Текст книги "Геноцид карпаторусских москвофилов – замолчанная трагедия ХХ века"

Автор книги: Василий Ваврик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

ГЕНОЦИД КАРПАТО-РУССКИХ «МОСКВОФИЛОВ»
Намеренно замолчанная трагедия XX века
Воспоминания узника концентрационного лагеря «Таллергоф» Василия Ваврика

Геноцид карпаторусских «москвофилов» – гуманитарный и правовой аспекты

Впервые книга узника Австро-Венгерского концентрационного лагеря «Талергоф» Василия Романовича Ваврика была переиздана нами в 2001 году. Эта книга-предупреждение. Предупреждение о том, что «мазепинская» идеология, согласно которой украинцы не только никогда не были важнейшей составляющей русского мира, но боролись с ним, были враждебные ему, будучи сфабрикованной, лживой и абсурдной, но не будучи опровергнутой, будет распространять свое влияние дальше на Восток. Украины. Издавая книгу в 2001 году, мы не питали иллюзий о том, что она перевернет сознание жителей Галиции, что они, узнав правду о своем русском прошлом, прозреют и вернуться к нему. Нет, мы пытались достучаться до тех, кто на землях Центра и, тем боле, Востока Украины (Донбасса, Крыма Новороссии) способен слышать, думать, понимать, тех, кто чувствует ложь пропаганды о вековой борьбе Московской и Киевской Руси, о мнимом порабощении последней первой. Мы хотели и хотим дать, кто интуитивно чувствует эту ложь, правдивые и достоверные исторические знания об общерусском национально-культурном единстве. Но силы были неравны. Пока Россия и русские просыпались, вновь обретали и осознавали свою идентичность, свои права, свою историческую субъектность и православную религиозную миссии, те, кто создает из Украины антироссийский «Пьемонт», действовали и наступали. На одну нашу книжку и несколько книг, изданных по данной проблематике Михаилом Смолиным, приходятся сотни книг, учебников, программ, фильмов, доказывающих прямо противоположное. Временная победа «оранжевой революции» в 2004 году продемонстрировала тот факт, что граница распространения «мазепо-бандеровской» мифологии и идеологии Украины как «антиРоссии» передвинулась из Галиции на восток, захватила центральные области Украины и Киев. Киев становился Львовом все годы «незалежности» – галицийские идеологи знали, что материя отнюдь не первична, спокойно отдавали днепропетровским менеджерам экономику, но занимали ключевые посты в сфере образования, культуры, идеологии, религиозной политики, СМИ. Ковали свою «элиту». В итоге к 2004 году гуманитарный класс и медиа сообщество Киева-«матери городов русских», был на стороне «оранжевых». В результате «оранжевой революции» 2004 года русскоязычный Киев стал Львовом. Львовская идеология стала государственной. Президент Ющенко добился принятия «Закона о голодоморе», согласно которому этот большевистский «социоцид» признается «геноцидом» внес в Верховную Раду еще один законопроект об уголовной ответственности за отрицание «голодомора» как «геноцида украинской нации». Ющенко не просто поддерживает церковные расколы, как это делали его предшественники – Кравчук и Кучма, а создает «Рабочую группу» при своем Секретариате, целью которой является разрыв последней и самой главной связи Киевской и Московской Руси-духовной, отрыв Украинской Православной Церкви от Московского Патриархата.

Теперь «битва за умы», за историческую правду, за самосознание переместилась на Юго-Восток, Донбасс, Крым и Новороссии, исторически великорусские земли, переданные УССР большевистской властью. Главная задача «оранжевой власти»-их ассимиляция и дерусификация. Нам возразят – это же невозможно, Севастополь – это город русской славы. На что придется сказать необходимую правду. К сожалению, возможно. В конце девятнадцатого века Львов тоже был городом русской славы, десятки тысяч исповедников Православия и русских патриотов Червонной (Галицкой) Руси шли на крест, на плаху за право считать себя православными и русским. Но в итоге Львов стал антирусским «Пьемонтом». А Киев, где еще перед большевистским переворотом мысль о «нерусскости» Киева и отделении от России считалась бредом.

