Текст книги "Большой откат"

Автор книги: Вэл Макдермид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Как раз в этот миг появился Ричард с хмурой улыбкой на лице.

–Справился? – спросила я.

– Я заставил его сбросить со счета еще пару фунтов, из-за ребрышек, которые вызвали у тебя аллергию и приступ астмы.

У меня нет никакой астмы. Насколько мне известно, аллергия у меня только на всякий бред. Пока мы шли к машине, я указала на это Ричарду.

– И что? – отозвался он, – Официант-то этого не знает. И кроме того…

– Заткнись! – прервала я, догадываясь о том, что последует. – Необязательно мне напоминать, что я выгляжу настолько ужасно, что вполне сойду за астматичку в припадке.

– Как хочешь, – ответил Ричард.

Я загрузилась в машину и тут же взвизгнула от волнения.

– Это он, Ричард, он! – вопила я изо всех сил, тыча Ричарда в ребра.

– Кто?! – рявкнул он.

– Парень, которого я ищу, – прокричала я в ответ, не в силах оторвать взгляд от человека, появившегося на улице с тремя коробками пиццы, которые он потом бережно положил на пассажирское сиденье «Транзита». Этого человека я видела с Читамом, его же видела в фургоне фирмы «Ре-новации», и он же, как я подозревала, скрывался под именем Т.-Р. Харрис.

– Это он выскочил как ошпаренный из паба днем, – как всегда, запоздало заметил Ричард.

– Знаю. Думаю, именно он ограбил Алексис и Крис.

– Тогда посмотрим, куда он поедет. – Ричард подождал, пока наш клиент заберется в фургон, и только потом включил слишком характерный двигатель своего «Жука». Ярко-розовый автомобиль с откидывающимся верхом – не та машина, которую я бы выбрала для слежки, но вариантов у меня не было.

– Держись как можно дальше, – предупредила я.

Мы стояли на месте, пока фургон не подкатил медленно к мини-развязке, где на мгновение остановился. Когда он повернул направо, Ричард отпустил педаль и ринулся в погоню. Свернув, мы увидели задние огни фургона, уже совершавшего очередной поворот. Несколько мгновений спустя мы были у этого поворота. Фургон как раз сворачивал у светофора.

– Езжай за ним! – крикнула я, когда загорелся желтый свет.

Ричард надавил на акселератор и резко вывернул руль: машина с визгом свернула за угол. Слава богу, что у него простые шины, а машина переделана по индивидуальному проекту. Фургон по-прежнему был в зоне видимости, и мы спокойно проехали за ним еще один перекресток и вверх по холму. Потом фургон свернул на подъездную дорожку. Я с облегчением вздохнула. Преследовать автомобиль намного сложнее, чем думают некоторые. В тридцати случаях из ста вы его просто теряете.

– Отлично. Не снижай скорость, – скомандовала я Ричарду. – Сверни в следующий переулок.

Несколько секунд спустя он затормозил, и еще не успел заглушить мотор, как я выскочила из машины. Боль, о которой я забыла в азарте погони, немедленно напомнила о себе. Выпрямившись, я поморщилась и медленно заковыляла по улице, так что Ричард успел меня догнать.

– Что это ты задумала? – возмутился он. – Ты должна быть в кровати, а не разгуливать по закоулкам Бакстона.

– Я просто хочу проверить, что это за дом.

– Сегодня ты уже достаточно потрудилась, – возразил Ричард. – Брось, Кейт, не глупи. Тебе нельзя сейчас так нагружать себя. Ты и так сделала для Алексис много.

Я стряхнула его руку.

– Я должна узнать, к какому дому он подъехал. Не собираюсь делать ничего более рискованного. – Что было абсолютной правдой. По крайней мере некоторое время.

Сорок минут спустя я спокойно шла по подъездной дорожке к «Хейзлден». Это правило я усвоила очень рано. Никогда не таись, не ползи и не пробирайся украдкой, когда можно идти открыто. Нет ничего менее подозрительного, чем человек, который ведет себя так, будто знает, куда направляется, и имеет полное право там находиться. К счастью, дорожка была с асфальтовым покрытием, так что обитатели дома не могли услышать хруста гравия под ногами.

