Текст книги "И пришел Лесник! 11 (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Изя, подъём. – знахарь тут же встал на ноги держа ручку полупрозрачного щита. Вот как оказывается он, работает! Все гениальное просто, обычная ручка, большая как будто от деревянной двери. Из её основания генерировался силовой щит размерами полтора на метр, что вполне хватало для карлика. Я взял ручку одной рукой, второй агента Смита за шею. За нами пристроились папаша Кац и Кобра. Таким образом мы начали пятиться к лифту. Стоило нам пройти несколько метров как из двух коридоров высыпали ликвидаторы. Все уже в форме полусфер, причём половина из них сразу поползла по стенам и потолку.

– Ну чего, агент. Тормози своих шавок или башку отрежу! – гаркнул я ему на ухо. Я случайно задел пальцем рычажок на ручке и щит сделался прозрачным, но слава Богу хоть не исчез. Роботы моментально замерли, увидев Эммануэля Зерга с плазменным клинком на шее.

– Они не будут нападать, – прохрипел карлик, извиваясь как угорь.

– Слышь, чудило, успокойся, а то ещё раз тресну по кумполу, – зловеще пообещал папаша Кац потрясая своей железкой перед носом агента Смита. Тот замер, мы продолжили пятиться к лифту.

– Слушай и запоминай. Сейчас ты им крикнешь, чтобы свалили куда-нибудь, – быстро прошептал я. – Масло там поменять или ещё что. И чтобы на космодроме из них никого не было, понял? Мы совершим с тобой прогулку на поверхность на челноке. Есть там челноки?

– Есть, – красный от натуги карлик моргнул в знак согласия.

– Вот и замечательно. Вызывай лифт.

– Быстрее, Лесник. Мне резко стало хуже. Наверное, из-за этой физзарядки. Давай мне батарею, – она протянула лапу.

– Не здесь. Сначала мы сядем в челнок, – створки лифта распахнулись, и мы все вместе зашли в просторную светлую кабину. Папаша Кац показал средний палец куда-то в потолок, Кобра ощерилась, показав кровавые дёсны. Кровь была её, не роботов же. Значит и правда дела у неё неважны. Потерпи, дорогая, уже почти всё. Сейчас отдохнёшь. Она пошатнулась и схватилась за грудь. Открыв пасть, оборотень начал отхаркивать куски лёгких вместе с кровью прямо на пол сверкающей белизной кабины лифта. Сгибаясь в неудержимых спазмах, Кобра заходилась кашлем. Папаша Кац с ужасом смотрел на всё это. Бросив свою хреновину, он обнял её за голову. Маленький оборотень затих и благодарно кивнул. Видимо ей немного полегчало. Лифт остановился, двери открылись. Я выставил щит вперёд и осмотрелся. Вроде пусто, а там кто его знает.

– Где челнок, чучело? – прохрипела Кобра.

– На третьей площадке. Там внутри мой пилот, – нехотя ответил карлик.

– То, что надо. А ты главный здесь, как я погляжу? Свой челнок, охрана, роботы. Жить хочешь? – спросил я.

– Хочу. Я отведу вас к челноку и улетайте.

– Ага, шустрый какой, – проскрипел папаша Кац. – А ты его взорвёшь дистанционно, да? Нет уж, с нами полетишь, гнида.

– Могу и с вами, только дайте мне респиратор, как я там внизу буду? – жалобно пропел агент Смит.

– Если всё нормально, то выходить наружу тебе не придётся, – каждый из этого понял своё. Я например, что прикончу его ещё в челноке. Он же, наверное, возомнил, что полетит назад. Вот только назад уже будет некуда. До челнока дошли без происшествий. Он стоял с откинутым пандусом. Кобра метнулась внутрь и вскоре притащила бледного перепуганного пилота.

– Довезёшь их до поверхности. На Остров, – распорядился агент Смит. – И сразу назад.

– Слушаюсь, – кивнул пилот и получив пинка от папаши Каца помчался обратно.

