не выдержала я. – То наследство, то оранжерея… И кстати, а вы не забыли, что я не собиралась ворошить эту историю с наследством? У меня там еще живут тетушки и двоюродные бабки, начнут мыть мои косточки.

– Ничего они не начнут, – нахмурился маг. – Ваш дядя успел всем плюнуть в суп. Но вы же не забыли, что теперь мы в одной связке? Хотя на это мы и не надеялись, как сказала леди Ванда, собирались вас подкупить. Но я не прочь услышать, где она успела познакомиться с бедной монашкой и почему не узнала вас сразу?

– Вы все время меня в чем-то подозреваете! – Пришлось срочно состроить самый оскорбленный вид. – А кроме того, забываете одну тонкость. Многие монахини, выходя на улицы городов, прикрывают лица вуалью, не желая привлекать к себе внимание. Кстати, нашими одеждами часто пользуются дамы из притонов и обычные мошенники.

– Потому цитадель и выдавала всем монашкам особые амулеты, – испытующе глянул на меня лорд.

– У меня тоже такой есть, хотя я и не монахиня, а воспитанница, – учтиво сообщила я и снова смолкла, ожидая, потребует он показать подвеску или нет.

– Извините, – помолчав, суховато буркнул лорд и небрежно добавил: – Как только восстановлю силу, перенесу сюда новую мебель и сундуки с вашей одеждой. Мы временно сложили все в гостиной.

Вот теперь дознавателю удалось поразить меня так сильно, что я несколько секунд смотрела на него, как на шута, изрекшего заведомо глупую шутку.

– Мисс Вельена, – морщась, словно случайно откусил половину лимона, пояснил маг, – вы забываете, что я видел все ваши вещи и знаю, как мало этого для того, чтобы жить в глуши. Ведь тут нет ни лавок, ни портних, а вы молодая девушка.

– И эта девушка, – стараясь не рассмеяться, кротко сообщила я, – отлично знала, куда едет, и не собиралась переодеваться к обеду и ужину. Да я вообще взяла с собой больше мужской одежды, в ней удобнее ездить верхом. Я люблю собирать грибы и ягоды и намеревалась вместе с Кышем летом наловить рыбы, а осенью заняться охотой. Я даже сходила в коптильню и посмотрела, как коптят мясо. А другая одежда у меня есть, хозяйка была очень богата и не скупилась на наряды. Просто невозможно было все это увезти сюда, поэтому самые нужные вещи я оставила на хранение в монастыре, остальное раздала бедным воспитанницам.

Лорд слушал меня, все сильнее сжимая губы, и теперь я старалась на него не смотреть, ведь во всем сказанном мной не было ни слова лжи. Мне вдруг жалко его стало: в конце концов, он потратил время и силы на то, чтобы доставить сюда эти наряды. Хотя сам виноват, мог бы поговорить со мной, прежде чем изобретать такие каверзные планы.

– Но я очень ценю вашу заботу и благодарна за нее, – мягко закончила я свое пояснение. – И теперь не важно, с какой целью вы все это покупали. Но если там есть какие-то сюрпризы, лучше уберите заранее. Я с детства не выношу, когда мной командуют и пытаются управлять силой или хитростью. И никогда этого не прощаю.

– Значит, – допив чай, пристально глянул он на меня, – вы не простили лорда Варта?

– Маркиза Сангирта, – поправила я холодно. – Так он пока и не искал моего прощения.

– Но я ведь объяснил!

– Лорд дознаватель! Вы пояснили мне свои причины и выданное вами указание, но он ведь не глупый ребенок и сам выбирал способ, каким можно не подпустить меня к окну, чтобы я ничего не рассмотрела. Со мной легко договориться, я не слабонервная леди и не визгливая фаворитка! А он обрушил на меня свое обаяние полной мерой, да еще и попытался запугать!

– Но к тому моменту мы знали, что на вас оно не действует! – мрачно взрыкнул лорд, сминая в кулаке булочку.

