Текст книги "Полное погружение (СИ)"

Автор книги: Велл Матрикс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Глава 21
Финал

Никогда не думала, что однажды на своем опыте узнаю, каково это – поймать пулю в бронежилете.

Что ж, хорошая новость – я осталась жива. Плохая – лучше бы умерла. Шучу.

Но боль была почти нестерпимая, и каждый вздох только усиливал ее. За Теоном, преследуемым киборгом, я шла буквально на морально-волевых, но я не имела права подвести его – и себя. Потому что выход на следующий этаж должен был меня исцелить – либо это сделает чудо-мазь из нашей аптечки.

Собственно, поэтому вся нагрузка снова свалилась на Теона. И я бы любовалась тем, как он справляется, чувствуй я себя хоть чуточку лучше.

– Очередная бумага, – сообщила мне Слава, когда босс, наконец-то, исчез, оставив свой странный лут.

– Что на этот раз?

– Заказ комплектующих.

Ко мне подбежал Теон:

– Доставай мазь, она точно поможет…

– Давай поднимемся на следующий этаж? – жалобно попросила я.

– Но тебе же больно.

– Я потерплю, зато там будет безопасно.

Я стянулся с себя бронежилет и оттянула ворот футболки. Н-да, синячище…

Теон кивнул, избавился от своего броника и снова взял меня на руки.

А что, отличный способ перемещения. Мне нравится.

Я прислонилась головой к его груди и постаралась абстрагироваться от боли, мешающей мне не только насладиться триумфом от победы, но и осознать весь кошмар произошедшего. Мы несколько раз были на краю гибели, и я сама выжила только чудом. Если бы я в тот момент не стояла, а сидела…

Едва Теон переступил порог двери на лестницу, боль ушла. Словно ее и не было. Я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. И совершенно эгоистично осталась на руках Теона, который и так устал, потому что ему пришлось делать всю основную работу.

Но мне было так хорошо и уютно в его объятиях, что я не нашла в себе сил от них отказаться.

Теон поднял меня наверх, и у самых дверей в офис я все же пристыдилась и слезла с его рук. А когда открыла дверь, на миг остолбенела. Потому что за ней оказался вовсе не привычный нам офис.

А роскошная комната отдыха, больше похожая на гостиничный номер.

Слава присвистнула.

– Это что? – озадачилась я.

– Это этаж руководства, – просветил меня Теон. – Все удобства. Кровать, душ и даже мини-бар.

– Я не пью, – рассеянно заметила я.

– Буду знать, – улыбнулся он. – Вейра здесь не только работала, но и жила.

До меня дошло.

– Вы здесь с ней спали? – Теон отвел взгляд, и я махнула рукой: – Можешь не отвечать.

Я прошла внутрь, оглядываясь. Ну надо же, настоящая жилая комната. А я уже и забывать начала, как нормальные люди живут.

– Значит, здесь есть душ?

– Твое ранение… – напомнил Теон.

– Все прошло, – улыбнулась я и спохватилась: – Натерла мазью, пока ты киборга к колонне заманивал.

Он кивнул и немного растерянно сообщил:

– Ванная комната вон там, за дверью. Если хочешь в душ…

Конечно, я хотела. Я не была грязной – игра хранила меня в первозданной чистоте – но я чувствовала потребность смыть с себя всю эту бесконечно долгую неделю.

– Раз ты в душ, то я, пожалуй, тоже пойду, – прожужжала у меня над ухом Слава. – Отдыхайте. Завтра важный день.

Завтра…

Завтра все закончится, так или иначе. И можно было бы даже ринуться на бой с финальным боссом прямо сейчас, но… душ. Сон. Последняя ночь с любимым.

Мы добрались до последнего этажа, но я не хотела от всего этого отказываться.

– Спокойной ночи, – улыбнулась я Славе.

А та, прежде чем отключиться, оставила нам еду из запасов. Удачно же она прошлась по кухне, аж до последнего этажа хватило.