Ричард доставил меня обратно в гостиницу, после того как мы прошли мимо резиденции Б. Ломакса, строителя. Я уверила Ричарда, что, немного посмотрев телевизор, рано лягу спать. Я не уточнила ни когда именно, ни имеются ли у меня еще какие-то планы на вечер. И Ричард весело направился слушать местные группы, предусмотрительно оставив ключи от машины в надежде, что найдет поблизости какую-нибудь сносную выпивку. Я выждала пятнадцать минут, потом поехала к переулку рядом с домом Ломакса.

Дом был солидный, квадратный, такой, похоже, мог выстоять даже против ядерного взрыва. Полагаю, он и должен быть таким, чтобы пережить бакстонские зимы. Надо отдать викторианцам должное: они знали, как строить долговечные дома. Могу поспорить, что дизайнеры каждое утро на коленях благодарят небо за гибель этой конкретной традиции. С одной стороны подъездной дорожки шла мощная живая изгородь и высокие деревья, которые выглядели так, словно были здесь так же давно, как и серые каменные стены здания. Приблизившись к дому, я вжалась в изгородь, скрывшись в ее тени.

На изгибе дорожки перед фасадом дома стоял черный «БМВ» третьей серии. Фургон был припаркован сбоку, у дверей большого деревянного отдельно стоящего гаража. В передней части дома не было огней, только над крепкой входной дверью горел фонарь из витражного стекла. Я старалась двигаться настолько осторожно, насколько позволяли негнущиеся суставы, и держалась за фургоном, который заслонял меня от дома. Добравшись до конца кабины, я увидела на лужайке за домом полосы света.

Стояла напряженная тишина. Шум уличного движения остался где-то далеко, мне даже приходилось прилагать усилия, чтобы его расслышать. Я проскользнула обратно к задней части фургона, осторожно вытащила из сумочки миниатюрный фонарик и посветила. Невозможно было определить, что находится за прикрепленной шурупами фанерной панелью. Но недаром я была герлскаутом. И еще я на всякий случай обшарила коробку с инструментами в бардачке Ричардовой машины. Выбранная мною крошечная отвертка великолепно подходила для предстоящей работы.

К несчастью, того же нельзя было сказать обо мне. Верхние шурупы находились слишком высоко. А в пределах видимости не было ничего, на что можно встать. Поэтому я решила исходить из своих возможностей и открутила четыре нижних шурупа. Они легко поддались. То, что на них не было ржавчины, показалось мне подозрительным.

Я подсунула отвертку под панель и отодвинула ее примерно на дюйм. Вывернув голову и подсунув фонарик под панель, я разобрала на стенке фургона надпись «Ре-новации». Ура! Я запомнила телефон фирмы, затем привинтила болты обратно. Даже после такого небольшого усилия я вся покрылась потом. Меня тянуло вернуться в гостиницу и забраться под одеяло, но не хотелось упускать возможности осмотреть все подробнее, пока мой строитель занят своей пиццей и, очевидно, гостями.

Я вернулась к кабине фургона и осмотрела гараж. Фургон находился в двух футах от двойных дверей, запертых на тяжелый замок. Я так и не научилась с легкостью отпирать замки, несмотря на уроки эксперта этого дела, моего друга Денниса-взломщика, а сейчас у меня вообще не было на это сил. Тут я сообразила, что, встав на бампер фургона, смогу заглянуть в верхние мутные стекла дверей. По крайней мере, тогда мне будет ясно, стоит ли вспоминать наставления моего учителя-взломщика.

Я взгромоздилась на бампер и оперлась о двери, раздался скрип, от которого у меня едва не случился разрыв сердца. Я затаила дыхание, но не уловила никакого движения. Я сжала зубы и подняла фонарик над головой, чтобы его свет сквозь стекло попал в гараж.

Моя догадка о гараже оказалась верной. Но не требовалось взламывать двери и проникать внутрь, чтобы увидеть доказательство, которое я искала.

12

Я подождала, пока Ричард наполовину выпьет вторую чашку кофе, и только потом сообщила ему хорошие новости.

– Можешь, если хочешь, возвращаться в Манчестер, – сказала я, небрежно намазывая ломтик хлеба маслом.

– Что?! – почти поперхнулся он.