– Не подействовала обычная доза, – начиная понимать, как задело маркиза мое равнодушие, медленно произнесла я, – значит, можно попробовать на мне самые сильные чары? Я для него кто – подопытная крыса? А если бы в этот раз у лорда все получилось, кем бы я сейчас была, можете объяснить? Его любовницей или очередной несчастной поклонницей с разбитым сердцем? Такой ведь проще управлять, чем самостоятельной и неглупой леди, имеющей собственные взгляды и убеждения, не так ли?

– Леди Вельена… – морщась, как от боли, выдавил магистр, – ничего такого не произошло бы. Я ведь уже был здесь. И если бы он случайно вас очаровал, я сумел бы это снять.

Некоторое время я пыталась представить, как бы это выглядело на самом деле. Сколько жгучего стыда и ненависти испытала бы, получив освобождение от навязанной любви, и как много своих секретов открыла бы этим интриганам в том унизительном состоянии. С каждой минутой мое настроение портилось все сильнее, и наконец наступил момент, когда терпеть дольше присутствие мага стало просто невозможно.

– Как я подозреваю, лорд старший дознаватель, – процедила я ледяным тоном, – вам никогда не удастся понять, какую душевную боль и обиду чувствуют невинные люди, подвергнувшиеся подобной жестокой проверке, и насколько им безразлично, ради чего над ними так поиздевались. Идите спать, я устала и хочу отдохнуть.

Отвечать он не стал, молча покинул мою комнату, плотно прикрыв за собой дверь.

– Карауль, – приказала я наблюдавшему за нами Кышу, ставя перед ним блюдо с остатками завтрака, и отправилась в спальню, чувствуя себя такой разбитой, словно проскакала не менее тридцати лиг.

Во второй раз я проснулась, когда утреннее солнце почти ушло из комнаты, оставшись только на камнях наружного подоконника. Где-то неподалеку стучали молотки и грызли дерево пилы, деловито перекрикивались незнакомые мужчины, и ветерок заносил в комнату едва уловимый запах свежих стружек и дыма.

Повалявшись несколько минут, выбралась из постели и начала одеваться, пытаясь разобраться в собственных ощущениях и желаниях. Обида и злость на заговорщиков исчезли почти бесследно, никогда я не умела ни на кого долго сердиться. Даже на тех, кто обидел меня не на шутку, если понимала, что сделано это было ради чего-то значительного. Например, ради спасения принцессы. Но встречаться сейчас с дознавателем все равно не желала, поэтому позвонила в колокольчик, вызывая Линту.

Кухарка пришла с чайником и хлебной корзинкой, улыбнулась мне так открыто, как никогда раньше, и, пока накрывала на стол, ответила на вопрос, где лорд Хаглен:

– Ушел спать в донжон и велел не будить.

– А там есть где спать?

До сих пор донжон почему-то представлялся мне горами обломков и мусора, среди которых на вывалившихся из стен камнях сидят собирающие магию гости.

– Там все есть, только магам слишком долго находиться нельзя, опьяняет, – с огорченным вздохом пояснила Линта. – Но он не хочет оставить замок без охраны. Хотя и мы с Петри не такие уж беззащитные, да и ваш зверь двоих стоит.

– Я не маг, но умею стрелять из лука и бросать ножи, – пришлось признаваться мне, раз зашел разговор о безопасности.

В таких случаях лучше знать заранее, кто на что способен, как говорит Луизьена.

– Вас мы в случае чего сразу отправим подальше, – преспокойно огорошила меня неожиданным признанием Линта, забрала поднос с грязной посудой и ушла.

И пока я ошеломленно жевала лепешки, запивая успевшим остыть чаем, в моем сознании происходил самый настоящий переворот. Только теперь до меня начало доходить, насколько серьезно и опасно все то, во что я вляпалась, и как может повернуть моя судьба, если император докопается до тайн Глоэна. Ну а о том, что никакой судьбы у меня не будет вообще, если это окажется герцог Бетдино, я знала с самого начала.