Я решила, что поужинаю после, и зашла в душ. Горячие упругие струги били по коже, даря расслабление, словно я не в цифровом мире, а в реальности. А затем ко мне заглянул Теон:

– Не против, если я присоединюсь?

Меня так и подмывало спросить, как часто он принимал тут душ со своей Вейрой, но я прикусила язык. В конце концов, она, скорее всего, уже мертва, да и расстались они еще до того, как мы встретились. Так что нет причин ревновать и портить последнюю нашу ночь вместе.

Поэтому я улыбнулась и кивнула.

Интересный опыт – совместный душ. Мне понравился.

А потом был ужин, и такой приятный полумрак, и чистая постель, и долгие, томные ласки с привкусом прощания.

Потому что я не знала, будет ли у нас новая ночь.

А мне так нравится просыпаться в его объятиях… Но возможно, уже сегодня я перестану существовать. Так же, как и Теон.

– Доброе утро! – бодрый голос Славы ворвался в мою меланхолию. – Ну, что, как настрой? Мы почти прошли игру!

– Да, почти прошли, – согласилась я и принужденно улыбнулась.

Потому что ей тоже страшно. Она тоже не знает, чем закончится этот день. Но я не стану затягивать игру. Не попрошу дать мне еще пару дней, потому что неизвестность выматывает… и я не смогу объяснить Теону, почему мы медлим. В его представлении победа – это выход в лучшую, более безопасную жизнь. И я боюсь говорить ему правду.

– Ну что, я на разведку? – моя улыбка Славу не обманула.

Кивнув, я выпустила ее из комнаты, и только тут до меня дошло:

– А где компьютеры?

– Ноут, – кивнул на девайс Теон.

– Один? – недоверчиво уставилась я на скромно притулившийся на передвижном столике ноутбук.

И ящиков в этом столе не было. Мы что, без стартового набора здесь⁈

Я включила ноут.

– Запаролено, – беспомощно я посмотрела на Теона.

Он чуть смущенно улыбнулся и набрал пароль, запустивший систему.

Я хмыкнула, оценив степень близости парня с его начальницей, но ничего не сказала. И он нежно поцеловал меня в благодарность.

– Линукс? Да ладно! – веселый голос Славы отвлек меня от поцелуя.

– Ты уже, что ли?

– Там коридор с пятью дверями, все закрыты, – сообщила она. – Мобов нет.

На ноуте и впрямь был установлен линукс, но на рабочем столе все так же располагался только один файл.

«Директору необходимо передать на подпись и печать десять документов».

– Десять? – переспросила Слава. – Но у нас же только девять.

– Кажется, десятый надо найти до начала боя, – задумчиво предположил Дмитрий.

Кольнуло мимолетное недовольство – опять он у нее ночевал. А я, между прочим, разрешения не давала. Но, с другой стороны, и не просила… с Теоном я замутила за спиной Славы.

– Давай искать, – вздохнула я.

– Что искать? – встрепенулся Теон. – Какие десять документов?

– Мы собрали девять по этажам, – пояснила я. – А десятый где-то тут.

– Возможно, в сейфе? – предположил он.

– А где сейф? – я пробежала взглядом по стенам комнаты.

– В гостиной, – разочаровал меня он.

– Как удобно, что он тут все знает, – хмыкнула Слава.

Я только глаза закатила. Вот уж никогда не мечтала очутиться в квартире бывшей девушки моего парня. Но, если это поможет выиграть…

Без этого в ноут мы бы не залезли. А, не зная о десятом документе, ринулись бы в бой, не выполнив условия для победы.

– Давай сначала осмотримся тут, вдруг что полезное есть, – предложила я.

– Зеркало, – подал голос Дмитрий.

– Что – зеркало?

– Оно подсвечивается.

– Хм. А раньше же ничто не подсвечивалось? – удивилась я, но к зеркалу подошла.

Оно было странное. Не обычное зеркало, со стеклом и амальгамой – его поверхность отливала загадочным голубоватым глянцем.