– Ну, что, Жень. Пора, – пролаяла Кобра, отплёвываясь кусками лёгких с кровью. – Я почти всё. Я рада, что была в твоей коман…

В этот момент отовсюду показались роботы. Они моментально запрудили весь космодром. В первые мгновения мы застыли с открытым ртом глядя на них. Их было десятки, возможно даже сотня. Кого здесь только не было. Воспользовавшись нашим замешательством, агент Смит дёрнулся из моей руки пытаясь сбежать. Рывок получился неудачным, и Эммануэль Зерг потерял голову. В буквальном смысле. Его кучерявая голова соскочила с плеч отрезанная плазменным клинком и покатилась по покрытию космодрома. Остановившись, она уставилась на нас с осуждением. Первой очнулась Кобра и выхватив у меня из руки батарейку, одним мощным прыжком исчезла среди хитросплетения труб на потолке.

– Валите отсюда быстрее! – донеслось до нас и космодром окутал шквал огня.

Глава 28
Свободное падение

Я успел прикрыться от выстрелов силовым щитом, который до сих пор был у меня в руках. После двух плазменных шаров он тут же помутнел, третьего он уже не выдержал. Я оглянулся, папаши Каца нигде не было видно, пандус начал подниматься. Кобра исчезла вместе с батареей, а взрыв будет мгновенным. Прикрывшись щитом насколько это возможно я побежал вверх по пандусу. Изя сидел уже рядом с пилотом нацелив на него пистолет, у самого пилота была расстёгнута кобура. Молодец, папаша Кац.

– Наконец-то, гони, голубчик, – проскрипел знахарь и ударил рукояткой пилота по плечу. Тот вскрикнул, словно Изя удалил ему почку и начал лихорадочно щёлкать тумблерами и нажимать кнопки.

– Нам коридор не дали, – чуть не плача проблеял внешник. – Как же мы?

– Каком вверх, включая бортовые лазеры, – прикрикнул на него я. – Роботы в состоянии пробить броню челнока?

– Если сфокусируют несколько орудий, то вполне, – кивнул он и добавил. – У меня нет лазеров.

– Что вообще никакого вооружения? – поднял я бровь. Вот угораздило нас, ещё бы трамвай угнали. И тут я вспомнил, что это тачка карлика, а он здесь главный. – Не гони, агент Смит сказал нам, что тачка у него по полной заряжена.

– Но лазеров нет, вам обязательны они? – втянув голову в плечи от страха спросил пилот.

– Дебил, вооружение есть? – замахнулся на него пистолетом папаша Кац.

– Не бейте только. Конечно есть, но вы спрашивали лазеры. Плазменные пушки, устроят? – с круглыми от ужаса глазами спросил он.

– Понятно. Где пульт управления огнём? И папаша не прессуй его, а то он помрёт за пультом от страха. Подбодри лучше.

– А… понял. Не дурак! – знахарь положил пистолет на панель подальше от пилота, а сам схватил его руками за виски. Тот сразу расслабился и даже стал улыбаться.

– Нам только оргазма здесь не хватает. Пусть взлетит, я большего не просил, – я строго посмотрел на папашу Каца. Пилот открыл глаза и крепко взял штурвал в свои руки. Челнок медленно покатился к шлюзу под номером семь. Я уселся на место бортстрелка. Здесь всё понятно! На мониторе передо мной вспыхнули шесть спаренных плазменных пушек. Две под днищем, две сверху и две по бокам. А ещё экран показал мне семьдесят четыре вражеские отметки. Некоторые были больше, это без сомнения ликвидаторы, некоторые поменьше. Похожие на гончих, но все они обладали оружием и палили из всех стволов. Пока ими никто не командовал и огонь вёлся разрозненно. Но вот из грузового шлюза выкатили что-то новенькое. Судя по пятну на экране, это было нечто напоминающее немецкую «Большую Берту» в первой мировой войне. Древняя мортира могла, наверное, продырявить нас на вылет. Понятно надо сваливать! Я навёл все шесть турелей сразу на неё, пока внешники не успели развернуть орудие и ударил по кнопке. Корпус челнока конвульсивно дёрнулся и вроде даже быстрее покатился. Направленный компьютером залп ударил без промаха. От их мортиры осталась только станина, всё остальное расплавилось вместе с несколькими внешниками суетившимися рядом.