– Можешь возвращаться в Манчестер, если хочешь. – Я посмотрела на часы. – Если соберешься за полчаса, то, может, успеешь к футбольному матчу, – добавила я со сладкой улыбкой. Никогда не понимала, зачем Ричарду каждое воскресное утро гонять по грязному полю со своими бывшими школьными дружками-переростками. Я постоянно твержу, что ему не нужен предлог, чтобы в воскресенье днем посидеть в пабе, но Ричард твердо придерживается футбольного ритуала. Он ворчал из-за необходимости пропустить игру с того самого момента, как я уговорила его остаться на ночь в Бакстоне.

– Но как же насчет того парня? Ломакса, Харриса или как его там. Я думал, тебе надо за ним следить.

– Я решила, поскольку это дело Алексис, пусть она придет и поможет мне. Наверное, тебе вряд ли захочется провести воскресный день в Бакстоне с Алексис, – подчеркнуто заботливо произнесла я.

Появилась официантка с настоящим английским завтраком для Ричарда и омлетом для меня, поэтому мы молчали, пока Ричард торопился съесть вареные яйца, пока они не остыли.

– И что же такого может сделать Алексис, чего не могу я? – скептически поинтересовался он. – Не уверен, что безопасно оставлять вас тут одних. Ведь если это действительно тот парень, который надул Алексис, неужели она не взбесится, увидев его? А ты сейчас еще не в форме для таких дел.

Я была тронута. Тревожный признак. Год назад я бы оторвала голову любому мужчине, который посмел бы предположить, будто я не в состоянии сама о себе позаботиться. Но теперь я была тронута. Это меня серьезно встревожило.

– Все будет в порядке, – заверила я, – После того, как мы его вчера выследили, я поняла, что больше ничего не смогу сделать, пока Алексис сама его не опознает. – Я не стала говорить Ричарду о своей маленькой экскурсии. И хорошо поступила, учитывая его беспокойство о моем здоровье.

Он взглянул на меня с сомнением.

– Не знаю, – пробубнил он, жуя колбасу. – Ты тащишь меня в эту богом забытую дыру, заставляешь есть самые ужасные китайские блюда в моей жизни, за исключением, пожалуй, креветок на банановых пончиках в «Солткоутс», отправляешь меня слушать самую убогую и нудную музыку, с которой может сравниться только последний альбом Билли Джоэла, а потом заявляешь, будто меня можно заменить писакой из вечерней газеты! Что я должен подумать?

– Просто будь благодарен, что я не заставляю тебя оставаться тут на ужин, – усмехнулась я. – Слушай, все будет хорошо. Обещаю не рисковать. – Это я могла пообещать положа руку на сердце. В конце концов, все рискованные шаги, которые мне необходимо было предпринять в связи с Т.-Р. Харрисом, я уже предприняла.

– Ладно, – согласился Ричард. – Пообещай только кое-что еще. – Я вопросительно подняла брови. – Обещай, что заставишь рисковать Алексис. Причем предпочтительнее рисковать жизнью. – Я уже говорила, они притворяются, будто терпеть друг друга не могут.

– Свинья, – проворковала я. – Если бы Алексис услышала, она бы тебя убила.

– Услышала что? – угрожающе прогремела Алексис, выдвигая стул и усаживаясь. И тут же махнула рукой официантке. – Доброе утро, детки, – приветствовала она нас. – Английский завтрак, – бросила она официантке.

– Кейт не в состоянии выносить тяжелых нагрузок…

– Кейт повезло – на данный момент, – перебила Алексис, подмигнув мне исподлобья.

– Поэтому я сказал, что если кто-то и должен рисковать, так это ты, – с достоинством закончил Ричард.

– Конечно, это вполне разумно, – отозвалась Алексис– При первом признаке опасности вы скрываетесь за ближайшим горизонтом, предоставляя право рисковать женщинам.

Похоже было, что Ричард вот-вот подавится.

– Ты бы ехал прямо сейчас, если хочешь успеть к матчу, – сказала я, под столом наступая Алексис на ногу.

Ричард взглянул на часы, выругался и заглотал свой завтрак в рекордное время. Потом торопливо вскочил, одним глотком опустошил чашку чаю и запечатлел маслянистый поцелуй где-то в районе моего рта.