И мое отражение в нем появилось не сразу, будто зеркало настраивалось под мое приближение. А затем по синеве его поверхности пробежался радужный развод, и на ней появилась я – слишком четкая, отраженная с непривычной реалистичностью.

– Какое-то странное зеркало, – озадаченно я поводила головой, наблюдая, как исчезает и появляется мое отражение.

– Брэгговское, – пояснил Теон. – Диэлектрик, многослойное напыление, последний писк моды.

Я хмыкнула. Что ж, у богатых свои причуды, но я бы такое зеркало в свою спальню не поместила.

– Любопытно, – услышала я тихое Дмитрия.

Круглое, оно крепилось к стене двумя скобами, за которые его было удобно держать, снимая. И, хотя оно оказалось довольно легким, опасаясь разбить, снимали мы его с Теоном вдвоем.

На одном из креплений обнаружился круглый штамп. «Согласовано».

– Это надо еще и печати найти, что ли? – предположила Слава.

Посмотрев на размер печати, я скривилась:

– Кажется, мы здесь на несколько дней застрянем.

– Поди поможет подсветка, – утешила меня она и убрала зеркало в инвентарь: – Вдруг пригодится, интерактивное же.

– Тумбочка при кровати подсвечивается, – сообщил глазастый Дмитрий.

Сразу видно – опытный геймер. И поклонник «Доктора Кто», судя по всему. Ладно. Наверняка хороший мужик.

В тумбочке обнаружилась вторая печать, и Слава прибрала обе в инвентарь.

– Идем в гостиную, – вздохнула я.

Теон безошибочно привел нас к нужной двери, и Слава первая залетела на разведку, чтобы почти сразу вернуться:

– Чисто.

Я кивнула, и мы зашли в гостиную. Да, местное руководство явно ни в чем себе не отказывало. Обстановочка тут роскошная. Даже жаль, что не получится пожить в таких условиях.

– И где сейф? – я огляделась.

Теон уверенно отодвинул одну из картин, за которой обнаружилась дверца с замочной скважиной, но без кодового замка.

И парень смотрел на дверь сейфа с тем же недоумением, что и я. Словно не знал, как она открывается.

– Не знаешь, где она могла хранить ключ? – осторожно спросила я.

Теон растерянно мотнул головой.

– Ключ! – сдавленно воскликнула Слава. – Попробуй этот.

Мне в руку лег небольшой ключик размером как раз под замочную скважину.

Я вставила его в отверстие, повернула – и замок щелкнул, открывая сейф.

– Откуда он у тебя? – удивился Теон.

А я как раз Славу спросить о том же хотела.

– Выпал с моба, который прятался за той дверью, которую Теон взламывал, – пояснила она.

– С шестого этажа, – пояснила я.

Теон удивленно приподнял брови, но ничего не сказал. Мы заглянули в сейф и обнаружили там лист бумаги, штамп и ручку.

– Ручки! – Слава собрала все из сейфа. – Еще ручки надо искать.

– Ну, давайте искать, – вздохнула я. – Что хоть за бумага?

– Заявление на увольнение, – ответила она.

Увольнение. Не свое ли заявление спрятала Вейра в сейфе? Но уточнять я не стала.

К счастью, новая система подсветки тайников здорово облегчила нам поиски. А ручки обнаружились в кабинете – целая россыпь в ящике секретера.

Помимо гостиной, спальни и кабинета в распоряжении директрисы был небольшой тренажерный зал и кухня, которой, похоже, никто не пользовался, так тут все блестело. Как новенькое.

Зато здесь был запас продуктов, и я загорелась приготовить нормальный обед. А то мы несколько дней всухомятку питаемся.

Да и другого случая накормить своего мужчину мне может и не представиться.

Слава меня поняла и оставила наедине с Теоном, тоже отправившись обедать. Вот она своего мужчину хоть каждый день кормить сможет. Эх.

Теон на кухне оказался на удивление полезен, с учетом отсутствия у него опыта в готовке, и с удовольствием помогал, и мне так легко было представить, как бы мы могли жить в собственном доме.