В ответ мы получили два плазменных шара в щель не закрывшегося до конца пандуса. На борту начался пожар, папаша Кац схватив пистолет помчался зачем-то в горящий отсек. Система пожаротушения автоматически справилась с небольшим возгоранием и пандус окончательно закрылся. Все системы показали готовность к взлёту зелёным светом на панели. Но лететь пока было некуда, шлюз по-прежнему оставался закрытым. Пилот, не переставая ругался с диспетчером и кричал, что его сейчас сожрут если, он не улетит с платформы.

В этот момент дала знать о себе Кобра. С заткнутой за кожаный пояс батареей она свалилась с потолка и не особо раздумывая оторвала голову ликвидатору. С её силой, особенно сейчас под коктейлем и спеком, это не составило труда. Примерно, как пластмассовой кукле. Ликвидатор замер, не потому что он «умер», в голове у него находился баллистический центр. Прицеливался он тоже по старинке «глазами». Сразу за ним и второй остался без надстройки. Только после этого остальные перевели огонь с челнока на Кобру, но попасть по ней не могли, как не старались. Турели ликвидаторов не успевали поворачиваться за Коброй и перебив с десяток коммуникаций бросили это дело снова повернувшись к челноку. Я не терял время и пока Кобра показывала головокружительные трюки я попробовал ворота шлюза. Сфокусировав точно посредине все двенадцать имеющихся у меня стволов, я нажал на кнопку. Рядом с ней была ещё одна на ней было написано «временное увеличение урона». Я нажал и её до кучи. Орудия стали чаще стрелять, изрыгая плазму порциями по пять шаров за один раз. Температура стволов резко поползла вверх. До перегрева оставалось меньше минуты. Шлюз под номером семь раскалился сперва докрасна и перед тем, как стволы остановились от перегрева, стал белым, но до сих пор не лопнул.

В этом нам помогли сами ликвидаторы и промахнувшись они добавили жару. Плита, закрывающая шлюз, брызнула во все стороны брызгами металла. И последующие заряды улетели уже в открытый космос. Челнок начал разгоняться и вышел напрямую дистанцию. До выхода с платформы оставалось метров пятьдесят, когда папаша Кац перестарался. Он и до этого не жаловал трусливого пилота, периодически долбая рукояткой ему по плечу, а тут промахнулся и со всей силы попал в основание черепа. Я услышал характерный треск сломанной кости, и пилот клюнул носом в пульт управления. Послышались изысканные ругательства, и папаша Кац спихнул пилота ногой с кресла.

– Ты что сделал, нехороший человек? – крикнул я ему еле сдерживаясь. Вообще-то мне было некогда, я косил ликвидаторов, которые наконец додумались сфокусировать свои усилия.

– А чё он, – проскрипел знахарь и сел на место пилота. Он схватился за штурвал и потянул его на себя, как это делал пилот и челнок продолжил движение. Даже быстрее чем до этого. На главном мониторе мы увидели вновь показавшуюся Кобру. Она стояла рядом с очередным поверженным ликвидатором. В одной руке она держала оторванную голову робота и махала ей. Во второй у неё была батарея. Я понял, что вот-вот произойдёт взрыв. Папаша Кац тоже понял этот прощальный жест и что есть силы потянул штурвал на себя. Челнок получил пинок под жопу и сминая фюзеляж еле пролезая сквозь разрушенный шлюз, стартовал с платформы.Пинок был такой силы, что нас вжало в кресла, а челнок отлетел километров на пять за две секунды. Последний раз я увидел Кобру с батареей в руках. У её ног лежал ликвидатор, второй практически в упор стрелял в неё. Она согнулась от боли в животе, но всё же дёрнула чеку. За нами вспыхнуло солнце, и мы получили чудовищный удар по корме. Челнок затрясло и, по-моему, немного зажевало превратив в гармошку. Мы уже не летели, а кувыркались. Благо заранее пристегнулись. На долгие две минуты всё оборудование отключилось вследствие электромагнитного удара. Вселенная крутилась в иллюминаторах, наконец приборная панель ожила, и главный монитор засветился.

Перезагрузка челноку пошла на пользу. На экране мы увидели плавную кривую линию, обозначавшую наш маршрут, и точка контакта на поверхности. Включился автопилот, я шумно выдохнул.

– Всё, поздравляю, – прошептал я, вглядываясь в мониторы заднего вида. На них бушевал оранжевый шар с чёрной окалиной. Вот вам за всех. За Кобру, за Фитилька, за Мадам. За Наташу и Лиану, за всех моих.