Из этого следует, что автоматически, в силу традиции и исторической памяти, религиозное и национальное самосознание сохранить невозможно. Побеждают пассионарии, тем, кто знает свои цели и имеет волю их реализовывать. Галиция победила потому что она религиозна и идеократична. Ее религиозность оппозиционна православной, она дает своим носителям пусть ложные, но цели и смыслы. Галиция не подверглась принудительной атеизации и поэтому оказалась в выигрышном положении. В свою очередь, Донбасс, Крым и Новороссия подверглись тотальной атеизации и украинизации. Следовательно, возрождение их пассионарности и русского самосознания напрямую зависит от преодоления атеизма, этого подлинного «опиума для народа». А преодоление атеизма напрямую зависит от миссионерской активности, контрнаступления Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Чтобы это миссионерское контрнаступление состоялось, необходимо раз и навсегда закрыть вопрос об отделении Украинской Православной Церкви от Московского Патриархата. Поэтому, вызов, брошенный Ющенко канонической Церкви, а именно проект «поместной украинской церкви», это повод к мобилизации всех ее живых и действующих сил, так необходимый для «миссионерского контрнаступления». Оно невозможно без формирования собственной гуманитарной элиты – богословов, апологетов, миссионеров, политиков, политологов, журналистов. Да, Украинская Православная Церковь Московского Патриархата является численно доминирующей. Это хорошо, но недостаточно. Без своей интеллектуальной, политической и медийной элиты ее переиграют и пока переигрывают противники. Например, униаты, являясь численным меньшинством, локальным явлениям, поставили на выращивание собственного политического класса и медиа элиты, которая и взяла власть над умами в Киеве, а затем, соответственно, и власть вообще. Именно так можно объяснить абсурдную ситуацию, когда целые области центра Украины, где подавляющее большинство верующих принадлежит Украинской Церкви Московского Патриархата, голосуют за «оранжевых», которые с этой Церковью борются. Народные массы то есть, а интеллектуальной элиты, которая ретранслирует вечные православные ценности в актуальную политическую повестку дня и умеет убеждать в ней мыслящих, тянущихся, здорово амбициозных молодых, активных и перспективных людей, нет. Есть отдельные люди, понимающие необходимость создания такой элиты, но нет системы. Нет даже православных университетов для подготовки право-славаных политиков и журналистов. Аууниатов именно на это делается ставка. Так меньшинство навязывает большинству свою повестку дня, причем довольно профессионально – большинство думает, что его повестка дня. Соответственно, выращивание именно такой – молодой креативной, амбициозной, но воспитанной на ценностях православной веры и культуры, знающей историческую правду о том, «откуда есть пошла Руська земля», за что убивали мучеников Талергоф, что такое Донбасс, Крым, Новороссия и Подкарпатская Русь, и есть необходимое условие возрождения Великой, Малой и Белой России.

Правда о мучениках Талергофа должна быть переложена и на язык правовых актов. Геноцид карпаторусских москвофилов должен быть официально признан преступлением против человечества. Это и политически актуально, и необходимо объективно.

Кирилл Фролов.

зав. отделом Украины Института Стран СНГ, Глава Московского отделения Союза Православных Граждан

Гуманитарные проблемы
«Битва за историю»

К сожалению, до сих пор приходится констатировать колоссальную недооценку в России гуманитарного фактора. Между тем, украинский национализм и заинтересованные в нем политические силы придают ему колоссальное значение. Так, в 1997 году представитель фонда Сороса на Украине Б. Гаврилишин заявил, что фондом выпущено более 90 учебников истории Украины «антиколониальной», то есть антироссийской направленности. По этим учебникам (как украино, так и русскоязычн ым) учится вся молодежь Украины. Однако подавляющее большинство из них являются не научными изданиями, а пропагандистскими брошюрами, в которых содержатся груб ые подтасовки истории. Вся трагедия в том, что эти откровенные фальсификаторы не получают адекватного научного и публицистического ответа, и таким образом создается иллюзия безальтернативности, признанности их концепций. Данная статья, издание уникальной книги В. Ваврика о геноциде карпаторусских «м освофилов» является попыткой высветить основные направления для адекватного ответа «научной» русофобии.

I. Карпато-русское москвофильство «белое пятно» отечественной истории и культуры

Вступление

На Фомино воскресенье, в этом году приходящееся на 6 мая, во Львове, на Лычаковском кладбище, у памятника «Всем погибшим за Единую и Неделимую Россию» священники единственного во Львове православного храма – Св. Георгиевского – юрисдикции канонической УПЦ Московского Патриархата, служат панихиду по десяткам тысяч мучеников Галицкой и Подкарпатской Руси, погибшим за Православную веру и Святую Русь. Ныне их подвиг сознательно замалчивается, однако памятники на Лычаковском кладбище («Павшим за Единую и Неделимую Россию», «Памятник русским журналистам») служат немыми «вещественными доказательствами того, о чем сказано ниже.