Я могла бы прожить с ним всю жизнь… и ведь, скорее всего, действительно проживу. Потому что осталось ее – на несколько часов.

Усилием воли я отогнала пораженческие мысли. Сколько бы мне не отмеряно – я буду наслаждаться здесь и сейчас.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается, и наш перерыв на обед завершился тоже. Я посмотрела на гору посуды и решила, что не буду тратить время на то, чтобы ее отмыть. Скоро игра перезагрузится, и кухня снова будет сиять чистотой. И сюда снова придет Теон, сопровождая нового игрока, и так же будет помогать на кухне… если они решат приготовить себе обед. Только это будет уже не мой Теон.

И где же буду я?

– Финальный босс ждет, – тихо подлетела ко мне вернувшаяся Слава.

Я улыбнулась беспечно:

– Идем, Теон. Мы почти выбрались.

Вейра – последний босс этой игры – находилась за пятой дверью, ведущей в просторную приемную перед рабочим кабинетом директора. Слава заглянула туда, пока мы искали печати, и дверь мы закрыли до лучших времен – до того момента, как соберем все необходимое для боя.

Никакого оружия мы в квартире директрисы не нашли, поэтому я сжимала в руках свою верную швабру, и не имела ни малейшего представления, как бороться с финальным боссом.

Но перекладывать ответственность на Теона, передав ему наше единственное оружие, я не стала. Все же Вейра была ему близка, пусть они и расстались, и она умерла в том числе из-за него.

Глубоко вздохнув, я открыла дверь и зашла в приемную.

Что ж, Теон не обманул – она оказалась роскошной женщиной. Ухоженная брюнетка лет сорока, с гладкой кожей, в идеально сидящем костюме и аккуратной прической. Неброский макияж и властное выражение лица – не удивительно, что Теон на нее запал.

И даже черные провалы глаз ничуть ее не портили.

Н-да, красивая женщина красива в любых обстоятельствах. Даже мертвая.

Теон замер за моей спиной, и невольно я посмотрела на парня. Но в его взгляде, направленном на Вейру, не было ни тоски, ни жажды. Только настороженность, которую испытывала и я.

Ведь мы по-прежнему не знали, как с ней сражаться. А она будто и не собиралась нападать.

– И что? – озадаченно спросила Слава.

– Кажется, нападать придется самим, – пробормотала я и двинулась к боссу, занося швабру для удара.

– Берегись! – завопила Слава.

И в тот же миг тихая приемная взорвалась воем сирены, свет погас, сменившись тревожно мигающим аварийным, и из потолка выдвинулись турели.

Я метнулась к Теону, собираясь выпрыгнуть из приемной, но дорогу мне перечертил лазерный луч. Испуганная, я отпрянула, но тут возле меня очутился Теон, который дернул меня вниз, загораживая нас…

Зеркалом?

Да, Слава успела впихнуть ему в руки припасенное на «вдруг пригодится» зеркало. И теперь лазерные лучи беспорядочно отражались от его поверхности, не причиняя нам вреда.

Через несколько секунд обстрел закончился, и я, осторожно выглянув из-за нашего щита, увидела, как лазерные лучи, пересекаясь, ткут призрачную женскую фигуру с руками-лезвиями.

И что-то мне подсказывало, что это будет вовсе не безобидная голограмма.

В этот момент у меня в руках появился набор из бумаги, ручки и штампа.

– Попробуй отдать это ей! – напряженно велел Дмитрий.

Лазерная фигура приблизилась, и я протянула ей набор:

– На подпись директору!

И в этот момент сирена умолкла, вернулся нормальный свет, а лазерная фигура мигнула и обрела плотность, превратившись в фигуристую девушку в строгом костюме и зеркальной маской на лице, смутно напомнившей мне близняшек из «Атомного сердца».

Секретарша аккуратно забрала у меня бумагу и ручку с печатью и, чеканя шаг, подошла к директрисе. Переданный набор лег перед Вейрой, и та механическим движением расписалась и шлепнула штамп.