– С чем? – покачал головой папаша Кац. – Эх, знал бы я, то лучше остался бы в Запорожье.

– В котле у атомитов?

– Да хотя бы и так. Физическая боль, это неприятно, соглашусь. Но зато бы я не знал всех их. Как жить теперь? – сейчас он выглядел лет на семьдесят. Седой взлохмаченный с глубокими морщинами на лбу.

– Время лечит.

– Отмазки всё это. Когда оно теперь залечит, – он махнул рукой и уставился в иллюминатор. Мы замолчали. Челнок трясло, но он держал курс и старался придерживаться курсовой линии. Вот пологая кривая заканчивалась и сейчас мы начнём спускаться по крутой дуге. Челнок клюнул вперёд носом и заметно наклонился. Мы повисли на ремнях и переглянулись. На главном экране появился красное пятно и начало мигать. За ним второе и вскоре почти весь экран стал красным. А потом погас. Вместе с ним погасло всё остальное.

– Вот оно хвалёное качество внешников, – хрустя суставами пальцев нервно воскликнул папаша Кац. – Жалко музыки нет.

– Похоронного марша? – уточнил я.

– Ага, – челнок пронзил высокие слои атмосферы и вошёл в облака. Его трясло, кидало из стороны в сторону. Что-то отвалилось от короткого крыла и тут же сгорело. За иллюминатором всё полыхало. Нос челнока реально деформировался и сейчас сгорал на наших глазах. Полётных скафандров у нас не было, только беленькие повседневные. Я пристегнул шлем на всякий случай. К тому же в кабине почти нечем было дышать. Системы отказали и кислород больше не поступал. Папаша Кац сделал то же самое. Мы сидели в креслах и молча наблюдали за неконтролируемым падением. Изя вцепился в подлокотники грозя их оторвать, я чувствовал себя не лучше и судорожно прикусил губу. Если вы ещё помните, я боюсь высоты. Сейчас я думал только об одном, как бы не наделать в штаны. Даже если нас потом кто-нибудь найдёт, мне бы не хотелось, чтобы они ржали над моим мокрым скафандром.

Челнок пробил густые облака и вылетел в чистое пространство. Облачность над этим районом стояла низкая и мы оказались в километре над поверхностью. Корабль уже давно не управлялся и сейчас шёл в заданную точку. Хотя наверняка он отклонился от курса и приземление на такой скорости гарантировало только здоровенный кратер. Под нами раскинулось Пекло! Это мы поняли сразу. Внизу отчётливо были видны небоскрёбы Москва-сити, до которых оставалось совсем ничего. Два лежали на боку частично развалившись, остальные вроде бодрячком. Пожар только портил их немного, но там всё равно никто не жил. Дальше шёл район с гораздо более низкими постройками, но тоже весь в огне и дыму. Рядом расположился кластер с густой растительностью, отсюда не было видно, но даю палец на отсечение, что там сейчас идёт бойня. Именно оттуда стартовала здоровенная тень с гигантскими крыльями и понеслась как ошпаренная к небоскрёбам. Дракон? Да ну на…

Я взглянул мельком на папашу Каца, он отпустил подлокотники и смотрел на что-то со своей стороны кабины. Он буквально прилип к иллюминатору высунув язык от возбуждения.

– Жень, там остров посреди озера! И на нём замок! – он тыкал пальцем в свою сторону.

– Я не вижу, челнок как-то хитро летит. Я вроде заметил летящего дракона.

– Галлюцинации, – уверенно сказал папаша Кац. – А вот остров реален.

– Озеро я тоже вижу, но падение на воду ничем не лучше, – быстро сказал я. Мы быстро снижались, вернее падали камнем. Теперь мне было ясно, что мы воткнёмся в воду. Нас расплющит, и мы утонем. В принципе смерть как смерть, ничем не хуже других. Это же не на четыреста четвёртой шмякнуться отходами на пол после того, как тебя всосёт Палач. Более благородно! Неудачное приводнение, я даже почувствовал в этом нечто героическое. До воды оставалось ровно сто метров, когда сработала автоматика. В креслах, где мы сидели, имелись свои источники питания. За две секунды мы с папашей Кацем застыли в быстрозатвердевающей пене. Ещё через секунду, уже почти над самой водой кресла выстрелили вверх, превратившись в капсулы. Челнок с грохотом коснулся поверхности озера, его моментально смяло в плоский лист. Когда наши капсулы начали плавно планировать на парашютах, челнок, доставивший нас на поверхность, уже затонул.

