Текст книги "Кокетка"

Автор книги: Вера Чиркова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Только если в тех поместьях не такие же мрачные дома. Иначе я никогда не соглашусь сюда переехать, – Змей отыскал, наконец, чистую рубашку и шагнул в умывальню.

Раз Лэни почему-то считает нужным спокойно писать письма, а не бежать навстречу сестре, значит так нужно, и не стоит ломать голову, чтобы искать причину. Вряд ли он сумеет догадаться, проще подождать, пока она объяснит сама.

Когда граф вернулся в комнату, письменных принадлежностей уже не было, а его жена ловко перестилала постель. Вот зачем она делает это, Змей понял сразу, небось проверила каждый уголок в поисках ловушки или какого-нибудь наговора. Недорогое на первый взгляд колечко-змейка снова украшало пальчик Лэни, и даже на самого Дагорда Тмирна повесила исписанный непонятными знаками амулет, велев не снимать ни в коем случае.

Граф смущенно усмехнулся, вспомнив, как внезапно облило сердце теплом от этой нежданной заботы монахини, с тех пор, как он ушел в юности из дома, ни одна женщина так живо не напоминала ему безмерно обожавшую его бабушку.

– Дорогой, я умываться, – улыбнувшись мужу, исчезла за дверью Лэни, и он, кивнув скорее самому себе, направился подложить дров в закопченную пасть камина.

В обставленных добротной мебелью комнатах, обшитых на высоту человеческого роста деревянными панелями, а выше – завешенными гобеленами и картинами было чисто и довольно тепло, но почему-то никак не исчезало впечатление, что сквозит по углам ледяной сквознячок, готовый мигом выстудить помещение, едва умрут живые язычки пламени.

Несколько поленьев легли крест-накрест на собранные кучкой уголья и пока огонь недоверчиво пробовал на вкус предложенное угощение, словно не веря своей удаче, граф подошел к окну, рассмотреть окрестности. И тяжело вздохнул, осознав, что ни на миг не покривил душой, говоря жене, что не имеет никакого желания тут жить. Пейзаж за окном был так тосклив и бесприютен, что появись из чахлых, потерявших листву кустов облезлый волк, Змей не удивился бы ни на миг.

– Я тут, – шепнула за спиной Лэни, и Дагорд сразу отвернулся от окна, поймал в объятья прильнувшую к нему жену, страдальчески сморщился, обнаружив перед губами не шелковистый мед ее волос, а назойливо напоминавший Ритолу парик, – как у тебя ощущение от дома?

И потому, что она спросила еле слышно, он тоже ответил ей в самое ушко то, что само пришло на ум:

– Как от склепа.

– Святая тишина, – вздрогнули под его ладонями плечи девушки, – а мне казалось, ты шутишь. Хорошо, тогда идем немного погуляем… похоже, нам не стоит особо следовать правилам приличия.

Даг кинул быстрый взгляд на разгорающийся огонь и неохотно повел жену к двери, ощущая, что где-то глубоко в душе внезапно проснулась почти звериное чувство тревоги, заставлявшее бдительно оглядываться по сторонам и не убирать руку от рукояти кинжала.

Глава тринадцатая

В длинном, похожем на казарменный, коридоре второго этажа ощущение беспокойства усилилось, и Лэни пришлось пару раз одернуть мужа, чтобы он не пытался вырваться вперед.

И хотя тихоня понимала, что в эти мгновения в нем просыпается извечное чувство мужчины, обязанного защитить свою женщину, прикрыть своим телом, и это было неимоверно приятно, она не могла позволить ему забыть, что обладает более тонким слухом и чувствующим очаги магии кольцом.

– Дорогой… вы слишком широко шагаете… – уловив в голосе жены легкую укоризну, и разглядев в ее глазах предупреждение, Дагорд приостановился и вздохнул.

– Извини…те любимая. Я просто слишком много думаю об этом поместье… мне не терпится его увидеть. Хочется наконец иметь свой дом.

– Ах, мне тоже… как представлю, что к нам смогут приехать тетушка и кузины, и подарят кучу хорошеньких картинок и вазочек… – Лэни крепче тиснула локоть мужа и в тот же миг одна из дверей распахнулась и навстречу им вышла сухощавая и невысокая немолодая женщина.

– Добрый день, – ничуть не удивившись появлению перед ней незнакомых людей, заявила эта особа, – вы гости господина барона? Я его экономка Густина.