Блестящий русский историк, богослов и публицист Михаил Осипович Коялович писал еще во второй половине XIX века о некоем перекосе в русской исторической науке в сторону изучения Восточной, Московской Руси. Эта дань справедлива, т. к. именно Москва консолдидировала русскую нацию, возродила ее государственность, показала себя бескомпромиссным хранителем и апологетом Православия. Однако некоторое забвение истории запада исторической Руси, ее княжеств, подчиненных в итоге Речи Посполитой, привело, по мнению проф. Кояловича, к «сдаче позиций» в отстаивании русской автохтонности этих земель и появлении идеологии украинского и белорусского сепаратизма. Между тем, несмотря на многовековые усилия по ассимиляции даже на землях Галицко – русского княжества, захваченных Польшей еще в XIV веке, и на Подкарпатской Руси, именно русское национальное самосознание и чувство принадлежности к русской культуре господствовали среди галицких и карпатских «русинов» вплоть до начала нашего столетия.

Особенное внимание следует обратить на национальную политику Австро-Венгрии по отношению к славянам и, в особенности, к русским. Она сводилась к их денационализации, сознательному снижению их культурно-образовательного уровня, максимальному раздроблению (например, Сербская Православная Церковь была искусственно расчленена). Однако, несмотря на это, русское национальное возрождение в Галиции и Закарпатье во второй половине XIX века является неопровержимым историческим фактом. Таким же фактом является и геноцид русского народа, развязанный австрийскими властями на рубеже XIX–XX вв., унесший более 60 тыс. жизней, практически уничтоживший русскую национальную интеллигенцию Галичины. Таким же фактом является и провокационная роль в этом геноциде «австро-украинской партии» и ее «духовного» вождя греко-католического митрополита Андрея Шептицкого. Показательно также то, что больше-висткая власть встала на сторону «украинского» меньшинства, а не русского большинства по всей территории южной России.

Огромный, мало исследованный пласт представляет история галицко-русской культуры, в особенности литературы и философии XVIII–XIX веков. А ведь первоначальный импульс славянофильству был дан именно с Карпат – угро-русский историк и публицист Юрий Венелин был воспитателем в семье Аксаковых и, безусловно, оказал немалое влияние на формирование их мировоззрения. Галицко-русские «патриархи» Адольф Добрянский-Сачуров и Иоанн Наумович внесли немалый вклад в славянофильскую мысль.

В этой связи продолжение научных исследований в этой области представляется актуальным. Данное эссе – попытка к этому.

P.S. Особенно следует отметить выдающийся вклад отца и дочери, – профессора и доктора Аристовых в деле изучения галицко-русского возрождения.

II. Галицкая Русь в борьбе за Веру и народность

Галицкая Русь была насильственно отделена от русских земель в последней четверти XIV века, попав в подчинение польским королям. Феодальная раздробленность и внутренние противоречия привели к гибели древнерусского государства: обескровленные внутренней борьбой части Руси потеряли свою независимость и были оккупированы татарами, поляками и литовцами. Древнерусская столица – Киев была низведена в польско-литовском государстве до уровня уездного города. Случившаяся трагедия постепенно привела к отрезвлению русского народа, вызвала потребность в национальной консолидации и духовном возрождении. И Галицкая Русь не только не отступила тогда от общерусского православного единства, но была в его авангарде. Именно коренной галичанин святитель Петр был идеологом объединения Русских земель вокруг Москвы. Галицкая Русь – это родина знаменитых православных братств, ставшими оплотом Православия и русской культуры в условиях латино-польской оккупации.

Особую роль в национально-освободительной борьбе русского народа сыграли православные братства Западной Руси.

Православные братства – это корпоративные объединения православного духовенства и мирян. Потребность в теснейшем объединении была вызвана католическим геноцидом, попытками Ватикана и Речи Посполитой стереть с лица земли Православную Русь, а также разложением православной иерархии, полностью зависимой от польского правительства. Сама идея отдельной от Москвы Западно-Русской митрополии с целью постепенного его подчинения Ватикану была впервые выдвинута отступником от Православия Московским митрополитом Исидором, изгнанным из России и возведенным в Ватикане в кардинальское достоинство.