Капсулы приводнились, и мы с Изей тихонько покачивались над уже успокоившейся после затопления челнока поверхностью. Пена с тресками начала лопаться и отваливаться кусками. Освободившись от неё, я сел в капсуле. Далеко за нашими спинами на другом берегу озера высились мрачные небоскрёбы, объятые пламенем. Зато до другого берега было буквально подать рукой. Нас разделяли какие-то сто метров. А ещё вдалеке высился высокий замок с остроконечными башнями. Не сговариваясь, мы с папашей Кацем загребая руками поплыли к берегу. Твёрдая поверхность, земля! Я вышел на берег и упал на мелкий песок. Удивительно, но над этим кластером или стабом сияло солнце, а там, где мы грохнулись, над водой висели низкие плотные облака. Я уже не помню сколько мы так пролежали, но голод нас всё-таки поднял и поставил на ноги заставив искать еду. Кроме как идти в замок других вариантов не было.

Папаша Кац погружённый в свои мысли шёл, не поднимая головы ориентируясь по моим следам на песке. Вскоре мы оказались перед закрытыми решётчатыми воротами. Лезть наверх совершенно не было никак сил, и я нажал кнопку звонка. Какой-то дурной сон. Замок на отдельно стоящем острове. Кем построен, зачем построен и как вообще? В полутора километрах за моей спиной Пекло со всеми вытекающими, летающими и кусающими последствиями, а здесь идиллия. Кто же здесь живёт такой суровый, что сюда даже заражённые не заходят? Может лучше бежать пока не поздно, но куда? День клонится к вечеру, а чтобы пережить ночь на «воздухе», да ещё в Пекле надо обладать особой удачей. Ничего не происходило, я нажал ещё два раза и третий где-то минуту самый длинный. Может никого нет дома? Створки ворот вздрогнули и пошли в разные стороны. Нас приглашали войти. По дорожке тщательно усыпанной мелкой галькой мы прошли внутрь. Она вывела нас к большому двору, где в центре находился фонтан со странной композицией. Девушка, раскинув руки стояла в центре, с её ладоней вниз водопадом стекала вода прямо в подставленные ладони мускулистых атлетов, стоящих на коленях. Лицо девушки мне кого-то смутно напоминало. Миниатюрная, но с большим бюстом, волосы подстрижены каре. Вздёрнутый носик и ямочки на щеках. Где я её видел?

Двери главного входа распахнулись. Не знаю как у папаши Каца, а у меня возникла ассоциация с Призраком и его замком. Мы застыли рядом с фонтаном ожидая хозяина. Вместо него в дверях показались две девушки. Стройные молодые, одна чуть постарше и с двумя кобурами. На поясе ножны, на бедре ещё одна кобура. Взгляд пронзительный и настороженный. Сама словно идёт по иголкам, ступает осторожно, но готова в любой момент распрямиться как пружина и снести голову. Явно обладает каким-то боевым даром. Вторая проще и не вызывает подозрения. Как же она здесь выживает? Сразу за ними показалась двухметровая в холке чёрная пантера. Она облизнулась, застыв на мгновение в дверях и коротко рыкнула. Упс, а вот и элита. Или даже суперэлита. Кто из них нимфа? Сомнения отпали, кто-то из этих двух контролировал пантеру, иначе бы все четверо включая нас с папашей Кацом уже были бы мертвы. От такой кошечки ни один дар не спасёт, если только невидимость. Хотя она всё равно найдёт. Пантера грациозно спустилась по ступеням и к моему великому удивлению легла на мелкую гальку. В дверях возник ещё один силуэт. До боли знакомый. Ну конечно же… Иштар! Вот кто в теремочке живёт, ну теперь всё ясно. Здорово мы приземлились, нарочно не придумаешь. Она улыбнулась и пошла к нам. Улыбнулась? Я не сплю. Последние пару месяцев она только и мечтала, чтобы нас прикончить. Хотя, почему бы и нет, свалить нам уже не удастся, да и некуда.