В тот же миг фигура секретарши исчезла, и раздался голос Славы:

– Минус десять процентов жизней.

Все затихло. Вейра все так же бесстрастно сидела на своем месте, а приемная выглядела приемной, а не филиалом тонущей подводной лодки.

Не то, чтобы я когда-либо бывала на подводных лодках.

– Это что, нам так еще девять раз атаки отражать? – вслух спросила я.

– А зеркало-то выдержит? – с сомнением спросила Слава.

Видимо, дать его Теону ей подсказал Дмитрий.

– Это же многослойный диэлектрик, у него почти стопроцентная отражающая способность, – откликнулся ее парень. – Должен выдержать.

– Это хорошо, – я вздохнула и повернулась к Теону: – Готов?

Он кивнул, и я выбралась из укрытия, сделала шаг вперед и занесла швабру.

Вейра отреагировала точно так же, как в первый раз, и я торопливо нырнула под защиту зеркала. А когда обстрел прекратился, и из лазерных лучей соткался второй атакующий, я вручила ей второй набор, не забыв сообщить, что это – на подпись директору.

Новая секретарша отнесла бумагу директрисе, и Слава сообщила о еще десяти процентах, снятых со здоровья босса.

А потом снова все повторилось, и тревожило меня только зеркало, которое могло не выдержать атак.

– Последняя, – шепнула мне Слава, вручая очередной набор.

– Уже? – удивилась я и передала бумагу секретарше.

Теон положил зеркало, и мы поднялись, вместе наблюдая, как Вейра подписывает заявление на увольнение. И, стоило штампу коснуться бумаги – вместе с секретаршей исчезла и босс.

– Все? – неверяще я смотрела на ее пустующий стол. – Мы победили? Вот так просто?

– Яр, нам девять этажей пришлось пройти, чтобы все вышло так просто, – заметила Слава. – Не окажись у нас хоть одной бумаги, эти секретарши распилили бы вас на куски.

Я на миг закрыла глаза и кивнула:

– Действительно. Выпало что с нее?

– Нет, ничего, – откликнулась Слава.

– Трындец, – пробормотала я.

Конечно, тут сама игра заточена под отсутствие лута, но за битву с финальным боссом могли бы хоть что-то дать? Хоть сувенир бы какой. Жадины.

Так странно. Мне бы радоваться, что мы победили, а я чувствую разочарование. Словно ждала эпическую битву и обманулась в ожиданиях.

Хотя мне же и проще, что эпической битва не была.

Я прислонила швабру к столу.

Слава привычно убрала мое эпичное оружие в инвентарь, хотя теперь оно нам уже больше не пригодится. Но я могла ее понять. Кто бы знал, каким полезным окажется этот примитивный инструмент.

А ведь этот бой не сказать, что был таким уж простым. Я рисковала попасть под удар лазером, и боевая форма секретарш была очень опасна. Слава права – не будь у нас нужного количества бумаг…

– Мы молодцы, – Теон обнял меня: – Ты – молодец.

– Думаешь? – растерянно посмотрела я на него.

– Знаю, – поцеловал меня он.

– Так что, уходим? – снова вмешалась Слава. – Будет грустненько, если она отреспаунится.

Я опомнилась. Разумеется, мы же по-прежнему в игре, и документы мы уже израсходовали. Если нас убьют – велик шанс провалиться на первый этаж, а еще раз через все это я проходить не хочу.

– Давай выбираться отсюда, – предложила я Теону.

Он кивнул и потянул меня к неприметной двери за столом Вейры. Здесь пряталась кодовая панель, и пальцы Теона забегали по кнопкам, вводя код доступа. Красный огонек сменился зеленым, и двери беззвучно раздвинулись.

За ними обнаружилась стерильно-чистая комната.

Я замерла на миг перед входом и беспомощно посмотрела на Славу:

– Ну… сейчас все и решится, да?

– Точно. Мы молодцы, мы дошли, – в ее голосе тоже чувствовалась растерянность.

– Да, – я улыбнулась и следом за Теоном зашла в дезинфицирующую камеру.