– Да, – любезно улыбнулась Лэни, – хотим осмотреть дом. Но хотелось бы знать, есть тут комнаты, в которые не следует входить?

– Всего несколько, но они все заперты. А госпожу Кайоллу вы не желаете навестить?

– А кто такая госпожа Кайолла? – так есстественно изумилась Лэни, что даже сам Змей ей поверил бы.

А вот экономка не поверила, но мгновенно спрятала скептическую ухмылку.

– Это дальняя родственница господина барона, как принято говорить, седьмая вода. Он из милости взял ее чтицей, хотя девица совершенно беспомощная и безалаберная. Сегодня умудрилась уронить на себя в библиотеке несколько фолиантов.

– Наверное, стеллаж пошатнулся, – вежливо посочувствовала графиня.

– Там дубовые стеллажи, – с превосходством заявила Густина, – и они прикручены к потолку и полу. Их даже мужчина не столкнет!

– Значит, кто-то небрежно поставил эти книги на место, – хмуро фыркнул Змей, уверившись, что его жена не желает пока встречаться с Кайей, – но если эта девица так сильно пострадала, вам лучше позвать лекаря. У нас есть карета, я могу послать кучера в ближайшее село.

– Не нужно, ей уже дали лекарство, – еще выше задрала нос служанка, – просто девушке тоскливо лежать одной.

– Но мы с нею даже не знакомы, и вообще не умеем развлекать больных девиц. – Змея начало всерьез злить упорство этой женщины, – Ты уверена, дорогая, что еще не потеряла желания осматривать этот дом? Я бы лучше немного посидел у камина. Прикажите принести нам по чашке чая, Густина.

– Как скажешь дорогой, – заискивающе заулыбалась Лэни мужу, и он немедленно развернулся в сторону выделенных им комнат.

– Спасибо! – тихий шепот жены, раздавшийся, когда они отошли достаточно далеко от места встречи со служанкой, показал графу, что действовал он правильно, – а теперь сиди в своей комнате и жди чай. Я скоро вернусь.

– Эста? – не поверил своим ушам Дагорд, почувствовав, как в подтверждение этих слов тонкая рука тихони соскользнула с его локтя, и холодок обдал согреваемый ее прикосновением бок, – не смей!

– Тсс! Не спорь! – девушка вытащила из неизменно неприметного кармана маленький флакончик и храбро глотнула прямо из горлышка.

И в следующую секунду сделала шаг в сторону, где ее силуэт вдруг расплылся нечёткой тенью. А затем и вовсе растаял в полумраке коридора, серый камень стен которого был украшен лишь скупым орнаментом.

Даг скрипнул зубами и нехотя вошел в свою комнату, однако дверь оставил слегка приоткрытой, чтобы услышать, если где-то в здании поднимется шум.

Некоторое время он нервно вышагивал по комнате, затем уселся у огня, уставившись на дверь, и пытаясь понять, куда и зачем она так внезапно решила сходить. Ведь если бы Лэни изначально собиралась использовать столь дорогое и редкое зелье отвода глаз, она непременно предупредила бы его. Значит, что-то произошло за те несколько минут, пока они шли по коридору и разговаривали с экономкой. Но вот что именно, хотел бы он знать!

– Ваш чай, – хмуро сообщила женщина средних лет, открывая локтем дверь и внося в комнату тяжелый серебряный поднос, на котором стояли маленькие чашечки, почти игрушечный чайник, такая же сахарница и маленькая тарелочка с печеньем.

Змей подумал бы, что барон крайне беден, если Тмирна не сообщила, что контракт на болтушку вовсе не явился для того серьезной тратой. Стало быть, здесь не принято пить чай в такое время, либо служанка выказывала таким образом свое возмущение вздумавшим ее потревожить гостям.

– Госпоже наливать? – спросила женщина, расставив принесенное по столику и подозрительно оглянулась на глубокую нишу, в которой стояла полускрытая тяжелыми занавесями кровать.

Видимо и валяться среди дня тут тоже считалось дурным тоном, – перевел для себя Змей и резко махнул рукой, давая прислуге понять, что она может быть свободна.

– Можете идти, мы сами нальем.

Проследил за тем, как она выходит, и сердито фыркнул. Этот дом не нравился ему с каждой секундой все сильнее. И дело было даже не в том, что слуги здесь были дерзкими и недоброжелательными а хозяин – нелюдимым. Это бы Дагорда ничуть не задело, случилось встречать разных людей и бывать в разных домах. Беспокоило его другое, пока еще нечеткое, но неумолимое ощущение надвигающейся опасности. И если бы его спросили, что нужно делать, граф немедленно отдал бы кучеру приказ запрягать карету. А сам схватил бы в одну руку жену, в другую незнакомую пока болтушку и немедленно утащил к этой самой карете. О том, что переход из этого захолустья по пирамидке может и не удастся, Тмирна предупредила два раза.