– Женя! – Женя? Она назвала меня Женей! Ничего не понимаю. – Я хочу сказать тебе спасибо.

– Пожалуйста, – ответил я как воспитанный человек. – Только за что?

– Как же. Ты избавил меня от зануды Эммануэля. Красиво ты отрезал ему голову.

– Откуда ты узнала?

– У нас здесь прямая трансляция шла. По плану Эммануэля, вы не должны были отрезать ему голову. Вы вообще не должны были его повстречать, но встретились. Спасибо, – она ещё раз улыбнулась. Я похоже всё-таки приложился головой при приводнении.

– И что теперь? Ты убьёшь меня? – мне уже было всё равно. Дар мой в откате, против такой кошечки, боясь моя броня не выдержит. Оружия нет, кроме резаков, но судя по тяжеловооружённой компаньонке Иштар это бесполезно.

– Я? – она искренне удивилась. – Как же я могу убить члена семьи?Обернись!

Я резко повернулся и увидел Королеву.

Глава 29
Семья

– А при чём здесь ты… – я застыл с открытым ртом. Тот самый монстр, который схватил меня на пятой платформе, стоял рядом с фонтаном, касаясь своей короной самого верха композиции. Как ей удалось так бесшумно подойти, да ещё по гравию. Из-за спины Королевы показалась девушка-богомол и приветственно кивнула мне. Мне сразу стало всё ясно. Иштар тоже повстречалась с Королевой, возможно даже в тот же день, что я. Неужели поэтому она не появилась в последнем бою?

– Понял? – насмешливо донеслось у меня за спиной.

– Понял, – сказал я, окинув глазами превосходящие силы противника. Дёргаться мне не имело никакого смысла. После всех передряг я даже её подружку с тремя стволами не одолею. – И что теперь? – недовольно спросил я.

– Теперь будет как скажет Королева, – развела руками Иштар. – Ты же понимаешь.

– Она говорит? Не знал. Я слышал только её шипение, но понимал, что она хочет донести до меня.

– Говорит, ведь она человек. Точнее внешник, учёный, – обрадовала меня Иштар. – Несколько своеобразно разговаривает, но мы с тобой её поймём.

– Я сама, моя девочка, – прошипела Королева. Говорить она не могла и поэтому тихо шипела, но я понимал всё. – Ты понимаешь меня, Лесник. Слушай. – Она нависла надо мной чёрной глыбой. Её пасть открылась и показалась внутренняя. Не думаю, что она хотела меня сейчас укусить, хотя пусть делает, что хочет. Последнее воспоминание с Коброй не покидало меня, повторяясь всё снова и снова. Вот Лиана тянет ко мне руку в туннеле, а я не успеваю её вытащить! Наташа, бьющаяся в агонии в медицинской капсуле, покрывшись струпьями. Череп рядом с ранцем, внутри которого дремлет ядерная бомба. Он нажимает на кнопку, когда его уже облепила чёрная масса нейромантов. И множество других людей. Пусть делает, что хочет. Мне уже всё равно. Лесник сдулся. Оказывается, я всё-таки не железный. Пусть добьёт меня, и я отправлюсь к ним. К моим.

– Я тоже теряла близких, Иштар расскажет тебе кем я была. Я не убью тебя, я дам тебе возможность отомстить за всех. Мы должны окончательно закрыть вопрос с моими бывшими коллегами. Ты уже много сделал. Ты воин, – прошипела Королева.

– Я устал и ничего больше не хочу. На орбите я оставил близких мне людей. Хватит с меня. Отпусти нас, и мы уйдём, – попробую вернуться в Вавилон. Папаше Кацу тоже там понравилось. Осяду в городе, Горцу нужна же помощь.

– А мы? – спросила Королева. – Нас ты бросишь?

– Вас? Кого это вас? Я не просил меня инфицировать, и я тебе ничего не должен. Не надо ложных посылок.

– Да, я поступила по-своему и не спросила тебя. Но ты всё равно воевал с внешниками. Я решила, что вместе мы сможем добиться большего.

– Могла бы и спросить.

– Броня спасала тебя, я спасала тебя. Она, – Королева указала пальцем на девушку-богомола, – по моей просьбе помогала тебе.