– Увидимся вечером, Брэнниган, – выпалил он и направился к двери.

– Типичный мужчина! – крикнула ему вслед Алексис. – Когда положение становится крутым, крутые смываются.

– Дело можно доверить тебе только потому, что вся настоящая работа уже выполнена! – прокричал в ответ Ричард.

К этому моменту у нас было больше зрителей, чем у телеканала «Би-скай-би». Все остальные посетители сгорали от любопытства.

– Заткнись, – сквозь стиснутые зубы бросила я Алексис. После этого я махнула рукой Ричарду, и он, с улыбкой подмигнув мне, исчез. – Честное слово! – взмолилась я. – Что ты к нему прицепилась? И не говори мне, будто он первый начал, потому что вы оба хороши. Слава богу, нам не предстоят какие-то тайные расследования.

– Прости, – не выказывая ни малейшего раскаяния, сказала Алексис– Теперь, когда наша звезда пресс-корпуса наконец скрылась, расскажи мне все. По телефону ты была слишком краткой. – Она закурила и прищурилась на меня сквозь сигаретный дым.

Я начала было рассказывать, как выследила Т.-Р. Харриса, но Алексис нетерпеливо перебила меня:

– Не о моем деле! О себе. Расскажи мне, как ты. Не хочу портить тебе настроение, но ты не выглядишь как женщина, которой под силу гоняться за мужиками в черных шляпах по всему Дербиширу. Боже правый, Кейт, тебе не следовало вчера заниматься Харрисом! Тебе следовало лежать в постели и поправляться.

Я покачала головой:

– И чтобы Ричард предупреждал каждое мое желание? Представляешь, на что будет похожа моя кухня, если на двадцать четыре часа передать в его руки бразды правления? – Я поежилась. – Нет уж, спасибо. К тому же я была рада отвлечься от мыслей о том, что случилось. Не очень-то приятно знать, что кто-то хочет тебя убить или здорово припугнуть.

– Ты совсем не представляешь, кто за этим может стоять? – спросила Алексис. Она не могла не задать этот вопрос. Проявившись как чуткая подруга, она теперь просто вернулась к своей журналистской природе.

– Думаю, это связано с делом, над которым я работаю. Через день-два буду знать точнее. Не волнуйся, когда появится что-нибудь стоящее опубликования, ты первая об этом узнаешь, – успокоила я ее.

– Я не для этого спросила, – нахмурилась Алексис– Не боишься, что они предпримут вторую попытку?

– Это они могут, наверное. Но вчера за нами никто не следил. У мена по тому делу работает новый человек, и завтра я все выясню. Похоже, я сделала все возможное, чтобы свести риск к минимуму.

Подошла официантка и поставила перед Алексис дымящуюся тарелку. Второй раз за это утро мне пришлось лицезреть такое количество еды, какого хватило бы румынскому сиротскому приюту на неделю, и я почувствовала легкую тошноту.

– А теперь расскажи мне о Т.-Р. Харрисе, – напомнила Алексис, вдавив сигарету в пепельницу.

Я поведала ей о своих поисках исчезнувшего строителя,

– И когда я посветила фонариком в окно гаража, я увидела ее, – закончила я.

– Другую вывеску? – спросила Алексис.

– Ту же самую. На которой написано «Т.-Р. Хар-рис, строитель». Конечно, ты еще должна опознать этого парня, но, считаю, это только формальность.

– Значит, это Читам все подстроил? – грозно вопросила Алексис– Я убью этого подонка, дай мне только до него добраться.

– Пока не уверена, какова его роль во всей этой афере. Ясно, что он в ней по уши завяз, но не знаю, кто кого надоумил.

– Какая разница? Оба они сволочи! И уверяю тебя– они еще горько пожалеют о том дне, когда встретили меня и Крис, – негодовала Алексис. Она сердито провела рукой по волосам и, закурив вторую сигарету, глубоко втянула дым в легкие.

– Когда придет время, мы к этому вернемся, – успокоила я ее. – Все в свой черед. Надо убедиться, тот ли это парень и нет ли для увиденного мной какого-либо невинного объяснения.

– Да? И какого же? – фыркнула Алексис – Например, что Читам работает под прикрытием на отдел мошенничеств?