Минут через пять дверь бесшумно приоткрылась и крепко захлопнулась, звякнул засов, а через пару секунд чайничек взмыл в воздух, перевернулся, из носика точно в чашечку ударила душистая струйка. И сразу же чайник вернулся на место, ниоткуда появился пузырек и три тягучие капли зелья, упавшие в чашку, немедленно растворились в чае. Затем чашка взмыла вверх, и только в этот момент Змей заметил, что на кресле напротив уже отчетливо виден силуэт женской фигурки.

– Ты сильно рассердился? – выпив чай, спросила фигурка голосом Лэни, и звучал он тускло и утомленно – не злись, зайчик, бывают непредвиденные обстоятельства… святая тишина, как устаешь от этого зелья… я немного полежу, потом все расскажу.

– Конечно, я рассердился, – подхватывая ее на руки, проворчал Змей, – а ты на моем месте не злилась бы? Только честно.

– Не знаю, сейчас представлю… Знаешь, зайчик, я наверное, неправильная… не могу на тебя сердиться. Вот когда ты лапал ту трактирщицу, я была не просто злая, а просто как выпень. Но не на тебя, мне ее прибить хотелось.

– Эста… – укрывая жену одеялом, выдохнул Змей, – не говори так… иначе я забуду, что мы тут по делу. Так куда ты ходила?

– Сейчас объясню, – Лэни несколько минут лежала, прикрыв глаза, и он осторожно грел ее руки у своих губ, не осмеливаясь поцеловать. Уходя на задание, тихони специально мазали определенные участки кожи разными мощными зельями, на случай, если все запасы, что в карманах, станут недоступны. – Кайя услышала наши шаги издали, и послала экономку навстречу точно в тот момент, когда мы подошли вплотную… у нее слух, почти как у меня, и она слышала наш разговор, каждое слово. И если бы хотела, чтобы мы зашли в спальню при экономке, непременно бы позвала… хоть вполголоса, я бы услышала. Но она не захотела, значит, не доверяет этой Густине. И я специально послала экономку за чаем, но она пошла не сразу, сначала проследила, свернем ли мы к своим комнатам. Второго выхода из этого тупика нет.

– Вот теперь все понятно. Значит, ты была у нее? И что она рассказала?

– Дай саквояж, я буду писать отчет и одновременно рассказывать. Так вот, Кайя считает, что книги кто-то специально сложил так, чтобы они упали… раньше там ходила и ничего не падало. Хорошо, что у нас такой слух, и мы учимся сначала прыгать в сторону, а потом смотреть, что там шуршит. Ее только сбило с ног, и она ударилась об стеллаж плечом. Если бы промедлила, куча тяжеленых томов могла и шею свернуть. Но вот кто это мог быть, она не знает, все были на виду… тут всего шестеро слуг с конюхом. Повар, камердинер, лакей, экономка и служанка. Это она приносила чай. А пустых предположений…

– Вы не делаете, – задумчиво закончил Змей, – но по сути, это не так важно… кто именно, тебе не кажется? Важно то, что Кайю хотели или убить, или сильно покалечить… думали, что этим уберут болтушку из этого дома. Или припугнут нас с тобой, если злодеи выведали, кто мы. Но мы-то знаем, что этим нас можно только разозлить, как и Тмирну. И барон не может этого не понимать, он знает, кто Кайя на самом деле. Значит, он ни при чем?

– А если он все это просчитал и, надеясь именно на такой вывод, уронил на нее книги? – лукаво глянула Лэни, дописывая письмо.

– Но это глупо… сначала нанять, потом убивать да еще оправдываться таким странным методом. К тому, же вспомни, он говорил, что жена была алхимиком! Думаю, от нее остались более коварные зелья, убивающие незаметнее, чем книги. Хотя нет… книги можно списать на несчастный случай… что-то я совсем запутался. Ты почему молчишь, Эста?!

– Думаю. Ты сказал несколько очень интересных вещей, сейчас я все запишу и мы попробуем сверить мнения о жителях этого дома. Думаю, до обеда успеем.

– Не хочу я никакого обеда, – мрачно вздохнул Змей, – и вообще находиться тут не хочу. Никогда еще ни один дом не был мне так неприятен.