– Даже если и так, я не знаю, как можно уничтожить восемьсот платформ? Никак. Закрыть последнюю главную? Они установят стационарный портал ещё где-нибудь, куда я уже не смогу попасть.

– Надо думать. И поставить портал, как ты выражаешься, дело весьма трудоёмкое, иначе их было намного больше, чем четыре. Мы будем планомерно уничтожать одну платформу за другой.

– Как?

– Разберёмся, – махнула трёхпалой лапой Королева.

– Я не хочу, – покачал я головой. – Я устал. Я выгорел.

– Понимаю. Отдохни, поговорим позже, – Королева сделала два шага назад и не прощаясь потопала на выход.

– Это что было сейчас? – дёрнул меня за руку папаша Кац.

– Не что, а кто. Королева, та, что подарила мне броню и спасла нас в лабиринте змей и на тропической платформе, – ответил я не отрывая взгляда от удаляющейся чёрной спины Королевы.

– Мне она тоже подарила броню, – радуясь сообщила Иштар. – Что же вы стоите, прошу за мной.

Мы переглянулись со знахарем. Делать нечего, пошли. Не ночевать же под фонтаном. Внутри огромного зала стоял накрытый стол, в камине горел огонь приятно потрескивая. На стенах «чадили» стилизованные под древние светильники факелы, над столом висела массивная многоярусная люстра якобы с натуральными свечами. В замке всё было чудовищно гипертрофированно. Наверное, и кровать у них метра три на четыре.

– Проходите. Не стесняйтесь. Это теперь и ваш дом тоже, – Иштар сделала приглашающий жест рукой. – Девочки, поухаживайте за знахарем, папаша Кац, если не ошибаюсь? Знакомьтесь. Гюрза, со мной с тридцатой платформы. Не по своей воле, ну вы понимаете. Рита местная. Из того стаба, что вы полностью укокошили. Сейчас девочки изъявили желание остаться со мной без всякого принуждения.

– Я чего-то не пойму тебя, Иштар. Ты как-то изощрённо издеваешься надо мной? – я пристально посмотрел на неё. – Понимаю, сила на твоей стороне, но я ведь могу и попробовать. – Как только дар отойдёт, решил я.

– Ах, ты же не знаешь. Можешь даже не пробовать, не получится, – фыркнула Иштар.

– Почему это?

– Ты не сможешь поднять на меня руку. Всё контролирует Королева, а я тебе не могу причинить вред. Девочек моих не трогай, они не при делах. Мы одна семья, братик, – она улыбнулась.

– Сестра? А они тогда кто? – кивнул я на остальных.

– Друзья семьи, возможно в будущем тоже родственники. Я и сама была не в восторге, когда поняла, что попала на крючок к Королеве. Но затем смирилась, знаешь, жизнь течёт, время лечит. Нет, если ты так устал от жизни, то я попрошу Багиру избавить тебя от этого бремени.

– Жрать охота, Жень. Давайте пообедаем и потом уже выясним, кто с кем в каком родстве. Выпить то у вас есть, девушки? – папаша Кац потирал руки любуясь изобилием на столе, как будто это не его Кобра взорвалась несколько часов назад.

– Есть, давай я за тобой поухаживаю, старичок, – вызвалась Рита.

– Меня зовут папаша Кац, и я знахарь, – нравоучительно произнёс Изя.

– Два знахаря! – Гюрза села по правую сторону от Изи Каца. Меня же посадили напротив их троих, во главе стола восседала Иштар как хозяйка замка. Я принципиально не стал за ней ухаживать, помня всё её проделки и даже отодвинулся. Она сделала вид, что не заметила моего демарша.

– Давайте выпьем за двух знахарей и за нашу большую семью, – предложила Иштар.

– Нет, – проскрипел папаша Кац. – Это невозможно. Нам надо помянуть Кобру.

– И Фитилька, ты, кстати, Иштар не знаешь кто их угостил шампанским? – прищурившись, спросил я.

– Вообще в душе не знаю. Вот бы поймать эту суку, она бы ревела у меня как белуга, – кивнула ведьма.

– Мы не сказали, что их отравила женщина, – многозначительно посмотрел на неё папаша Кац.

– А кто тогда? – искренне удивилась нимфа.

– Женщина, правильно, – кивнул папаша Кац.