– Яр? – позвала меня Слава.

Я обернулась и обнаружила, что ее камера зависла перед входом.

– Залетай, – поторопила я ее.

– Не могу. Не пускает. Видимо, для меня тут – конец игры. Так что дальше – сама.

– Слава, – я замерла, растерявшись.

– Не переживай, со мной-то все нормально, – она хмыкнула и в ее голосе прорезалось беспокойство. – А вот ты…

– Со мной все будет в порядке, – я заставила себя улыбнуться. – Спасибо тебе. И твоему Дмитрию. Без вас мы бы сюда не дошли.

– Тебе спасибо, Яра, – тихо ответила она. – Без тебя я никогда бы не узнала, что могу быть такой… Удачи тебе.

– Если вдруг что-то пойдет не так, вырубай комп, – посоветовала я, не удержавшись от смешка.

– Так и сделаю, – в ее механическом голосе проскользнула улыбка. – Прощай, сестра.

– Прощай. И удачи, – в груди разлилось странное щемящее чувство.

Дверь закрылась, отрезая меня от Славы – незаменимой моей помощницы и моего оригинала. Больше мы никогда не увидимся.

Я почувствовала себя до странности одинокой. И в этот момент раздался голос Теона.

– Ты кто такая?

Резко я обернулась к нему и в первый момент не узнала. Изменилось все – одежда, прическа, выражение лица, взгляд.

В котором больше не было тепла.

Я сглотнула, предположив худшее – игровому персонажу вход в это место стер память. И теперь он не помнит меня… больше не мой Теон.

– Яра, – напомнила я. – Мы шли сюда вместе.

Он нахмурился:

– Но это – соло-игра. А игровым персонажам хода сюда нет.

– В смысле? – озадачилась я. – А ты тут тогда как?..

И тут до меня дошло. Он сказал, что это – игра. Он – игрок. Не персонаж, как я все это время думала. Но почему тогда?..

– Я проходил игру, и другой игрок появиться тут просто не мог, – сообщил он. – Так… кто же ты? И откуда взялась?

И сквозь его холодность и отстраненность вдруг прорезалась растерянность.

И надежда. Словно он ждал, что я все смогу объяснить, чтобы…

Нет. Это просто была игра. Игра, которая вела его к победе, а я – досадная случайность.

– Вообще-то, это ты меня сюда запихнул, – сердито ответила я.

И в ответ на его удивленный взгляд рассказала, как очутилась внутри игры.

– Так ты и впрямь игрок, – выдохнул он.

И только сейчас я заметила, в каком он был напряжении все это время.

– Ну да. А мой ассистент – это реальная я, которая отвечала за игровую механику. А почему ты ее не слышал?

– Потому что в полном погружении игра блокирует все, что может дать игроку подсказку, что он – игрок. И подстраивается под обстоятельства… Я отыгрывал работника центра, приложившего руку к заражению и пытающегося выбраться из ловушки, а ты… была игроком? С полным пониманием, что это – игра?

– Ну… да.

Теон покачал головой в удивлении:

– Невероятно…

– А что теперь? Мы выйдем из игры?

Он снова нахмурился:

– Я выйду из игры. А ты… Если в реальности ты оставалась в сознании, тебя невозможно загрузить обратно в твое тело.

– Почему?

– Это создаст конфликт между двумя разными прожитыми ситуациями, и сознание сломается. К тому же для возврата требуется более сложное оборудование, чем цифровизатор, замаскированный под диск.

– И… я что, останусь запертой здесь? – я растерялась.

– Игра завершится, как только я выйду отсюда. Тебе негде будет существовать, – правда прозвучала жестоко.

Я шагнула назад и уперлась спиной в стену. Хорошо, что есть на что опереться.

Выходит, я все-таки умру? И весь этот путь… мои сражения, преодоления себя, моя любовь – все это просто… растворится в небытие?

Я догадывалась, что так будет. Но до последнего не верила.

Я тряхнула головой и постаралась, чтобы мой голос не звучал жалко:

– Почему меня вообще оцифровало? Зачем? И почему ты ведешь себя так, будто ты не при чем?