– Нет. Например, что строитель Б. Ломакс сдает этот гараж другому строителю, Т.-Р. Харрису, старому другу Мартина Читама, который их познакомил, а Читам, как и ты, просто невинная жертва. – Это на какое-то время успокоило Алексис, и я объяснила ей, чем собираюсь заняться, вернувшись в номер.

Поднявшись наверх, я набрала домашний номер Пола Кингсли. Этот звонок мог бы подождать и до вечера, но мне не терпелось узнать результаты наблюдения. Пол ответил с третьего звонка. К счастью, судя по голосу, детектив уже не спал.

– Как все прошло? – спросила я после необходимого обмена любезностями.

– Как ты и предполагала, – сказал он, не в силах скрыть разочарования. Впрочем, как всякий мужчина, он на это вообще не способен. – Наш объект появился около девяти часов, загрузил в свой автомобиль коробки и исчез в ночи.

– Он выглядел подозрительно? – поинтересовалась я.

– Он объехал всю парковку, прежде чем остановился у пункта погрузки. А потом проделал весь путь пешком, – сообщил Пол.

– Полагаю, он тебя не заметил? – Об этом можно было не волноваться. Пол знает свое дело. Он коммерческий фотограф и ужасно радуется, когда я прошу его поработать для нас. Думаю, он при этом чувствует себя Джеймсом Бондом и, возможно, гордится этим занятием больше, чем мы, которые зарабатываем им на жизнь. Пол хихикнул:

– Не-а. Там стоят эти здоровые ящики для мусора. Я сидел в одном из них.

Поняли, что я имела в виду? Я бы ни за что не смогла из чувства долга провести вечер в компании червей. Кроме разве что тех редких случаев, когда Ричард таскает меня с собой на журналистские сборища.

– Снимки сделал?

– Сделал. Заскочил в свою темную комнату, проявил их и напечатал. У меня есть великолепные снимки, на которых он крадется» загружается, а потом перегружает оборудование в фургон «Рено» у автосервиса в Натсфорде, – с гордостью заявил Пол.

– Тебе удалось выследить его? – Я была потрясена. У меня это не получилось.

– Это была просто удача, – признался он. – Пришлось ждать, пока он скроется из виду, и только потом я вылез из мусорного ящика, да еще машину я оставил за соседним складом. Но он ехал в том же направлении, что и я, и мне, видно, больше повезло со светофорами. Я притормозил у перекрестка в Стретфорде, и он оказался прямо передо мной. Так что я держался за ним и заснял, как он меняет машины, У меня есть номер фургона, и ты сможешь выяснить, кто получатель груза.

– Отличная работа, – нисколько не кривя душой, похвалила я. – Можешь оказать мне услугу? Подбрось снимки завтра в офис и объясни все Шелли. Я подойду попозже.

– Нет проблем. Ах да, Кейт.

– Слушаю?

– Спасибо, что не забываешь про меня, – с искренней благодарностью сказал Пол. Никогда мне не понять мужчин. Посади их на несколько часов в мусорный ящик, и они считают, что субботний вечер прошел по высшему разряду.

Алексис мерила шагами вестибюль, нервно стряхивая несуществующий пепел с сигареты, как делают все курильщики, находясь в состоянии когда никотин уже не в силах оказывать на них свое успокаивающее действие. Увидев меня, она перестала шагать и принялась звенеть ключами от машины, пугая несчастную администраторшу, которая пыталась выписать мне счет.

Я нехотя села в машину Алексис. Похоже, журналисты повсюду возят с собой все жуткое оборудование своего офиса. В ее «Пежо» было больше старых газет, чем за неделю могла использовать средняя лавка, торгующая жареной картошкой. Алексис купила машину в прошлом году, через месяц пепельница была уже полна, и с тех пор, похоже, ее не чистили. На полочке примостилась стопка старых записных книжек, которые ерзали туда-сюда при каждом повороте, а под пассажирским сиденьем разместился портативный компьютер, отбивавший пассажиру пятки при каждом торможении. Будь моя машина в таком состоянии, я бы постыдилась возить в ней людей, однако журналисты почему-то гордятся своими мусорными свалками на колесах.