Отправляясь гулять, я уже отчетливо осознавала, как мало теперь волнует меня оранжерея и прочие хозяйственные заботы, и потому, спускаясь по лестнице, даже не подумала заглянуть в гостиную. И на парадное крыльцо тоже не пошла, не желая встречаться с плотниками. Прошла мимо столовой и кухни, спустилась по черному крыльцу и направилась в сад, туда, где под огромной яблоней Петерс натянул полотняный навес и расставил плетеную мебель.

Линта всегда приносила сюда с утра кувшинчик с квасом и сухарики, а иногда позже приходила и сама, выяснить, чего мне хочется на обед. Но сегодня на это можно не рассчитывать, кухарка готовит большой котел похлебки и жарит рыбу, кормить рабочий люд.

Через час пришел Кыш, пахнущий рыбой и солнцем, видимо, валялся на берегу после завтрака. Я велела ему лечь, достала жесткую щетку и принялась расчесывать лохматую гриву – самое любимое развлечение полуурга после поедания сладостей.

И никогда бы не заметила появившегося неподалеку магистра, если бы преданный зверь не приподнял голову, выразительно глядя в ту сторону.

– Вы пойдете на обед, мисс Вельена? – непринужденно усаживаясь на соседнее кресло, осведомился лорд, снова преобразившийся в рыбака, встретившего меня в первый день.

Простые штаны и рубаха с полураспущенной на груди шнуровкой, босые ноги. Только бородки не было.

– Пойду, – кивнула я и сделала лорду комплимент: – А без бороды вы значительно моложе.

– Как? – схватился он за подбородок и замер с выпученными глазами.

Несколько мгновений смотрел то на меня, то куда-то вверх, на темно-зеленый полог, и наконец решился:

– Дайте мне руку, мисс Вельена… Да не бойтесь, я не кусаюсь.

– Я и не боюсь, – гордо вздернула я нос, даже и не думая выполнять распоряжение мага.

Не настолько я пока ему доверяю, чтобы беспрекословно подчиняться.

– Леди, – явно начал сердиться дознаватель, – я понимаю, как странно мы вели себя все это время… по вашему мнению, разумеется! Но и вы поставьте себя на наше место. Как сообщил мой доверенный человек, замок купила никому не известная сумасшедшая леди, которая уже едет сюда без слуг и охраны. Мы немедленно попытались разузнать, откуда вы взялись, но ближайшие родственники заявили, будто девица с таким именем десять лет назад сбежала с матросом и их следы затерялись где-то на просторах Южного моря.

– Слышала я эту байку, – фыркнула хмуро, – и никогда не понимала, как могли поверить в такую чушь хорошо знавшие меня родственники? Но мы сейчас говорили не об этом. Для чего вам моя рука? Запомните на всякий случай – я не позволяю вам брать мою кровь и проводить какие бы то ни было ритуалы.

– Я не прикоснусь к вашей руке, – метнул в меня возмущенный взгляд дознаватель. – Просто проведите ладонью по моему подбородку.

– Лорд Хаглен! – Мои руки сами спрятались за спину. – А вы уверены… что не слишком хватанули вашей магии?

– Что значит «хватанул»?

– Как мне сказали, маг начинает пьянеть, если долго находится рядом с источником. – Произнося эти слова, я внимательно следила за магистром, отлично зная, как сильно не любят выпившие признаваться в опьянении.

– И вы считаете меня настолько пьяным, чтобы приставать к вам с непристойными предложениями? – подозрительно прищурился дознаватель.

– Я пока ничего не считаю… но гладить вас не намерена!

Лорд на миг снова выпучил глаза, потом как-то странно хрюкнул, словно подавился, и вдруг начал смеяться. Сначала тихо, потом все громче и откровеннее и через полминуты хохотал так, как будто услыхал невероятно смешную байку.

Я наблюдала за ним, снисходительно улыбаясь: все признаки налицо, хотя и не хватает винного духа. Но магия ведь не пахнет? И значит, сейчас тут хохочет, складываясь почти пополам, вовсе не лорд дознаватель, а переполняющая его энергия.