В XVII веке иезуиты придумывают новую идею, призванную не допустить консолидации русского народа и усиления влияния Русской Православной Церкви, что было бы гибельным для с трудом сколоченной Брестсткой унии и трещавшей по швам Речи Посполитой, Сами униаты признают, что проект создания «Киевского Патриархата» был изобретен Ватиканом. Под этим названием имеется в виду именно католический Патриархат восточного обряда (Рим создал свои униатские «патриархаты» в противовес Православным патриаршим кафедрам – Антиохийской и Иерусалимской и др.) [1] 1
  1 Так, в 1996 г. на симпозиуме «400 лет Брестской унии. Критическая переоценка», сост. в г. Нейменген, Голландия, доктор Фрэнсис Томпсон (Антверпенский университет, Бельгия) утверждает, что униатский митрополит В. Рутский направил в 1624 г. в Рим план создания униатского Киевского Патриархата. Согласно этому плану «после избрания Патриарха, он и его епископы – коллеги принесут присягу Святому Престолу, а верующие постепенно приспособятся к новому положению. Эту схему, которую с известной долей справедливости прозвали «благочестивым мошенничеством», Рутский направил в Рим в 1624 г. (400 лет Брестской унии. критическая переоценка. М. Издание Библейско-Боголовского ин-та. 1998). Все это как нельзя более актуально – всем должно окончательно стать ясно, откуда проекты «Украинской Поместной Церкви», «украинской автокефании», «каноничной», или «неканоничной», «Киевского Патриархата» и т. д.


[Закрыть]

В этих условиях Православные братства получают от константинопольских Патриархов права на «чрезвычайное управление Церковью», на контроль за деятельностью шатающихся в вере архиереев, церковного суда и т. д.

Огромную роль сыграли братства в фактическом срыве Ватиканского плана Брестской унии – в католичество перешла только большая часть иерархии, но без духовенства и народа.

Очень интересна переписка между отступниками от Православия во главе с Киевским митрополитом Михаилом Рагозой и ревнителями Православия – Львовскими братствами, афонским иноком Иоанном Вишенским, Александрийским Патриархом Мелетием Пигасом. Отступники, прекрасно понимая, что у них нет богословских оправдательных документов своего предательства, обвиняют православных в «непослушании епископу» и т. д. Письма же Патриарха Мелетия, Иоанна Вишенского полны более чем резких выражений по отношению к вероотсупникам, из которых «волки в овечьих шкурах», «прелюбодеи» являются самыми мягкими.

Православные братства, монастыри (наиболее знаменитые на Западной Руси – Почаевская Лавра и Манявский скит) стояли и на страже Православия и общерусского единства. Так, знаменитая Успенская Ставропигийская Церковь во Львове построена на пожертвования русского царя Федора Иоанновича.

Галичанин, иеродиакон Захария Копыстенский написал в 1622 г. знаменитый труд «Палинодия», являющийся как антиуниатским богословским трактатом, так и фактически первым учебником русской истории. В «Палинодии» прославляется «мужество народа Российского», северная часть которого покорила Казань и Астрахань, а другая часть «яфето-росского поколения, в Малой России, выходече», «татары и места турецкие на море Чорном воюют» (В.Б. Завитневич «Палинодия» Захария Копыстенского и ее место в истории западно-русской полемики XVI и XVII вв. С-Пб-1878).

Невозможно также пройти мимо Иоанна Вишенского (1550–1623), афонского инока, ревнителя веры православной, достойного скорейшей канонизации. На Афоне Иоанн Вишенский велел заживо «похоронить» себя в пещере у Эгейского моря, откуда беспощадно порицал отступников: Михаила Рагозу, Ипатия Потея, епископа Брестского. Иоанн Вишенский написал множество ярких посланий, в которых прямо называет латинян не просто еретиками, а слугами дьявола (в своей знаменитой «книжке»). Отступников от веры он беспощадно бичует в «Послании к митрополиту и епископам, принявшим унию». Очень интересна и актуальна полемика Иоанна Вишенского с иезуитом Петром Скаргой. Оба придают церковно-славянскому языку принципиальное значение. Для Иоанна Вишенского церковно-славянский язык бого-духовнен, «его же дьявол ненавидит», Скарга же в своей борьбе с Православием дискредитацию и уничтожение церковно-славянского языка рассматривает как одну из важнейших задач.