Прежде всего мы заехали в местный полицейский участок и просмотрели список избирателей. По нужному нам адресу проживали двое– Брайан и Элеанор Ломакс. Очевидно, его жена, решила я. Затем мы медленно проехали мимо их дома. Черный «БМВ» уже исчез, но фургон был на месте. Я попросила Алексис припарковаться поблизости, она развернулась в переулке и поехала обратно к жилищу Ломаксов. Мы остановились в сотне ярдов от дома. Нам была видна передняя дверь и подъездная дорожка, хотя фургон был теперь от нас скрыт.

Алексис, такой же ветеран слежки, как и я, вытащила из сумочки книгу в бумажной обложке и погрузилась в чтение, уверенная, что боковым зрением тут же заметит любое движение около дома. Я сосала мятные конфеты и слушала радио.

Первый признак жизни появился лишь через пару часов. Мы обе среагировали на него одновременно. Алексис выпрямилась и швырнула книжку на заднее сиденье. Брайан Ломакс, выйдя из-за угла дома, продолжил свой путь по подъездной дорожке. На нем были уже знакомая мне черная кожаная куртка и джинсы, но на этот раз с кремовым свитером с воротником поло. В конце дорожки Ломакс повернул направо, спустился под уклон и направился в сторону светофора.

– Это он? – задала я вопрос – не слишком оригинальный, признаюсь.

Алексис мрачно кивнула:

– Т.-Р. Харрис. Я бы везде узнала этого мерзавца. – Она повернула ключ в замке зажигания, и «Пежо», закашляв мотором, ожил.

– Подожди! – резко сказала я. – Куда ты собралась?

– Собралась догнать его, – не менее резко ответила Алексис. – А потом прижать его к стенке. – Она надавила на педаль.

Я нажала на тормоз.

– Нет!

– Да! – взорвалась Алексис– Этот ублюдок разгуливает с нашими пятью тысячами, и я хочу вернуть эти деньги.

–Слушай, остынь, – скомандовала я. Алексис поняла, что я настроена решительно, и подчинилась, лишь изредка, для выпускания пара, продолжая включать и выключать мотор. – Теперь ты знаешь его имя и адрес и можешь в любое время добраться до него. Как и полицейские.

Алексис покачала головой:

– Никакой полиции. Я хочу вернуть деньги, а если этот парень попадет под стражу, я их не получу. Единственное, что мне надо, – это прижать его и вернуть то, что принадлежит нам.

– Если ты его прижмешь, то не вернешь своих денег. Он просто рассмеется тебе в лицо. И даже если ты появишься у него со своими менее приятными подручными, сомневаюсь, чтобы он был из тех, кого можно припугнуть и заставить отдать деньги.

– И что ты предлагаешь? Просто лечь и умереть?

– Нет. Знаю, это звучит несколько радикально, но почему бы тебе не подать на него в суд? Только не приглашай в качестве адвоката Читама, – добавила я, пытаясь ее немного взбодрить.

– Это займет целую вечность, – простонала Алексис.

– Необязательно. Попроси своего адвоката написать письмо с требованием вернуть деньги, а если Ломакс их не выложит, пусть адвокат предъявит ему обвинение по всем правилам. Это будет означать, что Ломаксу придется выплатить деньги в определенный срок, иначе ты заявишь о его банкротстве. А .поскольку его афера незаконна, вряд ли он будет увиливать и ждать, пока ты начнешь судебное разбирательство, – объяснила я.

Алексис вздохнула:

– Ладно, твоя взяла. Но при одном условии.

– Каком?

– Что ты день или два последишь за ним. Я хочу знать его излюбленные места, где он работает, с кем, – на случай, если он вздумает лечь на дно. Естественно, я тебе заплачу. Пусть все будет официально.

Теперь пришла моя очередь вздохнуть.

– Ты выбрала неподходящую неделю. Я по уши завязла в этих исчезнувших оранжереях и ворованных лекарствах.

– Я не начну судебное разбирательство, пока не выясню, где его можно найти, если его вдруг не окажется дома, – уперлась Алексис.

Напряжение последних полутора дней наконец подкосило меня. Сил спорить не было, и я сдалась.

– Ладно, заводи машину. Займусь этим, как только смогу.