– Зайчик, я совершенно с тобой согласна. Мне он тоже кажется враждебным… словно болото, где под каждой кочкой кикимора или выпень, – кивнула Лэни, засовывая в пенальчик свернутое трубочкой послание, – можешь отправлять. И давай начнем с тех слуг, что нас встретили. Что ты можешь про них сказать?

– Мне они показались запуганными и несколько… простоватыми для своего ремесла. Кайя же писала, что слуги отсюда бегут? Значит, это крестьяне, польстившиеся на жалованье. Хотя можно прямо спросить барона, как тут с прислугой, нам же нужно будет нанять людей в новое поместье? И поинтересоваться, сколько лет они служат.

– Кайя спрашивала, они мнутся и молчат. Но за время ее работы ушли две горничные, и экономка где-то в селе наняла ту женщину, что приносила чай. Она и прачку заменяет, прежняя ушла еще до приезда болтушки.

– И еще она груба, нахальна, и имеет свое мнение насчет того, как должны вести себя гости, – припомнил Дагорд.

– А экономка слишком спесива… и хитра, – задумчиво припомнила Эста, – и вот она нам определенно не поверила. Да и Кайю с первых же минут попыталась представить дурочкой…

– Эста, а ты не попросила выяснить, где ее дочь и как она выглядит?

– Попросила, – кивнула она, – я тоже подумала, что не похожа эта экономка на прислугу, собирающуюся уволиться. Впрочем, я ее проверю, скажу что ищу надежных слуг и попрошу порекомендовать кого-нибудь. Если она и правда хочет уйти, обязательно клюнет. И еще, зайчик, помнишь те толстые стены, на плане… который мы смотрели в карете? Я простукала одну из таких стен… там внутри пустота.

Граф молчал почти минуту, задумчиво хмуря брови и бережно поглаживая плечико жены, потом вздохнул.

– Что-то мне не очень верится, Эста, чтобы в стене шириной три локтя можно было уместить потайной ход. Ведь по нему сможет пробраться разве кошка… или мальчишка лет пяти.

– Ты очень правильно мыслишь, зайчик, – похвалила Лэни, – там и нету хода. Там только подсказка, что эти ходы существуют. И теперь мне очень интересно, знает ли о них барон. Я написала матушке, чтобы она выяснила, как и когда он получил это поместье, и пока жду письмо, хочу сама погулять по первому этажу. Сам понимаешь, именно там, или даже в подвале удобнее всего искать вход в подземелье.

– Лэни… извини, Эста, но кто может там прятаться и зачем? Допустим, Арви прятался… но там была исключительная ситуация. Ему приносил еду и одежду Седерс, и он знал, что сможет жить почти открыто, как только выживет меня?!

– Какая замечательная идея, зайчик! Ты сейчас почти снял все подозрения с барона… хотя ничего нельзя исключать. Теперь я убеждена, что нам следует проверить эти ходы… но сначала дождемся ответа матушки. И поскольку вопросы очень серьезные, вряд ли ответ будет скоро… поэтому придется потянуть время. Я не люблю работать болтушкой… но придется, а ты постарайся не забывать, что это работа.

– Не забуду, – пообещал Змей, и стряхнул с ног сапоги, решив, что ждать обеда не обязательно сидя в кресле, – особенно, если ты пояснишь, чем отличается болтушка от кокетки.

– Если ты будешь меня отвлекать, – засмеялась Эста, – то ничего я объяснить не смогу… но скажу сразу – всем. Хотя и кокетка и болтушка обязаны все время улыбаться и говорить глупости, цели у них совершенно разные. Кокетка должна очаровать всех мужчин вокруг, улыбнуться каждому так, чтобы он почувствовал себя особенным, показать себя соблазнительной и ветреной…

– Понял, – кивнул Змей, – видел, как работает Рози. А болтушка?

– Болтушка наоборот, все время самоуверенным голосом говорит глубокомысленные глупости, всех перебивает, всех поучает, со всеми спорит и ни с кем не соглашается, на все вопросы имеет свое собственное мнение… Через некоторое время всем мужчинам хочется оказаться от нее подальше.

– Думаю, мне бы хотелось, чтобы ты все время работала болтушкой, – хитро заявил Даг, – что-то в этом есть привлекательное.

– Ты ошибаешься, зайчик! – счастливо хихикнула Эста, – Тебе тоже скоро захочется сбежать… а вот этого совсем не хочется мне!