– Ну я и говорю, сука. Кто ещё будет травить женщину? Только другая женщина. Мужчина просто бы зарезал или застрелил. Ну или удавил в конце концов, – радостно поведала Иштар. – Тогда заодно помянем ещё одного говнюка, который всем нам отравлял жизнь последний год. Некто агент Смит или Эммануэль Зерг.

Выпили. Помолчали ради приличия, хотя какие там приличия. Мы, например с папашей Кацем только что отправили несколько тысяч человек своим ходом на поверхность с орбиты. Но ведь они же враги? Королева была такого же мнения. Враги, но они были живыми. Чего-то я совсем расклеился, надо валить отсюда. Найдёт ли Королева меня в Вавилоне? Вот бы ещё дорогу узнать до города.

– О чём задумался, Лесник. Как бы свалить отсюда? – подозрительно взглянула на меня нимфа.

– Мысли читаешь? – я повернул голову и внимательно посмотрел. Чем чёрт не шутит, сама то Королева могла.

– На твоём лице всё написано большими буквами, но тебе не стоит меня бояться. Мы с тобой на одной стороне. На стороне Королевы. У нас теперь общая связь. Ты в курсе, что мы теперь не люди?

– Это ещё как? Меня она не пробила, а только задела мой щит. Я не инфицирован её сывороткой, – возмутился я.

– Вот и нет. Если жало не вонзилось тебе в грудь, это ещё не значит, что ты избежал участи. В коконе был? Был! Считай, что всё.

– Брр… – поёжился папаша Кац. – Вас она тоже того? – Изя спросил Риту и Гюрзу.

– Нет. Мы её не заинтересовали, – ответила Гюрза. – Может и к лучшему.

– Почему ты так уверена? – переспросил я Иштар.

– Давай посмотрим. Кокон – раз, впрыснула сыворотку – два, язык ты её понимаешь – три, броню имеешь – четыре. Что ещё не ясно? – медленно проговорила нимфа и налила себе и мне по второму бокалу вина. Красное креплёное мне очень понравилось, тем более приятно, когда ухаживают за тобой. Так вот чего они всегда добиваются!

– Возможно. И что, теперь я не смогу уйти отсюда? Она будет меня преследовать? – спросил я, уже вроде зная ответ.

– Если она отпустит, то сможешь уйти. Ведь тебя больше ничего здесь не держит? – прозвучало, как будто никто не держит. – Она бывшая учёная из внешников. Она единственная, кто отказался от укола при переходе сюда. А стала она такой благодаря тебе, Женя.

– Для тебя я Лесник, нимфа, – грубо ответил я. Папаша Кац закивал и быстро налил себе беленькой.

– Ой, ой, ой, – засмеялась она. Красивая, ничего не скажешь, но приближаться к ней смертельно опасно. – Это ведь ты завёз на платформу чужого, Женя. Его нашли в медицинской капсуле, после того как вас доставили в тюрьму.

– Не может быть! – проблеял папаша Кац. – Астра бы нам сказала.

– Не буду утверждать, что она знала точно, но капсула так и осталась на платформе Королевы или миссис Рид. Все её звали Королевой ещё при жизни, весь персонал лаборатории. И не потому, что она вела себя как последняя сука, а воздавая ей должное. Очень хорошая женщина. Так вот эта хорошая женщина имела неосторожность приблизиться к чужому, которого ты привёз. По всем показателям он был в коме или анабиозе, или ещё черти где! – Иштар отхлебнула половину бокала и продолжила. – Он разбил защитный купол и нанёс ей удар в грудь хвостом, а затем инфицировал её. Мисс Рид упала на пол, и сама переместилась в коматоз. Чужой тоже откинул ласты. Её сочли мёртвой и переправили в морг, но, к ужасу сотрудников, она к вечеру очнулась и начала превращаться в себя настоящую. Ну, как тебе сказочка, Женя? – Ехидно спросила Иштар.

– Слабо верится. На борту не было чужих. Мы их всех убили, – твёрдо заявил я. Астра должна была знать по любому. А что, если знала и промолчала?

– Чужой был. И очень хотел добраться до тебя. Вот считай и добрался.

– Как Королева сбежала с платформы? Только не вещай мне лапшу на уши, что она вызвала челнок на поверхность, – она немного поколебала мою уверенность.