– Потому что я не при чем, – он взъерошил себе волосы совершенно непривычным жестом. – Я… я не понимаю, как это случилось.

Я заставила себя улыбнуться:

– Что ж… это было захватывающее приключение, верно? Надеюсь… – голос все-таки сорвался, но я сумела взять себя в руки: – Надеюсь, ты будешь иногда меня вспоминать. Хотя… лучше забудь. Иди, Теон… или как тебя зовут на самом деле? Игра закончилась. Ты победил.

– Яра… – он зажмурился и мотнул головой, а затем решительно подошел ко мне: – Как я могу уйти? Без тебя? Мы победили, вместе. И я люблю тебя. Я не могу оставить тебя здесь.

– Любишь? – вскинула я на него взгляд. – Но ты же просто играл…

– Полное погружение работает не так, – он покачал головой. – Да, реальность и память в игре изменяются, но все остальное – настоящее. Опыт. Эмоции. И чувства. Я люблю тебя – и это останется со мной вне игры.

– Я даже не знаю, кто ты, – прошептала я.

– Меня и в реальности зовут Теон. Я оператор потоковых приложений матрицы симуляций… что-то вроде программиста. И, кажется, мы с тобой из разных миров.

– Ну да. Ты из реального, а я – из цифрового, – криво усмехнулась я.

Он покачал головой и кончиками пальцев погладил меня по щеке:

– Нет. Я не из той реальности, откуда появилась ты.

Его губы коснулись моих, и я ответила на поцелуй – как я могла отказаться от последнего удовольствия перед смертью?

А затем Теон решительно отстранился, сосредоточенный и упрямый:

– И это значит, что матрица создала неизученный эффект. Я могу вытащить тебя отсюда, Яра.

– Можешь? – изумилась я, чувствуя, как затрепетало надеждой сердце.

– Да. Но только в свой мир.

– Но у меня же там нет тела, – я нахмурилась недоуменно.

– Тело – не проблема, – отмахнулся он, отворачиваясь и пытаясь что-то нащупать на стене.

– В смысле – не проблема?

– На Луории процентов восемьдесят населения – синтетики, биологические тела которых недоступны.

– Что это такое – синтетик?

– Искусственно созданное тело, – он обернулся ко мне. – Для переноса сознания. Обычно при переезде на другую планету сознание переместить проще, чем тело.

– На другую планету? – переспросила я тупо.

Я старалась поспевать за его мыслью и, наверное, мне следовало реагировать на его слова более бурно, но, видимо, шок сказывался. Не каждый день тебе отменяют смертный приговор, предлагая взамен жизнь среди технологических чудес.

Ладно. Я определенно подумаю об этом после.

– Благодаря системе переноса сознания и синтетическим телам мы и смогли покорить космос, – он улыбнулся.

– То есть я попаду в футуристическое будущее? Если выйду отсюда? – недоверчиво поинтересовалась я.

– Это тавтология, но да, судя по всему, моя реальность ушла далеко вперед от твоей, – он продолжил двигаться вдоль стены, пытаясь что-то нащупать.

– А в синтетическом теле я не буду понижена в правах? – поинтересовалась я.

Он удивленно на меня взглянул:

– Нет, конечно. Искусственные тела ничем не отличаются от настоящих, кроме происхождения. А ты… станешь знаменитой, как та, кто помогла открыть неизвестный эффект симуляционной матрицы.

Мне почему-то стало спокойнее, несмотря на повышающийся вокруг градус безумия. Может, это такое продолжение игры?

– А если тело – не проблема, тогда что – проблема? – спохватилась я.

– Проблема – как привести тебя сюда.

– Но я же уже здесь.

– И ты попала сюда, потому что я передал тебе игру. Но я этого еще не сделал.

– Еще? – переспросила я.

– Да. И сейчас мне нужно сделать так, чтобы я появился в твоем прошлом и вручил тебе диск.

– А если у тебя не получится? – тихо спросила я.