Едва Змей, войдя с Эстой в просторную, продолговатую комнату, служившую барону столовой, обменялся с сидевшим во главе стола хозяином коротким приветствием и усадил жену на одно из приготовленных им мест, висевший в углу серебряный колокол прозвонил начало обеда. Как понял граф, он был соединен хитроумным механизмом со стоявшими под ним напольными часами гномьей работы.

В тот же момент лакей, утром встречавший гостей кочергой, подкатил к барону громоздкий серебряный столик, и принялся разливать суп. Немногие знатные семьи сохранили такое скрупулезное следование старинным традициям, и Змей, устроившись рядом с Лэни, с тайным вниманием наблюдал за этой церемонией. А заодно за двумя присутствующими за столом женщинами. Одну из них, экономку Густину, Дагорд одарил лишь мимолетным взглядом, отметив, что к обеду она принарядилась в новый чепчик, зато на вторую, довольно пухленькую девушку с рыжеватыми локонами и темными кругами под глазами, поглядывал заинтересованно.

Никак не походила она на монахиню, скорее, на булочницу из маленького городка.

– Ах, как интересно, – объявила она томным голоском, съев крохотную тарелочку супа и откинувшись на спинку стула в ожидании, пока лакей положит ей порцию мясного рагу, – вы значит, будете нашими новыми соседями! Надеюсь, вы купите усадьбу у графа Чардена, дорога туда намного лучше.

– Но сама усадьба у него очень маленькая… и речки там нет, – немедленно возразила ей Эста.

– Ах, зачем вам речка? Она говорят, разливается весной почти до ступеней крыльца… потом половину лета будет вокруг грязь и сырость! Брать нужно у Чардена, там холмы и лес близко!

– Я не думаю, что лес – это так уж хорошо. Все-таки тут провинция, начнут бегать волки и разбойники…

– Зато дрова близко возить и ягоду селяне дешево приносят…

– А еще в лесу всякая нечисть…

– Какая в этих местах нечисть, госпожа Эсталина! Тут даже волки редкость! Зато там близко деревня и легко найти прислугу.

– Но я не хочу деревенских девушек в служанки! Они такие неуклюжие! Я собираюсь привезти слуг из города.

– И потратите в три раза больше. Поверьте моему слову, селянок очень легко научить порядку, нужно просто вычитать из жалованья за разбитую посуду.

Через четверть часа Змей понял, что имела в виду Лэни, когда предупреждала его, что это только работа. Барон тайком морщился, слушая этот бред, произнесенный самыми учтивыми голосками, и с самыми милыми улыбочками, экономка скептически поджимала губы, и посматривала на Дагорда с тайным состраданием. Определенно жалела, что граф так поторопился с женитьбой.

Он и сам начинал уставать от этой трескотни, и будь на месте Лэни кто-то другой, давно бы завел разговор с бароном на более приятную тему, но теперь предпочитал делать вид, что всецело увлечен обедом. Как выяснилось, маленькие порции вполне возмещались количеством блюд, причем, чем дальше, тем вкуснее и изысканнее они были. Венцом обеда должен был стать пудинг, розовый и пышный, политый шоколадным кремом и украшенный свежей, явно оранжерейной, клубникой. Его привезли лакей с поваром и поставили в центре стола на старинном фарфоровом блюде, когда трапеза подходила к концу, и слуга уже убрал соусники и острые приправы.

– Мне кажется, он стал больше, – прервав свою болтовню, совсем другом тоном сказала вдруг Лэни, глядя на пудинг. И тут же, схватив Змея за руку, стиснула ее условный жестом и произнесла тревожную фразу, – как душно…

– Сейчас, дорогая, – граф мгновенно вскочил, схватил ее на руки и почти бегом помчался к выходу.

Он успел выскочить за дверь и пробежать по коридору несколько шагов, когда в столовой раздался грохот, женский визг и громкие крики.

– Демонская сила, – зло буркнул рядом чей-то голос, и граф, обернувшись, с изумлением увидел рядом с собой Кайю.

– Отпусти меня… – попросила Лэни, и вдруг напряглась, застыла в руках мужа, глядя куда-то ему за спину, – вон он.

Последние слова она выдохнула еле слышно, но Змей уже научился ловить такие сообщения и понимать их важность. Одним движением поставив жену на пол, он стремительно развернулся в ту стороны, загораживая девушек собой и выхватывая кинжал.

Однако длинный, скупо освещенный коридор был абсолютно пуст.