Из всех произведений, несомненно написанных Иоанном Вишенским, до нас дошло 17: «Книжка» («Термин о лжи»), «Сборник о десяти г» лавах с вступлением и двумя предисловиями»; Послания львовскому братству, Домникии, Иову Княгинскому, Михаилу Вишневецкому, знаменитая «Зачапка мудрого латынника с глупым русином» – полемика со Скаргой, вышеупомянутый «Кратко-словный ответ Петру Скарге», «Позорище мысленное».

«Книжка» была составлена Иоанном Вишенским в 1599–1600 гг. Специально для «Книжки» были написаны И. Вишенским главы: первая – «обличение дьявола миродержца», седьмая – «о еретиках, написанная в дополнение к главе шестой – «Извещению краткому о латинской прелести», восьмая и десятая – «Загадка философам латинским» и «Спор краткий», глава десятая – повесть «о обретении тела Варлаама, архиепископа Охридского града». Крайне интересны глава вторая – «послание благочестивому государю Василию, княжати Острожскому, первым православным христианам Малой России (1598–1599 гг.), и пятая – «Писание к утекшим от православной веры епископам».

Отступникам Рагозе, Поцею и Терлецкому Иоанн Вишенский писал: «Спросил бы я вас – что такое труда очищения? Но вам и не снилось об этом: не только вы этого не знаете, но и ваши папы – Иисуса ругатели – так называемые иезуиты о том не пекутся и ответ дать не могут…

Постучись в лысую голову, бискуп Луцкий! Сколько ты во время своего священства человеческих душ к Богу послал? Его милость Коштелян Поцей, хотя и Коштеляном был, но только по четыре слуги за собою волочил, а теперь, когда бискуп стал, то больше десяти сочтешь; так же и его Милость Митрополит, когда простого рогозиною был, то не знаю, мог ли держать двух слуг, а теперь больше десяти держит».

В послании к князю Острожскому Иоанн Вишенский пишет: «Латинская злоковарная душа, ослепленная и напыщенная поганским тщеславием и гордыми догматами, Божьи премудрости, разума духовного, смирения, простоты и беззлобия вместить никак не может. Охраняйте, православные, детей своих от этой отравы: теперь вы явно пострадали, когда не латинскую и мирскую мудрость разлакались, вы не в папу крестились и не в королевскую власть, чтобы вам король давал волков и злодеев, ибо лучше сам без владык и попов, от дьявола поставленных, владыками и попами, не от Бога званными, в церкви быть, ей ругаться и Православие попирать» (Церковь, Русь и Рим. Н.Воейков, Джордавилль, 1983.).

Другим важнейшим документом борьбы с латино-униатами является «Перестрога», написанная неизвестным автором. В ней пламенный защитник православной церкви говорит об упадке галицко-русского княжества, об уничтожении русских книг фанатиками-доминиканцами, об отсутствии просвещения на Галицкой Руси и о произволе разнузданной шляхты над русским народом.

Очень важным является тот факт, что общерусский литературный язык кодифицирован, в основном, во Львове и в Киеве, что именно он всегда был книжным, литературным языком Львова, Вильны, Киева, Москвы, Ярославля, словом, всей Руси. Первая церковно-славянская грамматика – «Адельфотес, или наука доброглаголивого эллино-славенского языка совершенного искусства осьми частей слова ко наказанию многоименитому Российскому роду» выпущена Львовским братством в 1591 г.

Выпускник Львовской православной братской школы, ученый монах, обладавший энциклопедическим образованем, Памва (Павел) Берында (ск. в 1632 г.) – «Протосингел от Иерусалимского Патриаршего престола и архитипогрпф Российской Церкви» является автором первого русского словаря – «Лексикон славянорусский или слов объяснение» А гражданский шрифт, разработанный Львовским братством на рубеже XVI–XVII вв., был введен Петром как гражданский алфавит для всей России.

О великом русском святом Иове, игумене Почаевском (1550–1651), написано довольно много.

Стоит также отметить, что галичанами были Киевский митрополит Иов Борецкий, ревностный защитник Православия, человек, который в 1624 г. впервые четко поставил вопрос о воссоединении разделенного русского народа, и патриарший местоблюститель Русской Православной Церкви митрополит Стефан Яворскийский (1652–1722).