– Конечно, получится, ведь ты же здесь, – он улыбнулся.

Я подошла к нему и мягко коснулась его плеча, заглядывая в глаза:

– А может, это и не нужно?

Он замер, а затем обхватил мое лицо ладонями:

– Нужно. Яра, я никого и никогда не любил так, как тебя. Я хочу быть с тобой. И ты говорила, что останешься со мной.

– Я тоже люблю тебя, Теон, – мне хотелось заплакать. – Но, если мы не встретимся, то ничего и не будет?

– А ты хочешь, чтобы не было? – посмотрел он на меня внимательно и серьезно.

Я подумала об этой безумной неделе, обо всем, что пережила в этой игре – не только опасности, но и чудесные ночи с Теоном. О своем будущем в незнакомом мире, шагнувшем далеко вперед по сравнению с моим. О Славе, которая никогда не встретится с Дмитрием, если сейчас Теон отступит.

О себе, такой, которая никогда не появилась бы, не попади я в игру.

– Нет, – качнула я головой. – Я хочу быть с тобой. Где угодно – только бы рядом.

Он улыбнулся, расслабляясь, и поцеловал меня:

– Не уверен, что согласился бы, откажись ты.

– Вот ты жук! – хлопнула я его по плечу.

А он рассмеялся, возвращаясь к странному своему занятию, и вдруг воскликнул:

– Ага!

Потянул на себя что-то, и из стены выдвинулась полупрозрачная панель.

– Что это? – почему-то шепотом спросила я.

– Визуализация управления. Я нашел источник искажения, и сейчас попробую отправить свою материальную проекцию в твой мир, чтобы передать тебе упакованную копию цифровизатора.

– Проекцию? То есть, тебя самого там не будет?

– Проекция создает полную видимость присутствия, – азартно ответил он, барабаня по кнопкам в одной ему понятной последовательности. – Даже с частичной материализацией.

– Ого, до чего техника дошла, – пробормотала я, сообразив, почему-то пирожное показалось мне настоящим.

Материализация, хоть и частичная.

Дело заняло у Теона много времени, но я не жаловалась и не отвлекала. У меня в голове теснились тысячи вопросов, но, если у него все получится, у меня будет время их задать.

А ведь прямо сейчас Теон создает меня – и осознавать это до невозможности странно.

– Готово, – Теон с победной улыбкой задвинул несанкционированную панель управления обратно в стену.

– Все? Мы можем выходить?

Я посмотрела на него снизу вверх – за время ожидания я села прямо на пол, завороженно наблюдая за лицом Теона. Таким живым и настоящим.

– Подожди. Сначала обеспечим тебя телом.

И он бросился к другой стене, где уверенным жестом выдвинул другую панель управления.

Через какое-то время над ней загорелась полоска загрузки, и Теон подошел ко мне, опустился рядом и приобнял:

– Тебе страшно?

– Я совру, если скажу, что нет, – я улыбнулась. – Это даже не переезд в другую страну… другой мир, поверить не могу.

– Все будет хорошо, – пообещал он. – Ты храбрая. И чудесная. И я всегда буду любить тебя.

– И я тебя, – призналась я бесхитростно.

Загрузка завершилась с приятным звоном, и в белоснежной стене открылись две двери.

– Идем, – помог мне подняться Теон.

Он подвел меня к одной из дверей и поцеловал:

– Встретимся в реальности, моя храбрая Яра.

Я зашла в маленькое помещение, посередине которого стояло кресло, похожее на стоматологическое. Как там их называют в космофантастике? Ложемент.

Дверь за мной захлопнулась, и я забралась в кресло, потому что оно как бы намекало.

– Закройте глаза и приготовьтесь к выгрузке сознания, – раздался приятный женский голос.

Я подчинилась. Голова будто бы закружилось, а тело утратило вес, я почувствовала себя так, словно уплываю в сон. А затем я услышала нежный звон колокольчика, и ощущение тела вернулось.

– Выгрузка сознания завершена. Добро пожаловать в реальность.